— Тётечка, тётечка, вы не расстраивайтесь, — заговорил опять Володя, невозмутимо глядя прямо в малиновое, потное лицо бушевавшей тётки.
— Апай, апай, эн сюлэмшугъяське, — нош ик кутскиз Володя, ӵашетӥсь апаезлэн пӧсям, эмезь кадь горд ымнырыз шоры йыркуръяськытэк меӵак учкыса.