Петька пробирался неровно: то, как будто бы набравшись решимости, пускался бежать и бежал быстро и долго, так что Васька, которому приходилось огибать кусты и деревья, еле-еле поспевал за ним, то останавливался, начинал тревожно оглядываться, а потом шёл тихо, почти через силу, точно сзади его кто-то подгонял, а он не мог и не хотел идти.
Петька одӥг кадь уг мыны: яке ассэ чурыт карыса кадь бызьыны кутске, ӝог но кема бызе, Васька, векчи садъёсыз, писпуосыз котыръяса бызёно луэмен, мырдэн-мырдэн соэ сутэ. Яке со дугдыса, сак кариськыса утчаськыны кутске, собере нош кужымезлы пумит кадь, соэ бертӥз кин ке но уе, солэн нош мынэмез уг луы кадь но мылэз но уг поты кадь — каллен мынэ...