Она видела, что всё резкое, звонкое, размашистое, — всё, что казалось ей лишним в Софье, — теперь исчезло, утонуло в горячем, ровном потоке ее рассказа.
Со адӟе, ваньмыз ӝотакез, жингыресэз, усьтыр-табырез — ваньмыз, мае со Софьялэсь мултэсэн адӟылӥз, — табере быриз, выйиз солэн ӟырдыт ӧръяськись мадён пӧлаз.