Даже Алевтина Марковна, раздвинув тюлевые занавески и высунувшись из окна своей комнаты, изрекла сверху:
Алевтина Марковна гинэ но, тюлевой занавескаоссэ палэнтыса но комнатаысьтыз укноетӥ мычиськыса, вылӥысен кеськиз: