(Laughter) And again, I felt kind of uncomfortable with the notion that a building the size of the Washington building -- 50,000 square feet -- will sit on that fragile hill and that we will go into galleries -- rooms with doors and sort of familiar rooms -- to tell the story of the Holocaust.
(Смех) И снова я чувствовал, что нехорошо как-то, если здание величиной с вашингтонское, несколько квадратных километров, плюхнется на эту несчастную гору, а потом мы просто будем входить в галереи, комнаты с дверьми... Простыми, знакомыми всем, и так мы узнаем историю Холокоста...