— Бьюсь об заклад, если это сделано не хитрейшими руками из всего Евина рода! — сказал попович, принимаясь за товченички и подвигая другою рукою варенички.
«Мон дась котьма вылысь эӵесыны, ваньмыз та Ева выжы адямиос пӧлысь самой усто муртлэн амало киосыныз пӧрамын ӧвӧл ке!» шуиз поплэн пиез, тавченчикъёс борды кутскыса но пумен пельнянен тусьтыез матаз кыскыса.