Он извинялся за свою немощность, а Петушков вдруг в первый раз почувствовал свою вину перед ним и перед всеми.
Аслаз ляб луэмез понна со извиняться кариськиз, нош Петушков со азьын но ваньмыз азьын аслэсьтыз янгыш луэмзэ нырысьсэ шӧдӥз.