Она сидела на краю печи, опираясь ногами о приступок, наклонясь к людям, освещенным огнём маленькой жестяной лампы; уж это всегда, если она была в ударе, она забиралась на печь, объясняя:
Со, пыдъёсыныз гурвыл пагӟа лёгет борды пыкиськыса, пичи корт лампалэн тылыныз югдытэм адямиос пала мыкырскыса, гурвыл дурын пуке; мылкыдыз вань дыръя со ини котьку ик озьы гурвылэ тубе вал, валэктэ: