В первые дни после смерти отца, при одном звуке моего голоса, ее била лихорадка, ласки мои повергали ее в тоску, только понемногу, исподволь, привыкла она ко мне.
Атае кулэм бере нырысь нуналъёсаз Ася куараме кылыса ик куалекъяны кутске вал, мусоясько ке, мӧзмыны кутске, бӧрысь ини каллен-каллен дышиз со мон борды.