Первое время мне было не до записей: я был слишком завален работой; к тому же меня удручали тогда такие мрачные мысли, что я боялся, как бы они не отразились в моем дневнике.
Нырысь пал мыным «гожъяськонэн йырин ӧй вал: мынам уже лыдтэм уно вал; со сяна, соку монэ туж секыт малпанъёс шугъяськытӥзы, мон кышкалляй, соос дневникам медам шӧдске вал шуыса.