Дементьев резко повернулся и, впившись в Крамергофа бешеным взглядом, заговорил громко, со злостью, чеканя каждое слово:
Дементьев зӥрак берытскиз но, Крамергоф шоры ӵушкась синъёсыныз мертчиськыса, лек куараен, котькуд кылзэ ӵогыса сямен вераз: