— Вы, матушка, верно, не выспались, — сказал Григорий Григорьевич, — кто ж спрашивает гостя, пил ли он?
«Тӥляд, анай, туннэ умды бырымтэ, шӧдске», шуэ Григорий Григорьевич: «ма кин бен кунолэсь юиды-а шуыса юалоз?