В мастерской, усадив меня на груду приготовленной в краску шерсти и заботливо окутав ею до плеч, он, понюхивая восходивший над котлами пар, задумчиво говорил:
Мастерскойын монэ со буяны дасям шерстяной материос вылэ пуктӥз но, пельпумозям умой-умой биньыса, пуртыос вылэ ӝутскись бусэз зынъяса, малпаськись тусын вераз: