extracted_text:
Мама без страха и упрека

– Тебе хорошо, у тебя детей вон сколько! А у меня
сын единственный, так ты не представляешь, как я над ним дрожу!

Моя собеседница искренне полагала, что с появлением каждого
нового ребенка родительская любовь делится на всех детей. В действительности
она УМНОЖАЕТСЯ, как и страх за их жизнь и здоровье. Страх парализует и уродует
нашу жизнь, а главное – не приносит никому пользы. Наша боязнь сквозняков и
холодных луж не сделает ребенка здоровее. Аптечка, полная таблеток, не спасет
от осложнений после гриппа. А если представить, что на каждом шагу ребенок
может сломать руку, ногу или чем-нибудь заразиться – жизнь становится
совершенно невыносимой. Особенно у ребенка. Мы просто мучаем его своей
предусмотрительной заботой. Что же делать?
Я решила прежде всего сделать правильные выводы из своего
собственного опыта. Как-то сын (тогда еще единственный) в очередной раз
заболел. Вопреки своему правилу, которое унаследовала от родителей, – не
лечить детей фармацевтическими средствами, – я стала выполнять
рекомендации участкового врача. Мамы меня поймут: у ребенка такой горячий лоб,
такой надрывный кашель… А через несколько дней моего зайчика увезли в больницу
с подозрением на гепатит. Никакого гепатита у него не оказалось, и, перестав
принимать антибиотики, он быстро пришел в норму. Но то состояние не просто
страха – ужаса за ребенка и своей полной беспомощности – я помню до сих пор.
Пережить такое снова? Нет уж! А значит, нужно искать
кардинальное решение: сделать так, чтобы ребенок НЕ МОГ заболеть, чтобы
здоровье стало его устойчивым состоянием.
К счастью, мне не пришлось далеко ходить за ответом на этот
глобальный вопрос: в семье мужа были давно сложившиеся традиции здорового
образа жизни. Мне оставалось только вписаться в них. Сейчас, когда книги по
натуральной гигиене возможно найти на каждом книжном прилавке, это может
сделать любой.
Признаюсь, до сих пор мне не хватает пунктуальности, а
может, энтузиазма или некоторого фанатизма, что ли, чтобы в точности следовать
избранным принципам: закалка, правильное питание, при необходимости –
голодание. Но даже несколько правил, которые обычно выполняются в нашей семье,
чрезвычайно облегчают жизнь.
Так, исчезли без следа мои болезни, которые врачи называли
хроническими: бронхит, цистит, пиелонефрит… Десять суток голодания в свое время
дали мне возможность вопреки прогнозам врачей нормально родить и третьего, и
четвертого ребенка и кормить каждого из них грудью… до двух лет.
Нам трудно простудиться. Нет нужды, например, в шарфах или
домашних тапках, сквозняки гуляют по дому, как хотят (люблю свежий воздух), мне
не нужно проверять, тепло ли оделся ребенок – он выберет сам, как ему лучше,
замерзнет – придет. Промочил ноги? Шума и паники дома не будет. Переобулся – и
порядок.
Да, в эпидемию гриппа мы тоже можем поболеть – говорю же,
идеал пока не достигнут. Но болеем на порядок легче среднестатистического
россиянина: недолго и без осложнений. А главное – состояние нашего здоровья
стало во многом величиной понятной и прогнозируемой! Иначе говоря, мы можем
управлять своим состоянием, буквально «выключать» болезнь без всяких
медикаментов, так что наша жизнь стала намного спокойней.
Для тех, кто желает себе того же, могу перечислить постулаты
нашего семейства.
Первое и главное – еда должна быть как можно более здоровой.
Конечно, идеала достичь в наших условиях может не каждый, но решительно убрать
из своего рациона с десяток наименований не трудно.
У нас абсолютно нет спиртного, табака, лекарств. Совершенно
неприемлемы кофе, какао, шоколад и все изделия, которые их содержат. Избегаем
жареного. Не едим картошки и хлеба.
Вообще еда должна быть свежей и простой. Желательно как
можно больше сырых овощей и фруктов. Наши дети ели их ведрами, и сейчас они
тоже всегда на столе.
Мясо у нас, честно говоря, бывает редко. Во-первых, потому,
что мы не считаем, что оно должно быть обязательно в ежедневном рационе.
Во-вторых, по этическим традициям: два поколения Николаевых – вегетарианцы.
Все многообразие различных продающихся «пищевых» изделий,
начиная с конфет и заканчивая какими-нибудь колбасами, оставляет нас
равнодушными. Это не еда, а суррогат, и небезвредный.
При традиционном питании человек сам себе создает базу для
болезней.
Картошка и хлеб оставляют в организме шлаки, на которых
пышным цветом распускаются разнообразные воспаления. Где они возникнут у
конкретного человека, отделаетесь вы насморком или скрутит радикулит – разница
невелика.
Жареные жиры дают ангину и отдающую в затылок головную боль.
Я не говорю уже о различных якобы пищевых добавках и заменителях.
Конечно, если человек так питается всю жизнь, он не заметит
прямой связи между тем, что съел, и тем, чем заболел. Его здоровье очень
неустойчиво, и толчком к болезни способно послужить малейшее изменение внешних
условий: ведь иммунитет ослаблен вечной непосильной борьбой с чуждыми и
вредными компонентами питания. И тогда человек сетует: просквозило…
Второе. Едим тогда, когда действительно проголодались, и то,
что хочется, – речь, как вы понимаете, о нормальной натуральной пище.
Жесткий режим питания, которому нас учили с детства, не нужен – кто в природе
ест по часам? Обилие разных блюд в один прием пищи – тоже лишняя и
неестественная перегрузка пищеварения. В идеале питание должно быть раздельным.
Третье. Если уж кто-то из нас заболел, первое средство –
голод. Больной только пьет воду. Правда, в таком состоянии аппетит сам
пропадает. А когда появляется – нашему больному подаем сначала фрукты и соки.
Как правило, несколько килограммов цитрусовых (эпидемии случаются обычно зимой)
быстро ставят его на ноги.
Таким образом, облегчается (а может, снимается вообще) самая
острая проблема в жизни мам – страх перед детскими болезнями.
В большой степени возможно обуздать и страх перед детскими
травмами.
Как известно, есть истины, которые не усваиваются раньше
определенного возраста. Аналогично есть действия, которым ребенок просто НЕ
МОЖЕТ научиться, пока не достигнет соответствующего уровня развития. Поэтому
бессмысленно учить годовалого ребенка, например, обращаться с ножницами или
огнем. У него не выработана еще необходимая для подобных действий координация
движений, и полученный ожог или порез не станет для него уроком, как думают
многие родители.
Я предпочитаю просто убрать на недосягаемую для ребенка
высоту все опасные предметы (колющие, режущие, а также мелкие, которыми можно
подавиться, и так далее) до тех пор, пока малыш не начнет сознательно
руководить своими действиями и совершать достаточно точные мелкие движения.
Уверяю, что в таком возрасте он легко и быстро, а главное –
безболезненно освоит навыки обращения и с ножницами, и с иголкой, и с другими
подобными предметами.
Пока дети малы, четко выполняю правило: не ставить посуду с
горячим содержимым на край стола, на стол со скатертью, на стол, за которым
сидит малыш (даже если он на руках взрослого). Готовлю еду только на дальних
горелках плиты.
И все-таки один раз мой подопечный малыш получил травму. Сын
только учился ходить. Конечно, интереснее быть там, где что-то происходит. Он
быстро добрался до кухни и продолжил движение, опираясь руками на все попутные
предметы. Очередным из них оказалась… включенная духовка с уже нагревшейся
дверцей!
До сих пор страшно представить, что он испытал: невозможно
оторваться от опоры – но и невозможно держаться за нее! Какое из двух зол
меньше, ребенок сам понять еще не в силах. А значит, подобный экстремальный
опыт малышу и не нужен.
Ребенок растет – и надо приготовиться к тому, что он сам
будет решать, как ему собой распорядиться. Нельзя запретить ему лазить по
деревьям – но можно рассказать, на деревья каких пород залезать можно, а какие
имеют хрупкую древесину и не выдержат его веса. Невозможно (да, в реальности
это так) запретить купаться в речке без присмотра взрослых – но можно научить
не бояться воды, нырять и плавать. Невозможно уследить, где он носится на
велосипеде, но можно обучить правилам дорожного движения…
Словом, страх нужно перевести в разумное, рациональное
русло. И убедить себя, что наш ребенок сам знает, как ему поступать, и имеет
право действовать по-своему. А это означает – нам надо просто больше доверять
своему чаду.
Не раз и не два нас ждут ситуации, когда, кажется, ребенок
испытывает наши нервы на прочность: не предупредил, не позвонил, задержался… А
мы тут с ума сходим!
Я в таких случаях вспоминаю себя в его возрасте и нашу
тогдашнюю логику и вполне допускаю, что у человека могут быть ситуации,
отодвигающие домашний мир как бы на второй план. Помню, как тяжело возвращаться
домой, когда чувствуешь свою вину перед близкими. Поэтому стараюсь вести себя
так, чтобы дом в восприятии детей не становился оплотом беспокойства и
воплощением упрека – ни при каких обстоятельствах.
…Вот он вернулся – живой, здоровый, с виноватой улыбкой.
Оказывается, они просто заигрались в футбол, а велосипед сломался, шел пешком…
Согласитесь, именно о таком счастье мы мечтали все последние
минуты и часы. Неужели теперь, когда мечта сбылась, мы будем размениваться на
какое-то «воспитательное» брюзжание, упреки и выговоры? Меня хватает только на
то, чтобы обнять своего «блудного сына»…
А разбор полетов сделаю потом, на свежую голову. И начну их…
с себя! Что я, взрослый человек, должна сделать, чтобы такие трудные ситуации
не повторялись? Наверное, в первую очередь снабдить ребенка надежными
средствами связи, тренировать в нем собранность, внимание и ответственность.
Конечно, нужно больше разговаривать с сыном, дружить с ним, чтобы в его душе
надежно поселилась искренняя забота о близких…
Выражение, вынесенное в название этой главы, традиционно
относили к людям совсем иного рода деятельности: рыцари без страха и упрека…
Так говорили о людях большой силы духа, благородных и
великодушных. Мамам эти качества, по-моему, особенно нужны. Насколько мы найдем
в себе эту силу духа, благородство и великодушие, настолько сумеем вырастить их
и в своих детях.

Борьба с собой: кто победит?

Наверное, я не открою Америку, сказав, что быть добрым –
трудно. Порой очень трудно. Но недовольство, недоумение, негодование, которые
вызывают у нас самые разные негативные явления жизни, нельзя изливать на
ближних. Такое попросту несправедливо. Однажды поняв это, задумаешься: а куда
же девать все эти чувства?
Почему-то принято думать, что подобные переживания неизбежны
и их вредно сдерживать, хотя картина истерического поведения выглядит
отталкивающе, особенно если разворачивается в семье, на глазах у детей, а тем
более по отношению к ним.
К сожалению, мужчины успешно конкурируют с дамами своей
зависимостью от «нервов». Повышение тона, оскорбления, ругань, рукоприкладство…
В уважающей себя семье этого не должно быть по определению.
Известно: чтобы не загрязнять природу отходами производства,
нужно сделать производство и его отходы экологически чистыми. Подобным образом
«чистыми» нужно сделать и свои переживания. Не погрязать в болоте раздражения,
не пачкаться руганью, не унижаться до гнева. На первый взгляд это кажется невозможным.
Но выбора, я считаю, нет. Вернее, он очень прост: или мы воспитываем себя
добрым человеком, или нам никогда не удастся воспитать своих детей так, чтобы
быть довольными ими, не мучиться годами над разрешением их неразрешимых
проблем, не жалеть в старости о своих родительских ошибках.
Я задумалась об этом, когда вдруг заметила, что мой
трехлетний сынок бывает весел совсем не так часто, как мне бы хотелось и как
естественно было бы в его возрасте.
В чем же дело? Попробовала представить, как проходит его
день. Вот утро: подневольное вставание, сборы – и поездка в детский сад,
который он не любит. Но у мамы нет выхода, и он подчиняется. Вот долгий-долгий
день в ожидании чуда – вдруг мама придет раньше? Или приедет бабушка? Или
вернется, наконец, любимая воспитательница из отпуска?
Конечно, бывают и другие радости: друг вернулся с
больничного, или здорово с горки покатались, но они не становятся решающими.
Для маленького ребенка все-таки главным в жизни остаются мама, дом.
Но продолжаю свою мысль. Вот вечер. Одного за другим детей
забирают. Мой же каждый раз вздрагивает: «За мной? Нет…»
Наконец, появляюсь я. Конечно, я торопилась, как могла. Я
устала и нанервничалась на работе. И сейчас для меня предел удовольствия –
просто держать его за руку и тихо брести домой. Я отдыхаю. А малыш?
Он не успевает отдохнуть. Он уже сейчас знает, что эти
минуты коротки. И завтра ему предстоит такое же тяжелое испытание.
Он осторожно спрашивает, нельзя ли ему остаться дома. В
ответ я, конечно, раздражаюсь: «Сколько раз тебе повторять?!», «Почему ты не
понимаешь?..»
Мое раздражение не редкость и в другие моменты. Прошел в
грязных ботинках, разлил суп, настаивает на своем, ревмя ревет по дороге в
детский сад…
«Я не железная!» – и вот я уже позволяю себе и сердитый
окрик, и шлепок…
В общем, я была самой обычной мамашей. Иначе говоря,
считала, что ребенок должен выполнять какие-то требования и иметь какие-то
обязанности. Желательно – священные.
И только мысленный взгляд на все происходящее ЕГО ГЛАЗАМИ
заставил меня изменить свое мнение.
Я поняла, что отказываю своему ребенку в праве быть
счастливым, веду себя просто преступно по отношению к нему.
Судите сами. Работу себе я выбирала. Ребенку же выбора не
предоставила – отвела туда, куда удалось достать путевку.
Сама считаю, что ближние должны учитывать мое мнение в
решении тех или иных вопросов, особенно касающихся моей жизни, – ребенку
же такого права не дала!
Терпеть не могу, чтобы на меня повышали голос, и вряд ли
кому-то позволю – а «воспитывать» ребенка на повышенных тонах считаю вполне
допустимым…
Словом, честно представив себя глазами ребенка, ужаснулась.
Ведь я сделала его жизнь чрезмерно тяжелой. Оправданно ли это? «Жизнь такая» –
повторяем мы расхожую фразу. Но это не более чем фраза. Жизнь всегда «такая».
Но при чем здесь ребенок?
Итак, первое, что я посчитала необходимым для себя как
мамы, – научиться честно оценивать происходящее с точки зрения ребенка и
поступать в его интересах.
Вы спросите, что же можно было изменить в той ситуации, о
которой я рассказала?
Безвыходных положений, как известно, не бывает. Тогда я
отказалась от подработки – настроение ребенка важнее некоторых материальных
трудностей. Так появилась возможность пораньше забирать его из садика.
Сумела договориться с начальником и выкроить себе свободный
день среди недели за счет того, что часть работы делала дома. Вызвала на помощь
бабушку. Стала чаще дарить сыну маленькие радости: спрашивать, какую бы игрушку
он хотел иметь, и вместе с ним отправлялась выбирать очередной подарок… А найти
на это средства можно всегда: просто реже покупаешь себе «необходимые» вещи.
Этому правилу я следовала и позже. Могу сказать:
избалованным мой сын не вырос. Наоборот: уже взрослый человек, он умеет и любит
радовать родных и близких, легко делает подарки – дорогие и полезные. Рационально
организует свою работу, эффективно добиваясь желаемого результата. А главное –
он просто добрый и внимательный человек.
Если сказать коротко, мой ребенок научил меня простому
правилу: малыш должен быть счастлив каждый день, сейчас, сегодня. Ведь это его
единственная, неповторимая жизнь! А человек, любимый и счастливый с детства, и
в дальнейшем сможет построить свою жизнь удачно и успешно.
Наша родительская задача – обеспечить малышу «детство
золотое». Представляю, как сейчас погрустнели лица многих моих читателей: в
наших-то условиях… да где ж взять… тут на необходимое не заработаешь…
А я вовсе и не о деньгах. А о внимании и истинной заботе о
ребенке.
Поверьте, ребенок лучше всякого зеркала отражает наше к нему
отношение. И вот в классе передо мной двадцать таких «зеркал».
На этом, например, постоянное выражение недовольства. Даже
бровки все время сведены так, будто глаза «на мокром месте». Так и есть:
малейшая неудача огорчает до слез. А погоня за успехом становится самоцелью, и
некогда серьезно работать, ведь надо скорее «прозвучать»… Но вот похвалили
другого – и малышка спешит тут же в чем-то упрекнуть его, сообщить на него
учителю какой-то «компромат»…
Без сомнения, этому ребенку катастрофически не хватает
родительской любви и внимания. Видимо, в семье принято часто критиковать
ребенка, да и вообще друг друга. Атмосфера напряженной недоброжелательности,
царящая в доме, заставляет бедняжку постоянно «зарабатывать» крохи хоть
какого-то поощрения, одобрения. А в результате – невроз, дурной характер, неудавшаяся
судьба…
А вот другое «зеркальце»: мальчишка мыслящий, способный, но
сегодня опять как вьюн. Ясно: папа решил, что сыну полезно будет посмотреть
телепередачу, и тот снова не спал до полуночи. Недосып оборачивается
невнимательностью, гиперактивностью, а тема урока опять прошла мимо, и вместо
отличных результатов у мальчика все чаще замечаем посредственные. Похоже, не
ведая того, родители сами подрывают успешность деятельности своего сына.
А ведь как еще легко все исправить – сегодня, сейчас! Взять
себя в руки и выдернуть из своей души, как морковку из грядки, это ощущение
напряженной требовательности к своему ребенку. Пусть ему будет рядом со мной
хорошо, радостно, приятно!
Не сделал уроки? А какой выход вы предпочли бы на его месте?
Вот и скажите примерно так: давай вместе попробуем, мне и самой интересно!
Сидит, не отрываясь, у телевизора? А давайте уговорим своего
зайчика записаться в спортивную школу, или вместе сделаем стол для настольного
тенниса, или вкопаем столб во дворе с баскетбольной корзиной, или… В общем,
наладим ребенку хороший здоровый режим жизни.
Не сделал по дому, что вы велели? А с вами разве не
случается такого? Так и попробуем без раздражения и честно: ох, как я тебя
понимаю! Я сама терпеть не могу эту работу, но ведь надо! Как было бы приятно –
приходишь, а все уже чисто…
Известно: добрым словом и добрым отношением можно добиться
гораздо большего, чем любыми приказами и «директивами».
И вот теперь скажу, казалось бы, сама себе противореча: быть
добрым очень легко. Это наше природное, исконное, настоящее состояние. Это то,
чего всю жизнь просит не допросится наша душа. А мы не слышим ее и твердим,
упираясь и нервничая: надо, надо, надо… должен, должен, должен…
– Ну а как же! – воскликнет кто-то. –
Действительно, должен в школу, например, ходить!
А я, кстати, и в школу ходить детей не заставляю. Будильники
в нашем доме вообще запрещены, во всяком случае для детей.
Хочется утром поспать? Святое дело! Да, я искренне считаю (и
многолетний опыт это подтверждает), что достаточный и качественный сон – основа
здоровья ребенка, более того, обязательное условие его психического здоровья,
уравновешенности, хорошего характера.
Мы обязательно следим за тем, чтобы не только в младенчестве
ребенок как следует высыпался. Для этого все средства хороши: прогулки,
физические нагрузки в течение дня, тихая сказка, чтение перед сном или
укачивание на руках, теплое молоко с медом или фрукты и, конечно, тихая,
добрая, теплая атмосфера в доме.
И вот если мой спокойный, умиротворенный ребенок проспал урок,
он испытывает некоторый дискомфорт, объясняясь на эту тему в школе.
Естественно, в следующий раз он постарается избежать подобной неловкой ситуации
– а значит, скорректирует свой режим, ляжет с вечера пораньше, чтобы к школе
быть выспавшимся и бодрым.
А главное – он сделает это САМ: сам проанализирует ситуацию
(я разве что деликатно наведу его на правильную мысль), сам примет решение и
осуществит его. И на мой утренний вопрос: «Ну, как ты сегодня, сынок? Может,
тебе лучше еще отдохнуть?» бодро воскликнет: «Нет-нет, я в школу! Все отлично!»
Вы заметили, как легко и ненавязчиво мы добились желаемого?
А в подарок за доброту и выдержку получили целый букет радостей: ребенок берет
на себя решение своих проблем и прекрасно с ними справляется, учится
организовывать свое время умно и эффективно, и нам уже можно сбросить с души
груз этой заботы. Из «подгонялки» и «напоминалки» мама превращается… В кого-то
вроде доброй феи.
Наверное, уже понятно, что и в других случаях именно доброта
и понимание – самый короткий и естественный путь к преодолению трудностей:
конечно, нужно оставить малыша дома, если ему нездоровится. Конечно, нужно
пожалеть его и помочь, если он не хочет идти в школу из-за несложившихся
отношений с детьми или учителями.
Знаю немало случаев, когда семья переезжала в другой регион,
родители меняли профессию и образ жизни, чтобы перевезти ребенка в благодатный
климат, укрепить его здоровье или спасти от «плохой компании».
И такое, на первый взгляд, самоотверженное поведение
родителей мне кажется не только абсолютно нормальным, но и единственно
правильным. Присмотритесь к живой природе: большинство симпатичных нам живых
существ спасает свое потомство любой ценой. Прислушайтесь к себе: как часто
хочется просто прижать к себе свое чадо, «прикрыть собой» от невзгод и
неприятностей! Но что-то мешает нам довериться этому чувству. Мне кажется, это
ложно понимаемое нами чувство долга. Опять пресловутое «надо»! А надо ли?
Я осмелилась подвергнуть этот постулат сомнению и вот что
заметила. Оказывается, если ребенка постоянно хвалить, уважать его интересы (и
заботливо выращивать их) и не давить на него своими требованиями, он становится
не избалованным, как думают многие, а… самостоятельным и ответственным!
А мы, дорогие мамочки, опять получаем только радости.
Во-первых, это же очень приятно – говорить ребенку хорошее о нем. Во-вторых,
большое облегчение нашей многотрудной жизни – плыть по течению добрых
отношений, не беря на себя детских проблем и забот, а всего лишь эпизодически
помогая (если ребенок попросит об этом).
А благодатная почва, на которой и произрастает эта
«беспроблемность», – именно доброта в самом душевном, искреннем понимании
этого слова.
Надеюсь, мамочки хорошо меня понимают и уже обнаружили в
глубине души этот благодатный настрой – чтобы быть доброй, надо просто
разрешить себе это!
Сложнее с папами. Нередко их бывает трудно убедить в том,
что, например, физически наказывать ребенка стыдно. Почему-то многие считают,
что воспитать настоящего мужчину можно только через насилие и унижение.
В действительности все эти «безобидные», на первый взгляд,
шлепки, подзатыльники, да и детские драки совсем небезобидны. Это насилие по
отношению к слабому и унижение младшего, проявление истерии, недостойное
настоящего – тем более взрослого – мужчины. Наказывая таким образом ребенка, мы
учим его обижать другого – и больше ничему!
Знаю немало случаев, когда много лет спустя выросший малыш
вспоминает о подобном наказании с негаснущей обидой. Давно забылся сам
проступок, а оскорбление запомнилось на всю жизнь. Результат – порой
неисправимая трещина в отношениях с взрослым, которая долгие годы вредит обоим,
делает невозможным настоящее взаимопонимание родных людей…
Конечно, и мамочке стать постоянно, искренне, «хронически»
доброй может быть не так просто. И причиной этому – наша усталость, постоянное
переутомление, которое оборачивается повседневной непреходящей
раздражительностью. Вторая причина – физиологическая. Но есть управа и на нее.
Итак, начнем с физиологии. Что греха таить, при неважном
самочувствии мир нередко кажется недоброжелательным, близкие – равнодушными,
мелкие неприятности – великими проблемами… Это стоит заранее осознать и принять
меры, занявшись собственным здоровьем.
Стоит отказаться от взгляда на болезнь как на некую
неизбежность. Наше физическое состояние – результат в огромной мере
собственного поведения. Натуральная гигиена, природные оздоровительные методики
дают ошеломляющий результат.
Во всяком случае нужно четко разделить в своем восприятии
реальность и физиологию. Для этого следует раз и навсегда себе внушить: ребенок
никогда и ни в чем не виноват. Виноватыми можем быть только мы, взрослые. Если
ребенок капризничает, вредничает, «треплет нам нервы» – значит, мы не
обеспечили ему правильного режима дня, полноценного достаточного отдыха, не
позаботились о том, чтобы у него было вдоволь любимых занятий… Иначе говоря,
ребенка не в чем упрекнуть – упрекать можно только себя. Ну а если все-таки
душит обида и раздражение – осознаем, что это чистая физиология и на детей
выплескивать это настроение никак нельзя. Надо перетерпеть, отвлечься,
отдохнуть.
Хроническая усталость обычно создает замкнутый круг
раздражительности и нерешенных проблем. Но ведь наша задача – оградить от этого
ребенка.
В жизни так получается далеко не у всех. Присмотритесь к
мамам, гуляющим с малышами на детской площадке. Примерно пятьдесят процентов из
них обращаются с ребенком довольно напряженно: короткие резкие фразы, причем
часто без обращения, энергичные повелительные глаголы, преобладание запретов и
отрицания в высказываниях.
Вот несколько простых приемов, которые помогают преодолеть
эту дурную привычку (ведь все мы очень «добрые внутри»).
Первое. Стараемся не забывать ни при каких обстоятельствах,
что нам невероятно, удивительно повезло – у нас есть наш ребенок.
Второе. В речи (и мысленной тоже!) всегда и обязательно
называем своего малыша ласковыми словами. «Радость моя, солнышко, зайчик
милый…» Слово действительно обладает великой силой. Говоря ласковые слова, мы
невольно настраиваемся на спокойный лад, приятное тепло растекается в нашей
измученной душе, и теперь даже указание или замечание ребенку звучит как
похвала:
– Солнышко мое, ты еще не собрался?
– Как бы нам не опоздать, рыбка ты моя золотая!
Третье. Есть смысл на каждую ситуацию посмотреть глазами
ребенка и действовать в ЕГО интересах. Помните притчу о споре солнца с ветром –
кто скорее заставит человека снять пальто? Как ни налетал ветер – путник только
плотнее кутался в одежду. А стоило пригреть солнышку – и человек сам с
удовольствием разделся под его ласковыми лучами.
Точно так же и в наших отношениях с ребенком. Нам проще и
спокойнее быть добрыми, понимающими и терпеливыми – тогда мы добиваемся
желаемого без проблем, скандала и нервотрепки.
Я, например, предпочту, чтобы малыш тихо вывалил все белье
из ящика, наигрался им и отправился дальше в путешествие по комнате. Я так же
тихо незаметно все соберу – и все. Если же начну запрещать, закрывать ящик,
объяснять, каких трудов мне стоило все перегладить, – дело затянется
надолго, обернется слезами и ссорой. То, что ребенку действительно нельзя
трогать, нужно просто заранее убрать так, чтобы оно было для него недоступным.
Четвертое. Стараемся избегать негатива в своей речи (а
значит, и в мыслях).
– Не беги – упадешь! Зачем камни собирал? Смотри, руки
теперь грязные! Ну, что ты кричишь?
Но ведь нормальный ребенок и должен бегать, в меру падать,
собирать камни, щепки и прочую, с нашей точки зрения, дребедень! А где еще и
покричать, как не на детской площадке – не в квартире же вы согласитесь слушать
такие вопли индейца?
Поэтому ясно, что все подобные высказывания бессмысленны. К
тому же они недоброжелательны по форме – вы заметили, что в предложениях нет
ласковых обращений? Они вредны и по содержанию: в них нет конкретной полезной
информации, они лишь создают общее впечатление неясной угрозы ребенку и его
осуждения.
Поэтому самое лучшее, что вы можете делать на детской
площадке, – радоваться, что у вас такой замечательный ребенок, помогать
ему во всех его начинаниях (кроме опасных для жизни), а также петь или сочинять
стихи – в общем, жить в свое удовольствие, а не превращаться в брюзгу.
Чтобы применить перечисленное на практике, понадобится
слушать себя как бы со стороны и в то же время контролировать свой внутренний
настрой. Но эти усилия компенсируются с лихвой той благодатью, которая
воцаряется в душе, когда вы ПРИВЫКАЕТЕ БЫТЬ ДОБРЫМ.
И удивительное дело: вы обретаете как бы большую степень
свободы! Вы просто больше не раздражаетесь, не гневаетесь и не обижаетесь,
потому что научились понимать и прощать. Иначе говоря, по-настоящему любить
своих близких и создавать для своих детей самое главное – атмосферу доброты и
понимания.
Предвижу возражения: к какой же жизни вы готовите своих
тепличных детей? Разве справятся они с проблемами нашего сурового времени, если
не закалять их невзгодами сызмальства?
Отвечу просто: а вы присмотритесь, что происходит в теплице.
В благодатных условиях вырастает и крепнет прекрасная рассада. Растению с
такими корнями потом не страшны ни пересадка, ни засуха. А ради этого стоит
«поработать над собой».
И напротив – саженцам, которым с начала жизни пришлось
тяжело бороться за существование, трудно вырасти прекрасными деревьями. Травмы
раннего возраста могут серьезно подорвать их жизнеспособность.
А потому пусть дети с младенчества привыкают к тому, что
жизнь должна быть радостной и счастливой, и учатся делать ее именно такой.
А чтобы мы могли научить их этому, пусть всегда побеждает
самое хорошее, что есть в нашей душе.

Умей дружить

Я чувствовала себя предательницей. Кажется, сделала все
правильно, педагогически выдержанно, а покоя в душе не было.
А дело вот в чем.
Мы с сыном, которому вот-вот будет пять, гостим у
бабушки. Этим утром он, как всегда, играл в тихом зеленом дворе бабушкиной
пятиэтажки. А потом пришла соседка и пожаловалась бабушке, что внучек ругается
нехорошими словами на весь двор.

Что бы вы сделали на моем месте? Да, я, конечно, тут же
поговорила с сыном, растолковала, что он виноват, даже если просто повторял
незнакомые слова за приятелем, и должен обязательно извиниться перед
старушками, сидящими на лавочке, ведь он вольно или невольно их оскорбил своим
поведением. И, разумеется, отправила его извиняться.
Я видела, как моему парню труден этот шаг, но, тем не менее,
он сделал все как надо.
А я снова и снова мысленно прокручивала события этого утра и
вдруг поняла, что меня мучает: ДРУЗЬЯ ТАК НЕ ПОСТУПАЮТ!
Так может поступить начальник, посторонний воспитатель, но
не друг! Настоящий друг пойдет с тобой, разделит с тобой твою вину и твое
наказание. А я осталась «посторонним воспитателем»…
Умею ли я дружить со своим собственным ребенком? Какой он
видит меня, когда так доверчиво поднимает на меня свои светлые глазки?
Тогда я, кажется, едва ли не в первый раз задала себе этот
вопрос. До этого все казалось простым и ясным: я – родитель, моя обязанность –
воспитывать, то есть наставлять, критиковать, наказывать и поощрять ребенка. Он
– несмышленыш, «пустой сосуд», который я должна наполнить полезными знаниями,
навыками и умениями, а для этого нужны строгость, требовательность и
последовательность…
Но почему-то было удивительно неуютно в этом прокрустовом
ложе официальной педагогики того времени. (Да что там – и совсем недавно я
прочла в одной из центральных газет совет быть построже с шестимесячным (!)
ребенком, не спешить на каждый его крик, чтобы он… не управлял вами!)
Помню, как долго я пыталась разобраться в своих чувствах.
Что и, главное, НА ЧТО надо менять? Что меня не устраивает в моих отношениях с
сыном?
Ответ пугал своей честностью: фальшь, формализм, выдуманное
«надо» вместо искреннего и естественного «хочется»…
Я заметила показную бодрость своего голоса, когда обращаюсь
к ребенку при людях. Уловила «командирские» жесткие нотки, когда хочу быстрее
заставить его действовать по-моему. Вспомнила, каким чужим и раздраженным
становится мой голос, какой злой и твердой бывает рука, когда тяну его с улицы
домой, устав после рабочего дня…
А ведь ближе меня у него нет НИКОГО!
Сердце сжалось, когда я представила себя на его месте. С тех
пор это стало главным мерилом в моих отношениях с детьми – ставить себя на
место ребенка и стараться быть для него тем, кто нужен ему больше всего, –
настоящим старшим другом.
– Нет, Алеша, и не проси. Денег сейчас совсем нет. Я
вот на продукты заняла… Ну что ж, еще старой ракеткой поиграешь… Нет, я
сказала!
Как большинство работающих женщин, моя сотрудница
воспитывала сына в основном по телефону.
Весь наш коллектив знал: Алешка у Люды – парень
самостоятельный, добросовестный, учится без троек. А сейчас еще настольным
теннисом увлекся. Люда давно хотела, чтобы он спортом занялся.
Вот Люда положила трубку и грустно оглядела всех нас:
– Новую ракетку просит. Говорит, очень нужно, если
серьезно заниматься. Но цена…
…К вечеру мы опять собрались в кабинете, и Люда с
удовольствием показывала нам новую сумку:
– Правда, хорошая? Мне давно такую хотелось. Сколько
можно со старой ходить, она уже и потерлась. В долг взяла, до зарплаты…
Она радовалась, как ребенок. А цена сумки совсем ненамного
отличалась от суммы, которую сын просил на ракетку…
Друг поделится с тобой последним, считаем мы, и это стало,
кажется, аксиомой. Я уверена, что Люда раздобыла бы нужную сумму и для меня,
если бы понадобилось, и для каждого из нас в нашем небольшом дружном коллективе
– ведь мы были действительно друзьями. А вот для сына…
Помню и себя в подобной ситуации, и не могу себе простить,
как разумно и рационально поступила тогда.
…Мой малыш завороженно остановился возле игрушечной
подводной лодки. Она погружалась и всплывала, плавала, вращая винтом, и даже
взрослые любовались этим импортным чудом. Но стоило это чудо… едва ли не
десятую часть нашего месячного семейного бюджета.
Взвесив свои возможности на весах здравого смысла, я
оттянула сына от магазинной витрины, купила ему пустяковую машинку и объяснила,
что лодка нам не по карману. Но какой-то зуд в душе остался. Спустя некоторое
время я поняла, что меня мучает совесть!
«ДРУЗЬЯ ТАК НЕ ПОСТУПАЮТ!» – снова обвинял меня внутренний
голос.
Почему же очевидные и однозначные законы дружбы не
срабатывают в наших отношениях с собственными детьми?
Мне кажется, главная причина – в традициях воспитания,
сложившихся в каждой семье. Точнее, они навязаны господствующей идеологией,
которая учила многие поколения россиян: «Сегодня не личное главное, а сводки
рабочего дня».
Ведущими нотами общения взрослого и ребенка были критика и
требование (впрочем, так же, как и в общении начальника и подчиненного). В
условиях семи десятилетий нашей экстремальной истории в такой атмосфере выросли
несколько поколений наших соотечественников, и иные, более давние и, надеюсь,
более гуманные и здравые традиции воспитания были просто утрачены.
К сожалению, и сегодня многие родители просто копируют стиль
отношений семьи, в которой выросли.
Самое удивительное, что нередко они недовольны тем, как
относились к ним в детстве взрослые. Но к своим детям относятся именно так!
Стереотип, усвоенный в детстве, порой оказывается сильнее, оттесняя искренность
и честность, на которых нам сегодня хочется строить свои отношения с ребенком.
И, поверьте, вырулить на «тропу дружбы» с привычной «тропы войны» бывает
непросто. Но сделать это необходимо, если мы желаем добра себе и своим детям.
…В нашем подъезде хрущевской пятиэтажки детей было много.
Допоздна гуляли старшеклассники, носились то с велосипедом, то с мячом мы со
сверстниками, а наши мамы прогуливали малышей в колясочках – их у каждого
подъезда виднелось тогда три-четыре.
Наши соседи с третьего этажа были счастливой парой. Высокие
и красивые, они всегда привлекали к себе внимание прохожих, когда гуляли с
коляской. Оба молодые инженеры, они были людьми прогрессивными и дочку свою
воспитывали современно, без старорежимных предрассудков. Нередко мы подолгу
слышали плач маленькой Аньки – ее укладывали спать под открытой форточкой и без
всяких укачиваний. Брать малышку лишний раз на руки родители тоже считали
баловством – ребенка надо приучать к самостоятельности!
Шло время, Аня росла, но в ее правильных, даже красивых
чертах не было обаяния. Ее портило выражение какой-то неуверенности в себе,
потерянности, что ли, характерной для детдомовских детей. И еще – манера
липнуть к старшим, которые хоть как-то выразили к ней внимание. Когда к этому
добавились школьные успехи ниже среднего, репутация «гадкого утенка» сложилась
окончательно. Но, в отличие от сказки, чуда не случилось: подростком Аня
поссорилась с родителями и ушла из дома…
Не знаю, как воспитывала своих детей сама Аня, –
встречаться нам спустя годы уже не приводилось. Хорошо, если ей удалось
преодолеть комплекс бесприютности, который, мне кажется, создали у дочери сами
родители, идя на поводу у моды. А вот собственная юность и молодость принесла
немало трудностей и испытаний и ей самой, и родителям, которые так и не могли
понять, откуда у дочери такой трудный, неустойчивый характер.
Известно: малышу как воздух необходимо чувство защищенности,
безопасности, которое дать ему проще простого – только возьми маленького на
руки. Надежная психологическая защита, которую создают присутствие и любовь
родителей, помогает сформироваться нормальному, я бы сказала, естественному
характеру человека.
Ну а практически весь букет психологических проблем ребенка,
которые со временем перерастают в социальные, берет начало именно в нашей
ранней родительской «педагогической практике». У маленькой Ани с младенчества
не было ощущения надежности, устойчивости благополучия. Ведь родители норовили
то и дело оставить ее одну – конечно, исключительно из благородных
воспитательных побуждений…
Будем ли мы бездумно повторять житейские стереотипы старших
или последуем очередной педагогической моде – оказывается, даже не это
определяет результат. Главное, по-моему, наша искренность, преданность,
надежность в отношениях с ребенком. Вам это что-то напоминает? Согласна: это
опять черты НАСТОЯЩЕГО ДРУГА.
Вспоминаю давнюю телепередачу. Дошкольникам предложили
изобразить, как встречают их дома, если они, к примеру, на прогулке упали в
лужу. Дети легко вспомнили и изобразили весь набор упреков и негодующих
восклицаний, которыми традиционно встречают их мамы и папы в подобных
ситуациях. И только одна девочка ласково сказала с сочувствием: «Ах ты моя
милая! Ничего, я сейчас тебе помогу!»
Ей повезло – у нее была мудрая и добрая бабушка…
Не знаю, почему, но мне часто приходится слышать жалобы
родителей на своих детей. Маленькие дети, или подросшие, или сами уже стали
мамами и папами – родители смотрят на них «хронически критически».
Может, это у нас национальная традиция? Может, привычка
«отводить сглаз»? Но факт есть факт: нам проще и естественнее, оказывается,
упрекнуть ребенка, укорить, чем пожалеть и похвалить! И это еще одно
свидетельство нашего недружеского отношения к собственным детям. Ведь друг, как
известно, это человек, который в трудную минуту поможет, поддержит,
посочувствует…
– А зачем, собственно, дружить? – спросит
кто-то. – Родители есть родители, а не друзья-подружки!
Вот тут-то и сидит главная наша заноза. Мне кажется, что все
многообразие человеческих отношений сводится в конечном итоге всего к
нескольким законам, которые помогают нам стать счастливыми. Если мы, конечно,
не игнорируем их.
А точнее, закон-то вообще один: возлюби ближнего своего, как
самого себя. И вариант той же мысли: поступай с другими так, как хочешь, чтобы
поступали с тобой.
И не важно, какие человеческие единицы взаимодействуют –
целые народы, армии, вожди со своими вассалами или начальник – подчиненный,
покупатель – продавец, учитель – ученик, малыши на детской площадке или бабушки
на лавочке. Каждому воздается то, что он заслужил своим отношением к жизни, к
людям.
И если мы давим на ребенка своим авторитетом, заставляем, а
не убеждаем его быть таким, как нам хочется, не уважаем его собственные желания
и так далее, мы просто растим себе же большую проблему, домашнего «террориста»,
трудного подростка, затем неудачника, проблем которого нам хватит до гробовой
доски.
Мне кажется, давно пора понять: быть добрым, вежливым,
уважать другого – это не просто хорошо. Это ВЫГОДНЕЕ, чем враждовать! И
особенно ярко и наглядно это проявляется в семье, в наших отношениях с детьми.
Так сложилось, что мне много приходится общаться с детьми
разного возраста, а не только с собственными четырьмя сыновьями. И с годами все
больше убеждаюсь, что нет ничего проще, полезнее и педагогичнее в отношениях
взрослого с ребенком, чем добрая улыбка и дружеское понимание.
Поэтому даже в самые сложные моменты повторяю себе: умей
дружить!

Как отзовется?

Наши поступки порой учат детей совсем не тому, что мы
предполагаем. Думая, что учим выносливости, обучаем невниманию к ближнему.
Кажется, демонстрируем справедливость – на деле растим равнодушие и жестокость…
Как построить отношения с ребенком действительно справедливо? Наверное, ответ
на этот вопрос каждый из нас ищет и находит сам.
…Мы с сыном возвращались с работы. Да, хотя ему еще не было
и трех лет, мы ходили на службу вместе. Так сложилось – и работу не бросить, и
в детсад не устроить, и бабушка еще не приехала. К счастью, работала я, что
называется, не у станка и могла и покормить сына вовремя, и даже уложить днем
поспать на служебном диване. Тем не менее сейчас он еле переставлял ноги и
скоро вежливо попросился «на ручки». В руке у меня была, как обычно, увесистая
сумка, впереди – добрых полкилометра до автобусной остановки, а в голове –
длинная гирлянда всевозможных «надо»:
– Надо учить его преодолевать трудности!
– Надо не баловать ребенка!
– Смотри, а то так и будет на шее сидеть!
Словом, весь набор «педагогических» премудростей.
Я остановилась. Огромное солнце клонилось к закату, и даже
городской пейзаж не портил тишины и умиротворения весеннего вечера. И мне вдруг
отчетливо представилось, как через много лет я в трудную для себя минуту обращаюсь
к взрослому сыну с надеждой на поддержку и сочувствие.
– Ничего, маманя, держись! Немного осталось! –
бодро ответит он и поспешит дальше по своим делам, искренне полагая, что это и
есть родственные отношения близких людей.
В общем, дальнейшие трудности мы поделили по-братски: я
тащила его, а он крепко держал в охапке кое-что из сумки, «чтобы мне было
легче». И мне действительно так было легче.
Мы пришли домой друзьями, из которых каждый сделал для
другого, что мог. Ну а начни я учить его «выносливости»? Думаю, он усвоил бы
совсем другое. Например, что можно быть равнодушным, не замечать трудностей,
выпавших на долю ближнего. Ведь, как мне кажется, воспитывают не столько наши
дела, поступки, слова, сколько отношения, чувства, искренность, с которыми мы действуем.
Самое продуманное «воспитательное мероприятие» останется пустой скорлупкой,
если идет лишь от ума, но не от сердца.
…Очередь в детской поликлинике продвигалась медленно. Уже и
мамы устали от долгого ожидания, а о детях и говорить нечего. Взятые из дома
машинки и книжки каждому давно надоели, и мало-помалу незнакомые прежде между
собой малыши сбивались в пары, в стайки и бегали наперегонки по коридору или
играли в прятки вокруг колонн. Сильно шумевших мамы старались урезонить.
Мое внимание привлекла одна из мам. Она не сердилась на
своего мальчика и не ходила за ним, когда он скрывался за поворотом коридора.
Она тихо подзывала его к себе и задавала вопросы ровным бесцветным голосом:
– Я просила тебя не убегать?
– Да.
– Ты убежал?
– Да.
– Ты заслужил наказание?
– Да.
– Значит, и завтра ты не смотришь ни одного
мультфильма. Правильно?
– Да.
Ее малышу было не более пяти лет. Я видела, как он искренне
старался выполнить обещания, которые мама так же ровно и настойчиво заставляла
его давать: не бегать, не шуметь… Однако ноги сами несли его к новым друзьям –
ведь с ними так весело! И снова – бесстрастный голос матери, улыбка исчезает с
лица сына, и, подходя за очередным выговором, он будто становится ниже ростом и
бледнее. Можно было не сомневаться: мама твердо и последовательно выполнит все
перечисленное, и сегодня, да уж и завтра, ее сыну не светят ни прогулки, ни
мультики, ни игры с друзьями.
С одной стороны, невозмутимости мамы можно было
позавидовать. С другой – подобное воспитание больше походило на издевательство.
Свой «прейскурант» наказаний она, наверное, считала справедливым. В результате
же ребенок оказывался постоянно придавлен непомерным для него чувством вины и
вечного ожидания неприятностей. Давно известно: такое давление рано или поздно
даст отдачу, даже самая слабая личность в конце концов решится на протест, и
кто знает, в какую форму он выльется. Ясно одно: такая педагогика ни маме, ни
сыну счастья не принесет.
Как же найти, нащупать ту грань, где наше отношение к
ребенку будет действительно справедливым? Ответ на этот вопрос я услышала
только через несколько лет.
…Случилось так, что мы со свекровью моей сестры остались на
хозяйстве вдвоем. «Хозяйство» – это четверо детей моих и сестры в возрасте от
нуля до пяти лет, ну и все с этим связанное.
Конечно, старшие шумели и играли, принося в дом песок и
разбрасывая игрушки. Конечно, их топот и веселый смех порой мешали дневному сну
младших. Конечно, мои замечания скоро приобрели довольно высокую тональность.
Вот тут-то я и обнаружила разницу – Таисия Павловна, несмотря на многочисленные
заботы, оставалась невозмутимой. Гречанка, выросшая на Кавказе, она являла
собой воплощение родительской мудрости. «Дети есть дети» – эту простую мысль я
наконец осознала благодаря ей. Действительно, чего я хочу от детей?! Им по
природе положено резвиться, много двигаться, быть шумными и веселыми. Это
единственный и нормальный путь развития.
Мне что-то мешает? Так это исключительно моя забота, и дети
тут ни при чем. Лицо бабушки Тасо оставалось добрым, и как-то она всегда умела
договориться с этой оравой разбойников, в которую превратилась группа наших
«хрупких и нежных» детей.
Теперь всякий раз, когда, кажется, терпение мое лопается, я
вспоминаю: «Дети есть дети» – и ее слегка удивленный взгляд: разве можно этого
не понимать?
…Соседка кричала и кричала:
– Ничего себе, образованные! Сынок-то как матерится – я
и то таких слов не знаю!
– С чего ж ты решила, что это мат, раз не
знаешь? – только и сказала я, в растерянности приостановившись у подъезда.
Сына-детсадовца я держала за руку. Что, устроить ему сейчас же допрос при
свидетелях? Отругать? Выяснить, где это он нахватался словечек? Да ну, ерунда
какая-то!
– Показалось тебе, – ответила я, твердо решив сына
«не сдавать» ни за что. – Не может этого быть. Мой сын не ругается
никогда.
И потом, за ужином, я ни слова не сказала об этом инциденте.
Может, это было неразумно, но я чувствовала: моя безоговорочная вера гораздо
нужнее сыну, чем унизительный поиск истины.
Потом он подошел и тронул меня за рукав:
– Знаешь, мы с Вовкой действительно что-то орали, когда
прыгали через канаву. Я думал, считалка, звучало смешно, это он предложил.
– Я ж тебе говорила, никогда не повторяй незнакомых
слов.
На этом и закончился наш «скандал века». Думаю, не без
пользы: анализ и выводы сыну пришлось делать самому.
«Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется…»
Особенно – какой отклик найдет оно в душе ребенка.
Это можно только почувствовать.

Сломал игрушку? Молодец!

– Моя пятилетняя дочь не хочет рисовать, не любит
долго сидеть за одним занятием. А ведь в школе это будет необходимо. Как быть?

– Сын выучил алфавит еще в четыре года, а приучить
его к чтению не могу. С удовольствием слушает, когда ему читают вслух, а
попросишь самого прочесть хотя бы заголовок – убегает играть. Ему скоро шесть,
хочется получше подготовить его к школе. Что же делать?

Думаю, нам, родителям, во всех сколько-нибудь сложных
ситуациях с нашими детьми начинать надо с себя. Давайте внимательно разберемся,
что именно вызывает наше беспокойство.
Без сомнения, родители, задающие себе вопросы, подобные
приведенным выше, серьезно занимаются своими детьми, и в первую очередь их
образованием. Плавать раньше, чем ходить, читать раньше, чем говорить, освоить
музыкальный инструмент раньше, чем ложку с вилкой, – все это прекрасно,
если бы не одно «но». А именно: мы слишком требовательны к своим детям, и
требовательность эта идет не от нашего глубокого знания характера своего чада,
его возможностей и потребностей, а от мифического понятия «так надо».
Это «надо» ставит барьер между родителями и детьми, разводит
нас по противоположным лагерям, сеет между нами напряженность, дает нам,
родителям, в руки то кнут, то пряник и, вымотав все нервы, оставляет ни с чем.
Действительно: обучение из-под палки вырабатывает у ребенка только стойкое
отвращение к изучаемому предмету, и уж именно этого занятия он постарается
избежать в дальнейшей жизни. Так к чему наши усилия?
Выход из этого тупика мне видится таким. Выдерните из своего
сознания злосчастное «надо» (особенно это относится к впечатлительным,
ответственным и добросовестным мамам). В действительности надо только одно –
любить свое чадо, как себя, не больше и не меньше. Вздохните свободно, без
этого постоянного страха и угрызений совести, что ваш ребенок чего-то
недополучает, в чем-то отстает, до чего-то недотягивает.
На освободившееся место посейте радостное и свободное
понятие «можно». Можно дать кубики с буквами хоть годовалому ребенку. Вы же
листаете с ним книжку: «Это зайчик. Это мячик». Почему заодно не показать: «Это
А. Это Б». В два года начнет читать. Если, конечно, вы не будете настаивать, не
будете подменять прекрасное «можно» скучным и недобрым «надо». Двухлетний может
бежать настоящий кросс впереди вашего велосипеда – и полкилометра, и километр –
с удовольствием и гордостью, что он такой сильный и выносливый. В три года
ребенок может научиться ездить на двухколесном велосипеде без всяких
вспомогательных роликов – правда, тут поначалу потребуется ваша помощь. В
четыре освоит шахматы (ему хочется быть равноправным партнером по игре папе или
брату) и с удовольствием будет учить и вас.
Конечно, он может не бегать, не ездить и не играть в
шахматы, но это ничуть не хуже. Просто у него другой набор достоинств. И именно
их, эти достоинства, вы должны видеть и ценить в первую очередь.
Подготовиться к школе, тем не менее, желательно. Но наш
малыш, скажем, категорически отказывается читать, рисовать или лепить из
пластилина и заниматься другими упражнениями, столь полезными для будущих
школьников. Что это значит?
К шести годам обычный детский негативизм, стремление
отрицать все и вся, как правило, незаметно проходит. Почему у нашего ребенка
эта черта закрепилась? Причину опять ищем в себе. Видимо, мы сами натренировали
своего малыша именно на такое поведение своими постоянными упреками, недовольством
и огорчением. Что делать? Радоваться: у нашего чада твердый характер и хорошее
чувство самосохранения. Ну а нам надо срочно подумать над своим поведением: не
заставлять, не упрекать, не ахать: «Как же ты будешь в школе?!»
Видно, когда-то ребенок потерпел неудачу именно в том виде
деятельности, который мы ему навязываем, и не хочет снова попадать в тяжелую
для него ситуацию. Тогда пойдем к своей цели другим путем. Не любит
конструкторы – поручим ему разобрать, скажем, старый механический будильник.
Пусть он раскрутит его до последнего винтика. Подыщем и другие подобные
приборы, в которых попросим его «помочь нам разобраться». А может, мальчика
заинтересовало вышивание или вязание – не будем отпугивать его вопросами: «Ты
что – девочка?», а поддержим этот интерес. Ведь для развития моторики это очень
полезные упражнения. И нет ничего страшного, если мальчик научится вязать, а
девочка – работать отверткой.
Не любит рисовать? А дать ему расписывать часть стены в
комнате вы пробовали? А покрасить дверь или скамейку, да чтоб было «как ни у
кого»?
Пусть, наконец, ребенок просто занимается тем, что ему по
душе, без нашей требовательной дидактики.
Я знаю мальчика, для которого в раннем детстве лучшим
подарком были молоток и коробка гвоздей, старый утюг и даже испорченный
электросчетчик. И хотя маме хотелось учить его языкам и музыке, он таки чинил
мотоциклы и в студенческом возрасте обзавелся не роялем, а старыми «Жигулями».
Это, так сказать, счастливый вариант.
Я знаю и другого мальчика – сына двух кандидатов наук,
который исправно посещал все уроки и занятия, на которые определяли его
родители и бабушка, а подростком… сбежал из дома, где его постоянно упрекали за
не слишком большие успехи.
Таких переживаний никому из родителей не пожелаешь. Я
написала было: «Но все кончилось хорошо» – и задумалась. Так ли? Человек,
который был «недостаточно хорош» даже для родителей, вряд ли станет счастливым
героем в дальнейшей жизни.
Несколько слов о сломанных игрушках. Пожалуй, трудно найти
ребенка, которому за это не попадало бы от родителей, бабушек и дедушек.
Понятно, взрослому человеку трудно спокойно видеть бесформенные части того, что
совсем недавно было симпатичной вещью, за которую, тем более, деньги уплачены.
«Играть надо, а не ломать!» – пробуем мы образумить ребенка. Но если следовать
такой логике, то давно надо было бы… закрыть все научно-исследовательские
институты, а заодно и конструкторские бюро.
Действительно, каким образом можно изучить ту или иную вещь?
Конечно, выяснив, как она функционирует, как устроена и как первое и второе
связано между собой. Как действует новая игрушка, наш талантливый,
наблюдательный и сообразительный малыш понимает очень быстро. Затем следует
интенсивный процесс дальнейшего познания, анализ и синтез полученной
информации. Законы механики, различные конструкторские решения, способы и виды
креплений, технология сборки-разборки, устройство различных узлов, свойства
материалов – вот далеко не полный перечень того, что изучает и усваивает
ребенок, «ломая» игрушку. Кстати, именно таким путем – разбирая и разглядывая
изделия конкурентов – совершенствуют свою продукцию взрослые дяди и тети в
производственных фирмах.
Все это означает, что нам надо научиться немного иначе
смотреть на обломки еще почти новой машинки или до облысения отмытую куклу. Как
мы относимся к ручке, в которой кончилась паста, или к смятой салфетке?
Правильно, никак: вещь отработала свое, вот и все. Так же отработала свое и
сломанная игрушка: она научила нашего малыша тому, чему могла научить.
Дополнительную пользу из нее можно извлечь только в том случае, если мы видим
возможность ее хотя бы частичного восстановления. Принимаемся за это, конечно,
вместе с ребенком и… без всяких упреков!
Правда, малыш может ломать игрушки и по-другому. Вот снова и
снова он с силой бросает в дальний угол комнаты электронное чудо, которое
только что ездило, звучало, мерцало цветными огнями… Или с напряженным
выражением лица бьет друг о друга две коллекционные машинки, пока они не
деформируются и не начнут рассыпаться… Здесь налицо не исследовательская
работа, а, скорее всего, следствие переутомления ребенка. Как правило, так
агрессивно ведут себя дети, очень уставшие, находящиеся на грани невроза.
Причиной этого может быть хроническое недосыпание. Надо сказать, очень редко
родители следят за тем, сколько часов в сутки спит их малыш. И хотя в любой
книжке о здоровье детей можно найти научно обоснованные рекомендации о норме
сна для малыша любого возраста, родители редко принимают их всерьез. И это, к
сожалению, одна из самых распространенных и самых тяжелых родительских ошибок.
Подобное нервное перенапряжение может появиться у малыша и
тогда, когда он рано, раньше природного, естественного срока оказался оторван
от матери или по другим причинам недополучает внимания, тепла и доброты от
близких. Я бы назвала это синдромом нелюбимого ребенка. Он может возникать и у
детей вполне благополучных, обожаемых родителями, если им слишком мало удается
общаться с мамой и папой, которые постоянно заняты другими делами. Но это тема
для отдельного разговора.
Так что, как видим, игрушка нашего малыша может многому
научить не только его, но и нас, взрослых.
Что касается нежелания читать… Как говорится, вследствие
широкого распространения это приходится считать нормой. Кстати, часто ли наш
ребенок видит нас читающими?
Конечно, нет. Если вообще видит. Когда я берусь за книжку?
Ну, конечно, когда все дневные дела закончены, дети перемыты, накормлены,
уложены спать! Где же воспитание личным примером?
Эксперимент не заставил себя ждать и превзошел все ожидания.
Я уткнулась в любимый детектив посреди бела дня. На вопросы «Мам, что там
поесть?» или «А мне нужно белую рубашку!» мужественно отвечала, не вставая с
дивана: «Возьми сам, зайчик!» Когда включили телевизор, я перебазировалась с
книжкой в другую комнату, откуда иногда и слышался мой хохот по поводу
прочитанного.
Примерно на третий день такой прекрасной жизни я вдруг
заметила, что в доме давно стало тихо. Где же дети? Я обнаружила их в разных
углах дома читающими каждый свое. Оставалось только закрепить результаты – иначе
говоря, и впредь не зацикливаться на стирке-уборке, а просто заниматься любимым
делом, если хочу, чтобы оно стало любимым и для детей.
Добавлю, что этот номер прекрасно сработал у меня с
дошкольниками и младшими школьниками. Со старшими детьми, если время упущено,
приходится работать тоньше и дольше…
Похоже, мы с вами вывели несколько правил, которые стоит
принять во внимание.
Мы не считаем, что наш ребенок хуже других (это родительское
чувство, даже скрытое в глубине души, подрезает ребенку крылья).
Хвалим и ценим его за сегодняшние успехи и достоинства.
Уважаем его выбор: движимый и собственным интересом, он
достигнет гораздо большего, чем если будет руководствоваться только чувством
долга перед родителями.
И, конечно, читаем, читаем, читаем вместе – с удовольствием
и увлечением, про себя и вслух, веселое, грустное, интересное – разное…

Ребенок не ревнует – он просто хочет справедливости

Удивительно, как легко мы позволяем руководить собой
людям, мягко говоря, психически травмированным. И не только в разных социальных
сферах, но даже в быту, в повседневной семейной жизни они диктуют нам манеру
поведения, стиль отношений даже с нашими собственными детьми.
Мода на очередного популярного психолога постепенно
превращает его частный случай, личный взгляд на вещи в постулат, аксиому, чуть
ли не в закон природы. Между тем доля здорового скептицизма тут повредит
меньше, чем безоглядная доверчивость.

Когда в семье появляется еще один ребенок, от родителей
нередко можно услышать:
– Старший такой вредный стал! Ну, конечно, ревнует же.
Так называемая ревность старшего ребенка при появлении на
свет младшего воспринимается многими как явление закономерное и неизбежное.
Давайте присмотримся к этой ситуации повнимательнее.
Во-первых, ревность ли это?
Мы привыкли называть этим словом чувство, почти не
поддающееся контролю разума, едва ли не врожденное и физиологически
обусловленное. Думаю, переживания старшего из двух малышей имеют совсем другие
корни. А главное – эти переживания могут вообще не возникать, и зависит это в
огромной мере от нас, родителей. Да, именно мы по небрежности или духовной
глухоте несправедливо обижаем ребенка в этой ситуации. А несправедливость дети
ощущают особенно остро.
Конечно, с появлением грудного малыша наш старший кажется
нам «совсем взрослым», но сам-то он к этому еще не готов, и ему обидна наша
внезапная перемена отношения к нему.
Самая распространенная родительская ошибка в такой ситуации
– противопоставление. Тут оно идет обычно сразу по двум направлениям: между
родителями и ребенком и между детьми. Перегруженная заботами мама отмахивается
от старшего малыша:
– Поиграй сам, я и так устала! – и в то же время
отстраняет его от младшего:
– К нему нельзя! Ты его разбудишь! Не трогай его, лучше
вообще не ходи в ту комнату!
Вот тут-то и надо сделать над собой усилие и, несмотря на
усталость и перегруженность, просто оставаться доброй и справедливой к нашему
старшенькому. Это совсем нетрудно. Вот лишь несколько знакомых нам всем
ситуаций.
…Вы склонились над малышом и вместе со старшим разглядываете
его:
– Посмотри, какой он хороший! Какие глазки! А носик! А
ручки маленькие-маленькие!
Добавьте:
– Он напоминает нам тебя, когда ты был в пеленках.
ТАКОЙ ЖЕ милый!
…Ваш грудничок подрастает, вы радуетесь его успехам вместе
со старшим ребенком:
– Смотри, тянется за игрушкой. Ты в его возрасте так
здорово игрушкой стучал! Вот уже и у него получается. Молодец, прямо КАК ТЫ!
Мы с детьми одна команда – эту простую мысль нужно как
следует прочувствовать. Только тогда она может реализоваться. Так что имеет
смысл из старшего ребенка сразу сделать себе товарища и коллегу. Подать соску,
подержать бутылочку, проверить, не намокли ли штанишки у малыша, ему наверняка
под силу. А значит, у вас есть все основания повторять своему старшему:
– ТЫ ХОРОШИЙ помощник. Без тебя нам было бы гораздо
труднее нянчить маленького!
Вы заметили: мы лишь немного поменяли, так сказать, точку
отсчета. Традиционно отношения в семье в подобной ситуации вращаются вокруг
младенца. Он становится центром внимания. Между тем старший малыш воспринимает
это как несправедливость, и он совершенно прав. Ведь у нас с ним уже давние
добрые отношения, он заслуживает, чтобы к нему относились по-прежнему, что бы
ни происходило вокруг.
Давайте так и поступим. Центром внимания остается старший
ребенок. А уже ВМЕСТЕ с ним мы заботимся о младшем, который такой беспомощный,
слабый, неумелый и так далее.
Мы вместе смотрим на младенца снисходительно, по-доброму и с
уверенностью, что скоро он избавится от своих недостатков и станет таким же
замечательным, как наш старший. Ведь именно с него малыш во всем будет брать
пример.
Могу сказать, что такое отношение к детям начисто стирает
угрозу появления между ними так называемой ревности старшего ребенка к
младшему, а заодно и весь сопутствующий ей «букет»: ссоры, драки, жесткую
конкуренцию и прочий психологический дискомфорт.
Если ваши отношения со старшим сложились именно в ключе
добра и справедливости, он с большим рвением будет помогать вам. И, конечно,
промахи тут неизбежны, особенно если он не намного-то и старше вашего младшего.
Маме надо быть внутренне готовой к этому, стараясь предусмотреть и
предотвратить опасные ситуации. И… не слишком ругать старшего за допущенную
оплошность. Ведь он, в сущности, тоже еще совсем маленький!
– Катай отсюда и досюда и, пожалуйста, не балуйся! Я
скоро, – проинструктировав старшего, я на считанные минуты оставила на
него коляску с малышом. Проделать обратный путь бегом меня заставил громкий
вопль… старшего. Ужасная картина! Падающая набок коляска, как в замедленном кино,
и уже у самой земли из нее в дорожную пыль мягко выкатывается мой младший.
Старший вцепился в ручку коляски, но и она, наконец, шлепается наземь.
Представить, что случилось, было нетрудно: сын стал-таки
играть в гонщика, на крутом повороте не справился с управлением… Но
«замедленное кино» мне не померещилось: старший изо всех сил боролся с инерцией
и почти победил: малыш отделался легким испугом. Признаюсь, я высказала свое
мнение о «здоровых неслухах» в не самых дипломатических выражениях и… тут же
обняла его:
– Ты маленького просто спас! Не дай Бог, если б коляска
сразу упала…
Известно – детские впечатления яркие и помнятся долго.
Может, именно они многое определяют в нашей дальнейшей судьбе.
Моя одноклассница, девочка умная и старательная,
расстраивалась до слез от своей беспомощности перед родителями. Именно с нее
они строго спрашивали за все проступки младшей дочери – даже тогда, когда
малышка подросла и вполне уже сама могла за себя отвечать. Будучи
образованными, интеллектуальными людьми, родители искренне хотели воспитать в
детях серьезность и ответственность…
Девочки выросли, но тепла в их отношениях не прибавилось.
Это не ревность – ревновать некого, родителей уже нет на свете. Но какой-то
холодок, след давнего детского недовольства друг другом и обидного
соперничества неосознанно остался навсегда.
Совсем не этого желаем мы своим детям, когда в семье родится
второй, третий малыш. Пусть они будут друг другу первыми друзьями, надеждой и
опорой, радостью и поддержкой на всю жизнь – особенно тогда, когда родительской
опеки уже не станет. А значит, не стоит повторять фразы о якобы естественной
детской ревности. Естественно в этих отношениях совсем другое: любовь,
сочувствие, уважение – словом, «чувства братские».

Еще раз о детской ревности

Хочу повторить свое утверждение: так называемая ревность
между старшим и младшим ребенком – это исключительно результат родительского
равнодушия, невнимания к детям, к их потребностям и чувствам. Избежать этой
патологии в семейных отношениях совсем нетрудно. Достаточно просто перестать
принимать как аксиому мнение некоторых специалистов о якобы неизбежности этого
явления и… поработать над собой!
Откуда мы вообще взяли, что ревность, конкуренция за
внимание родителей обязательно должны возникнуть между детьми? Вдумаемся: когда-то
психически травмированный человек исследовал историю своего состояния, искал
корни своего нездоровья и подобного состояния своих пациентов. Прекрасно, если
его выводы помогают людям справиться с недугом.
Но почему предлагается и остальных благополучно
развивающихся особей этого же биологического вида заранее считать так же и
обязательно травмированными?
Я самонадеянно решила, что мои дети заслуживают лучшего. На
мой взгляд, конкуренция между детьми за крохи родительского внимания – это
позор для меня как матери семейства. Мы пошли другим путем – и не ошиблись.
Итак, у нас уже двое (трое, четверо…) детей! Как научить их
быть друзьями?
Мой внимательный читатель уже знает, как сделать появление
второго малыша в семье не только не дискомфортным, но радостным событием в
жизни нашего старшенького. Продолжим этот разговор.
Малыш подрастает, и наши дети все больше общаются. КАК?
Я считаю, что это ключевой момент и в нашей родительской
карьере, и в судьбе детей. Поэтому никогда не пускаю этот процесс на самотек, и
вот почему: я родила нескольких детей не по глупости или случайно, а намеренно.
Я хочу, чтобы у каждого моего ребенка с детства и на всю жизнь были верные
друзья, надежные люди, которые его любят и понимают. Я хочу, чтобы моему
подрастающему ребенку было радостней и интересней в кругу близких, а не в
подворотне или пивнушке. Я хочу, чтобы для каждого из моих детей забота о
ближнем была не пустым звуком и не противной обузой, а естественным состоянием
и удовольствием…
В общем, я много чего хочу. И все это надо делать своими
руками. Приступим!
…Так получилось, что наш второй сын родился накануне
очередного дня рождения старшего.
– Гошечка, вот тебе еще один подарок – братик! –
сказала я старшему, вернувшись из роддома.
И эта мысль оказалась прекрасной находкой. (Она пришла ко
мне из родительской семьи – мама называла подарками судьбы нас, детей, и было
нас у родителей пятеро.)
Думаю, в первую очередь такой настрой должен быть у самих
родителей. Тогда нашей бесконечной любви хватит на всех, и каждый ребенок будет
единственным в своем роде и неповторимым, и все будут любимыми одинаково – то
есть, безусловно и абсолютно. Так, что больше уже некуда.
И эта любовь сама нас поведет. Научит не сравнивать детей
между собой, а чувствовать, беречь и ценить уникальность души каждого.
И вот маленький подрастает. Он беспорядочно машет ручками, а
старший наклонился над ним и весело смеется, когда маленькие ладошки братца
задевают его по лицу. Конечно, мне очень нравится, что они рады друг другу. Но
как взрослый думающий человек я найду минутку подойти к ним. Мы повеселимся
вместе, а потом я возьму ручку маленького и поглажу ею старшего по щеке:
– Маленький хочет погладить тебя, Гошечка, но еще не
умеет. Вот как он любит старшего братика! Гоша у нас хороший-хороший!
Обязательно то же самое скажу и о младшем.
Я сама называю и проговариваю то, что хочу вырастить в их
отношениях.
Идет время – ручки малыша становятся все более сильными и
цепкими. От избытка чувств он шлепает нас по лицам или хватает за волосы –
больно! Нет, я не жду, чтобы старшему пришлось с «боем» освобождаться из
удушающих объятий младшего. И ни в коем случае не учу старшего давать сдачи
малышу.  Я опять просто показываю, каким путем можно мирно разрешить такую
ситуацию. Не раз и не два я спокойно, доброжелательно, но настойчиво разжимаю
ручки младшего бойца, если он вцепился в старшего.
– Гошечке так больно! Не надо братика обижать. Братик
тебя любит!
И обязательно предлагаю замену нежелательным движениям:
погладить брата по голове, ладушки в четыре руки с братом, ладушки ножками,
игрушки…
А старшему посоветую (очень по-доброму, как понимающему
коллеге) держать безопасную дистанцию, не позволять маленькому драться,
причинять боль старшему:
– Маленький очень хочет с тобой поиграть, но еще не
умеет! Он не хочет тебя обидеть, это у него нечаянно получается. Малыши просто
не могут своими ручками управлять!
Важно, чтобы у старшего не возникали раздражение, обида на
маленького. Поэтому стараюсь не взваливать на старшего ребенка свои
обязанности. Да-да, создать, вырастить их добрые отношения – это МОЯ
обязанность, обязанность взрослого человека. Самое непродуктивное в этой
ситуации, по-моему, это требование: «Ты должен, ты же старший!»
Прежде чем требовать, нужно научить. Вот этим и занимаемся.
Может случиться, что маленький будет уже осознанно повторять
агрессивные действия. Что делать? А все то же: доброжелательно ведем свою
линию. Могу выразить ее в нескольких принципах. Их, кстати, не устаю
проговаривать и комментировать вообще в разговорах с детьми:

Любая вражда, война – это зло. Однозначно, без
исключений. Поэтому вражды избегаем ВСЕГДА.
В войне НЕ БЫВАЕТ правых. Воюем – значит, неправы обе
стороны, надо искать другой путь.
КАЖДЫЙ из детей – мой любимый.
Свобода одного человека кончается там, где начинается
свобода другого. И это не зависит от возраста.

