Я, конечно, грубо выражаю то детское различие между богами, которое, помню, тревожно раздвояло мою душу, но дедов бог вызывал у меня страх и неприязнь: он не любил никого, следил за всем строгим оком, он, прежде всего, искал и видел в человеке дурное, злое, грешное.
Мон, конешно, пичи дыръям инмаръёсты люкылэме сярысь мур уг вераськы. Тодӥсько на: инмаръёслэн пӧртэмзы мынэсьтым сюлэмме кушетскытэ но кыклы люке вал. Ӵужатайлэн инмарезлэсь мон кышкасько вал, уг яратӥськы вал сое: со нокинэ ӧз яраты, котькинэ ик сак синъёсыныз эскериз, со адямилэсь нырысь ик уродзэ, лексэ, сьӧлыксэ утчаз но адӟылӥз.