You see, as a writer, I approached this issue as an observer, as an Indian, I felt embarrassment and disbelief, and as an activist, I looked at it as a defender of rights, but as a citizen journalist, I suddenly felt very vulnerable.
Понимаете, как писатель, я подходила к этому вопросу в качестве наблюдателя. Как жительница Индии, я была смущена и полна недоверия. Будучи активисткой, я рассматривала этот случай как защитница прав. Как гражданский журналист, я неожиданно почувствовала себя очень уязвимой.