Что-то смелое росло в зале, и мать, по движению людей сзади себя, догадывалась, что не она одна чувствует это.
Залын маке но кышкантэмез будэ но, анай, ас бӧрсяз пукись адямиослэн выросъёссыя, мукетъёслэсь но со сямен ик шӧдэмзэс вала.