Она говорила, а гордое чувство всё росло в груди у нее и, создавая образ героя, требовало слов себе, стискивало горло.
Анай вера, нош данъяськон мылкыдыз ялан будэ но, батырлэсь тусбуйзэ пуктыса, аслыз ялан умоесь кылъёс шедьтэмез потэ, гульымез ӝикатэ.