extracted_text:
Тема «Дикие животные».
Задание 1 Родителям рекомендуется:
рассмотреть с ребенком иллюстрации с изображением зверей наших
лесов – зайца, белки, волка, медведя, ежа, лисы, лося;
отметить их внешние признаки;
 рассказать о том, где они живут, чем питаются;
 закрепить, в словарном запасе ребенка названия зверей и их
детенышей;
Задание 2 Игра «Угадай, кто это?».
Бурый, косолапый, неуклюжий — ... .    Серый, зубастый, страшный —
.... Хитрая, пушистая, рыжая — . .. .             Маленький, длинноухий,
пугливый — ... .  Серый, колючий — .....                              Маленькая,
рыжая, прыгучая — ... .
Задание 3. Игра «У кого — кто?»
У медведя — медвежонок, у волка — ..., у лисы — ..., у белки— ... , у ежа
— ... .;
У медведя — медвежата, у волка   ... .
Задание 4. Игра «Назови семью»
папа   —   медведь,   мама      медведица,   детеныш(и)   —   медвежонок
(медвежата);
папа — волк..., папа — заяц — ...; папа — еж...; папа     лис...  ,
Задание 5. Игра «Назови маму»:
Медвежонок у медведицы,       лисенок у ... ,             лосенок у …,
волчонок у …,                         зайчонок у …,           ежонок у….
Задание 6. Игра «Кто как голос подает?»
 Лиса — тявкает, медведь — рычит, ревет. волк — воет.
Задание 7. Игра «Про кого можно сказать ...»
Охотится — ...,           крадется — ...,            воет — ...,         кусается — ...,
пугается — ...,         скачет — ...,     переваливается — ...,   хитрит — ...,
выслеживает — ....
Задание 8. Игра «Кто где живет?».
В норе живет (кто?) — лиса. В берлоге — .... В дупле — ... . В логове
….
Задание 9. Игра «Кому что дадим?».
Мясо — волку, малину — ..., мед — ..., морковку — ..., яблоко — ...,
орехи — ..., грибы — ... .
Задание 10. О ком эта загадка? Раскрась плутовку. Кого ещё ты здесь
видишь?

intro:
Тема
Задание 1 Родителям рекомендуется:
-рассмотреть с ребенком иллюстрации с изображением зверей наших лесов – зайца, белки, волка, медведя, ежа, лисы, лося;
-отметить их внешние признаки;
- рассказать о том, где они живут, чем питаются;
- закрепить, в словарном запасе ребенка названия зверей и их детенышей;
Задание 2 Игра «Угадай, кто это?».
Бурый, косолапый, неуклюжий — ... .    Серый, зубастый, страшный — .... Хитрая, пушистая, рыжая — ....        Маленький, длинноухий, пугливый — ... .  Серый, колючий — .....                              Маленькая, рыжая, прыгучая — ... .

title: Задания в тетрадь по теме «Дикие животные».


extracted_text:
Реферат на тему: Киммерийцы
СОДЕРЖАНИЕ
Введение
. Предшественники скифов
. Первые исследования киммерийской культуры
. Древние источники гласят
. Быт и культура
. Причина исчезновения киммерийцев
Выводы
Литература
Дополнения ВВЕДЕНИЕ
древний киммерийцы северное причерноморье
С открытием  и распространением железа началась новая эра в истории
племен,   которые   населяли   современную   территорию   Украины.   Завершался
процесс разложения первобытнообщинного строя. С началом железного века на
арену всемирной истории вышли киммерийцы.
«Закатилось   солнце   и   покрылись   тьмою   все   пути,   а   судно   наше
достигло пределов глубокого океана. Там народ и город людей киммерийских,
окутанные мглою и тучами; и никогда, сияющее солнце не заглядывает к ним
и своими лучами ни тогда когда восходит на звездное небо, ни тогда, когда с
неба   склоняется   назад   к   земле,   но   непроглядная   ночь   распростерта   над
жалкими смертными»  это одно наиболее раннее упоминаний о киммерийцах
в «Одиссее» великого греческого поэта Гомера.
Киммерийцы      древнейший   из   известных   по   своему   названию   народ,
обитавший   на   территории   Украины.   К   киммерийцам   относит   Гомер   и
упоминаемый в другой своей поэме «Илиада» народ «удивительных доильщиков
кобылиц  млекоедов, бедных и справедливейших из смертных». Многие ученые
полагают,   что   киммерийцы   перекочевали   в   Украину   с   нижней   Волги   через
предгорья   Кавказа   и   произошло   это   около   1500   г.   до   н.э.   Другие   считают
киммерийцев коренными жителями Украины. Так или иначе, вплоть до 700 г. до
н.   э.   киммерийцы   населяли   практически   всю   степную   часть   современной
территории   Украины   от   Дона   до   Днестра.   К   началу  I  тысячелетия   до   н.   э.
киммерийцы   перешли   к   кочевому   скотоводству,   что   позволило   им   овладеть
обширнейшими   пастбищными   угодьями   страны.   Они   первыми   на   территории
Украины освоили технологию получения железа из болотной руды.
Решительный перелом произошел к исходу  X  в. до н.э., когда железо из руды стали получать с помощью сыродутного горна и древние кузнецы овладели
сваркой железа и изготовлением высококачественной стали. В эту же пору у
киммерийцев получило распространение цельножелезное оружие.
По   найденным   в   могилах   вещам   киммериец   предстает   перед   нами   как
легко вооруженный конный воин. Его боевое снаряжение состояло из меча или
кинжала,   круглой   булавы,   иногда   бронзовой   секиры   или   боевого   каменного
топорика.   Важнейшим   предметом   вооружения   киммерийца   служил   лук   с
втульчатым наконечником стрел.
Киммерийские   цари   собирали   военные   отряды   и   совершали   военные
походы против военных стран  Урарту, Ассирии, Лидии и др.
При появлении скифов, как повествует предание, переданное Геродотом,
киммерийские   цари,   не   желая   покидать   свои   земли,   перебили   друг   друга   во
взаимной   битве   и   были   похоронены   в   низовьях   Днестра.   В   итоге   Киммерия
распалась под натиском скифских племен, которые вытеснили киммерийцев из
Причерноморья.
Все эти события связанные с киммерийским народом, а также их культура
и  быт  будут   рассмотрены  в  реферате.  Целью,  которого   является   углубления
знаний древней истории украинских земель. 1. ПРЕДШЕСТВЕННИКИ СКИФОВ
Население Скифии (доп.,1) сложилось из пришедших с востока племен и
аборигенов.   Близость   языка   и   культуры   тех   и   других   способствовали
естественному процессу их слияния. Очевидно, первые предшественники скифы,
например, появились в Северном Причерноморье задолго до VIII в. до н.э., а их
переселение   происходило   несколькими   волнами,   причем   промежутки   между
ними   могли   составлять   не   одно   столетие.   Сами   скифы,   по   свидетельству
Геродота, считали, что их предки жили на берегах  Днепра  за тысячу лет до
похода персидского царя Дария, то есть уже в середине II тыс. до н.э. Вполне
вероятно, так оно и было на самом деле. Долгое время скифы мирно уживались в
наших степях с киммерийцами, ведя совместно с ними успешные войны против
переднеазиатских   империй.   В   дальнейшем,   по   мере   увеличения   численности
скифского населения в Северном Причерноморье и возрастания политического
влияния скифов в регионе, отношения между союзниками испортились. Согласно
Геродоту, киммерийцы, опасаясь борьбы с грозным врагом, ушли через Кавказ в
Малую Азию, а их вожди, не желая покидать свои земли, разделились на две
части и во взаимной битве перебили друг друга. Как писал «отец истории»: «И
теперь еще есть в Скифии киммерийские стены, киммерийские переправы, есть и
область, называемая Киммерией, есть и так называемый Киммерийский Боспор».
2. ПЕРВЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ КИММЕРИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ
Одним   из   первых,   кто   попытался   определить   киммерийский   период   в
древней   истории   в   Северном   Причерноморье,   был   известный   археолог Самоквасов Д.Я. (доп., 2). В вышедшем в 1892 г. в Варшаве труде под названием
«Основания хронологической классификации древностей Европейской России»
он выделил наиболее ранние древние погребения, сопровождавшиеся каменными
и бронзовыми орудиями, и отнес их к эпохе, которую назвал киммерийской.
Ученый   признал   эту   эпоху   временем,   предшествующим   вторжению   основной
массы скифов в Северное Причерноморье, в соответствие с тем, как оно было
освещено в историческом придании у греческого историка V в. до н.э. Геродота.
Распространение   железа   в   наших   степях   Самоквасов   Д.Я.   непосредственно
связывал с приходом скифов. «Могильники киммерийской поры,  писал он,
отличаются от могильников последующих исторических эпох главным образом
тем, что не содержат в себе оружия и орудий домашнего быта из глины, кости,
камня,   меди;   могильники   этой   эпохи   относятся   к   тому   времени,   когда
древнейшим   обитателям   Русской   земли   еще   неизвестно   было   употребление
железа на человеческие нужды». В работе «Могилы Русской земли» (Москва,
1908 г.) ученые выделили киммерийскую, а также следующие за ней скифскую,
сарматскую и другие исторические эпохи. Он считал, что этническая атрибуция
известных ему археологических памятников должна явиться дальнейшей задачей
науки.   В   начале   ХХ   века   большинство   археологов   обычно   относило   к
киммерийским   все   захоронения   бронзового   века   со   скрюченными   костяками,
найденные в курганах на юге Российской империи.
В   1901   и   1903   гг.   археологом   Городцовым   В.А.   (доп.,   3)   были
осуществлены массовые раскопки курганов в Екатеринославской и Харьковской
губерниях.   Выделив   древнеямную,   катакомбную   и   срубную   культуры,
достаточно прочно обосновав их относительную и даже абсолютную хронологию,
исследователь ускорил ход развития киммерийской проблемы. Еще в середине
20х   годов   ХХ   века   он,   ранее   других   ученых,   поставил   в   науке   вопрос   о
необходимости изучения киммерийцев. Киммерийскую культуру Городцов В.А. предложил   выделить   по   тому   кругу   кладов   бронзовых   орудий   из   Северного
Причерноморья,   которые   можно   было   бы   поставить   приблизительно   в   один
хронологический   ряд   с   такими   известными   на   соседних   территориях
культурами, как гальштатская (в Запрадной Европе), Кобанская (на Кавказе) и
ранняя   ананьинская   (в   области   Волги   и   Камы).   Данные   культуры   он   считал
хронологически соответствующими позднейшему предскифскому периоду.
Гипотеза Городцова В.А., к которой он не раз возвращался в своих трудах
(«К   вопросу   о   киммерийской   культуре»,   Москва,   1928   г.   и   др.),   получила
широкое признание. Многие бронзовые вещи (клепаные котлы, кельты, кинжалы
некоторых   типов),   обнаруженные   в   южных   степях,   стали   называть
киммерийскими.   После   того,   когда   выяснилось,   что   эти   орудия   являются
позднесрубными, эту культуру также стали отождествлять с киммерийцами.
Известный советский ученый Граков Б.Н.(доп.,4) еще в конце 30х годов
ХХ   века   пришел   к   выводу,   что   в   наших   степях   в   предскифское   время
одновременно обитали киммерийцы и прямые предки скифов, отождествленные
со срубной культурой. Данную гипотезу он впервые  высказал в своей работе
«Скіфи»,   вышедшей   в   Киеве   в   1947   г.   на   украинском   языке.   Более
аргументировано ученый изложил ее в труде «Каменское городище на Днепре»
(Москва, 1954 г.)
По   мнению  профессора   Бориса   Гракова,  киммерийской   эпохой   следует
считать   «время,   от   рубежа   II   и   I   тысячелетий   до   н.э.   до   начала   собственно
скифской эпохи, то есть до второй полвины VII века до н.э.». Рисунок 1  Киммериец. Изображение на греческой вазе 3. ДРЕВНИЕ ИСТОЧНИКИ ГЛАСЯТ
Первое   упоминание   о   киммерийцах   относятся   к   XIVXII   вв.   до   н.э.
Живший в VIII в. до н.э. греческий поэт Гомер помещает их земли у крайних
границ   обитаемого   мира,   у   входа   в   подземное   царство   Аида.   В   «Одиссее»
говорится, что родина киммерийцев всегда окутана «мглою и тучами», через
которые не проглядывают солнечные лучи. В «Илиаде» они называются народом
«удивительных   доильщиков   кобылиц»,   жившим   к   северу   от   Трои,   за
«конеборными фракийцами и сражающимися врукопашную мисийцами». Весьма
примечательно,   что   более   поздние   античные   писатели   и   историки   называют
«доильщиками кобылиц» то скифов (Гессиод VII в. до н.э.), то киммерийцев
(Каллимах, 310235 гг. до н.э.). По всей видимости, данная путаница лишний раз
свидетельствует   о   том,  что   оба  этих   народа   с  давних   времен   жили   в   наших
степях,   входили   в   единый   военноплеменной   союз   и   совершали   совместные
походы. В клинописных документах VII в. до н.э., относящихся ко временам
царствования Асархаддона (681668 гг. до н.э.) и Ашурбанипала (668626 гг. до
н.э.)   бок   о   бок   упоминаются   ишкузаашкуза   (скифы)   и   гамиррагимирра
(киммерийцы). Известный географ древности Страбон (63 г. до н.э.  23 г. н.э.)
упоминает,   что   киммерийцы   совершали   свои   походы   в   Азию   и   области
Средиземноморья еще до времен Гомера. Рисунок 2  Киммерийские всадники. Изображение на этрусской вазе VI в.
до н.э.
В библейских текстах (пророчестве Иезекииля и др..) вторжение скифов и
киммерийцев отражено как «божья кара»: «Вот идет народ из северной страны…
держит лук и короткое копье, жесток он! Они не сжалятся! Голос их ревет, как
море, скачут на конях, выстроились как один человек…». «Народ издалека…
Народ древний, языка которого ты не знаешь, колчан его, как открытый гроб, все
они люди храбрые…». Первые ассирийские надписи (разведывательные данные
глиняные   письма   шпионов   царю)   о   походах   в   Закавказье   народа   «гимири»,
относятся   еще   ко   второй   половине   VIII   в.   до   н.э.   В   этих   же   документах
содержатся упоминания о том, что такие походы имели место еще столетием
раньше, т.е. в IX в. до н.э. Весьма показательно, что память о славных воинах,
пришедших с севера, долгое время сохранялась в легендах и преданиях многих
народов Закавказья и Малой Азии, а слово «гмири» в грузинском языке до сих
пор означает великан.
Рисунок 3  Киммерийские всадники. Ассирийское изображение VII в. до

