They had been literally crying and praying and thinking, "Will we let our 12-year-old participate in this march and probably have to go to jail?"
они пришли в мою комнату. Задав себе вопрос: «Позволим ли мы, своему 12-летнему сыну участвовать в этой демонстрации и попасть в тюрьму?».