I mean, these people had nothing, and they were so petrified, they wanted to give up, but the woman in the center rallied for them to persevere, and abolitionists on the ground helped them get a quarry lease of their own, so that now they do the same back-breaking work, but they do it for themselves, and they get paid for it, and they do it in freedom.
То есть, у людей ничего не осталось. Они были так потрясены этим, что хотели сдаться, но женщина в центре помогла им сплотиться и продолжить борьбу за свои права, а аболиционисты помогли им взять каменоломню в аренду. Теперь они выполняют ту же самую изнурительную работу, но они работают на себя, получают за это деньги и теперь делают это без принуждения.