Быть того не может! — проговорил отец, откинулся в кресле и как бы издали посмотрел на Володю, словно художник, проверяющий точность картины.
Со зэм ӧвӧл! — вазиз атаез, йырзэ сьӧрлань кариз но, художник суредэз эскерем сямен, Володя шоры кыдёкысен учкиз.