Тимофей добродушно усмехается, а Миша дразнит Нюру и говорит, что она не умеет отличить голавля от головастика, а тоже садится ловить.
Тимофей лякыт серекъя, нош Миша Нюраез исаса шуэ: тон, пе, чукырнаенды йыронушыенды но уд тодмаськы, а визнаны ке пуксиськод.