В один день, — это было уже по окончании жатвы, и именно в конце июля, — Василиса Кашпоровна, взявши Ивана Федоровича с таинственным видом за руку, сказала, что она теперь хочет поговорить с ним о деле, которое с давних пор уже ее занимает.
Одӥг нуналэ, аран бырем бере июль толэзьлэн пумаз со вал ини, Василиса Кашпоровна маке туж лушкемзэ вераны медӥсь тусэн Иван Федоровичлэсь кизэ кутӥз, шуиз, со, пе, али сыӵе уж сярысь вераськыны малпа, кудӥз сярысь со кемалась малпа ини.