Искусство имитации и сплетений: ностальгия по Чехову в современном театре
В статье поднимается вопрос об анализе феномена ностальгии в ситуации поликультурности. На постсоветском пространстве получило развитие несколько разновидностей ностальгии, между которыми существуют как сходства, так и различия. Общим является испытываемая эмоция тоски по чему-либо, которая заполняется в каждом случае индивидуальным содержанием. Для того, чтобы выстроить межкультурную коммуникацию, необходимо исследовать единый компонент algia / боль (С. Бойм). Наиболее релевантным средством в данной ситуации становится театр, позволяющий сделать объект ностальгии зримым и воспринимаемым различными реципиентами. Кроме того, в театре создается иллюзия, которая превращает опыт, получаемый зрителем через медиа, в персональный, а также преодолевает травму разобщения и разрывас традицией. Постсоветская ностальгия необязательно предполагает сентиментальное обращение исключительно к советским реалиям и текстам. Это могут быть любые старые формы, наполненные актуальным содержанием (С. Ушакин). Объектом ностальгии становится, в частности, универсальная величина, каковой является драматургия Чехова. Пьесы, созданные на основе чеховских текстов, представляют собой «ресайклинг» культурной традиции, в том числе советской. Особый акцент сделан навосприятии Чеховав Польше. В статье анализируются тексты, написанные в начале 2000-х гг. на пике популярности ностальгической эстетики и обыгрывающие чеховскую традицию:«Русское варенье» (2003) Л. Улицкой,«Мой вишневый садик» (редакция 2004 г.) А. Слаповского и «Четвертая сестра» (2002) Я. Гловацкого. Выделяются различные способы ностальгизации в этих текстах: от попыток сконструировать идиллию до пастиша из образов массовой культуры и абсурдизации действительности. Игровое начало пьес не исключает их сосредоточенности на глобальной проблеме поисков места современного человека в меняющемся мире.