Грамота давалась мне легко, дедушка смотрел на меня все внимательнее и всё реже сёк, хотя, по моим соображениям, сечь меня следовало чаще прежнего: становясь взрослее и бойчей, я гораздо чаще стал нарушать дедовы правила и наказы, а он только ругался да замахивался на меня.
Гожтэт мыным капчиен сётске вал, ӵужатай мон шоры ялан сакгес учкыны ӧдъяз но ялан шергес ньӧралляз, мон чакламъя, монэ азьло сярысь ӵемгес ньӧраны кулэ вал: бадӟымгес но етӥзгес луэмъям, ӵужатайлэсь валэктэмъёссэ но визьнодамъёссэ мон ялан ӵемгес тӥяны кутски, нош со тышкаськылӥз но мон шоры шоналляськылӥз гинэ.