н.э.
У   Геродота   говорится,   что   при   заселении   Северного   Причерноморья
скифы изгнали обитавших там до них киммерийцев. По его слонам, теснимые
скифами киммерийцы собрались на Днестре и там решили, как им быть дальше.
Киммерийские цари (вожди) настаивали на продолжении борьбы со скифами, но
народ   решил   оставить   свою   страну.   Тогда   будто   бы   киммерийские   цари
разделились   на   две   группы   и,   сражаясь   между   собой,   перебили   друг   друга.
Киммерийцы похоронили их у реки под таким высоким курганом, что могила
была видна еще во времена Геродота, а сами удалились в Малую Азию.
Страбон   сохранил   смутные   воспоминания   о   нападении   киммерийцев   на
Малую Азию с западной стороны Босфора из Фракии еще во времена Гомера или
даже еще раньше.
И  Геродот  и  Страбон  упоминает  о  нападениях  киммерийцев   на  Малую
Азию  от Пафлагонии в северной части этого полуострова до Эолиды и Ионии
она   югозападе   и   Фригии   в   его   центральной   части;   причем   Страбоном   они
отождествляются   с   фракийским   племенем   треры,   которое   помещают   на
Балканском полуострове на реке Искыре между трибаллами и бессами (в северо
западной части современной Болгарии между Балканскими горами и Дунаем).
Страбон в качестве источников своего осведомления об этих нападениях ссылается на Каллина, поэта первой половины VII в. до н. э., ,и на Каллисфена,
писателя IV в. до н. э.
. БЫТ И КУЛЬТУРА
При   киммерийцах,   которые   овладели   секретом   получения   железа   из
болотной руды в XVIXV вв. до н.э., в Северном  Причерноморье произошло
переход   от   бронзового   века   к   железному.   Следует   отметить,   что   по   уровню
железоделательного   производства   они   значительно   превзошли   все   народы
Восточной   и   Средней   Европы,   а   в   XIX   вв.   до   н.э.   у   них   уже   получила
распространение   цельножелезное   оружие.   Вооружение   киммерийского   воина
позднего периода состояло из длинного (до 1м 8 см) стального меча, кинжала,
круглой булавы с каменным или бронзовым навершием, сложного лука и стрел с
втульчатыми   наконечниками.   Последние   сначала   изготавливались   из   кости   и
бронзы,   а   в   более   позднее   время   из   железа.   Киммерийский   лук   был
предшественником   знаменитого   скифского   лука   и   отличался   отменными
боевыми качествами. Из него киммерийцы, лихо обернувшись в седле, могли
поразить   преследовавшего   их   противника.   Для   ношения   лука   и   запаса   стрел
использовался   специальный   футляр      горит.   Киммерийский   горит   имел   одну
оригинальную особенность  сверху он закрывался крышкой.
Рисунок 4  Посуда, конское снаряжение и орудия труда киммерийцев Есть   доказательство,   что   киммерийцы   использовали   кроме   литья      в
каменные   формы   и   по   восковым   моделям   литье   в   металлические   формы
кокили. Такое мнение основывается на весьма важной археологической находке
из  Новочеркасского   клада    четырехместном   кокиле  для  литья  наконечников
стрел (рис.5г) Рисунок 5  Часть литейной формы (а), стержень (б) скифского бронзового
наконечника стрелы (в) и половина предскифского четырехместного кокиля (г)
Литейные  формы для наконечников  обычно состояли  из  двух или  трёх
металлических частей (5а), формировавших наружную поверхность отливки , и
стрежня   (5б)   предназначенного   для   выполнения   внутреннего   отверстия
наконечника(5в).  Собранная   такая   форма   скреплялась   обручами   и
устанавливалась вертикально и заливалась. Рисунок 6 Киммерийское оружие.
Иногда в погребениях киммерийских воинов находят бронзовые секиры и
боевые   каменные   топоры   (архаичное   оружие   предков).   Лишь   немногие
киммерийцы   пользовались   деревянными   и   обтянутыми   кожей   щитами.
Отсутствие в погребениях киммерийских воинов защитных доспехов говорит о
том, что последними они, скорее всего, не пользовались. Лишь в конце VIII
начале   VII   вв.   до   н.э.   у   некоторых   знатных   киммерийцев   могли   появиться
доспехи, изготовленные в Закавказье и Малой Азии. Во времена совместных со
скифами   походов   в   Малую   Азию   основу   киммерийского   войска   составляла
легкая конница. Тяжелой кавалерии, в отличие от скифов, у киммерийцев не
было.
В   прежние   годы   ряд   исследователей   относили   киммерийцев   к   числу
народов фракоязычной группы, однако более поздние исследования подтвердили
и ранее бытовавшую точку зрения о том, что киммерийцы принадлежали к той
же группе ираноязычных племен, что и скифы, составляя западную ветвь этого
огромного мира. Очевидно, что они жили в наших степях еще в эпоху бронзы,
поэтому   ученые   обычно   отождествляют   их   с   племенами   срубной   культуры,
которые   вели   оседлый   образ   жизни   и   имели   комплексное   земледельческо
скотоводческое хозяйство. Рубеж I тыс. до н.э. ознаменовался переходом к более
прогрессивному   в   то   время   кочевому   скотоводству,   позволявшему   с
наименьшими   затратами   труда   овладевать   обширнейшими   и   богатейшими
пастбищными   степными   угодьями.   Основной   специализацией   скотоводства
киммерийцев было коневодство  не зря многие древние авторы называли их
народом   «удивительных   доильщиков   кобылиц».   С   прекращением   оседлости
единственными памятниками киммерийцев стали их захоронения в курганах. На
территории   Никопольского   района   такие   захоронения   были   обнаружены   в окрестностях   города   Орджоникидзе   (Свинарева   могила),   поселка   Шахтер,
города Никополя и во многих других местах.
Подобно   многим   другим   народам,   обитавшим   на   территории   южных
степей,   киммерийцы   устанавливали   над   могилами   памятные   каменные
антропоморфные стелы (без головы). На их верхней части обычно изображались
ожерелье и разные символические значки. На стелах, стоявших над могилами
воинов, обычно изображался широкий пояс, к которому подвешены меч, кинжал
или нож, горит с луком и стрелами, точильный брусок.
Рисунок 7 Киммерийская каменная антропоморфная стела IX в. до н.э. Рисунок   8      Погребения   киммерийского   времени   на   территории
Никопольского района
Киммерийская одежда была во многом похожа на скифскую. Это сходство
в первую очередь связано с тем, что оба народа жили в сходных климатических
условиях.   Одежда   степных   кочевников   была   идеально   приспособлена   для
открытых обширных просторов Евразии и умеренноконтинентального климата
лютых зимних морозов, продолжительной летней жары, пронизывающих ветров и
т.д. Киммерийские мужчины носили короткие кожаные куртки, узкие штаны,
мягкие   полусапоги.
  Самыми   распространенными   головными   уборами
киммерийцев   были   высокие   островерхие   башлыки.   Их   изображения   можно
обнаружить на греческих и этрусских вазах, ассирийских фресках и рельефах,
относящихся к VIIIVI вв. до н.э. О женской одежде киммерийцев, к сожалению,
почти ничего не известно.
Скорее всего, киммерийские мужчины носили головные уборы различных
типов. Многие слышали о так называемом «фригийском колпаке»  головном
уборе, ставшем в конце XVIII в. символом свободы в революционной Франции.
Государство   под   названием   Фригия   в   древние   времена   действительно существовало и находилось в Малой Азии, вот только сами фригийцы вряд ли
являлись   авторами   «фригийского   колпака»,   изобретение   которого   им   упорно
пытаются   приписать   уже   не   одно   столетие.   По   всей   видимости,   они   лишь
позаимствовали   его   у   киммерийцев,   которые   не   раз   посещали   и   завоевывали
Фригию.  Ярким  подтверждением  данной  точки  зрения  являются   изображения
киммерийцев   в   головных   уборах,   точь   в   точь   похожих   на   знаменитые
«фригийские   колпаки».   Такие   изображения   встречаются   на   греческих   и
этрусских вазах.
В   первые   века   I   тыс.   до   н.э.   значительная   часть   оружия,   которым
пользовались   киммерийские   воины   (главным   образом,   киммерийская   знать)
имела кавказское происхождение. В этот период многие районы Закавказья и
Кавказа   служили   своеобразной   мастерской,   снабжая   бронзовым   оружием
окружающие   народы   в   поразительном   изобилии.   Особенно   популярными   там
были булавы, топоры, мечи, кинжалы, копья и вилы из бронзы. Щиты в основном
были плетеными, обтянутыми шкурой. Наконечники стрел часто изготавливали
из  обсидиана  стекловатой  вулканической  горной породы красного  и серого
цвета,   с   раковистым,   режущим   изломом.   Данная   порода,   иногда   также
называемая   вулканическим   стеклом,   образуется   при   застывании   вязких
разновидностей   кислой   липаритовой   лавы.   Она   хорошо   полируется   и   еще   с
давних времен широко использовалась для изготовления различных поделок и
оружия.   Стрелы   с   обсидиановыми   наконечниками   обладали   незаменимыми
боевыми качествами. Очень твердые, они легко пробивали мягкие панцири, и в
то   же   время,   будучи   очень   хрупкими,   они   часто   ломались   в   теле   врага.   На
Кавказе и в Закавказье изготавливались кожаные панцири, обшитые круглыми
бляхами различной величины. Для защиты тела служили и широкие пояса из
листовой бронзы или толстой кожи. Бронзовые шлемы использовались редко и
походили на те, что изготавливались в Малой Азии. . ПРИЧИНЫ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ КИММЕРИЙЦЕВ
Походы   скифов   и   киммерийцев   ускорили   формирование   военной
организации   этих   народов,   направленной   на   покорение   других   племен   и
территорий. Заметно усилилась власть царей и родоплеменной аристократии, а
военное   могущество   степных   кочевников   поднимало   их   вождей   до   уровня
восточных владык. Очевидно уже в начале VIII в. до н.э. военная организация
скифов стала более совершенной и мощной, что позволяло их царям все чаще
предъявлять свои претензии на ведущую роль в скифскокиммерийском союзе.
По   всей   видимости,   отношения   между   союзниками   время   от   времени
обострялись, но очевидно эти конфликты носили лишь временный характер и
никогда не являлись затяжными. В пользу данной точки зрения красноречиво
говорит тот факт, что в VIIIVII вв. до н.э. союзное войско вело боевые действия
на кажущихся даже сегодня громадными просторах  от западного побережья
Малой Азии до южного берега Каспийского моря. Скоординированные действия
на   столь   внушительной   территории   могла   успешно   вести   только   регулярная,
хорошо   управляемая   армия.  Вполне   очевидно,  что   осуществлять   масштабные
операции   и   координировать   удары   войск   было   бы   невозможно   без   наличия
единого коалиционного командования. Такое попросту не под силу готовым в
любую минуту вцепиться друг другу в горло, «союзникам»!
Скорее   всего,   еще   в   VIII   в.   до   н.э.   значительная   часть   киммерийских
вождей,   смирилась   со   сложившейся   ситуацией   и   пополнила   элиту
образовавшейся   на   необозримых   просторах   Евразии   империи   скифов.   Лишь
какаято   их   часть,   не   желая   признать   над   собой   власть   скифских   царей,
возможно, поступила так, как об этом рассказано в «Истории» Геродота  во
взаимной битве перебила друг друга. Известно, что еще в 676674 гг. до н.э. киммерийцы и скифы в союзе с Урарту разгромили Фригию и вторглись в Лидию.
После   Лидийского   похода   киммерийцы   фактически   исчезли   с   исторической
арены. ВЫВОДЫ
Киммерийцы  древнейший из народов, живших в степной части Украины.
Они принадлежали к одной языковой группе со скифами и сарматами, а также
имели   схожие   культуры.   Киммерийцы   не   были   «кочевниками»   в   чистом
понимании   этого   слова   они   обладали   развитым   земледельческим   и
скотоводческим производящим хозяйством. О развитости скотоводства говорят
погребальные   жертвоприношения,   на   которых   закалывали   сотни   голов   скота.
Были  развиты  металлургия   бронзы   и  железа,  они  делали   прекрасное   оружие,
развитое   производство   керамики.   Следы   киммерийских   рудников   и
металлургического   производства   найдены   на   Донбассе.
упоминаются в греческих, ассирийских, римских источниках.
  Киммерийцы
У   них   были   свои   цари,   города.   Они   оставили   огромные   курганы
«катакомбной», «срубной» археологических культур 21 тыс. до н. э. Греческие
и   малоазиатские   изображения   киммерийцев   говорят   об   антропологической
идентичности славян и киммерийцев, как и скифов. Есть общее и в одежде
например,   головные   уборы   типа   папах.   В   бою   киммерийскую   конницу
сопровождали большие волкодавы.
Киммерийцы известны своими дальними походами: они ходили походами
на Северный Кавказ, в Малую Азию, во Фракию. Сведения о киммерийцах есть в
ассирийских архивах царей Саргона II, Ассархаддона и Ашшурбанипала.
Геродот, живший во времена скифов, упоминал о «киммерийских стенах»,
то   есть   у   них   было   развитое   градостроительство.   Согласно   Страбону,   на
полуострове Тамань располагался град Киммерий, или Киммерида.
При   исследовании   вопросов   связанных   с   киммерийцами   выявляются
несколько   неясностей,   на   которые   нет   чёткого   ответа.   Первый   непонятный
момент   связан   с   походом   киммерийцев   в   Азию,   вернее   каким   путём   они

file_name: Киммерийцы.doc

description:
<http://proxy11.media.online.ua/uol/r3-87b1eb1ca1/4dd99dc62455a.jpg>
Рисунок 3  Киммерийские всадники. Ассирийское изображение VII в. до

н.э.
У   Геродота   говорится,   что   при   заселении   Северного   Причерноморья
скифы изгнали обитавших там до них киммерийцев. По его слонам, теснимые
скифами киммерийцы собрались на Днестре и там решили, как им быть дальше.
Киммерийские цари (вожди) настаивали на продолжении борьбы со скифами, но
народ   решил   оставить   свою   страну.   Тогда   будто   бы   киммерийские   цари
разделились   на   две   группы   и,   сражаясь   между   собой,   перебили   друг   друга.
Киммерийцы похоронили их у реки под таким высоким курганом, что могила
была видна еще во времена Геродота, а сами удалились в Малую Азию.
Страбон   сохранил   смутные   воспоминания   о   нападении   киммерийцев   на
Малую Азию с западной стороны Босфора из Фракии еще во времена Гомера или
даже еще раньше.
И  Геродот  и  Страбон  упоминает  о  нападениях  киммерийцев   на  Малую
Азию  от Пафлагонии в северной части этого полуострова до Эолиды и Ионии
она   югозападе   и   Фригии   в   его   центральной   части;   причем   Страбоном   они
отождествляются   с   фракийским   племенем   треры,   которое   помещают   на
Балканском полуострове на реке Искыре между трибаллами и бессами (в северо
западной части современной Болгарии между Балканскими горами и Дунаем).
Страбон в качестве источников своего осведомления об этих нападениях

intro:
С открытием и распространением железа началась новая эра в истории племен, которые населяли современную территорию Украины. Завершался процесс разложения первобытнообщинного строя. С началом железного века на арену всемирной истории вышли киммерийцы.
«Закатилось солнце и покрылись тьмою все пути, а судно наше достигло пределов глубокого океана. Там народ и город людей киммерийских, окутанные мглою и тучами; и никогда, сияющее солнце не заглядывает к ним и своими лучами ни тогда когда восходит на звездное небо, ни тогда, когда с неба склоняется назад к земле, но непроглядная ночь распростерта над жалкими смертными» - это одно наиболее раннее упоминаний о киммерийцах в «Одиссее» великого греческого поэта Гомера.

история

group: Дисциплины

доп. образование детей

group: Другое

title: Реферат на тему: Киммерийцы


extracted_text:
Тема «Зимние забавы».
Задание 1. Родителям рекомендуется:
 спросить у ребенка, какое сейчас время года, в какие игры дети любят
играть  зимой, что им нужно для зимних игр;
Задание 2. Игра «Кому что нужно?»
Лыжнику нужны лыжи,
хоккеисту  …,
фигуристу  …,
саночнику  ….
Задание 3. Игра «Исправь ошибку» (на логическое мышление).
         Лыжнику нужны санки. Конькобежцу нужны лыжи. Хоккеисту нужны
санки.
Зимой   дети   катаются   на   велосипеде,   играют   в   мяч,   лепят   снежную   бабу,
прыгают   через   скакалку,   играют   в     футбол,   загорают,   строят   снежную
крепость.
Задание 4. Игра «Сосчитай».
Один снеговик, два снеговика, три снеговика, четыре снеговика, пять
снеговиков (подарок).
Одна снежинка, две снежинки, три снежинки, четыре снежинки, пять
снежинок (снегурочка, горка).
Задание 5. Игра «Подбери признак».
  Зима (какая?) – долгая, суровая, снежная, морозная, холодная,….
  Погода (какая?) – морозная, солнечная, пасмурная
  Снег (какой?) – белый, пушистый, холодный, блестящий,….
  Лед (какой?) – скользкий, прозрачный, холодный, твердый,…
Задание 6.  Пальчиковая гимнастика. «НА ЕЛКЕ» Мы на елке веселились,
И плясали, и резвились.
После добрый Дед Мороз
Нам подарки преподнес.
Дал большущие пакеты,
В них же — вкусные предметы:
Конфеты в бумажках синих,
Орешки рядом с ними,
Груша,
Яблоко, один
Золотистый мандарин.
(Ритмичные хлопки в ладоши.) (Ритмичные
удары кулачками.)
(Дети «шагают» средним и указательным
пальцами обеих рук по столу.)
(«Рисуют» руками большой круг.)
(Делают ритмичные хлопки.)
(Загибают  на  обеих  руках  пальчики,
начиная с большого.)
В. Волина
Задание 7. Подготовить пересказ рассказа «Ёлка».
Папа  принёс из леса ёлку. Ёлку поставили  на пол. Ребята украсили
ёлку.   Повесили   игрушки,   шары,   конфеты.   Ёлка   была   нарядная,   красивая,
пушистая.   Дети   играли   вокруг   ёлки.   И   Дед   Мороз   играл.   Весело   было
ребятам!
Задание 8. Нарисовать украшенную ёлочку.

intro:
Тема
Задание 1. Родителям рекомендуется:
- спросить у ребенка, какое сейчас время года, в какие игры дети любят играть  зимой, что им нужно для зимних игр;
Задание 2. Игра «Кому что нужно?»
	Лыжнику нужны лыжи,
хоккеисту - …,
фигуристу - …,
саночнику - ….

Задание 3. Игра «Исправь ошибку» (на логическое мышление).
     Лыжнику нужны санки. Конькобежцу нужны лыжи. Хоккеисту нужны санки.
Зимой дети катаются на велосипеде, играют в мяч, лепят снежную бабу, прыгают через скакалку, играют в  футбол, загорают, строят снежную крепость.

дефектология

group: Педагогика

title: Задания в тетрадь по теме  «Зимние забавы».


extracted_text:
РЕФЕРАТ
Колониальная экспансия Великобритании в Триполи под флагом борьбы с
работорговлей ПЛАН
1. ОТМЕНА РАБСТВА В АНГЛИИ И БОРЬБА ЗА ВЛИЯНИЕ В ТРИПОЛИ

2. РАСШИРЕНИЕ ТОРГОВЛИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ НА ТРИПОЛИТАНСКИХ ЗЕМЛЯХ

3. ДИПЛОМАТИЯ НА СЛУЖБЕ АНГЛИЙСКИХ ТОРГОВЫХ ИНТЕРЕСОВ В ТРИПОЛИ

ЛИТЕРАТУРА 1. ОТМЕНА РАБСТВА В АНГЛИИ И БОРЬБА ЗА ВЛИЯНИЕ В ТРИПОЛИ
Африка   знала   рабство   и   работорговлю   задолго   до   появления   там
португальских, а затем и других европейских колонизаторов. Рабство в Африке
  Насильственный   вывоз
носило   патриархальный,
африканцеврабов сначала в Европу, а затем в Америку и ВестИндию начался в
  домашний   характер.
середине XV в. и продолжался до 70х годов XIX в.
Определяя   место   работорговли   в   становлении   капитализма,   К.   Маркс
писал:   "Открытие   золотых   и   серебряных   приисков   в   Америке,   искоренение,
порабощение и погребение заживо туземного населения в рудниках, первые шаги
по завоеванию и разграблению ОстИндии, превращение Африки в заповедное
поле охоты на чернокожих  такова была утренняя заря капиталистической эры
производства.
первоначального накопления" ' [6, с.760].
  Эти   идиллические   процессы   суть   главные   моменты
Свободная   и   неограниченная   работорговля   принесла   Африке   войны   и
опустошения, грабежи и насилие. Не поддающиеся исчислению потери в людях
задержали развитие производительных сил на Африканском континенте.
С 80х годов XVII в. в странах Европы и в Америке возникло и начало
шириться   движение   за   запрещение   работорговли,   получившее   название
аболиционистского.   Однако   до   70х   годов   XVIII   в.   призывы   к   отмене
работорговли   носили   филантропический   характер.   Освободительные   идеи
Великой   французской   революции   привели   к   тому,   что   в   феврале   1794   г.   во
Франции   было   объявлено   о   прекращении   работорговли   и   безвозмездном
освобождении   рабов   во   всех   французских   колониях.   Как   результат   влияния
революционных событий во Франции последовало восстание рабовафриканцев
на СанДоминго, в 1791 г, усилились волнения невольников в ВестИндии.
Наиболее   острая   борьба   за   запрещение   работорговли   развернулась   в Англии.   Во   главе   аболиционистов   встал   Томас   Кларксон.   Совместно   с
Уильберфорсом и Шарном он основал в различных городах Англии отделения
общества по борьбе с работорговлей, центр которого находился в Лондоне. В
1783  г.  в  английский   парламент   впервые   была   подана   петиция   о   запрещении
работорговли.
В 1807 г. аболиционисты, выражавшие интересы растущей промышленной
буржуазии,   одержали   победу,   вследствие   чего   английский   парламент
официально запретил работорговлю. На принятие такого решения парламентом
оказали растущее влияние не только подъем аболиционистского движения, но
главным образом развитие капиталистических отношений в Европе и Америке,
распространению   которых   препятствовала   работорговля.   Перемены   в
экономической   и   колониальной   политике   Англии,   вызванные   отпадением
североамериканских колоний и потерей в связи с этим крупнейшего рынка сбыта
рабов,   также   способствовали   принятию   данного   решения.   Английское
правительство не только не намеревалось налаживать какие  либо отношения с
образовавшимся   новым   государством   в   Северной   Америке,   но,   объявив   ему
экономическую блокаду, стремилось, в частности, помешать ввозу туда рабов
рабочей силы, игравшей важную роль в развитии экономики США.
После официального запрещения работорговли в 1807 г. в Англии и в 1808
г.   в   США   открытая   неограниченная   торговля   невольниками   сменилась
контрабандной. Таким образом, вывоз невольников из Африки был не ниже, а
иногда даже и выше, чем в предыдущие столетия.
Лозунги   аболиционистов   XIX   в.,   искренне   желавших   прекращения
работорговли   и   приобщения   Африки   к   цивилизованному   миру,   вскоре   были
подхвачены   британским   правительством,   которое   стремилось   к   созданию
колоний на Африканском континенте. Центр тяжести колониальных интересов
Англии   постепенно  стал  перемещаться   в  Африку,  хотя   еще   в  начале XIX  в. захват   африканских   территорий   не   стоял   на   повестке   дня   британской
колониальной   политики.   Англичане   начали   изучать   обстановку   в   Африке   и
одновременно   создавали   себе   авторитет   как   единственной   державы   в   мире,
последовательно и бескорыстно выступавшей за отмену работорговли.
В   то   же   время   борьба   с   работорговлей   открывала   блистательную
перспективу вмешательства в дела других стран и возможность активизировать
свою колониальную политику, в том числе и в Северной Африке. После издания
британским   парламентом   закона,   запрещавшего   своим   подданным   заниматься
работорговлей,   Англия   стала   добиваться   принятия   аналогичных   мер   от
остальных государств.
На   международных   политических   конгрессах,   которые   происходили   в
Европе,   Великобритания   настойчиво   ратовала   за   принятие   общеевропейских
санкций, запрещавших работорговлю. Так, на Венском конгрессе в 1814 г. была
подписана "Декларация держав о прекращении торга неграми". Принятое в 1822
г. на Венском конгрессе великих держав постановление об отмене работорговли
в   основном   повторяло   положения   декларации   1814   г.   Однако   европейские
государства   отказались   принять   предложение   Англии   о   приравнении
работорговли к пиратству и применять экономические санкции по отношению к
странам, занимавшимся вывозом невольников.
Такая позиция держав, даже не занимавшихся работорговлей, в борьбе с
торговлей   живым   товаром   объяснялась   просто.   Правительства   европейских
государств отказывались принимать какиелибо практические меры против нее,
опасаясь, и не без основания, что борьба против работорговли и связанное с ней
право задерживания и обыска подозреваемых в вывозе невольников судов еще
более   усилят   морскую   мощь   Великобритании   и   позволят   ей   активнее
вмешиваться   в   торговлю   других   стран.   Тем   временем   торговля   людьми
продолжала расти. Еще   в   1818   г.,   задолго   до   приезда   в   Триполи   исследователей   Африки
англичан   Дж.   Ритчи   и   Дж.   Лайона,   Уоррингтон   обратил   внимание   своего
правительства на то обстоятельство, что под флагом борьбы с работорговлей
можно   достигнуть   ряда   целей:   вопервых,   путем   насаждения   английских
консульств  на основных караванных путях, по  которым велась  работорговля,
укрепиться   во   внутренних   районах   вилайета   Триполи;   вовторых,   заменить
торговлю   людьми   торговлей   английскими   промышленными   товарами   и   тем
самым   расширить   колониальную   экспансию   внутрь   континента.   Не   теряя
времени,   генеральный   консул   Кроу   шаг   за   шагом   укреплял   позиции
Великобритании в Северной Африке. К 1823 г. его колониальный план освоения
транссахарского   торгового   пути   и   проникновения   в   Центральную   Африку
приобрел   конкретные   формы.   Использовав   свое   влияние   на   Юсуфпашу,   и
главным   образом   его   задолженность   англичанам   и   острую   нужду   в   деньгах,
Уоррингтон   добился   от   правителя   эйалета   Западный   Триполи   согласия
поддерживать   усилия   Англии   в   вопросе   работорговли.   Разумется,   добиваясь
такого   согласия,   Уоррингтон   не   только   учитывал   финансовые   затруднения
Юсуфпаши,   но   и   играл   на   гуманных   чувствах   передовых   представителей
Западного Триполи, которые выступали против торговли людьми. Так, например,
министр   иностранных   дел   Юсуфпаши   Хасуна   Дегис   оказал   значительную
помощь Уоррингтону в разработке и принятии законоположений, запрещавших
работорговлю в эйалете.
Проект соглашения между Уоррингтоном и Юсуфом Караманли состоял
из   10  пунктов.   В   соответствии   с  этим   соглашением   Юсуфпаша   обязался   не
посылать   свои   войска   с   целью   захвата   жителей   в   Центральной   Африке   и
превращения   их   в  рабов,   гарантировал   запрещение   ввоза   рабовафриканцев   в
Западный   Триполи   и   их   вывоза   из   него,   брал   на   себя   обязательство
ликвидировать   работорговлю   на   территории   эайлета.   Кроме   того,   правитель Западного Триполи обещал воздействовать на других правителей и убедить их
проводить политику,, направленную на запрещение работорговли. За подписание
такого соглашения Уоррингтон  обещал Юсуфпаше ежегодно выплачивать  30
тыс. долл. в течение 10 лет, а также английский консул гарантировал поддержку
Юсуфпаше в повышении таможенных пошлин на ввозимые и вывозимые товары
с 3 до 6%.
Но   это   соглашение,   гарантировавшее   успех   колониальной   экспансии
англичан не только во внутренние районы эйалета Триполи, но и в Центральную
  было   отвергнуто   британским   министерством   колоний,
  не
Африку,
согласившимся с принципом компенсации за ликвидацию работорговли. Помимо
этого министерство выразило сомнение в возможности Юсуфпаши оказывать
воздействие   на   правителей   внутренних   районов   эйалета,   а   также   султанов
соседних   эмиратов   и   султанатов   в   данном   вопросе.   Отмечалось   также,   что
английское  правительство   было не  в  состоянии  заставить  другие  государства
одобрить   решение   правителя   Западного   Триполи   удвоить   импортные   и
экспортные пошлины и не собиралось изза этого вступать с ними в конфликт. К
тому же увеличение таможенных пошлин было направлено прежде всего против
английских   торговцев,   которые   стремились   расширить   свои   рынки   сбыта   в
странах Африки.
На деле же Великобритания, по существу, не была заинтересована в резком
сокращении работорговли и рабства в этом районе. Основной поток рабов из
Центральной   Африки   направлялся   к   портам   Средиземного   моря,   главным
образом к Триполи и Бенгази, и оттуда рабы переправлялись в страны Леванта
провинций   Османской   империи.   В   британских   официальных   кругах   было
распространено   мнение,   что   рабство   и   работорговля   в   Османской   империи
являлись важной опорой политических, социальных и экономических институтов
империи  и  что, следовательно, их внезапная  ликвидация  привела   бы к  краху империи. В доказательство этого умозаключения приводился тот факт, что сами
султаны   Османской   империи   и   их   приближенные   вели   свой   род   от   бывших
рабынь.
Таким   образом,  борьба  с  работорговлей   в  Средиземноморье   вступала   в
противоречие с политикой, которую англичане проводили в Османской империи
и которая заключалась в сохранении ее целостности. Такая политика помогла
британской буржуазии экономическим путем прибирать к рукам одну за другой
провинции Османской империи. Экономическое проникновение Англии на рынки
Ближнего Востока и Северной Африки нашло свое выражение в англотурецкой
торговой конвенции 1838 г,
В то же время соперничество между Англией и Францией за безраздельное
господство в Сирии, Ливане, Египте и Западном Триполи, усилившееся после
захвата   французами   Алжира,   заставляли   Великобританию   использовать   знамя
борьбы с работорговлей для закрепления своих позиций в Османской империи н
в борьбе с французским колониализмом. При этом британское правительство
должно было учитывать настроения общественного мнения, которое находило
отражение   в   аболиционистском   движении,   выступавшем   против   рабства   и
работ^рговли.   Чтобы   успокоить   английскую   общественность   в   отношении
работорговли   и   одновременно   избежать   ухудшения   положения   Османской
империи, Великобритании приходилось в этом вопросе занимать осторожную и
гибкую позицию.
Главным исполнителем воли британской буржуазии, требовавшей усиления
колониальной экспансии, в 30е годы был министр иностранных дел Англии лорд
Пальмерстон. Его программа включала широкую экспансию Англии на Ближнем
Востоке и в Северной Африке. Для решения этих задач министру иностранных
дел   пришлось   мобилизовать   общественное   мнение.   В   Лондоне   при
непосредственном участии Пальмерстона была образована политическая группа, выступавшая в парламенте и печати с призывами свести на нет влияние Франции
и   России   в   Османской   империи.   Для   расширения   колониальной   экспансии   и
борьбы со своими соперниками в Африке и на Ближнем Востоке Пальмерстон
использовал   политику   аболиционизма.   Признанный   "крестным   отцом"   этой
политики, лорд Пальмерстон осуществлял свои замыслы под флагом борьбы за
ликвидацию   рабства   в   странах   Северной   Африки.   При   этом   в   официальных
документах   он   признавал,   что   работорговля   и   рабство   настолько   вошли   в
социальный образ жизни Османской империи, что любое предложение султану,
связанное   с   их   отменой,   было   бы   равноценно   предложению   принять   халифу
правоверных мусульман христианскую веру.
В   1839   г.   в   Лондоне   было   создано   "Общество   по   уничтожению
работорговли и распространению цивилизации в Африке"> в задачи которого
входили ликвидация работорговли и всеобщее уничтожение рабства [15, с. 190].
Важными мерами в борьбе с торговлей людьми общество наметило заключение
договоров   с   местными   вождями   о   ее   запрещении   и   развитии*   "законной"
торговли      продаже   Европе   сырьевых   товаров   Африки   в   обмен   на
промышленные, которые они ранее получали за рабов. Оно фактически ставило
перед   собой   прямые   колонизаторские   цели:   проникновение   в   Африку,
использование ее природных ресурсов и распространение христианской религии
для приобщения африканцев к европейской цивилизации. Общество развернуло
широкую пропаганду, направленную против рабства и особенно работорговли,
которая   процветала,   в   частности,   на   транссахарских   караванных   путях.   Эта
кампания   совпала   с   обострением   восточного   вопроса,   проявившемся   в
очередном турецкоегипетском конфликте 18401841 гг. и борьбе европейских
держав за преобладающее влияние на Высокую Порту.
Требования английской общественности отменить рабство и работорговлю
в виде  различных  петиций  и писем  доводились  "Обществом  по   уничтожению работорговли" до сведения британского правительства. Эти петиции и письма
попадали   на   благоприятную   почву.   Поскольку   Великобритания   проводила
политику укрепления своих позиций в Османской империи, лорд Пальмерстон
немедленно   направлял   петиции   британскому   послу   в   Стамбуле   Понсонби,
который   использовал   их   для   усиления   давления   на   турецкое   правительство,
находившееся в этот период под коллективной опекой европейских держав, и в
первую очередь Великобритании.
Подписав   Лондонскую   конвенцию   1841   г.,   Великобритания   одержала
значительную победу над Францией и Россией. В результате она утвердилась в
Стамбуле,   расширила   свое   влияние   на   султана,   усилила   политическое   и
экономическое   проникновение   в   Сирию,   Ливан   и   Египет.   Одновременно   ей
удалось   добиться   от   остальных   стран      участниц   этой   конвенции   (Франции,
России,   Пруссии   и   Австрии)   подписания   "Трактата   об   уничтожении   торга
неграми". По договору все пять держав брали на себя определенные взаимные
обязательства   по   борьбе   с   работорговлей.   Основные   статьи   были   посвящены
определению, какое судно могло считаться невольничьим.
Однако   уже   в   январе   1842   г.   палата   депутатов   Франции   осудила
подписание   договора   пяти   держав.   Попросив   вначале   у   Англии   отсрочку
ратификации договора, Франция затем вообще отказалась его ратифицировать
[84,   с.159].   Более   того,   под   давлением   французских   работорговцев
правительство Франции расторгло заключенный в 1833 г. договор с Англией о
праве; взаимного осмотра кораблей.
Французские работорговцы упорно защищали право на работорговлю и под
различными предлогами пытались сохранить институт рабства в своих колониях.
Так, в начале 40х годов XIX в. они объявили о создании в них так называемой
"системы   свободной   контракции",   или   "вербовки   свободных   эмигрантов"   из
Африки. С африканцем, который соглашался поехать работать во французские колонии, подписывались контракты на несколько лет. Вербовка рабочей силы по
этим контрактам, по существу, являлась той же работорговлей. Прибегнув к
этой системе,  французы главным  образом  стремились  избежать  обыска  своих
невольничьих   кораблей   английскими   патрульными   судами.   Вслед   за
выступлением   английского   правительства   с   меморандумом,   осудившим
использование   "свободной"   рабочей   силы,   англичане   стали   задерживать
французские   суда   с   завербованными   африканцами,   рассматривая   их   как
невольничьи,   Революция   1848   г.   во   Франции   положила   конец   рабству   во
французских колониях.
Для  английской  буржуазии и  ее представителя  в Триполи  Уоррингтона
борьба за отмену рабства и работорговли являлась прикрытием, а поход против
работорговли   лишь   формой   перехода   к   более   эффективным   средствам
эксплуатации африканских народов и захвата территории Западного Триполи,
Пути   к   осуществлению   последнего   британский   консул   видел   в   побуждении
феодальных вождей и шейхов крупных племен вилайета Триполи, находившихся
под непосредственным турецким управлением, к сотрудничеству с англичанами
в борьбе за отмену работорговли на их территориях. Кроме того, он предлагал
создать   во   всех   районах   вилайета   английские   консульства,   возложив   на   них
контроль   за   выполнением   местными   турецкими   властями   фирманов   и
распоряжений Порты, касавшихся ее отмены. При этом основной упор в борьбе с
работорговлей делался на развитие и продвижение в глубь континента торговли
английскими   товарами,   которая   должна   была   вызвать   развитие   производства
местных товаров и способствовать разработке естественных богатств.
2. РАСШИРЕНИЕ ТОРГОВЛИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ НА ТРИПОЛИТАНСКИХ
ЗЕМЛЯХ Британское правительство, имевшее к началу 40х годов большой опыт
проникновения   в   другие   страны   под   прикрытием   борьбы   с   торговлей
невольниками,   обратило   свое   внимание   на   предложения   Уоррингтона,
рекомендовавшего эффективное и не столь дорогостоящее средство борьбы с
работорговлей путем развития торговли по транссахарским караванным путям,
по которым шел основной поток рабов в страны Леванта. Вскоре необходимость
принятия   предложений   Уоррингтона   еще   более   возросла,   в   связи   с   тем   что
попытки   английских   купцов   организовать   торговлю   английскими   товарами   с
Центральной Африкой из Гвинейского залива по р. Нигер были безуспешными.
Вскоре англичане через своего посла в Стамбуле получили согласие Порты
на открытие консульств в различных районах вилайета Триполи. Прежде всего
Англию   интересовало   открытие   консульства   в   Мурзуке   для   продвижения
колониальных товаров в Центральную Африку. Вицеконсулом в Мурзук был
назначен   английский   подданный   итальянского   происхождения   Гаглиуффи,
находившийся в Триполи в течение 14 лет и являвшийся другом и доверенным
лицом Абд альДжалиля. Однако отъезд Гаглиуффи в Мурзук откладывался как
изза войны между Абд альДжалилем и турками, так и в связи с оппозицией
турецкого вали Али Аскера. Только в 1843 г. после того как турки при тайном
содействии   англичан   захватили   Феццан   и   укрепились   там,   консульство   было
открыто.   Его   вицеконсулу   вменялось   в   обязанность   дискредитировать   и
затормозить торговлю невольниками, однако запрещалось прямо или косвенно
вмешиваться   в   коммерческие   сделки.   Вицеконсул   должен   был   направлять
доклады о положении дел в Феццане и на его караванных путях.
После того как к началу 40х годов французские колонизаторы завершили
завоевание   прибрежной   части   Алжира,   Франция   обратила   свои   взоры   на
территории   соседних   с   ним   государств.   Смирившись   с   захватом   Францией Алжира,   который   вскоре   стал   опорным   пунктом   распространения   влияния
французов на другие районы Африканского континента, Англия в то же время
всячески старалась препятствовать дальнейшему расширению захваченных ими
территорий.   По   этой   причине   в   1840   г.   Пальмерстон   отказал   французам   в
оказании им помощи в войне против Абд альКадера. Опасения Пальмерстона о
предстоящем   усилении   экспансии   Франции   подтвердились,   когда   британские
генеральные консулы в Марокко, Тунисе и Триполи сообщили об активизации
экспансионистской деятельности французов в Северной Африке.
В   марте   1846   г.   Уоррингтон   информировал   помощника   министра
иностранных   дел   Великобритании   Абердина   о   том,   что   французские
официальные представители в Триполи собирали сведения у купцов, которые
торговали   с   внутренними   районами   Африки,   интересуясь   как   состоянием
торговли,   так   и   условиями   быта   и   жизни   в   них   африканцев.   На   стремление
французов проникнуть в эти районы обращал внимание министра иностранных
дел   и   приступивший   к   своей   деятельности   вицеконсул   в   Мурзуке.   Он
предупреждал,   что   свертывание   британского   консульства   в   Мурзуке   или   его
закрытие приведет к захвату Францией этого стратегически важного пункта и
установлению ею более близких отношений со странами Центральной Африки,
что нанесет значительный ущерб английской торговле и поощрит французов на
дальнейшую колонизацию.
В 1845 г. "Общество по уничтожению работорговли" направило одного из
своих   активных   членов,   путешественника   Джеймса   Ричардсона,   в   вилайет
Триполи, поручив ему исследовать состояние работорговли, которая велась по
транссахарским караванным путям. Ранее Ричардсон уже выполнял подобные
миссии   в   Марокко   и   Тунисе.   После   того   как   английский   путешественник
добился   с   помощью   Уоррингтона   пропуска   у   турецкого   вали   на   проезд   во
внутренние   районы   вилайета   Триполи,   он   вначале   направился   в   Гадамес, намереваясь собрать все данные о работорговле в этом торговом центре, где
сходились   все   караванные   пути   из   Центральной   Африки.   Затем   Ричардсон
посетил   Гат   и   Мурзук.   Направляемые   им   "Обществу   по   уничтожению
работорговли"   в   период   путешествия   18451846   гг.   доклады   давали   яркие
картины работорговли в вилайете Триполи. Их публикация в Англии вызвала
широкий отклик и способствовала  росту движения за отмену работорговли в
Африке.
В   этих   условиях   британское   правительство   было   вынуждено   принять
определенные меры к уничтожению работорговли на транссахарских путях из
Центральной Африки к Средиземному морю. Этому способствовало следующее
обстоятельство.
В   1845   г.   имам   Маската   Сейид   Саид   подписал   с   британским
правительством   соглашение   о   прекращении   ввоза   рабов   в   Аравию   из
африканских   территорий   Маската.   Королевскому   военноморскому   флоту
Великобритании   и   торговым   кораблям   ОстИндской   компании   было
предоставлено право следить за осуществлением этого соглашения в Красном
море   и   Персидском   заливе.   В   то   же   время   для   его   претворения   в   жизнь
требовалось участие в борьбе с работорговлей Османской империи и Персии
основных государств Персидского залива, в порты которых направлялись рабы.
Через   британского   посла   в   Стамбуле   Высокой   Порте   было   предложено
присоединиться к участникам соглашения.
Порта, находившаяся в тот период под влиянием Великобритании, издала
от имени султана фирман о запрещении работорговли в Персидском заливе и
закрытии   невольничьего   рынка   в   Стамбуле.   (Представление,   сделанное
персидскому шаху через британского посла в Тегеране, не увенчалось успехом.)
Толчком для усиления дальнейшей борьбы против работорговли, которая
велась   на   территории   вилайета   Триполи,   послужил   опубликованный   доклад английского вицеконсула в Бенгази Гильберга. В своем докладе министерству
иностранных   дел   он   сообщал   о   высокой   смертности   рабов,   прибывших   с
последним   караваном   из   Вадаи.  Так,  за   восемь   дней   передвижения   каравана,
писал он, погибло или было обречено на смерть 32 раба. Британский посол в
Стамбуле   передал   доклад   Гильберга   турецкому   правительству.   За   этим
представлением   в   ноябре   1847   г.   последовал   приказ   на   имя   вали   Мехмеда
Реджеп  паши, предупреждавший о том, чтобы жестокость к рабам, на которую
указывал английский вицеконсул, больше не повторялась.
В архиве исторического музея Триполи имеется документ  письмо мудира
Гадамеса и знатных людей города от 17 декабря 1850 г. к вали Триполи по
поводу улучшения обращения с рабами. В письме сообщается о том, что мудир и
знатные   люди   Гадамеса   с   удовлетворением   получили   приказ   от   вали,
предписывающий им не унижать рабов и не держать их голодными и раздетыми,
что эти указания они учли и будут проводить их в жизнь. В связи с этим мудир,
члены   его   совета   и   муфтий   города   собрали   всех   работорговцев   Гадамеса   и
зачитали   им   приказ,   требуя   принять   его   к   исполнению.   Отныне   купцы   были
обязаны перевозить невольников на верблюдах, а также обеспечивать их едой,
питьем   и   одеждой.   Помимо   этого   они   при   появлении   очередного   каравана
представляли   доклады   вали   Триполи,   в   которых   указывалось,   сколько   рабов
имелось у торговца и какое число рабов было размещено на каждом животном.
Однако,   несмотря   на   это,   положение   рабов,   по   существу,   осталось
прежним. Так, генеральный консул Великобритании в Триполи в ноябре 1847 г. в
докладе министерству иностранных дел подчеркивал, что положение в вилайете
с   рабами   не   улучшится,   поскольку   сам   вали   и   другие   официальные   лица
занимаются   работорговлей   и   получают   от   нее   колоссальные   прибыли.   Этот
доклад был переслан в Стамбул на имя английского посла, и тот в беседе с
султаном довел до него эти сведения. В связи с этим султан дважды в течение 1848 г. направлял губернатору
вилайета послания, в которых запрещал ему "всем находившимся на службе у
Высокой Порты заниматься работорговлей. В 1850 г. английскому правительству
удалось   добиться  того,  чтобы   рабы  из  вилайета   Триполи  не   перевозились   на
турецких пароходах, на которых механиками и другими специалистами  были
подданные Великобритании.
Однако все эти полумеры не только не ограничивали работорговлю и не
уменьшали  жестокость  по   отношению   к  рабам,  а  наоборот,  торговля   людьми
возрастала. В 1849 г. Гаглиуффи писал из Мурзука, что караван, в котором было
1600   рабов,   полностью   погиб   от   жажды,   после   того   как   они   убили   всех
верблюдов, чтобы выпить их кровь и воду, имевшуюся в желудках. Через пять
месяцев вицеконсул известил свое правительство, что 795 рабов из 1770 рабов,
направлявшихся   из   Борну,   погибло   от   жажды.   Помимо   доклада   Гаглиуффи
министерство   иностранных   дел   Великобритании   получило   сообщение   вице
консула Гильберга из Бенгази о том, что из 1200 рабов, направленных из Вадаи в
Бенгази в 1849 г., погибло 400 человек. В своем докладе генеральный консул
Великобритании   в   Триполи   Кроу   сообщал,   что   число   рабов,   которые   были
вывезены из вилайета в страны Леванта в 1849 и 1850 гг., возросло. Копии этих
докладов были направлены послу Великобритании в Стамбуле Каннингу. Однако
британское   правительство   не   требовало   от   Османской   империи   решительных
действий по отмене работорговли в Северной Африке, опасаясь, что это может
ослабить ее при подготовке к войне против России.
Предпринимались   попытки   развития   торговли   товарами   местного
производства и продвижения английских товаров в глубь Африки (не имевшие,
правда, большого успеха). Прежде всего были приняты меры по обеспечению
безопасности на караванных путях, ведущих из Центральной Африки к портам
Средиземного моря, а также отмене раззий (набегов), организуемых турецкими вали в соседние страны с целью захвата пленных для превращения их в рабов.
Эти набеги нарушали хозяйственную жизнь и торговый обмен внутри страны.
Против раззий выступил вицеконсул Великобритании в Мурзуке. Еще в
1843  г.  по  пути  к  месту  назначения  из  Триполи   Гаглиуффи  встретил   шейха,
который   вез   письмо   в   Триполи   от   турецкого   бея   в   Феццане,   содержавшее
предложение   тому   совершить   раззию   на   соседнюю   с   Феццаном   страну.
Гаглиуффи,   узнав   о   планируемом   военном   набеге,   принял   меры   к   его
предотвращению. Он писал в Триполи полковнику Уоррингтону о том" чтобы
тот добился предотвращения запланированной раззии и приложил все усилия к
окончательному запрету набегов на соседние страны и захвата там пленников,
которых превращали в рабов. Уоррингтон сумел убедить вновь прибывшего в
Триполи   вали   Мехмеда   Эминпашу   запретить   опустошительные   рейды   на
соседние   страны.   Несмотря   на   то   что   запрещение   раззии   не   могло   повлиять
коренным   образом   на   работорговлю,   все   же   оно   способствовало   оживлению
внутренней   торговли   и   установлению   безопасности   на   караванных   путях   на
территории   Феццана   и   прилегающих   к   нему   районов.   Важную   роль   в   этом
сыграло   то   обстоятельство,   что   Гаглиуффи   установил   контакты   с   шейхами
племен   туарегов   и   табу,   делая   все,   чтобы   завоевать   их   дружбу   и   наладить
сотрудничество в вопросе безопасности торговых караванов.
Пребывание вицеконсула в Мурзуке, через который проходили не только
товары,   но   и   потоки   паломников,   направлявшихся   в   святые   места      Мекку,
