You rise with compassion to protect the lives of the unborn, but otherwise you think the bedroom of consenting adults is a rather strange place for the government to be.
Вы участливо восстаёте в защиту жизней  нерождённых детей, но в тоже время вы думаете,  что спальня взрослых людей — довольно странное место  для присутствия правительства.