И как только Слава Корольков под торжественный гром Володиного ведра и победный стук его ящика вскочил на сцене, сдирая с себя душную овчину, и предстал перед всеми в образе красавца королевича, Володя, открыв все заслонки в фонаре, дал на него полный свет.
Нош куке Володялэн ведраен туж сӥо-дано дыбыртэмез улсын но ящик борды ӵыжамез улсын Слава Корольков пыд йылаз султӥз, ӝокыт шубазэ вылысьтыз куштӥз но ваньмыз азе туж чебер королевич кылдӥз, соку Володя, фонарезлэсь вань заслонкаоссэ усьтыса, сое быдэсак югдытӥз.