С тех дней у меня явилось беспокойное внимание к людям, и, точно мне содрали кожу с сердца, оно стало невыносимо чутким ко всякой обиде и боли, своей и чужой.
Со нуналъёсысен мон адямиосты сюлэмшугъяськыса чакланы кутски, сюлэм вылысьтым кузэ кесизы кадь, со котькыӵе обидь луонлы но вӧсь луонлы (асламезлы но муртлэнэзлы) ортчыт сак луиз.