extracted_text:
Чудное мгновенье
Пленительность «задушевного пения»
                                                Стихотворение,
подобно птице, пленяет
или
задушевным пением, или блестящим хвостом. Вся его сила должна сосредотачиваться
в последнем куплете, чтобы чувствовалось, что далее нельзя
                    присовокупить
ни звука.
А. Фет

Поэзия – это особое чувство, это красота слова, это полёт мысли!
Понять, объяснить, прикоснуться всей душой и ощутить эти чудные
мгновения, способен только человек с тонким чувством красоты… Как научить
этому?! Можно ли научить почувствовать красоту природы, глубину чувств?... Нет,
это дано далеко не каждому. Поиск ребят с такими даром порой занимает годы… Но
какие минуты счастья испытываешь, читая их отзывы, такие разные, такие
неповторимые!.. И как сохранить особенность каждого из них, обучая премудростям
техники этого жанра?..
В данной брошюре мы представляем работы учеников Интеллектуального
центра дополнительного образования, сумевших ощутить «чудное мгновение» и
попытавшихся выразить  свои чувства: Гоман Виктория (9-10 кл.), Цедрик Алины
(9-10кл.), Чижик Светланы (10кл.).
Желаем и Вам, дорогой читатель, окунуться в мир прекрасного и
почувствовать  благозвучие, гармонию и красоту слова! В добрый путь!

Чижик Светланы

Ночь
на родине
Высокий
дуб. Глубокая вода.
Спокойные
кругом ложатся тени.
И тихо
так, как будто никогда
Природа
здесь не знала потрясений!

И тихо
так, как будто никогда
Здесь
крыши сел не слыхивали грома!
Не
встрепенется ветер у пруда,
И на
дворе не зашуршит солома,

И
редок сонный коростеля крик...
Вернулся
я - былое не вернется!
Ну что
же? Пусть хоть это остается,
Продлится
пусть хотя бы этот миг,

Когда
души не трогает беда,
И так
спокойно двигаются тени,
И тихо
так, как будто никогда
Уже не
будет в жизни потрясений,

И всей
душой, которую не жаль
Всю
потопить в таинственном и милом,
Овладевает
светлая печаль,
Как лунный
свет овладевает миром...
Николай Рубцов

Отзыв
о стихотворении Николая Рубцова
«Ночь
на Родине»
Что такое Родина? Каждый из нас,
наверняка, хотя бы раз в жизни задавал себе этот вопрос и усердно пытался найти
на него ответ. Кто-то скажет, что Родина – это «картинка в букваре», другой
отметит, что это «хорошие и верные товарищи», а некто с трепетом в душе
воскликнет: «Всё то, что радует глаз и сердце!» Но что же это? Быть может,
голубоватые головки васильков в поле, сверкающие капельки росы, скатывающиеся
по стебелькам травы, первые неуклюжие шаги малыша, скрипучий снег под ногами,
ласковая улыбка мамы, журчание ручейков, стремительно бегущих по склонам
холмов, молочные капли рассветного неба, звонкая песенка соловья…
Я будто бы чувствую: от этих слов повеяло
чем-то родным и тёплым. Да, это Родина!
         Ничто
так не умиляет, как игра неугомонного солнечного лучика на твоём лице, который
так и пытается разбудить тебя. Как можно не любоваться заходом солнца? Когда
последние искры света, будто бы прощаясь, исчезают за горизонтом – ложатся
сумерки. И вдруг понимаешь: пришло оно, время сказки и волшебства. Мою Родину
окутала ночная пелена.
         Стихотворение
«Ночь на Родине» удивительно. Само название – загадка . После первого прочтения
создаётся впечатление, будто бы это произведение излилось на бумагу само.
Строки настолько легки и неповторимы, красивы и воздушны. Каждая из них
обладает неведомой силой, способной заворожить.
         Произведение
Николая Рубцова –  яркий пример пейзажной лирики. Пять строф-катренов,
написанных пятистопным ямбом,  ведут нас в царство тишины и спокойствия, чудес
и фантазии, где нет места суматохе и тревоге.
         Это
своеобразный холст, на котором нарисована удивительная и восторгающая нас
картина природы. Фоном для этой картины послужило ночное время. Удивительное
сочетание! В этом проявляется мастерство Рубцова. Божественная красота природы
родного края в гармонии с ночным миром – верх совершенства. Но почему ночь?
Именно ночью все несет в себе волшебную силу. Ночью всё по-другому.
         Лирический
герой, очевидец неземного, очарован тишиной и слышит, как «кругом ложатся
тени». Звук падающих теней несет в себе аллитерация сонорных [н],
[м](спокой[н]ые,
круго[м],
з[н]ала),
дополняя образ ночной засыпающей природы. Герой парит в облаках от увиденного и
прочувствованного. Всё привлекает его любопытный  взор: и «высокий дуб», и
«глубокая вода».
Глубокая вода… Прочитала и задумалась…  Как
может вода быть глубокой? Глубокая река, озеро… Но вода? В произведениях,
автором которых является Рубцов, всё, что кажется нам банальным и тусклым,
приобретает образность и особую значимость. Метафорический эпитет «глубокая
вода» передаёт это дивное состояние душевного парения. Инверсионный порядок слов
(«… кругом ложатся тени.») усиливает выразительность речи, придаёт особую
образность.
Всё так спокойно и таинственно, что ты и
сам боишься нарушить тишину неловким движением руки или биением сердца.
И тихо так, как будто никогда
Природа здесь не знала потрясений!
Строки громки, но в то же время спокойны.
Ассонанс [а], [у]
придаёт напевность рифмованному слогу, делает его лаконичным и воздушным.
Ах, как же всё-таки хорошо оказаться в
родных местах в ночное время! Царит чарующая тишина, и кажется, что никогда
«здесь крыши сёл не слыхивали грома». Всё замерло в один миг, и «не
встрепенётся ветер у пруда», «на дворе не зашуршит солома». Даже «сонный
коростеля крик» не потревожит покой, а лишь разбавит кофейные тона ночи
красками жизни.
Для полноты раскрытия образа засыпающего
края автор использует чередование женской («тени - потрясений»), и мужской («вода
- никогда») рифмы, которые в основном точные. Приём умолчания делает строку
тягучей и нескончаемой, придавая ей плавность и размеренность тона.
Лирический герой  околдован. Сердце жаждет
философии и размышлений!
Перед его глазами всплывают картины
беззаботного детства и светлой юности, проведённых в «тёплом уголке». Он
пытается вернуть прекрасные мгновения, и это желание берёт верх над его разумом.
Но безрезультатно… «Вернулся я - былое не вернётся!» - этими словами говорит
его отчаявшаяся душа. Противопоставление понятий такого рода (антитеза)
усиливает выразительность речи, а восклицательный знак в конце предложения
делает строку насыщенной и контрастной.
Слышится своеобразный переход от пейзажной
лирики к лирике мысли, что ещё больше притягивает читателя, разжигая в нём
огонь интереса и впечатлений.
Для придания яркости этим строкам автор
использует кольцевую рифмовку, в то время как на протяжении всего произведения
соблюдается перекрёстная, что также выделяет строку из общего контекста.
«Ну что же? - говорит герой. – Пусть хоть
это остаётся, / Продлится пусть хотя бы этот миг…»  Строки наполнены грустью и
сожалением. Причиной этому является невозможность что-то изменить, вернуть
давно ушедшее. Риторический вопрос передаёт эмоциональность героя, его
внутреннее состояние. Глаголы повелительного наклонения (пусть остаётся , пусть
продлится) будто бы останавливая в то же время  продлевают момент, «когда души
не трогает беда…»
Состояние лёгкого колдовства не отпускает
его на протяжении всего произведения. Это проявляется в повторном употреблении
строки «… И тихо так, как будто никогда…» Приём такого рода выдерживает тон
произведения, делая его неугасаемым и утончённым.
 … А вокруг всё спит сказочным сном.
Только тени – вечные спутники ночи – не останавливают своё быстрое движение.
И так спокойно двигаются тени,
И тихо так, как будто никогда
Уже не будет в жизни потрясений.
Слышите? Это всё природа! Своей красотой и
очарованием навела нашего героя на такие мысли, утешила его. Сочинительный союз
«и» введённый автором, («…и спокойно..», «… и тихо…») создаёт единство
перечисления, подчёркивает значимость однородных обстоятельств в отдельности,
придавая строкам ритмичное звучание.
Ещё в самом начале произведения герой
восхищался спокойствием и тишиной окружающего, непотревоженным покоем природы.
«Природа здесь не знала потрясений!» А теперь наступило умиротворение  в его
душе, сердце, и он уверен, что никогда «уже не будет в жизни потрясений…»
Что же ещё сказать? Герой счастлив. Ему
хорошо, как никогда ранее. Он может дышать полной грудью, вдыхая всю прелесть
ночной природы, наслаждаться каждым прожитым днём, подаренным свыше, «и всей
душой, которую не жаль», любить и жить лишь для того, чтобы в один момент «всю
потопить в таинственном и милом».
Но почему на нотном стане  оптимизма и
радости вырисовываются нотки грусти и неудовлетворенности? Быть может, потому,
что ему так и не удалось повернуть время вспять и возвратить то, что было так
дорого и ценно всему его существу.
«Светлая печаль»… Так он показывает
явление, которое овладело всем его существом. Возникает ситуация оксюморона,
который придаёт произведению стилистическую окраску и эмоциональность, а использование
однокоренных слов («светлое – свет»)  делает осязаемо ощутительной основную
мысль произведения. Герой призывает жить с верой в завтрашний день и хранить в
маленьком ларце своего сердца воспоминания – вестники «светлой печали».
… Скоро наступит рассвет… Спокойные тона
ночи сменятся молочными океанами утреннего неба. Исчезнут облака и выглянет
солнце и подарит всему миру яркий луч энергии и света. Но это позже. А пока всё
спит крепким сном, и «лунный свет овладевает миром»…

БОЖИЙ МИР
Тени
вечера волоса тоньше
За
деревьями тянутся вдоль.
На
дороге лесной почтальонша
Мне
протягивает бандероль.

По
кошачьим следам и по лисьим,
По
кошачьим и лисьим следам
Возвращаюсь
я с пачкою писем
В дом,
где волю я радости дам.

Горы,
страны, границы, озера,
Перешейки
и материки,
Обсужденья,
отчеты, обзоры,
Дети,
юноши и старики.

Досточтимые
письма мужские!
Нет
меж вами такого письма,
Где
свидетельства мысли сухие
Не
выказывали бы ума.
Драгоценные женские письма!
Я ведь тоже упал с облаков.
Присягаю вам ныне и присно:
Ваш я буду во веки веков.

Ну, а вы, собиратели марок!
За один мимолетный прием,
О, какой бы достался подарок
Вам на бедственном месте моем!
Борис
Пастернак

Отзыв о стихотворении Бориса Пастернака
«Божий мир»

И снова перед моими глазами строки,
принадлежащие руке Бориса Пастернака. Они как всегда лаконичны и притягательны,
подобно искорке огня вспыхивают, перерастают в большое алое пламя и горят,
горят…
Божий мир… Вот оно то прекрасное, что
ласкает слух и тревожит грешную душу, вот оно светлое, неиспачканное
повседневной суетой, чистое. И от этой чистоты захватывает дух, учащается
сердцебиение. Эти слова и бедного обогреют, и бездомного приютят. Где же еще
можно встретить столько чистоты и красоты, как не в лирике Пастернака? В его
строках каждое слово будто бы рождено друг для друга. Всё представляет собой
огромный мир… Божий мир!
Ах, как же мне, наверное, и вам, хочется
быстрее окунуться в пучину неземного и великого. Так давайте попробуем !
Стихотворение «Божий мир» можно отнести к
философской лирике. Шесть строф–катренов пропитаны эмоциональностью, светлостью
мысли и, конечно же, глубоко проникают в душу. Таинственность и красоту им
придаёт 3-стопный анапест, который в нечётных строках осложнён удлиненной
стопой. Красота и очарование вместе шагают по строкам этого удивительного
произведения. Уже в первой строфе происходит встреча с лирическим героем. Он
оказывается там, где «тени вечера волоса тоньше». Вы когда-нибудь слышали
подобное? Это всё Пастернак… Очаровательный и бесконечно влюблённый в природную
красоту, не может не восхищаться ею, не может обойти стороной её величественную
стать. Использование метафоры такого рода («тени тоньше волоса») создаёт музыку
тишины, придавая произведению мелодичность и лёгкость, а ассонанс на [а],
[о]
(в[о]л[а]с[а], т[о]ньше)
изображает восхищение от  падающих теней, которые «за деревьями тянутся вдоль».
Вокруг тишина. Уже последние лучи солнца
скрылись за горизонтом. Ложатся сумерки. Герой ждал этого. Он всем своим
существом погружается в этот бездонный чувственный океан  спокойствия и
наслаждается им . Всё так красиво и сказочно. Кажется ,ничто не может нарушить
это удивительное состояние природы. Но вдруг… На дороге лесной почтальонша. Её
стремительные и тяжёлые шаги громко ударяются о землю: точно знает, куда идёт.
И в ту же секунду она оказывается возле героя, и ему, чуткому и влюблённому,
«протягивает бандероль».
Так вот что держало его здесь, вот что не
отпускало его душу. Ожидание чего-то светлого, чистого, посланного свыше,
овладевало его горячим сердцем. И вот свершилось! Его руки держат «пачку
писем», нетленных, святых     писем.
По кошачьим следам и по лисьим,
По кошачьим и лисьим следам…
Пробирается он, торжествующий и
переполненный радостью, сквозь кустарники, деревья, поддаваясь лёгкому
ослеплению лунного света. Чередование мужской («вдоль - бандероль») и женской
(«тоньше - почтальонша») рифмы, которые в основном точные, придаёт отрывистость
речи автора, делая её насыщенной и яркой, а использованная автором анафора
создаёт картинку долгой, нескончаемой дороги, ведущей «в дом, где волю радости
можно дать».
Просторная комната. Дрожащие тени горящей
свечи. Оконные занавеси, каждый раз колышущиеся от каждого дуновения ветра.   Деревянный
стол, напрочь заваленный бумагами, среди которых «обсужденья, отчёты, обзоры» и
они, дорогие, незаменимые листы.
Пальцы героя уже давно скользят по этим
таинственным строкам, пытаясь разглядеть в них нечто удивительное и неповторимое.
«Досточтимые письма мужские!» Вы первые принимаете на себя удар! Сильные,
мужественные, благоразумные, порою горячие, но справедливые. Ваши строки
уверенны и стойки. Эпитет «досточтимые» (письма) выражает признательность героя
за каждое написанное вами слово, за краткость, которой дышат ваши строки, но, к
сожалению, «нет меж вами такого письма, где свидетельства мысли сухие не
выказывали бы ума».
И в ту же секунду печальный взгляд героя
остановился на удивительно прекрасных листах, лежащих на краю стола. Они будто
бы  манили его, повторяя снова и снова: «Прочти, прочти...»  Герой не смог
удержаться и, отрывая их , понял: «драгоценные женские письма!» Кокетливые,
мягкие, гордые, нежные. Это всё о вас, околдовавших героя своим божеством и
неземной красотой. Его большие глаза жадно читают ваши ровные, приятно пахнущие
строки. «Я ведь тоже упал с облаков,» - говорит герой. Что же это значит?
Женщины – мягкие, удивительные существа, которые ниспосланы мужчинам с небес, мечтательницы,
фантазёрки, выдумщицы, от природы наделённые шармом, вкусом, женственностью.
Они единственные на Земле способны убежать от этой скучной реальности, взлететь
высоко, парить. Словно птица, наслаждаться, чтобы вновь вернуться на землю.
Именно женщины были причиной многих войн, дуэлей. Ваша красота и по сей день не
даёт уснуть мужским сердцам. Они всё кладут к ногам любимой: «горы, страны,
границы, озёра, перешейки и материки». Бессоюзная связь однородных членов
предложения (асиндетон) стилистически украшают произведение, придавая ему
огромную значимость. Герой нашёл то, что искал: лёгкость, беззаботность,
которые излучают эти удивительные строки. Эпитет «драгоценные» (письма) придаёт
особый вес строке, показывает неоценимую значимость женщины в этом мире, а
восклицательный знак в конце предложения подчёркивает строку, делает её яркой и
громкой.
Присягаю вам ныне и присно:
Вам я буду во веки веков.
«Во веки веков. Аминь!» - эти слова долгим
эхом тревожат сознание. Вновь строки Пастернака дышат библейскими мотивами!
Аллитерация на [в¢], [ф]
(веки, веков) создают музыку тишины, спокойствия, а инверсионный порядок слов
усиливает выразительность речи автора, подчёркивая каждое слово и наделяя его
особым смыслом. Но что происходит? После этих священных слов вокруг меня всё
начало играть другими красками: яркими, чистыми, свежими. Это сон? Где же я? И
будто какой-то голос произносит: «Ты в царстве, в настоящем небесном царстве».
Невозможно описать эмоции, которые меня переполняют. Я  представляю  женщину,
которая скромно сидит за меленьким столиком и, изредка посматривая на облака,
будто бы играя с ними, пишет то трепетное, искреннее письмо, и  сидящего за
столом мужчину, который неустанно вырисовывает маленькие буквы на
кристально-чистых листах.
Это удивительный мир, наполненный чистотой,
сиянием, ослепительной красотой. В нём никогда не будет листа для «собирателей
марок», которые готовы поставить на карту жизни всё ради того, чтобы получить
желанные ассигнации.  В мире ведь есть вещи дороже золота, камней – вера,
надежда и любовь.Так и хочется крикнуть вместе с автором этим собирателям:
О, какой бы достался подарок
Вам на бедственном месте моём!

И не спасут ни стансы, ни созвездья.
А это называется — возмездье
За то, что каждый раз,

Стан разгибая над строкой упорной,
Искала я над лбом своим просторным
Звезд только, а не глаз.

Что самодержцем вас признав на веру,—
Ах, ни единый миг, прекрасный Эрос,
Вез вас мне не был пуст!

Что по ночам, в торжественных туманах,
Искала я у нежных  уст румяных —
Рифм только, а не уст.

Возмездие за то, что злейшим судьям
Была --- как снег, что здесь, под левой грудью
Вечный апофеоз!

Что с глазу на глаз с молодым Востоком
Искала я на лбу своем высоком
Зорь только, а не роз!
                            Марина Цветаева

Отзыв о
стихотворении Марины Цветаевой
«И не спасут
ни стансы, ни созвездия…»
Как велика наша планета! Как огромно число
подаренных нам свыше земных чудес! Это бесконечные зеркальные воды рек,
чарующее благоухание утренних цветов, могучесть и несообразная стойкость
светлых гор… Всего просто не перечесть. И мало кто из нас может задуматься над
тем, что наряду с этими наипрекраснейшими творениями Земли может стать человек.
Не каждому дано такое дорогое право. Однако есть на планете люди, которые в
силу подаренных им небесами волшебных способностей чувствовать, парить в
облаках, мечтать могут приблизиться к могущественным природным творениям.
Только им дана возможность воспеть ту неземную красоту окружающего мира, ту
нелёгкую, порой жестокую реальность, в которой мы живём по сей день. И только
этих людей мы, сидя в своих комнатах, греясь у яркого пламени горящей свечи и
вспоминая эпизоды недавно прочитанной книги, называем великими писателями.
Одной из таких великих женщин и необыкновенных поэтесс является Марина
Цветаева. Её творчество подобно алому бутону розы, который распускается на заре,
вкушая капельки восходящего солнца; каждый её лепесток тянется ввысь, для того
чтобы глотнуть свежего воздуха. А роза цветёт, благодарит солнце за подаренное
тепло волшебным ароматом. И ,только почувствовав  холод, тень, закрывает свой
горячий бутон, чтобы завтра, распустившись с первым светом, неповторимо
благоухать…
Стихотворение М. Цветаевой «И не спасут ни
стансы, ни созвездья…» удивительно. Оно обладает неведомой силой, которая
способна разбудить ото сна глубоко спящие сердца, дав им возможность вновь
биться в один такт с окружающим миром. Эту силу нельзя описать, её можно только
почувствовать. Чередование неполного шестистопного и полного трехстопного ямба
помогает нам в этом, сопровождая читателей на протяжении шести строф-терцетов.
Каждая строка данного произведения дышит ароматом, женщины, мягкой и
одновременно мужественной, слабой и неповторимо стойкой. В ней есть какая-то
тайна, скрытая от посторонних глаз.
И не спасут ни стансы, ни
созвездья.
А это называется — возмездье
Возмездье… Словно ударил гром и пошёл
крупный дождь. Какое громкое и пронзительно страшное слово. Оно ничему не
подвластно. Для него нет границ и пределов. Ряд однородных подлежащих
множественного числа («…ни стансы, ни созвездья…»)
связанных повторяющимся союзом «ни», показывает бессилие существующих в природе
слов перед этим, могущественным и быстро приводящим в сознание словом.
Возмездие равноценно приговору, прозвучавшему из уст судьи: такое же внезапное
и непредсказуемое. Его ошеломляющая неожиданность передана в произведении
чередованием мужской (апофеоз - роз) и женской (созвездья - возмездье) рифмы.
Однако какое возмездие? А главное, за что? Неужели она совершила что-то
непоправимое в своей жизни, за что теперь вынуждена расплачиваться? Ах, если бы
она сама знала ответы на эти вопросы. Но нет…
А тем временем её большие глаза снова
взлетают вверх, к голубому небу. Она пытается что-то разглядеть, почувствовать,
услышать… Это состояние извечного поиска передано в произведении неоднократным
повторением слов «искала я», что характеризует героиню, как волевую и
неуклонную личность.
… Не найдя искомое, героиня сама
погружается в бездну глубоких размышлений…
… возмездье
За то, что каждый раз,
Стан разгибая над строкой
упорной,
Искала я над лбом своим
просторным
Звезд только, а не глаз.
Узнаю
почерк любимой поэтессы. Она как всегда естественна и проста в выражении своих
мыслей. Обособленное обстоятельство, выраженное деепричастным оборотом («…стан
разгибая над строкой упорной,…») как никогда точно передаёт внутреннее
состояние героини, её особую любовь к труду, в котором она находила  себя, но
не такую, как прежде, а лёгкую и недосягаемую. Сама Цветаева сказала точнее: «…
во мне нового ничего нет, кроме моей поэтической отзывчивости на новое звучание
воздуха». Возможно, она права, но её героиня искала тех самых «звёзд»,
освещающий тяжёлый, сумеречный, жизненный путь. Но разве за это наказывают?
Разве наказывают за желание, попытку найти в себе ещё одну доселе неведомую
планету? Не понимаю…
… А
вокруг всё живёт. Маленькие муравьишки беспрерывно суетятся, обустраивая свой
огромный, движущийся дом. Слышится весёлое пение соловья. Течёт бурная жизнь.
Только моя будто бы замерла. Тысячи вопросов терзают мою душу. И я снова
погружаюсь в этот мир, который кажется мне таким загадочным…
Что самодержцем вас признав на веру,—
Ах, ни единый миг, прекрасный Эрос,
Без вас мне не был пуст!
И
снова любовь… Кого она только не настигала? Над чьим сердцем она  не брала
власть? Сколько на земле таких людей, которые познали то пьянящее колдовство
этого удивительного чувства! Цветаева, как никто другой, знала все его
прелести. И сполна купалась в его лучах. Для Цветаевой, как и для героини
данного произведения, нет понятий «недолюбить» и «не быть любимой». Если она
любила, то любила всей душой, от края до края. Она бежала навстречу чувствам,
распахивая обнажённую душу. И при этом всегда сама оставалась желанной и
страстно любимой. Её жизнь – одна сплошная история любви.
Введённые
поэтессой восклицание-междометие («Ах») и обращение («прекрасный Эрос»)
показывают внутреннюю взволнованность, повышенную эмоциональность героини при
упоминании слов, связанных с этим чувством, а восклицательный знак в конце
предложения (неоднократно используется в произведении!) придаёт ему особую
значимость…
…
Время идёт так быстро, что порой даже страшно. Я , вникая в суть каждой строки,
будто бы живу иной, совсем другой жизнью, так не похожей на мою прошлую.
Наверное , время подумать, пофилософствовать что ли о грядущем … Но нет! Опять
знакомые до дрожи строки тревожат сознание…
Что по ночам, в торжественных туманах,
Искала я у нежных уст румяных —
Рифм только, а не уст.
Такова
нелёгкая судьба поэта. Всю жизнь творить создавать великие произведения лишь
для того, чтобы не уйти из этой жизни бесследно, ничего не оставив после себя.
Такой была Марина Цветаева. Она хорошо знала себе цену как поэту – «В своих
стихах я уверена , непоколебима». Эта уверенность, стойкость передана в
произведении простыми двусоставными предложениями («… Искала я у нежных  уст
румяных…», «…И не спасут ни стансы, ни созвездья…») .так получается, что и в
этом она провинилась. Провинилась в том, что смогла оставить яркий след в
истории, подарив будущим поколениям сборники удивительных произведений.
Цветаева так долго, не останавливаясь ни на секунду, двигалась к этой цели. Она
прошла через жестокую критику, «злейших судей», которым она, впрочем, как и
всегда, была как «снег на голову», такой же внезапной. Звуковая картина данного
произведения говорит нам об этом. Аллитерация на [з], [з¢], [с] (ва[з]ме[з¢]дие,
ро[с])
передаёт то ощущение тяжести и внутренней изнурённости героини, которые так
скоро плотным грузом легли на её хрупкую душу. Ассонанс на [а], [о] (в[а]змездье,
[а]п[а]фе[о]з, з[о]рь)
показывает нескончаемость, постоянство данных явлений, которые давно уже стали
привычными. Это крик-стон…
Но она
выстоит, сохранив «здесь , под левой грудью  Вечный апофеоз»! Говорят, что
произведение, несёт в себе черты характера автора, особую манеру письма и
частичку души. И это стихотворение не исключение. Вы только посмотрите,
насколько необычна его структура! В контексте очевидно чередование кольцевой и
смежной рифмовки. Каждая третья строка одного терцета находит правильную рифму
в конце следующего, что придаёт произведению некую особую целостность, которая
подчеркивается синтаксически : нарушая все правила построения сложноподчиненных
предложений( третья , четвертая и шестая строфа--только придаточные), поэтесса
являет нам видимость одного очень сложного восклицательного предложения,
продолжая фонетический крик–стон…Это не просто поэт,это мастер!.. Который искал
только звезд, только рифм , только зорь…А получила возмездие..
И мне
хочется спросить у всего мира: «Возмездие за что?»
Прошло
уже много времени с того самого дня, когда я впервые услышала стихи Марины
Цветаевой.  Многое изменилось. Деревья выросли … Солнце роняет на землю свои
багряные тёплые лучи, но они другие, не такие, какими были раньше. Слышится
сладкая мелодия соловья. Воздух несёт в себе чарующий и божественный аромат. Но
откуда он? Такого аромата здесь ещё никогда не было.
На
поляне среди высокой, зелёной травы возвышается цветок невиданной красоты и
величия. Его пурпурные лепестки нежатся на тёплом солнце, раскрываются, пытаясь
заглянуть в самую глубь их величия. Так пусть же растёт, искрится
цветок-поэзия, цветок-надежда, который , проснувшись с рассветом и глотнув
свежего воздуха , спешит одарить всю землю божественным ароматом!

О красном вечере задумалась дорога,
Кусты рябин туманней глубины.
Изба-старуха челюстью порога
Жует пахучий мякиш тишины.

Осенний холод ласково и кротко
Крадется мглой к овсяному двору.
Сквозь синь стекла желтоволосый отрок
Лучит глаза на галочью игру.

Обняв трубу, сверкает по повети
Зола зеленая из розовой печи.
Кого-то нет, и тонкогубый ветер
О ком-то шепчет, сгинувшем в ночи.

Кому-то пятками уже не мять по рощам
Щербленый лист и золото травы.
Тягучий вздох, ныряя звоном тощим,
Целует клюв нахохленной совы.

Все гуще хмарь, в хлеву покой и дрема.
Дорога белая узорит скользкий ров...
И нежно охает ячменная солома,
Свисая с губ кивающих коров.

Отзыв о стихотворении
Сергея Есенина «О красном вечере задумалась дорога…»

Ах, как порой хочется убежать от тесноты и
шума городских улиц, от постоянного грохота автомобилей, от нескончаемого
движения людской толпы. Побежал бы, кажется, куда глаза глядят, не замечая
презрительных взглядов прохожих и не вдаваясь в подробности их мыслей. Однако
человек должен знать точный маршрут, иначе его бы сочли за безнравственного и
аморального человека. Но так иногда хочется освободиться от тяжёлых оков и
бежать, бежать…
Но куда? И вообще есть ли на земле такое
место, которое способно окутать тебя лазурной пеленой чистоты, теплоты и
счастья, свежий аромат которого способен дать право забыть о тяжёлых и суровых
буднях? Разве это возможно? Возможно, только если сам способен идти по зову
своего сердца-- оно не обманет. Оно поведёт тебя в тот светлый уголок
прекрасного и неземного, созданного небесами из тёплых, живых красок; пахнущего
недавно скошенной мокрой травой, которая вкушает тёплые лучи палящего солнца;
перед тобой откроются безграничные просторы полей, лесов, макушки которых,
словно музыкальный хор, покачиваются под музыку дуновения ветра; вдали
покажутся стога сена, аккуратно собранные в пучки; где-то слышится неугомонное
стрекотание кузнечиков, нарушающее тишину… Вот оно счастье и блаженство! Вот
она, моя Родина!
Тема Родины вечна и непоколебима. Не
перечесть количество произведений, в которых с трепетом воспето чистое, светлое
и родное. Одним из примеров таких произведений является стихотворение Есенина «О красном вечере задумалась дорога…», которое вошло в
его сборник стихов «Радуница».
Вы только взгляните, с какой любовью и
чуткостью написано произведение! Собственно, это и не удивительно, ведь чувство
Родины – основное в творчестве Есенина. О чём бы ни писал он, где бы ни был,
Родина всегда оставалась его радостью и болью. Для Есенина немыслима жизнь без
тихой, неброской, но такой живой природы родного края. Она непросто
присутствует в его стихах – она дышит, радуется, плачет. Всего лишь 5
строф-катренов, написанных чередованием неполного 7-стопного и 6-стопного ямба
с чередованием полного 5-стопного ямба – прекрасное подтверждение этому.
Уже в первом четверостишии появляется
образ дороги, часто употребляемый в русской лирике, который символизирует
жизненный путь. Олицетворение «задумалась дорога» придаёт произведению некую
необычность и особую притягательность. Сравнение «изба-старуха» совсем не
нарушает картину вечернего пейзажа, а, наоборот, придаёт оттенок сказочности и
волшебства. А вокруг тишина., изредка нарушаемая шелестом соломы, шуршанием
листвы, звук которых передан в произведении аллитерацией на [ж],
[ш]
([ж]уёт,
мяки[ш]).
Второе четверостишие
передаёт особую пору, столь знакомую деревенскому жителю-- поздняю осень,
холод, мечту о тёплой печи, свежем хлебе. Наступление холодной поры передано в
произведении однородными обстоятельствами, выраженными наречиями образа
действия («ласково и кротко»). Нулевой суффикс в слове «синь» символизирует
«значимое отсутствие» тепла и солнца, которые так необходимы всему живому.
Здесь же появляется «желтоволосый отрок», который «лучит глаза на галочью игру». Не себя ли вспомнил
Есенин? Не свои ли детские впечатления вспомнил он? Архаизмы («отрок»,
«лучит»), использованные автором, как никогда ясно передают эмоциональность
героя, его восторженность.
Следующие строчки вносят
в произведение элемент таинственности. О ком шепчет «тонкогубый ветер»? Кто
безвозвратно сгинул в ночи? На мой взгляд, в этом стихотворении отсутствует
какой-либо элемент, прямо говорящий о смерти, уходя из жизни. Скорее всего, в
произведении затронута тема невозвратимости, невозможности вернуться назад, и
кому-то уже никогда не стать «желтоволосым отроком». В произведении это
состояние передано чередованием точной (дорога - порога) и не точной (кротко -
отрок) рифм, а двусоставные предложения, часто использованные в стихотворении,
делают строки ясными , придавая им самостоятельность.
В последних строках
стихотворения вновь возникает образ дороги как символ возвращения к родному
краю. Многочисленные олицетворения, использованные в стихотворении, гласят о
любви поэта к своей Родине. У Есенина пейзажные образы оживают: «шепчут»,
«вздыхают», «охают», что передано в произведении ассонансом на [а],
[о]
([о]х[а]ет,
с[а]л[о]м[а]).
лирический герой невидимой нитью связан с образами родного края. Видимо, эта
нить и привела героя в край прекрасного и неземного, который гордо называется
Родина.

Анна Ахматова
Покорно мне воображенье
В изображенье серых глаз.
В моем тверском уединенье
Я горько вспоминаю вас.

Прекрасных рук счастливый пленник
На левом берегу Невы,
Мой знаменитый современник,
Случилось, как хотели вы.

Вы, приказавший мне: довольно,
Поди убей свою любовь!
И вот я таю, я безвольна,
Но все сильней скучает кровь.

И если я умру, то кто же
Мои стихи напишет  вам,
Кто стать звенящими поможет
Еще не сказанным словам?

Отзыв
о стихотворении Анны Ахматовой
«Покорно
мне воображенье…»

Любовь…
Что может быть прекрасней на Земле этого волшебного и чарующего чувства? Всего
лишь шесть букв этого слова заставляют трепетать человеческие сердца, открывают
в них удивительные способности чувствовать, творить, мечтать. Но что мы знаем о
любви? Эта «робкая, неподвластная дама», которая приходит из ниоткуда, огненной
пеленой страсти накрывает неустанно бьющиеся сердца и безвозвратно уводит в
свои покои. Ведь такой вы представляете любовь? Не так ли? Тема «робкой,
неподвластной дамы» уже которые столетия является предметом обсуждений и
разговоров.
Не
перечесть количество написанных произведений – царств, в которых правит её
величество Любовь. Я думаю… Нет, я уверена, что нет на Земле человека, который
бы не знал пленяющего колдовства этого великого чувства. Сложно назвать час
прихода любви и совсем просто ощутить всем своим существом её последние
выстрелы, надолго оставившие след в памяти. Неизгладимый след переживаний
оставила «роскошная дама» на сердце несравненной Анны Ахматовой, которые позже
вылились в это прекрасное произведение. Все её творчество – безграничный полёт
в океан «пламенных страстей», эмоций, неразделённой и медленно угасающей любви.
И вот
сейчас перед моими глазами лежит лист, скромный, пожелтевший с годами, но
целиком наполненный той эмоциональностью, светлостью чувств, которыми обладает
лишь женщина, способная любить.
Ах,
какое же это счастье иметь возможность дотронуться до этого алого огонька,
зовущего в мир нежности и тревоги, ласки и заботы! Не имея сил противостоять
внутреннему влечению, отправляюсь я в несказанное и таинственное путешествие по
неповторимому, яркому и могучему…
…
Стихотворение Анны Ахматовой «Покорно мне воображенье…» после первого же
прочтения поразило меня своеобразной лёгкостью и несказанной нежностью. Всю эту
прелесть дарит произведению чередование неполного пятистопного и полного
четырёхстопного ямба, который сопровождает нас на протяжении четырёх
строф-катренов. Каждая строка дышит ароматом  таинственной женщины, которая
когда-то неустанно вырисовывала эти маленькие буквы…
…
Вечер… Лёгкий полумрак приближающейся ночи окутал шумную землю… В небо птицей
взлетела луна, блеклым лучом освещая его безграничную даль. И вот она… В своём
«тверском уединенье» вкушает это очарование, наслаждается им. Всё волшебное растворяется
в ней, «в изображенье серых глаз». До чего же прекрасна она на фоне этой
удивительной поры!
Тишина
окутала всё вокруг. Не слышно ни звука… Но это только вокруг. Каждая струна
души героини создаёт мелодию тревоги и печали. Словно сквозь сон повторяет она
одни и те же слова: «Я горько вспоминаю вас…».
Анафора,
использованная поэтессой, («…В изображении серых глаз.// В моём тверском
уединенье..») раскрывает внутренний мир героини, показывает её взволнованность.
Но
кого она вспоминает? Кому принадлежит её маленькое, хрупкое сердце? Не вам ли,
«прекрасных рук счастливый пленник»? Не вы ли явились предметом её терзаний?
Да, несомненно, это вы!
Ах,
если бы вы только могли знать, как часто думает она о вас, дорожит каждой
минутой, проведённой рядом, вспоминает те непродолжительные но полюбившиеся
встречи «на левом берегу Невы»!  Всё это очень дорого ей.
Быть
может, поэтому так громко, разрывая тишину, стучит её маленькое сердечко. Это
неустанное биение  передаёт чередование женской («воображенье - уединенье») и
мужской («глаз - вас») рифмы, которые в основном точные, а инверсионный порядок
слов («покорно мне воображенье…») делает осязаемо ощутительным присутствие
чего-то странного и непокорного, овладевшего разумом и сердцем героини. Но что
же это? Воспоминанья… Конечно, это они!  Дорогие, неповторимые, близкие каждому
из нас. Ах, воспоминанья, вы единственные способны вернуть нас туда, где
начиналась, казалось бы, нескончаемая сказка. Вас ,словно детей, лелеют,
оберегают, хранят. Вы радуете нас, но одновременно огорчаете. Огорчаете
напоминанием , которое никогда не хотелось бы вспоминать. Только вы способны
убить и спасти.
…А за
окном поселилась ночь… Тёмная, жгучая. Она ежечасно роняет на землю очередную
порцию мрака и таинственности. Только луна, верный спутник, своим блеклым
лучом, не прекращая ни на секунду, светит, светит…
А она
всё так же стоит, не смыкая глаз, смотрит на усыпанное звёздами небо… И всё как
прежде. Но нет, постойте! Почему в её глазах не видно той романтичности и
лёгкости? Будто всё поменялось в одночасье. Она полна смелости и решительности!
Её пронзительный взгляд, мраморного цвета лицо, дрожащие руки, губы, слегка
приоткрытые, жадно вбирающие воздух, будто гласят о приближении чего-то
неизбежного. Разрывая тишину, потоком несутся странные слова:
Мой знаменитый современник,
Случилось, как хотели вы.
Вы, приказавший мне: довольно,
Поди убей свою любовь!
И вот я таю, я безвольна,
Но все сильней скучает кровь.
Так
вот что скрывалось за этим очарованием и нежностью! Сложно объяснить, что
чувствую я сейчас, но ещё труднее представить, хотя бы на секунду, что
чувствовала героиня, произнося такие громкие слова. Она будто бы боялась, не
могла говорить, но всё само… Само рвалось из её души. Порыв слов,
взволнованность речи поэтессы ясно переданы анадиплосисом («Случилось, как
хотели вы.// Вы, приказавший мне…»), который связывает вторую и третью строфы
повторным употреблением местоимения 2-ого лица мн. ч., а аллитерация на [р] и
ассонанс на [а] (п[а]ко[р]н[а],
в[аа]б[ра]женье,
тве[р]ском)
придают звуковой картине произведения особую тревожную напевность, изредка
прерывая её твёрдым звучаеием потока несущихся слов.
Невыносимо
больно слышать такие слова от человека, которого приняло, впустило в свой мир,
окружило теплотой и заботой любящее сердце.
Но как
могли вы, «знаменитый современник», сказать такое женщине, которая безудержно
любила вас, а быть может, и сейчас, любит? Я не верю…  «Поди убей свою
любовь!»… Эти слова до сих пор тревожат сознание. Глаголы повелительного
наклонения, являющиеся неотъемлемой частью строки, придают её огромную
значимость и силу, а восклицательный в конце предложения (притом единственный!)
насыщает строку, выделяя её из общего контекста.
Убить
любовь… Разве это возможно? Разве можно приказать ей покинуть сердце и оставить
в покое разум? К сожалению, нам это неподвластно. Но вы настойчиво приказали
героине сделать это, совсем не понимая, что убить любовь – значит погубить
человека, его душу, разум, погубить всё его существо. Ах, что же вы наделали?
«Я таю, я безвольна…» Вы слышите? Она теряет силы. Личное местоимение «я»,
неоднократно встречающееся в произведении, заставляет нас погрузиться во
внутренний мир героини. На что только не способна любящая женщина! Для неё
умереть на благо вам будет счастьем. Но … «Во всём виноваты женщины»… Вы
помните: так когда-то говорили и продолжают твердить по сей день. Но в чём же
они виноваты? В том, что способны любить вас, мужчин, больше жизни? В том, что
готовы переступить через свою гордость, обиду, предрассудки, чтобы только быть
рядом, окружить вас заботой и теплотой? Так в этом они виноваты? Да, возможно,
и виноваты. Но нет в мире ничего сильнее  женской любви. Даже после таких
страшных слов она продолжает любить вас, надеяться на счастье не для себя
одной, а для двоих. По вам одному «скучает кровь». Данное олицетворение
подарило произведению жизнь, насытило его огненной страстью.
Женщины
вы незаменимы! Благодаря вашей нежности мужчины могут почувствовать себя
«счастливыми пленниками» «прекрасных рук», «серых глаз», «горячих губ».
Оксюморон подобного рода («счастливый пленник») акцентирует внимание читателя
на данной строке, заставляет задуматься: бывают ли пленники счастливыми?
Казалось
бы, всё решено. Она готова исполнить его заветное  желание…  Она поняла, что
здесь, на Земле, сможет сделать гораздо больше для своего «знаменитого
современника»,единственного и неповторимого. .
И если я умру, то кто же
Мои стихи напишет  вам,
Кто стать звенящими поможет
Еще не сказанным словам?
         Риторический вопрос,
который завершает это прекрасное лирическое произведение, подчёркивает
неоценимую значимость героини. Никто и никогда не сможет заменить её, нежную и
страстную. Никто, кроме неё, не сможет открыть дверь в мир ласки и заботы, теплоты
и надежды, чтобы вместе с вами, рука об руку, войти в неё и остаться там.
         … А во всём мире
властвует госпожа ночь. Вокруг так чисто и свежо. Героиня окутана волшебным
сном, сладким и беззаботным. Её законы искрятся при свете луны, белоснежное
лицо её будто цветок, распустившийся в полночь, а губы, алые губы, сохранили ту
красоту и сладость, которые способны заворожить. И лишь изредка на них играет
лёгкая улыбка.
         Снится ей, что она в
царстве, недосягаемом и безграничном. Она мягко ступает на хрустальный пол,
лёгкая дрожь покрывает её тело, но, не останавливаясь, героиня делает шаг
вперёд… И видит перед собой его, «счастливого пленника», растерянного и
горячего. Она остановилась. Их взгляды пересеклись. Но зачем? Кому это нужно? Ей,
«робкой и неподвластной даме», лёгкой пеленой страсти окутавшей их горячие
сердца… Героиня счастлива… Они будут вдвоём до самого утра, сердцем к сердцу,
рука в руке.
И
где-то высоко-высоко, среди тонущих звёзд и облаков, покажется она, первая и
закатная, взаимная и неразделённая, страстная и платоническая, возвышающая и
испепеляющая, её величество Любовь!

Анна Ахматова
Вижу выцветший флаг над таможней
И над городом жёлтую  муть.
Вот уж сердце мое осторожней
Замирает, и больно вздохнуть.

Стать бы снова приморской девчонкой,
Туфли на босу ногу надеть
И закладывать косы коронкой,
И взволнованным голосом петь.

Все глядеть бы на смуглые главы
Херсонесского храма с крыльца,
И не знать, что от счастья и славы
Безнадежно дряхлеют сердца.

Отзыв
о стихотворении Анны Ахматовой
          «Вижу выцветший флаг над таможней …»

