And these young people, when I talk to them, basically they were either depressed or apathetic, or bitter and angry. And they said more or less the same thing, "We feel this way because we feel you've compromised our future and there's nothing we can do about it."
Взять тех молодых людей, с которыми я беседовала, большей частью они либо подавлены или апатичны, либо недовольны и озлоблены. Они говорили почти то же, что и я: "Мы стали такими, потому что вы перечеркнули наше будущее, и мы уже ничего не можем с этим поделать".