Порою он так широко открывал свои большие серые глаза, как будто ему было невыносимо больно и он готов крикнуть громким криком бессильной злобы на эту боль.
Куддыръя со аслэсьтыз бадӟымесь, пурысь синъёссэ туж паськыт усьтылӥз, — солы чидантэм вӧсь луэ кадь вал но та вӧсь луэмлы лек вожпотонэн зол черектыны дась вал кадь.