And the thought exercise, to me, is: if you were to go back 100 years and have people -- my grandparents, great-grandparents, a tailor, worked in a mine -- they look at what all of us do for a living and say, "That's not work."
И я вот ещё о чём размышляю: если вернуться на 100 лет назад и привезти оттуда людей — моих дедов и прадедов, портных, шахтёров — они посмотрят на то, чем мы сейчас зарабатываем на жизнь, и скажут: «Это не работа».