— Завлекает, интересничает, — сказала Надя Шульгина и хотела ещё прибавить что-то, но увидела входившего комиссара и прикусила язык, вспомнив, как ей уже попало за её словечки.
— Синмаськытыны турттэ, кильтыръяське, — шуиз Шульгина Надя, собере эшшо маке ватсамез потэ на вал но пырись комиссарез адӟыса чалмиз, тодаз ваиз: кылыз понна солы огпол сюриз ни вал.