Все, что не находило себе места в городе, потерявшее по той или другой причине возможность платить хотя бы и жалкие гроши за кров и угол на ночь и в непогоду, — все это тянулось на остров и там, среди развалин, преклоняло свои победные головушки, платя за гостеприимство лишь риском быть погребенными под грудами старого мусора.
Городын асьсэлы инты шедьтымтэос, уйёсы но урод куазен улон инты но кӧлон сэрег понна пӧртэм мугъёсъя грошъёс гинэ но тырыны быгатымтэос — ваньзы та острове кыстӥськыло но отын, куашкано кадь кышкыт, мӧзмыт интыын асьсэлэсь шудтэм йырзэс мыкыртыло, тазьы интыяськемзы понна вашкала жуг-жаг люкъёс улэ пачканлэсь кышканэн гинэ тау карыса.