И Володя, уже никому не завидуя, восторженно раздирал надвое занавеси и тут же хватал свой фонарь, чтобы осветить кланявшуюся в зал счастливую, румяную Светлану.
Табере Володя но нокинлы уг вожъяськы ни, ӝутскем мылкыдын занавесэз кыкнапала усьтылэ, калыклы йыбыртъясь шудо но ӵыжыт ымныро Светланаез югдытон понна фонарьзэ басьтылэ.