Они долго возились за столом, усаживаясь в кресла, а когда сели, один из них, в расстегнутом мундире, с ленивым бритым лицом, что-то начал говорить старичку, беззвучно и тяжело шевеля пухлыми губами.
Креслоосы пуксьылыны курадӟыса, соос кема выризы ӝок сьӧрын, нош пуксем беразы одӥгез, пертчылэм мундиренэз, азьтэм, тушсэ мычем маке, зӧк ымдуръёссэ шыпыт но секыт выретыса, пересьлы маке вераны кутскиз.