На одного тебя тратиться не станем, — с холодным, колючим, как штык, спокойствием произнёс Лазарев.
Одӥг тон понна гинэ пуляосты быдтыса ум улэ. — мылкыдтэк, штыкен бышкалтыса сямен, чурыт вазиз Лазарев.