Детство.
Отрочество. Юношество. Разве не эти слова способны отогреть оледеневшие с
годами человеческие души? Каждый, услышав их, задумается о чём-то своём,
близком, никому неизвестном. Кто-то, по рассказам родителей, вспомнит свои
первые неуклюжие шаги, невольно улыбнётся, и вмиг душа зальётся громким смехом,
а кого-то посетят воспоминания о первых удачных проделках, за которые теперь
немного стыдно. Да, у каждого человека эти слова  вызывают разнообразные
ассоциации, но для всех они неотъемлемая часть жизни, самое родное и
сокровенное. Эти слова словно ступеньки на нашем жизненном пути – лестнице. Но
когда начинается необъятное время под названием Жизненный путь? В тот самый момент,
ни секундой больше или меньше, когда на небе зажглась ещё одна звезда.
Стрелки
на часах бегут. Проходят годы. Зима сменяет лето. Мы взрослеем. По одну сторону
от нас детство с разбитыми коленками и первой книгой, отрочество с ясными
мечтами и грёзами о неизвестном будущем, юношество с первым долгожданным танцем
и любовным признанием…  А что потом?  Неужели конец? А впереди долгая дорога
под названием взрослая жизнь. Звучит немного пугающе, не правда ли? Но это и
есть та самая пора, которая способна подарить человеку необходимые жизненные
уроки , ничего не взяв взамен. Именно она заставляет ценить и с трепетом
вспоминать то, что было с нами когда-то в далёком беззаботном детстве. Скажите,
ведь как приятно вспоминать, будучи взрослым и состоявшимся человеком, свои
маленькие шалости и хитрости! Вы будто бы возвращаетесь в ту жизнь, где было
столько света, тепла.
Вот и
она, Анна Ахматова, вернулась. Вернулась туда, где начинался её непростой
жизненный путь. Героиня снова увидела знакомый ей «выцветший флаг над таможней»,
всё такую же, не меняющуюся с годами «жёлтую муть», захватившую в свой плен
шумный город. Ничего не изменилось. Всё как было родным и близким для неё,
таким и осталось.
Вот уж сердце мое осторожней
Замирает, и больно вздохнуть.
         Но почему «больно
вздохнуть»? Неужели ей спустя столько лет неприятно вновь оказаться в этом
удивительном месте? Нет, дело в другом. Героиня счастлива снова побывать в
родном уголке, но всё это время, тревожа её душу, всплывают перед глазами,
словно кадры из фильма, какие-то картинки: прошлое, настоящее, прошлое,
настоящее… Она изо всех сил пытается остановить их быстрое движение, но
безжалостная волна воспоминаний накрывает её, не представляя возможности
спастись.
Тёплым
и родным воспоминаниям посвящено стихотворение Анны Ахматовой «Вижу выцветший
флаг над таможней…», представляющее собой, три небольшие строфы-катрена,
преисполненные нежностью и светлостью чувств, а чередование неполного
4-стопного и полного 3-стопного анапеста условно проводит границу между далеко
ушедшим и медленно плывущим временем.
Прошлое
и настоящее… Две частички  одной и той же сущности. Ведь этими словами мы делим
наш жизненный путь, не так ли? Каждый из нас большое значение придаёт прошлому.
Но что это?  Это то, что уже ушло и больше никогда не вернётся, только изредка
будет напоминать о себе, неустанно пробираясь в сознание. Прошлое не имеет
определённого вкуса, цвета: у каждого оно своё. Кто-то, увидав падающую звезду,
загадал бы больше никогда не возвращаться назад, никогда не вспоминать то, что
было раньше, а кто-то искренне, всеми силами, будет просить у облаков хотя бы
на одну минутку оказаться там, в мире фантазий и радости.
Но что
заставляет людей думать об этом? Зачем куда-то возвращаться? Неужели нельзя
жить и наслаждаться каждой прожитой минутой? Ах, если бы всё было так просто!
Половина населения нашей планеты была бы счастлива. Но не всё в этой жизни
происходит так, как хотим этого мы. Безличные предложения («…Стать бы снова
приморской девчонкой, // Туфли на босу ногу надеть…»), неоднократно
использованные в произведении показывают стихийность происходящих действий,
сопутствующих нас на протяжении всей жизни.
Нелёгкий
жизненный путь прошла знаменитая поэтесса Анна Ахматова. Лёгкая, романтичная,
некогда любившая ходить босиком по влажной траве, бродить без шляпы, купаться
во время шторма. Это всё о ней, прекрасной и шальной. Кто бы мог подумать, что
когда-нибудь из этой маленькой, шаловливой девчонки, вырастет очаровательная,
нежная женщина, которая, словно кораблик, поднявший якорь и расправивший белые
паруса, отправится в долгое, нелёгкое путешествие по океану жизни. И мало кто
знает, какая  тяжёлая карта судьбы выпала на долю этой солнечной девушки:
развод родителей, непризнание её творчества публикой, в которую она так
искренне верила. Уже позже сбудется главная мечта каждой женщины: она выйдет
замуж за своего коллегу Гумилёва, родит ему сына. И вдруг, отягощённая семейной
жизнью или еще чем-то, она напишет строки этого пронзительного стихотворения,
вошедшего в её второй сборник «Чётки».
Стать бы снова приморской девчонкой,
Туфли на босу ногу надеть
И закладывать косы коронкой,
И взволнованным
голосом петь.
Героиня
жаждет вернуться в то время, где было так тепло и хорошо. Анафора,
использованная поэтессой («…И закладывать косы коронкой, // И взволнованным
голосом петь. »), передаёт поток чувств, эмоций, воспоминаний
героини, а глаголы условного наклонения («стать бы…», «глядеть бы…») выражают
нестерпимое желание героини снова почувствовать тот дивный аромат детства,
окутанный лёгкой таинственностью.
Все глядеть бы на смуглые главы
Херсонесского храма с крыльца,
И не знать, что от счастья и славы
Безнадежно дряхлеют сердца.
         И снова душа героини
летит, летит куда-то в неизвестность, где нет никого, а только вдалеке из-за
высокого холма выглядывают скромные «смуглые главы херсонесского храма».
«Ну
здравствуй, Херсонес, вот он ты во всей своей красе!»
Это
одно из найлюбимейших мест Анны Ахматовой, которая в детстве с нетерпением
ждала лета, чтобы отправиться в этот прекрасный город. Именно он стал очевидцем
дружбы юной Анны с морем, которое жило в ней всю жизнь.
Я  представляю:
она, быстрая, разгорячённая, жадно смотрит своими большими глазами на неземной
красоты храм, купола которого, словно башни неведомого царства, растворяются в
облаках. Слышится пронзительный звон колоколов, радостное пение птиц. Лёгкий
ветерок играет с зелёными листьями деревьев, неустанно обдувая вспотевшее лицо
Анечки. И так хорошо жить!
Аллитерация
на [ж], [ш]
(безнадё[ж]но, у[ш])
передаёт звук шелестящих листьев, потревоженных неугомонным ветерком, несущим
божественные мелодии от «смуглых глав храма». Эпитет «смуглые» (главы)
показывает отсутствие какой бы то ни было яркости, насыщенности: это лишь
воспоминание. Ассонанс на [а] (г[а]р[а]д[а]м, больн[а]) придаёт звуковому изображению произведения размеренность,
задумчивость, особую тревожную напевность.
И не знать, что от счастья и славы
Безнадежно дряхлеют сердца.
         Этими словами
заканчивается стихотворение Анны Ахматовой «Вижу выцветший флаг над таможней …»,
являющееся ярким примером лирики мысли. Кому как не Анне Ахматовой говорить о
славе? Она, великий акмеист, стихи которой называют «символом величия России».
Кому как не ей знать вкус победы и горечь поражений! Именно поэтому она
считает, что «от счастья и славы безнадёжно дряхлеют сердца». И это правда.
Ведь для того, чтобы человек смог увидеть свои возможности, почувствовать себя
полноценным, ему необходимо пройти через многое: счастье и горе, взлёты и
падения. Всё это просто необходимо каждому.  Метафора подобного рода («дряхлеют
сердца») придаёт этой строфе особую значимость, а чередование мужской (муть -
вздохнуть) и женской (таможней - осторожней) рифмы, которые в основном точные, воспроизводят
картину смены взлётов и поражений.
… И
вот так всю жизнь! Покоряя новые вершины, порой не замечаешь, как пролетают
наипрекраснейшие годы нашей жизни. А, ощутив потерю, пытаемся удержать,
пытаемся возвратить невозможное. Что же поделаешь? Такова человеческая
сущность. Однако никогда не поздно учиться беречь, ценить, помнить все , что
дорого сердцу. Быть может, тогда в маленький ларец нашего сердца войдут
незаменимые детство, отрочество, юношество, излучающие столько света, тепла, и наконец
останутся там навеки.

Цедрик Алины

Она сидела на полу
И груду писем разбирала,
И, как остывшую золу,
Брала их в руки и бросала.

Брала знакомые листы
И чудно так на них глядела,
Как души смотрят с высоты
На ими брошенное тело...

О, сколько жизни было тут,
Невозвратимо пережитой!
О, сколько горестных минут,
Любви и радости убитой!..
Стоял я молча в стороне
И пасть готов был на колени,
И страшно грустно стало мне

Как от присущей милой тени.
 Ф. Тютчев.

Отзыв
о стихотворении Ф. Тютчева «Она сидела на полу…»

   Сегодня невозможно прожить
без общения, благодаря которому мы узнаём что-то новое, заводим друзей. В XXI веке для поддержания общения используются электронная почта,
телефоны, смс - сообщения и многие другие средства  коммуникаций. Ранее для
связи со знакомыми, друзьями, близкими, а также и сейчас в некоторых регионах,
люди использовали письма – сообщения на бумаге. Для меня они всегда
ассоциируются с эпохой Пушкина, Лермонтова, так как сами поэты часто писали
письма своим любимым дамам, друзьям или семье. В этом же стихотворении нет
намёка на общение.
Начинается
всё с того, что на полу сидит девушка и перебирает письма.
         И, как
остывшую золу,
Брала их в руки и бросала.
Это двустишье говорит нам о
том, что ничего радостного и весёлого в её настрое нет. На это указывает эпитет
«остывшая »  -- чувства  уже  прошли…
По-моему,
фабула этого стихотворения заключается  в разлуке девушки с парнем. Строки «…Как
души смотрят с высоты // На ими брошенное тело..» указывают как на грустное
чувство героини, с каким она пересматривала ранее любимые листы, так и на то,
что в этот день их любовь умерла, покинула души героев. Наречие «чудно» (
«Брала знакомые листы и чудно так на них глядела…»)здесь совершенно не является
синонимом к словам чудесный, весёлый, скорее наоборот, выражает полное
недоумение…

…О, сколько жизни было тут,
Невозвратимо пережитой!
О, сколько горестных минут,
Любви и радости убитой!..
Сразу же бросается
в глаза особенность этой строфы: во-первых, ассиндетон, который говорит, что
героев уже ничего не связывает, кроме самих писем; во-вторых, многообразие
знаков препинания. Здесь есть и многоточие, и восклицательные знаки, и запятые.
Такое чувство, что героиню именно сейчас захлёстывают эмоции, которые она не в
силах побороть. Её состояние можно увидеть в эпитете  «невозвратимо пережитой»(жизни).
Сам поэт даёт понять, что не будет так, как раньше. Оксюморон «любовь и радость
убитая» лишний раз подтверждает это,а в восклицаниях и многоточиях мы слышим
страдание…Горестным минутам «любви и радости убитой» посвящена большая часть
стихотворения: муки  девушки ,ее плач , «брошенное тело»…И вот в третьей строфе
, которая представлена восьмистрочием ,в последних четырех строках поэт
показывает нам виновника данной ситуации:
                                      Стоял
я молча в стороне
И пасть готов был на колени,
И страшно грустно стало мне

Как от присущей милой тени.
Видно, юноша раскаивается, ему
не по себе. Это состояние отражено в перекрестной рифме (смятение чувств).  Герой
сам хочет обнять девушку, но не может из-за вины перед ней. Эпитет «присущая
милая тень» показывает, что девушка на глазах угасла, будто стала призраком.
Аллитерация на [р] (г[р]уду, б[р]ала, г[р]устно), [л] (мо[л]ча, зо[л]у, сиде[л]а, по[л]у) будто являет нам ключевые слова стихотворения – разбитая
любовь. Ассонанс на [о] (ск[о]лько, г[о]рестных) изображает стон от боли, боли, которая ещё очень долго
будет мучить сердце…
         Мы привыкли к тому,
что если размер стихотворения ямб (в этом случае четырехстопный), то оно
простое, обычно весёлое и лёгкое. В то же время письма ассоциируются у нас с
плохими или хорошими известиями. Здесь  хорошее все в прошлом,на что указывают
и глаголы прошедшего времени (брала , разбирала , бросала , глядела), которые
играют роль воспоминаний , однако они играли роль воспоминаний о прежней жизни.
Героиня на протяжении всего произведения перебирает письма, будто надеясь, что
всё происходящее – это сон. Но нет, прошлое остается прошлым, и ничего не будет
так, как прежде…

 «Отдохну-ка, сяду у лесной
опушки...»

Отдохну-ка, сяду у лесной
опушки;
Вон вдали - соломой крытые
избушки,
И бегут над ними тучи
вперегонку
Из родного края в дальнюю
сторонку.

Белые березы, жидкие осины,
Пашни да овраги - грустные
картины;
Не пройдешь без думы без
тяжелой мимо.
Что же к ним всё тянет так
неодолимо?

Ведь на свете белом всяких
стран довольно,
Где и солнце ярко, где и жить
привольно.
Но и там, при блеске голубого
моря,
Наше сердце ноет от тоски и
горя,

Что не видят взоры ни берез
плакучих,
Ни избушек этих сереньких, как
тучи;
Что же в них так сердцу дорого
и мило?
И какая манит тайная к ним
сила?

Отзыв
о стихотворении С. Плещеева
«Отдохну-ка,
сяду у лесной опушки...»

На
земле живёт 7 миллиардов человек. Каждый из них хорош по-своему и отличается от
остальных. Но, несмотря на разнообразие черт характера, внешности, условий
проживания, взглядов на жизнь, всех объединяет одно чувство - любовь к Родине. Та
страна, в которой мы родились, всегда притягивает нас, где бы мы ни находились,
завораживает, пленяет.
О
любви к Родине говорят уменьшительно-ласкательные суффиксы «опушки», «избушки»,
«сторонку». Поэт специально приуменьшает их, дабы создать эффект былины, сказки.
В словосочетаниях «белые берёзы», «жидкие осины»  эпитеты «белые» и  «жидкие»
рисуют простоту родного края.
Всю
первую часть стихотворения Плещеев описывает скудность и банальность русского
пейзажа. Ну ,действительно, что же там такого красивого и особенного?  Обычные
избы, пашни, овраги, простые берёзы и осины. Когда читаешь строки «…И бегут над
ними тучи вперегонку //Из родного края в дальнюю сторонку…», создаётся
впечатление, что даже тучи как можно быстрее «сбегают» от этого скучного
однообразия. Поэт одним эпитетом «грустные картины» показывает своё отношение
ко всему пейзажу.
Но в
конце Плещеев задаёт риторический вопрос: «что же к ним всё тянет так
неодолимо?» Он будто сам не может понять, чем же так пленителен его родной
край. Звуковая картина: аллитерация  на [п] ([п]ашни,
о[п]ушки),
[л] (со[л]омой,
тяжё[л]ой), [ж] ([ж]идкие,
тя[ж]ёлой),
[р] (ов[р]аги, к[р]ытые)
и  ассонанс на [а] (с¢[а]ду, вд[а]ли), [у] (бег[у]т гр[у]стные) словно преподносит ответ: жалость, преданность; вся часть
стонет, восклицает. Как мы видим, эти возгласы связаны с годом написания. Ведь
1862 год – это второй год отмены крепостничества. Чтобы добиться этого пакта от
Александра ІІ, крестьянам пришлось очень несладко. Оттого и краски картины
произведения серы и лишены положительных эмоций. Даже   парная женская точная  рифма
как будто кричит: «Свобода!». Именно исходя из всего написанного, стихотворение
можно отнести к вольнолюбивой лирике.
Вторая
же часть( так же, как и первая ),написанная шестистопным хореем, показывает нам
преданность поэта Родине. Сначала идет недоуменияе Плещеева, что есть другие,
более        красивые, тёплые, живые пейзажи страны. Но всё же почему их вновь
и вновь тянет к старому, любимому, нашему родному краю? Ведь в других странах
есть и тёплые моря, и жгучее солнце, и даже там жить легче!
Но
метафорой «сердце ноет» поэт показывает нам состояние любого человека, долго находящегося
вдали от Родины. И поэтому вторую, как и первую часть, поэт заканчивает
риторическим вопросом.
Если
подвести итог, то всё сводится к одной идее: какова бы ни была страна, каков бы
ни был народ, его всегда будет тянуть к своему месту рождения. И даже несмотря
на внутренние реформы на Руси,не только повлекшие за собой неприятности, но и
напрочь изменившие жизнь крестьян,  лирический герой всё же стремится на
Родину.
Стихотворение
Алексея Плещеева «Отдохну-ка, сяду у лесной опушки…» говорят о патриотизме
русского народа, о стремлении к воле и свободе.

В МИНУТЫ МУЗЫКИ

В минуты музыки печальной
Я представляю желтый плес,
И голос женщины прощальный,
И шум порывистых берез,

И первый снег под небом серым
Среди погаснувших полей,
И путь без солнца, путь без
веры
Гонимых снегом журавлей...

Давно душа блуждать устала
В былой любви, в былом хмелю,
Давно понять пора настала,
Что слишком призраки люблю.

Но все равно в жилищах зыбких
-
Попробуй их останови! -
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.

И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос
близкий,
И шум порывистых берез.

Как будто вечен час
прощальный,
Как будто время нипричем...
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.

