Заунывные, некрасивые звуки путались в его усах, сбивая с них хлебные крошки, слесарь расправлял волосы бороды и усов толстыми пальцами и — пел. Слова песни были какие-то непонятные, растянутые, мелодия напоминала о зимнем вое волков.
Мӧзмытэсь, шуш куараос солэн мыйыказ тугасько но отысь нянь пырыосты уськытъяло. Слесарь аслэсьтыз тушсэ но мыйыксэ зӧк чиньыосыныз маялтэ но — кырӟа, кырӟан кылъёсыз кыӵе ке валантэмесь, кузесь вал, кырӟам гурез кионъёслэн толалтэ вузэмзы выллем вал.