"ОКНА" КАВАФИСА В ИНТЕРПРЕТАЦИИ И. БРОДСКОГО
Образы замкнутого пространства и клаустрофобическая симптоматика в творчестве Кавафиса получают своё дальнейшее поэтическое развитие в стихотворении «Окна». Беспросветные потёмки разума (души, подсознания) как трагическое осознание фундаментальности природы бытия, невозможность/ неспособность/ нежелание пролить свет на «жуткое» в себе и в мире, амбивалентность как самого окна, так и последствий его обнаружения семантически преобразовываются в переводе Бродского посредством переакцентации смыслов. Русский поэт либо высвечивает, приближает и обыгрывает те смыслы, которые нужны и интересны ему самому, либо упоминает мимоходом так или иначе выделенные Кавафисом мотивы, либо опускает в глубокий подтекст произведения то, что лежит на поверхности в оригинале. Семантические дублеты и объёмный спектр литературных аллюзий и реминисценций, возникающий при выборе Бродским того или иного лексического варианта, обуславливает как достоверность, так и самобытность переводного текста, включая короткое, но до предела спресованное, восьмистишие Кавафиса, не только в контекст собственного творчества, но и в поэтический контекст русской культуры.