And it suddenly occurred to me, that among my many fears, were not just that the bureaucracy and the regulators and the legislators might not get it -- it was that, fundamentally, you believe there's pressure among the people not to invade the most precious little bit of space left, the sidewalks in these cities.
И внезапно я понял, что в числе того, чего я больше всего боялся, помимо бюрократии, инспекций и законодательства, было осознание того, что, возможно, люди не хотят, чтобы вы вторгались в то единственное оставшееся нетронутое место в наших городах — тротуары.