Поздно вечером, когда он всё-таки ушёл из дома, мать пришла ко мне за печку, осторожно обнимала, целовала меня и плакала:
Бер ӝыт, со все-таки кошкем бере, меми мон доры гур сьӧры лыктӥз но, монэ либыт ӟыгыръяса, чупаса, бӧрдӥз: