Я ведь привык быть среди рабочего народа, и, когда отрываюсь от него, мне делается неловко, — знаете, натягиваюсь я, напрягаюсь для этой жизни.
Мон ведь ужась калык пӧлын улыны дышемын, солэсь висъяськисько ке, мыным умойтэм потыны кутске, — тодӥськоды-а, мон та улон понна кужмысь золтӥськоно луисько.