К вопросу о формировании антииранской стратегии Дональда Трампа
На фоне сопряжения ряда кризисных ситуаций на Ближнем Востоке и в Персидском заливе (Сирия, Йемен, Иран) администрация Дональда Трампа выстраивает базовую стратегию своего подхода к обозначенным конфликтам и региону в целом. В ее центре - противостояние с Ираном, прежде всего - противодействие его ядерной программе. Подходы к другим конфликтам отныне соотносятся с логикой этой генеральной линии. В частности, это может означать, что происходящее в Сирии воспринимается в Вашингтоне в первую очередь в контексте намечающегося нарастания противоборства с Ираном, и только во вторую - в контексте собственно сирийского урегулирования. Новая американская стратегия в отношении Ирана наталкивается на нескрываемое неприятие ее со стороны европейских партнеров Вашингтона, которые развернули кампанию по противодействию линии Дональда Трампа и сохранению достигнутых в 2015 году с Ираном международных договоренностей по ограничению его ядерной программы в обмен на постепенное снятие с него санкций. В ответ на выход США из договоренностей с Ираном Евросоюз задействовал финансово-экономические инструменты с целью минимизации ущерба от американских санкций для европейских компаний («Блокирующий статут» и так называемый «Механизм особого назначения», призванный обеспечить финансовые расчеты с Тегераном). Вряд ли, однако, это противодействие европейцев Соединенным Штатам окажется эффективным, так как ставка Вашингтона на антииранскую стратегию позволяет команде Трампа достичь многих из заявленных им целей на Ближнем Востоке: мобилизовать суннитское сообщество, сблизить его с Израилем и в конечном счете восстановить военностратегическое доминирование в зоне Персидского залива (контроль маршрутов нефтеперевозок).