Now when I first started asking what happens when we die, the grown-ups around me at the time answered with a typical English mix of awkwardness and half-hearted Christianity, and the phrase I heard most often was that granddad was now "up there looking down on us," and if I should die too, which wouldn't happen of course, then I too would go up there, which made death sound a lot like an existential elevator.
Когда я впервые начал спрашивать, что происходит, когда мы умираем, взрослые вокруг меня в то время отвечали с типичной английской смесью несуразности и полухристианством. Фраза, которую я слышал чаще всего, была, что дедушка теперь «смотрит на нас сверху», и если я тоже должен буду умереть, что, конечно же, не случится, то я тоже поднимусь туда наверх, что смерть становилась очень похожей на экзистенциальный лифт.