Дома уже давно знали, что Владимир готов выполнить любую работу — мыть полы, таскать дрова и уголь, бегать в лавку, топить, чинить, убирать, — но посуду мыть ни за что не станет. Володя считал, что это не мужское дело, и уговоры тут были бесполезны.
Гуртын кемалась тодо вал ини, Владимир котьма ужез лэсьтыны дась шуыса — пол миськыны, пу но эгыр пыртылыны, лавкае бызьылыны, гур эстыны, тупатъяны, октыны-калтыны, — нош тусьты-пуньыез уз миськы, Володя шуэ вал, со, пе, пиос уж ӧвӧл, соин ик сюлворон но ӧз юрттылы.