— Вот я уже и не знаю, какого вам еще кушанья хочется, Афанасий Иванович! — отвечала дородная красавица, притворяясь непонимающею.
«Тазэ мон уг валаськы ни, кыӵе ческыт сион тӥледлы кулэ на, Афанасий Иванович!» номыре валасьтэм кариське мугоро чильтыръяськись кышномурт.