Мать говорила с Павлом, как и другие, о том же — о платье, о здоровье, а в груди у нее толкались десятки вопросов о Саше, о себе, о нем. Но подо всем этим лежало и медленно разрасталось чувство избытка любви к сыну, напряженное желание нравиться ему, быть ближе его сердцу.
Мукетъёс сямен ик, анай но Павелэн со сярысь ик вераськиз — дӥськут сярысь, тазалык сярысь, нош сюлмаз солэн дасо юанъёс бугыръясько — Саша сярысь, ачиз сярысь, пиез сярысь. Нош вань та юан-веранъёс улын кылле но каллен будэ пизэ ортчыт яратон мылкыд, солы юнгес кельшемез потэ анайлэн, солэн сюлэмезлы матынгес луэмез потэ.