Итак, к практике – воплощаем перечисленные принципы.
Вот младший лупит старшего, хотя знает и понимает, что так
нельзя. Останавливаю (без шлепков и наказаний!) его руку и очень серьезно и
убедительно говорю:
– Ты очень хороший мальчик. Не делай так. Это плохо.
Гоше больно.
Или:
– Я не разрешаю тебе Гошу обижать. Ты мой любимый, и
Гоша мой любимый.
Или просто развожу детей (старшему – приятное поручение,
младшего – на горшок…). И младшему скажу о том, что они оба прекрасные люди и
как здорово иметь старшего брата…
– А если драться – брат просто не будет с тобой играть.
Представляешь, какая будет скука?!
Параллельно учу старшего гасить конфликты с младшим.
Убеждаю: их основа в том, что маленький еще просто многого НЕ УМЕЕТ. Достаточно
показать, научить – и все будет отлично. И постоянно хвалю старшего: за
выдержку, за хороший пример младшему, за доброту и понимание, за удачную игру с
младшим, за помощь…
Надо самой не забывать: наш старший действительно герой,
ведь ему, если честно, труднее всех!
Следующая ситуация: раздел игрушек. Едва ваш малыш обрел
хоть какую-то свободу движения, он всякий раз хватает и требует именно ту
игрушку, которую взял старший ребенок. Поэтому предпочитаю в такой период
игрушки-комплекты: наборы машин или человечков и животных, конструкторы и
всевозможные кубики, наборы для парных игр (две клюшки с шайбами или ракетки с
шариком…) и так далее. При этом всегда возможен равноценный обмен игрушками
между детьми.
Важный психологический момент: учим старшего уступать
младшему в его просьбах (обязательно вежливых!). Поясняем на принципе зеркала:
как ты относишься к маленькому, так и он учится относиться к тебе и другим
людям. Пожалуйста, помоги нам вырастить его вежливым и внимательным человеком!
Само собой разумеется, что и нам, взрослым, надо
строго-настрого научить себя не грубить детям и не унижать их злой или
насмешливой интонацией обращенной к ним речи.
И вторая ценная подсказка старшему:
– Старайся играть с малышом так, чтобы ему  было
хорошо.
Помогите ему на первых порах соразмерить свою силу, быстроту
движений с возможностями малыша – и скоро он не только сам не толкнет и не
напугает маленького, но и будет оберегать и защищать его всюду.
Дети очень отзывчивы на предложение всегда быть великодушным
героем. Прекрасная детская душа, кажется, именно для этого и создана. И если мы
даем старшему роль доброго покровителя, защитника и воспитателя младшего
ребенка, хвалим его за такие проявления и уважительно поддерживаем в глазах
младшего – он с искренним удовольствием будет именно таким Старшим Братом или
Сестрой. Вот в таком контексте слова «Ты старший!» становятся похвалой и
проявлением нашего уважения, а не упреком или требованием. А значит, неизмеримо
вырастает их эффективность.
Нам остается не забывать, что нянчить малыша – это,
вообще-то, наша  обязанность, и не стоит слишком взваливать на старшего
ребенка эти заботы.
Если наши дети заметно отличаются по возрасту, заботимся о
том, чтобы старший мог без помех позаниматься любимым делом. В присутствии
маленького это не удастся: младший будет выхватывать у старшего карандаши или
инструменты, мять и портить рисунки… Увещевания тут бессмысленны: малыш пока
еще не дорос до того, чтобы такое занятие его увлекало, он просто играет
по-своему. Помним, что примерно до трехлетнего возраста дети, как правило, не
могут сотрудничать в каком бы то ни было деле, каждый играет сам по себе.
Значит, просто выделяем старшему время и место для его
занятий, заботу о младшем берем на это время на себя, и объясняем маленькому:
– Брат занят. Не будем ему мешать! – и, конечно,
найдем веселое и увлекательное занятие и для малыша. Еще проще, если старший
займется своей работой, пока малыш спит днем, если сам он отдыхает в другое
время.
Может показаться, что я предлагаю нечто трудоемкое. В
действительности вы устаете гораздо меньше, чем если будете использовать
приказы, запреты и наказания.
А вот доброта и любовь, с которой вы будете действовать,
уверяю вас, очень заразительны. Еще более заразительны, чем пресловутый дурной
пример! И очень скоро – даже сразу – вы увидите прекрасные плоды своих добрых
трудов: победила дружба!

Чужой среди своих?

Вчера в магазине молодая мама спросила у меня совета, какую
подарочную чашку выбрать. Просто я случайно оказалась рядом.
– А вы спросите свою малышку! – ответила я.
Очаровательное существо лет четырех без колебаний указало на самое симпатичное
изделие. Мама почему-то промолчала, а я искренне похвалила выбор девочки.
Все дальнейшее путешествие по обширному торговому залу к
кассам девочка держалась к моей тележке гораздо ближе, чем к маминой,
показывала мне свои любимые витрины, и в заключение спросила:
– А вы завтра придете? Я с мамой приду!
Такие встречи вызывают у меня не столько умиление, сколько
саднящую душевную боль. Почему чужая тетя, мимоходом сказавшая ребенку пару
заслуженных (!) им добрых слов, становится ему дороже ближайших родственников?!
Ответ очевиден: да потому, что от родственников буквально
доброго слова не дождешься! А одобрение, похвала, просто выражение какого-то
нашего согласия, духовного единства нашему малышу не просто нужны – они ему
жизненно необходимы. Это кислород, который питает растущую душу ребенка.
О материальной пище мы не забываем никогда. «Ложечку за
бабушку, ложечку за дедушку…» Печеньице и сок на прогулку не забыть… А супчик
доел? А еще котлетку?..
Малыш отворачивается, плюется, наконец, отталкивает тарелку:
хватит! Но мы непробиваемы в своей воображаемой правоте.
А вот просит своей порции внимания душа ребенка: грудничок
попискивает, подзывая мать. Ему одиноко, страшно, и страх этот нарастает с
ужасающей быстротой. Разве мама не слышит этот крик души?
Слышит. Но стоит за дверью и мучается: входить или не
входить? Дело в том, что много десятилетий назад чей-то извращенный (иначе не
скажешь) ум изобрел какую-то очень странную с точки зрения здравого смысла
педагогику. Ее постулаты дошли до нас в виде следующих расхожих фраз:
«Не надо брать ребенка на руки – разбалуете, потом с рук не
слезет». (Но видел ли хоть кто-нибудь здорового умеющего ходить малыша, которому
нравится все время на руках взрослого сидеть?)
«Не подходи к ребенку сразу, как тот заплакал, а то
получается, что он тобой командует». (Полное искажение понятий, характерное для
людей с ущербной психикой. А если больной или немощный просит о помощи – тоже
отказывать, а то раскомандовался тут?)
«Нельзя показывать ребенку свою любовь к нему, а то возомнит
о себе…» (Полный абсурд, но, к сожалению, цепко укоренившийся в нашем сознании.
В результате наш подрастающий ребенок легко уходит от нас в чужую среду,
какую-нибудь секту, плохую компанию, влюбляется в человека, который нам
категорически не нравится и ему совершенно не подходит… Лавина проблем. А все
потому, что дома-то совсем уж холодно и неуютно из-за этой партизанской скрытой
любви…)
Перечень можно продолжать. Смысл этого давно устаревшего
метода ясен: духовно оторвать ребенка от семьи. Лет девяносто назад и в
последующие годы это было очень актуально в свете государственной идеологии.
Взамен человеку давалась мощная идеологическая поддержка общественных структур,
коллектива, детских и юношеских организаций. Таким образом успешно выращивались
прекрасные «винтики» общей государственной системы, добросовестные исполнители,
«дети Октября», а не своих родителей.
Времена давно изменились, а родители бездумно копируют
педагогику своих дедов и прадедов. Душа ребенка постоянно на голодном пайке!
Сами того не замечая, родители отталкивают ребенка от себя
уже с первых месяцев общения… КУДА? ЗАЧЕМ?
…В утренней маршрутке, как всегда, было тесно. Машина еще не
остановилась, когда малыш лет пяти с переднего сиденья встал на ноги и
приготовился к выходу.
– Зачем встал? Сядь, я сказала! Ты не соображаешь?
Сейчас ты у меня получишь! – с раздражением обрушилась на него мать.
Я не с Луны свалилась и прекрасно понимаю ее состояние:
хроническая усталость, недовольство жизнью, беспокойство за здоровье малыша…
Но давайте постараемся понять и маленького!
Он не виноват, что своим появлением усложнил маме жизнь. Но
он и безмерно украсил ее! О второй стороне медали мы в суете почему-то
забываем…
Он не виноват, что мама оказалась инфантильно не готовой к
тому, что забота о ребенке – это надолго. Интерес к малышу у многих и многих
мам, к сожалению, слабеет так же, как к новой игрушке или кофточке, и взамен
появляется неосознанное желание «отдать его в добрые руки»… Отсюда и это
привычное раздражение в голосе, граничащее с ненавистью…
К сожалению, «добрых рук» хватает не на всех недолюбленных
малышей.
Мы готовы первым делом осудить маленького. А хватит ли у нас
духу вдуматься, что же и почему он делает, допустить, что прав именно он?
Ребенок любит мать истово, преданно, безоглядно. Это его
природное состояние. Безусловная, безоговорочная любовь и доверие к матери –
просто условие выживания любого детеныша в природе. Начни пререкаться – живо
какой-нибудь хищник съест! Да и съели по ходу эволюции всех «свободолюбивых» и
«самостоятельных» не по возрасту.
Вот и наш утренний пассажир хочет сделать что-то хорошее
для мамы, порадовать ее. Ведь он чувствует ее состояние и всем сердцем болеет
за нее. Он просто не нашел ничего лучшего, как проявить свою энергию и
готовность к действию…
Причина может быть и в другом: мальчик гиперактивен и просто
не может  долго находиться в одном состоянии. Но и в этом случае он ни в
чем не виноват . Корни этого явления – в состоянии нервной системы
ребенка. А это – забота родителей и следствие их действий, но в любом случае не
вина малыша.
– Молодец, знаешь свою остановку. Только не забывай:
рано вставать опасно, малыш. Посиди еще минутку! – вот что в действительности
должна бы сказать мама мальчика.
Для меня до сих пор загадка, почему злобность и грубость нам
даются легче и «лежат ближе», чем доброта и понимание.
Сравним: количество слов примерно одинаково.
Душевное усилие для доброй речи несравнимо меньше, чем то,
что требуется для речи недоброй и грубой. Достаточно просто вздохнуть с
облегчением, отодвинуть от себя это лишнее, злое напряжение. Пора осознать, что
причина нашего невроза совсем не в действиях ребенка, и некрасиво срывать на
нем свое недовольство чем бы то ни было.
Эффективность грубого окрика только кажущаяся. Если мы
приучаем ребенка к окрикам, нам придется провести в окриках всю дальнейшую
жизнь с ним. И жаловаться потом: «По-другому он не понимает!»
Но на кого мы жалуемся?
Доброта же эффективна стопроцентно. Не спешите возражать:
«Разве всегда? А как быть, скажем, с малолетними преступниками?»
Дети-преступники – это результат преступной деятельности
взрослых, и мы говорим сейчас не о них. Речь о том, каким голосом, с какой
интонацией, какими словами обычная мамочка изо дня в день разговаривает со
своим ребенком-дошкольником…
– Что вы привязались к бедной женщине, у нее забота –
как прокормить ребенка, ей некогда рассусоливать! – скажет кто-то из моих
читателей.
…Я перевела взгляд за окно. Рядом с нашей маршруткой
затормозил у светофора роскошный «Мерседес». Водитель с гневно перекошенным
лицом обернулся к заднему сиденью и что-то выговаривал маленькой съежившейся
девчушке, из ее печальных глаз катились слезы. Она тоже получала «добрые
родительские пожелания» на предстоящий детсадовский день…

Вам очень нравится бить своего ребенка?

