Но Афанасий Иванович, довольный тем, что несколько напугал Пульхерию Ивановну, смеялся, сидя согнувшись на своем стуле.
Нош Афанасий Иванович, Пульхерия Ивановнаез ӧжытак кышкатыны быгатэмезлы шумпотыса, пукон вылаз губырскыса пуке но серекъя.