In the old days they used to take a lump of Pentelic marble and drill from the surface in order to identify the skin, the appearance, what Aristotle defined as the distinction between substance and appearance, the thing that makes things visible, but here we're working from the other side.
В древности скульптор брал кусок пентелийского мрамора и шлифовал поверхность, чтобы создать кожу, внешность, которую Аристотель определял как различие между сущностью и наружностью, то, что заставляло вещи оживать, но здесь мы работаем по-другому.