Он часто запирался в комнате матери и ныл, взвизгивал там, как неприятная мне деревянная дудка кривобокого пастуха Никанора.
Со ӵем дыръя мемилэн комнатаяз пытсаське но, кырыж урдэсо Никонор пастухлэн мыным кӧтвеськестэм пу шуланэз выллем, нёръя, векчи куараен черекъя отын.