At night, I would sit with my family around the snowy, bunny-eared TV, and watch images of that same quiet man from the garden surrounded by hundreds and thousands of people as scenes from his release were broadcast nightly.
По ночам я сидел со своей семьёй у старого телевизора  со смешной антенной и смотрел на искажённые помехами  изображения этого молчаливого человека,  гуляющего у нас в саду. В телевизоре его окружали толпы людей в момент освобождения,  который транслировался по ночам.