When it came to having kids, I thought that good was some version of a superbaby, some ultrahealthy human who possessed not a single flaw and would practically wear a cape flying into her superhero future.
Когда речь идёт о детях, я думала, что «хорошо» — это некая версия супер-ребёнка, ультра-здоровый человек, у которого нет ни одного недостатка, который в плаще полетит в будущее супергероев.