И руки дяди Кима, повернувшегося боком к партам, выразительные, сухие, гибкие руки, прижатые ладонями к столу, поползли неслышно, словно два разведчика, по-пластунски пробирающиеся по земле.
Партаос пала урдсӥн берытскем Ким агай ки пыдэсъёсыз вылэ зӥбиськиз но нимысьтыз висъяськись, восьтэт но сэзь киосыз, музъем вылтӥ кӧт вылазы нюж кыстӥськись кык разведчикъёс сямен, шыпыт нюжтӥськыны кутскизы.