Она ушла в угол, где стояла кровать, закрытая ситцевым пологом, и Андрей, сидя у стола, долго слышал теплый шелест ее молитв и вздохов.
Анай басма возъетэн возъям кровать сылон сэргы кошкиз, нош Андрей, ӝӧк дорын пукыса, кема кылӥз на солэсь молитва верам но лулскылэм шуныт куаразэ.