So when a person -- an Adonis in this case -- is no longer productive in the way we expect him to be, the way that he expects himself to be, what value does that life have left?
Поэтому когда кто-то — Адонис в нашем случае — больше не полезен так, как нам бы хотелось, так, как ему самому хотелось бы, какую ценность имеет такая жизнь?