И наряд на Луизе был какой-то пестрый, крикливый, и юбка выше колен, и прическа какая-то не русская — белобрысые локоны как-то смешно и нелепо скручены на лбу, — и все в ней было и не русское, и не немецкое, а какое-то обезьянье.
Дӥсь но Луиза вылын кыӵе ке пӧртэм, гольтырес вал, юбкаез но пыдесызлэсь вылын, йырсиез но ӟучъёслэн кадь сынамын ӧвӧл — тӧдьы йырси нюжаос кымес вылаз кызьы ке тумошо но йӧспӧртэм позыръямын, — номыриз но солэн ӟучъёслэн кадь ӧй вал, немецкой но ӧвӧл, а кыӵе ке обезьянлэн кадь.