Когда все углы города стали мне известны до последних грязных закоулков, тогда я стал заглядываться на видневшуюся вдали, на горе, часовню.
Городысь вань сэрегъёс, солэн ваньмыз кырсесь но пичиесь ульчаосыз мыным тодмо луэм бере мон ӧдъяй кыдёкын, гурезь йылын, адскись часовня шоры учкылыны.