Быстро обжала ладонью мокрую его голову, и он, ещё ухая, надувая щёки и не открывая слипшихся глаз, забарахтался в большой мохнатой простыне, сквозь которую расторопные руки матери тёрли его чистое тело, ворошили волосы и бережно касались лица.
Собере со Володялэсь йырзэ, киыныз кырмыса, ӝогак пызьыртӥз но, Володя, ӝуштыса, бамъёссэ пульдытъяса, лякиськем синъёссэ усьтытэк, бадӟым гоно простыня пушкын ӵыжаськыны кутскиз ини. Нош анайлэн чупырес киосыз простыня пыр Володялэсь чылкыт вылтырзэ ӵушыло, йырсизэ тугало но ымныраз небытак йӧтыло.