И, чистя самодельной скребницей Орлика, Володя заглядывал в добрые, таившие какую-то ласковую и усталую печаль глаза коня:
Аслаз лэсьтэм вал сузян щёткаеныз Орликез тазатыса, Володя валэзлэн лякытэсь, кыӵе ке мусо но мӧзмыт тусоесь синъёсаз учкылэ: