ˈon xʌrʌʃˈo znˈɑɭ sʌvrʲimʲˈennyjɪ jɪmˈu xrʲisʲtʲiˈɑnskʲijɪ pʲisˈɑnʲija ˈi knʲˈiɡʲɪ vʲˈetxʌvʌ zavʲˈeta, byɭ nastˈoɭkʌ xʌrʌʃˈo znˈɑkʌm s pʲisˈɑnʲijamʲɪ xrʲisʲtʲiˈɑŋɡnʌsʲtʲˈikʌf, ʃto pʌrˈoj ʌrʲiɡʲˈen stanˈovʲitsʌ f tupʲˈik (en)vˈiː(ru), ʃɛʑdʲdʲɪsʲˈjatdvˈɑ; (en)vˌiːˈaɪ(ru), dvˈɑttsatʲsʲˈejm.
Он хорошо знал современные ему христианские писания и книги Ветхого Завета, был настолько хорошо знаком с писаниями христиан-гностиков, что порой Ориген становится в тупик (V, 62; VI, 27).