При этом на лице ее выразилась такая глубокая, такая сокрушительная сердечная жалость, что я не знаю, мог ли бы кто-нибудь б то время глядеть на нее равнодушно.
Соку солэн ымныраз сокем мур, сокем сюлмысь жалян тус пуксиз, мон сямен, со вакытэ нокин но со шоры сӥялэс мылкыдэн учкыны ӧй быгатысал, дыр.