And I made a vow to myself, then and there, that if this man who had such cause to think otherwise had reached that conclusion, I would not presume to differ until he released me from my vow.
И тогда я поклялся, что, раз этот человек, у которого были все основания думать иначе, пришел к такому выводу, я буду думать как он, пока он сам не освободит меня от этой клятвы.