You see, the baker, in this moment, has become, in a sense, sort of, the God of his dough, you know, and his dough, well, while it's not an intelligent life form, is now alive.
Адам. Видите ли, пекарь, в этот момент, превращается, в некотором смысле, в бога своего теста, и его тесто, хоть и не мыслит, теперь живое.