And here you see the moment when, witnessed by 15,000 people who turned out on a dark, cold, March evening, the moment when they decided to put their enmity behind them, to inhabit this shared space, where everybody had an opportunity to say the things that had been unsayable, to say out loud, "You hurt me and my family, but I forgive you."
Здесь вы видите момент, где 15 000 людей вышли тем холодным мартовским вечером, тот момент, когда они решили оставить свою вражду, разделить общее пространство и сказать невысказанное ранее, сказать громко: «Вы ранили меня, мою семью, но я вам прощаю».