text: Смех, шум, дробь копыт лошади
  Третий день праздник на ярмарочной площади
  Шум, дробь копыт лошади
  Третий день праздник, праздник…
  Смех, шум, дробь копыт лошади
  Третий день праздник на ярмарочной площади
  Люди, замешаны в шальную смесь
  Они хозяева желаний здесь
  Смех, шум, дробь копыт лошади
  Третий день праздник на ярмарочной площади
  Люди, замешаны в шальную смесь
  Они хозяева желаний здесь
  Невидимые руки мастера тянут нити
  Оживляя куклы, собирая зрителей
  Ближе к сцене, вместо которой сундук круглый
  Под слоем пыли еле видны знаки, то ли буквы
  Лицо скрывает капюшон, говорят, он смуглый
  Тычут пальцем. Вроде, иностранец
  Оттуда — с юга. Может быть, кавказец
  Хотя не часто в эти места добирались люди
  Скоро неделя будет, как воды северные
  Принесли его судно на наши мели
  Искусными, чуть заметными движениями
  Он передают марионеткам чувства без напряжения
  Вокруг восторг, волнение, страх —
  Всё в его руках!
  Боже мой! Куклы словно ожили по чьей-то воле
  У каждой голос, согласно ее роли
  Мужской, женский, добрый, лестный
  Звучит так естественно!
  Кругами тесными обступили это действо
  Смотрят с изумлением господа местные
  Туда, где мелькают кукольные лица
  Кому-то кажутся знакомыми, как будто
  В старый сундук летят монеты
  До мастера доносятся лишь взрывы смеха
  Шум аплодисментов
  От бранных слов ладонями закрывают уши детям
  Шум, дробь копыт лошади
  Третий день праздник на ярмарочной площади
  Люди, замешаны в шальную смесь
  Они хозяева желаний здесь
  Медленным речитативом с лирическим мотивом
  Я произношу древнее заклятие
  Вселяю душу в куклу, слепо выполняющую любые приказания
  Следствие магического знания
  Похищенного в источниках тайного оккультного писания
  Вор пойман и будет висеть на привязи закованный
  В руках закона
  Со смертельным ритуальным наказанием —
  Созданием обличия
  Я сохраняю схожесть без отличий
  С тем, кто уже покоится в мёртвом ложе
  Воздавая ему почесть приличия
  Я заточил душу в образе марионетки
  Словно птицу в клетке
  Теперь мои покорные детки играют в разных жанрах
  Точно исполняющие на бис артисты
  Трагики, комики, юмористы
  Под натиском движений кисти
  Скрытых от посторонних глаз
  Они приводят публику, подобную им, в экстаз
  Актёрски выставляя напоказ всю низость и грязь
  Во время представления
  Каждый раз безумное столпотворение
  Облаченный в балахон черный
  Я пронзаю исподлобья проницательным
  Взглядом стоящих рядом зрителей
  Наблюдающих с насмешкой за моим спектаклем
  И сейчас они, как всегда, надменные
  Гордые, слишком важные
  Распущенные девушки приятным благовонием умащены
  Я вижу всех на нитках висящими
  Дальше основного сборища стоит
  Совсем еще парнишка
  На лице уверенности излишек —
  Прямо князь мира сего
  Замышляет свои грязные делишки, блещет золотишко
  Наглядная щедрость родных по отношению к сынишке
  Я придумал детскую роль сказочного чернокнижника
  В конце добрый король побеждает этого хищника
  И вот в моей руке новая кукла из пластмассы
  Притворная гримаса
  Из ее кармана торчит зеленая бумажка
  Взгляните на копию вчерашнего бедняжки
  Происходящее меня приводит к удивлению
  Вокруг восторженные возгласы
  Одинаковые образы у зрителей не вызывают подозрения
  Не меняются в их лицах выражения
  В другой руке невзрачная фигурка появляется
  Куклы по сценарию перемещаются
  Сверкает лезвие, нож перерезает горло
  В живых остается персонаж из папье-маше
  Я слышу, как скребутся кошки на душе
  Под тревожный аккомпанемент
  На сцене воспет романтический сюжет
  К нему эпиграф в заголовках утренних газет
  На сцене детективный сюжет в самом разгаре
  Сменяясь комедийным, доходит до крайнего
  Хмельная толпа вторит актерам криками
  Матерными не хуже, чем на базаре
  Две марионетки в центре внимания
  Вроде как в кабинете, с разными званиями
  Один в гражданском — видать, начальник
  Другой, в форме мента, получает знания
  «Ты достал меня!» — орёт на молодого
  Без остановки дает пинка ему так ловко
  Толпа кричит: «Дай ему!», —
  Готовая прямо здесь устроить потасовку
  «Уже неделю не разберетесь с новым делом о пропаже людей
  Нет зацепок, дармоеды!»
  Подкрепляя свое слово оплеухой:
  «Вам бы не преступников ловить, а играть в куклы!»
  Смотри-ка, им от смеха даже тошно
  Сами себе хлопают в ладоши
  И над собой смеяться можно, не так ли?
  Я возьму вас в завтрашний спектакль
  Смех, шум, дробь копыт лошади
  Третий день праздник на ярмарочной площади
  Люди, замешаны в шальную смесь
  Они хозяева желаний здесь
  Смех, шум, дробь копыт лошади
  Третий день праздник на ярмарочной площади
  Люди, замешаны в шальную смесь
  Они хозяева желаний здесь