Медину   и   Кайруан   в   Тунисе      и   обратно,   давал   ему   возможность   оказывать
шейхам племен, купцам и другим знатным людям различные услуги вплоть до
оказания медицинской  помощи. В свою очередь, он получал от них гарантии
безопасности караванных путей, проходивших через территории их племен. С
целью   развития   торговли   вицеконсул   Гаглиуффи   установил   дружественные
отношения   с   великим   вазиром   султаната   Борну,   туарегами   Гата   и   купцами Бильмы. Чтобы получать необходимые английским торговцам местные товары,
он   рекомендовал   населению   культивировать   индиго,   хлопок,   сенну   и   другие
сельскохозяйственные культуры.
В   этот   же   период   генеральным   консулом   в   Триполи   предпринимались
попытки   оживить   торговлю   между   Средиземноморским   побережьем   и
Центральной Африкой. Для этого Уоррингтон стремился привлечь к торговле
капиталы английских купцов. С этой целью он намеревался в 1842 г. создать
торговую компанию "Африканское общество", которая должна была состоять из
1530   акций   по   1   тыс.   долл.   каждая   (200   ф.   ст.).   Предполагалось,   что
деятельность компании будет охватывать внутренние районы Африки и порты
вилайета Триполи, а также рынки за границей. Хотя турецкий вали выкупил пять
акций будущей компании, Уоррингтону не удалось распродать остальные акции
ни в Триполи, ни в Англии. В результате компания так и не была создана.
Кроме того, несмотря на все старания Гаглиуффи, который обращался и к
правительству Великобритании и к "Обществу по уничтожению работорговли",
его попытки получить капиталы или товары в кредит были безуспешными.
Значительные   усилия   по   активизации   торговли   товарами   в   качестве
"лекарства"  от  работорговли   прилагал  и вицеконсул  в Гадамесе  Диксон.  Он
неоднократно обращался к премьерминистру Великобритании Пальмерстону и
сам   выезжал   в   Лондон   для   получения   кредитов,   но   его   попытки   также
закончились   неудачей.   Как   Гаглиуффи,   так   и   Диксон   на   свой   страх   и   риск
занимались   торговлей,   обменивая   английские   товары   на   местные.   Они   имели
своих торговых агентов в Туате, Гате, Кукаве, Кано, Зиндере, Сокото и Бильме,
которые доставляли туда товары главным образом английского производства и
закупали там или меняли на эти товары слоновую кость, гуммиарабик, воск,
сенну   и   золотой   песок.   Но   транссахарская   торговля   оказалась   не   такой
выгодной,   как   это   предполагалось   вначале.   Большие   убытки   были   вызваны отсутствием   безопасности   на   караванных   путях   а   также   порчей   товаров.
Учреждение консульств Великобритании в Мурзуке и Гадамесе способствовало
установлению   относительной   безопасности   на   важном   караванном   пути   из
Триполи в Борну и Томбукту через Гадамес и Гат, следствием чего явились
оживление торговли и сокращение работорговли. Однако такое положение не
устраивало   ни   турок   и   ни   французов,   которые   получали   от   работорговли
большие барыши, главное же их беспокойство было вызвано тем, что, расширяя
торговлю, англичане укрепили свои позиции вдоль всего караванного пути. В
связи с этим обострилась борьба за влияние над туарегами, которые фактически
контролировали   главную   караванную   дорогу,   проходившую   через   их
территорию.
3. ДИПЛОМАТИЯ НА СЛУЖБЕ АНГЛИЙСКИХ ТОРГОВЫХ ИНТЕРЕСОВ В
ТРИПОЛИ
Без установления дружественных отношений с туарегами и получения от
них гарантии безопасности караванов о развертывании торговли не могло быть и
речи.   Вот   почему   английские   вицеконсулы   делали   все,   чтобы   поддерживать
хорошие отношения с шейхами племен туарегов и особенно с вождями племени
азгир,   обитавшего   в   районе   Гат.   В   то   же   время   турки   сами   стремились
установить контроль над караванными путями с помощью своих гарнизонов в
Гате   и   Гадамесе.   Однако   регулярные   нападения   на   туарегов,   организованные
турецким   беем   в   Феццане,   привели   к   ухудшению   обстановки   в   районе
прохождения караванной дороги и в самом Гате.
В   защиту   туарегов   выступили   английские   вицеконсулы   и   генеральный
консул   в   Триполи,   которым   ранее   удалось   получить   от   туарегов   гарантии безопасности  английских  подданных,  посетивших   их   страну.  Один   из   шейхов
туарегов отправил даже послание к королеве Великобритании, к которому были
приложены   подарки.   В   письме   сообщалось,   что   население   Гата   находится   в
дружеских   отношениях   с   английским   народом.   Подарки   состояли   из   ножей,
стрел, копий, щитов из буйволовой кожи и кожаных подушек.
Успехи англичан в укреплении отношений с туарегами были результатом
интриг вицеконсулов, которые для поддержания авторитета Великобритании и
сохранения безопасности караванного пути из Центральной Африки оказывали
активное противодействие местным турецким властям, проводившим политику
подавления   и   грабежа   туарегов.   В   частности,   вицеконсулы   неоднократно
расстраивали планы турецкого бея в Феццане, который готовил нападения на
непокорный   Гат.   Так,   в   1846   г.   Гаглиуффи   и   Ричардсон   обратились   к
Уоррингтону,   а   тот,   в   свою   очередь,   к   вали   Триполи   с   настоятельным
требованием прекратить подготовку к нападению на Гат. К 1852 г. положение в
этом районе еще более обострилось в связи со столкновениями интересов турок
и англичан.
Турецкая   политика   грабежа   и   притеснений   вызвала   волнения   среди
туарегов, и турки вновь приступили к подготовке к нападению на Гат. Все это
нарушало спокойствие и безопасность торговли, за развитие которой отвечали
вицеконсулы. Гаглиуффи и Диксон направили доклад генеральному консулу в
Триполи   о   положении   в   районе   Гата,   в   котором   содержалось   требование
прекратить   насильственное   подавление   туарегов   и   приостановить   подготовку
военного нападения на Гат. Однако попытки британского генерального консула
убедить   вали   Триполи   в   необходимости   прекратить   чинить   насилия   над
туарегами не увенчались успехом. После этого Кроу направил в министерство
иностранных дел Великобритании доклад с предложением устранить правителя
Феццана Хасана и таким путем нормализовать положение в районе. Британское правительство   через   своего   посла   в   Стамбуле   оказало   давление   на   султана,
который заявил, что он не в курсе развития событий в Феццане, однако тут же
дал указание прекратить подготовку нападения на Гат и отозвать турецкого бея
в Феццане. Но не только турки препятствовали развитию торговли англичан в
этом районе.
Пришедший   к   власти   Наполеон  III  поставил   своей   целью  захватить   все
африканские территории, находящиеся между Алжиром на севере и Сенегалом
на западе. Губернатор Сенегала Фейдехерб и генералгубернатор Алжира маршал
Рандон стали проводниками его планов в жизнь. В 1852 г. французские войска
оккупировали Лагуат, а в 1854 г.  Туггурт и таким образом вышли на границу
Сахары  родины туарегов. Их наступление в юговосточном направлении было
приостановлено изза восстаний, вспыхнувших в Кабилии и в других районах
  Сопротивление   алжирцев   заставило   французов
Северного   Алжира.
маневрировать в отношении туарегов. Они, например, стали бурить артезианские
колодцы   для   нужд   сельского   хозяйства   туарегов.   В   то   же   время   французы
приняли меры, чтобы повернуть транссахарскую торговлю из Триполитании на
Алжир.
Для   этого   маршал   Рандон   отменил   декрет   1853   г.,   который   запрещал
импорт   местной   продукции   из   Судана   и   Сахары   в   Алжир.   Чтобы   успешнее
конкурировать с турками, которые облагали товары, поступавшие в Триполи,
пошлиной   в   размере   2025%,   он   на   25   лет   отменил   все   пошлины   на
импортируемые   в   Алжир   товары.   Кроме   того,   он   направил   миссии   для
установления дружественных отношений с вождями племен туарегов, а также с
жителями Туата и Гата. Наиболее важная роль отводилась миссии во главе с
Сейидом Хамзой, шейхом крупного арабского племени ауляд сейида ашшейх,
который в 1854 г. был послан в Гат, где ему удалось убедить вождей туарегов
племени   азгир   предоставить   гарантии   французам   в  обеспечении   безопасности караванов, проходящих через их территории, а также отказаться брать с них
пошлины. После этого, в 1856 г. генералгубернатор Алжира направил караван с
товарами   в   Гат.   Таким   образом   был   проложен   новый   караванный   путь   через
Алжир. Достоинство его заключалось в том, что он был более безопасным, чем
путь через Гадамес и Триполи. Кроме того, пошлины на товары здесь были более
умеренными, нежели те, которые взимались турками. Но главным было то, что
французы   не   только   не   вводили   ограничений   в   работорговлю,   а,   наоборот,
поощряли ее.
Хотя   французское   правительство   после   революции   1848   г.   запретило
работорговлю   в  своих   африканских  колониях,  однако   этот   запрет   был   чисто
формальным. Работорговцы продолжали ввозить рабов во французские колонии
под предлогом свободной эмиграции рабочей силы из одной страны в другую,
что разрешалось французским законодательством. Французы расселяли рабов в
малонаселенных районах на южных границах Алжира, создавая из них военные
подразделения, которые использовались как для защиты южных районов, так и
для   колониальных   походов   под   руководством   французских   офицеров   и
сержантов.
Перемещение   транссахарской   торговли   из   вилайета   Триполи   в   Алжир
нанесло значительный ущерб развитию английской торговли. В своем письме в
министерство иностранных дел Великобритании британский генеральный консул
в   Триполи   Джерман   в   1858   г.   писал,   что   караванные   пути   из   Центральной
Африки   к   Средиземному   морю,   ранее   проходившие   через   Мурзук,   Гадамес,
Триполи и Тунис, а также через Мурзук, оазис Ауд  жила, Бенгази и Верхний
Египет,   в   настоящее   время   ориентированы   исключительно   на   Гат,   который
внезапно стал перевалочным торговым пунктом. Оттуда товары направлялись в
Алжир   и   в   Центральную   Африку.   Таким   образом,   англичанам   пришлось
потесниться под натиском колониальной экспансии французов. Значительную помощь французским колонизаторам в освоении Алжирской
Сахары и районов Гат и Гадамес оказал известный французский географ Анри
Дювейре. В 1857 г. семнадцатилетним юношей он впервые попал в Алжир и с тех
пор   посвятил   себя   изучению   Северной   и   Центральной   Сахары.   В   1860   г.   он
получил   субсидии   от   французского   правительства   для   продолжения
исследований в Сахаре, а также для выполнения специальной миссии, связанной
с укреплением отношений с туарегами. В том же году Дювейре прошел через
Гадамес в Западный Феццан и достиг северных окраин нагорья Ахаггар, а затем
через   Мурзук,   Сокну   и   Триполи   возвратился   в   Европу.   Во   время   своей
экспедиции он установил дружеские отношения с туарегами, о чем сообщил в
своем докладе правительству. В 1861 г. французский путешественник заключил
договор о дружбе и торговле с вождем племени туарегов в районе Гат, а в ноябре
1862 г. такой договор был подписан с шейхами туарегов в Гадамесе. Согласно их
условиям   вожди   туарегов   взяли   на   себя   обязательство   защищать   и   помогать
продвижению любого каравана, направляемого французами в Западный Судан, а
также   оказывать   всяческое   содействие   Франции   развивать   торговлю   в   этом
районе.
Столкновение интересов, с одной стороны, англичан, а с другой  турок и
французов привело к тому, что на всем протяжении основного караванного пути
 в Центральной Африке, Мурзуке, Гадамесе и Триполи создалась неспокойная
обстановка, которая препятствовала развитию торговли Великобритании через
порты Средиземного моря с Центральной Африкой. Это одна из главных причин,
заставившая торговые други Англии принять дополнительные меры к отысканию
безопасных   и   удобных   транссахарских   караванных   путей,   связавших
центральные районы континента с африканскими портами на Средиземном море.
Английское   правительство   решило   послать   в   Судан   через   Сахару   научно
торговую   экспедицию,
  укомплектованную   хорошо   подготовленными специалистами.   Начальником   экспедиции   был   назначен   Дж.   Ричардсон.
Практические цели, которые наряду с научными стояли перед экспедицией, были
изложены в письме Пальмерстона на имя. генерального консула Кроу 30 ноября
1849 г. "Я должен поставить Вас в известность,  писал он,  что мистер Джеймс
Ричардсон. уполномочен правительством Его Величества предпринять второе и
более обширное путешествие по северной части Африки в направлении великой
пустыни Сахары и далее на юг к озеру Чад. Перед ним поставлена задача по
возможности собрать более точные сведения о положении в этих странах, об их
производстве, экономических ресурсах, а также содействовать замене торговли
рабами обычной коммерцией путем поощрения обмена местной продукции на
европейские   товары.   Мистера   Ричардсона   будут   сопровождать   два   прусских
джентльмена:   доктор   Барт,   известный   путешественник   по   Африке,   и   ученый
Берлинского   университета,   а   также   доктор   Офервег,   геолог   и   член
Географического   общества   в  Берлине.  Эти  джентльмены   назначены  прусским
правительством сопровождать мистера Ричардсона, но они, равно как и мистер
Ричардсон, путешествуют по службе и протекции британского правительства".
Маршрут экспедиции проходил из Триполи в Мурзук, затем в район Гата
близ восточной оконечности Ахаггара. Из Гата экспедиция повернула на юг и
достигла   Агадеса,   а   оттуда   направилась   в   столицу   Борну   Кукаву   (Кука),
находившуюся   вблизи   оз.   Чад.   Затем   ее   участники   разделились.   Ричардсон,
который   двигался   к   Кукаве   кратчайшим   путем,   в   марте   1851   г.   умер   от
тропической малярии. В мае того же года Барт и Офервег встретились в Кукаве.
Значительная   часть   задач,  поставленных   перед   экспедицией,  была   выполнена.
Однако   молодых   путешественников   охватила   страсть   к   новым   открытиям.
Офервег исследовал югозападные районы Борну, где в 1852 г. умер от малярии.
Барт продолжал изучать бассейн р. Нигер. Он стал третьим европейцем после
англичанина   Лэнга   и   француза   Койе,   посетившим   легендарный   Томбукту.   В Европу Барт возвратился спустя шесть лет, проведенных в почти непрерывных
странствиях по Африке.
В   своих   докладах   и   сообщениях,   которые   время   от   времени   удавалось
пересылать   через   попадавшиеся   навстречу   торговые   караваны,   участники
экспедиции   подчеркивали   реальные   возможности   для   европейцев   достигать
глубинных   районов   Северо      Западной   и   Западной   Африки,   в   частности
плодородных   земель   бассейна   р.   Нигер.   Эти   сообщения   во   многом
способствовали росту интереса к исследованию внутренних областей этой части
Африки.
После   гибели   Ричардсона   и   Офервега   и   прекращения   поступления
сведений   от   Барта   было   решено  снарядить,  новую   экспедицию   из   Триполи   в
Судан во главе с соотечественником Барта Эдуардом Фогелем. Ему поручалось
изучить   пути   между   Западным   и   Восточным   Суданом,   продолжить   дело
экспедиции   Ричардсона   и   выяснить   судьбу   Барта.   Фогелю   посчастливилось
встретить Барта на пути из Кукавы в Томбукту. После этого он направился в
султанат Вадаи, чтобы исследовать караванные пути между двумя Судаками.
Однако   почти   все   члены   экспедиции   Фогеля   и   сам   он   были   убиты   изза
подозрительного отношения к ней со стороны султана Вадаи.
Поиски   Барта   предопределили   организацию   еще   одной   экспедиции,
посланной   английским   правительством.   Эту   научноторговую   экспедицию
планировалось   провести   на   корабле   "Плеяда"   под   командованием   капитана
Уильяма Балфура Бейки. В 1853 г. "Плеяда" подошла к дельте Нигера, затем
поднялась вверх по реке, далее по его притоку Бенуэ добралась до Иолы, с тем
чтобы соединиться там с Бартом. И хотя встретиться с ним не удалось, была
окончательно   доказана   возможность   относительно   простого   и   безопасного
продвижения   от   Атлантического   побережья   в   глубинные   районы   Западной
Африки,,   куда   с   такими   трудностями   добиралась   экспедиция   Ричардсона   с севера.
Результаты   экспедиций   Ричардсона,   Фогеля   и   Бейки   послужили
основанием для активизации торговоколониальной экспансии Великобритании.
Открытие   хинина,   как   эффективного*   средства   борьбы   с   малярией,
способствовало   ускоренному   развитию   английской   торговли   с   Западной   и
Центральной   Африкой   водным   путем   по   р.  Нигер   и   ее   притокам,   тогда   как
отсутствие безопасности на транссахарских караванных путях от Средиземного
моря в Центральную Африку тормозило ее. Убийство Фогеля и большей части
его   спутников,   Генри   Уоррингтона,   сына   бывшего   генерального   консула   в
Триполи,  а   в 1863  г.  Морица   фон   Бойрманна,   совершавшего   путешествие   из
Бенгази   через   Феццан   и   Борну   в   Восточный   Судан,   и   некоторых   других
исследователей   подкрепило   растущие   сомнения   англичан   в   перспективности
транссахарской торговли.
работорговля триполи великобритания рабство
Попытки   с   помощью   вицеконсулов   установить   безопасность   на
караванных   путях   не   дали   большого   эффекта,   поскольку   не   удалось
договориться   с   вождем   племени   улед   сулейман   о   ненападении   на   караваны,
шедшие из Борну на Мурзук. Таким образом, дорога на Борну была фактически
закрыта.   У   Великобритании   были   возможности   сохранить   свои   позиции   в
Феццане и в целом в вилайете Триполи, опираясь на консульства в Гадамесе и
Гате, а также на сотрудничество с шейхом Томбукту и туарегами, с султанами
Сокото и Борну. Однако в борьбе за турецкое наследство Англия не хотела
обострять отношений  с Францией. В начале второй половины XIX в. Англия
сосредоточила свои силы на освоении будущей колонии Нигерии, предоставив
возможность   французам   свободно   действовать   в   Сахаре   и   на   югозападе
Экваториальной Африки.
Такая   расстановка   сил   привела   к   тому,   что   отпала   необходимость   в сохранении консульства в Мурзуке и Гадамесе. Закрытие английских консульств
сократило возможности вмешательства Великобритании в дела местных племен
под   видом   борьбы   с   работорговлей   и   рабством.   Однако   британское
правительство   никогда   не   оставляло   своих   усилий   в   этой   области   чтобы   не
потерять   в   будущем   возможности   вмешиваться   во   внутренние   дела   стран
Северной   Африки.  Так,  в  феврале  1855  г.,  получив   доклады   от   британского
консула на Крите о значительной торговле рабами между Критом и странами
Северной Африки, британский министр иностранных дел через своего посла в
Стамбуле   потребовал,   чтобы   Высокая   Порта   прекратила   работорговлю   на
острове.
В период и после окончания Крымской войны 18531856 гг. "Общество по
уничтожению   работорговли"   развернуло   широкую   кампанию   по   борьбе   с
работорговлей,   которая   велась   по   маршруту   Африка      страны   Леванта.   Оно
потребовало   от   британского   правительства,   чтобы   то,   используя   подписание
договора   об   окончании   Крымской   войны,   заставило   Турцию   положить   конец
работорговле в ее владениях. Вследствие этого султан в апреле 1856 г. пошел на
издание фирмана, запрещавшего торговлю рабами между вилайетом Триполи и
другими   владениями   Турции.   Несмотря   на   то   что   ввоз   и   вывоз   рабов   были
запрещены,   тем   не   менее   их   купля   и   продажа   внутри   вилайета   разрешалась.
Никаких наказаний за нарушение фирмана не предусматривалось. Кроме вали
Триполи вообще никто не был информирован о нем. Английские вицеконсулы в
вилайете Триполи в своих докладах сообщали о росте размеров работорговли и
отказе местных турецких властей принимать меры к ее запрещению. Доклады
консулов   были   направлены   послу   Великобритании   в   Стамбуле,   чтобы   он
заставил турок принять меры к выполнению своих распоряжений и фирманов.
В январе 1857 г. последовал новый фирман султана, который окончательно
запрещал торговлю темнокожими невольниками. Работорговцам предоставлялся срок   в   восемь   недель,   чтобы   они   могли   распорядиться   ими   по   своему
усмотрению: или продать, или завещать как дарственный подарок. После этого
любой черный раб, доставленный в вилайет Триполи, освобождался на месте, а
работорговец заключался  в тюрьму сроком на один год за первое нарушение
фирмана султана и на два года  за последующие нарушения. После шести недель
со дня опубликования фирмана любое судно, обнаруженное в Средиземном море
с   рабами   на   борту,   должно   было   быть   захвачено;   его   капитан   подвергался
тюремному заключению, а рабы освобождались. Фирман вступал в действие во
всех   вилайетах   Османской   империи,   за   исключением   Хиджаза.   Однако   что
касается невольников, находившихся в собственности отдельных хозяев, то они
должны были оставаться в рабстве и в дальнейшем.
"Общество   по   уничтожению   рабства"   развернуло   кампанию   по
осуществлению   заключающихся   в   нем   положений.   Однако   английское
правительство, возложив контроль за выполнение фирмана на своих консулов и
капитанов   королевского   флота,   не   настаивало   на   точном   его   соблюдении
Османской империей.
Несмотря   на   неоднократные   приказы   и   фирманы   о   запрещен   нии
работорговли, местные власти мало что делали для их выполнения. Интересные
данные о состоянии работорговли на территории Феццана приводит известный
немецкий   исследователь   Герхард   Рольфе,   который   почти   15   лет   посвятил
изучению   различных   районов   Африки.   Рольфе   отмечал,   что   в   период   его
пребывания в Феццане в 1865 г. там активно велась работорговля. Обычно стране
рабы   не   продавались,   а   направлялись   в   Египет   по   караванному   пути,
проходившему через оазис Ауджила. По данным Рольфса, в 1864 г. через Мурзук
прошло 9408 рабов. Только некий Хадж Амри, бывший агент английского вице
консула, отправил в Египет 1100 невольников. Правитель Феццана Халимбей
получал за каждого раба, вывезенного из Феццана, вознаграждение в размере 2 махбубов  или  10  фр.  Кроме   того,  аналогичные   вознаграждения   полагались   и
другим турецким чиновникам и местным властям. По свидетельству Рольфса,
губернатор Триполи Мехмед Недимпаша (18601866) не отказался от подарка,
включавшего И рабынь, который ему направил Халимбей. В связи с тем что
основной поток рабов из Феццана направлялся через оазис Ауджила, английский
вицеконсул   в   Бенгази   Гендерсон,   чтобы   лучше   разобраться   в   ситуации,
предпринял путешествие во внутренние районы страны. В Ауджиле он встретил
караван с 250 рабами, прибывший из Вадаи. В Ауджиле невольников делили на
два потока: один из них направлялся в Египет, а другой  в Триполитанию.
Продолжавшаяся   торговля   рабами   на   территории   вилайета   Триполи
создавала для иностранных консулов в Триполи возможности для вмешательства
во внутренние дела страны. В 70х годах в кампанию по борьбе с работорговлей
включилась   Италия.   С   1878   г.   в   регистрационных   книгах   итальянского
консульства отмечались многие случаи освобождения невольников. С этой целью
консульство   добивалось   у   турецких   властей   специального   документа,
удостоверявшего, что его податель освобождался от рабства. Так, итальянское
консульство  31 октября 1878 г. добилось освобождения шести рабов, а с 21
августа по  1 октября 1879 г.  12. Мутасарриф Хомса в своем отчете в 1884 г.
писал,   что   иностранные   консулы   широко   пользовались   правом   освобождения
невольников, призывая их обращаться за помощью в консульства.
Усиливавшееся вмешательство иностранных консулов во внутренние дела
вилайета заставляло турецкие власти принимать меры к устранению вызывавших
его причин. В период правления Ахмеда Расимпаши (18821898) было заведено
новое ограничение на ввоз рабов. Так, в послании 1886 г., направленном судьям
Гарьяна,   вали   обрушивался   на   чиновников   и   судей,   которые   проявляли
  Он   предупреждал
снисходительность   в   борьбе   с   работорговлей.
административный состав Гарьяна что Высокая Порта не остановится перед тем. чтобы   наказать   тех,   кто   не   принимал   мер   по   борьбе   с   работорговлей.   От
чиновников он потребовал, чтобы при обнаружении невольников они немедленно
отправляли их в административные центры для получения официальных бумаг
об освобождении от рабства.
Однако   процесс   освобождения   рабов   шел   медленно:   с   марта   1872   по
апрель   1888   г.   документы   об   освобождении   получили   только   1420   человек.
Примечательно, что практика посылки в качестве подарков рабов для несения
службы по охране султанских дворцов и различных помещений продолжалась.
Так, в 1881 г. в Стамбул были отправлены 44 рабанегра из Злитена от местного
правителя  Мансурпаши  и 15 рабов от  мутасаррифа  Хомса  как  подарки для
несения службы при дворце. Работорговля продолжалась, но большей частью она
велась   контрабандой.   Объем   торговли   людьми   резко   уменьшился   в   портах
Триполи и Бенгази, но в отдаленных бухтах в стороне от главных портов и в
глубинных населенных пунктах  Гадамесе, Мурзуке, Гате, Сокне, Зелле, а также
Ауджиле, Джалу и особенно в Джагбубе  все оставалось без перемен. Как и
ранее, рабы доставлялись из Восточного Судана, Борну, Вадаи, Багирми, Хаусы,
Лакоты. По разным оценкам, в 1889 г. из Центральной Африки к Средиземному
морю и в Египет через территорию вилайета Триполи было переправлено от 500
до 1000 рабов. Обмененные на верблюдов, коз и быков, невольники далее из
вилайета   Триполи   разными   контрабандными   путями   отправлялись   в   страны
Леванта.
В 1891 г. "Общество по уничтожению работ^рговли" добилось того, чтобы
их   активный   член,   отец   Карло   из   Борго,   был   назначен   префектом
францисканской миссии в Триполи. Ему было выделено 5 тыс. лир, которые
предназначались для выкупа рабов. В тот период Бенгази и Мисурата оставались
еще   основными   рынками   работорговли.   Отец   Карло   организовал   целую
агентурную сеть по побережью Средиземного моря. В задачу его агентов входило наблюдение за кораблями, на которые могли погрузить рабов. При получении
сведений о таких кораблях агенты немедленно сообщали о них отцу Карло. В
итоге корабли задерживались и рабы освобождались.
К концу XIX столетия и турецкие власти, со своей стороны, стали более
энергично   требовать   выполнения   фирманов   и   декретов   султана.   Вали   Ахмед
Расимпаша в своем послании от 1893 г. на имя каймакама Гарьяна решительно
потребовал принять меры по запрещению ввоза рабов в страну, строго наказывая
тех, кто нарушал этот запрет, и устранить причины, которые препятствовали
борьбе   с   работорговлей.   Тем   не   менее   работорговля   в   различных   скрытых
формах   сохранялась   на   территории   вилайета   Триполи   до   конца   турецкого
господства.
Готовясь   к   колониальному   захвату   вилайета   Триполи,   итальянские
колонизаторы также использовали борьбу с работорговлей в своих политических
целях.   Яростный   апологет   колонизации   вилайета   Триполи   премьерминистр
Италии Джолитти был инициатором использования рабовладения в стране как
предлога для вмешательства в дела Северной Африки. Согласно его заявлению,
в   вилайете   Триполи   господствовала   отсталость   в   ужасающем   виде   и   веским
доказательством   этого   могла   служить   существовавшая   торговля   рабами,
которые   похищались   силой   в   Центральной   Африке,   а   потом   продавались   на
рынках   этого   города.   "Невозможно   молчать   при   виде   такого   позора!"
восклицал  он перед  представителями  Европы.  Такие  высказывания  Джолитти
явились   основой   для   пропагандистской   шумихи.   В   период   подготовки   к
нападению   на   вилайет   Триполи   на   страницах   итальянской   печати   все   чаще
помещались сенсационные сообщения по этой проблеме, содержавшие призывы к
тому,, чтобы Италия сыграла свою роль в ликвидации "остатков варварства".
Эта   пропаганда   оказала   соответствующее   влияние   и   на   турецкую
администрацию в вилайете Триполи. Так, мутасарриф санджака ЭльДжебель эльГарб и члены его консультативного, совета в послании к вали Реджеппаше в
1907 г. докладывали, что в этом районе торговля рабами была уже прекращена и
 что в нем не осталось рабов, поскольку все они были освобождены.
Уменьшение   объема   торговли   невольниками   не   компенсировалось
увеличением   торговли   другими   товарами   и   местным   сырьем.   Наоборот,
транссахарская торговля в целом сократилась, а между тем именно она являлась
важным   источником   доходов   вилайета   Триполи.   Таким   образом,   сокращение
работорговли нанесло удар по экономике вилайета и сделало ее более уязвимой.
В то время как население не сумело перестроиться на производство местных
товаров,   Турция   не   только   не   возместила   потери,   понесенные   вилайетом,   а,
наоборот, усилила налоговое давление, что еще более обострило положение в
стране. ЛИТЕРАТУРА
Бондаревский Г.Л. Борьба за Триполитанию и Киренаику.  Колониализм
1.
вчера и сегодня. М., 1964.
Дьячук Ю.В.  Ливия возвращается: история. Культура. Общество. Междунар.
отношения. Политика. Экономика.  К., 2007.
.
.
Егорин А.З. История Ливии в новое и новейшее время. М., 1992.
Егорин А.З. Ливия. Учебное пособие. М., 1995.

