мне было приятно слушать похвалы моему отцу, да еще от имени Тыбурция, который «все знает», но вместе с тем дрогнула в моем сердце и нота щемящей любви, смешанной с горьким сознанием: никогда отец не любил и не полюбит меня так, как Тыбурций любит своих детей.
Атайме ушъямез кылзыны мыным умой вал, уката ик «ваньзэ тодӥсь» Тыбурцийлэсь ушъямзэ, нош соин ӵош ик мынам сюлмы висьыны кутскиз кадь: атай монэ ноку но ӧз яратылы, уз но яраты озьы, кызьы яратэ аслэсьтыз нылпиоссэ Тыбурций.