— Прелестно! — сказал он бодрым тенорком, хотя в его планы не входило показывать гостям запущенную, искривленную лаву.
— Туж умой! — шуиз со сэзь тенореныз, солэн планэз ӧй вал ке но аслэсьтыз аналтэм но кырыжатэм лавазэ куноослы возьматыны.