v ˈɛtʲikʲi xrʲisʲˈipp utvʲirʒdˈɑɭ jɪdʲˈinstvʌ dˈuʃɪ ˈi, v ʌtɭʲˈitʃʲijɪ ot ʑinˈona kʲitʲˈijskʌvʌ, vʲˈidʲiɭ f strasʲtʲˈɑx nʲe sɭʲˈedstvʲija ʌʃˈybʌtʃʲnyx suʒdʲˈenʲij, ˈɑ sˈɑmʲɪ ʌʃˈybʌtʃʲnyjɪ suʒdʲˈenʲija.
В этике Хрисипп утверждал единство души и, в отличие от Зенона Китийского, видел в страстях не следствия ошибочных суждений, а сами ошибочные суждения.