И тут Митя сделал то, что бывало делал, когда ранней весной вместе с ребятами прибегал на Волгу купаться: он набрал полон рот воздуху, даже глаза сожмурил и, точно так же, как бултыхался вниз головой в ледяную весеннюю воду, одним духом вымолвил:
Соку Митя озьы лэсьтӥз, кызьы лэсьтылэ вал вазь тулыс Волга дуре пыласькыны ветлыкузы: йӧ кадь кезьыт тулыс вуэ йырин уллань зымыкуз сямен, ымтыросаз ик омыр люказ, синъёссэ кыниз но огпол но шокчытэк вераз: