extracted_text:
Муниципальное бюджетное учреждение дополнительного
образования
«Детская музыкальная школа» Табунского района
Методический доклад
Преподавателя теоретических дисциплин Пешковой Л. А.
«О ТЕХНИКЕ ПИАНИСТА»
2018 г. О технике

  Все   просто.
Что такое техника?
   Это беглость пальцев, это чистая игра, без «сопутствующих
звуков», это гибкая, пластичная, удобная игра, когда руки и
запястья не зажимаются, это крепкая и уверенная игра даже
в самых быстрых темпах. Вот, что такое техника.
Что нужно, чтобы быть техничным?
  Качественно   играть   много   быстрых   и   виртуозных

произведений.
  Почему   же   тогда   в
действительности   так   мало   пианистов   с   блестящей
техникой?   Думаю,   что   каждый   пианист   знает,   что   такое
техника   и   как   ее   развивать.   Но,   к   сожалению,   пианист
встречает массу барьеров на пути к достижению виртуозной
техники — при быстрой игре начинают зажиматься руки или
запястья, в быстром темпе пальцы перестают шевелиться,
играемое произведение звучит некачественно.
В чем же причина возникновения таких проблем?

  В   неправильной   постановке   рук,   которая   ведет   к
неправильному   звукоизвлечению   —   когда   неверно
развиваются мышцы пальцев, кисти и запястья, когда нет
основных   навыков   передачи   веса   в   инструмент   через
интонацию.   Все   это   является   причиной   появления   лишних
движений в игре, которые сильно тормозят технику: высокий
замах пальцев перед взятием клавиши и лишние движения
кисти, запястья и локтя.
     Первое — следствие отсутствия цепких концов пальцев
(когда   недостаточно   просто   положить   палец   на   клавишу,
чтобы   взять   ноту,   а   приходится   делать   замах   пальцем).
Также, это следствие отсутствия правильного интонирования
интервалов, которое ведет к ошибочному представлению о
том,   что   беглость   находится   в   самих   пальцах,   когда,   на самом деле, беглость пальцев заключена в суставах, которые
находятся в кисти руки.
   Второе — следствие отсутствия гибкого, певучего запястья,
когда   исполнителю   приходится   машинально   делать
дополнительные   движения,   чтобы   освободить   руки.   Часто
это приводит к непопаданию на нужные звуки в скачках (от
чего   исполнитель   начинает   еще   больше   зажиматься)   и   к
смазыванию звуков, что называется, «на ровном месте».
     Таким образом, причиной отсутствия техники у пианиста
является   неправильная   постановка   рук   —   когда   у
исполнителя нет ощущения того, что он стоит на крепких
пальцах, что его концы пальцев «прорастают» в клавиши, что
его запястья гибкие и певучие, и что его руки, как шланги,
переливают вес в инструмент.
    В более позднем возрасте, начиная с 10 лет, переставить
правильно   руки  уже  невозможно,   т.к.   опыт  неправильного
звукоизвлечения и неправильных движений слишком велик.
Именно   поэтому   преодолеть   проблемы   с   техникой   в   этом
возрасте возможно только через осмысленную игру.
   Что я подразумеваю под словами «осмысленная игра»?
   Это правильное представление того, что исполнитель хочет
сказать   и   правильное   исполнение   того,   что   исполнитель
хочет   сказать.   Второй   момент   очень   важен,   т.к.   часто
исполнитель, имея четкое представление того, что он хочет
сказать, не может в полной мере ярко и понятно передать на
инструменте   задуманное.   Правильное   представление   и
исполнение   произведения   дают   осмысленную   игру.   Таким
образом достигается контроль исполнителя над тем, что он
играет: как он себе представляет музыку, и какие приемы он
грамотно   использует   для   исполнения   на   инструменте
задуманного.   Только   при   таком   контроле   возможно
устранение всех барьеров на пути к достижению виртуозной
техники. Благодаря навыкам налаженного контакта голова-
руки   (представление-исполнение),   мышцы   рук,   через
некоторое время, уже начинают сами правильно двигаться —
больше   напрягаться   и   освобождаться.   Это   называется мышечной   памятью,   когда   при   правильном   представлении
МСВ   вы   уже   внутренне   начинаете   чувствовать,   как   ваши
мышцы рук будут исполнять на инструменте представленную
музыку. Для наработки беглой техники этот момент очень
важен, т.к., представляя музыку в голове в быстром темпе,
мышцы   рук   уже   будут   готовы   правильно   сыграть   этот
отрывок в том же быстром темпе.
   Также должна сказать, что все расслабляющие упражнения
для рук, корпуса, шеи и т.д., несвязанные с музыкой, годятся
только   для   чувства   удовлетворения   от   первых,   осторожно
взятых  в   медленном   темпе,   звуков.   Как   только   вам   будет
необходимо сыграть виртуозное произведение, руки начнут
опять   зажиматься.   А   стараясь   их   расслабить,   вы
почувствуете,   что   это   невозможно   сделать,   даже   усилием
воли.   Мало   того,   постоянно   переключая   свое   внимание   с
музыки на руки вы никогда не сыграете произведение так,
как   вам   бы   хотелось   его   сыграть.   Расслабляющие
упражнения   не   дадут   нужного   результата,   потому   что
технично   играть   можно   только   свободными   руками,   а   не
расслабленными.   Руки   должны   быть   «умными»,   тогда   они
будут свободными. В расслабленных руках нет жизни, и при
любом непродуманном движении они снова зажмутся.
    Обучаясь по моей системе, пианист овладевает навыками
техничной   игры,   благодаря   правильному   звукоизвлечению,
благодаря   умениям   грамотно   представить   произведение   и
грамотно   исполнить   на   инструменте   задуманное.   Все   это
дает   пианисту   необходимую   для   наработки   виртуозной
техники правильную постановку рук — когда у исполнителя
есть ощущения того, что он стоит на крепких пальцах, что
его концы пальцев «прорастают» в клавиши, что его запястья
гибкие и певучие, и что его свободные руки, как шланги,
переливают вес в инструмент.

(статья) Автор: А. Павлова    26.08.2007 г.
    Техника   правильного   звукоизвлечения   на   фортепиано Существует несколько технических вопросов о правильном
звукоизвлечении, которые на определенном этапе обучения
начинают волновать исполнителя:
     1) Причины зажатия рук.
     2) Причины статичного, негибкого запястья.
          3)   Как   сделать   пальцы   крепкими,   а   концы   пальцев
цепкими, живыми и чувствительными.
     4) Как научиться «петь на инструменте».
Причины зажатия рук

    Основная   причина   зажатия   рук   —   это   неналаженный
контакт   между   тем,   что   исполнитель   хочет   сказать   (его
внутреннее слуховое представление — ВСП) и тем, как это
грамотно   передать   на   инструменте.   Т.е.   у   ученика   есть
«знания», но нет «умений».
Приведу пример: ученик представляет звук с движением, но
не знает, что за него отвечает запястье, и как оно выражает
представление   о   движении   звука.   Если   ученик   не
продолжает ВСП звука в движении запястьем, то статичность
запястья   начинает   уже   влиять   на   ВСП   движения   звука   —
движение   звука   в   представлении   ученика   начинает
постепенно угасать. Т.е. неправильные движения негативно
влияют   на   наши   слуховые   представления.   Таким   образом,
мышечные зажимы постепенно вызывают и психологические
зажимы.
   Все это, повторяю, является следствием того, что у ученика
нет   «умений».   Когда   он,   играя,   слышит,   что   его   ВСП
абсолютно   не   совпадают   с   реальным   звучанием   на
инструменте,
  его   энергия
накапливается, не находя выхода. Теперь рассмотрим, что
происходит,   когда   контакт   «голова   —   руки   —   голова»
налажен.
     Мышцы рук и запястья начинают естественно двигаться,
дышать, напрягаться, как при вздохе и расслабляться, как
при выдохе. Все это благодаря тому, что движение мышц рук
  ученик   зажимается,
  т.к. полностью связано с ВСП исполнителя. И если исполнитель
хочет что-то изменить в своих ВСП — динамику звука или
штрих   —   движения   мышц   рук   сразу   перестраиваются   на
нужное ВСП. А для того, чтобы все движения были умными и
естественными,   у   исполнителя   должны   быть   точные   ВСП
того, что он хочет сказать — как и у здорового человека,
который   знает,   что   он   хочет   сделать   (взять   яблоко,
например) и знает, как он будет это делать (возьмет яблоко).
Концы пальцев
     Концы пальцев отвечают за качественное представление
звука.   Поэтому   причиной   вялых   концов   пальцев   является
отсутствие у исполнителя четкого и качественного ВСП всех
градаций   звука:   тембра,   гармонии,   динамики,   баланса,
окраски   и   педали.   Именно   поэтому   исполнителю   часто
сложно   сделать   даже   простейшую   динамику.     Приведу
пример:   педагог   просит   ученика   сыграть   место   в
произведении чуть тише, и все, что чувствует ученик в этот
момент — то, что это место надо сыграть не так громко или
чуть тише. Т.е. ничего определенного. Он внутренне немного
зажимается   и   начинает   легче   прикасаться   к   клавиатуре,
боясь, как бы какой-нибудь звук не пропал или не «вылез».
   Когда у исполнителя есть четкое ВСП всех градаций звука,
то в том же случае со сменой динамики ученик представляет
желаемый   звук   и   качественно   выполняет   пожелание
педагога.   Таким образом, если у исполнителя есть четкое
ВСП   всех   градаций   звука,   его   концы   пальцев   становятся
цепкими, крепкими, чувствительными и «умными». Пальцы
сами   начинают   чувствовать,   где   им   больше   раскрыться,
чтобы   площадь   соприкосновения   подушечек   пальцев   с
клавишей   стала   больше   (для   достижения   максимально
объемного   и   певучего   звука),   а   где   подсобраться   (для
четкого и ясного звука). Конец 1-го пальца также вынужден
научиться   «брать»   звук   и   играть   не   за   счет   запястья,   а
работать самостоятельно. У исполнителя появляется новое
ощущение того, что он прикасается не к клавише, а к звуку. «Пение на инструменте»
     Со стороны каждый музыкант может точно определить,
«поет» у исполнителя инструмент или нет. Объяснит он это
просто — если исполнитель дает лететь, жить и вибрировать
звуку   до   конца,   значит,   инструмент   у   него   поет.   Если   он
зажимает,   забивает   и   накрывает   звук   «медным   тазом»,
значит,   инструмент   у   исполнителя   не   поет.   И   сам   он   не
играет, а «стучит» на инструменте.
Как же петь на инструменте?
    Для пения нужен голос — у исполнителя это ВСП звука с
движением. Ученик умеет этим голосом говорить, играя на
инструменте (басом, меццо-сопрано или сопрано). Для этого
он может сыграть гамму с ВСП движения звука, проследив за
правильными движениями запястья, локтя и корпуса.  Но для
того, чтобы этим голосом петь, а не говорить, исполнитель
овладевает «знаниями» правильного интонирования звуков и
«умениями»   грамотно   передавать   интонирование   на
инструменте   с   помощью   веса   и   верной   посадки.   И   когда
исполнитель   овладевает   правильным   интонированием   с
весом   и   представлением   звука   в   движении,   у   него
появляется потрясающее чувство того, что он поет, играя на
инструменте.   Это,   кстати,   дает   еще   большую   свободу   в
мышцах,   так   как   энергия   исполнителя,   благодаря   весу,
переливается   через   ноги,   таз,   корпус,   руки   и   пальцы   в
клавиатуру   инструмента.
  У   исполнителя   появляется
ощущение того, что один звук перетекает в другой — это
дает ощущение легатного пения bell canto.
Итак, правильное звукоизвлечение это:
     1) Точные ВСП о том, что исполнитель хочет сказать.
         2)  Чувствительные и  живые  концы   пальцев,  которые
полностью передают на инструменте ВСП о звуке.

полностью отражают ВСП.
        3)   Движения   запястья,   локтя   и   корпуса,   которые 4)   Владение   правильной   интонацией   и   весом,   т.е.

владение «пением на инструменте».
Координация рук – и никакого мошенничества!
Как получаются «зажатые руки»?
  Зажатые руки – всеобщая координационная трагедия.

    Они   доставляют   больше   всего   беспокойства.   Учителя
«классической   школы»   сталкиваются   с   этой   «проблемой»
сразу, и трудятся над руками ученика в первую очередь и
всю жизнь. Как много детей пришли учиться музыке, чтобы
уйти   с   округлыми   ладошками   и   прямой   кистью,   но   без
малейшего  желания  играть! Я  не знаю другой  профессии,
связанной с работой пальцев, где было столько одержимости
с «проблемой рук».    Никогда не видела,  чтобы  годовалых
малышей, едва научившихся   стоять на ногах, тренировали
ходить   балетным   шагом   –   «а   то   у   них   разовьется
неправильная   походка».   Тем   более   не   видела,   чтобы
карапуза, впервые схватившего ручонкой ложку, стали учить
правилам этикета, и дико нервничали, что он «до сих пор не
владеет   ножом».
  Порой   мне   кажется,   что   учителя
фортепиано – выходцы с другой планеты. Очевидно, дети там
рождаются   поголовно   с   «округлыми»   руками   и   сразу
начинают играть с листа с динамикой. А «зажатые руки» -
редкий врождённый дефект, и миссия настоящего учителя -
спасти ученика, исправив ему руки как можно скорее!   Вы
ещё   не   вызубрили   ноты,   а   учитель   уже   трудится   над
постановкой рук. Он просит вас округлить ладошку и долго
рассказывает,   как   именно   это   сделать.   Представьте:   вы
пришли в класс вождения. Вам очень хочется поскорее сесть
за руль и поехать! Но инструктор – человек долга. Главное
для   него   -   руки.   Ваши   руки   должны   смотреться   на   руле
расслабленно   и   свободно.   Руль   вы   должны   поворачивать
легким   движением   кисти   –   иначе   вы   никогда   не   сможете
«правильно рулить»! Вы не в состоянии плавно тронуться и
остановиться, всё время включаете не ту скорость, постоянно
врезаетесь в кусты и бордюры – но инструктора это мало
волнует:   он   постоянно   ругает   вас   за   «некрасивые   руки». Между прочим, зря бы он старался! Не знаю, как вы, но когда
дошло до дела, я вцепилась в этот руль мертвой хваткой и
боялась   пошевелиться!   И   лишь   много   позже,   набравшись
опыта, я научилась вести машину   совершенно свободными
руками.
Шутки на тему «как держать кисть руки»
Вспомним стадии освоения.
     Вот учитель показал вам, как правильно держать кисть
руки. Если вы повторили это успешно, вы прошли «стадию
проговаривания» навыка с помощью своих мышц. Когда вы
запомнили,   как   надо   держать   руку,   и   можете   свободно
представить это – вы освоили это в уме. Когда вы научились
правильно держать руку на столе, на фортепиано или на чём
угодно – вы усвоили навык на уровне «грамматики». Если вы
применяете   это   к   постановке   обеих   рук   при   игре   на
инструменте – это ваше «ручное» творчество. Шутка в том,
что   это   вряд   ли   поможет   вам     играть   на   фортепиано.
Застывшая в красивой позе «правильная» рука не имеет ни
малейшего   отношения   к   технике   пальцев   и   работе   с
клавишами!   Пока   человек   не   освоил   механику   игры   на
инструменте,   изящно   выстроенный   процесс   постановки
«округлой кисти» - пустая трата времени и сил. «Красивая
рука»,   сколь   бы   не   вызывала   умиления,   не   может   быть
опорой в игре на фортепиано, потому что свобода мышц - не
навык, а следствие физического развития.
Прибаутки на тему «ощущения тяжести руки»
   Это известное упражнение учит играть одну произвольную
клавишу   одним   пальцем   на   фортепиано.   Так,   дескать,
человек учится чувствовать тяжесть своих рук и постигает
туше – извлечение звука клавишей. На самом деле, можно
провести много месяцев, погружая руку ребенка в клавишу и
выгружая   её   из   клавиши.   Но   к   действенному   ощущению
клавиатуры это не приблизит ни на шаг! Вспомните, сколько
раз   вам   приходилось   мерить   у   зеркала   новые   туфли.
Помогало ли это разносить их?.. Увы! Только проносив их две это   развивает   координацию   пальцев   и
недели и избавившись от последнего мозоля, вы больше не
ощущаете их на ноге, и к вам приходит свобода движений.
Коллеги!   Не   проще   ли   прекратить   красоваться   перед
зеркалом,   а   куда-нибудь   сходить?   Ощущение   собственных
рук   и   клавиш   может   дать   только   реальная   игра   гамм   и
упражнений.
И тут я совершенно серьезна!
Первые шаги фортепианного «хождения»

