А Володя всё сидел на табуретке, прислушиваясь к каждому стону Бондаренко, давал ему пить, мочил в ведре полотенце и прикладывал к голове моряка; уговаривал лежать спокойно, когда тот начинал припадочно биться на койке.
Нош Володя ялан табуретка вылын пуке, Бондаренколэсь котькуд ӝуштэмзэ кылзэ, солы юон сётэ, ӵушкон кышетэз, ведраын коттылыса, моряклэн йыр вылаз понэ; койка вылын коскаса жугиськыны ӧдъя ке, зӥбыт кылльыны косыса буйгатэ.