So I took a bargain that I'd later see in a prison, a Stasi prison in Berlin, on a sign that read, "He who adapts can live tolerably."
Поэтому я заключил сделку, которую я позже увижу в тюрьме Штази в Берлине на плакате, гласящем: «Тот, кто адаптируется, сможет жить терпимо».