А кругом из всех складок бархатного балдахина выглядывали какие-то страшные рожи: одни безобразные и злые, другие — красивые и добрые.
Нош пильыс балдахинлэн вань кисыриосысьтыз император шоры учко кыӵе ке йыръёс: огъёсыз — шӧтэмесь, сьӧсь тусъемесь, мукетъёсыз — чебересь но умой сюлмоесь.