Всё почернело, закачалось в глазах матери, но, превозмогая свою усталость, она еще кричала остатками голоса:
Анайлэн син шораз ваньмыз сьӧдэктӥз, ӟечыраз, нош, аслэсьтыз жадемзэ вормыса, со берпум куараеныз кесяськиз на: