Тишина углублялась под звуками твердого голоса, он как бы расширял стоны зала, Павел точно отодвигался от людей далеко в сторону, становясь выпуклее.
Юн куара чузъяськемъя уката чалмыт луиз, со куара заллэсь борддоръёссэ паськытатэ кадь. Павел, зӧкгес луыса, адямиос дорысь кыдёке палэнэ кошке кадь.