Нет, ты не спишь, гордая дивчина! — проговорил он громче и таким голосом, каким выражает себя устыдившийся мгновенного унижения.
Уд, тон уд изиськы, вылтӥяськись чебер ныл!» Юнгес вераз со шӧдымтэ шорысь ултӥямез шӧдэм куараен.