Теперь, лицом к лицу с Чапаевым, да ещё при комиссаре, история с седлом показалась ему не таким уж важным делом.
Табере, Чапаевен ваче ымныр вуыса, уката ик комиссар азьын, энерчакен ужпум солы сокем ик кулэ ӧз поты ни.