Угадывая её место только по уцелевшим столбам шлагбаума, он подошёл поближе и, глядя на рельсы, подумал о том, что вот эта блестящая рельсина пройдёт теперь как раз через тот угол, где стояла их печка, на которой они так часто грелись с рыжим котом Иваном Ивановичем, и что если бы его кровать поставить на прежнее место, она встала бы как раз на самую крестовину, прямо поперёк железнодорожного полотна.
Солэсь интызэ поездэз дугдытонлэн вильдэм юбоосызъя гинэ тодмаса, со матазгес лыктӥз но, релесъёс шоры учкыса тазьы малпаз: та чилясь релес ӵапак со сэрег вамен кошкоз, кытын ке соослэн Иван Ивинович горд коӵышен туж ӵем шунтылӥськон гурвылзы сылэ вал. Собере кроватез азьвыл интыаз пуктоно ке, со ӵапак крестовина вылэ, пырак чугун сюрес нюжыослы вамен луысал.