Иногда, во время её рассказа, входил дед, поднимал кверху лицо хорька, нюхал острым носом воздух, подозрительно оглядывал бабушку, слушал её речь и бормотал:
Куддыръя, со вераку, ӵужатай пыре вал, ӵӧжмер ымнырзэ валлань урдэ, йылсо нырыныз омырез зынъя, ӵужанай шоры оскытэк учкыса, солэсь верамзэ кылзӥське но нукыртэ: