In those days there was still countryside close to the city, farms, cornfields, cows; even not far from our building with its blurred brick and long shadowy hallway you could find tracts with hills and trees you could pretend were mountains and forests.
В те дни пригороды ещё была частью города; фермы, кукурузные поля, коровы, совсем неподалеку от нашего дома, c темной и длинной сумрачной прихожей, были холмы и деревья, и можно было притвориться, что это горы и леса.