Отзыв о стихотворении Н. Рубцова «В минуты музыки»

     Музыка… Слово яркое,
чарующее, звонкое, как и сама она. Издавна музыка творила чудеса: побуждала
людей к подвигу, в сказках либо заколдовывала, либо расколдовывала. Весёлая
музыка поднимала настроение. Но вот печальная… именно о грустной, тягостной
музыке идёт речь в этом творении.
Вначале
 кажется, что стихотворение о природе,        читая эпитеты «жёлтый»,
«порывистых», «погаснувших», в словосочетаниях «желтый плес», «порывистых берёз»,
«погаснувших полей».  Но ведь прилагательное «жёлтый» здесь не говорит вовсе о
радужности, солнечности пейзажа, а скорее изображает страдание, скудность. Та
же ситуация и с прилагательным «погаснувших» образованное от глагола
«постигнуть», слово то и дело отражает угнетённое состояние лирического героя. Эпитет
«прощальный», говорит нам о разлуке, расставании, повлекшем за собой грусть,
печаль героя.
Звуковая картина в
стихотворении тоже несёт какую-то печаль: аллитерация на [п] ([п]редставляю,
[п]рощальный).,
[н]
(печаль[н]ой, ми[н]уты), [д] ([д]авно,
блуж[д]ать)
рисует нам вот такие слова: печаль, ненависть, досада самого произведения (небо
серое, жёлтый плес, небо низкое) создают эффект лиричности. Строки «…И путь без
солнца, путь без веры // Гонимых снегом журавлей...» и предлог «без» создают
впечатление безнадёжности, конца, безысходности. Полисиндетон будто продолжают
всю эту картину, словно говоря, что грустное, угнетённое состояние лирического героя
ещё не скоро закончится.
Особое
внимание привлекает слово «призраки». С одной стороны, кажется, поэт написал о
тягостных воспоминаниях об умершей девушке, но с другой… Может быть, в
стихотворении описывается тяжёлое расставание с призраком прошлого – ранее
любимой девушкой героя. Об этом говорит олицетворение «…душа блуждать устала…»,
то есть надоело вспоминать те некогда счастливые моменты, переживать вновь и
вновь страдания. Герой в строке «Давно понять пора настала, // Что слишком
призраки люблю.» говорит, что ему самому хочется забыть всё былое, даже
признаётся себе в этом.
Но все равно в жилищах зыбких
-
Попробуй их останови! -
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.
         В этой строфе герой
кричит о том, что забыть прошлое не может. Все, окружающее его, напоминает о
былом. Даже скрипки «плачут», будто сочувствуя состоянию героя.
И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос
близкий,
И шум порывистых берез.
В
любом пейзаже лирический герой видит свой родной жёлтый плёс, голос близкий,
шум порывистый берёз. Возможно, это всё воспоминания с момента расставания так
овладевают им, поэтому и везде  слышится голос женщины прощальный и видится
плёс.
Как будто вечен час
прощальный,
Как будто время нипричем...
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.
Этой
строфой завершается стихотворение, грустное, безрадостное, сложное в своем
роде, хоть оно и написано четырёхстопным ямбом. Вообще догадаться о том, что
произведение посвящено сложным взаимоотношениям парня и девушки, можно было в
самом начале, так как оно написано мужской и женской  неточной  рифмой, что
показывает нам  непонятный непростой союз двух молодых людей, а точнее его
отсутствие.
В этом
произведении печальная музыка стала символом последних минут перед
расставанием, разлукой. Судя по эмоциям, переживаниям, описанным в
стихотворении, становится ясно, что то время для героя очень значимо, и он вряд
ли скоро забудет о нём. Потому и просит не разговаривать, не выяснять ничего в
такие моменты.
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.

 Гоман
Виктории

След
А ты?
Входя в дома любые —
И в серые
И в голубые,
Всходя на лестницы крутые,
В квартиры, солнцем залитые,
Прислушиваясь к звону клавиш
И на вопрос даря ответ,

Скажи:
Какой ты след оставишь?
След,
Чтобы вытерли паркет
И посмотрели косо вслед,
Или
Незримый прочный след
В чужой душе на много лет?
Леонид Мартынов

Отзыв
о стихотворении Л. Мартынова «След»

На
протяжении всей жизни нам приходится делать выбор между добром и злом, днём и
ночью…Вечный вопрос, который задаёт себе каждый человек: «В чём смысл бытия?»
На него не ответил ни один мудрец. А как ответить человеку, начинающему эту
жизнь, у которого ещё нет опыта? Я считаю, что нужно задуматься о своём
существовании и о том, какую память в душе близких оставить… У Леонида
Мартынова есть хорошее стихотворение «След», которое заставляет задуматься над
смыслом бытия .
Произведение
написано в 1945г. Никто не мог ответить на вопрос: «Что будет завтра?». А уж о
том, что они оставят потомкам, даже не задумывались. Тогда народ поддерживали
поэты, писатели, которые в своих произведениях выражали благодарность солдатам
ВОВ, помогали простому населению задуматься о завтрашнем дне и просто
радовались  маленьким победам вместе с людьми.
Мне
кажется, что Леонид Мартынов писал это стихотворение, зная, что оно дойдёт до
наших времён. Автор хотел, чтобы мы вспомнили своих дедов, прадедов, как они
воевали, а потом задумались о своём существовании и о том, какую память о себе
оставит нынешнее поколение своим потомкам. Чтобы каждый подумал над вопросом,
который задаёт автор на протяжении стихотворения. Для этого Леонид Мартынов
использует личное местоимение «ты». Автор будто говорит: «Ты, именно ты,
задумайся о жизни. Что ты сделал для того, чтобы твои дети, внуки тобою
гордились? Какой след в своей истории оставишь?»
…Входя в дома любые —
И в серые и в голубые…
         Под существительным
дома автор подразумевает людей, с которыми мы ежедневно общаемся.  Одни
(«серые») -- злые, недоброжелательные, а другие («голубые» )  – весёлые,
готовые прийти на помощь люди…
…Всходя на лестницы крутые…
         Деепричастие «всходя»
указывает на то, что ,когда человек поднимается на вершину, ему всегда тяжело,
но это значит, что ты на правильном пути. Прилагательное «крутые» также говорит
о том, что при «всходе» всегда появляются резкие повороты, приносящие не только
радость, но и разочарование. Ведь жизнь не так легка , как кажется.
…В квартиры, солнцем залитые,
Прислушиваясь к звону клавиш…
         Под причастным
оборотом «солнцем залитые», подразумевается твой родной дом, где всегда  царит
тепло и любовь. А звон клавиш – это бесценные советы, которые дают близкие. К
ним нужно лишь прислушиваться.
…След,
Чтобы вытерли паркет…
         Это выражение можно
сравнить с тем, как в память врезаются  неприятные моменты. И дальше :
…Незримый прочный след
В чужой душе на много лет…
         Эпитет «прочный» также
свидетельствует тому, что особенные минуты остаются с тобой на всю жизнь
оставляют след в твоей истории и не только в твоей. Хорошие поступки бесценны,
вечны…
Мне
кажется, что в стихотворении, размер которого четырёхстопный неполный ямб, полисиндетон
(союз и ) автор использует, чтобы соединить времена 1945г. и нашу пору. Чтобы
подчеркнуть, что предки наши уже оставили след в истории человечества. Мы
должны гордиться ими, ведь поэтому мы живём в свободной стране. Нынешнее
поколение должно брать с них пример. Ведь они выполнили свой долг. Осознали , в
чем их смысл жизни. А нам всё это ещё предстоит. И я верю, что если что-то
случится, то мы поступим так же, как наши деды и прадеды.

Поведай тайну мне, Природа:
Ты в череде бегущих лет,
Зачем кого-то из народа –
Венчаешь званием - поэт?

И наделяешь даром скорби
И ликования, любя?..
И мне ответил голос горний:
Затем ,чтоб выразить себя.

Поэт - мой слух. Поэт – мой голос.
Он говорит - я говорю.
Поэт – мой самый спелый колос
Из всех, которые творю.

И самый хрупкий и ранимый,
И самый твердый!.. Если ж нет –
Ищи ему другое имя-
Любое! – это не поэт!
Сергей Викулов

Отзыв
о стихотворении Сергея Викулова «Поэт»

Во все
времена произведения поэтов играли важную роль в жизни русского народа. В своих
стихотворениях творцы пытались донести до нас чувства, которые переполняли их
душу, показать превосходство природы над человеком…Некоторые описывали всю
реальность происходящего в мире, а некоторые даже призывали народ к восстанию.
Но на какую бы тему ни было написано произведение, автор всегда стремился
передать все чувства, эмоции, при помощи которых он творил, нужно было сделать
так, чтобы читатель вошёл в положение лирического героя, да и просто восхищался
стихотворением. Но для этого одного таланта недостаточно! Нужен также особенный
характер, которым обладает поэт. Ведь не все произведения нравятся
правительству, поэтому творцам приходится преодолевать давление свыше, выслушивать
критику в свою сторону. Тема поэта и поэзии волновала многих поэтов, поскольку
нелегок путь настоящего поэта .Мы вспоминаем стихи Державина , Ломоносова ,
Жуковского , Пушкина , Лермонтова…Этот список бесконечен. На тему «каким должен
быть поэт»  и у Сергея Викулова есть прекрасное стихотворение. Начинается оно
так:
Поведай тайну мне, Природа…
Автор использует абстрактное
существительное «природа» и обращается к ней лирический герой, как к живому
человеку, так как она – мать всего живого на Земле. Ведь талант поэту даётся от
всего мира.
Ты в череде бегущих лет,
Зачем кого-то из народа –
Венчаешь званием - поэт?
Автор использует эпитет
«бегущих» (лет), так как годы проходят быстро, людей забывают, но поэтов,
которые многое сделали для народа и оставили после себя прекрасные
произведения, помнят вечно. Также Сергей Викулов использует олицетворение
«венчаешь званием», употребив при этом глагол «венчаешь», так как быть поэтом –
это награда от Бога.
И наделяешь даром скорби
И ликования, любя?..
И мне ответил голос горний:
Затем, чтоб выразить себя.
Автор снова использует в стихотворении
олицетворение «наделяешь даром», употребив существительное «дар», так как оно
образовано от глагола дарить. Природа дарит поэту способность сочинять
стихотворения, чтобы выразить себя, чтобы показать всем, какой Я, какой народ,
власть… с помощью своих произведений. Также на вопрос лирического героя
отвечает «голос горний»( по-пушкински!). Я думаю, что Сергей Викулов использует
именно этот эпитет, так как горы – одно из самых красивых творений Земли. А
ведь многие поэты посвятили свою жизнь описанию природы.
Поэт - мой слух. Поэт – мой голос.
Он говорит - я говорю.
Можно сказать, что автор
уподобляет поэта народному слуху и голосу. Говорит народ – говорит поэт.Но
Поэт – мой самый спелый колос
Из всех, которые
творю.
Сергей Викулов использует
метафору «поэт – спелый колос». Для этого он употребляет существительное
«колос», потому что колос состоит из множества зёрнышек, которые созревают постепенно.
Так и поэт, он не будет «великим», написав одно стихотворение. Творец с каждым
произведением становится лучше и лучше, более спелым. Также, на мой взгляд, под
колосьями автор подразумевает всех деятелей культуры: художников, музыкантов…
Но никто из них не может так выразить свои чувства так ярко и доступно, как
поэт .
И самый хрупкий и ранимый,
И самый твердый!.. Если ж нет –
Ищи ему другое имя-
Любое! – это не поэт!
Описывая настоящего поэта,
Сергей Викулов использует составную форму превосходной степени прилагательных.
Поэт должен быть хрупким и ранимым, чтобы писать стихотворения о любви, о
близких, о Родине… Но в то же время он должен быть твёрдый, чтобы отстаивать
свои права, выдерживать давление свыше.Он должен в этом превосходить многих, поэтому-то
и степень превосходная… Если же человек не обладает такими  качествами, то это
не поэт.
Пятистопный
неполный ямб наряду с перекрестной рифмой придаёт произведению мелодичность и в
то же время уверенность в своей правоте.
В
заключение хотелось бы сказать, что великие поэты стали известными чаще всего
после смерти. При жизни , к сожалению,  не ценят ни творения, ни человека. Лишь
потом  все начинают осознавать, что потеряли гордость народа,гения… А ведь
хотелось бы, чтоб ценили творцов при жизни!

Она сидела на полу
И груду писем разбирала,
И, как остывшую золу,
Брала их в руки и бросала.

Брала знакомые листы
И чудно так на них глядела,
Как души смотрят с высоты
На ими брошенное тело...

О, сколько жизни было тут,
Невозвратимо пережитой!
О, сколько горестных минут,
Любви и радости убитой!..

Стоял я молча в стороне
И пасть готов был на колени,
И страшно грустно стало мне

Как от присущей милой тени.
 Ф. Тютчев.

Отзыв
о стихотворении Ф. Тютчева «Она сидела на полу…»

К
каждому рано или поздно приходит любовь. Она делает нас лучше, но при этом
причиняет невыносимую боль. Казалось бы, вот оно, вечное чувство… Но не все
отношения заканчиваются счастливым браком или целой жизнью, которую влюблённые
провели вместе, пока смерть не разлучила их. Бывает и иначе: в один миг всё
рушится, и от чувств остаются лишь воспоминания и письма, в которые мужчина и
женщина вложили всю душу, когда писали их. Именно об этом идет речь  в
стихотворении «Она сидела на полу» Ф. Тютчева.
Она сидела на полу
И груду писем разбирала,
И, как остывшую золу,
Брала их в руки и бросала.
Прочитав
лишь первую строфу, мы понимаем, что речь в стихотворении пойдёт о былой любви,
о воспоминаниях. Женщина сидит на полу и перечитывает переписку с любимым.
Казалось бы, что в этом особенного?  Однако сравнение «как остывшую золу»и
эпитет «остывшая» свидетельствуют о том, что огонёк любви угас. И теперь от
него осталась лишь зола. Существительное «груда» говорит о том, что между
мужчиной и женщиной была когда-то огромная любовь. Ведь если бы у них не было
всё настолько серьёзно, то писем было бы гораздо меньше.
Брала знакомые листы
И чудно так на них глядела,
Как души смотрят с высоты
На ими брошенное тело...
Женщина
чудно смотрит на письма. Она не может понять, как человек, который писал такие признания,
предал её? В конце строфы стоит многоточие. Автор может бесконечно описывать
лирического героя, её чувства. Однако представить женщину, её взгляд на тот
момент помогает сравнение «как души смотрят с высоты». Лирическая героиня
смотрит на переписку как на что-то давно забытое. Письма для неё – единственное
свидетельство былой любви. В первой строфе автор использует глагол «бросала», а
во второй – причастие «брошенное». Этими словами Тютчев подчеркивает невинность
женщины в сложившейся ситуации. Предали её, а не она.
 Рифма
произведения перекрестная. Что бы ни происходило в жизни лирических героев,  судьбы
их уже переплелись между собой.
Всё
стихотворение – маленький рассказ о любви.Однако композиция необычная :первые
две строфы – описание действий, поведения, все то, что можно увидеть. Остальная
часть – состояние души героев.
О, сколько жизни было тут,
Невозвратимо пережитой!
О, сколько горестных минут,
Любви и радости убитой!..
         Лирический герой в
отчаянии от бессилия. Теперь он не может исправить свои ошибки и изменить всё.
Об этом свидетельствует причастие  прошедшего времени совершенного вида «пережитый».
Уже не вернуть время, уже ничего не сделать, действие совершено… Ещё большую
тоску наводит на нас олицетворение «любви и радости убитой». Уничтожены не
только воспоминания и любовь, уничтожены судьбы лирических героев. В конце
строфы стоит восклицательный знак. Лирический герой больше не хочет
рассказывать о чувствах. Возможно, он злится, понимая, какую боль он причинил
ей. Но после восклицательного знака автор всё-таки употребил многоточие. Он
что-то не договаривает. Возможно, он в этом стихотворении умалчивает о том, что
с ним , как и с лирическим героем произведения, случилось тоже самое. В его
сердце поместилось две любви, две женщины. Возможно, он в стихотворении
описывает ту ситуацию, в которой ему довелось побывать? Однако нам предстоит
лишь догадываться.
Стоял я молча в стороне
И пасть готов был на колени,
И страшно грустно стало мне

Как от присущей милой тени.
         Лирический герой
стоял молча в стороне. Ему нечего было сказать. Да и слова были бы здесь
лишними. Он готов был пасть на колени от стыда. Но ему не столько болит душа за
себя, сколько за женщину. Он понимает, что оставил ей шрамы на сердце на всю
жизнь. Именно поэтому автор использует ассонанс на звук [а]. «И п[а]сть г[а]тов
был н[а] к[а]лени.
И стр[а]шн[а], ст[а]л[а]» .
Лирический герой словно кричит от боли…А размер стихотворения - ямб -  словно удары
сердца.  Заканчивается последняя строфа таким нежным эпитетом ( «милой» ) и
таким холодным существительным-- «тени». Он тоже страдает-- умирает любовь….
         Стихотворение
проникнуто  болью, которая слышна в каждой строке, где жизнь остановилась навсегда,
где любовь – смысл жизни, где люди не боятся своих чувств. На мой взгляд, такие
стихотворения, как это, останутся в памяти людей навсегда и будут актуальны
вечно. Ведь люди любили, любят и будут любить.

«Отдохну-ка, сяду у лесной
опушки...»

Отдохну-ка, сяду у лесной
опушки;
Вон вдали - соломой крытые
избушки,
И бегут над ними тучи
вперегонку
Из родного края в дальнюю
сторонку.

Белые березы, жидкие осины,
Пашни да овраги - грустные
картины;
Не пройдешь без думы без
тяжелой мимо.
Что же к ним всё тянет так
неодолимо?

Ведь на свете белом всяких
стран довольно,
Где и солнце ярко, где и жить
привольно.
Но и там, при блеске голубого
моря,
Наше сердце ноет от тоски и
горя,

Что не видят взоры ни берез
плакучих,
Ни избушек этих сереньких, как
тучи;
Что же в них так сердцу дорого
и мило?
И какая манит тайная к ним
сила?

Отзыв
о стихотворении С. Плещеева
«Отдохну-ка,
сяду у лесной опушки...»

  Родной
край! Величавая, прекрасная в осеннем увядании и в пышном цвете лета  земля!
Где бы мы ни были, по каким бы странам ни путешествовали, нас всегда неведомая
сила тянет в родной край. Ведь с этими местами связаны наши воспоминания,
детские мечты. И никаких слов не хватит, чтобы тебе, матушка-земля, выразить
свою благодарность, своё восхищение. Многие поэты, писатели посвятили родной
природе свои творения. Не обошёл стороной тему Родины и Алексей Плещеев. Все
его чувства к Русской земле выражены в стихотворении «Отдохну-ка, сяду у лесной
опушки...».
Отдохну-ка, сяду у лесной опушки;
Вон вдали - соломой крытые
избушки,
И бегут над ними тучи
вперегонку
Из родного края в дальнюю
сторонку.
         Прочитав лишь первую
строку, мы окунаемся в  положительные эмоции. Радость нас посещает не то  от
непринужденной частицы –ка в сочетании с личным глаголом настоящего времени(
«отдохну-ка»), не то уменьшмтельно-ласкательные суффиксы(изб-ушк-и,сторон-к-у).
Далее автор рисует картину русской земли. Казалось бы, одна строка-- и в ней
Плещеев не описывает бирюзовые реки и малахитовые леса, а ,наоборот, показывает
крестьянские поселения… Однако уменьшительно-ласкательный суффикс в слове
«избушки» (автор мог употребить существительное «изба») указывает на любовь
поэта к Родине. Ведь любят не за богатства, а за красоту и простоту.
         Под «тучами» автор
подразумевает нас, людей. Мы тоже не замечали красоты возле себя а постоянно
убегали в другие страны в надежде, что там лучше. Однако рано или поздно все
осознают, что на Родине лучше.
Белые березы, жидкие осины,
Пашни да овраги - грустные
картины;
Не пройдешь без думы без
тяжелой мимо.
Что же к ним всё тянет так
неодолимо?
Прилагательным
«белые» (белые - чистые) и эпитетом «жидкий» (жидкие - бедные)  поэт описывает
красоту родного леса. А, может быть, он описывает русских девушек, которые
могут быть беленькими и кудрявыми, как наши берёзы, а могут быть высокими
смугляночками, как наши осины. «Пашни да овраги - грустные картины…». Нет
ничего приметного в полях людских, в оврагах, которые перенесли ужас войны 1812
году… С помощью ассонанса на звук [а]: к[а]ртины, [а]вр[а]ги, п[а]шни-- поэт
словно, глядя на грустную картину русского края, вздыхает. Также суффикс -о- (в
словах мимо, неодолимо) помогает услышать вздохи.  А размер стихотворения хорей
– удары сердца лирического героя.
Ведь на свете белом всяких
стран довольно,
Где и солнце ярко, где и жить
привольно.
Но и там, при блеске голубого
моря,
Наше сердце ноет от тоски и
горя.
Посмотрите,
как красиво поэт описывает чуждые страны! Эпитеты «привольно, голубое» так и
притягивают нас к себе. С помощью звуков [р¢], [л, л¢] (б[л¢]еск,
го[л]убого, мо[р¢]я) мы слышим плеск воды в море. Однако, с любовью к Родине не
сравнятся никакие заморские страны и чудеса. Мы всё равно вернёмся в родной
край.
Что не видят взоры ни берез
плакучих,
Ни избушек этих сереньких, как
тучи;
Что же в них так сердцу дорого
и мило?
И какая манит тайная к ним
сила?
 Эпитеты,
с помощью которых описывает автор Родину, не такие яркие и весёлые, как те
заморские , а наоборот ,«серые, плакучие» ,наводят на нас грусть. Может, мы с
рождения и привыкаем  к этим серым тонам, поэтому не любы нам «голубые моря»,
потому что прирастаем всей душой мы   к нашим «плакучим берёзам.
Все
произведение – это рассказ о любви человека к Родине.
Что же
повлияло на чувства поэта, почему он решил посвятить произведение Родине, в
котором не описывал прекрасные долины с разноцветными лугами и чудесными
лесами? Может, отмена крепостного права в 1861 году, затронула сокровенные
чувства в душе поэта?
На
протяжении всего стихотворения мы слышим мягкую женскую рифму, нежную ,
материнскую..Родина и мать неразделимы…

Анна Ахматова
Вижу выцветший флаг над таможней
И над городом жёлтую  муть.
Вот уж сердце мое осторожней
Замирает, и больно вздохнуть.

Стать бы снова приморской девчонкой,
Туфли на босу ногу надеть
И закладывать косы коронкой,
И взволнованным голосом петь.

Все глядеть бы на смуглые главы
Херсонесского храма с крыльца,
И не знать, что от счастья и славы
Безнадежно дряхлеют сердца.

Отзыв
о стихотворении Анны Ахматовой
«Вижу
выцветший флаг над таможней …»

   Проходят годы… Вот и
детство, юность остались позади. Теперь тебя беспокоят взрослые проблемы,
переживания, совсем не похожие на те детские волнения. Ты думаешь о любимом
деле, забывая об отдыхе, а не о том. как сбежать от мамы на свидание к
возлюбленному. Жизнь проходит… И всё, что у тебя остаётся, - это воспоминания.
Одинокими вечерами стоит лишь начать пересматривать старые фотографии, и ты не
заметишь, как полностью погрузился в мир забытых впечатлений. Ты вспоминаешь
детство, те смешные моменты, когда ты играл в песочнице с соседскими
девчонками, юность, когда идёшь на свидание к тому, кто ждёт тебя с цветами,
сорванными на соседской клумбе… потом вспоминается уже любовь… Так в царстве
забытой мечты сидишь долго, но потом чары волшебства развеются, и мы снова
возвращаемся в повседневную жизнь, полную суеты и забот. И всё, о чём мечтаешь
ты, - это вернуть время, вновь пережить счастливые моменты. Такие чувства и
желания овладели и лирической героиней в стихотворении А. Ахматовой «Вижу
выцветший флаг над таможней …».
Вижу выцветший флаг над таможней
И над городом жёлтую  муть.
         Прочитав лишь первые строки, мы
слышим ноты грусти. Возможно, лирическая героиня стоит на том месте, где
когда-то стояла в молодые годы. Прошло время, теперь перед её глазами поднят не
яркий флаг, а выцветший. И город постарел. Кажется, что всё вокруг
соответствует чувствам лирической героини. Когда она была молода, то и город
был ярок красками. Она стала старше – поменяло яркие краски и всё вокруг. Все
осторожней замирает сердце, больно становится дышать… Не от того ли, что весь
окружающий вид напомнил женщине о прожитых годах?   Деепричастие «выцветший»
совершенного вида, суффикс –ш- помогает увидеть и даже услышать процесс
старения города. В нашем воображении чётче становится картина, и мы словно
слышим шелест флага на ветру.
Стать бы снова приморской девчонкой,
Туфли на босу ногу надеть
И закладывать косы коронкой,
И взволнованным
голосом петь.
         И вот мы чувствуем
радость! Лирическая героиня мечтает вновь стать приморской девчонкой. Мечтает
надеть на босу ногу туфли.  Она мечтает вновь петь взволнованным голосом перед
дворовой публикой, мечтает вновь заплести косы и пойти играть с мальчишками! А.
Ахматова неспроста укладывает «косы коронкой». Ведь из давних времён повелось
так, что заплетенные в косу волосы могли носить лишь незамужние девушки. Вот и
наша героиня мечтает вновь стать свободной. Ассонанс на звук [а]: з[а]кл[а]дыв[а]ть, к[а]ронк[а]й--
помогает услышать нам беззаботное пение той ,когда-то молодой, женщины. А
размер стихотворения анапест помогает услышать – музыку к той, давно забытой ,песне.
Все глядеть бы на смуглые главы
Херсонесского храма с крыльца,
И не знать, что от счастья и славы
Безнадежно дряхлеют сердца.
         В первой строке
глагол употреблён в условном наклонении. Женщина уже почти вернулась в детство,
но помехой служит возраст. Наше лирическое произведение – маленький рассказ о
том, как становятся взрослыми люди, но в их сердцах всё еще живут те детские
несбывшиеся мечты, поэтому в стихотворении лишь повествовательные предложения.
Мы
видим, что, начиная со второй строфы, появляются союзы «и». Они связывают
времена – то беззаботное детство со взрослой жизнью. Да-да, именно связывают,
соединяя. Автор хотела сказать, что детство – самая радостная часть нашей
жизни, что никто не должен об этом забывать, и,  может, иногда даже взрослому
можно вновь стать ребёнком на несколько мгновений.
Стихотворение
началось и заканчивается грустной нотой. Почему же от счастья и славы дряхлеют
сердца?
А
может ,наши сердца дряхлеют не от возраста,  а от славы? Ведь когда приходит
знаменитость, то забываешь о главных ценностях жизни. Потом душа становится
темнее и безнадёжно дряхлеет сердце, тогда и детство забывается. Поэтому не
стоит ставить карьеру превыше всего. Сегодня ты знаменит, а завтра – нет. И
всё, что остаётся у тебя, - это душа и сердце. Если душа светлая, то будет
легко при падениях, а если главное для тебя слава, то, потеряв её, тяжело
представить дальнейшую жизнь.

И не спасут ни стансы, ни созвездья.
А это называется — возмездье
За то, что каждый раз,

Стан разгибая над строкой упорной,
Искала я над лбом своим просторным
Звезд только, а не глаз.

Что самодержцем вас признав на веру,—
Ах, ни единый миг, прекрасный Эрос,
Без вас мне не был пуст!

Что по ночам, в торжественных туманах,
Искала я у нежных- уст румяных —
Рифм только, а не уст.

Возмездие за то, что злейшим судьям
Была --- как снег, что здесь, под левой грудью
Вечный апофеоз!

Что с глазу на глаз с молодым Востоком
Искала я на лбу своем высоком
Зорь только, а не роз!
Марина Цветаева

Отзыв о
стихотворении Марины Цветаевой
«И не спасут
ни стансы, ни созвездия…»

   Гражданская война 1918-1920годы. Ужас
происходящего поглотил весь русский народ. Особенно тяжёлым оказалось это время
для женщин, которые разрывались между детьми, мужем и своими мыслями, когда
нужно совмещать любовь и боль… И каждая женщина, проживая следующий день в
мучениях, которые преподносила ей жизнь, думала о том, что же она сделала, за
какие грехи она теперь страдает? Такая судьба постигла и Марину Цветаеву. Это
время ей довелось пережить в тяжёлых условиях. Она как никто другой в своей
жизни испытала боль, которую выражала в своих произведениях. Одним из
стихотворений, в котором поэтесса пытается понять и объяснить нам, за какие
грехи она наказана, является стихотворение «И не
спасут ни стансы, ни созвездья…».
И не спасут ни стансы, ни созвездья.
А это называется — возмездье
За то, что каждый раз,

Стан разгибая над строкой упорной,
Искала я над лбом своим просторным
Звезд только, а не глаз.
Лирическая
героиня говорит нам, что «не спасут ни стансы, ни созвездья». Она даёт понять с
первых строк, что обречена. Это подчёркивает существительное «созвездие».
Может, автор употребила его, чтобы показать безысходность. Ведь по созвездиям с
древних времён предсказывали судьбу. Но теперь не нужно поднимать взор в небо,
изучать звёзды, чтобы сказать, что будущее лирической героини долго не
предвещает белых полос. Чувствуя это, героиня тяжело вздыхает, это нам помогает
услышать повтор гласной [а]: сп[а]сут, ст[а]нсы, с[а]звезди[йа]. Но почему так? Может, потому, что она была слишком высокомерна,
не видела реальность, а только думала о своём превосходстве над людьми. Она
осознаёт это и говорит: «Искала я над лбом своим просторным//Звезд только, а не
глаз». Лирическая героиня считала себя особенной. В то время, как у других
глаза, она думала, что у неё звёзды, что живёт под счастливой звездой, но
хорошее всё заканчивается рано или поздно.
Ах, ни единый миг, прекрасный Эрос,
Без вас мне не был пуст!
         Лирическая героиня
признаётся, что и без любви в некоторых случаях ей было хорошо. Об этом
свидетельствует повтор мягких звуков м[н¢]е, [н¢]е, [н¢]ежных.
Они создают обстановку уюта. Но почему героиня просит прощение у бога Эроса, а
не у Афродиты? Может она чувствует, что слишком виновна?
Что по ночам, в торжественных туманах,
Искала я у нежных - уст румяных —
Рифм только, а не уст.
         Женщина винит себя в
том, что ночью она искала не уст любимого, а рифм. Она предавалась своему
любимому делу, написанию стихов, вместо того, чтобы любить. Особенно заметны её
поступки на фоне метафоры «в торжественных туманах». Ведь не всегда есть время
побыть вместе с любимым, но даже когда это было возможно, лирическая героиня
предпочитала не любовь:
Возмездие за то, что злейшим судьям
Была - как снег, что здесь, под левой грудью
Вечный апофеоз!
         Читая эту строфу, мы
заостряем внимание на эпитете «злейшим», потому что находится в превосходной
степени сравнения. Злейшие судьи… Значит, возле героини было много людей,
которые её осуждали, кто-то злой, а кто-то злейший… Но как только её хотели
уничтожить, раздавить, она сразу же ускользала. Возможно, поэтому женщина
сравнивает себя со снегом. Ведь, когда снег берешь в руку, кажется, что сейчас
его раздавишь, но он превращается в воду и его уже не поймать…
Автор,
как и лирическая героиня, пыталась понять, за что она наказана судьбой. М.
Цветаева часто сравнивала себя с водой. Например, в стихотворении «Кто создан
из камня, кто создан из глины», поэтесса назвала себя тоже неуловимой морской
пеной. Видимо, в её жизни были такие люди, которые хотели подмешать в жизнь
поэтессы чёрных тонов, но это им не всегда удавалось. Лирическая героиня винит
себя снова за высокомерность, за то, что у неё «под левой грудью вечный апофеоз».
Все как обычно ,на первый взгляд, ведь все люди в некоторые моменты чувствуют
себя лучше других, но эпитет «вечный» указывает на то, что в данном случае,
чувство превосходства над людьми не покидало лирическую героиню ни на минуту.
В
данном лирическом стихотворении три строфы заканчиваются восклицательным
знаком. Лирическая героиня, словно добивает себя упрёками. Поэтому и размер
стихотворения ямб. Он помогает упрекать. Но не только знаки препинания
повторяются на протяжении всего стихотворения. В каждой строфе автор использует
лексический повтор – «возмездие», которое также терзает душу лирической
героине.
Что с глазу на глаз с молодым Востоком
Искала я на лбу своем высоком
Зорь только, а не роз!
         Под Востоком подразумевается любимый. Лирическая героиня
снова винит себя в высокомерности. Она считала себя звездой Востока – солнцем.
Она всё равно была выше любимого - в небе. Но ей всего стоило почувствовать
себя чуть слабее, и все было бы хорошо. Но, видимо, лирической героине мало
быть розой на земле, ей хлтелось  быть только звездой в небе. Ведь прекрасных
цветков множество, а солнце, дающее свет Земле, одно. .

