But he’s since become their slave, and rants with furious regret: “And then I loved thee,/ And showed thee all the qualities o’ th’ isle/ The fresh springs, brine pits, barren place  and fertile./ Cursed be I that did so!” With his thunderous language and seething anger, Caliban constantly reminds Prospero of what came before: this island’s mine by Sycorax my mother, Which thou takest from me.
Но вскоре он попадает к ним в рабство и горько сокрушается о своей доле: «И тебя Я полюбил и показал весь остров: Где соляные ямы, где ключи, Где пустыри. Будь я за это проклят!» Своим громогласным рёвом и растущим негодованием Калибан постоянно напоминает Просперо о том, что было там до него: «Ведь остров мой: он матерью в наследство Оставлен мне.