Благодаря великодушному вспомоществованию петербургского климата болезнь пошла быстрее, чем можно было ожидать, и когда явился доктор, то он, пощупавши пульс, ничего не нашелся сделать, как только прописать припарку, единственно уже для того, чтобы больной не остался без благодетельной помощи медицины; а впрочем, тут же объявил ему чрез полтора суток непременный капут.
Петербургысь умой климатлэн умой юрттэменыз сэрен висён возьмамлэсь но ӝоггес кужмояз но доктор вуыса вирсэр жугиськемзэ эскериз, со номыре но ӧз шедьты припарка лэсьтыны дэмлан сяна, созэ но висись мурт медициналэн умой мылкыдын юрттэмезтэк медаз кыльы шуыса гинэ; нош соин ӵош отын ик ялӥз сутка но ӝыны куспын пум луоз шуыса.