Один кто-то, движимый состраданием, решился, по крайней мере, помочь Акакию Акакиевичу добрым советом, сказавши, чтоб он пошел не к квартальному, потому что хоть и может случиться, что квартальный, желая заслужить одобрение начальства, отыщет каким-нибудь образом шинель, но шинель все-таки останется в полиции, если он не представит законных доказательств, что она принадлежит ему; а лучше всего, чтобы он обратился к одному значительному лицу, что значительное лицо, спишась и снесясь с кем следует, может заставить успешнее идти дело.
Одӥгез кин ке, жаляса, Акакий Акакиевичлы умой визь-кенешен ке но юрттыны малпаз но квартальной доры мыныны ӧз лэзьы, малы ке шуоно, начальстволэсь ушъямзэ заслужить карон понна квартальной кыӵе ке амалын шинелез шедьтӥз ке но, со шинель солэн вал шуыса, законной доказательствоос ӧз ке сёты, котьма ке но, шинель солэн кияз ик кылёз; нош ваньмызлэсь умойгес луоз бадӟым адями доры ке мынӥз, бадӟым адями, кинэн кулэ соин куспазы гожъяськыса но герӟаськыса, ужез азинлыко мынытыны быгатоз.