The institutions of the past with all their inertia are just irrelevant for the future, except they're there and we have to deal with them. I spend about 15 percent of my time trying to save the world, the other 85 percent, the usual -- and whatever else we devote ourselves to.
Учреждения прошлого с их инерцией просто не годятся в будущем, но они существуют и мы должны иметь дело с ними. Я провожу около 15% своего времени, пытаясь спасти мир, другие 85% — в обычных делах, которыми мы все занимаемся.