text: Мне позвонил Паша, сказал: «Зови давай
  Всех наших». А я раньше Паше даже завидовал
  Но вида не подавал так же, как и все
  В бассейн помню поездки на его Лексусе
  Вместо пар бары с дискотеками
  Помню и тех, кому перейти пришлось в техникум
  Эх, эти сессии… забирали все силы
  Доводили до депрессии, а ему было весело
  Весь его дом гудел: забивали, наливали
  Как только родители сваливали
  А тут вдруг ни пить, ни дуть — не кайф
  Ему на нашей встрече одногруппников
  И все заметили, каким он был встревоженным
  Полупустой дом, стулья вместо кресел кожаных
  Тоже куда-то делись машины, аппаратура
  Ещё узнали, что Паша бросил аспирантуру
  И ту дуру, с которой просиживал брюки
  И что собрал нас, дабы пожать всем руки
  «Вот вам брошюрки — прочтите, пока не поздно»
  В общем, он связался с сектой религиозной
  Вот время было, помню
  Таким казался мир огромным
  И те, кто стал теперь посторонним
  Вспоминаются с теплом мне
  Вот время было, помню
  Таким казался мир огромным
  И те, кто стал теперь посторонним
  Вспоминаются с теплом мне
  Сегодня утром в центре на перекрёстке людном
  Стоя на красном свете, я увидел чудо
  Передо мной прошли две дамы:
  Одна не изменилась почти; ну, а вторая
  Лет девяти, точная копия мамы —
  Те же чёрные пряди витками
  Та же фарфоровая кожа и даже
  Ну, прям один в один, её же силуэт
  Мне б их окликнуть, блин, но тут зелёный свет
  И я поехал дальше, я вспомнил первый курс
  Как занесло её в наш технический вуз
  Где одни пацаны и она одна
  Отдалена от нас и не помнит имена
  Нравилась мне эта девушка, если честно
  Позже она в академ ушла и исчезла
  Я хотел узнать, что с ней, не знал, как сделать
  Теперь вопрос мне прояснился спустя лет девять
  Вот время было, помню
  Таким казался мир огромным
  И те, кто стал теперь посторонним
  Вспоминаются с теплом мне
  Вот время было, помню
  Таким казался мир огромным
  И те, кто стал теперь посторонним
  Вспоминаются с теплом мне