Из глаз ее безудержно текли слезы, а лицо было угрюмо и голос не вздрагивал, когда она говорила хозяину избы:
Солэн синъёсысьтыз синвуосыз дугдытэк васько, нош ымнырыз лек тусъем, корка кузёлы веракуз анайлэн ымнырыз кунэрес вал, куараез но уг дырекъя: