And the result is -- we call it "patient autonomy," which makes it sound like a good thing, but what it really is is a shifting of the burden and the responsibility for decision-making from somebody who knows something -- namely, the doctor -- to somebody who knows nothing and is almost certainly sick and thus, not in the best shape to be making decisions -- namely, the patient.
Это результат того, что мы называем «автономией пациента», которая может показаться хорошей идеей. Но в реальности она перекладывает груз ответственности за принятие решения с того, кто знает что-то, а именно доктора, на того, кто не знает ничего и почти наверняка болен и поэтому находится не в лучшей форме для принятия решения, а именно пациента.