And by 20, I had the sense, I really had the sense, that I could overcome this, that I was now strong enough that by an act of will, I could blow the obsessional thinking away.
А после 20-го у меня появилось ощущение, на самом деле появилось, что я смогу это преодолеть, что я достаточно силен, чтобы волевым усилием изгнать из себя навязчивости.