Положил под голову овчинный полушубок и под ровное мурлыканье рыжего кота Ивана Ивановича задумался над своей печальной судьбой.
Йыр улаз шуба пенжакез поныса выдӥз но горд коӵышлэн — Иван Ивановичлэн, одӥг кадь нургетэмезъя аслаз куректыса улон-вылонэз сярись малпаськиз.