Despite Rasputin’s heavy drinking,  petty theft, and promiscuity, his reputation as a monk  quickly spread beyond Siberia and attracted both laypeople  and powerful Orthodox clergymen.
Несмотря на его пристрастие к выпивке, мелкое воровство  и неразборчивость в связях, слава «великого подвижника» быстро распространилась за пределы Сибири, завоевав интерес как простых крестьян, так и влиятельного  православного духовенства.