И народ бежал встречу красному знамени, он что-то кричал, сливался с толпой и шел с нею обратно, и крики его гасли в звуках песни — той песни, которую дома пели тише других, — на улице она текла ровно, прямо, со страшной силой.
Калык знамя пала бызе, калык маке но черекъя, мынӥсьёс пӧлы пыриське но соосын ӵош берен мынэ, калыклэн куараез кырӟан куара пӧлы кысэ, со кырӟанэз дорын, мукет кырӟанъёсты сярысь, калленгес кырӟазы, — урамын со ӵошкыт, шонер, кышкыт кужымен визыла.