It sees itself, such as it is, the it, as something that will create the impression that there will be political cost, there will be a political price to be paid, for allowing genocide, for not having an heroic imagination, for not being an upstander but for being, in fact, a bystander.
Его сознательная цель как движения — добиться понимания, что существует политическая цена, ущерб для политического капитала в случае попустительства геноциду, отказа от героического воображения, для тех, кто вместо защитника становится безучастным наблюдателем.