Евдокия Тимофеевна прикрыла рот рукой, боясь, что не выдержит и отзовётся, — с такой обидой и с такой надеждой звучал голос Володи из-за двери.
Евдокия Тимофеевна, чидатэк вазиськыны шедьто шуыса кышкаменыз, ымзэ киыныз ӵоксаз, — Володялэн ӧс сьӧрысь сокем ӝожен но оскыса куремез кылӥськиз.