Пределы наказуемости хищения наркотических средств и психотропных веществ
В статье рассматриваются вопросы влияния формы хищения, его квалифицирующих признаков на определение законодателем пределов наказуемости хищения наркотических средств. Автор выделил некоторые недостатки, допущенные при конструировании уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за хищение наркотических средств. В статье рассмотрены некоторые конкретные ситуации, демонстрирующие парадоксальность решения законодателя отказаться от конкретизации форм хищения при квалификации по ст. 229 УК РФ и установить единую систему квалифицирующих признаков для всех способов изъятия наркотических средств. Критическую оценку получило расширительное толкование Верховным судом РФ квалифицирующего признака «с использованием служебного положения». С одной стороны, такое понимание данного признака ставит под сомнение возможность квалификации по ч. 1 ст. 229 УК РФ хищения наркотических средств в форме присвоения или растраты, поскольку сразу переводит на квалификацию по п. «в» ч. 2 ст. 229 УК РФ. С другой стороны, при таком подходе присвоение и растрата наркотических средств становятся более опасным хищением, чем открытый ненасильственный грабеж. Автор также отмечает, что возможности суда по учету степени общественной опасности хищения наркотических средств в форме разбоя существенно ограничены. Единые пределы наказуемости не позволяют в должной мере учесть признаки, повышающие степень опасности такого хищения. Автор приходит к выводу, что ст. 229 УК РФ нуждается в корректировке, как в части формулирования диспозиций, так и в части пересмотра санкций, с учетом существенно различающегося характера и степени общественной опасности предусмотренных в ней деяний.