Вспомнился Рыбин, его кровь, лицо, горячие глаза, слова его, — сердце сжалось в горьком чувстве бессилия перед зверями.
Тодаз лыктӥз Рыбин, солэн вирыз, ымнырыз, ӟырдытэсь синъёсыз, солэн верам кылъёсыз. — Сьӧсьёс азьын кужым тырмымтэез шӧдон курыт кӧтӝожен ӝиптӥз сюлэмзэ.