И всё это — и мирно тарахтевший полуфурок, гружённый початками кукурузы, и сонный шаг лошади, и беспечный вид Вани, — всё показалось Володе до обиды будничным, нарочито тыловым, возмутительно далёким от тех дел и мест, куда так рвалась его собственная душа.
Ваньмыз со — кукуруза початокъёсын тырмытэм дыбыртӥсь уробо но, валлэн нырулыса кадь вамышъямез но, Ванялэн сюлмаськисьтэм тусыз но — ваньмыз Володялы ӝожомымон, огшоры гинэ, юри малпам тыловой уж потӥз. Ваньмыз та йыркур луымон кыдёкын потэ солы сыӵе ужъёслэсь но интыослэсь, кытчы сокем юн кыстӥське вал солэн сюлмыз.