Рассмотрев ее хорошенько у себя дома, он открыл, что в двух-трех местах, именно на спине и на плечах, она сделалась точная серпянка; сукно до того истерлось, что сквозило, и подкладка расползлась.
Гуртаз бертыса сое умой-умой учкемез бере со шедьтӥз, солэн шинелез кык-куинь интыостӥ, ӵапак пельпумъёстӥз но тыбыртӥз, сӥс кадь луэм: пустолэз чильпырамон пӧсьтэм, утсэтэз но лусьтырмем.