Он снял телефонную трубку с рычага аппарата и, подражая Панченко, стал басом распекать воображаемого Пятунина:
Телефон трубказэ Егоров басьтӥз но, Панченкоез пыӵкылыса, зӧк куараен Пятунинэз сямен тышкаськыны кутскиз: