На старом кладбище в сырые осенние ночи загорались синие огни, а в часовне сычи кричали так пронзительно и звонко, что от криков проклятой птицы даже у бесстрашного кузнеца сжималось сердце.
Вуж шайвылын сучырес сӥзьыл уйёсы лыз тылъёс ӝуатскыло, нош часовняын уйсыос сокем шӧтэм но кужмо кесяськыло, со каргам тылобурдолэсь куаразэ кылыса, кышкасьтэм дуриськисьлэн но сюлмыз шымырскылэ.