Те же бури и беды, что свистели над ним, Андреем, ломали, корежили его тело и душу, прошумели и над тихим домиком в Каменном Броде, Антонину состарили, Тараса ожесточили.
Со сильтӧлъёс но бедаос ик, кудъёсыз шулазы солы, Андрей вадьсын, солэсь мугорзэ но лулзэ тӥязы, сӧсыртӥзы, — соос ик куашетӥллям Каменной Бродысь чалмыт корка вылын но, Антонинаез но пересьмытӥллям, Тарасэз лекомытӥллям.