Когда дед подошёл, полицейский наклонил к нему носатое лицо и, точно долбя лоб деда, стал неслышно говорить о чём-то, а дед торопливо отвечал:
Ӵужатае со доры лыктэм бере, полицейской со доры бадӟым ныро ымнырзэ мыкыртӥз но, ӵужатайлэсь кымыссэ кокаса выллем, маке сярысь лушкем вераны кутскиз, нош ӵужатай солэн юамезлы дыртыса вера: