Всё лето, исключая, конечно, непогожие дни, я прожил в саду, тёплыми ночами даже спал там на кошме, подаренной бабушкой; нередко и сама она ночевала в саду, принесёт охапку сена, разбросает его около моего ложа, ляжет и долго рассказывает мне о чём-нибудь, прерывая речь свою неожиданными вставками:
Быдэс гужемез, зоро-тӧло нуналъёсты сяна, конешно, мон садын улӥ, шуныт уйёсын даже кӧлай отын, ӵужанайлэн кузьмам гын вылаз; ӵем дыръя со ачиз но садын кӧла вал, ӟыгыртэт турын вае, мынам кыллён интые доры вӧлдэ, выдэ но кема ӵоже маде мыным маке сярысь, аслэсьтыз веранзэ витьымтэ веранъёсын уретылэ: