Клед/Биография
“ | "Разумный человек драпанул бы... но я не драпаю!" |

— |


Бесстрашный и вспыльчивый воин-йордл Клед – это воплощение безудержной бравады Ноксуса. Он заслужил любовь имперских солдат, недоверие офицеров и отвращение знати. Многие утверждают, что Клед участвовал во всех кампаниях легионов Ноксуса "заслужил" все возможные воинские звания и никогда не отступал с поля боя. Истинность этих историй довольно сомнительна, но одна часть легенды о Кледе наверняка правдива: влетая в бой верхом на своей трусоватой ящерице Скарл, Клед яростно защищает то, что принадлежит ему... и отнимает все, что принадлежит другим.

## Сварливый кавалерист[1]

Многие жители Ноксуса считают бесстрашного и вспыльчивого Кледа народным героем. Являясь олицетворением неистовой храбрости своего народа, он заслужил любовь имперских солдат, недоверие офицеров и отвращение знати. Байки о "Великом гусаре" "Главнокомандующем генерале-маршале-сержанте" и "Горном адмирале" восходят к самому основанию империи. Многие ноксианские солдаты утверждают, что Клед участвовал во всех кампаниях легионов Ноксуса, заслужил все возможные воинские звания и никогда не отступал с поля боя. Истинность этих историй – как и любых других побасенок о народных героях – довольно сомнительна. Но одна часть легенды о Кледе наверняка правдива: влетая в бой верхом на своей трусоватой ящерице Скарл, Клед яростно защищает то, что принадлежит ему... и отнимает все, что принадлежит другим.

Первая из ныне известных историй про Кледа отсылает нас ко временам зарождения империи и битве при Друнье. Первый легион, преследуемый ордой варваров, спешно отступал через пустынные холмы. Поражения в двух последних битвах подорвали боевой дух солдат. Им пришлось бросить обозы, а до ближайшей крепости оставалась еще целая неделя пути.

Легионом командовала клика знатных богатеев в чистеньких золоченых доспехах. Собственный внешний вид и сословные интриги занимали их куда больше, нежели вверенные им войска. Вдобавок командиры, сведущие в политических убийствах и турнирных сражениях, на поле боя оказались совершенно бесполезными. Зажатые с остатками армии в кольцо, вельможи приказали легиону занять круговую оборону, рассчитывая заплатить варварам и спасти собственные шкуры.

Однако с восходом солнца на самом высоком холме показалась загадочная фигура. Это был Клед верхом на Скарл, бессмертной пустынной дракунице. Оседланная рептилия стояла на задних ногах. Ее передние конечности, похожие на огромные уши, свисали по бокам, придавая ей виноватый вид – словно у лакея, нечаянно влезшего рукавом в господский суп.

Одинокий всадник встал на стременах. Его оружие покрывала ржавчина, доспех выглядел побитым, одежда висела лохмотьями – но единственный уцелевший глаз сверкал неугасимой яростью.

"Валите с моей земли, а то мало не покажется!" – объявил Клед орде варваров и тут же, не дожидаясь ответа, пришпорил свою скакунью и издал гневный боевой клич.

Безрассудная выходка йордла стала той искрой, что воспламенила порох ярости в легионерах – отчаявшихся, оголодавших и обозленных на командиров. Солдаты ринулись вслед за Кледом и Скарл, ворвавшимися в самую середину неприятельского строя.

Завязалась самая кровавая схватка за всю историю легиона. Внезапная атака, обеспечившая первоначальный успех, вскоре была подавлена запасными отрядами варваров, которые атаковали легионеров с флангов. Обнаружив, что битва складывается не в пользу ноксианцев и противник наседает со всех сторон, Скарл струсила, скинула Кледа и дала деру. Бойцы Ноксуса дрогнули. Однако в их рядах продолжал сражаться Клед, который крошил, вышибал зубы и кусал за подбородки.

Вокруг Кледа высились горы поверженных врагов, его одежда пропиталась кровью. Ни один из ударов его секиры не проходил мимо цели, но толпа варваров продолжала наседать, оттесняя его назад. Все громче становились оскорбления и ругань йордла. Определенно, он предпочел бы погибнуть, нежели отступить.

Храбрость столь же заразительна, как и трусость, – и легионеры, глядя на решительного Кледа, перешли в наступление. Даже улепетывавшая Скарл остановилась, чтобы посмотреть на последнюю атаку легиона.

И вот, когда бесчисленные враги уже прорвали строй ноксианцев и опрокинули Кледа, вернувшаяся дракуница победоносно влетела варварам в тыл. Топча и рыча, она нырнула в гущу боя и отбила хозяина у врага. Забравшись обратно в седло, Клед будто обрел новые силы и обрушился на варваров гибельным смерчем, обратив их в бегство.

Из ноксианской армии уцелели единицы, но сражение было выиграно. Племена Друнье были побеждены, а их земли вошли в состав империи. Тела вельмож-командиров и их золоченые доспехи так и не нашли.

Со временем подобные истории о Кледе стали рассказывать и в других имперских легионах, прибавляя, что безумной отвагой можно спасти самые безнадежные битвы. Говорят, что Клед разъезжает повсюду, куда направляются легионы, присваивая все новые трофеи, а также землю для себя и Скарл.

Большинство ноксианцев считает все эти россказни, мягко говоря, сомнительными. Однако там, где прошли легионы, всегда появляются знаки, объявляющие новые территории "собственностью Кледа".