And the second thing it does, and it gives us a very clear direction  of travel for new therapies -- I mean, you don't need to be a rocket scientist to know what to do here.
И второе, что он делает, и это даёт нам очень чёткое направление в походе за новой терапией — я имею в виду, не нужно быть ядерным физиком, чтобы знать, что делать.