ˈɑ tʲipʲˈerɪ^, ɡʌsudˈɑrɪ^ brˈɑtʲits, nʌstʌˈit vrʲˈemʲʌ nˈɑʃym ʌbˈoim ʌsˈobʌm bˈoɡʌm vrutʃʲˈennʌjɪ nˈɑm tsˈɑrstvʲijɪ prˈɑvʲitʲ samʲˈim, pʌnʲˈeʒy prʲiʃɭʲˈɪ jˈesmʲɪ v mʲˈeru vˈozrʌsta svʌjiɡˈo, ˈɑ trʲˈetʲjjimu zazˈornʌmu ɭʲitsˈu, sʲistrʲˈe nˈɑʃyj, s nˈɑʃymʲɪ dvumʲˈɑ muʒˈɛskʲimʲɪ ʌsˈobʌmʲɪ f tʲˈitɭʌx ˈi v rasprˈɑvʲi dʲˈeɭ bˈytʲɪ nʲe ɪzvʌɭʲˈɑjim; nə tˈo by ˈi tvʌˈja, ɡʌsudˈɑrʲʌ mʌjivˈo brˈɑta, vˈoɭʲʌ skɭʌnʲˈiɭʌsʲʌ, pʌtʌmˈu ʃto utʃʲˈɑɭa ʌnˈɑ v dʲˈeɭa fstupˈɑtʲ ˈi f tʲˈitɭa pʲisˈɑtʲsʲʌ sʌbˈoju bʲˈes nˈɑʃyvʌ ɪzvʌɭʲˈenʲija; kˈɑ tˈomu ʒˈɛ jɪɕˈɵ ˈi tsˈɑrskʲim vʲintsˈom, dɭʲɑ kʌnʲˈeʃnʌj nˈɑʃyj ʌbʲˈidy, xʌtʲˈeɭa vʲintʃʲˈɑtʲsʲʌ.
А теперь, государь братец, настоит время нашим обоим особам Богом врученное нам царствие править самим, понеже пришли есми в меру возраста своего, а третьему зазорному лицу, сестре нашей, с нашими двумя мужескими особами в титлах и в расправе дел быти не изволяем; на то б и твоя, государя моего брата, воля склонилася, потому что учала она в дела вступать и в титла писаться собою без нашего изволения; к тому же ещё и царским венцом, для конечной нашей обиды, хотела венчаться.