Он оборвался, замолчал, и все угрюмо молчали, властно объятые чем-то огромным, новым, но уже не пугавшим их.
Солэн куараез чугдӥз, со чалмиз но ваньзы жум тусын шып улӥзы, соосты кыӵе ке бадӟым, выль маке кужмо ӟыгыртӥз кадь, нош соослы табере со кышкыт ӧз поты ни.