В то время развязывал он чемодан, вынимал белье, рассматривал его хорошенько: так ли вымыто, так ли сложено, снимал осторожно пушок с нового мундира, сшитого уже без погончиков, и снова все это укладывал наилучшим образом.
Жидэз вӧсяськон дыръя со чемоданзэ пертчылэ, ул дӥсьёссэ поттылэ, умой-умой учкылэ, умой-а миськемын, кулэезъя-а куасаллямын, погонъёстэк вурем выль мундирез вылысь мамыкез лачмытэн басьтэ, ваньзэ сое берен туж умой тыре.