На другое утро (я уже проснулся, но еще не вставал) стук палки раздался у меня под окном, и голос, который я тотчас признал за голос Гагина, запел:
Ӵуказеяз ӵукна (мон сайкай вал ини, но ӧй султы на) мынам укно улам бодыен йыгаськем кылӥськиз, мон соку ик тодмай Гагинлэсь кырӟам куаразэ: