And nobody has my permission for killing in my name, a man is but a man and if there is a God, this was his wish, the very ground I tread will live on, once I am gone on my way to oblivion, and all doctrines will suffer the same fate, and there is not one nation that has not proclaimed itself the chosen people.
И я никому не давал разрешения убивать от моего имени. Человек — не больше, чем просто человек, и если есть Бог, это он этого хотел. Земля, на которой я стою, останется, а меня не станет. И нет такой доктрины, которая не забудется. И нет такого народа, который бы не верил, что он избранный.