Еще одинокий глаз головы был устремлен на окно, а уже рука, давши знак десятскому, держалась за деревянную ручку двери, и вдруг на улице поднялся крик...
Йырлэн пал синмыз укно шорын на, нош киыз, десятскойлы ма карыны тодытэм бераз, ӧс кал бордын кутскемын вал ни но урамын кесяськем куара кылӥськиз.