Он долго боролся с ней, уже два раза стукнулся больно носом в холодное стекло, испуганно поглядел на Кругликова, который сидел напротив, но тот уже давно откинулся в угол и спал, широко открыв рот.
Со умпотэменыз кема нюръяськиз, озьы ке но, нырыныз кык пол туж юн кезьыт стекло борды мырӟиськылӥз ини, кышкаса вадьсаз пукись Кругликов шоры учкылӥз, — нош соиз сэргы кариськем но, ымзэ паськыт усьтыса, кемалась изе ини.