И еще толпа походила на черную птицу — широко раскинув свои крылья, она насторожилась, готовая подняться и лететь, а Павел был ее клювом...
Люкаськем калык сьӧд тылобурдолы но укша вал — аслэсьтыз бурдъёссэ паськыт вӧлъяса, ӝутскыны, но лобӟыны дась луыса, со сак кариськиз, нош Павел со тылобурдолэн нырыз вал...