— Ничего нет, ничего нет!.. — истерически закричал Цыпляков, и, повалившись на диван, заплакал.
— Номыри но ӧвӧл, номыри но ӧвӧл!.. — Цыпляков визьтэммыса кеськиз но, диван вылэ уськытскыса, бӧрдыны кутскиз.