Иван Федорович, хотя и держался справедливости, но на эту пору был голоден и не мог противиться обольщению: взял блин, поставил перед собою книгу и начал есть.
Иван Федорович ассэ шонер ке но возьылӥз, кӧтыз сюманы учырамен, кузьымез басьтытэк ӧз чида; мильымез кутӥз, азяз книгазэ пуктӥз но сиське.