Таким-то образом, как только черт спрятал в карман свой месяц, вдруг по всему миру сделалось так темно, что не всякий бы нашел дорогу к шинку, не только к дьяку.
Тӥни озьы, чёртлэн толэзез кисыяз ватэмез бере быдэс дуннеын сокем пеймыт луиз, дьяк доры гинэ ӧвӧл, куд-огез шиноке сюрес ӧй шедьтысал ни.