И, освещённое качающимся пламенем свечей и фонарями, из рук его словно хлынуло на пол что-то шелковисто-красное, с оборванными, бахромчатыми краями.
Соку Корниловлэн киысьтыз, сюсьтылъёслэн но фонарьёслэн югдытэмзы шорын, кесяськем дуро, туго горд буртчин басма пол вылэ гылӟиз.