Прижав руки к груди, она торопливо уверяла, что сделает всё хорошо, незаметно, и в заключение, торжествуя, воскликнула:
Киоссэ гадь вылаз карыса, анай дыртыса но оскытыса вераз, ваньзэ умой шӧдонтэм лэсьто шуыса. Веранзэ йылпумъяса, ӝутскем мылкыдын вазиз: