Когда он, с трудом переводя дыхание от быстрого бега по крутым подземным переходам, снова вернулся к Лазареву, командир и находившийся при нём дядя Гриценко прислушивались к странным звукам, доносившимся из-за стенки, которая преграждала здесь доступ в штольню с поверхности.
Музъем улысь меӵ тубон-васьконъёстӥ бызьыса лыктэменыз шок-вонь шокаса, Володя выльысь Лазарев доры вуиз. Соку командир но со вӧзын сылӥсь Гриценко агай музъем вылысен штольняе пырон пасез ӵоксась борд сьӧрысь кылӥськись кыӵе ке йӧспӧртэм куараез кылзо вал.