When we're frustrated that entities won't share data -- data that comes from people who gave their energy, their time, their blood and even their tears -- we need to stop and ask, "How is it true that we could share, but we aren't?"
Когда мы расстроены тем, что организации  не делятся клиническими данными, основанными на щедрости людей, которые делятся своей энергией, временем, кровью и даже своими слезами, пора остановиться и спросить: «Правильно ли это? Почему мы можем делиться, но не делаем этого?»