Now, that's really good compared to the mid-1980s, when it was in excess of 80 percent, but we can't explain the decline in death sentences and the affinity for life without the possibility of parole by an erosion of support for the death penalty, because people still support the death penalty.
Действительно хорошо по сравнению с серединой 1980-х, когда она была выше 80%. Но мы не можем объяснить уменьшение приговоров к смерти и рост пожизненных приговоров без права освобождения ослаблением поддержки смертной казни, потому что люди всё ещё поддерживают смертную казнь.