"СПРКФВ": УТВЕРЖДЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО МОНОСТИЛЯ
Современник трех революций и Гражданской войны, двух мировых войн и Большого Террора, композитор Сергей Прокофьев за свою недолгую жизнь прожил три жизни: в Серебряном веке - русском культурном ренессансе; в эмиграции - мире Русского Зарубежья; в сталинском Советском Союзе. И в каждой из трех непримиримых парадигм русской культуры Прокофьев был «чужим среди своих»: в первой жизни - «страшилищем нигилизма» и «революционером в музыке»; во второй - «колючим цветком Пролеткульта» и «апостолом большевизма»; в третьей - адептом буржуазного модернизма и формализма, «антинародным» композитором. Но было в Прокофьеве что-то несгибаемое и волевое, - неподвластное никаким давлениям и угрозам, - созданным им авторский и в то же время национальный моностиль, - узнаваемый и неповторимый, апеллировавший к непрерывной в своем развитии русской культуре как своему фундаменту. Композитору казалось, что всеединство русской культуры обеспечит примирение «красных» и «белых», советской культуры и Русского Зарубежья, России и Европы, авангарда и классического наследия. Прокофьевская культурная утопия потерпела поражение, но его великая музыка подвела итог каждой из трех эпох: композитор предвосхитил революцию; предвидел войну; предчувствовал конец Сталинской эры, наступивший вместе с его смертью.