Потом секретарь обкома как будто смягчился — все-таки почти сто процентов даем — и вдруг спрашивает меня:
Собере, обкомлэн секретарез ӧжыт небӟиз кадь, — котьмар ке но сю процент пала сётӥськомы — но шӧдтэк шорысь юаз мынэсьтым: