И они, измученные дорогой и тачкой, проклинали Гитлера каждым вздохом усталой груди, каждым плевком обметанного зноем и пылью рта, каждым стоном ребенка.
Но соос, тачкаен но сюресэн жуммемъёс, каргазы немецъёсты жадем мӧлялэн котькуд шокчеменыз, пӧсен но тузонэн бинялскем ымысьтызы котькуд сялӟеменызы, пиналлэн котькуд ӝуштэменыз...