О красном вечере задумалась дорога,
Кусты рябин туманней глубины.
Изба-старуха челюстью порога
Жует пахучий мякиш тишины.

Осенний холод ласково и кротко
Крадется мглой к овсяному двору.
Сквозь синь стекла желтоволосый отрок
Лучит глаза на галочью игру.

Обняв трубу, сверкает по повети
Зола зеленая из розовой печи.
Кого-то нет, и тонкогубый ветер
О ком-то шепчет, сгинувшем в ночи.

Кому-то пятками уже не мять по рощам
Щербленый лист и золото травы.
Тягучий вздох, ныряя звоном тощим,
Целует клюв нахохленной совы.

Все гуще хмарь, в хлеву покой и дрема.
Дорога белая узорит скользкий ров...
И нежно охает ячменная солома,
Свисая с губ кивающих коров.

Отзыв о стихотворении
Сергея Есенина «О красном вечере задумалась дорога…»

Наверное, у
каждого самые счастливые моменты связаны с отчим домом. Там прошло беззаботное
детство, первая влюблённость… Родительский дом навсегда останется светлым и родным
в памяти, куда бы тебя ни забросила судьба. Мы хотим обнять маму, которой,
может быть, уже давно нет на этом свете, прогуляться с отцом по лесу… Хотим
посидеть за одним столом с самыми родными людьми, хотим вновь ощутить себя
ребёнком. Но время, увы, не останавливается, когда мы этого пожелаем. Проходят
годы… И вот, ты уже вошёл во взрослую жизнь, появились дети. Хлопоты поглотили
тебя целиком. И лишь родной дом, место, где ты чаще всего бывал с семьёй в
детстве, тебя помнит и ждёт. В стихотворении Сергея Есенина рассказывается о
доме, который давно забросили хозяева, о том, как тоскует природа.
О красном вечере задумалась дорога,
Кусты рябин туманней глубины.
Изба-старуха челюстью порога
Жует пахучий мякиш тишины.
         О чём же думает
забытая всеми дорога? Может о том, что уже  она  невостребованна, потихоньку
зарастает травой, потому что здесь редко ступает нога человека, а машины и
вовсе не проезжают по ней долгие годы. Дорога смотрит на закат солнца,
очередной день погибает в объятиях красных лучей, и понимает, что и она уходит
вместе с ним. Изба-старуха наслаждается тишиной. Видимо, под избой автор
подразумевал пожилую женщину, к которой давно не заглядывали гости, и ей ничего
не остаётся, как слушать тишину. А нам уловить звуки  тишины  помогают глухие
согласные [п]о[х]у[ч¢]ие, мя[к¢]и[ш], [ч¢]елю[с¢][т¢]ью… А
звук [ш],
который находится в последних словах данной строфы: мяки[ш], ти[ш]ины,
помогает услышать в безмолвии лишь лёгкий шум ветра.
Осенний холод ласково и кротко
Крадется мглой к овсяному двору.
Сквозь синь стекла желтоволосый отрок
Лучит глаза на галочью игру.
Посмотрите,
как удачно подобрана метафора «Осенний холод ласково и кротко крадется мглой к
овсяному двору». Автор наречиями «лаково и кротко» даёт понять, что холоду жаль
забытую местность.  Он не может замораживать её и поэтому подбирается
незаметно, давая всему живому последний раз вздохнуть. Звуки вздоха мы слышим
благодаря ассонансу на звук [а]: [а]сенний, л[а]ск[а]в[а], кр[а]дётся. Складывается впечатление, что окружающий мир вот-вот
утратит силы жить. Вздыхая, мать-природа вспоминает о том, как когда-то в
далёком прошлом в забытом доме сидел мальчик и смотрел на весёлую галочью игру,
тогда всё казалось весёлым, не таким, как теперь. Прилагательное «желтоволосый»характеризует
мальчишку. Видимо, он был добрый и весёлый, и не думал ни он, ни природа, что
однажды уедет и забудет всю прелесть этого маленького мира – его маленькой
Родины.
Художественное
пространство представлено по-разному: лирический герой то смотрит на
крестьянскую избу снаружи, то пытается взглянуть вместе с отроком на галочью
игру. Автор показывает, что пусть дом старый, заброшенный, но всё же он с
удовольствием вспоминает о далёком прошлом.
Обняв трубу, сверкает по повети
Зола зеленая из розовой печи.
Кого-то нет, и тонкогубый ветер
О ком-то шепчет, сгинувшем в ночи.
И лишь ветер
нарушает тишину, напоминая окрестностям о былой жизни, но о ком он шепчет не
говорится. Автор не называет человека по имени, он заменяет его местоимением,
чтобы не причинять боль природе. И только зелёная зола не тоскует. Она , обняв
трубу, радуется. Зола со временем покрылась зеленью… Это ещё одно свидетельство
тому, что в дом давненько никто не заглядывал.
Кому-то пятками уже не мять по рощам
Щербленый лист и золото травы.
         Сергей Есенин рисует
картину осени, от чего становится ещё грустнее… Уже никто не будет мять траву,
никто не будет убирать опавшие листья… И лишь где-то вдали проносится крик
совы, которая из древних времён наводила страх на людей и придавала природе
ужасающий вид. Крики совы будто спрятаны в размере стихотворения – ямбе.
         В лирическом
стихотворении все предложения повествовательные. Наше стихотворение – рассказ о
заброшенной местности, потому даже заканчивается последняя строфа точкой. Люди
поставили точку на забытом и не хотят туда возвращаться.

Зимняя ночь
Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.

И падали два башмачка
Со стуком на пол,
И воск слезами с ночника
На платье капал.

И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.

Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
Борис Пастернак

Отзыв о
стихотворении Бориса Пастернака
«Зимняя ночь»

  Зимняя ночь… Что представляет каждый из
нас проговаривая эти слова? Может быть, тихий вечер, снегопад, тишину. А может
быть, вьюгу, ветер, бурю. О чем думал Б.Л. Пастернак, написавший стихотворение
«Зимняя ночь» в 1946г.,  в первый послевоенный год после . Казалось бы, вот она
наступившая умиротворённость. Однако спокойствие нарушает любовь. Ведь, когда
была война, времени на чувства не было. Люди думали совсем о другом. Но всё
закончилось, любовь стала одной из причин, благодаря которой  хотелось жить
после пережитого ужаса. В стихотворении Пастернака рассказывается о любви в
первую зиму после ВОВ, когда даже обычный снегопад напоминал о любимых, а
обычный зимний вечер казался волшебным. Начинается произведение так:
Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
         Первые две строки погружают зиму
в рай снежных хлопьев, метели! Холодная стихия-царица «всей земли». Нет
ощущения времени, места (мело, мело по всей земле). И лишь свеча горит… Она
пылает – не потухает надежда у влюблённого. Свеча в данном стихотворении –
символ счастья, любви…
Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.
         В этой строфе автор сравнивает
мошкару со снежинками. Как насекомые тянутся  к теплу и свету, так и снежинки
ложатся на оконную раму. Может, Пастернак употребил существительное «окно», так
как оно разделяет два мира. Первый – улица, вьюга, мороз. Второй, в доме, -
ласка, тепло, любовь. Поэтому и снежинки стремятся быть ближе к нежности. Ведь
когда берешь на ладонь их, то эта красота невольно заставляет подумать о любви.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
         Олицетворение «метель лепила»
можно сравнить с художником. Как творец пишет романтические картины на полотне,
так и метель рисует на стекле историю любви. Зима вылепливает стрелы для того,
чтобы указать лирическому герою, что вот она, твоя родная. В этой строфе Б.Л.
Пастернак использует повторение согласной [л]: мете[л¢],
[л¢]епи[л]а,
на стек[л¢]е. эти звуки – слова любви
лирических героев. А четырёхстопный неполный ямб стихотворения – музыка к
данной песне.
На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.
         Олицетворение «ложились тени»
говорит о том, что влюблённые хотят приблизиться друг к другу, но что-то их
останавливает, поэтому они видят на озарённом потолке свою мечту, свою надежду.
Но вот они приблизились… Скрестились руки, ноги… Скрестились их судьбы. Это
значит, что их жизни переплетаются и вскоре они  не смогут жить друг без друга…
Наверное, поэтому и рифма произведения также перекрёстная. У героев
переплетаются не только руки, судьбы, но и слова, мысли…
И падали два башмачка
Со стуком на пол,
И воск слезами с ночника
На платье капал.
         Возможно, в отношениях пары
что-то произошло… Теперь лирический герой один. На это указывают два башмачка,
потому что, если бы всё было хорошо, то их падало бы четыре. Может, девушка
ушла от возлюбленного ночью, поэтому теперь кажется, что обычный воск плачет
слезами на её платье, словно скучает…
И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
         В предыдущей строфе хорошо описан
внешний мир лирического героя (башмачки, пол, ночник), но что у него на душе мы
не знаем. Он теряется во мгле, не знает, что ему делать, куда идти. И лишь
свеча надежды горит, не угасает. Лирический герой верит, что она вернётся…
И вот в следующей
строфе это всё же случится. Оправдает девушка его надежды.
На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.
         Открылась дверь, подуло из угла
на свечку, и вошла она. Душою лирического героя завладел жар соблазна. Он хочет
подойти и обнять девушку, но у него возникают сомнения, будет ли она с ним
вместе или снова  уйдет.От его сомнений в строфе несоответствие. Соблазн – это
преимущество сатаны. Но после идёт сравнение «вздымал,  как ангел, два крыла
крестообразно».
   Всё произведение «Зимняя ночь» состоит
из повествовательных предложений. Это   стихотворение, словно маленький рассказ
о любви. Возможно, что Пастернак назвал стихотворение «Зимняя ночь», так как
девушка ушла ночью и вернулась ночью. А лирический герой из всей зимы запомнил
только эти моменты. Для него эти две ночи февраля, как одна…
Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
         Последняя строфа отличается от
первой двумя  строчками. В начале стихотворения не было ощущения времени,
пространства, а здесь уже автор показывает, что зима заканчивается,
заканчиваются и сомнения лирического героя. Теперь он уверен, что его любимая с
ним навсегда. Это подтверждает и кольцевая композиция. В последних двух
строчках употреблён ассонанс на [а]: свеч[а] г[а]рел[а]
н[а] ст[а]ле,
свеч[а] г[а]рел[а].лирический герой словно вздыхает: «Ах ,как хорошо,
что рядом, любимая рядом…»
          Стихотворение заканчивается тем,
что свеча остаётся гореть. Она не угасла… Этот огонёк утверждает победу жизни,
любви… Но будет ли он гореть вечно в душе лирического героя или угаснет, мы не
знаем. Всё зависит только от него. Его судьба в его руках… Также и у нас. Всё
зависит только от тебя самого. И будет ли твоя свеча гореть вечно, или угаснет
в первую же минуту, решать тебе!

Синяк
Галины Николаевны
След
А ты?
Входя в дома любые —
И в серые
И в голубые,
Всходя на лестницы крутые,
В квартиры, солнцем залитые,
Прислушиваясь к звону клавиш
И на вопрос даря ответ,

Скажи:
Какой ты след оставишь?
След,
Чтобы вытерли паркет
И посмотрели косо вслед,
Или
Незримый прочный след
В чужой душе на много лет?
Леонид Мартынов

Отзыв
о стихотворении Л. Мартынова «След»

   Человек… В чём твоё
предназначение? Для чего ты родился на свет? Для чего я родился? Для того чтобы
добиваться успеха? Славы? А может просто коснуться чьей-то души? Осторожно…
Нежно… И оставить в этой душе «незримый след»… Для чего ты?
Об
этом заставляет задуматься уже с первой строки автор стихотворения «След»,
начиная своё произведение так
А ты?
Этот
строгий вопрос с усилительной частицей «а» и таким          личным «ты»
располагает к себе, включая нас в число тех, кто должен след оставить…
След…
Но какой ты след оставишь? Так заканчивается второе предложение, осложнённое и
приложением (« и в серые, и в голубые»),причастным( «солнцем залитые») и
деепричастными оборотами   («входя в дома любые», «всходя на лестницы крутые»).
Почему столько осложнений имеет это по строению простое предложение, которое
переходит из первой строфы во вторую , занимает большую часть стихотворения и стоит
сразу же после вопросительно назывного? Вчитываясь ещё и ещё раз, понимаешь,
как лаконично, всего в одном предложении описана быстротечная и такая сложная
жизнь каждого из нас. Метафоры, осложнённые эпитетами («входя в дома любые —  и
в серые  и в голубые», «всходя на лестницы крутые»), говорят нам о тех, кто
познал горе ( «серые дома»), кто познал счастье ( «голубые дома»), кто добился
успеха ( «лестницы крутые»)… И вдруг:
П[р]ислу[ш]иваясь
к звону клави[ш]
И на
воп[р]ос да[р]я
ответ.
Как
будто лирический герой призывает аллитерацией на [ш] к
тишине: послушайте, какой ответ даст каждый из нас, какой ответ дашь ты… Он
надеется, что не просто дашь, а «подаришь». И эти звонкие , даже рычащие [р] в
очередной раз заставляют задуматься о том, каков ты.
Во
второй строфе абстрактное существительное «след» звучит согласно народным
традициям трижды, а два из них разделены союзом «или», который вынесен в
отдельную строку (почему-то вспоминается знакомое с детства  : «Налево
пойдешь…направо пойдешь…») . Разделительный союз подсказывает, что каждому
когда-то придется сделать выбор , какой след оставить. Первый– след, от слова
следить, после которого хочется «вытереть паркет». Даже нулевой суффикс (следÆ ¬
следить) говорит нам о ничтожности тех, кто оставляет таковой.
И след
тот, важный, который стоило бы написать с большой буквы, но он «незримый», то
есть не кричит о себе, зато «прочный», оставшийся даже в «чужой душе на много
лет».
В этой
же строфе, мы замечаем, что теряется ритм на строках:
След,
Чтобы вытерли паркет
И посмотрели косо вслед
         Во-первых, после
слова «след» - нет ничего, в очередной раз подсказывает нам автор о ничтожности
этого следа, о пустоте. Во- вторых, в ямбовый ритм врезался хорей… Не тот
размер… Не тот след! Этим приёмом автор отвергает этот след. Ведь он надеется,
что мы подарим ответ, то есть выберем «незримый», «прочный», но «преодолев
лестницы крутые» и за это получив « квартиры , солнцем залитые»--счастье ,
чистую совесть ..Еще раз перечитываешь стихотворение и невольно натыкаешься на
словосочетание  «звону клавиш»…Что за звон клавиш? Где он спрятан?И вдруг
понимаешь- «кру[ты]е», «зали[ты]е»-- ты , именно ты должен  оставить после
себя  этот второй , трудный , но чистый след!
   Всего три предложения… и
каждое из них рождает вопрос,и  заставляет всех задуматься, над тем, «какой ты
след оставишь?», призывая  выбрать именно этот «незримый прочный… на много
лет!»

