— А почему его не домой принесли, письмо-то? — опять не выдержал Тимка, когда мать налила ему из кринки кружку молока.
— Малы бен сое, гожтэтэз, дорамы лэзиллямтэ? — нош ик ӧз чида Тимка. Анаез горшокысь кружкае йӧл лэземез бере юаз.