Я вспомнил то утро, когда Егоров с опухшей ногой лежал на кровати, обложенный газетами и книгами, когда он читал мне вслух тургеневский рассказ «Певцы» и искал решения, как лучше использовать мощности, как лучше перегруппировать партийные силы в забоях и лавах.
Мынам тодам лыктӥз со ӵукна, ку Егоров тӧрнам пыдыныз кроватьын кыллиз, газетъёс, книгаос пӧлын, ку со шара лыдӟиз мыным Тургеневлэсь «Кырӟасьёс» нимо вероссэ но амал утчаз, кызьы умойгес луоз кужымъёсты уже кутыны, кызьы умойгес радъяны забойёсын но лаваосын партийной кужымъёсты.