Поведай тайну мне, Природа:
Ты в череде бегущих лет,
Зачем кого-то из народа –
Венчаешь званием - поэт?

И наделяешь даром скорби
И ликования, любя?..
И мне ответил голос горний:
Затем .чтоб выразить себя.

Поэт - мой слух. Поэт – мой голос.
Он говорит - я говорю.
Поэт – мой самый спелый колос
Из всех, которые творю.

И самый хрупкий и ранимый,
И самый твердый!.. Если ж нет –
Ищи ему другое имя-
Любое! – это не поэт!
Сергей Викулов

Отзыв
о стихотворении Сергея Викулова «Поэт»

   Поэт… В чём твоё отличие от
других людей? В чём твоё предназначение? Этот вопрос мучил всех творцов пера во
все века, пока не являлся на перепутье «шестикрылый серафим» и «жало мудрое
змеи в уста отверзшие» воздвигал.
         Мучит эта мысль и
наших современников, ведь, действительно, не каждого «венчают званием - поэт».
         И не просто так
Природа кого-то обрекает на это звание – так предполагает лирический герой
стихотворения «Поэт» С. Вакулова. Он пытается узнать об этом. «Поведай тайну…»
- вторит своему герою автор.
         И глагол
повелительного наклонения в единственном числе, и олицетворение (Природа),
включённое в вопросительное предложение, предполагают доверительный ответ. А
следом риторический вопрос:
И наделяешь даром скорби
И ликования, любя?..
         Многоточие предполагает ещё
какие-то вопросы, но «голос горний» прервал:
Затем, чтоб выразить себя.
         Значит, явился
серафим! Коснулся «перстами» нашего поэта! И синтаксический параллелизм,
Поэт - мой слух. Поэт – мой голос.
Он говорит - я говорю.
и ямб напоминают нам того Поэта, который
известен всем, на которого равняются последующие. Это ему сказал серафим:
«Восстань, поэт! И виждь и внемли! Исполнись волею моей!...» Эта параллель с
воззванием великого Пушкина прослеживается особенно в третьей строфе.
         Метафора, осложнённая эпитетом («Поэт – мой самый спелый
колос…»), ещё раз подчёркивает значимость творца в мире Природы –
матушки, хоть «самого хрупкого и ранимого, но самого твёрдого». В антитезе
«самый хрупкий» - «самый твёрдый», соединяются качества повторяющимся союзом,
то есть он может быть и х[р]упким, и [р]анимым, но всё-таки твё[р]дым,
а если же нет – ему «д[р]угое имя». Твёрдый [р] и твёрдое решение – быть поэтом. И уж совсем
категорично заканчивается четвёртая строфа – «…– это
не поэт!» Три восклицательных знака, два отрицания, краткие как удары,
предложения – это возглас ожившей матушки-природы.
Почему так, на
ноте отрицания, заканчивается стихотворение? Мы помним пушкинские строки,
венчающие стихотворение «Пророк» - «глаголом жги сердца людей!» Наверное, тут
представлен не только диалог лирического героя и поэта, но и диалог с А. С.
Пушкиным. Автор будто продолжает: если не будешь жечь глаголом сердца людей, то
ищи себе «другое имя - Любое! – это не поэт!».
СВИДАНИЕ

Засыплет снег
дороги,
Завалит скаты
крыш.
Пойду размять я
ноги:
За дверью ты
стоишь.

Одна, в пальто
осеннем,
Без шляпы, без
калош,
Ты борешься с
волненьем
И мокрый снег
жуешь.

Деревья и ограды
Уходят вдаль, во
мглу.
Одна средь
снегопада
Стоишь ты на углу.

Течет вода с
косынки
По рукаву в
обшлаг,
И каплями росинки
Сверкают в
волосах.

И прядью белокурой
Озарены: лицо,
Косынка, и фигура,
И это пальтецо.

Снег на ресницах
влажен,
В твоих глазах
тоска,
И весь твой облик
слажен
Из одного куска.

Как будто бы
железом,
Обмокнутым в
сурьму,
Тебя вели нарезом
По сердцу моему.

И в нем навек
засело
Смиренье этих
черт,
И оттого нет дела,
Что свет
жестокосерд.

И оттого двоится
Вся эта ночь в
снегу,
И провести границы
Меж нас я не могу.

Но кто мы и
откуда,
Когда от всех тех
лет
Остались пересуды,
А нас на свете
нет?

Отзыв
о стихотворении Бориса Пастернака «Свидание»

  Свидание…
Слово, предвещающее радость встречи. Ты не просто встретишься,  а «свидишься» с
любимым человеком! Название так и настраивает на эту счастливую встречу. Но
почему-то в первой строфе мы видим зимние картины:
Засыплет снег дороги,
 Завалит скаты крыш.
Холодно… Снег
заставляет лирического героя что-то забыть, но не получается – «за дверью ты
стоишь». Не забыть  её, она везде. Она одна…  И прилагательное «осенний», и
несогласованные определения «без шляпы», «без калош», и этот повторяющийся
предлог без – всё кричит о том, что она одна, без него! Простые предложения с
обратным порядком («Одна средь снегопада
Стоишь ты на углу.», «Течет вода с косынки
По рукаву в обшлаг,») как бы призывают всё вернуть, ведь это так просто «капли росинки»,
«вода с косынки», в глазах тоска – это слёзы, горечь: «Вернись! Прости!» Может,
лирический герой не преклонен, потому что не любит? Однако метафора («И прядью
белокурой озарены: лицо, косынка, и фигура, и это пальтецо.») и суффикс -ец-
(пальтецо) говорят нам  о чём-то близком, родном… Это же чувство усиливает
личное местоимение ты (тебя, твой), которое мы слышим или чувствуем в каждой
строфе. Да и чередование мужской и женской рифмы говорит о том же. Так что же
случилось? Почему они не вместе? И только в седьмой строфе мы понимаем
лирического героя, который суровым ямбом говорит ей:
Как будто бы железом,
Обмокнутым в су[р]ьму,
Тебя вели на[р]езом
По се[р]дцу моему.
Такое холодное и жёсткое сравнение («как
будто бы железом»), такие рыдающие звуки [р], [р¢] и ассонанс на [а] (к[а]к, будт[а], желез[а]м, [а]бмокнутым,
теб¢[а], м[а]ему, н[а]рез[а]м)! Страдание было! «Я отстрадал! -
говорит нам лирический герой. – И оттого нет дела, что свет жестокосерд.»
          Но почему «двоится вся эта новь
в снегу»? Лирический герой продолжает страдать? Или что-то новое в отношении к
нему появляется со стороны той, у которой «весь облик слажен из одного куска»? Почему
не может он «провести границу» меж ними? Нет! Еще не отстрадал наш герой.
Только простить не может и хочет забыть свою возлюбленную… Поэтому в конце
произведения мы слышим отрицательные частицы не (не могу, с[н¢э]гу).
Казалось бы, нулевой суффикс (новь  Æ) и повторении слова «нет» говорит нам, что всё
кончено, и лирический герой пытается убедить себя в этом. Однако «провести
границу меж нас я не могу». Появляется в конце местоимение объединяющее его с
любимой, которое дважды звучит в последней строфе, представленной в виде
риторического вопроса:

Но кто мы и откуда,
Когда от всех тех лет
Остались пересуды,
А нас на свете нет?
Всё это вселяет надежду на будущее, на то,
что любящие сердца, несмотря ни на какие «пересуды» и «жестокосердный свет»,
объединятся!

Зимняя ночь

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.

И падали два башмачка
Со стуком на пол,
И воск слезами с ночника
На платье капал.

И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.

Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
Борис Пастернак

Отзыв о
стихотворении Бориса Пастернака
«Зимняя ночь»

    Любовь… Возвышенная, неземная… Кто не
мечтает о такой? А сколько замечательных произведений посвящено этому светлому
чувству!.. Сколько эмоций, нежности и словесных жемчужин слышится в приходящих
на ум стихах: «гений чистой красоты», «Сияла ночь… Луной был полон сад», «Ты
пела до зари, от слёз изнемогая»…
Б.Л. Пастернак об
этом чувстве пишет как-то косвенно, иносказательно, как бы боясь обнажить
тайну, которая касается только двоих. Но это делает произведение более
возвышенным, просто переполненным любовью, нежностью, страстью… Для любящих в
этот момент неважно, что происходит за окном, потому, что «свеча горела на
столе, свеча горела.»
Образ свечи – это
символ неугасающего чувства, которое настолько сильно, что «всё терялось в
снежной мгле»… Эта метафора помогает нам понять, что двое забыли обо всём. И
зима им кажется летом, неважно, что «мело по всей земле», потому что «как летом
роем мошкара летит на пламя, слетелись хлопья со двора к оконной раме». Хлопья
и те завидуют их любви.
Назывные
предложения: «скрещения рук, скрещения ног, судьбы скрещения» - с параллельным
построением соединяют их надолго как бы благословляя… И не зря в предпоследней
строфе появляется образ ангела, который уподобляется «жару соблазна» и
«вздымает два крыла крестообразно».
«Скрещенья рук,
скрещенья ног», «два крыла крестообразно», перекрёстная рифма с чередованием
женской и мужской – всё ещё и ещё раз говорит о том, что это сильное чувство,
которое окрещено судьбой.
Благозвучие слышно
на протяжении всего чтения. Четырежды встречающееся «свеч[а] г[а]рел[а]
н[а] ст[а]ле,
свеч[а] г[а]рел[а]» с ассонансом на [а] придаёт мелодичность, так и
хочется пропеть гимн этой любви.
Но несмотря на
красоту и мелодичность, слышится ещё какой-то надрыв, какие-то мешающие этой
милой мелодии звуки: метель почему-то лепит к[р]ужки
и ст[р]елы, «стук» слышим «от башмачков»,
«на свечку дуло из угла». Что мешает возлюбленным? Почему появляется это
отглагольное существительное «стук», не очень то приятное сравнение «как летом
роем мошкара», твердый почти резкий звук [р]  и существительное «угол»? Что
всё-таки мучит наших влюблённых?
1946год… Первая
послевоенная зима… Да, ещё недавно «мело, мело по всей земле во все пределы.». Но
уже мело – глагол прошедшего времени! И «метель лепила» когда-то «кружки и
стрелы»… Война ведь закончилась, пусть этот надрыв остался, но всё в прошлом.
Вот почему в построении строф мы постоянно слышим противопоставление: с одной
стороны – метель, мошкара, снежная мгла, февраль; а с другой – «свеча горела на
столе, свеча горела»… И даже ямб не нарушает плавности и благозвучия этих
двустрочных повторений. Потому что жизнь продолжается, хоть, может быть, и
разучились за военное время любить, но только чувства от этого ярче. И пусть «воск
слезами с ночника», и пусть зима, февраль, свеча всё-таки будет гореть и
поможет забыть беды, горе. Это маленькое пламя возродит новую жизнь, потому что
так решила судьба и ангел, вздымающий «два крыла крестообразно», одновременно
перечеркивая все страхи и ужасы и благословляя любовь!

Отзыв о
стихотворении С. Островского
«Зачем архипелаги
открывать?»

Как определить
своё жизненное предназначение? На какой путь встать – на широкую или на
«торную, узкую» дорогу, которая терпит лишь избранных, лучших из нас, на
которой погибают ради научных открытий, идей? Не раз перед нами встаёт этот
вопрос, заставляющий принять решение и тем самым сделать выбор между «ужом и
соколом», Данко и одним из толпы, которая его растоптала… Вопрос этот мучит
каждого из живущих на планете под именем Земля.
Действительно ,«зачем
архипелаги открывать? Не лучше ли улечься на кровать?». Два предложения, оба
вопросительные. Но как отличаются! Первый провокационный подталкивающий к
философскому размышлению о смысле жизни… Зачем жить ради великих целей?! Второй
– риторический – сулит обыкновенную жизнь, спокойную, ничем не обременённую. Следующее
двустишье опять провоцирует, усиливая особое предназначение одних метафорой
«лететь к Венере и Луне» и опрощая путь других словами «они в окне». А дальше
мы всё яснее слышим это противопоставление двух типов людей – жизненных
антиподов:
Зачем у океана щупать дно?
В любом тазу заметнее оно.
И этот глагол «щупать», и существительное
«таз» и уже не вопросительное предложение, а повествовательное уничтожает своей
простотой и никчемностью ту породу людей, которая живёт за счёт открытий и
героизма других. Но , несмотря на то, что первая часть стихотворения
заканчивается повествовательным предложением, мы чувствуем негодование
лирического героя. И вот он этот упрёк-взрыв, выраженный местоименным наречием
«зачем», который нарастал из строфы в строфу и наконец выплеснулся в
настойчивое:
Зачем?
Зачем? Зачем?
Зачем? Зачем?
Кажется, это не просто вопрос, а какая-то
растерянность, недоумение тех, кто не понимает, зачем жить для других, можно
ведь довольствоваться только ничтожным, малым, тем, что имею я и сейчас.
          И вот мы слышим ответ:
                                      Да
всё затем, что иначе Земля
                                      Осталась
бы на уровне нуля.
Спокойный ответ, мягкий, даже ласковый.
Частица «да» придаёт какое-то добродушие и совсем уж нежное в конце:
                                      И те
стихи, что я тебе принёс,
                                      Погибли
б без есенинских берез…
И ассонанс на [с] (принё[с], бе[с],
есенин[с]ких, берё[с]), и многоточие в конце – это всё подтверждает
правильность позиции лирического героя. Он прекращает спор и нежно убеждает не
только ту, которая с ним спорила, но и нас всех в том, что «человек не стал бы
с четверенек в полный рост», если бы не было тех, кто летел к Венере и щупал
дно.
         На протяжении всего стихотворения
мы слышим скрытую антитезу – два взгляда на смысл жизни. Ведь, на самом деле,
каждый из нас не раз задавал себе вопрос:
                                               Зачем
сбивать затворы с теорем?
или
                                               Зачем
архипелаги открывать?
 Но уверенность, которую автор пытается
нам донести не только посредством лирического героя и его чувств, но и строгой
мужской рифмой и ритмом ямба всё-таки приводит нас к мысли: надо жить не только
для себя, но и ради великих дел, а «… иначе Земля» останется «на уровне нуля».

file_name: Отзывы Синяк Г.Н..docx

alt: Чижик Светланы Ночь на родине

alt: Вам на бедственном месте моём!

alt: О красном вечере задумалась дорога,

alt: Вот оно счастье и блаженство!

alt: В произведении это состояние передано чередованием точной (дорога - порога) и не точной (кротко - отрок) рифм, а двусоставные предложения, часто использованные в стихотворении, делают…

alt: Ведь такой вы представляете любовь?

alt: Убить любовь… Разве это возможно?

alt: Звучит немного пугающе, не правда ли?

alt: И не знать, что от счастья и славы

alt: Цедрик Алины Она сидела на полу

alt: Отдохну-ка, сяду у лесной опушки

alt: Но все равно в жилищах зыбких -

alt: Гоман Виктории След А ты?

alt: Затем ,чтоб выразить себя.

alt: И лико вания, любя?.. И мне ответил голос горний:

alt: Он тоже страдает-- умирает любовь…

alt: Из родного края в дальнюю сторонку

alt: И не спасут ни стансы, ни созвездья… »

alt: Кого-то нет, и тонкогубый ветер

alt: Сквозь синь стекла желтоволосый отрок

alt: Свеча горела на столе, Свеча горела

alt: Синяк Галины Николаевны След

alt: И на воп [ р ] ос да[р]я ответ

intro: в данный сборник входят отзывы учащихся 9-11 классов и учителя русского языка и литературы Синяк Г.Н.

title: Сборник отзывов на произведения русских поэтов