Она была, как и сотни других оставшихся позади, такая же полувымершая, сонная, пустая, с тоскливо нахохлившимися избами, с мокрой соломой на крыше, с тощими дымками из труб, но Петушков сделал вид, что это и есть то, чего они искали.
Со, мышке кылем сюосын мукетъёсыз кадь ик, сыӵе ик мӧзмыт пештырскем коркаосын, липетъёс вылысь кот куроен, муръёосысь чиед ӵынъёсын, ӝыныозяз бырыны вуэм, иземез потӥсь, тырттэм вал, нош Петушков сыӵе тусъем кариськиз, — та ик вань со, мае соос кемалась утчало — озьы вера кадь.