No wonder that by age five I was a raging feminist -- although the term had not reached Chile yet, so nobody knew what the heck was wrong with me.
И неудивительно, что к пяти годам я была яростной феминисткой - хотя об этом термине еще не слышали в Чили, поэтому никто не понимал, что за чертовщина со мной творится.