Они над всем издеваются — над Евфросиньиной верой, и над Антонининым горем, и над молодостью Лизы-Луизы, и над ее локонами; они все топчут, они и Настю растопчут, если не уберечь, и Леньку, и маленькую Марийку, — раздавят душу каблуками своих кованых сапог и пройдут...
Соос ваньзэ сантэмало — Евфросиньялэсь инмарлы осконзэ но, Антониналэсь куректонзэ но, Лизалэсь-Луизалэсь егит дырзэ но, солэсь йырси сынэтсэ но; соос ваньзэ лёгало, ӧд ке возьма, соос Насьтаез но лёгалозы, Лёнькаез но пичи Марийкаез но, — асьсэлэн дурем сапегъёссылэн каблукъёсынызы чылкыт лулзэс лёгалозы но ортчозы...