Потом она снова села ко мне на диван, и мы сидели молча, близко прижавшись друг к другу, до поры, пока не пришли старики, пропитанные запахом воска, ладана, торжественно тихие и ласковые.
Собере со выльысь мон доры диван вылэ пуксиз, и ми, номыр вераськытэк, огмы борды огмы ӝиптӥськыса, сюсен но ладан зынэн пыӵам, чалмытэсь но либытэсь, пересьёс бертытозь пукимы.