Теперь это уже был не тот человек, что за минуту пугал меня, вращая зрачками, и не шут, потешавший публику из-за подачек.
Табере со ӧвӧл ни алигес гинэ, синчеберъёссэ бергатыса, монэ кышкатӥсь адями но, юдэсъёс понна калыкез серекъятыса, маскаръяськыса вырись мурт но.