В фарфоровых стенах и в стеклянном полу отражались сотни тысяч золотых фонариков; в коридорах рядами были расставлены прекрасные цветы, а привязанные к цветам колокольчики от всей этой беготни, суматохи и сквозного ветра звенели так громко, что никто не слышал своего собственного голоса.
Фарфорысь лэсьтэм борддоръёсы но пияла пол вылэ сюэн-сюрсэн зарни фонарьёслэн вужеръёссы пишто, коридоръёсы радэн-радэн чебересь сяськаос пуктылэмын, нош сяськаос борды думылэм пичи гырлыос вань та бызьылэмен, йыг-дым каремен зуркаса но ыртӥсь тӧл шорын адями куараез кылонтэм жингырто.