ˈɪmʲinnʌ ˈɛta strʌtʲiɡʲˈitʃʲiskʌja ʌsˈobʲinnʌstʲ prʲivɭʲikɭˈɑ vnʲimˈɑnʲijɪ rˈytsʌrʲij, prʲiʃˈɛdʃyx v (en)ɹˌəʊmən θˈɜːtiːn(ru) vʲˈekʲi xrʲisʲtʲiʌnʲiʑˈirʌvʌtʲ prˈusʲsʲiju.
Именно эта стратегическая особенность привлекла внимание рыцарей, пришедших в XIII веке христианизировать Пруссию.