Да-да, я ставлю вопрос именно так. И давайте постараемся
честно на него ответить.
– Человек всегда выбирает и делает то, что ему больше
нравится, даже если ему кажется, что выбор ему навязан, – как-то сказал
мой сын-подросток.
Думаю, он прав. Но, чтобы полностью и убедительно ответить
на поставленный вопрос, зададим себе еще несколько.
Зачем мы наказываем ребенка?
Почему делаем это так, а не иначе?
Можно ли обойтись без наказаний вообще?
Итак, зачем мы наказываем ребенка? Ответ кажется очевидным:
чтобы прекратить его неправильные действия, научить вести себя правильно и,
наконец, чтоб он хорошенько запомнил эту науку!
Этот процесс предлагаю отобразить в виде вот такой формулы:
Наказать = остановить + научить  + и что же еще?
Как мы называем действия типа «око за око, зуб за зуб»?
Конечно, это месть. Малыш ударил соседа по песочнице – и получил от мамы по
попе. Сделал плохо другому – будет плохо и тебе. Казалось бы, логично. Что ж,
впишем это в нашу формулу:
Наказать = остановить + научить + отомстить.
А вот почему мы так легко и часто применяем физические
наказания? Ответ тоже всем ясен: так проще. Проще шлепнуть ребенка, чем
объяснять что-то. Шлепок понятнее. А главное – нам не надо напрягаться, думать,
изобретать велосипед – физические наказания вроде даже Священное Писание
одобряет, так что уж нам-то мудрить?
Ну и будем уж честными до конца: нам нужно сорвать на ком-то
свое раздражение, которое неизбежно регулярно накапливается в процессе нашей
непростой жизни, и сделать это проще и безопаснее всего именно на ребенке!
Конечно, не начальнику же грубить, хоть он и трижды неправ.
Это повредит карьере. Смолчу. Вряд ли мое раздражение будет приятно и мужу. А я
уже просто не могу держать в себе все эти отрицательные эмоции! Говорят, это
даже и вредно, нужна разрядка. И вот когда мой малыш в чем-то провинился – я
безудержно обрушиваю весь водопад эмоций на него…
Наша формула приобретает такой вид:
Наказать = остановить + научить + отомстить + сорвать
злость.
В естественности, логичности и неизбежности наказаний многие
родители вообще не сомневаются. А я хочу обратиться к мамочкам: скажите,
пожалуйста, положа руку на сердце, жалеете ли вы спустя какое-то время о том,
что наказали малыша?
– Да, – ответят девять из десяти мам.
– Часто, – добавит каждая вторая.
– Всегда, – скажут самые искренние. – Но ведь
нужно!
А начни я говорить что-то о природных установках – приведут
в пример медведицу, которая без долгих разговоров шлепает своих детенышей. Вот
именно: без разговоров! А у человека есть неоценимое преимущество – речь!
Я предпочитаю уважать свою природу, прислушиваться к
внутреннему голосу – голосу инстинкта, интуиции – к великой подсказке, которую
заложил в нас Создатель. Это просто: если всякий раз после наказания малыша у
меня плохо на душе, екает сердце или ноет совесть – значит, я делаю что-то не
так.
Но что же именно? Поостыв, я всегда переживаю, что наказала
ребенка сильнее, чем он заслужил. Поразмыслив, обнаружила, что точную, справедливую
«дозу» наказания отмерить вообще НЕВОЗМОЖНО! По-моему, этому мешают две
последние величины в нашей формуле. Да, там, где есть слепая злость и месть,
для справедливости места нет и быть не может.
Получается, наказание ребенка всегда  несет в себе
элемент несправедливости . А несправедливость дети чувствуют особенно
остро. Поэтому наказание оскорбляет, унижает, обижает, возмущает малыша, и
именно эти чувства выходят на первый план. Вы замечали, как часто приходится
слышать в разговоре взрослых:
– Родители часто меня лупили (шлепали, наказывали,
секли…). Не помню , за что, – наверное, доводил…
– Однажды отец меня высек. За что – не помню
уже. Но обиделся я на него страшно!
Так что же получается?! Мы стараемся, наказываем ребенка,
чтоб он «запомнил эту науку на всю жизнь», а он на всю жизнь запоминает только
обиду! Причем на нас же!
Я уже не говорю о том, что такие отношения и ребенка учат
уважать и применять кулаки и силу, а не ум, сердце и совесть.
Словом, я совсем не хочу мстить своему ребенку за что бы то
ни было. Это стыдно. Я не хочу срывать на нем злость – это несправедливо.
Поэтому стыдно вдвойне. Я просто навсегда вычеркиваю понятия мести и злости из
нашей формулы и из своих отношений с малышом.
Но тогда наше «морально-математическое» равенство нарушается
– наказание перестает быть таковым!
Наказать = остановить + научить + отомстить
+ сорвать злость .
Оказывается, наша родительская задача гораздо проще, чем нам
казалось прежде: достаточно только остановить ребенка, когда он не прав, и объяснить,
показать ему, как поступить лучше.
Все!
А чтобы по привычке не срываться на ребенка, полезно
крепко-накрепко внушить себе:
• ребенок не навязывался нам и не просил его рожать –
мы это сделали по собственной  воле и ради собственного удовольствия
;
• все, что нам не нравится в ребенке, – всего лишь
точное отражение нашего  характера и нашего  поведения;
• поэтому пора перестать воспринимать малыша как
противника, обузу и чуть ли не врага!
Его нужно просто любить и не скрывать этого.
И не верить древнему вранью, что плохим человек вырастает
тогда, когда его «мало били». Плохой – это тот, кого в детстве МАЛО ЛЮБИЛИ.
Итак, пора переходить к практическим вопросам: что делать,
если не наказывать? КАК остановить нежелательные для нас действия ребенка?
Тут, извините, приходится немного поработать. Причина
повышенной нервности ребенка (а это всяческие капризы, нытье, гиперактивность,
агрессивность, «вредничанье»…) – в первую очередь перенапряжение его
нервной системы, которое возникает из-за НЕДОСТАТКА СНА и нездорового питания!
– Да нет, спит он нормально, сколько хочет, – тут
же возражает мне мамочка. Но вскоре выясняется, что вечером малыш долго не
хочет  укладываться. А утром мама будит  его перед своим уходом, «а
то он расстроится, что не проводил». Нередко при этом и днем он не хочет
ложиться спать.
Перед нами классическая картина самой тяжелой родительской
ошибки.
Что нужно исправить?
1. НИКОГДА нельзя ребенка будить. Единственная
уважительная причина для таких действий – угроза его жизни: землетрясение,
пожар и тому подобное (не дай Бог никому!).
2. «Не хочет» в описанной выше ситуации означает «не
может». Это известный в психиатрии эффект: переутомленный человек хоть падает с
ног, но уснуть не может, нервная система находится в такой вот парадоксальной
фазе. Исправлять это нужно старательно и последовательно: хотя бы на
пятнадцать-двадцать минут раньше укладывать малыша вечером, сдвигая каждый раз
время его засыпания, пока наконец не придем к норме, когда ребенок засыпает в
восемь-девять вечера.
3. Для этого просто необходимо изменить свой режим
жизни: пораньше приходить с работы, чтобы иметь время спокойно пообщаться с
малышом до его сна. Не принимать вечером гостей в то время, когда малышу пора
укладываться. Не включать в этот час громкую музыку, телевизор и так далее.
Словом, интересы ребенка и заботу о его здоровье  необходимо реально
поставить на первое  место в списке своих дел.
4. Нам, мамочкам, желательно подготовиться к сложной
для ребенка ситуации. Вот мы, например, отправляемся с малышом в магазин и
заранее опасаемся скандала под лозунгом «Купи!!!». Ну, во-первых, хорошо
высыпающийся, по-настоящему любимый ребенок таких скандалов закатывать просто
не будет. А пока мы еще только на пути к этому совершенству, то поможем
маленькому. Договоримся с ним заранее: мы идем покупать то-то и то-то, а на
другое у нас денег не будет. В списке обязательных покупок предусмотрим что-то
радостное для ребенка – с уважением к его просьбе, его мнению. По пути
поговорим о том, как хорошо, что он (она) у нас уже такой большой и понятливый,
а то вот с маленьким трудно ходить в магазины, малыши все время плачут – купи
да купи! А разве возможно все купить – и в дом-то не поместится…
На эту тему можно веселиться в течение всего похода в
магазин, да и позже. (Пофантазируем, например, что мы купили ВСЕ НА СВЕТЕ
машинки или мячики, сколько времени – до старости! – понадобится, чтобы
поиграть ВО ВСЕ куклы, и как это надоест, и тому подобное.) Если мы
доброжелательны, терпеливы и искренни, скандалы исчезнут навсегда.
Подобным образом можно справиться и с другими сложными
ситуациями, стараясь предотвратить нежелательное развитие событий, вовремя
направить мысль ребенка в более продуктивном направлении. Если он агрессивен,
драчлив – еще на подходе к детской площадке поговорим о том, как хорошо и
интересно играть с другими ребятами, научим выражать свое недовольство словами,
подскажем варианты доброжелательных действий, с помощью которых можно разрешать
конфликты. Не забудем повторить, что другому человеку больно, когда ты его бьешь,
и этого делать не надо. Даже если вы выращиваете бойца, солдата, думаю, ему не
помешает в первую очередь быть человеком. А бойцовские качества отрабатывать,
например, на спортивных занятиях.
Ну а пока здесь, на площадке, нам придется быть начеку:
вовремя перехватить, остановить руку своего малыша, когда он занесет ее для
удара или царапанья «противника». Делаем это доброжелательно, но категорично и
снова добрым  голосом повторяем установку на «мирное решение вопроса».
Например:
– Нет, так не надо делать, дорогой. Мальчик задел тебя
нечаянно, и он сейчас извинится. Ведь вы же отличные ребята, а драться совсем
незачем, это неинтересно.
А если «противник» и не думает извиняться? Все равно гнем
свою линию, но стараемся никого из действующих лиц при этом не обидеть. Лучше,
наоборот, укреплять уверенность каждого малыша в его «хорошести». Например:
– А, малыш просто еще не научился говорить «извини».
Ничего, он скоро научится. Посмотрит на тебя и научится говорить вежливые
слова. Ведь ты у нас добрый и вежливый человек.
Скорее всего, нас ждет не один и не два таких эпизода. И это
нормально: не бывает обучения без повторения. Но нам хватит на это и доброты, и
выдержки. Более того, так действовать гораздо приятнее , чем кричать на
ребенка, ругать его или как-то еще наказывать. А главное – это эффективнее
. Примерьте на себя: когда у вас возникает желание исправить свои ошибки и
больше работать – когда начальник вас резко отчитал или когда похвалил и вежливо
попросил обратить внимание еще вот на это и на то?
Ну вот, вы меня поняли.
И еще некоторыми мыслями хочется поделиться. Мы жестко,
порой жестоко наказываем ребенка еще и потому, что подсознательно уверены в
собственной безнаказанности. С этим заблуждением хочется поспорить. Да, малыш
не может дать сдачи нам сейчас. Но ответ по заслугам  мы получаем
обязательно. Это характер подрастающего малыша, его поступки, которые могут
принести нам тяжкие переживания, его судьба, наконец, которая может сложиться
«необъяснимо» трудно и превратить нашу старость в кошмар…
Нет, это не мистика – при желании мы можем отыскать корни
неудавшейся судьбы человека в тех переживаниях, которые выпали на его долю в
детстве. И не надо забывать, что ребенок воспринимает все гораздо острее, чем
мы, даже если внешне это выглядит так, будто ему все до лампочки.
Еще одна причина того, что мы наказываем ребенка, – наш
страх. Да, мы боимся, что наше чадо вырастет, например, лживым, неуправляемым
или безответственным человеком, и стараемся навсегда пресечь подобные
проявления. И с перепугу перегибаем палку: ругаем и высмеиваем малыша за
прекрасные фантазии, наказываем за смелые возражения нам и непослушание, за то,
что увлекся любимым делом и забыл выполнить поручение… А в действительности нам
нужно ознакомиться хотя бы с элементарными сведениями о возрастной психологии
ребенка и не торопиться думать о нем плохо…
В заключение скажу: мне очень нравятся дети. Не только свои,
но и ученики, и подопечные, с которыми я работаю как няня, и те, кто просто
играет рядом с нами на детской площадке. Это умные, талантливые, искренние
люди, достойные настоящего уважения.
В наших отношениях просто не находится места для такого
уродства, как наказания. Наказание в любой форме – битье, ругань, злые нотации,
даже школьные двойки – это проявление нашей враждебности по отношению к
ребенку. Применять их – все равно что чинить кувалдой компьютер или разбивать
зеркала, если нам не нравится наше сегодняшнее выражение лица.
Заметьте: даже дрессировщики животных  давно, еще в
позапрошлом веке, отказались от метода кнута и пряника, оставив только
«пряник»! Согласитесь, есть над чем поразмыслить и родителям.

…Плюс здравый смысл

Чувствую, у кого-то из моих читателей уже возникла мысль:
– Ничего себе! Любить и не требовать ничего? Так детки
вообще на голову сядут!
Конечно, сядут. Если мы не включим в наши отношения великий
и могучий Здравый Смысл. Что я понимаю под этими словами?
Наверное, мудрость, справедливость, терпение и –
обязательно! – великодушие. Даже наоборот, великодушие нужно поставить на
первое место, иначе справедливость может незаметно обернуться жестокостью, а
мудрость подменится равнодушием.
Именно здравый смысл подсказывает нам, что первое, чему
нам стоит научиться, – это быть едиными со своими детьми, быть одной
командой , а не воспринимать свое чадо как противника, вечного оппонента, с
которым нужно бороться, бороться и бороться. Именно такая позиция – установка
на борьбу, негатив – звучит даже во многих ходячих фразах о детях и родителях.
Тут и «маленькие бедки…», и «не давайте им распускаться», и упомянутое «на
голову сядут»…
Борьба предполагает своим результатом победу над противником
или его уничтожение. Но нам-то нужно совсем другое – вырастить прекрасного
человека! А между тем дух борьбы так глубоко впитался в наше сознание, что мы
частенько вообще не замечаем, что по существу враждебно обращаемся со своим
ребенком.
Помню две картинки, которые с удивительным постоянством
повторялись всякий раз, когда я провожала своих ребят в Дом детского
творчества.
В просторном холле, где дети переодевались и собирались в
группы, чтобы отправиться по своим ансамблям и кружкам, эта семья невольно
притягивала к себе внимание окружающих. Энергичная мама звучно, с металлом в
голосе руководила своими дочками, а девчушки успевали не только сдать пальто в
гардероб и переодеться в спортивные костюмы, но и поссориться между собой,
помириться, подуться (по очереди) на маму, наконец, попрепиравшись, поладить и
с ней и, получив по звонкому маминому поцелую, убегали в зал.
Было очевидно, что это привычный и постоянный стиль их
общения – состояние хронической ссоры, которая то затихает, то вспыхивает
вновь, несмотря на то что они любят друг друга.
На другую маму я обратила внимание только тогда, когда
случайно оказалась на стуле рядом. Она говорила тихо, почти шепотом. Этот шепот
меня и поразил. Он был каким-то свистящим, слова растягивались, как будто их
выговаривали с мучением, а интонация… Это была интонация едва сдерживаемой
ненависти!
Так мама разговаривала с дочкой – маленькой умненькой
девочкой, которая делала все быстро и ловко. Дочка, похоже, изо всех сил
старалась не огорчить мать. Мне показалось, что она прекрасно справляется с
несложными сборами и без маминых указаний: порой эти распоряжения явно
запаздывали.
Но маму это не радовало. Наоборот, ее раздражение нарастало.
И когда девчушка, так и не сказав ни слова, наконец-то скрылась за дверью
спортивного зала, я, признаюсь, вздохнула с облегчением. Если мне, постороннему
человеку, было так тягостно выдержать эти несколько минут, каково же ребенку
постоянно терпеть подобный «домашний театр»?
Да, я считаю, что такое отношение к детям – это поза,
искусственная и надуманная. По какому-то трагическому недоразумению многие
родители до сих пор считают, что на детей надо постоянно влиять,
воздействовать, давить, чтобы «они стали лучше». И в подавляющем большинстве
случаев такое воспитание больше похоже на военные действия.
А ведь естественное, искреннее, настоящее наше состояние
совсем другое: дети – это радость и удовольствие нашей жизни. Они от рождения
прекрасны, чисты и талантливы. Они лучше нас, и это великолепно! Мы можем
помочь им укрепить все эти достоинства, развить таланты, но лишь своей любовью,
терпением и заботой.
Я далека от того, чтобы осуждать кого-либо из родителей, но
повторяю снова и снова: давайте же взглянем на себя со стороны, поставим,
наконец, себя хоть на минуту на место своего ребенка. Почувствуем, что он
переживает по нашей воле, нашему капризу или несдержанности…
Ведь он беззащитен перед нами. А если раним его и мы – он
беззащитен перед жизнью вообще.
…Моя коллега выбежала из кабинета начальника и, едва
усевшись за свой стол, расплакалась. Ее сын-первоклассник поднял голову от
тетрадки – после школы он всегда заходил к маме на работу сделать задание по
математике.
Совсем малыш, он раньше всех нас понял, что сейчас нужнее
всего его маме: отвлечь и порадовать! Он ласково тронул ее за руку:
– Мам, посмотри! – и протянул свой сегодняшний
рисунок, под которым красовалась большая пятерка с плюсом.
– Ты оставишь меня в покое хоть на минуту?! – со
всей яростью несправедливо обиженного человека обрушилась на него мать. –
Надоел! Видеть тебя не могу!
Мальчишка шмыгнул за дверь и плакал уже в коридоре. Мама
продолжала рыдать на своем рабочем месте, а мы, невольные свидетели
происшедшего, пытались исправить эту чудовищную несправедливость.
Как объяснить маме, что это была не назойливость и
бесцеремонность невоспитанного ребенка, а истинная, великая Любовь? Как помочь
ей увидеть то, что видели мы: боль за нее в глазах мальчишки и нежность, и
что-то еще, чего и не ожидаешь от ребенка, – какое-то взрослое рыцарство?
Средство от таких болезненных ошибок мне пока видится одно:
не думай о ребенке плохо, не жди от него зла, не подозревай, что он способен на
плохое! Он может сделать дурное разве что по незнанию или неопытности. Так
научи, объясни, помоги…
И это второй закон моего здравого смысла: ожидай от
ребенка только хорошего – и он оправдает твои ожидания .
Третий закон – природная сообразность.  Понятие это
очень широкое и включает в себя принципы натуральной гигиены, заботу о хорошем
физическом и психическом состоянии малыша и – обязательно – его социальную
адаптацию. Ведь человек – существо общественное. Все это стараюсь делать не
бездумно, а сверяясь с единственным авторитетом – природой. Уж она-то всегда
даст верную подсказку. Проблема в другом: сможем ли мы ее правильно понять?
…Мои соседи по домику на юге приехали на отдых с двумя
детьми. Одному не было еще и года, старшему шел четвертый. Подвижные и
энергичные, они куролесили каждый вечер почти до полуночи, да и днем отдохнуть
укладывались редко.
Неудивительно, что не раз и не два за день то один, то
другой малыш начинал капризничать, часто между ними возникали шумные стычки,
переходящие в плач в два голоса. Наконец, я решилась спросить, почему дети так
мало спят.
– А мы по природе! – ответила мама. – Не
хочешь – не спи! Зачем ребенка к чему-то принуждать?
И снова в их комнате допоздна горит свет, играет музыка,
взрослые ведут свои разговоры…
Похоже, мои соседи просто перепутали два понятия. «По
природе» совсем не означает «как попало» или «как получится».
Действительно «по природе» этот процесс выглядел бы так:
садится солнце, стихают голоса птиц, сгущаются сумерки. Искупавшись в
нагревшейся за жаркий день воде, люди с удовольствием укладываются отдохнуть в
долгожданной прохладе. Кругом тишина, лишь шелестит листва… «По природе» это
происходит никак не позже двадцати двух часов даже летом, а зимой – как минимум
тремя часами раньше.
Как мы заметили – по природе условия для сна выглядят
совершенно иначе, чем те, что создали для своих малышей эти молодые родители.
Кстати, по природе дети – замечательные существа:
жизнерадостные, толковые, дружелюбные и покладистые. Ведь бестолковых неслухов
природа отсеяла еще на заре человечества. Так что в основном проблемы, которые
связаны с воспитанием ребенка, взрослые создают себе исключительно САМИ.

