In a time where being brown, queer, African and seen as worthy of space means being everything but rural, I fear that we're erasing the very struggles that got us to where we are now.
В эпоху, когда быть темнокожим, голубым, африканцем и достойным места, означает не быть деревенским, боюсь, мы аннулируем всю борьбу, которая привела нас туда, где мы есть.