И всю дорогу до города, на тусклом фоне серого дня, перед матерью стояла крепкая фигура чернобородого Михайлы, в разорванной рубахе, со связанными за спиной руками, всклокоченной головой, одетая гневом и верою в свою правду.
Городэ вуытозь вань сюресэз ортчытозяз, пурысь нуналлэн ӝомыт азяз суредаськыса, анайлэн син азяз сылӥз сьӧд тушо Микайлолэн лек йыркурен но аслаз зэмлыкезлы осконэн тырмем юн мугорыз, кесяськем дэремен, мышказ керттылэм киосын, пештырскем йырсиен.