Hermóðr
Хермод (древнескандинавский: [ˈhermˌoððz], "боевой-дух"; англизировано как Хермод) - фигура в скандинавской мифологии, сын бога Одина и брат Бальдра.
Появления
Прозаическая Эдда
Хермод отчетливо фигурирует в разделе 49 книги "Прозаическая Эдда""Гильфагининг". Там описано, что боги потеряли дар речи и были опустошены смертью Бальдра, неспособные отреагировать из-за своего горя. После того, как боги пришли в себя после огромного потрясения и горя от смерти Бальдра, Фригг спросила асов, кто из них желает "снискать всю ее любовь и благосклонность", отправившись по дороге в Хель. Тот, кто согласился, должен был предложить Хель выкуп в обмен на возвращение Бальдра в Асгард. Хермод согласился с этим и отправился со Слейпниром в Хель.
Хермод в течение девяти ночей ехал на коне Одина Слейпнире по глубоким и темным долинам к мосту Гьель, покрытому сияющим золотом, мост охраняла дева Модгуд, "Помешанная на битве" или "Уставшая от битв". Модгуд сказал Хермоду, что Бальдр уже пересек мост и что Хермоду следует ехать вниз и на север.
Подъехав к воротам Хель, Хермод спешился, затянул подпругу Слейпнира, снова вскочил в седло и пришпорил Слейпнира так, что Слейпнир полностью перепрыгнул через ворота. Итак, наконец, Хермод пришел в зал Хель и увидел Бальдра, сидящего на самом почетном месте. Хермод умолял Хель освободить Бальдра, ссылаясь на великий плач по Бальдру среди асов. Вслед за этим Хель объявила, что Бальдр будет освобожден только в том случае, если все, мертвые и живые, будут оплакивать его.
Бальдр отдал Хермоду кольцо Драупнир, которое было сожжено вместе с ним на его погребальном костре, чтобы тот вернул его Одину. Нанна подарила Фригг льняной халат вместе с другими подарками и кольцо на палец для Фуллы. После этого Хермод вернулся со своим сообщением.
Gylfaginning (49) | 49. Þá mælir Gangleri: ‘Hafa nokkvor meiri tíðindi orðit með Ásunum? Allmikit þrekvirki vann Þórr í þessi ferð.’
Hár svarar: ‘Vera mun at segja frá þeim tíðindum er meira þótti vert Ásunum. En þat er upphaf þessar sǫgu at Baldr inn góða dreymði drauma stóra ok hættliga um líf sitt. En er hann sagði Ásunum draumana þá báru þeir saman ráð sín, ok var þat gert at beiða griða Baldri fyrir alls konar háska, ok Frigg tók svardaga til þess at eira skyldu Baldri eldr ok vatn, járn ok alls konar málmr, steinar, jǫrðin, viðirnir, sóttirnar, dýrin, fuglarnir, eitr, ormar. En er þetta var gert ok vitat, þá var þat skemtun Baldrs ok Ásanna at hann skyldi standa upp á þingum en allir aðrir skyldu sumir skjóta á hann, sumir hǫggva til, sumir berja grjóti. En hvat sem at var gert, sakaði hann ekki, ok þótti þetta ǫllum mikill frami. En er þetta sá Loki Laufeyjarson þá líkaði honum illa er Baldr sakaði ekki. Hann gekk til Fensalar til Friggjar ok brá sér í konu líki. Þá spyrr Frigg ef sú kona vissi hvat Æsir hǫfðusk at á þinginu. Hon sagði at allir skutu at Baldri, ok þat at hann sakaði ekki. Þá mælir Frigg: ‘“Eigi munu vápn eða viðir granda Baldri. Eiða hefi ek þegit af ǫllum þeim.” ‘Þá spyrr konan: “Hafa allir hlutir eiða unnit at eira Baldri?” ‘Þá svarar Frigg: “Vex viðarteinungr einn fyrir vestan Valhǫll. Sá er mistilteinn kallaðr. Sá þótti mér ungr at krefja eiðsins.” ‘Því næst hvarf konan á brut. En Loki tók mistiltein ok sleit upp ok gekk til þings. En Hǫðr stóð útarliga í mannhringinum þvíat hann var blindr. Þá mælir Loki við hann: ‘“Hví skýtr þú ekki at Baldri?” ‘Hann svarar: “Þvíat ek sé eigi hvar Baldr er, ok þat annat at ek em vápnlauss.” ‘Þá mælir Loki: “Gerðu þó í líking annarra manna ok veit Baldri sœmð sem aðrir menn. Ek mun vísa þér til hvar hann stendr. Skjót at honum vendi þessum.” ‘Hǫðr tók mistiltein ok skaut at Baldri at tilvísun Loka. Flaug skotit í gǫgnum hann ok fell hann dauðr til jarðar, ok hefir þat mest óhapp verit unnit með goðum ok mǫnnum. Þá er Baldr var fallinn þá fellusk ǫllum Ásum orðtǫk ok svá hendr at taka til hans, ok sá hverr til annars, ok váru allir með einum hug til þess er unnit hafði verkit. En engi mátti hefna, þar var svá mikill griðastaðr. En þá er Æsirnir freistuðu at mæla þá var hitt þó fyrr at grátrinn kom upp svá at engi mátti ǫðrum segja með orðunum frá sínum harmi. En Óðinn bar þeim mun verst þenna skaða sem hann kunni mesta skyn hversu mikil aftaka ok missa Ásunum var í fráfalli Baldrs. En er goðin vitkuðusk þá mælir Frigg ok spurði hverr sá væri með Ásum er eignask vildi allar ástir hennar ok hylli ok vili hann ríða á Helveg ok freista ef hann fái fundit Baldr ok bjóða Helju útlausn ef hon vill láta fara Baldr heim í Ásgarði. En sá er nefndr Hermóðr inn hvati, sveinn Óðins, er til þeirar farar varð. Þá var tekinn Sleipnir, hestr Óðins, ok leiddr fram, ok steig Hermóðr á þann hest ok hleypti braut. En Æsirnir tóku lík Baldrs ok fluttu til sævar. Hringhorni hét skip Baldrs. Hann var allra skipa mestr. Hann vildu goðin fram setja ok gera þar á bálfǫr Baldrs. En skipit gekk hvergi fram. Þá var sent í Jǫtunheima eptir gýgi þeiri er Hyrrokkin hét. En er hon kom ok reið vargi ok hafði hǫggorm at taumum þá hljóp hon af hestinum, en Óðinn kallaði til berserki fjóra at gæta hestsins, ok fengu þeir eigi haldit nema þeir feldi hann. Þá gekk Hyrrokkin á framstafn nǫkkvans ok hratt fram í fyrsta viðbragði svá at eldr hraut ór hlunnunum ok lǫnd ǫll skulfu. Þá varð Þórr reiðr ok greip hamarinn ok myndi þá brjóta hǫfuð hennar áðr en goðin ǫll báðu henni friðar. Þá var borit út á skipit lík Baldrs, ok er þat sá kona hans Nanna Nepsdóttir þá sprakk hon af harmi ok dó. Var hon borin á bálit ok slegit í eldi. Þá stóð Þórr at ok vígði bálit með Mjǫllni. En fyrir fótum hans rann dvergr nokkurr. Sá er Litr nefndr. En Þórr spyrndi fœti sínum á hann ok hratt honum í eldinn ok brann hann. ‘En at þessi brennu sótti margs konar þjóð: fyrst at segja frá Óðni, at með honum fór Frigg ok valkyrjur ok hrafnar hans, en Freyr ók í kerru með gelti þeim er Gullinbursti heitir eða Slíðrugtanni. En Heimdallr reið hesti þeim er Gulltoppr heitir, en Freyja kǫttum sínum. Þar kømr ok mikit fólk hrímþursa ok bergrisar. Óðinn lagði á bálit gullhring þann er Draupnir heitir. Honum fylgði síðan sú náttúra at hina níundu hverja nótt drupu af honum átta gullhringar jafnhǫfgir. Hestr Baldrs var leiddr á bálit með ǫllu reiði. En þat er at segja frá Hermóði at hann reið níu nætr døkkva dala ok djúpa svá at hann sá ekki fyrr en hann kom til árinnar Gjallar ok reið á Gjallar brúna. Hon er þǫkð lýsigulli. Móðguðr er nefnd mær sú er gætir brúarinnar. Hon spurði hann at nafni eða ætt ok sagði at hinn fyrra dag riðu um brúna fimm fylki dauðra