Мать тоже почувствовала в сердце горечь и, обращаясь к соседу своему, бедно одетому молодому человеку, сказала возмущенно:
Анайлэн но сюлэмаз курыт шӧдӥськиз но, вӧзаз сылӥсьлы, начар дӥсяськом егит адямилы вазиськыса, вожпотонэн, вераз: