Петушков скользнул по лицу Степана неопределенным взором и тотчас же забыл о нем. Охватив голову руками, он раскачивался над огнем, вздыхал, бормотал что-то...
Степанлэн ымнырыз шоры Петушков кыӵе ке валантэм учкиз но соку ик со сярысь вунэтӥз, йырзэ киосыныз кутыса, со тыл вадьсын сэзьяське, лулскылэ, маке но нукыртэ...