Увидевши, в чем дело, Акакий Акакиевич решил, что шинель нужно будет снести к Петровичу, портному, жившему где-то в четвертом этаже по черной лестнице, который, несмотря на свой кривой глаз и рябизну по всему лицу, занимался довольно удачно починкой чиновничьих и всяких других панталон и фраков, — разумеется, когда бывал в трезвом состоянии и не питал в голове какого-нибудь другого предприятия.
Ужпумлэсь мар бордын луэмзэ адӟыса, Акакий Акакиевич шинельзэ нуыны малпаз сьӧд тубат вылын кытын ке ньылетӥ этажын улӥсь вуриськисьлы, Петровичлы, со, аслаз пал синмыз но быдэс ымныр вылтӥз шадраез шоры учкытэк, тырмыт умой вырылӥз чиновникъёслэсь но котькыӵе мукетъёсызлэсь панталонъёссэс но фракъёссэс тупатъян бордын, валамон ни, юымтэ но йыраз нокыӵе мукет сярысь малпанъёсыз луымтэ дыръя.