Производительность труда в российских компаниях: как содействовать устойчивому росту
На основе результатов обследования свыше 700 российских компаний базовых несырьевых отраслей анализируются факторы роста производительности труда, рассматриваются мотивации и ограничения для ее повышения на уровне фирм, обсуждаются возможные следствия для государственной политики. Отмечена существенная межотраслевая и внутриотраслевая дифференциация компаний по уровню производительности труда, выявлены предпосылки к ее дальнейшему усилению. Значимыми факторами оказались масштаб бизнеса, инвестиции в основные фонды и человеческий капитал, применение современных цифровых технологий, экспортная деятельность и обучение сотрудников. Рост производительности труда положительно связан с величиной фирм, инвестиционной активностью, цифровизацией, наличием расходов на НИОКР и с их наращиванием. Не обнаружено значимого позитивного влияния инновационной деятельности на уровень производительности труда и ее динамику. Для инновационных фирм с положительной динамикой производительности труда характерна ориентация на положительные примеры зарубежных конкурентов. У компаний с высоким уровнем производительности труда и отстающих фирм прослеживаются разные стратегии формирования человеческого капитала. Если компании-лидеры по уровню производительности труда конкурируют за лучшие кадры, то отстающие в данном отношении фирмы - за финансовые ресурсы. Для компаний-лидеров более значимы риски ухода квалифицированных специалистов, а для компаний-аутсайдеров - проблемы мотивации работников. Компании с относительно высоким уровнем производительности труда в подавляющем большинстве случаев проявляют заинтересованность в ее повышении, тогда как среди отстающих примерно для каждой четвертой фирмы данная задача не является сколько-нибудь приоритетной. Недостаток внутренних мотиваций фирм к повышению производительности труда может отражать провалы в системе корпоративного управления. При этом существенное влияние на соответствующие мотивации компаний оказывает сложившаяся модель отношений с государством.