Софья положила окурок на блюдце своей чашки, тряхнула головой, ее золотистые волосы рассыпались густыми прядями по спине, и она ушла, сказав:
Софья папирос пумзэ чашаезлэн блюдаяз понӥз, йырзэ сэзъялтӥз, ӵуж кисьтаськись йырсиез зӧк нюжаен-нюжаен тыбыраз вӧлскиз, Софья тазьы вераса кошкиз: