Рот его покривился, и что-то вроде тяжелого, хриплого смеха, похожего более на гудение отдаленного грома, зазвучало в его устах.
Солэн ымыз кырыжскиз но кыӵе ке, ӟазыртӥсь серекъям кадь, кыдёкын гудыръямлы укшась куара потӥз.