Тут Григорий Григорьевич еще вздохнул раза два и пустил страшный носовой свист по всей комнате, всхрапывая по временам так, что дремавшая на лежанке старуха, пробудившись, вдруг смотрела в оба глаза на все стороны, но, не видя ничего, успокоивалась и засыпала снова.
Григорий Григорьевич ог кык пол лулӟиз на но нырыныз быдэс комната тыр шуланы кутскиз но куддыр сокем юн соргетӥз, пересь кышномурт ӵем дыръя кыксэ ик синъёссэ ӵош усьтылӥз, котырак учкыса, номыр кышкамонзэ адӟытэк, берен буйгатскылӥз но умме усьылӥз.