Что делать, если…
Малыш обижает близких: бьет, кусает

Долгое общение с детьми и наблюдение за поведением малышей
привели меня к выводу, что дети подобным образом могут вести себя тогда, когда
не уверены в нашей любви к ним, когда им не хватает того количества внимания,
которое мы им уделяем. Потребность в любви (любви, выражаемой словами, лаской,
похвалой и так далее) у ребенка так велика, что он готов ЛЮБЫМ способом, даже
невыгодным для себя, обратить на себя наше внимание.
Я на такие проявления стараюсь отвечать позитивом (нет, не
хвалить за плохой поступок, а НАЧАТЬ с похвалы: «Ты такой хороший мальчик, я
тебя очень люблю. Не делай так, а то мне больно. А я хочу тебя обнять!»). И
показываем малышу, как лучше выразить свои добрые чувства: погладить маму,
принести ей, что она просит, обнять…
Стараюсь не «клеймить позором» ребенка, а спустить на
тормозах: ты ошибся, наверное. Ты не хотел мне сделать больно, ты же мой
любимый…
Такое наше встречное доброе поведение, часто упреждающее,
без осуждения малыша, исправляет даже манеру жестоко кусаться у детей
трех-четырех лет (был у меня и такой запущенный случай).
А вот оставлять без внимания поступки малыша, когда он
обижает другого человека, причиняет ему боль, считаю неверным. ОБЯЗАТЕЛЬНО
ПО-ДОБРОМУ объясню, как сделать иначе, что сказать, как поступить, чтобы
достичь цели мирным путем. Проговорю за малыша нужные слова, если он не умеет
или уперся, разрешу ситуацию вместе с ним, от его имени, обучая алгоритму
доброго поведения.
ДОБРОТА в воспитании ЭФФЕКТИВНА СТОПРОЦЕНТНО!

Ребенок капризничает, вредничает, не слушается

Наладить ровные, разумные, дружеские отношения с ребенком
помогает здравый смысл. Первое – учимся выдержке. Вдох-выдох – вместо
раздражения. Запрещаем себе срываться. Делаем своим правилом добрый взгляд на
ребенка. Затем выбираем из двух зол меньшее. Если малыш привык добиваться
своего криком, капризами – это надо менять, иначе ему самому будет трудно
общаться с людьми. Позиция отвечать тем же – то есть упрямством на упрямство
или возмущением на возмущение – неэффективна.
Делаем так: учимся дружить. Кричит? Ласково и спокойно
отвечаем: «Извини, но когда ты говоришь таким голосом, я ничего не понимаю!
Скажи, пожалуйста, понятно!» Крик повторяется? Продолжаем гнуть свою линию:
«Милый, я очень хочу тебе помочь, но не поняла ни слова, очень громко ты
говоришь!» Как только появились проблески нормального тона – сразу хвалим,
отвечаем, закрепляем успех.
Вместо сборов на прогулку бегает по дому с одеждой? Ну,
можем весело поиграть вместе пару минут, а потом выруливаем на нужные дела: ой,
а качели сейчас как раз свободны, надо скорей выходить на улицу, а то не успеем
– другие детки уже одеваются-собираются! То есть стараемся не давить, а
заинтересовать.
Вредность появляется от внутреннего дискомфорта. Постараемся
разобраться, откуда она берется. А пока размышляем над этим, учимся общаться с
малышом без противопоставления, без борьбы, как друзья – доверительно,
спокойно, великодушно. Вырывает книжку? Скажу: о нет, с книжками так нельзя, я
их очень люблю. А если дергать – книжка порвется. Как же я тебе тогда сказку
почитаю? Без сказки останешься? Мне тебя жалко! Не дергай так страницы, ладно?
Закатывает истерику? Пережду истерику, проговаривая что-то
доброе и вразумляющее вроде вышесказанного, помогу потом настроиться на хороший
лад, отвлеку каким-то приятным и полезным делом…
Как вы уже поняли, самое трудное – справиться с собой,
научиться быть постоянно РАЗУМНО доброй по отношению к малышу. Но это вполне
возможно, если поставить перед собой такую задачу.
А когда с собой справимся, на перестройку отношений с
маленьким ребенком может понадобиться уже не так много времени – буквально
несколько дней. Когда дружим – дисциплина появляется сама собой, капризы
исчезают в принципе, ребенок становится вполне вменяемым и отзывается на все
наши слова.

Малыш сосет пальцы

Обоснованным мне кажется мнение, что сосание пальцев связано
с психологическим состоянием малыша. Сосательные движения успокаивают ребенка в
отсутствие мамы и всякий раз, когда он чувствует себя одиноким или грустит по
какой-то другой причине. Но это касается именно сосания пальцев, как
соски-пустышки. А просто палец во рту может означать, что зубки еще растут или
малыш занят исследовательской работой – что это там такое…
Подобная ситуация была у нас с малышом, который рано остался
без грудного вскармливания. Кроме того, эта склонность, можно сказать,
наследственная – пальцы сосали в детстве и его родители. Для ребенка сосание
пальцев было своеобразной психотерапией перед сном, и мы не боролись с этим,
так как реально помочь могло разве что кормление грудью, а это было невозможно.
Отучился сын от такого засыпания уже во вполне сознательном
возрасте, лет около пяти, и чисто на положительных эмоциях: убеждали, хвалили,
поддерживали, праздники семейные устраивали в честь его успехов…
«Сосательный» палец почти не отличался от нормального. Хотя
у меня, мамы, которая в детстве сосала два пальца, они тогда были заметно
тоньше. Но это быстро прошло после отказа от сосания, тоже примерно в
пятилетнем возрасте. Надо сказать, что меня и грудью кормила мама немало,
намного больше года. И тем не менее… Может, это из-за особенностей нервной
системы? Более впечатлительный ребенок так сам себя успокаивает, что ли…
Еще есть мнение, что сосание пальца меняет прикус. По нашим
детям этого не скажешь. Зубы выглядят одинаково у сосавшего палец и у не
сосавшего ни пальца, ни соски. Зубы расположены так же, как у родителя, чью
форму челюсти они унаследовали.
В любом случае не предпринимаем никаких резких и срочных
мер. И, конечно, не осуждаем – прямая критика только самооценку малышу
занижает, а пользы от нее никакой. По-доброму советуем, ласково напоминаем,
хвалим…
Находим убедительные именно для нашего ребенка аргументы
против этой манеры.
«Так (с пальцем во рту), ты, например, похож на маленького
медвежонка, а когда не берешь пальчик в рот – на большого мальчика, который уже
как папа все умеет…»
Или: «Ой, жалко, что пальчик опять слюнявый, а я тебе новую
книжку хотела дать! Сходи-ка быстренько вымой ручки и вытри!»
Для себя я сделала такой вывод: пальцы сосет малыш более
впечатлительный, ранимый, чуткий, отзывчивый. Соответственно, и общаться с ним
надо мягче, бережнее, не торопиться «закалять» жесткими мерами, а помогать
окрепнуть его душе и воле. Такой малыш может вырасти человеком исключительного
благородства, самоотверженности, честности и, кстати, стойкости! Но есть
опасность, что если поспешим упорно лепить из него «настоящего мужчину», то
превратим его в закомплексованного человека.

Малыш стал мочиться в постель (мы переехали, и он скучает…)

У вас чудесный мальчик, он человек прекрасной души, чуткий и
впечатлительный. На месте мамы я бы действовала так:
1. Решительно запретила бы себе (это относится и к
другим взрослым в окружении ребенка) досадовать и огорчаться по поводу мокрой
постели ребенка, тем более показывать эту досаду и недовольство. Даже мое
молчание малыш воспримет как упрек. Поэтому мне нужно стать
оптимистично-уверенной: с этой временной неприятностью мы скоро справимся!
2. Больше всего в этой ситуации страдает сам малыш,
поэтому надо постоянно показывать ему, что наша любовь к нему незыблема и
безгранична, и такая ерунда, как мокрая простынка, не способна ее поколебать.
Ведь дети в таких ситуациях подсознательно пугаются того, что родные не будут
их любить!
3. Можно помочь маленькому и так: не поить его перед
сном чаями и соками. Раньше рекомендовали кисели, и это себя оправдывало. Очень
важен и режим сна: необходим достаточный сон, в том числе дневной. Тревожное
настроение мешает малышу засыпать, а потом сказывается переутомление, и он спит
беспробудно, не замечая, что пора встать на горшок. В любом случае дитя в этом
не виновато.
4. Судя по всему, причины такой ситуации – в основном в
переживаниях малыша. Жизненные обстоятельства могли поселить в его душе
тревожность, некоторую неуверенность в себе, что влечет за собой заниженную
самооценку. Это нервное напряжение и проявляется в таких вот физиологических
неприятностях.
Это можно исправить, создавая вокруг ребенка атмосферу
постоянной и безоговорочной любви и поддержки. Я бы использовала (и сама бы
создавала) любой повод, чтоб похвалить малыша – раз десять-пятнадцать в день,
не меньше. По поводу мокрой постели говорила бы, например: «Да ладно, не
огорчайся, это скоро само пройдет. Это у многих бывает – даже у больших.
Например, когда очень устал. Вот в выходные, мой дорогой, выспишься, отдохнешь
как следует – и сам увидишь, все будет налаживаться!»
Иначе говоря, постоянно даем маленькому установку на
положительный исход событий.
Даже если никаких изменений к лучшему пока не заметно,
следует найти, за что стоит похвалить ребенка.
5. А всякую критику в адрес малыша исключила бы вообще.
Необходимые по жизни замечания всегда можно сформулировать в виде пожеланий и
добрых подсказок.
Наша задача – снять напряженное внимание к этой проблеме,
которое только мешает маленькому, и укрепить его уверенность в своей
«хорошести» и нашей любви к нему.

Ребенок тащит в рот все, даже камешки. А если запрещать – получается еще
хуже!

Да, вы правы: запрет в таких случаях не действует, малыш
играет с нами в «Ну-ка, отними!».
Подобный случай у меня был, только ребенок собирал и совал в
рот окурки (!), и мама ничего не могла с этим поделать. Сразу скажу: у меня он
не донес до рта ни одного, а очень скоро об этой проблеме мы вообще забыли. Что
я делала?
1. Не спускала глаз с малыша, чтобы вовремя остановить
его руку. Отвлекала интересными занятиями.
2. Честно высказала и (постоянно повторяла) свое мнение
об этом. Если малыш уже сам ходит, он прекрасно нас понимает. Наверное, мои
искренние отвращение и брезгливость, написанные на лице, были достаточно
убедительны. И комментарий: как плохие дядьки курят, потом эту гадость тут
разбрасывают…
3. Не осуждала, а жалела малыша: «Ты такой хороший, я
не хочу, чтобы ты заболел от этой грязи!»
4. Нашла другие варианты прогулок: вместо игры на
детской площадке, где сами взрослые нередко мусорят, мы освоили пеший маршрут
по чистому бульвару, к другой площадке…
5. Очень важно заменить нежелательные действия малыша
другими, позитивными, дать ему другой, добрый пример. Вместо того чтобы
собирать окурки руками и тянуть их в рот, мой малыш очень скоро аккуратно
подцеплял их на лопатку и относил в урну – ну не мог он терпеть неопрятность! А
руками уже и не брал – ведь мы посмотрели и обсудили, как работает дворник – в
перчатках, веником и совком…
6. Хвалила малыша всякий раз за выдержку, аккуратность,
за разумное поведение – за все! Даже с опережением: «Ты у нас такой умный,
хороший мальчик. Конечно, ты никакого мусора не будешь на улице собирать. Это
ты раньше просто по ошибке иногда делал – маленький еще был!»
По поводу камешков можно сказать так: «Они зубки тебе
попортят! Зубки могут сломаться – как же тогда кушать? Нет, я не хочу, чтоб ты
у меня голодный ходил! И беззубым быть некрасиво!»
Нелишне научить и разумной брезгливости: тут собаки бродячие
писают!..
Главное – не осуждаем малыша, а жалеем и оберегаем от
неприятностей. Добрые дружеские отношения гораздо эффективнее, чем
командно-приказные.
Интерес к камешкам можно повернуть на пользу ребенку: вместе
наберем их для дренажа в цветочный горшок, например, а потом вместе посадим
туда цветок.
Кстати, для развития мелкой моторики камешки – это очень
полезный материал.

file_name: Мама без страха и упрека.docx

alt: Мама без страха и упрека –

alt: Поэтому самое лучшее, что вы можете делать на детской площадке, – радоваться, что у вас такой замечательный ребенок, помогать ему во всех его начинаниях (кроме…

alt: А ведь ближе меня у него нет НИКОГО!

alt: Ты маленького просто спас! Не дай

alt: Маленький хочет погладить тебя,

alt: И вторая ценная подсказка старшему: –

alt: Создатель. Это просто: если всякий раз после наказания малыша у меня плохо на душе, екает сердце или ноет совесть – значит, я делаю что-то не…

alt: Ведь он беззащитен перед нами.

title: Мама без страха и упрека