— Слышишь, Влас, — говорил, приподнявшись ночью, один из толпы спавшего на улице народа, — возле нас кто-то помянул черта!
«Кылӥськод-а, Влас?» шуиз уин урамын кӧлӥсь калыкъёс пӧлысь кин ке султыса: «асьме дорын кин ке но чёртэз тодаз ваиз!»