— Здесь нет преступников, нет судей, — раздался твердый голос Павла, — здесь только пленные и победители...
— Татын ӧвӧл преступникъёс, ӧвӧл судьяос, — чузъяськиз Павеллэн юн куараез, — татын пленнойёс но вормисьёс гинэ...