И весь мир теперь раскололся надвое: на то, что происходило по ту сторону пыльной материи, в гудящем зале, и на то, что, пока ещё втихомолку, творилось здесь, по эту сторону занавеса, на дощатом настиле школьной сцены, а также рядом в одной из комнат, где перед зеркалом стояла в красивом платье, распустив золотые косы, Светлана, а вокруг неё суетилась утратившая свою обычную, слегка медлительную строгость Юлия Львовна.
Быдэс дунне табере кыклы люкиськиз: тузонэсь занавес сопалан, залын, калык гуретэ, нош занавес тапалан, пуллэсь лэсьтэм школьной сцена вылын, лушкемен дасясько, артысь одӥгаз комнатаын чебер платьяен, зарниалэс йырсипунэтъёссэ сэрттыса, синучкон азьын Светлана сылэ, нош со котырын, йыгмыт сямзэ огдырлы вунэтыса, Юлия Львовна шугъяськыса бызьылэ.