— Знаешь, мама, — проговорил Володя, останавливаясь перед матерью и ожесточённо оттирая щёку плечом, — вот уже четырнадцать лет мне скоро, а как-то жизнь у меня проходит без толку.
— Тодӥськод-а, анай, — шуиз Володя, мумиз азе дугдыса но бамзэ пельпумыныз юн зыраса, — мыным тани ӝоген дас ньыль арес луоз, нош улонэ мынам кызьы ке пайдатэм ортче.