В сундуках у него лежало множество диковинных нарядов: штофные юбки, атласные душегреи, шёлковые сарафаны, тканные серебром, кики и кокошники, шитые жемчугами, головки и косынки ярких цветов, тяжёлые мордовские мониста, ожерелья из цветных камней; он сносил всё это охапками в комнаты матери, раскладывал по стульям, по столам, мать любовалась нарядами, а он говорил:
Шикысаз солэн трос паймымон дӥськутъёсыз вал: юбкаос, атлас душегрейкаос, тӧдьы укоен куэм буртчин сарафанъёс, пилинӟиос, бырттылыса вурем такъяос но кокошникъёс, мордваослэн нуллон секытэсь чигвесьёссы, дуно излэсь лэсьтэм весьёс; ваньзэ тае со мемиелэн комнатаяз ӟыгыртэтэн нуллӥз, пуконъёс вылэ, ӝӧкъёс вылэ тыриз, дӥськутъёс шоры меми синмаськыса учке, нош ӵужатай шуэ: