Он был словно безумен, всё время обеда говорил о боге, о нечестивом Ахаве, о тяжёлой доле быть отцом - бабушка сердито останавливала его:
Со визьтэммемын кадь вал, обед дыръя пыр инмар сярысь, сьӧлыко Ахав сярысь, бубы луон секыт сярысь вераськиз; ӵужанай лек дугдытылӥз сое: