When young children are able to model what it looks and feels like to deal with corruption, they are likely, when faced with a dilemma in their future, to model what they've been taught.
Когда ребёнок узнаёт, как правильно себя вести, если столкнулся с фактом коррупции, то, возможно, в будущем, столкнувшись с ней в реальности, он применит знания на практике.