  Игра   –   это   работа   всех   пальцев   в   заданной
последовательности. Восприятие и сознание должны взять
под контроль все нужные для игры мышцы. Для этого мышцы
должны   работать.При   условии,   что   упражнение   простое   и
легко   запоминается,   а   работа   по   его   разучиванию   не
отвлекает   от   главного   –   освоения   первых   навыков
«хождения» - это самый действенный способ научить руки и
пальцы   работать,   как   требуется.   Ключевое   слово   для
начинающего пианиста – фортепианное хождение. Поставив
пальцы на клавиши, мы превращаемся в годовалых малышей,
которые учатся делать первые шаги от клавиши к клавише. С
той только разницей, что «ног» у нас как минимум пять!

    Есть   один   способ   научиться   ходить:   больше   ходить.
Упражнения и пьесы – дозированные прогулочные маршруты.
Активное   гуляние   по   клавиатуре   помогает   достичь
множества полезных целей.
Во-первых,
«взаимопонимание» с клавишами.
Во-вторых,
координацию вместе с клавишами.
В третьих, это позволяет освоить клавишное пространство
зрением. После нескольких путешествий вперед и назад оно
престаёт страшить, становится более доброжелательным и
понятным.
В четвёртых, это помогает потихоньку запомнить, как черные
клавиши   группируются   по   две   и   по   три,   и   как   белые
  тренирует   восприятие   фиксировать   эту «Заданность»   упражнений,
организованы   по   октавам   и   по   порядку.   Путешествие   по
неизвестной местности поможет понять её куда лучше, чем
«клуб теледомапутешественников»!
И   в   пятых,   это   помогает   использовать   уже   освоенный
музыкальный алфавит на клавишах.

  Эффективность   упражнений   удваивается,   если
использовать   наклейки   –   карту   с   названием   клавиш,   и
пропевать каждую нажимаемую клавишу пьесы сольфеджио.
Многие ругают упражнения за их скучность и механичность.
И опять это – взгляд зрелого музыканта. А в самом начале
пути   всё   наоборот.
  их
предсказуемость и повторность - хорошая опора для первых
навыков «хождения». Простое, повторное движение быстро
запоминается – и внимание освобождается для координации
пальцев   и   рук.
  Вместо   того,   чтобы   напряжённо
расшифровывать,   «куда   идти   дальше   и   как   узнать,   куда
идти»,   ученик   может   двигаться   на   «автопилоте»   и
наблюдать   за   пальцами   или   звуком,   постепенно   развивая
«чувство баланса».
Каждый дошкольник может бегать по клавишам! Осваивать
технику игры можно так же легко и свободно, как кататься
на   трехколесном   велосипеде.   Более   того   –   нужно!   Чтобы
обучить своих малышей «ходить пальчиками по клавишам», я
выбрала несколько самых простых упражнений. Нам нужно
«проходить»   клавиатуру   поступенно   с   подкладыванием
пальцев (до мажор в расходящемся движении), поступенно с
помощью   небольшой   растяжки   (Ганон   №1),   с   помощью
чередования белых и черных клавиш (хроматическая гамма)
и трех клавиш одновременно (трезвучия).
   Игру упражнений я разучивала с детьми разного возраста.
Легкость, с которой они схватывали эти движения, удивляла
меня, и постепенно возраст моих учеников опустился… до
двух   лет!   Оказывается,   в   два   года   большинство   малышей
уже   владеют   координацией   своих   пальчиков,   и   вполне
способны «ходить по клавиатуре» обеими руками. Выбор   упомянутых   упражнений   не   случаен.   Вначале   я
отобрала те из них, которые бы очень просто копировались и
запоминались,   но   давали   максимальную   координационную
свободу.   Потом   я   проверила,   как   относятся   к   этим
упражнениям   дети   и   насколько   они   эффективны   для
развития   координации.   Оказалось,   что   я   не   ошиблась.
Упражнения,   которые   будут   описаны   ниже,   действительно
помогают детям освоить клавишное пространство, и они с
большим   удовольствием   «бегают   по   этим   дорожкам»
несколько раз в день.

    Однажды   мама   одного   из   моих   3-х   летних   учеников
рассказала   о   своём   малыше.   Разучив   упражнения,   он   так
увлекся   ими,   что   едва   завидев   клавиши,   тут   же   рвался
«походить   по   ним   пальчиками».   Оказавшись   в   магазине
музыкальных инструментов, он по-деловому приблизился к
самому   большому   роялю   и   стал   играть   обеими   руками
хроматическую гамму, двигаясь вдоль клавиатуры вслед за
своими руками. Публика пришла в неописуемый восторг, а он
долго   и   сосредоточенно   играл,   не   обращая   ни   малейшего
внимания на взрослых.  Он был счастлив – он ДЕЛАЛ ЭТО.

  Умение   делать   что-то   своими   руками   –   главное
удовольствие для маленьких детей. У них ещё жив самый
мощный и естественный стимул обучения – восторг победы!
Игра упражнений - именно то, что им нравится.
   Вот краткое описание упражнений, которые служат в моем
классе опорой для развития координационной техники.
Растяжки, или Ганон №1
   Я начинаю с «растяжки» – упражнения Канона. Это - «ключ
зажигания» для машины, именуемой рукой. Канон помогает
проходить   всю   клавиатуру,
  используя   все   пальцы
поочередно.   Он   дает   восприятию   важный   урок:   «океан
клавиш   не   так   уж   велик,   и   его   можно   переплыть».   Он
показывает,   как   передвигаться   в   пространстве   клавиш
кругообразными движениями, и как растягивание помогает
перескочить через клавишу, чтобы продолжать движение. Они   получают

  Новички   играют   Канон   плоскими   пальчиками,   что
естественно,   потому   что   задача   этого   упражнения   –
«разбудить»   механику   руки   и   заставить   каждый   палец
работать   самостоятельно.
  простое
руководство к действию: растянуть, раз, два, три, четыре,
пять, шесть, семь! Позже, когда пальчики заработали, дети
легко ставят руку куполообразно и начинают опираться на
кончики пальцев.
Хроматическая гамма, или
«Белый кот, Черный кот и Мышка»
   Это упражнение помогает собрать кисть руки в правильную
горсть: оно нагружает только сильные пальцы – первый и
третий, и это освобождает кисть от напряжения. Эта гамма
чрезвычайно полезна для освоения белых и черных клавиш,
необходима   для   правильной   постановки   большого   пальца.
Игра  хроматической   гаммы   двумя   руками   очень   развивает
способность к концентрации: на промежутке между черными
клавишами   каждая   рука   использует   противоположную
аппликатуру.
Трезвучия,  или «три сестры – три брата».
   Трезвучия учат координации одновременно трех пальцев
руки.   Вначале   это   очень   трудно,   и   дети   путают   1,   3   и   5
пальцы   со   2   и   4.   Разделив   пальчики   на   «девочек»   и
«мальчиков»   по   кодировке   клавиш,   мне   удалось   обратить
внимание   детей   на   разницу   этих   двух   групп   пальцев.
Вначале,   когда   упражнение   играется   отдельными   руками,
дети   следят,   чтобы   в   группу   1,   3   и   5   не   затесались
«непрошенные гости» 2 и 4. Чтобы совладать с координацией
этих пальцев, они играют трезвучие много раз.  Позже, когда
это   дается   им   без   труда,   мы   начинаем   играть   трезвучие
пооктавно и в быстром темпе. Это помогает детям освоить
октавы   на   мышечном   уровне.   Потом   упражнение   играется
обеими руками - и развивает координацию обеих рук.
До мажор в расходящемся движении Это   упражнение   совершенно   симметрично.   Оно   учит
подкладывать   первый   (большой)   палец   для   непрерывного
проигрывания   гаммы.   Гамма   играется   в   расходящемся
движении, поочередно каждой рукой, от «до» первой октавы
и до конца клавиатуры.
Сначала мы выучиваем «магическую формулу»:
123 – 1234 – 123 – 1234 - 123 и т. д.
     Когда каждая рука освоила эту работу, мы ставим оба
первых (больших) пальца на «до» первой октавы и начинаем
играть   гамму   «до   упора»   -   «пока   рук   хватает».   Это
упражнение   мощно   развивает   навык   «слепого»   ощущения
клавиш   и   технику   противоположного   движения.   Оно
помогает   «присвоить»   расположение   белых   клавиш   и   их
звучание по порядку.
Дорогу осилит идущий!

  Можно   ли   новичку   играть   упражнения   прямыми
растопыренными пальцами и неритмично? Запросто!   Более
того: именно так ему и нужно играть. Ведь иначе он пока
просто не может.
     Однажды у меня в гостях был профессор, преподающий
музыку.   Увидев   видеозапись   моего   трёхлетнего   ученика,
играющего   Ганон,   он   очень   возмутился:   «Мальчик   играет
неправильными руками!»  «Но ему только три! – возразила я,
-   координация   только   начинает   развиваться!»   «Или
округлыми руками – или никак!» - отрезал профессор. Тогда я
показала  ему   запись   детей   постарше.   «А  как   руки   у  этих
учеников?»   -   спросила   я.     «Вот   это   –   то,   что   надо.   Я   же
говорил:   нельзя   так   рано   начинать!»   -   удовлетворённо
подытожил   профессор.   Он   не   знал,   что   эти   дети,   так
свободно   играющие   «округлыми»   руками,   несколько   лет
назад   точно   так   же   пугали   профессионалов,   нащупывая
дорогу по клавишам «неправильными» руками.
      О   каких   «округлых   кистях»   новичка   мы   говорим?   Его
путешествие   по   клавишам   ничуть   не   отличается   от   их
первых шагов, сделанных маленькими гнущимися ножками навстречу   маме!   Конечно,   его   пальцы   торчат   в   разные
стороны, а чтобы нажать мизинцем, он привлекает вес всей
руки.     Ощущение   клавиатуры   придёт   к   нему   только   с
развитием координации. Заработав и освоившись, рука легко
принимает естественное, округлое положение. И нет никакой
зажатости! Когда знаешь, куда идешь, появляется легкость
походки!
  Уважаемые   коллеги!   Проблемы   «неправильных   рук»   не
существует.   Мы   сами   выдумали   её.   Соревнуясь,   у   чьих
учеников «красивее руки», мы тешим только своё самолюбие.
А вот проблема «зажатых» рук вполне реальна - но дети тут
ни при чём.   Это мы «зажимаем», а точнее - отбиваем руки
нашим   ученикам,   пытаясь   добиться   от   них   «правильной
постановки рук» прежде, чем хоть чему-то их научим.

    Главная   опора   для   координационной   техники   игры   -
освоение всего фортепианного пространства. Не «ощущение
веса руки» путём нажатия случайной клавиши, а проработка
всех клавиш освобождает руки начинающего и придает им
уверенность.   Подумайте   сами,   где   вы   будете   чувствовать
себя увереннее: там, где вы знаете каждый угол – или там,
где знакома лишь пара случайных мест?

  Развив   координацию   до   уровня   «свободного   бегания»
вперёд и назад по клавишам, ребёнок хочет сделать что-то
новое.   Можно   приступать   к   освоению   новых   «трюков»   -
ученик воспринимает их с радостью и восторгом. Теперь он
может:
- учиться играть ритмично и с помощью метронома,
- учиться играть громче и тише, связно (легато) и отрывисто
(стаккато),
- учиться играть на фортепиано и без стикерсов – наклеек на
клавиши.

    Кстати   о   стикерсах.   Как   выяснилось,   их   роль   для
зрительного   восприятия   ребенка   просто   неоценима.
Зрительная информация на клавишах - важнейшая опора для развития координационной техники. Об этом стоит сказать
особо.
Как завоевать доверие восприятия
Если вы не хотите удариться, не ходите в кромешной тьме.
    Когда   я   только   начинала   учиться,   я   нашла   «клад»   -

небольшую   щербинку на клавише своего пианино. Спасибо
тому,   кто   её   сделал!   Она   служила   мне   верой   и   правдой
несколько лет - пока я окончательно не запомнила клавиши
пальцами. Щербинка находилась рядом с нотой «до» - она
была «ре»! Разучивая новые пьесы, я смотрела на неё, как
капитан корабля смотрит на маяк. Даже теперь я вспоминаю
об этой щербинке с любовью и нежностью. Она спасала меня,
как утопающего соломинка!
      Поэтому   я   придумала  стикерсы,   которые   приклеила  на
каждую клавишу. Это – карта местности. Она дает новичку
всю   необходимую   информацию.   На   каждой   клавише   я
поставила   ее   название,   краской   обозначила,   будет   ли   эта
нота   на   линейке   или   между,   и   для   полной   уверенности
добавила   линейки   скрипичного   и   басового   ключей   в   виде
зеленых и коричневых полосок. Клавиши, нотный стан и звук
стали   теперь   единым   пространством.   Дети   избавились   от
многих   часов   неплодотворной     мыслительной   работы   -   и
сосредоточили  внимание на координации  и чтении нот.
Сделав это, я получила много писем с вопросами от коллег: а
не   повредит   ли   такое   простое   решение   развитию
самостоятельного   мышления?..   Не   отобьёт   ли   это   у   детей
желание думать?.. И мне всегда хотелось спросить: скажите, коллега, для чего приходит к вам ученик? Чтобы научиться
играть – или чтобы думать?..
     Когда вы едете в другой город и не знаете дороги, вы
берёте     карту.   И   вы   будете   заглядывать   в   нее,   пока   не
запомните дорогу. И вот вы пришли за картой, а продавец
карт   говорит:   «Не   бери   карту,   приятель!   С   картой   ты
разучишься самостоятельно мыслить и решать проблемы, и
никогда не сможешь развить в себе биологический компас!»
Что вы ему ответите?..
   Естественное желание человека  добраться до конца пути,
а   не   застрять   наглухо   где-то   посередине.   Отчего   же   в
музыкальном   обучении   мы   должны   сидеть   и   напряжённо
думать, когда можем   свободно путешествовать и получать
от этого удовольствие?
   Многие педагоги уверены: опираясь на подсказку, человек
будет пожизненно от нее зависеть. Они не понимают, как
работает восприятие при обучении. У него есть два свойства.
Первое:   новое   воспринимается   настолько,   насколько   оно
понятно.   Чтобы   воспринять   нечто,   человек   должен   иметь
какие-то ориентиры. И второе: «поняв» что-то,  восприятие
тут   же   расширяется.   Оно   не   сидит   на   месте!   Приняв
подсказку   и   почувствовав   себя   защищено,   восприятие
начинает осваивать местность вокруг, отходя от исходного
«гнездышка» все дальше и дальше.
     В каждом из нас живет исследователь! Но главное для
каждого   исследователя   -   «свой   домик»,   место,   куда   он
всегда может вернуться, чтобы не заблудиться. И чем шире
становится   наш   мир,   тем   шире   и   безопасная   зона.   Так,
начиная   с   двух-трёх   счетных   палочек,   мы   постепенно
переезжаем в дом по имени «таблица умножения»,   а ещё
позже   можем   выстроить   себе   «дворец»   по   имени
«интегралы».
      Я   часто   бываю   свидетелем   такого   «новоселья»,   когда,
придя на урок,  мои малыши гордо  говорят: «Я больше не
играю со стикерсами!» И попробуй их только заставь! Для
них   это   -   личное   оскорбление.   Освоив   и   отработав   новый уровень, восприятие начинает скучать и отвергать его – как
подросток детскую песенку, из которой давно вырос. В моей
студии   всегда   стоит   инструмент   без   стикерсов,   но   с
небольшой заставкой позади клавиш, на которой показана
все   та   же   «карта   дороги».   Через   некоторое   время   дети,
садясь за  инструмент, демонстративно вынимают её. Теперь
она им даже мешает!
   Уверена: использование стикерсов или клавишной карты не
просто гуманно по отношению к нашим ученикам. Это также
и   акт   уважения   к   их   неопытности,   и   право   на   эту
неопытность. Давая новичку подсказки и предупреждая его
затруднения,   мы   проявляем   громадный   акт   доверия   к   его
восприятию. Мы не наказываем ребенка за то, что он – ещё
ребёнок. Не издеваемся, как злые надсмотрщики: дескать,
вот тебе проблема и посмотрим, как ты с ней справишься! Мы
даем руку помощи, как друзья: опирайся, пока тебе нужно. Я
в   тебя   верю   –   ты   обязательно   окрепнешь.   И   восприятие,
почувствовав   нашу   помощь,   начинает   с   нами   благодарно
сотрудничать.   Вместе   с   огромными   успехами,   в   человечке
растет самоуважение и вера в собственные силы.
А   вот   что   происходит   с   восприятием   на   уроке
«надсмотрщика».
Много шума из ничего, или поиски «до» первой октавы

  Как   выглядит   клавиатура   фортепиано?   Огромное
множество абсолютно одинаковых клавиш. И лишь чёрные
клавиши, к счастью, немного не симметричны. Пару черных
клавиш в центре клавиатуры принято считать ориентиром.
Слева от них – нота «до» первой октавы. «Тут, по средине, -
загадочным голосом говорит учитель, – где находятся две
черные клавиши, рядом с левой клавишей находится нота С,
или «до»!»

  Уверяю   вас,   даже   приключенческий   диснеевский
мультфильм о том, где «приютилась» на клавишах нота «до»,
не   прибавит   способности   сразу   видеть   её   на   реальных
клавишах.   Белая   плоскость,   поделенная   на   несколько
десятков   равных   отрезков   –   всё   равно,   что   необъятное снежное поле, на котором нужно отыскать белую мышь. Это
для взрослых «два» и «три» - просто, а для ребёнка - вовсе
нет! У него ещё нет нужных навыков. Сначала ему нужно
пройти   стадию   проговаривания   счета:   «раз-два»,   «раз-два-
три»,   потом   осмыслить   разницу,   а   потом   научиться
схватывать ее зрением на лету. И лишь потом, постепенно,
появится способность считать в уме и сразу различать число
клавиш!
    Чтобы мои маленькие ученики слету определяли, где две
черные   клавиши,   а   где   три,   нужно   потратить   несколько
недель.
  Я   вырезала   из   бумаги   фигурки   животных.
Динозавров надо положить на три клавиши, а лошадей - на
две. Дети аккуратно раскладывали эти фигурки по местам,
но без них ещё долго затруднялись ответить слету, где две
клавиши, а где три.
  Значит,   и   тут   большинство   педагогов   игнорирует

постепенность восприятия. Они действуют так, будто ученик
уже умеет быстро считать в уме, и клавиатура для него - уже
знакомое   и   разученное   пространство.   Но   ребёнок   –   не
взрослый! Ждать от новичка, что он сядет, окинет орлиным
взором   инструмент,   мгновенно   сгруппирует   все   черные   и
белые   клавиши   и   тут   же   разделит   их   на   октавы   –   мягко
говоря,   наивно.   Если   ребенок   сосредоточен   на   чёрных
клавишах, то он уже не может следить за белыми. А если
сфокусировался   на   белых   -   совершенно   не   в   состоянии
отслеживать   и   черные,   две   их   там,   или   три.     Вспомните
зеркала   в   машине.
  В   таком   же   замешательстве   и
начинающий, сидящий перед морем клавишей.
Но и это еще не все!
Ведь нота «до» находится СЛЕВА   от двух черных клавиш,
которые ПОСЕРЕДИНЕ. Как мы уже выяснили, «слева» – вовсе
не подсказка для малыша. Это слово мало о чём говорит ему
– оно ещё не усвоено мышцами. «Посередине» - тоже загадка
ещё   та.   Начинается   второй   акт   драмы   «борьба   за
запоминание ноты до». Выглядит это примерно так: Поблуждав туда-сюда по инструменту, зрение пытается из
массы   черных   клавиш   выделить   две.   Наконец   оно
останавливается   на   парочке   клавиш.   Вроде   бы,   они
посредине?.. Ученик ёрзает, пытаясь определить, насколько
они посередине… по отношению к его туловищу.
Теперь – контрольная по математике. Два или три – вот в чем
вопрос. Кажется, два. Ура! Мы на месте назначения.
А что же такое «лево»?.. Так, кажется «право» – это то, чем я
пишу, стало быть лево – это противоположное. Вот туда!
Смотрим на две чёрные клавиши: какая ближе к той руке,
которой я не пишу? Она и есть - лево.
С неё нужно соскользнуть на белую, опять влево. Вот она.
Ура! Нашли! А дальше что?
А   дальше   будем   так   же   искать   все   остальные   ноты   по
порядку! Как водится, без знания музыкального алфавита!
Ура?..
Вот в таких барахтаньях и блужданиях проходит невинное,
мимолётное для учителя обучение ноте ДО. Что-то совсем
далековато до игры  двумя руками, вам  не кажется?

Голос, зрение, координация – война или мир?
Фортепианное родео
Традиционные   уроки   фортепиано   напоминают   мне   родео:
учитель   воюет   с   восприятием   ученика.   Победит   тот,   кто
меньше поранится и позже «вылетит из седла». Кажется, вся
методология   начального   периода   нацелена   против
восприятия   ребёнка,   и   создана   с   целью   разрушить   его
самоуважение и уверенность в себе.
Играть на фортепиано – это значит:
владеть координацией всех пальцев обеих рук, владеть всем клавишным пространством,
уметь читать ноты с листа,
            И ВСЁ ЭТО - ОДНОВРЕМЕННО.

      Однако   педагог   не   скоро   позволит   ученику   играть.
Сначала   новичок   проходит   долгий   период   разучивания
клавиш, нот, музыкальной теории и подготовки рук. И все это
- по отдельности!

    Мы   уже   знаем,   как   восприятие   новичка   относится   к
невостребованному   материалу.   Придя   в   класс,   ребёнок
обычно   полон   радужных   надежд.   Он   готов   перенести   все
трудности,   чтобы   осуществить   свою   мечту:   сесть   и   двумя
руками   сыграть   СВОЮ   МУЗЫКУ.   Именно   поэтому   ученики
долго пытаются выполнять все, что просит учитель, и даже с
энтузиазмом приступают к зубрежке – мужественной борьбе
с собственным восприятием, которое сопротивляется такой
учёбе изо всех сил.

    До   сих   пор   учителя   думают:   достаточно   отдельно
поработать   над   кистью,   отдельно   понажимать   клавиши   -
«ощутить тяжесть руки», отдельно поучить нотную грамоту и
отдельно   поиграть   упражнения   -   и   ученик   начнёт   играть.
«Подготовив»   вас   таким   образом,   они   уверены:   стоит   вам
только открыть нотный текст - и все эти навыки заработают,
как один дружный коллектив, и у вас «запляшут лес и горы».
      Увы,   этого   никогда   не   происходит.   Навык,   выученный
отдельно,   остается   навыком,   выученным   отдельно!   А
отдельные навыки не спешат объединяться в одно целое на
общее   благо.
  Здесь   работает   все   тот   же
нейрофизиологический закон: для того, чтобы освоить новый
вид сложной деятельности, нужно работать над всей этой
деятельностью.   Навыки   нужно   осваивать   постепенно   –   но
одновременно!
Можно ли читать книги за рулём Уметь читать и уметь кататься на велосипеде - не значит
уметь делать это одновременно. Можно сразу давать ученику
массу   упражнений.   Он   освоится   с   клавишами,   научится
«ходить», обретёт координацию и уверенность в движениях,
изучит   «карту»   расположения   клавиш   и   октав.   Чем
увереннее координация рук, тем развитее аппарат, и   тем
больше мышечной свободы. Это значит, что клавиши стали
частью   сознания   человека.   Но   это   вовсе   не   значит,   что
теперь   ученик   откроет   нотный   лист   и   свободно   сыграет
пьесу.   Даже   хорошей   координации   не   достаточно,   чтобы
бегло читать ноты!

  При   игре   простых   упражнений   восприятие   быстро
схватывает   нотную   последовательность   и     работает   на
«автопилоте», освободив внимание для координации. Однако
если   маршрут   резко   усложнился,   да   ещё   надо   его
«расшифровывать»,   ограниченные   приёмы   упражнений   не
помогут. Научившись водить машину по знакомой дороге, мы
всегда сбавляем скорость на незнакомой местности. И чем
тяжелее разобраться в маршруте, тем медленнее наш путь -
вплоть до полной остановки.

  Почему   «традиционный»   учитель   любит   повторять:
«заниматься,   заниматься,   заниматься»?   Потому   что   разбор
нового   произведения   происходит   слишком,   несуразно
медленно.   Порой,   чтобы   сыграть   его   от   начала   до   конца,
нужен целый урок! Учитель и представить себе не может
ученика, который, как и должно быть, просто открывает ноты
и сразу играет пьесу с листа. Отсюда еще одно популярное
высказывание: «работать над разбором произведения». Это
значит, буквально, что ученик сидит, и медленно, нота за
нотой, «разбирает» музыку.
Представим сей удивительный процесс в «лицах».
Несколько минут из жизни способностей
(драма в одном действии)
Восприятие: Эх, надоела зубрежка правил! Вот бы поиграть
чего-нибудь! Координация: Тебе что, ганона мало?
Восприятие: Скукотень - твой ганон! Надоело! Музыки хочу!
Зрение: А обо мне ты подумало? Читать-то мне придётся! Тут
глаз да глаз нужен! А кто меня учил?!
Восприятие:   Ура!   Пьесу   дали   учить!   Конечно,   не   «Лунная
соната», но пойдёт. Про звездочки песня. Простенькая!
Координация:   Простенькая?!   Ты   что,   шутишь?   Да   тут   же
обеими  руками надо играть!
Восприятие: Ну и что? Ты же ганон двумя руками играла!
Координация:  Ну, ты сравнило! Там одно и то же по кругу – и
новичок   поймёт.   А   тут   белиберда   какая-то.   Я   так   не
договаривалась!
Восприятие: А зрение на что? Пусть поможет!
Координация: Ага, жди! Вон оно - в первую ноту уперлось, и
соображает, как же найти ещё две.
Слух:   Эй,   «интеллигенция»,   вы   там   скоро?!   Или   хороним
кого?.. Я сейчас засну! Сколько ж можно одну ноту жевать?
Имейте совесть!
Координация: Не ори, «пролетарий»! Ты там баклуши бьёшь,
а  у  меня   тут   чёртова   сотня   клавиш.   Ковыряюсь   в   полных
потемках! Руки от страха аж свело – того и гляди, вляпаюсь…
куда-нибудь не туда. Слышь, зрение, ты бы хоть немножко
помогло!
Зрение:   Изыди,   не   мешай!..     Если   я   сейчас   от   этой   ноты
оторвусь, сроду её не найду! Ты давай, как-нибудь ползком,
а?..
Слух: А-ай! Вы что там творите? Что за дикая фальшь?! Мне
же больно!
Координация: Ох, пардон, пардон… Я одна – а клавиш много,
пропади они пропадом… Зрение:   Ну   вот,   приехали!   Где   это   я?   Эй,   кто-нибудь,
отзовитесь!
Координация: Ничем помочь не могу. Сама еле двигаюсь…
Слух: Ну, всё! Хватит! Разбирайтесь сами! Я вам что, Шерлок
Холмс – искать музыку по трём фальшивым нотам в темпе
умирающей черепахи!?
Восприятие: Ребята, что там за проблемы?! Где правильные
пальцы? Почему ритм не соблюдаете?! Вы там что, заснули?
Учитель по-русски сказал: чтоб в темпе и выразительно!
Координация, Зрение и Слух: Ну, ничего себе! Вот само и
соблюдай! И выражайся само! Мы при детях не можем…
Восприятие: Бунт на корабле?! Да вы что?! А как же я? А мне
что делать?.. Да кто же я, если с такой песенкой за месяц
справиться не могу?..
Зрение, Слух и Координация: Бездарность ты! Все мы тут
бездарности!   Дохлое   это   дело,   братцы.   Гори   оно   огнём!
Сматываться  отсюда надо! Правильно  учитель говорит: не
всем быть Моцартами!
Занавес.
Вот   такая   «идиллия»!   Единственное   спасение   при   таком
раскладе – натаскивание.

    Чтобы   произведение   стало   мало-мальски   похоже   на
музыку, нужно часами, изо дня в день терпеливо разбирать
его, а потом собирать по кусочкам, как составную картинку-
пазл. При этом почти всю тяжесть неподъемного материала
берёт на себя мышечная память. Слух и логика также делают
все возможное, чтобы   избавить восприятие от каторжной
работы.   Итог:   умение   читать   ноты   почти   не   формируется.
Пьеса   запоминается   -   и   становится   одним   большим,   но
бесполезным навыком! Запомнить лишь конкретное, разовое
сочетание звуков, которое быстро забудется, и не прибавить
себе свободы чтения – много ли тут пользы?.. Такое выучивание можно только терпеть, как неизбежное
зло.   Оно   оставляет   столько   тяжелых   воспоминаний,   что
радость   от   результата   исчезающее   меркнет.   Большинство
«музыкально образованных» не заставишь разбирать новый
материал.   Чаще   всего   они   годами   не   подходят   к
инструменту! А если и подходят, то весь их репертуар - пара
вызубренных пьес, вспомнить которые тяжело, а повторить
по   нотам   невозможно.   Ведь   читать   с   листа   они   так   и   не
научились.
У семи нянек дитя без глаза
Музыкальное чтение - Золушка нашей педагогики.

    Традиционное   обучение   музыке   –   натужная   попытка
заставить   восприятие   работать   в   ситуации   стихийного
бедствия. Ни один из элементов этой работы не имеет опоры
для   подключения   других,   а   собранные   вместе,   они
становятся задачей со многими неизвестными.
   Нотное чтение не опирается на привычное и естественное
проговаривание   –   пропевание   абстрактных   нотных   знаков.
Новичок должен перескочить сразу к стадии правил. На это
способны только исключительно одарённые люди.
  В   странах   «Алфавитной»   нотной   ссистемы

разнонаправленность   музыки   и   клавиатуры   легко   освоить,
проговаривая музыкальный алфавит и азбуку. Вместо этого
начинающим   предлагают   опираться   на   короткие   фразы,
закрепляющие   порядок   нот   лишь   в   одном   направлении   -
every good boy does fine!
   Нотный стан в традиционном обучении лишён графических
опор   для   расшифровки   нотного   чтения.   Понимание
приходится заменять элементарной зубрёжкой.
   Расположение клавиш содержит сразу несколько проблем,
и обучение не даёт никаких опор для их решения.
5. Опора для запоминания белых клавиш - точное восприятие
черных клавиш. Но оно еще не сформировано! 6. Нотные последовательности не опираются на музыкальный
алфавит и азбуку. Основа для восприятия белых клавиш -
механическое   запоминание   семи
  нот   октавы   в   одном
порядке. Опора   здесь - знание английского алфавита. Это
сильно затрудняет прочтение нот в обратном порядке.
7.  Разучивание клавиш оторвано от графики  нотного стана,
словно   эти   системы   никак   не   связаны.   В   результате
выучивание   клавиш   не   помогает   прочтению   нот,   а
зазубривание нот на помогает освоению клавиш.
8. Упражнения на развитие координации мало помогают в
музыкальном   чтении.
  Они   основаны   на   простых
последовательностях и не требуют умения читать текст.
Из за этих методических проколов чтение нот совершенно
неудобоваримо   для   большинства   начинающих.   В   то   время
как   литература   стала   всеобщим   достоянием   и
распространяется через широкую сеть общего образования,
музыкальное   чтение,   как   Золушка,   сидит   на   задворках   у
злобной мачехи и ждет своего счастливого часа.
Зрение, Голос, Слух и Координация. Что же важнее?
Нельзя научиться читать ноты иначе, как с первых же уроков
приниматься… за чтение нот.
     Мои новички начинают играть обеими руками и читать
ноты   с   листа   на   самом   первом   уроке.   При   этом   они
совершенно не вникают в разницу   скрипичного и басового
ключей, не пытаются различить две и три черных клавиши и
найти   среднее   «до».   Они   абсолютно   не   знают   нот   на
нотоносце,   понятия   не   имеют,   что   такое   такты,   размер,
длительности   и   какими   бывают   паузы.   Все,   что   они
запоминают –  первый ряд музыкального алфавита: До Ре Ми
Фа Соль Ля Си До Си Ля Соль Фа Ми Ре До. Всё остальное им
просто не нужно!
  Загружая своих учеников всей этой информацией, педагоги
забывают   главное   качество   собственного   детства:   мы
учимся, ДЕЛАЯ. Ходить,   говорить,   держать   ложку,   завязывать   шнурки,
считать и кататься на велосипеде – все это мы научились
делать в процессе делания! Никто не сажал нас за парту и не
говорил: сейчас я тебя научу, что такое шнурки и как их надо
завязывать.   Никто   не   рассказывал   нам   про   устройство
ботинка и крепость на разрыв, никто не преподавал схемы
узлов.   И   заметьте,   наше   умение   от   этого   ничуть   не
пострадало. Более того, именно поэтому мы и научились что-
то делать!
     Но одно дело – завязывать шнурки. И совсем другое –
читать   ноты   с   помощью   и   фортепиано,   и   голоса.   Тут
задействованы все органы чувств одновременно. Но значит
ли это, что мы должны их уровнять и можем одновременно
развивать?   Конечно,   нет!   Исключительно   важно   раз   и
навсегда   понять,   что   в   этой   «связке»   является   самым
важным.   И   ответ   на   этот   вопрос   хорошо   виден   в
повседневной жизни.
     Если ребенок еще не стоит на ногах и не умеет даже
ползать, какой смысл давать ему указания, куда идти, каким
шагом   и   как   быстро?   Главная,   определяющая   способность
при обучении - координация. Я видела слепых музыкантов.
История знает даже глухих композиторов. Часто приходится
видеть, как человек играет, не зная нот. Но нет ни одного
пианиста, который бы не владел координацией своих рук и
пальцев.
      Обучая   чтению   нот,   эффективнее   всего   опираться   на
координацию. Нужно сделать нотный текст легко читаемым.
Зрение должно быть опорой для мышц, а не лишним грузом,
который лишь добавляет новые трудности.

    Самый   важный   результат   и   главная   цель   -   скорость
прочитывания.   От   быстроты   чтения   зависит     понимание,
осознание   и   цельное   восприятие   произведения   -   охват
смысла   слова,   предложения,   абзаца,   видение   общей
композиции.
    Скорость чтения определяет, что именно мы читаем. Если
по   слогам   –   осилим   только   детскую   книжку,   в   которой картинок больше, чем слов. А если бегло – свободно одолеем
большие, серьёзные книги.

  Быстрота   прочтения   напрямую   связана   с   уровнем
мышления.   Скорость   чтения   не   должна   отставать   от
скорости   понимания.   Музыкальное   чтение   в   этом   смысле
ничем не отличается от чтения книг. С той лишь разницей,
что,   читая   с   хорошей   скоростью   музыкальный   текст,
начинающий развивает ещё и слух, и голос.

    Самым   эффективным   для   начального   обучения   будет
метод,   в   котором   все   восприятия   работают   сообща,   но
внимание   направляется   прежде   всего   на   координацию   –
работу пальцев и рук. Пока ребёнок не обрёл достаточную
координацию, всё его внимание уходит на пальцы и клавиши
–   и   нормальное   чтение   музыкального   текста   просто   не
мыслимо.
  дети   быстро   осваивают
координационные навыки, и при правильном подходе можно
освободить больше внимания для нотного текста.
  К   счастью,
О пользе некоторых переворотов
   Маленькие дети очень любят музыку и тянутся к ней. Они
хотят   играть   на   музыкальных   инструментах   и   не   боятся
этого. И у нас есть совершенно реально возможность научить
их играть! Теперь это можно делать и дома, и в детском
саду,   а   уж   в   школе   –   сам   Бог   велел.   Музыкальная
грамотность может и должна стать достоянием всех людей.
Чтение   и   запись   нотного   текста   может   стать   таким   же
обычным,   как   чтение   книжек,   журналов   и   газет.
Музыцирование   может   быть   популярным   творческим
досугом. Сочинять и исполнять может большинство людей. И
этот язык общения ещё больше объединит человечество.
    Все, что для этого нужно сделать – небольшой переворот.
Он     должен   произойти   в   сознании   взрослых.   Именно   мы,
коллеги,   стоим   сейчас   на   пути   детей   к   музыке.   Наши
закостенелые   привычки   и   амбиции   «до   последней   капли
крови» борются за свой комфорт и неизменность! И всё же мы можем пересмотреть свои методы. Каждый из нас должен
решить, чему же они служат: реальным умениям детей или
нежеланию признать  собственные ошибки.
     Увидев перевернутый и раскрашенный нотный стан, мои
коллеги   порой   приходят   в   неистовство.   Для   них   этот
временный приём – ужасная крамола,  на корню убивающая
все их представления о «правильном» учебном процессе. И я
предлагаю им провести на досуге небольшой эксперимент с
собственным восприятием, чтобы понять чужое.
     Возьмите листок бумаги и ручку. Вам надо переписать
текст   по-японски   –   столбиками   сверху   вниз.   Вот   такое,   к
примеру, небольшое предложение (ниже). Засеките время,
которое вы потратите на это занятие. А потом напишите то
же   предложение   как   обычно,   слева   направо.   И   сравните
результат. Писать не в том направлении, в каком вы читаете
- чрезвычайно сложно; это требует массы дополнительного
внимания.   Во   сколько   раз   медленнее   удалось   написать
«японский» вариант? Ну конечно, ТАК писать вас никто не
учил, а вот если потренироваться… Но ведь ТАК читать ноты
новичка тоже никто не учил! А вот стоит ли тренироваться,
это   вопрос.   Можно,   конечно,   натренироваться   ходить   на
голове – но какая в этом польза? А вот встать с головы на
ноги   –   действительно   полезно.   Прочитывая   ноты,   идущие
параллельно   клавишам,
  новичок   быстро   развивает
координацию   и   технику   игры,   а   в   результате   этого
развиваются и слух, и голос.
     Адаптированная к новичкам, упрощенная и перевёрнутая
презентация нотного стана развивают музыкальное чтение
на   качественно   ином   уровне.   Скорость   чтения,   которая
достигается   с   самых   первых   шагов,   позволяет   слуху
воспринять музыкальную мысль всей пьесы. Голос, знакомый
с музыкальным алфавитом, опирается на звук фортепиано и
уверенно «озвучивает» прочитанный материал. Все каналы
восприятия   становятся   единым   коллективом   и   вместе
работают над прочтением нотного текста. Ясно: когда эти навыки окрепнут, музыкальный текст может
принять обычное горизонтальное положение. Внимание, уже
свободное   от   опеки   координации,   слуха   и   голоса,   легко
справляется с этим – и без помех занимается нотной записью.
Когда   я   впервые   применила   перевернутый   нотоносец,
встревоженные   родители   часто   спрашивали:   смогут   ли   их
дети читать ноты, «как все»? Я в запале отвечала им: а какая
разница, КАК стоят ноты? Умел бы ребенок их читать! Но
дети   безошибочно   следуют   стадиям   развития.   Усвоив
принцип   нотного   текста,   они   сами   ставили   ноты   «как
обычно» - и не теряли при этом ни минуты в скорости чтения!
Получив опору и освоив процесс, даже маленький ребенок
будет идти вперед, а не топтаться на месте.
Магическая пропорция - один к трем
Трудно   перестараться,   говоря   о   постепенности   пути   от
простого к сложному.
Много   лет   назад,   ещё   в   консерватории,   я   наткнулась   на
интересную   гипотезу   о   соблюдении   пропорций   в   подаче
нового материала. Имени автора я не помню, но в память
врезалось:   на   одну   часть   нового   материала   должно   быть
минимум три части уже изученного. Иначе: нового не должно
быть больше 25%.
Работая   с   учениками,   я   всегда   старалась   придерживаться
этой формулы - и она никогда меня не подводила. Всё новое
и незнакомое я старалась подбирать так, чтобы база знаний
ученика   примерно   втрое   превышала   по   объему   новый
материал.
Часто   я   задавалась   вопросом:   почему   нового   –   именно
четверть, а не треть или половина? И вот к чему я пришла.
С какого момента человек начинает хорошо понимать другой
язык без словаря? Когда осваивает минимум три четверти
слов. Можно привести пример.
Возьмем предложение: «Майк едет в ________» . Куда   же   едет   Майк?   Догадаться   без   искомого   слова
невозможно. Известной информации – две трети, неизвестна
треть.
Но   если   написать:   «Майк   едет   в   _______   учиться»,   то   уже
нетрудно догадаться: это школа, институт или какие-нибудь
курсы. Известной информации – три четверти, а неизвестна
только четверть.
Примерно то же и с кубиками. Ребенку знакомы образ яблока,
слово   «яблоко»   и   сама   буква.   Неизвестна   лишь   четверть
картины   –   название   буквы.   И   оно   усваивается   с   помощью
данных, которыми он уже владеет.
Новое   легко   воспринимается   тогда,   когда   у   него   есть
минимум три точки опоры. Возможно, это один из главных
законов восприятия.
Основа любого разумного обучения - диалектика: от простого
к сложному. Но насколько сложным может быть это сложное
по отношению к простому?   Насколько крутым может быть
подъем, чтобы человек развивался без перегрузок и травм?
Мой   опыт   говорит:   предел   «крутизны»   -   четверть
неизвестного.
Однажды   я   обнаружила   в   интернете   конкурентов   нашей
компании   -   они   тоже   создали   компьютерную   игру,
обучающую   игре   на   фортепиано.   Авторы   не   додумались
повернуть   нотный   стан,   но   попытались   связать   его   с
клавишами   графически:   раскрасили   ноты   и   клавиши   в
одинаковые цвета. Начинающий должен был только сличать
клавиши   и   ноты   одного   цвета.   Это   было   бы   неплохой
первоначальной   опорой   -   но   дальше   процесс   обрывался.
«Дальше, - сказал автор этой разработки, - играющий сам
постепенно   догадается,   как   читать   ноты…»   Каким   же
образом   можно   перейти   от   слепого   копирования   цвета   к
прочтению   музыкального   текста,   автор   не   имеет   ни
малейшего представления.
К   сожалению,
  множество   методических   разработок,
имеющих   неплохую   первоначальную   идею,   пасует   при необходимости развивать навыки поступенно, от простого к
сложному. Увы, учителя смутно представляют себе, что такое
поступенность, и как выстроить эту лестницу, чтобы ученик
не сорвался, карабкаясь почти без ступенек и перил.
Зрительные ступеньки для нотного стана
Наша   разработка   для   чтения   нотного   стана   -   интересный
пример поступенного развития в обучении.
Первое   же   знакомство   с   «перевёрнутым»   нотным   станом
буквально   не   оставляет   у   новичка   никаких   вопросов.   На
нотном листе или мониторе он видит перед собой то же, что
и   на   клавишах   фортепиано.   Те   же   пять   зеленых   и   пять
коричневых линеек, те же ноты с картинками контрастного
цвета. Все, что ему нужно сделать - это сличить и повторить.
Такова первая презентация нотного стана.
Конечно,   она   вызвала   множество   нареканий   -   нас   даже
назвали   «шарлатанами».   Главным   аргументом   обвинения
было   то,   что   мы   учим   новичка   «бездумно   следовать
картинкам».   По   мнению   коллег,   так   ученик   привыкает   к
определенному навыку, на котором и застревает. Будь эта
презентация   единственной,
  обвинения   были   бы
справедливыми.   Но   за   ней   еще   пять   шагов!   Нотный   стан
становится   обычным   –   совершенно   абстрактным   -
поступенно.   А   первое   знакомство   должно   мгновенно
показать   малышу,   как   работают   ноты   и   клавиши.   Ведь сначала нужно решить главную проблему обучения – быстро
развить координацию.
Каждый, кто учился музыке, знает, как неимоверно трудно
было   вначале   «разорваться»   между   нотами   и   клавишами.
Можно   впасть   в   крайность:
  выбросить   ноты   и
сосредоточиться   исключительно   на   координации,   играя   на
слух. Но так мы не развиваем главного навыка музыканта -
«мультипликационного   зрения».
  Когда   вы   учились
вождению,   никто   не   снимал   с   машины   зеркала!   Поэтому
единственное правильное решение – максимально облегчить
нагрузку   при   чтении   текста.   Именно   такова   первая
презентация   нотного   стана.   По   сути   это   -   предельно
облегчённое зрительное прочтение. Не оставляя неясностей,
она позволяет новичку сфокусироваться на руках, пальцах и
клавишах.
Естественно, по мере развития навыков игры нотный текст
усложняется.   Но   обязательно   по   правилу   поступенного
подъема.
Так, уже во второй презентации нотного стана мы убрали
картинки с названием нот.
  Начинающий должен теперь опираться исключительно на
цвет   и   знание   музыкального   алфавита.   Эта   презентация
фокусирует внимание на линейках и пространствах между
ними – теперь это единственный ориентир в прочтении нот.
Значки   с   обозначением   нот   составляли   как   раз   около
четверти общей информации. Остальные опорные моменты: цветовая   разница   скрипичного   и   басового   ключей,   нот   на
линейках   и   между   линейками,   а   также   синхронность
движения клавиш с движением нот  - остались неизменными.
В третьей презентации мы впервые поставили нотный стан в
его обычное, горизонтальное положение.
Теперь   новичок   должен   сделать   некоторое   усилие   –
умственно   повернуть   объект   на   девяносто   градусов.   Но
объект уже хорошо знаком, и сделать это намного проще. И
всё же, если не вернуть картинки нот на прежнее место,
скачок был бы слишком крутым. И поиски нужных клавиш, и
поворот   в   новый   ракурс   -   двойная   нагрузка   вниманию!
Поэтому картинки с изображением нот возвращаются здесь
на   прежнее   место   –   и   становятся   зрительной   опорой   для
«переворота» нотного стана.
Эти   картинки   вновь   выводятся   из   игры   в   четвертой
презентации. Остаются   лишь   прежние   знакомые   ориентиры   –   цвета   и
ширина линеек. Это уже почти обычный нотный стан. В нём
остались   только   краски   -   разница   скрипичного   и  басового
ключей, нот на линейках и между ними.
Пятая и шестая презентации уже черно-белые. Они разнятся
только сложностью информации. Так, в пятой презентации
ноты   увеличены,
  а   ритмическая   графика   слегка
«разгружена».
  Конечный   же   пункт   «подъема»   -   нотный   текст   в   самом
традиционном виде.
Двигаясь от одной презентации к другой, новичок без всяких
провалов   и   срывов   продолжает   совершенствовать
координационные   навыки.   А   координация   помогает   всё
лучше   понимать   и   прочитывать   нотный   текст.   Взаимное
усиление навыков – главный показатель разумности учебного
процесса.   Развиваясь   сообща,   координация,   слух,   голос   и
чтение быстро достигают высокого предела. Такое   обучение   музыке,   судя   по   результатам,   мы   можем
считать   самым   гуманным   и   продуктивным   из   всех
существующих   в   музыкальной   практике.   Важнейшие
качества этого процесса - постепенность и дружественность
к   восприятию.   Очень   важен   и   точный   баланс   между
развитием зрительной и мышечной координации. И всё это
сопровождается   постоянной   стимуляцией   слуха,   голоса   и
музыкальной памяти.
Описанную   методику   можно   применять   буквально
повсеместно.   Наша   поступенная   формула   не   вызывает
никаких   трудностей   и   конфликтов.   Чтение  нот   становится
увлекательным   занятием   для   малышей,   которым   едва
исполнилось 3 года. Наш мир не испытывает недостатка в
недорогих клавишных инструментах, и я не вижу никакой
проблемы   в   том,   чтобы   каждый   человек,   независимо   от
начального  слуха,  научился чисто  петь  и читать  ноты  без
особого напряжения.
Единственный   серьёзный   барьер   на   пути   к   всеобщей
музыкальной   грамотности   -   консерватизм   и   амбиции
маститых   педагогов.   Им   слишком   трудно   расстаться   со
своими   принципами   -   даже   если   эти   принципы   ведут   к
страданиям и низкому результату.
Краткие итоги, или конспект к учебному курсу
Язык музыки – самый универсальный из земных языков, и
быстрое   музыкальное   развитие   даёт   массу   побочных
эффектов. Это и   хорошее пространственное мышление, и
навык   языковой   логики,   и   концентрация   внимания,   и
системное восприятие данных, и звуковое мировоззрение, и
координация,   но   главное   –   навык   эффективной   наработки
навыков.   Пройдя   такую   подготовку,   человек   без   проблем
усвоит   и   все   прочие   науки   –   как   естественные,   так   и
гуманитарные.   Думаю,   доказательства   этой   гипотезы
составят не одну докторскую диссертацию.
А пока я вижу, как быстро учатся читать и писать малыши,
освоившие нотную грамоту. Уверена: обучение музыкальному языку   следует   начинать   задолго   до   обучения   чтению   и
письму.
Наш   опорный   инструмент   -   электронное   фортепиано,
подключенное к компьютеру с помощью МИДИ (устройство,
позволяющее   инструменту   «общаться»   с   компьютером).
Чтение   нот,   проигрывание   и   пропевание   их   сольфеджио
развиваются   одновременно.   Опора   для   этого   -   азбучные
презентации нотного стана и стикерсы на клавишах.  В то же
время,   каждый   из   этих   навыков   может   «шлифоваться»
отдельно – это ускорит освоение нотного текста.
Музыкальное чтение должно развиваться во всех возможных
направлениях - и «вширь», и «вглубь». Опорами для этого
служат:
Для   беглости   чтения   –   самый   простой   для   координации
музыкальный   материал   на   традиционном,   черно   белом
нотном стане.
Для развития координации – «упражняющий» материал на
самом простом нотном стане с цветом и образами.
Для   совершенствования   техники   читки   -   специальные
упражнения
  для   зрительного,   координационного   и
слухового восприятия. Они выполняются параллельно со всей
прочей работой.
Никакой   человек   не   обязан   рождаться   музыкально
одарённым. Обучая музыке, мы должны опираться только на
базовые   способности   любого   человека:   просто   слышать
звуки, различать краски и шевелить пальцами. Этого вполне
достаточно. Способности человека – не данность, они ЛЕГКО
РАЗВИВАЮТСЯ. Одарённость - задача учебного метода, а не
«генов»!   И   главное   в   таком   методе   -   естественная
постепенность.
Дано: человек, от 2,5 до 80 лет, пришёл заниматься с нуля.
На   какие   навыки   мы   можем   опереться,   чтобы   начать
постепенный   подъем   до   свободной   читки   текста   обеими
руками? Внятно   говорить     простые   слова   и   слоги.   Отличать   одну
простую   картинку   от   другой.   Различать   цвета:   красный   и
синий,   зеленый   и   коричневый.   Нажать   клавишу   одним
пальцем. Всё! Ребёнок двухлетнего возраста вполне владеет
этими навыками. Более того: ещё во чреве матери он слышал
и запомнил массу разной музыки.
Речевая   память   –   опора   для   освоения   нотного   алфавита,
клавиш и нот. Различение цвета и картинок связывает экран
монитора   с   клавишами.   А   возможность   нажать   клавишу
скрепляет «вижу - сличаю - нажимаю - называю» воедино.
Это и есть чтение музыкального текста.
Извлекая   конкретные   звуки,   обозначенные   зрительными   и
образными   ориентирами,   ребенок   легко   постигает   язык
музыки:   он
  «делает   её   сам».   Картинки   постепенно
сменяются нотными знаками, координация растёт, слуховой
опыт   пополняется.
  Человек   становится   грамотным
музыкантом   так   же   естественно,   как   семечко   становится
цветком - без принуждения и трудностей.
Компьютерный вопрос: учить или не учить?
Трагедия эффективного обучения
Все – и ученики,  и  учителя  –  убеждены: обучение музыке
требует   терпения,   напряжения   и  страданий.   Беру   на  себя
смелость заявить: это не правда. Пора расстаться с теорией
«трудолюбия», коллеги. Кроме нашего неумения эффективно
научить, она ничего не выражает. Мы выглядим так, будто
хотим   отыграться   на   своих   учениках   за   те   страдания   с
музыкой, что перенесли сами. Я   тоже   училась   музыке   «традиционным»   способом.
Перевернув   нотный   стан   ключами   вверх,   я   первое   время
заново   училась   смотреть   на   ноты!   Но   воодушевление   и
успехи   учеников   стали   для   меня   главным   критерием
правильности метода. Теперь я не представляю себе другого
пути.
Порой некоторые консервативные родители просят учить их
детей старым способом. Но даже они отказываются от этой
затеи, увидев, как это тормозит скорость прочтения нот. Это
все   равно,   что   вернуться   от   мощного   скоростного
компьютера к старой машине, которая постоянно «зависает»
и «тормозит» от любой новой информации.
Музыкальная   педагогика   слишком   долго   плыла   против
течения  – боролась с естественным развитием восприятия, с
законами   становления   навыков   и   поступенностью   циклов
обучения. Вместо того, чтобы повышать свою эффективность,
она придумала себе оправдательную философию: обучение
музыке требует особых способностей, а овладение музыкой -
мучений   и   трудностей.   Уверовав   в   свою   непогрешимость,
педагогика обязана обращать всех в свою веру. «Терпение и
труд»   возведены   в   идеал,   и   «верные»   педагоги   уже   не   в
состоянии понять, что учат наихудшим из методов.
Правда   в   том,   что   каждый   ребенок   может   читать   ноты   и
играть     двумя   руками   так   же   легко,   как   кататься   на
велосипеде.     Доказав   это   на   деле,   я   получила   от   своих
коллег… гнев и отторжение.
Запомнилось   гневное   письмо   одного   профессионального
пианиста   и   педагога.   Применение   опор   в   обучении   он
заклеймил   как   «запутывание   учеников»   и   «шарлатанские
приёмы».   Защищая   признанные   малоэффективные   методы,
он завершил свою гневную тираду характерной позицией -
девизом «традиционной школы»:
«Ваша программа только кажется простой, но на самом деле
это иллюзия. В погоне за долларом вы забываете, что не все
могут   научиться   играть   на   фортепиано,   а   только   те,   кто
готов   работать   чрезвычайно   тяжело!»     Он   не   согласился принять саму возможность простого метода - даже увидев
его результат собственными глазами!
Увы,   идея   всеобщего   музыкального   образования   для
большинства учителей – не более чем «погоня за долларом».
Мысли,   что   музыкой   может   владеть   каждый,   они   не
допускают в принципе. Они уверены: лишь отдельные дети
имеют талант, необходимый, чтобы пройти все круги ада для
овладения   музыкальным   языком.   Откуда   у   них   такая
уверенность?   Из   собственного   преподавательского   опыта.
Ведомые   амбициями   и   привычками   гораздо   более,   чем
здравым   смыслом,   они   способны   научить   только   самых
одаренных.   Это   означает,   что   результат   достигается   не
благодаря   их   системе   обучения,   а   скорее   вопреки   ей.   Но
осознать это может лишь тот, кто уже смог   найти лучшие
методы.
Грустное,   парадоксальное   явление   нашего   прогресса:
каждый   авторитет   считает   своим   долгом   отчаянно
сопротивляться   всякому,   кто   смог   найти   свой   путь.   Мы
всерьёз   пытаемся   оставаться   «самыми   правыми»   навечно!
Казалось   бы,   новые   открытия   и   достижения   должны
радовать   и   признанных   мэтров,   и   коллег.   Однако   чужой
успех они воспринимают как личное оскорбление.
Новый,   более   продуктивный   метод   всегда   невольно
опровергает традиции. Но если бы этого не происходило, мы
до сих пор лазили бы по деревьям! Мои коллеги расценили
мои наработки как обесценивание их труда и убеждений. Я
могу   понять   это,   но   искренне   желаю   им,   чтобы   главным
мерилом их амбиций стал их результат.
В иерархии «жрецов от музыки» привычное место становится
важнее, чем успехи подопечных. Иногда мне кажется, что
смысл  педагогики - вовсе не радость или прогресс учеников,
а   их   преклонение   перед   нами.   Многие   педагоги   готовы
свести на нет результаты собственных усилий -  лишь бы не
пришлось   пересматривать   свои   методы.
  Они   готовы
требовать от ученика любых сил и времени, принуждают его
заниматься зубрежкой, но свято уверены: принести себя в жертву «великому искусству» - его ученический долг. И это
было бы приемлемо – если «великим искусством» было   бы
владение музыкой, а не удобство тех, кто уже не желает
ничему учиться сам.
Рождение и крах идеи компьютерного обучения
Игра   на   инструменте   преподаётся   в   основном   частным
образом   и   стоит   недешево.   Это   продолжается   столько
поколений,   что   считается   классической   нормой.   Каждый
человек,   владеющий   музыкой   –   индивидуальный   продукт
частного преподавателя. Представьте, что так учат другим
базовым предметам: математике, физике, биологии, языку.
Сколько   образованных   специалистов   подарило   бы   нам
общество?..
Компьютеры дали новый толчок для решения этой проблемы.
Многие   музыканты   вместе   с   программистами   кинулись
создавать   программы   для   обучения   музыке,   соединив
компьютер   и   инструмент   в   систему.   От   технологической
революции ждали чудес. Ожидалось, что компьютеризация
сможет   победить   проблему   всеобщей   музыкальной
безграмотности в считанные годы.
В   разных   штатах   США   одна   за   другой   открывались
«электронные» музыкальные студии. Обучение в них стало
значительно дешевле благодаря массовости. И разумеется,
отношение   к   ним   было   не   однозначным.   Учителя   музыки
разбились на две «партии». «Консерваторы» категорически
отрицали   способность   компьютера   учить   «прекрасному
искусству», и считали сущим варварством попытки обучать с
помощью
«Технические
революционеры»   были   уверены:   только   компьютер   и
способен   по-настоящему   научить   музыке,   подключив   к
процессу интерактивность и компьютерную графику.
Однако   громадное   воодушевление   «компьютерщиков»
сменилось   годами   разочарования.   Множество   компаний   –
  машины».
«бездушной разработчиков программ для изучения музыкального языка -
просто разорилось. Спрос на их продукцию так и не окупил
расходов.   Ревнители   прогресса   остались   в   растерянности.
Частное преподавание торжествовало победу.
Меж   тем,   неудача   компьютерных   программ   того   времени
объясняется   очень   просто:   они   не   изменили   подходов   к
восприятию. В их основе – та же самая, малоэффективная
система   обучения   музыке.   Элементы   игры,   красочной
графики   и   интерактивности   лишь   «подсластили»   горькую
пилюлю  обычного  метода.  Они  и  не  могли  научить  людей
владеть   музыкальным   языком.   Можно   заменить   в   старом
автомобиле   что   угодно:   корпус,   руль   и   колёса,   можно
поставить кондиционер и повесить телевизор. До тех пор,
пока   не   заменят   сломанный   двигатель,   машина   останется
старой и никому не нужной.
«Мотор»   же   любого   метода   –   его   эффективность   для
восприятия учеников. Если буквенная система не помогает в
развитии слуха и голоса, никакая графика не изменит эту
данность. И если теория, оторванная от дела, восприятию не
интересна, то никакая интерактивность не сделает ее более
желанной и запоминаемой.
Компьютеризация   малоэффективных   методов   только
ухудшила   эти   методы.   Они   держались   на   человеческом
общении, выборе наиболее талантливых и работе с ними. Не
дав   ничего   нового,   компьютер   отобрал   и   это,   сделав
обучение бездушным и механичным.
Откуда берутся «вредные» педагоги
Чтобы   выучить   язык,   на   нем   нужно   много   говорить.   Но   и
этого недостаточно. Рядом должен быть учитель - тот, кто
будет   поправлять   ошибки   и   давать   верные   образцы   для
запоминания.   Этот   учитель   –   естественный   носитель
«интерактивности».   Хорошо,   если   он   добр   и   терпелив.   Но
таких,   увы,   совсем   немного.   За   ошибки   и   ляпы   ученику
всегда доставалось по полной программе! Обучение игре на музыкальных инструментах всегда было
особенно   драматическим.   История   сохранила   жуткие
рассказы о том, как колотил отец юного Бетховена, как били
и   запирали   в   чулане   маленького   Паганини.   Похоже,   этот
«обычай» как-то въелся в кровь педагогам-музыкантам. Еще
совсем  недавно  изящный, но  очень  болезненный  прут для
битья   по   рукам   был   неотъемлемым   атрибутом   уроков
фортепиано.
Складывается   впечатление,
  что   в   учителя   идут
исключительно   вспыльчивые   люди,   нетерпимые   к   чужим
ошибкам. На самом деле все совершенно иначе. Дело не в
людях – дело в методах!
Традиционные   методы   обучения   чрезвычайно,   я   бы   даже
сказала   –   экстремально   жестоки   именно   к   учителям.
Используя традиционные подходы с новичками, учитель, сам
того   не   подозревая,   почти   весь   урок   добросовестно
работает…   «боксерской   грушей».
  Поскольку   зрение
начинающего   не   в   состоянии   отслеживать   более   двух
десятков   нотных   «дорожек»,   первые   годы   множество
преподавателей   работает   «живым   дополнением   к   указке»:
механично и тупо помогают ученикам переводить глазки от
одной ноты к другой. Большую часть урока такой педагог
полезен лишь тем, что указывает на ошибки ученика, а порой
–   на   одну   и   ту   же   ошибку!   От   такой   «профессиональной
работы»  в пору выть  или матерно ругаться,  а порой руки
чешутся   двинуть   «эту   тупую   бездарность»   чем-нибудь
тяжелым!!!
До   изобретения   компьютерной   программы   «Софт   Моцарт»
(«Играем   в   Моцарта»,   дословно   –   «Компьютерный   путь   к
Моцарту»),
моя   карьера   постоянно   переживала   тяжёлый   кризис.
Казалось,   я   уже   просто   не   в   состоянии   продолжать
многочасовые   уроки.   Они   изматывали   меня   до   полного
бессилия.   Изо   дня   в   день   приходилось   часами   сидеть   с
указкой у нотного текста и показывать каждую ноту, чтобы
начинающие могли управиться с руками. Слова «играй двумя руками   вместе»   вызывали   у   меня   головную   боль:   самый
простой   координационный   навык   -   держать   аккорд   левой,
играя мелодию правой - приходилось развивать несколько
месяцев!
Усталость   накапливалась   от   постоянных   обманутых
ожиданий.
  Как   могла,   я   настраивала   себя   на   самый
доброжелательный лад - но испытывала почти физическую
боль от фальшивых нот. Когда ребенок открывает пьесу, в
которой ты знаешь каждую ноту, и весь урок играет «мимо» -
нужно быть истинным стоиком, чтобы не возненавидеть свою
работу!   Но   самым   тягостным   был   общий   фон   занятий.
Отправляя ученика домой, ты обречённо знаешь: там он не
сможет выучить ничего. Его родители так же беспомощны, и
некому проверить, насколько правильно он играет, и как это
всё должно звучать.
Вертикальная презентация нотного стана помогла малышам
быстро понять принцип нотной записи и здорово облегчила
мою   работу   с   начинающими.   Но   умение   играть   обеими
руками   по-прежнему   продвигалось   только   за   счет   моих
усилий:
  дома   ученики   становились   совершенно
беспомощными. Только раз в неделю, встретившись со мной,
они могли проверить, «как нужно играть на самом деле». Из-
за полной невозможности работать самостоятельно они не
только не продвигались вперед, но топтались на месте, а
порой и вообще забывали выученное   -   каждый раз   все
приходилось начинать сначала.
Бывало,   некоторые   отличались   усердием   и   накрепко
заучивали   пьесу…   неправильно!   И   её   приходилось
переучивать течение нескольких уроков. В этом кошмаре я
видела себя живым Сизифом – какие-то злые боги так же
наказали   меня,   и   я   должна   изо   дня   в   день     тащить   на
вершину   горы   громадный   камень,   который   неизменно
скатывается вниз.
Как ни плохо «застрявшим» ученикам, учитель страдает от
этого десятикратно больше. Поверьте, такая методическая «продуктивность»   не   оставляет   почти   никаких   шансов
оставаться добрым и терпимым человеком!
Но мне повезло. Видимо, моё отчаяние было слишком велико
– и я сумела разглядеть подсказку.
Марио-64:  игра, научившая меня «воспитывать терпение»
В   тот   самый   момент,   когда   мои   мучительные   раздумья   о
навыках моих учеников уже уверенно переходили в манию,
моя маленькая дочка получила на Рождество новую забаву –
видеоигру Марио-64. И в моем сознании разорвалась бомба! Я
не верила своим глазам: ребенок, который не мог усидеть на
месте,   чтобы   выучить   простейшую   пьесу,   часами   сидел   у
экрана   и   увлечённо…   отрабатывал   точность   координации
своих пальцев!
Суть игры проста: человечек по имени Марио проходил через
цепочку разных приключений. С помощью нажатия кнопок
джойстика он карабкался, плыл, прыгал и даже летал. И если
игрок   работал   пальцами   недостаточно   точно,   то   Марио
«умирал»   -   и   весь   его   «поход»   приходилось   начинать
сначала.   Дойти   до   конца   –   это   победа!   И   мой   ребенок
терпеливо   начинал   «путешествие»   снова   и   снова,   с
поразительной
совершенствуя
эффективностью
координацию двух пальцев обеих рук.
Столько   усилий   для   того,   чтобы   до   блеска   отточить
совершенно   бесполезное   умение!   Вот   если   бы…   Если   бы
превратить этот джойстик не в пустышку с парой кнопок, а в
инструмент с сотней клавиш!
Так   и   возникла   идея   сделать   компьютер   помощником   в
обучении   начинающих   игре   на   фортепиано.   Оказалось:
компьютерная   графика   может   связать   воедино   все
составляющие   музыкального   чтения:   координацию,   слух,
зрение и голос. Этого никто еще никогда не делал – ну что ж,
всё бывает в первый раз!
Иоганн Себастьян Бах сказал однажды, что играть на органе
–
  самое   простое   занятие:   достаточно   лишь   вовремя
нажимать   на   нужные   клавиши.   И   он   выразил   суть   игры. Умение вовремя нажимать и отпускать правильные клавиши -
основа   музыкального   прочтения.   Можно   сидеть   возле
ученика и бубнить «играй двумя руками» до тех пор, пока
тебе   не   станет   плохо.   А   можно   переложить   «отработку
удара»   на   монитор   компьютера   -   и   дать   ученику   самому
понять, как работает его координация.
Так возникла идея программы «Софт Моцарт». Она должна
развивать   и   руки,   и   зрение,   и   слух.   Должна   заменять
учителя,   чтобы   ученик   мог   продуктивно   учиться   читать,
играть   и   запоминать   музыку   дома.   Она   должна   создавать
базовые   навыки   владения  инструментом   и   голосом.   И   при
этом она не должна требовать ни от кого абсолютно никаких
знаний или талантов. Музыкальный слух, понимание теории,
умение   играть   ноты,   владение   клавиатурой   –   всё   это   она
должна не подразумевать, а СОЗДАВАТЬ. Компьютер здесь –
не электронная версия самоучителя музыки с обилием текста
и   вопросов.   Здесь   он   прямо   обучает   играть   конкретные
произведения, читать и запоминать их.
Чем отличается «гадкий утенок» от «белой вороны»?
За   последние   годы   в   создании   компьютерных   программ
сложились свои традиции. В них обязательно должны быть
«окна»   и  «меню»,   которые  управляются   мышкой.   В  нашей
программе   не   было     ничего   похожего.   Она   и   близко   не
напоминала   ни   знакомые   методы   обучения   музыке,   ни
традиционные   компьютерные   продукты.   Поэтому   часто   я
наблюдала  негативную  реакцию  на  её   «внешний  вид».   Но
главное было в том, что она работала!
Мы   не   стали   перегружать   экран   «окнами»   и   прочей
атрибутикой   интерфейса   –   всё   это   было   ненужно.   Мы
отказались от использования мышки: малышу очень трудно
попасть   мышкой   куда   надо.   Гораздо   удобнее   выбирать
команды   с   помощью   клавиатуры   компьютера.   Программа
соединила   в   единую   систему   описанный   мною   метод,
обогатив   его   анимацией   и     компьютерной   графикой.   Она
эффективно учит музыке и взрослых, и трёхлетних малышей. Теперь мои ученики приходят ко мне на урок во всеоружии!
Без всякого напряжения они разучивают во много раз больше
музыкального материала, чем раньше. Программа не только
учит играть пьесы  и читать  ноты, но и сообщает уровень
успеха   в   цифрах.   Занятия   музыкой   превратились   из
наказания в праздник – обычную игру, и родители свободно
вздохнули.   Мало   того,   что   они   теперь   видят   результаты
своих   чад   -   они   и   сами   могут   с   удовольствием   обучаться
вместе с детьми.
Однажды   бабушка   моей   ученицы   пожаловалась   мне:   дед
порой   так     увлекается   разучиванием   новой   пьесы,   что   не
пускает внучку за инструмент! В Европе есть старая добрая
поговорка: чтобы стать по-настоящему образованным, нужно
получить минимум три диплома: прародителей, родителей и
свой.   Многие   поколения   людей   упустили   возможность
получить   музыкальное   образование.   Сейчас,   с   помощью
нашего   изобретения,   они   наверстывают   упущенное.   И   это
великолепная новость!
Если   описывать   все   трудности   и   препоны,   жаловаться   на
человеческую   косность   и   неспособность   принять     новое,
получится толстая и грустная книга. Мы сполна испили чашу
первопроходцев,
  и   могу   сказать   определённо:   это
чрезвычайно горький напиток. Но каждый раз, когда я вижу,
как эффективно это работает и какие даёт результаты – я
понимаю:   мы   на   правильном   пути.   Мы   действительно
сделали   доброе   дело   для   всеобщего   музыкального
образования.
Многое   в   нашей   программе   -   впервые.   Проще   всего
приобрести   её   и     всё   увидеть   в   деле.     Но   я   попытаюсь
описать её для вас. Мне хочется, чтобы вы поняли: будущее
музыкального   образования   –   за   продуктивными   игровыми
тренировками   навыков,   которые   может   дать   только
компьютер.
Компьютерная

фортепианной?..
клавиатура

–

«предшественник» Почему бы и нет!
Клавиатура компьютера и клавиши фортепиано очень схожи
в   прикосновении. И тут, и там нужно использовать разные
пальцы,   нажимать   на   клавиши   кончиками   пальцев   и
координировать   работу   обеих   рук.   Поняв   это,   мы   решили
привлечь к развитию координации клавиши компьютера.
Например,   в   игре  «Note  Duration»   («Нотки   разной   длины»)
дети проигрывают пьесу с помощью только одной клавиши –
пробела. Тут они учатся играть различные ритмы, считать
вслух и  различать ноты по их длительности, нажимая только
одну   клавишу.   Вспомните,   как   трудно   научить   ребенка
играть   по   нотам   и   считать   одновременно.   Благодаря
компьютеру координация рук упростилась до одной клавиши,
и   внимание   полностью   направлено   на   нотный   текст   и
прочитывание   ритма.   Опоры   в   этом   упражнении   -
координация   и   компьютер,   выделяющий
  разницу   в
длительностях нот с помощью красок и звука.
Компьютерные   клавиши   помогли   нам   также   создать
упражнение, позволяющее новичку связать движение нот на
нотном стане и клавиш на фортепиано. С этой же целью мы
не   применяем   в   играх   стрелки   «вверх   –   вниз»   -   ведь   на
фортепиано   есть только «вправо - влево». Мы постарались
не пропустить ни одной детали, способной  помочь новичку
двигаться в понимании и прочтении музыки от простого к
сложному.
Усложнять – просто, упрощать - сложно
Однажды мне позвонила женщина из Нью Йорка. Её дочка
берет   уроки   фортепиано.   У   неё   неплохая   техника,   и   она
легко   запоминает   музыку,   но   почти   не   читает   с   листа   -
типичный случай «музыкальной инвалидности» в буквенной
системе   обучения.   Купив   нашу   программу,   мама   с   дочкой
принялись   наверстывать   упущенное:   один   за   другим   они
читали   сборники   пьес   из   раздела   «Джентл   Пиано» («Интеллигентное,   или   мягкое   пианино»)   -   программы,
которая соединяет пьесы фортепиано с компьютером.
Вскоре   мама   позвонила   мне,
  чтобы   выразить
признательность и восхищение программой. Я спросила её: а
занимаются   ли   они   и   другими   упражнениями,   кроме
прочтения пьес? А зачем?.. – удивилась она. Годы частных
уроков приучили её: теория и практика - два разных мира,
которые никак не пересекаются!
-  Зачем учить теорию? – настороженно спросила мама. - Моя
дочка уже знает все правила!
-     Это   не   совсем   теория,   мэм!   Это   упражнения,   которые
развивают видение нотных последовательностей, зрительное
восприятие отдельных нот и аккордов, связь нотного текста
и слуха. Из этих навыков и складывается чтение нот с листа.
-     А   зачем   знать   последовательность   нот?   –   продолжала
недоумевать она.
-   Чтобы читать их в любом направлении и с любого места.
Так вы  мгновенно распознаёте клавиши.
-  Хм… Нас никто не учил этому! Вот еще вопрос: а зачем та
игра, в которой линейки как деревья?
-     Чтобы   уметь   сразу   распознавать   каждую   линейку   из
десяти. Читая ноты, вашей дочке нужно щелкать это, как
семечки!
-  О, как у вас всё замечательно и логично! Вы просто разбили
музыцирование на мелкие, хорошо усвояемые кусочки!
-     Спасибо,   мэм!   А   как   же   иначе?   Вы   же   не   кушаете   в
воскресенье     весь   недельный   запас   –   наверняка   случится
заворот  кишок! Игра по нотам – большой и сложный навык, и
его тоже нужно «есть по кусочкам»!
Исполнение музыки – цельный сплав, симбиоз всех навыков.
Нота   воспринимается   и   мышцами   руки,   и   зрительно,   и
гортанью, и внутренним слухом. Гортань или палец тут же
рождают   внутренний   звук   и   образ   ноты.   Звук   вызывает мгновенный   импульс   нужных   мышц   и   картинку   нотного
знака. Увиденная нота означает её звук и реакцию нужных
мышц.   В   музыкальном   прочтении   все   едино,   и   развивать
навыки можно только одновременно - облегчая одно, чтобы
усвоить другое. На сегодня это возможно только с помощью
компьютера и нашей программы.
Самый   древний   и   естественный   способ   обучения…через
компьютер!
«Я видел вашу программу на втором канале в Хьюстоне и был
просто поражен, как хорошо играет совсем еще малышка! Но
я думаю, что вы должны быть чересчур зависимы от этой
новой системы. Я так думаю, потому что я тоже играл на
фортепиано. Я учился около семи лет, и даже был звездой
класса у моего учителя. И я предполагаю: если попросить
этого ребенка сыграть на фортепиано без программы, он не
сможет, потому что он зависит от компьютера. Так случалось
когда-нибудь, или я просто дурак?
Искренне,  Бен, 12 лет»
Мальчику Бену, «звезде» класса, очень трудно представить,
что музыке можно учиться во много раз быстрее. Вряд ли он
может осознать, что учился чудовищно медленно и трудно, и
результатов добился, в общем-то, не за счет качества самого
обучения.   Снимаясь   для   программы   «Новостей»,   моя
трехлетняя ученица Грейси легко исполняла Менуэт, который
и после двух лет обучения сыграет не всякий. С помощью
программы   она   уже   достигла   тех   же   результатов,   что   и
многие ученики обычных классов за пять-шесть лет.
И   здесь   нет   никакого   секрета.   Начиная   с   самого   первого
урока,  Грейси активно и много ЧИТАЕТ и ИГРАЕТ этот Менуэт.
По аналогии   с освоением языка, Грейси просто постоянно
«разговаривает» на этом языке. Она осваивает музыку, как
любой   ребенок   осваивает   язык   своих   родителей   –   путём
постоянной   практики.   А   практика   –   самый   древний   и
продуктивный способ обучения, выучивший   каждого из нас! В то  время, как другие дети учат правила и «разбирают»
музыку, с трудом переползая от ноты к ноте, Грейси просто
считывает и играет её. И это ей очень нравится.
Компьютер умеет то, чего не может учитель: он без устали,
мгновенно, абсолютно точно и верно реагирует на действия
ученика.   В   этом   смысле   компьютер   –   идеальное   средство
обучения.   Хорошая   программа   глубоко   «погружает»   в
процесс   тренировки,   потому   что   способна   немедленно
оценивать действия и давать «ценные указания» - и делать
это лучше, чем самый хороший репетитор.
Встречаясь с учеником раз ли два в неделю, традиционный
учитель   не   должен   заниматься   репетиторством.   В   то   же
время,   неспособность   ученика   читать   музыку   делает
бессмысленным   и   наставничество.   Но   заниматься   как-то
надо,   и   скоро   учителя   перестают   задумываться,   в   чём
состоит их работа.
Для чего нужен учитель?
Часто   мне   возражают   так:   «Ничто   не   может   заменить
«живого общения» с учителем!»  Но с чем же тут спорить? Я
с   этим   совершенно   согласна!   С   той   лишь   оговоркой,   что
«живое общение» - далеко не всё, что нужно ученику.
Давайте   разберемся,   где   «живое   общение»   действительно
необходимо, а где оно становится пустым разбазариванием
сил, времени и денег.
Что необходимо для того, чтобы:
-  помочь координировать обе руки при игре,
-  научить читать нотный текст,
-  подыграть правую руку, пока ученик разучивает левую, и
наоборот,
-  подсказать, где ошибка и что нужно сделать, чтобы фраза
звучала правильно, -     разбить   пьесу   на   небольшие   части   и   помочь   ученику
справиться с «локальными» сложностями,
-   помочь в разучить пьесу наизусть, анализируя текст на
слух и указывая ученику на ошибки.
Нужен   ли   здесь   неповторимый   и   живой   талант   учителя?
Отнюдь нет! Со всем этим справится хорошая компьютерная
программа. И справится намного лучше учителя!
Превращая   развитие   элементарных   навыков   в   «живое
общение», учитель подменяет разговорами ценнейшее время
практики   –   и   резко   тормозит   развитие   ученика.   Только
учитель   способен   думать,   что   его   умные   речи   и   нотации
полезнее для учёбы, чем конкретная игра, читка и пение!
Компьютер такой наивности не допустит никогда.
С компьютером мой ученик проигрывает пьесу минимум 15-
20 раз за урок. При этом он быстро совершенствует технику
каждой   руки   и   координацию   обеих   рук,   отделяет   и
отрабатывает сложный пассаж до полной победы, развивает
при   этом   слух   и   тренирует   все   виды   памяти.   А   в
«традиционном»   классе   почти   всё   это   время   происходит
«живое общение» - учитель старательно объясняет, «как это
надо   играть»   -   и   всерьёз   думает,   что   от   этого   ученик
действительно должен заиграть, как сказано.
Совершенно   иное   дело,   когда   ученик   уже   сам   способен
читать   музыку.   Вот   тут   живое   общение   пишется   уже   без
кавычек!   Учитель   намечает   стратегию   развития   ученика,
помогает   выбрать   подходящий   репертуар,   разобраться   в
штрихах   и   оттенках,   освоить   тонкости   интерпретации   и
передать   характер   музыки.   Никакой   компьютер   тут   не
заменит педагога – да никто и не пытался говорить об этом.
Я не знаю, насколько реально сделать подобную программу
для   обучения   иностранным   языкам.   Она   должна   уметь
контролировать голос ученика, его мелодику  и артикуляцию,
и вовремя поправлять ошибки - как в произношении, так и в
грамматике. Но в музыкальном языке такой контроль вполне
реален,   потому   что   главная   опора   здесь   -   координация работы   с   клавишами   инструмента.   При   этом   голос   и   слух
развиваются   параллельно,   как   результат   практического
музыцирования.
Главное - слушать. Но что?
Психологи   утверждают:   зрительная   память   быстрее
«схватывает», зато слуховая дольше помнит.
Что   происходит,   если   ученик   на   уроке   делает   ошибки?
Учитель   постоянно   останавливает   его,   указывает   на   его
ошибки и показывает, как это надо поправить. Хорошо, если
ошибки не координационные – тогда их нетрудно исправить.
Но если не желают «сотрудничать» мышцы, то указания и
призывы ничуть не помогают. Наоборот, они вредят - попусту
забирают время.
Компьютер   не   объясняет   –   он   заставляет   работать.
Компьютерная графика ярко выделяет все ошибки. Видя на
мониторе одну и ту же ошибку, новичок быстро понимает,
что   именно   не   так.   Он   тут   же   пробует   сыграть   верно,   и
повторяет попытку до тех пор, пока навык не закрепится – и
пока компьютер не «поставит пять».
  Слух   при   этом   многократно   прослушивает   правильный
вариант,   запоминает   его   и   становится   опорой   для
исполнения. А зрение всё это время усердно связывает звуки
с нотным текстом. Ноты   сначала   выглядят   как   бутонов   цветов,   каждый   из
которых   распускается   сообразно   длительности.   Если
отпустить   клавишу   преждевременно,   цветение   цветка
останавливается,   вместо   него   появляется   анимационный
«гномик»   и   разочарованно   разводит   руками.   Он   помогает
увидеть   ошибку   за   долю   секунды.   Такие   приёмы   учат   не
только   озвучивать   длительности.   Таким   же   образом
программа   контролирует   правильность   всех   действий
пальцев и рук.
И   даже   правильность   выучивания   наизусть.
  Обычное
запоминание музыки порой мучительно: очень трудно себя
проверить, а учитель помогает слишком редко. В программе
«Софт Моцарт», с помощью графики, ученик может выучить
пьесу   с   идеальной   точностью.   Например,   если   текст
проигран верно, он засчитывается в очки, а если не удачно -
он   выплывает   в   виде   яркой   подсказки,   и   очки   не
засчитываются. Более того, текст одной или обеих рук по
желанию   может   исчезать   из   поля   зрения,   и   появляться
только в случае ошибки.
Если раньше музыкальная память развивалась, как придётся,
то   теперь,   с   помощью   компьютера,   ученик   точно   видит,
насколько   правильно   он   запомнил   пьесу   и   как   сделать
исполнение идеальным.
А  теперь   вернёмся  к   педагогу,   который  из  последних  сил
пытается   растолковать   ученику,   в   чём   же   тот   ошибся.
Происходит   ли   тут   хоть   какая-то   наработка   навыков?..   В
основном   только   одного:   ученик   эффективно   учится пропускать эти нотации мимо ушей. Интерактивная графика
побеждает «живую речь» с огромным перевесом в счёте!
Компьютер   объективно   обладает   намного   более   мощным
арсеналом средств. Он создаёт целенаправленные и точные
коммуникации со зрением, слухом, мышцами и голосом – и по
отдельности, и вместе. Учитель физически не в состоянии
использовать все эти средства одновременно.
Но   самое   главное:   конечный   результат   любого   подхода   -
развитое   умение   нотного   чтения.   Если   человек   свободно
читает с листа, для него открыты в музыке все возможности,
и  никого   уже  не  интересует,   добывалось   ли  мастерство   с
помощью «живой души учителя» или с помощью «бездушной
машины». А если так, борьба за «традиционные» методы не
имеет под собой никаких реальных оснований.
Музыкальная грамотность для всех
Представим   себе,   что   такое   НОРМАЛЬНОЕ   музыкальное
развитие человека.
Начинается   оно   с   раннего   детства   –   и   становится
полноценной  частью жизни. ЭФ или цифровое фортепиано –
обычная часть интерьера в каждом доме и классе, в местах,
где проводят досуг. На клавишах -   «расшифровка», карта
или   стикерсы.   Нажимая   клавишу   даже   случайно,   человек
сразу   узнаёт,   как   она   называется,   и   связывает   название
звука с его звучанием и месторасположением на нотоносце.
Нотную грамоту для малышей представляет интерактивный
нотоносец,   который   дает   всю   информацию   о   музыкальной
системе с помощью цвета и зрительных образов. С помощью
программы   дети   без   трудностей   играют   разные   простые
мелодии с листа.
Музыкальные   упражнения,   которые   учат   «ходить   по
клавишам» - такая же часть повседневного развития, как и
зарядка, купание, обучение буквам или поведению за столом.
Играя каждый день, дети учатся владеть каждым пальчиком правой   и     левой   руки.   Уж   если   мы   учим   детей   рисовать
карандашами   или   пользоваться   кисточкой,   то   научить   их
обращаться с клавишами инструмента обязаны тем более.
Основы   музыкальной   грамотности   –   умение   «ходить   по
клавишам»,
знание   музыкального   алфавита   и
первоначальные навыки чтения нот с помощью упрощенного
нотного   стана   -   обязательная   часть   обучения   молодых
родителей   и   всех   специалистов,   имеющих   отношение   к
воспитанию   и   образованию   детей.   Каждый   учитель,
работающий с дошкольниками, умеет петь по нотам и играет
несложные пьесы из детского репертуара.
Все дошкольники знают музыкальный алфавит так же, как и
буквы.   Они   умеют   проговаривать   его   вперед   и   назад   от
любой   ноты,   через   ноту   и   через   две   ноты.   С   помощью
карточек   с   рисунками,   обучающих   нотам   по   принципу
кубиков, они выстраивают алфавитные последовательности,
и вскоре свободно делают это сами.
В школах и детских садах песни поются по нотам. Игра на
шумовых инструментах, элементы танца, история и теория
музыки лишь дополняют основу – умение читать музыку с
листа и записывать ее по памяти.
Мамы и папы поют детям колыбельные, легко аккомпанируя
себе на фортепиано. Текст новой интересной пьесы – такой
же   подарок,   как   новая   игрушка:   его     нетрудно   сыграть,
можно аранжировать или исполнить друзьям.
Обучение   всех   инструменталистов   опирается   на   владение
фортепиано и читкой нот. Каждый трубач или скрипач может
аккомпанировать своему «коллеге» на фортепиано. Освоив
эту   базу,   люди   без   трудностей   осваивают   и   другие
музыкальные   инструменты.   Часто   соседи   или   друзья
собираются вместе и музицируют ансамблем или небольшим
оркестром. Обычное дело – дворовые и районные фестивали
таких команд, посвящённые, например, творчеству любимого
композитора или определённой музыкальной эпохе. Мечта о музыкальной планете:
прорыв
Наша   программа   создана   в   США,   но   метод,   ставший   её
основой,   впитал   в   себя   опыт   всего   мира.   Я   искала
прогрессивные   методики   везде   –   и   музыкальном
образовании,   и   в   общей   педагогике.   Собирала   сведения   о
психологии   музыкального   восприятия   и   природе
музыкальных способностей, о механизмах развития навыков
и причинах неспособности учиться – всё, что относилось к
начальному периоду обучения. Огромную роль здесь сыграли
знания,   полученные   за   годы   обучения   в   Житомирском
музыкальном училище имени Котляревского  и в Харьковском
институте искусств им. Карпенко-Карого. Неоценимым стал
опыт   работы   в   классах   сольфеджио,   теории   музыки   и
фортепиано – и на Украине, и в США.
Итогом всех этих поисков стал метод, результаты которого
превзошли все мои ожидания.
Воплощение   новой   методики   в   компьютерных   играх
переворачивает все представления о природе музыкальных
способностей человека. Теперь мы знаем правду. Пятилетний
ребенок   может   сыграть   простую   пьесу   двумя   руками   не
через два месяца, а через 15 минут после того, как впервые
открыл ноты. Трёхлетние дети могут свободно читать ноты,
петь сольфеджио и наизусть исполнять менуэты Баха. Дети
овладевают музыкой задолго до того, как научатся читать и
писать.   Достаточно   только   запустить   программу   «Софт
Моцарт»,   и   весь   класс   обычной   школы   за   урок   успевает
выучить   несколько   пьес   –   средний   ученик   музыкальной
школы   потратит   на   них   несколько   месяцев!   И   всё   это   -
независимо   от   слуха.   Музыка   не   требует   слуха   –   она
РАЗВИВАЕТ его. Всё дело только в методе.
Такова правда о музыке. И она прекрасна!
Мечта   выдающихся   педагогов-просветителей   о   всеобщем
музыкальном   образовании   может   скоро   осуществиться. я   понимаю,
Интерактивность   компьютера,   его   беспристрастность   и
неограниченные   звуко-графические   возможности   наконец
преодолели   главную   беду   обучения,
  считавшуюся
непреодолимой - разобщённость слуха, голоса, координации
и чтения нот. Проблемы с развитием «музыкального таланта»
у   начинающих   больше   нет.   Педагоги   могут   оставить
репетиторство и заняться своим настоящим делом.
Поверьте,
  как   трудно   это   осознать.
Консервативно настроенные учителя «старой школы» долго
будут бороться за  «полноценные занятия с учителем». Если
кто-то   и  будет   сопротивляться   новой  методике,   то   только
они.
Может   быть,   вы   боитесь   потерять   работу   или   доверие
учеников, коллеги? Искренне прошу вас понять: наш метод
не   отменяет   учителя   -   он   делает   учителя   полноценным
наставником своего ученика. Разница лишь в том, что вместо
одного   ученика вы сможет обучать многих – и в несколько
раз   быстрее,   чем   раньше.   Программа   не   обесценивает
учителя   -   наоборот,
  она   становится   инструментом
учительского могущества.   Теперь мы можем работать и с
трёхлетками,   и   со   взрослыми,   которые   «обожглись»   в
музыкальных школах – и можем гарантировать успех. А за
успех люди готовы платить дороже.
Сейчас я получаю свои деньги не за отсиженное время, а за
конкретные   успехи   учеников.   Их   прибавилось   –   но
прибавилось и радости, и доверия. Зарабатывая больше, чем
раньше, я точно знаю, что честно отрабатываю каждый цент.
В   программе   «Софт   Моцарт»   начальное   обучение   не
разделяется на специальность, сольфеджио, теорию музыки,
ритмику   и   музыкальную   литературу.   Все   эти   компоненты
взаимосвязаны и составляют единую универсальную систему
– чем и является музыка на самом деле.
Превратив «науки» в реальную практику, мы сняли ещё одну
чудовищную   проблему   обучения   –   неподъёмный   груз непонятных   слов.   Вспомните   «тигра   толстого»!   Непонятые
слова - результат нарушения поступенности. Человек может
назвать только то, что уже чувствует и понимает. Вспомним:
сначала   переживается   стадия   озвучивания   (ощупывания,
обнюхивания,   привыкания),   и   лишь   после   этого   –   стадия
правил (дать имя, назвать, сделать понятием). В противном
случае слова остаются ненужной абстракцией - и каждый раз
вызывают   замешательство   и   отторжение,
  чувство
бессмысленности   и   даже   головную   боль!   «Теоретизируя»
навыки,   педагогика,   по   сути,   превращает   обучение   в
планомерное подавление психики. Сняв этот страшный груз,
мы не перестаём удивляться, насколько быстро и радостно
осваивают музыку наши новички.
Чем больше органов чувств   участвуют в освоении работы,
тем больше нейронов мозга группируются вместе, отвечая за
эти   навыки.   В   отличие   от   «одноканальных»,   такие
универсальные «матрицы поведения» прочны и действенны.
Наша   программа   подключает
  к   работе   почти   все
необходимые   для   музыцирования   мышцы   и   органы   чувств
человека - за исключением ног.  Подключать педали следует
только тогда, когда игра и чтение перестанут занимать всё
внимание   ученика.
  Программа   учитывает   нужную
постепенность. Развивая навыки, мы стараемся подключать
их продуманно и в достаточно сбалансированной пропорции.
Уверена:
  такая   работа   остро   необходима   всему
музыкальному образованию. Надеюсь, моё открытие изменит
наше   музыкальное   будущее   к   лучшему.   Оно   обязательно
поможет   новым   поколениям   преподавателей.   Конечно,
современный   вариант   методики   –   только   начало.   И
программа, и сам метод будут совершенствоваться, станут
ещё   эффективнее,   адаптируются   к   особенностям   разных
стран. И музыка станет тем, чем и должна быть – простым и
всеобщим языком нашей планеты.
Музыка – опора для развития всего человечества -
  Возвращаясь   рикошетом,
  а   музыкальная   грамотность
Без   понимания   мира   музыки   жизнь   каждого   из   нас
наполовину беднее, чем должна быть. И этого достаточно,
чтобы засучить рукава и поставить преподавание музыки с
головы обратно на ноги.
Всякий раз, когда я говорю о грамотности, мне приходится
уточнять:   речь   идет   о   музыкальной   грамотности.   Слово
«грамотность»   почему-то   не   включает   в   себя   музыку,   и
означает исключительно грамотность языковую. Последние
две   стони   лет   люди   фокусируются   на   литературной
грамотности,
  дело
«необязательное».   На   самом   деле   это   -   величайшая
несправедливость к музыкальному языку и огромный прокол
в   культуре.
  музыкальная
безграмотность   «обезглавливает»   и   общую   грамотность
людей.
Платон   не   случайно   назвал   музыку   главным   учебным
предметом,   изучать   который   нужно   раньше   всех   прочих.
Музыкальный   язык   по   сути   универсален.   Это   самое
эффективное средство развить баланс между абстрактным
(ноты)   и   конкретным   (восприятия),   между   логикой
(грамматика)   и   чувством   (интонация),   между   временем
(пульс и ритм) и пространством (звуковысотность). Обучаясь
музыкальному   языку,   ребенок   получает   массу   важнейших
знаний и умений - опору для познания и развития во всех
областях.   Музыкально   грамотные   дети   без   затруднений
осваивают все школьные предметы. Дав детям музыкальный
язык,   мы   без   особого   напряжения   решим   массу   других
проблем!
Что ж, нам осталось только захотеть этого.
Заключение
Всякий раз, когда я вижу малышей, тянущих свои ручонки к
музыкальным   инструментам,   я   чувствую   тревогу.   Что
случится с ними дальше?.. Научатся ли они уверенно «делать
музыку», или будут бить по клавишам кулаками? Исполнять и понимать музыку дети хотят не меньше, чем
говорить. Не давая им освоить этот язык, мы, их родители,
закрываем от них целый мир! И тогда, глядя на музыкантов,
они чувствуют себя обворованными.
Сделав свои первые открытия и увидев, ЧТО это значит, я
прежде всего обратилась к преподавателям музыки. Но они
не захотели понять меня. Большинство из них до сих пор
захлопывает передо мной двери. И до сих пор это вызывает
во мне боль и негодование. Учитель – особая стезя. Каждый
учитель   –   пропагандист   своего   метода,   пиарщик   между
своим   предметом   и   широкой   публикой.   Конечно,   каждый
вкладывает в свою работу все силы. Но важны не усилия –
важен результат. И если музыкальный язык столь заметно
теряет свои позиции, значит, учителя работают вхолостую.
Значит,   усердие   тут   не   поможет!   Выход   один:   в   корне
пересмотреть метод.
Однако далеко не все способны даже просто подумать об
этом.
Много   раз   я   пыталась   достучаться   до   тех,   кто   стоит   на
ключевых постах музыкального образования. И столкнулась с
полным нежеланием что-то улучшить! Почему организации,
так громко декларирующие важность спасения музыки, не
желают   обращать   внимание   на   главное   –   методические
проблемы и результаты обучения? Мне было трудно понять
это. Казалось, мы с ними спасаем разную музыку.
Так и оказалось.
Однажды   я   встретилась   с   президентом   одной   уважаемой
музыкальной организации, и попыталась раскрыть ему глаза
на   наш   реальный   результат.   Он   замахал   на   меня   руками:
«Бросьте,   прошу   Вас!   Нельзя   распространять   подобную
крамолу! Музыкальный бюджет и так урезают все больше и
больше!» И я поняла: да, мы спасаем разную музыку.
Но время не подкупишь. Получая деньги за работу, которая
не приносит плодов, мы должны быть готовы к тому, что нас
сократят   или   уволят.   Чтобы   оставаться   востребованными, нам всё равно придётся задуматься о нашей эффективности.
И   мы   займём   достойное   место   в   обществе   только   тогда,
когда   вырастим   новое   поколение   музыкально   грамотных
политиков, руководителей и президентов, которые не только
не   урежут   бюджет,   но   будут   всячески   способствовать
процветанию музыки.
А   пока   мы,   дорогие   коллеги,   продолжаем   коллективно
создавать… глобальный кризис музыкального искусства.
Из года в год, из века в век под нашим чутким руководством
в наших детях умирают, так и не родившись, музыкальные
гении.  Гениальные исполнители, гениальные композиторы и
гениальные слушатели становятся клерками, рабочими или
обслугой.   "Дерево"   музыкального   образования   уже   почти
лишилось корней - и превратилась в хилое растение, которое
вот-вот засохнет.
Я очень хочу, чтобы этого не произошло. Хочу, чтобы «Лунная
Соната»,   улетая   в   другие   галактики,   осталась   живой
музыкой, а не засушенным музыкальным гербарием. Я хочу,
чтобы   пришли   новые   композиторы   и   написали   новые
шедевры, а новые исполнители создали новые жанры  стили.
Хочу, чтобы популярная музыка стала столь же богатой и
интересной, как классика серебряного века. И чтобы люди
разных стран легко находили взаимопонимание, просто сев
за инструмент.
Планета здорово похорошеет. Вот увидите!
Искренне ваша,  Лена Хайнер =

