— Ну ничего, дружище! — утешил его комиссар, заметив выражение растерянности и беспокойства на лице мальчика.
— Я, номыре ӧвӧл, эше! — буйгатэ сое комиссар, пичи пилэн ымнырысьтыз куалектэм но сюлмаськись туссэ адӟыса.