It saved me when I was in the middle of writing "Eat, Pray, Love," and I fell into one of those sort of pits of despair that we all fall into when we're working on something and it's not coming and you start to think this is going to be a disaster, the worst book ever written.
Эта мысль спасла меня, когда я писала «Есть, молиться, любить», и впала в тот род отчаяния в который мы все впадаем, когда работаем над чем-то, и это не получается. Ты начинаешь думать, что это катастрофа, что это будет худшей из написанных книг.