Ему хотелось ещё крепче прижаться к Горбунову, спрятаться под его плащ-палатку и так сидеть сколько угодно, хоть пять часов подряд.
Солэн уката но юнгес ӝиптӥськемез потэ Горбунов борды, ватӥськемез потэ солэн плащ-палаткаез улэ но отын кема но кема быдэс вить час потатэк улэмез.