Охваченный возбуждением, он говорил, то усмехаясь, то хмуря брови, порою в его словах звучала ненависть, и когда мать слышала ее звенящие, жесткие слова, она, пугаясь, качала головой и тихо спрашивала сына:
Мылкыдыз ӝутскемен, со, яке серектыса, яке синкаӵъёссэ кунэртыса, вера, куддыръя солэн кылъёсаз адӟемпотонтэм карон кылӥське. Анаез, солэсь жингырес, чурыт кылъёссэ кылон дыръяз, кышкаса, йырыныз шона но пиезлэсь каллен юа: