Здесь всегда, даже в самые тяжёлые дни подземной осады, можно было услышать сипловатые звуки отсыревшего баяна.
Татысь котьку ик, музъем улын самой секыт нуналъёсы но, кылыны луылэ вал нюромем баянлэсь ӟазыртӥсь куаразэ.