И море нисколько не изменилось, оставаясь, как всегда, у берега желтовато-кофейным от мути, поднятой прибоем, а дальше — зелёным, как яшма, и, наконец, сине-стальным у горизонта.
Море но чик ӧз воштӥськы, тулкым шуккиськемен ярдуртӥ котьку сямен ик ӵужалэс-пож, отӥяз — яшма кадь вож, нош инвис дорын — лызалэс-пурысь.