— Ну, барабулька керченская, как дела двигаются? — спросил Никифор Семёнович, прихватив сынишку крепко рукой за затылок и оттягивая его голову назад.
— Я, керченской барабулька, ужъёсыд кыӵе-мар мыно? — юаз Никифор Семёнович, пизэ йырбертӥз юн кутыса но солэсь йырзэ берлань карыса.