А уже светало, ей было боязно и стыдно ждать, что кто-нибудь выйдет на улицу, увидит ее, полунагую.
Нош куазь сактэ вал ни, анай кышка но керпотэ югытэз витьыны — кин ке но ураме потоз но сое, улдэремен муртэ, адӟоз.