Это обезумевший от злобы, к которой примешивалась радость за своего не убежавшего, а убитого Егора, хромой Сидор, самовольно забравшись на колокольню, в яростном упоении бил в набат.
Со вожпотэменыз шузимем, со вӧзэ ик пегӟымтэ, виэм Егорез понна шумпотонэн сураськем чут Сидор, ас тодэменыз гырлы жугонэ тубыса вис карытэк урмем гурен гырлыосыз кырӟатэ.