По выходе отца своего она долго еще принаряживалась и жеманилась перед небольшим в оловянных рамках зеркалом и не могла налюбоваться собою.
Бубиз потэм бере, узвесь дуро пичи синучконэз пыртӥ ас чеберез шоры ӵыдытэк учкылыса, Оксана кема ӵоже чеберъяськыны выриз на.