Красавица наша задумалась, глядя на роскошь вида, и позабыла даже лущить свой подсолнечник, которым исправно занималась во все продолжение пути, как вдруг слова: «Ай да дивчина!» — поразили слух ее.
Вань та чеберез но шулдырез адӟыса, воз вылысь чебер нылмы малпаськонэ усиз, со вунэтӥз шундыберган тысь сионзэ ик, та дырозь вань сюресэз ке но сое жильдыса лыктӥз. Шӧдтэк шорысь: «Вот таиз ныл!» шуэм кылъёс нылэз паймытӥзы.