text: Комната обнимает усталое
  Тело под гнётом сомнений
  Сомневаюсь что жив, я не чувствую
  Собственных сердцебиений
  Зачем они ?
  Зачем мне идти против света
  Наставив на путь этих пленных?
  Если мы вместе шагали на смерть
  Всё равно не дойдём
  До неё одновременно, как внутривенно
  Мама, я тону на страницах
  Этих бесполезных хроник 
  И чернею смогом, над могилой скопы людей
  Что станут мне чем-то, кроме себя
  Жизнь расставит роли
  Эти пешки срубят мой гнев под корень
  Я взрастил в себе это древо стройным
  Чтобы ветер всегда мог сломить мою волю
  Дай мне новый день
  Где жизнь в красивых тонах на их полотне
  Но жизнь настигла там, где мы ждали смерть
  И я смотрю в темноту, отражаясь в ней
  Навсегда в цепях безобразных дум
  Но с ними разум чист, как соблазны юности
  Посвятим эти оды пространству
  Где тёмные воды не скроют глупости
  В этой буйной памяти
  Крах и ямы, громады боли
  Ненавижу всех, чтобы вспомнить кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  Эти дыры – раны от мерзких
  Грязных людских ладоней
  Я встаю с кровати, чтобы помнить, кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  В этой буйной памяти
  Крах и ямы, громады боли
  Ненавижу всех, чтобы вспомнить кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  Эти дыры – раны от мерзких
  Грязных людских ладоней
  Я встаю с кровати, чтобы помнить, кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  И недоступен аппарат
  Выброс эмоциональный прячу в саркофаг
  Прячу и тревожно бью давно в колокола
  Разукрасив жизни полотно в полутона:
  В полужизнь, полусмерть
  Ты только положи ей под серп
  Свою голову в одном из тех забытых городов
  Где ни времени, ни бога, ни веры, ни порока
  И из света только спичек коробок и всё
  Что фортуна припасёт
  И всё то, что поворот преподнесёт, обернётся колесом
  И о стену разобьётся в щепки
  И у ребятишек вызовет нахальный хохот и восторг
  Знаешь, а я даже рад 
  Знаешь, а я рад, что нас никак не понимают 
  Знаешь, если даже так
  Я всё равно готов идти всё так же безрассудно по обрыву краю
  Знаешь, я не вижу никаких проблем
  Знаешь, я целую револьвер
  Знаешь, когда птица покидает отчий дом
  То нечто важное внутри нас погибает насовсем
  Мы всю жизнь играем в кости
  Ты надеешься спасти себя, но после
  Нарисуй мне на листе две красные полоски
  Сделка, жду ровно в шесть на перекрёстке
  В этой буйной памяти
  Крах и ямы, громады боли
  Ненавижу всех, чтобы вспомнить кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  Эти дыры – раны от мерзких
  Грязных людских ладоней
  Я встаю с кровати, чтобы помнить, кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  В этой буйной памяти
  Крах и ямы, громады боли
  Ненавижу всех, чтобы вспомнить кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  Эти дыры – раны от мерзких
  Грязных людских ладоней
  Я встаю с кровати, чтобы помнить, кто я
  Я закрыл глаза, и я снова дома
  Я сам решу, как мне быть
  Даже если ты раздавишь мой грязный быт
  Я срываюсь в безнадёжный, пропащий трип 
  Вспышкой света нас запечатлит rapid
  Жизнь на плёнке, где кадр – и ты погиб 
  Смех ребёнка и люминесцентный свет
  С этой памятью ты – инвалид
  С этой памятью ты проживёшь ещё много лет
  И однажды сойдёшь с ума
  Видя всех тех людей, что вокруг тебя
  Они счастливы без твоего тепла
  Они счастливы без обоюдных драм
  Жизнь на плёнке, где кадр – и ты погиб 
  Смех ребёнка и люминесцентный свет
  С этой памятью, ты – инвалид
  С этой памятью, ты проживёшь ещё много лет