Наевшись, красные и вспухшие, чинно рассаживались по стульям, лениво уговаривали дядю Якова поиграть.
Кӧтсы тырем бере, гордэсь но пыктылэм кадесь луыса, пуконъёс вылэ йӧно пуксьыло, Яков ӵужмуртме, мылзы потытэк, шудыны куро.