— Вот видишь… — грустно сказал Митя и снова вздохнул: чем дальше, тем труднее было начать разговор про уход.
— Вот угось... — ӝожомыса шуиз Митя но нош ик лулскиз: пыдло пыремъя, уката шуггес луэ кошкон сярысь вераськон ӝутыны.