Всегда напряженно вслушиваясь в споры, конечно не понимая их, она искала за словами чувство и видела — когда в слободке говорили о добре, его брали круглым, в целом, а здесь всё разбивалось на куски и мельчало; там глубже и сильнее чувствовали, здесь была область острых, всё разрезающих дум.
Ченгешемъёсты котьку сак кылзылыса, нош соосты валатэк, кылъёс бордысь со мылкыдзэс шӧдыны турттылӥз но адӟылӥз — слободкаын ӟеч уж сярысь вераськыкузы — сое быдэскын басьтылӥзы, нош татын ваньзэ юдэсэн-юдэсэн люкыло но пильыло; отын мургес но юнгес шӧдылӥзы, татын лэчытэсь, ваньзэ вандылӥсь малпаськонъёс.