Конечно, Спивакина зацапали и в острог, а слово — осталось, и даже мальчишки малые знают его, — оно кричит, живет!
Конешно, Спивакинэз кырмизы но остроге, — нош верам кылыз — кылиз, пичи пиос гинэ но тодо сое, — верам кыл черекъя, улэ!