— Вишь, как ругается! — сказал парубок, вытаращив на нее глаза, как будто озадаченный таким сильным залпом неожиданных приветствий, — и язык у нее, у столетней ведьмы, не заболит выговорить эти слова.
«Уть, кыӵе даллаше!» таӵе витьымтэ шорысь лек верам кылъёслэсь паймыса кадь, со шоры сэзь учкыса, шуиз егит пи: «кылыз но вӧсь уз луы солэн, сю аресъем вегинлэн, сыӵе кылъёсты вераны».