Мысль о нем до такой степени тревожила его, что неделю спустя он решился даже послать к нему чиновника узнать, что он и как, и нельзя ли в самом деле чем помочь ему; и когда донесли ему, что Акакий Акакиевич умер скоропостижно в горячке, он остался даже пораженным, слышал упреки совести и весь день был не в духе.
Со сярысь малпанэз сое сокем курадӟытӥз но арня ортчыса, со доры чиновникез но ыстыны кариськиз, тодыны, мар но кызьы соин, зэмен но уз луы-а солы маин ке юрттыны; нош солы Акакий Акакиевич пӧсектыса висёнэн туж ӝог кулӥз шуыса ивортэмзы бере со шуге-леке но усиз, кӧня ке кепырамзэ шӧдӥз но быдэс нунал ӵоже секыт мылкыдо вал.