When the interviewer tried to pigeonhole him as a gay writer, Baldwin stopped and said, "But don't you see? There's nothing in me that is not in everybody else, and nothing in everybody else that is not in me."
Когда корреспондент попытался приклеить на него ярлык писателя-гея, Болдуин остановился и сказал, "Разве вы не видите? Во мне нет ничего такого, чего бы не было у других и у других нет ничего, чего нет во мне."