file_name: Колониальная экспансия Великобритании в Триполи под флагом борьбы с работорговлей.doc

description:
ЛИТЕРАТУРА
Бондаревский Г.Л. Борьба за Триполитанию и Киренаику.  Колониализм
1.
вчера и сегодня. М., 1964.
Дьячук Ю.В.  <http://www.irbisnbuv.gov.ua/cgi
2.
bin/irbis_nbuv/cgiirbis_64.exe?
Z21ID=&I21DBN=EC&P21DBN=EC&S21STN=1&S21REF=10&S21FMT=fullwe
br&C21COM=S&S21CNR=20&S21P01=0&S21P02=0&S21P03=A=&S21COLOR
TERMS=1&S21STR=%D0%94%D1%8C%D1%8F%D1%87%D1%83%D0%BA
%20%D0%AE$>Ливия возвращается: история. Культура. Общество. Междунар.
отношения. Политика. Экономика.  К., 2007.
.
.
Егорин А.З. История Ливии в новое и новейшее время. М., 1992.
Егорин А.З. Ливия. Учебное пособие. М., 1995.

intro:
Африка знала рабство и работорговлю задолго до появления там португальских, а затем и других европейских колонизаторов. Рабство в Африке носило патриархальный, домашний характер. Насильственный вывоз африканцев-рабов сначала в Европу, а затем в Америку и Вест-Индию начался в середине XV в. и продолжался до 70-х годов XIX в.
Определяя место работорговли в становлении капитализма, К. Маркс писал: "Открытие золотых и серебряных приисков в Америке, искоренение, порабощение и погребение заживо туземного населения в рудниках, первые шаги по завоеванию и разграблению Ост-Индии, превращение Африки в заповедное поле охоты на чернокожих - такова была утренняя заря капиталистической эры производства. Эти идиллические процессы суть главные моменты первоначального накопления"