Может быть, втайне Жулька осуждала своего друга за буйный нрав и дурные манеры, но во всяком случае явно она никогда этого не высказывала. Она даже и тогда сдерживала свое неудовольствие, когда Барбос, проглотив в несколько приемов свой завтрак, нагло облизываясь, подходил к Жулькиной миске и засовывал в нее свою мокрую мохнатую морду.
Жулька ас понназ тышкаськылӥз ке но аслэсьтыз урод сямо лек эшсэ, шара сое ноку но ӧз возьматылы. Барбос, ас сионзэ кӧня ке полскын ньылыса, Жулькалэн тусьтыез доры возьыттэк нюлӥськыса лыктылыку но, отчы аслэсьтыз пештрес кот йырзэ месылыку но йыркурзэ ӧз возьматылы.