Когда же Ваня надел сапоги и подпоясался новеньким, скрипучим ремнём, оба разведчика даже захохотали от удовольствия — такой стройный, такой ладный стоял перед ними мальчик, вытянув руки по швам и сияя озорными глазами.
Ваня сапегзэ кутчам но выль ӟукыртӥсь езэ керттэм бере, кыкез ик разведчикъёс, шумпотэменызы, серекъятэк ӧз чидалэ. Туж веськыт но туж етӥз адӟиське соос азьын сылӥсь пи. Киосыз весь-весь уллань лэземын. Чырккем синъёсыз солань-талань бызьыло.