Здесь надобно сказать, что значительный человек совершенно прилгнул: ему было время, они давно уже с приятелем переговорили обо всем и уже давно перекладывали разговор весьма длинными молчаньями, слегка только потрепливая друг друга по ляжке и приговаривая: «Так-то, Иван Абрамович!»
Татын вераны кулэ, бадӟым адями чылкак пӧяз шуыса: солэн дырыз вал, эшеныз соос кемалась котьмар сярысь вераськизы ни но вераськонзы кемалы чусомылӥз ни, огзылэн огзы макесъёсазы каллен чапкылыса вераллязы: «Тӥни кызьы, Иван Абрамович!»