— Дяденька...— сказал Ваня, выбирая самые убедительные, самые нежные оттенки голоса,— дяденька, только вы на меня не кричите.
— Дяденька, — шуиз Ваня, самой оскымон, самой небыт куараен вазьыса, — дяденька, монэ тӥ эн гинэ тышкаське.