Казалось, тысячи жизней говорят ее устами; обыденно и просто было всё, чем она жила, но — так просто и обычно жило бесчисленное множество людей на земле, и ее история принимала значение символа.
Трос сюрс адямиос али анайлэн кылыныз верало кадь; ваньмыз огшоры вал солэн улоназ, нош музъем вылын озьы огшоры улӥзы лыдтэм уно адямиос, соин ик солэн улэмез ваньмызлэсь соослэсь улэмзэс возьматӥсь луэ.