Дневник Цицерона, ч. 3
| |||

Автор: Цицерон
| |||

Вес: 1
|
Цена: 25
|


**Дневник Цицерона, ч. 3**(ориг.

*Cicero's Journal, Volume III*) — дневник в игре

*The Elder Scrolls V: Skyrim*.

## Описание

Третья часть дневника шута Цицерона из Тёмного Братства.

В начале повествования речь идёт о Чёрном таинстве и о том, что без Слышащего молитвы к Матери Ночи остаются без внимания. Но Тёмному Братству требуется не только новый Слышащий — в эти смутные времена Братству также необходим Хранитель Матери Ночи, и Цицерона выбирают на эту должность. Цицерон огорчён тем, что в связи с новым назначением, ему не придётся больше совершать убийства. Он описывает свой последний контракт — убийство шута. Для него честь быть хранителем, но он удивляется, почему Мать Ночи не выбрала Слышащим его. Он очень скучает по убийствам и с удовольствием вспоминает убитого им шута и его предсмертный хохот.

## Местонахождение

Комната Цицерона в фолкритском убежище Тёмного Братства. Там же можно найти остальные части дневника.

## Текст

**1–23 день месяца Заката солнца, 4Э 188**

*Теперь, когда всё улеглось, мы наконец-то осознали наше положение: мы — Тёмное Братство без Слышащего. Без Слышащего Чёрное Таинство будет проходить впустую. Конечно, скоро Мать Ночи заговорит с кем-нибудь и изберёт нового Слышащего на смену Ализанне Дюпре. Однако до тех пор нам придётся выйти на улицы. Мы должны услышать жалобы тех, кто отчаялся и жаждет мщения. Народ Тамриэля не должен, никогда не должен узнать, что его молитвы к Матери Ночи остаются без внимания.*

**24 день месяца Утренней звезды, 4Э 189**

*Наступил новый год, прошло уже два месяца с того момента, как Мать Ночи прибыла к нам в чейдинхольское Убежище, а Тёмная Мать всё ещё не заговорила ни с одним из нас.*

*И посему Раша решил воскресить старую традицию Тёмного Братства — назначить Хранителя, стража, который должен будет всецело посвятить себя охране останков Матери Ночи. Оставшиеся члены Чёрной Руки вынесут своё решение завтра.*

**25 день месяца Утренней звезды, 4Э 189**

*Выбрали меня. Непостижимой волею судеб Чёрная Рука объявила меня Хранителем Матери Ночи. Честно говоря, это для меня невероятная честь, и глубокая печаль. Это значит, что моим контрактам придёт конец. Вряд ли мне доведётся ещё хоть раз занести свой клинок. К счастью, Раша пообещал мне напоследок ещё один контракт, прежде чем я вступлю в свою новую должность.*

**30 день месяца Утренней звезды, 4Э 189**

*Шут мёртв. Мой последний контракт выполнен. Ах, как он хохотал и хохотал. Пока не замолк.*

**30 день месяца Первого зерна, 4Э 189**

*Я благополучно освоился со своими новыми обязанностями Хранителя. Мой долг — не только поддерживать чистоту в святилище Матери Ночи и огонь свечей зажжённым, но и заботиться о самом теле тоже. Склеп Матери Ночи был освящённым местом — объятым саваном, лишённым солнечного света, надёжно укрытым от внешнего мира. Вне его останки подвергаются мерзости и тлену мира живых. Тело прекрасно сохранено, поэтому заботу вызывает не физическое состояние, а духовное — останки необходимо регулярно освящать, чтобы они продолжали служить каналом связи для души Матери Ночи. Хоть вечный дух нашей Матери и путешествует свободно по всей Бездне, к своему Слышащему она обращается через свои земные останки.*

*И посему я еженедельно обмываю тело надлежащими маслами, зачитываю древние заклинания и лично истребляю любых насекомых или грызунов. Если Мать Ночи не захочет говорить, то это произойдёт потому, что такова её воля, а не потому, что она не в состоянии. Я ответственен за это. Я поклялся в том.*

**12 день месяца Середины года, 4Э 189**

*Проходят месяцы, и месяцы, и месяцы, а Слышащего всё нет. Почему Мать Ночи не хочет говорить со мной? Я достоин быть Хранителем, но не Слышащим? Я охраняю нашу Госпожу, берегу её от скверны, а она не удостоит меня своим голосом?*

**4 день месяца Высокого солнца, 4Э 189**

*Как давно я не использовал свой клинок. Как давно не спасал души. Но теперь я Хранитель. Я больше не забираю.*

*Мне приятно вспомнить время, проведённое с шутом. Его хохот, его крики, его жалкие мольбы. А затем, когда дело приблизилось к концу, снова его хохот. Весел в жизни, весел в смерти. Для меня было честью знать его.*