Порою он останавливался, не находя слов, и тогда видел перед собой огорченное лицо, на котором тускло блестели затуманенные слезами, добрые глаза.
Куд-ог дыръя со, кылъёс шедьтытэк, дугдылӥз но соку ас азьысьтыз ӝожомем ымныро анайзэ адӟылӥз. Анайлэн синвуосын мускытомем либыт синъёсыз бездыт пишто.