Fifty years ago, when I began exploring the ocean, no one -- not Jacques Perrin, not Jacques Cousteau or Rachel Carson -- imagined that we could do anything to harm the ocean by what we put into it or by what we took out of it.
Пятьдесят лет назад, когда я начала исследовать океан, никто -- ни Жак Перрин, ни Жак Кусто или Рейчел Карсон -- не представляли, что мы можем нанести океану какой-либо вред, добывая что-либо из океана или выбрасывая в него.