Беспрерывно, один за другим, а то и по два и по три сразу, с утихающим шумом уносились снаряды за гребень высотки, в Германию, туда, где небо казалось уже не русским, а каким-то отвратительным, тускло-металлическим, искусственным, немецким небом.
Огез бӧрсьы мукетыз, нош куддыръя кыкез но куинез ӵош кошкылӥзы снарядъёс вырйыл сьӧры, Германие. Отын инбам ик ӟуч музъем вадьсысь инбамлы уг кельшы вал. Кыӵе ке но со шимес, пурысь корт кадь адске вал.