Но я подозревал, что он и сам любит побасенки больше Псалтыря; он знал его почти весь на память, прочитывая, по обету, каждый вечер, перед сном, кафизму вслух и так, как дьячки в церкви читают часослов.
Нош мон шӧдӥсько, что мадёнъёсты со ачиз но псалтирлэсь уногес яратэ; сое со быдэсак сямен, книгае учкытэк, тодэ вал, сётэм кылзэ быдэстыса, кафизмаез со ӝытлы быдэ, кӧлон азяз, шара яке черкын дьячокъёс Часословез чирдэм выллем лыдӟылэ вал.