Под этими взглядами он чувствует себя очень неловко, ему кажется — спина у него стала деревянная, а руки и ноги чужие, и, когда появляется Тимофей, он бежит ему навстречу с такой радостью, словно виделись они не вчера, а несколько лет назад.
Пиналъёс учкемысь со кепыр потыны ӧдъяз, солэн тыбырыз пу кадь, нош киосыз но пыдъёсыз аслаз ӧвӧл ни кадь потэ. Тимофей вуэм бере, со сокем шумпотыса солэн пумитаз бызиз, соос толон гинэ ӧвӧл, олокӧня ар ӧз адскылэ ни кожасал.