But there's a lot that we can do. There are dozens and dozens of reforms we can do that will make things better, because a lot of our dysfunction can be traced directly to things that Congress did to itself in the 1990s that created a much more polarized and dysfunctional institution.
Но мы также способны на многое. Есть множество реформ, способных улучшить положение. Нынешняя дисфункция происходит от того, что Конгресс сделал с собой в 90-х, результатом чего стало ещё большая поляризованность и привело к сбоям в работе.