pʌɭutʃʲˈif ʌsnʌvˈɑtʲiɭnʌjɪ ʌbrʌzʌvˈɑnʲijɪ ˈi prʌsɭˈuʃʌv bʲisʲˈedy pʲirʲipˈɑtʲitʲika fʲiˈofrʌsta ˈi akadʲˈemʲika krantˈora, ˈon vˈyrʌbʌtʌɭ pˈot vɭʲiˈjanʲijim fʲiɭʌsˈofʲiɪ pʲirrˈona ʌsˈobʌjɪ skʲiptʲˈitʃʲiskʌjɪ mʲirʌvʌzzrʲˈenʲijɪ, ʌprʌvʲˈerɡʌfʃyjɪ utʃʲˈenʲijɪ stˈoikʌf ˈi sʌstʌˈjafʃyjɪ f tˈom, ʃto v mʲˈirʲi nʲe suɕistvˈujit nʲiʌspʌrʲˈimʌvʌ krʲitʲˈerʲija dɭʲɑ ʌprʲidʲiɭʲˈenʲija ˈɪsʲtʲiny ˈi ʃto fsʲˈɑkʌjɪ pʌɭʌʒˈɛnʲijɪ mˌoʒyt bytʲ ʌsparʲˈivʌjimʌ tʲˈemʲɪ ˈɪɭʲɪ druɡʲˈimʲɪ dˈovʌdʌmʲɪ, kʌtˈoryjɪ tˈoʒy kˈɑʒutʲsʲʌ vʲirʌˈjatnymʲɪ; pʌˈɛtʌmu dʌsʲtʲiʒˈɛnʲijɪ apsʌɭʲˈu"tnʌ ˈɪsʲtʲinnʌvʌ nʲidʌstˈupnʌ tʃʲiɭʌvʲˈetʃʲiskʌmu sʌznˈɑnʲiju, ˈi, sɭʲˈedʌvʌtʲiɭnʌ, nʲiʌpxʌdʲˈimʌ ʌɡranʲˈitʃʲitʲsʲʌ ʌdnʲˈim tˈoɭkʌ vʲirʌˈjatnym, ʃto, pˈo utʃʲˈenʲiju arkʲisʲˈiɭʌja, javɭʲˈɑjitsʌ fpʌɭnʲˈe dʌstˈɑtʌtʃʲnym dɭʲɑ praktʲˈitʃʲiskʌj nˈɑʃyj dʲˈejatʲiɭnʌsʲtʲɪ.
Получив основательное образование и прослушав беседы перипатетика Феофраста и академика Крантора, он выработал под влиянием философии Пиррона особое скептическое мировоззрение, опровергавшее учение стоиков и состоявшее в том, что (в мире) не существует неоспоримого критерия для определения истины и что всякое положение может быть оспариваемо теми или другими доводами, которые тоже кажутся вероятными; поэтому достижение абсолютно истинного недоступно человеческому сознанию, и, следовательно, необходимо ограничиться одним только вероятным, что, по учению Аркесилая, является вполне достаточным для практической нашей деятельности.