file_name: о технике пианиста55 цвет.docx

intro:
Что такое техника?
   Это беглость пальцев, это чистая игра, без «сопутствующих звуков», это гибкая, пластичная, удобная игра, когда руки и запястья не зажимаются, это крепкая и уверенная игра даже в самых быстрых темпах. Вот, что такое техника.
Что нужно, чтобы быть техничным?
   Качественно играть много быстрых и виртуозных произведений. Все просто. Почему же тогда в действительности так мало пианистов с блестящей техникой? Думаю, что каждый пианист знает, что такое техника и как ее развивать. Но, к сожалению, пианист встречает массу барьеров на пути к достижению виртуозной техники — при быстрой игре начинают зажиматься руки или запястья, в быстром темпе пальцы перестают шевелиться, играемое произведение звучит некачественно.
В чем же причина возникновения таких проблем?
   В неправильной постановке рук, которая ведет к неправильному звукоизвлечению — когда неверно развиваются мышцы пальцев, кисти и запястья, когда нет основных навыков передачи веса в инструмент через интонацию. Все это является причиной появления лишних движений в игре, которые сильно тормозят технику: высокий замах пальцев перед взятием клавиши и лишние движения кисти, запястья и локтя.
   Первое — следствие отсутствия цепких концов пальцев (когда недостаточно просто положить палец на клавишу, чтобы взять ноту, а приходится делать замах пальцем). Также, это следствие отсутствия правильного интонирования интервалов, которое ведет к ошибочному представлению о том, что беглость находится в самих пальцах, когда, на самом деле, беглость пальцев заключена в суставах, которые находятся в кисти руки.
   Второе — следствие отсутствия гибкого, певучего запястья, когда исполнителю приходится машинально делать дополнительные движения, чтобы освободить руки. Часто это приводит к непопаданию на нужные звуки в скачках (от чего исполнитель начинает еще больше зажиматься) и к смазыванию звуков, что называется, «на ровном месте».
   Таким образом, причиной отсутствия техники у пианиста является неправильная постановка рук — когда у исполнителя нет ощущения того, что он стоит на крепких пальцах, что его концы пальцев «прорастают» в клавиши, что его запястья гибкие и певучие, и что его руки, как шланги, переливают вес в инструмент.

доп. образование детей

group: Другое

title: «О ТЕХНИКЕ ПИАНИСТА»