What if we were to think again about those odd, untranslatable words for emotions and wonder whether some cultures might feel an emotion more intensely just because they've bothered to name and talk about it, like the Russian "toska," a feeling of maddening dissatisfaction said to blow in from the great plains.
А если мы снова вернёмся к странным, непереводимым словам, обозначающим эмоции и задумаемся: а вдруг какой-либо народ сильнее испытывает ту или иную эмоцию только по той причине, что придумал ей название в своём языке? Как русское слово «тоска» — чувство безумной неудовлетворенности, навеянное ветром великих равнин.