text: Бытовая романтика, ночь, улица, фонарь, аптека
  На флейте водосточных труб моя соната спета
  Света нет, и только дым средь сигаретных фильтров
  И пара грустных черно-белых фильмов
  Тебя губами нежно гладил
  Но только фенечка на венах все что было между нами
  Любовь все низменней и тоньше
  Но за барной стойкой я порою видел искренности больше
  Чем во всех ваших словах за алтарями
  Я последний крест, держа в руках, сломал за покаяние
  В метро Маниловы, с утра на лицах
  Скорбь и горечь там, куда манила заводная птица
  В небе гнойный смрад и космос кровоточит
  Пунктуальность смерти видно сразу после многоточий
  Мир со стен сползает скукой, и
  Тут бабочки хотят взлететь, но все еще играют в куколки
  Я коллекционер больных эмоций
  В этой мрачной колее совсем о нас забыло солнце
  И мне бы шанс - я все сейчас же поменял бы
  Но я музыкант танатоса с общажной коммуналки
  Я коллекционер больных эмоций
  В этой мрачной колее совсем о нас забыло солнце
  И мне бы шанс - я все сейчас же поменял бы
  Но я музыкант танатоса с общажной коммуналки
  В тебе горят безнадежно нависшие будни
  Я помню, как прожить на воздух в погибших людях
  Если ты жил на дне
  В тебе еще целый глоток, и мы всплываем за счет чужих тел
  Но твой пустой сосуд истлел
  Мы могли бы написать книгу о том, как сидеть без дел
  Как прожить единственную жизнь не с тем
  Как могли бы касаться небес, но еле касаемся стен
  Люди желают счастья не себе
  На сделку с Богом всегда есть безнал
  И машина отправляется в кювет
  Привет, очередная яма без дна
  Счастье на вытянутой руке в себя
  С тобой нечетные четными стали, но
  Больше не говорим, что навсегда
  Потому что черт его знает