А они, хозяева наши, — они имеют право держать солдат и палачей, публичные дома и тюрьмы, каторгу и всё это, поганое, что охраняет их покой, их уют?
Нош соослэн, асьмелэн кузёосмылэн, — соослэн вань-а правозы солдатъёсты но палачъёсты, публичной юртъёсты но тюрьмаосты возьыны, каторгаез но ваньзэ сыӵе юрӟымез возьыны, мар уте соослэсь чалмыт но шулдыр улонзэс?