manna, ‘“En eigi dynr brúin minnr undir einum þér ok eigi hefir þú lit dauðra manna. Hví ríðr þú hér á Helveg?” ‘Hann svarar at “ek skal ríða til Heljar at leita Baldrs. Eða hvárt hefir þú nakkvat sét Baldr á Helvegi?” ‘En hon sagði at Baldr hafði þar riðit um Gjallar brú, “en niðr ok norðr liggr Helvegr.” ‘Þá reið Hermóðr þar til er hann kom at Helgrindum. Þá sté hann af hestinum ok gyrði hann fast, steig upp ok keyrði hann sporum. En hestrinn hljóp svá hart ok yfir grindina at hann kom hvergi nær. Þá reið Hermóðr heim til hallarinnar ok steig af hesti, gekk inn í hǫllina, sá þar sitja í ǫndugi Baldr bróður sinn, ok dvalðisk Hermóðr þar um nóttina. En at morni þá beiddisk Hermóðr af Helju at Baldr skyldi ríða heim með honum ok sagði hversu mikill grátr var með Ásum. En Hel sagði at þat skyldi svá reyna hvárt Baldr var svá ástsæll sem sagt er, ‘“Ok ef allir hlutir í heiminum, kykvir ok dauðir, gráta hann, þá skal hann fara til Ása aptr, en haldask með Helju ef nakkvarr mælir við eða vill eigi gráta.” ‘Þá stóð Hermóðr upp, en Baldr leiðir hann út ór hǫllinni ok tók hringinn Draupni ok sendi Óðni til minja, en Nanna sendi Frigg ripti ok enn fleiri gjafar; Fullu fingrgull. Þá reið Hermóðr aptr leið sína ok kom í Ásgarð ok sagði ǫll tíðindi þau er hann hafði sét ok heyrt. ‘Því næst sendu Æsir um allan heim ørindreka at biðja at Baldr væri grátinn ór Helju. En allir gerðu þat, menninir ok kykvendin ok jǫrðin ok steinarnir ok tré ok allr málmr, svá sem þú munt sét hafa at þessir hlutir gráta þá er þeir koma ór frosti ok í hita. Þá er sendimenn fóru heim ok hǫfðu vel rekit sín eyrindi, finna þeir í helli nokkvorum hvar gýgr sat. Hon nefndisk Þǫkk. Þeir biðja hana gráta Baldr ór Helju. Hon segir: “Þǫkk mun gráta þurrum tárum Baldrs bálfarar. Kyks né dauðs nautka ek karls sonar: haldi Hel því er hefir.” ‘En þess geta menn at þar hafi verit Loki Laufeyjarson er flest hefir illt gert með Ásum.’ |
Тогда Ганглери промолвил: «А случались ли у асов и другие события? А в эту поездку Тор в самом деле совершил величайший подвиг».
Высокий отвечает: «Надо поведать и о событиях, что ещё важнее для асов. Начинается сказ с того, что Бальдру Доброму стали сниться дурные сны, предвещавшие опасность для его жизни. И когда он рассказал те сны асам, они держали все вместе совет, и было решено оградить Бальдра от всяких опасностей. И Фригг взяла клятву с огня и воды, железа и разных металлов, камней, земли, деревьев, болезней, зверей, птиц, яда и змей, что они не тронут Бальдра. А когда она это сделала и другим поведала, стали Бальдр и асы забавляться тем, что Бальдр становился на поле тинга, а другие должны были кто пускать в него стрелы, кто рубить его мечом, а кто бросать в него каменьями. Но что бы они ни делали, всё было Бальдру нипочём, и все почитали это за великую удачу. Как увидел то Локи, сын Лаувейи, пришлось ему не по нраву, что ничего не вредит Бальдру. Он пошёл к Фригг, в Фенсалир, приняв образ женщины. А Фригг и спрашивает, ведомо ли той женщине, что делают асы на поле тинга. Та отвечает, что все, мол, стреляют в Бальдра, но это не причиняет ему вреда. Тогда промолвила Фригг: «Ни железо, ни дерево не сделают зла Бальдру. Я взяла с них в том клятву». Тут женщина спрашивает: «Все ли вещи дали клятву не трогать Бальдра?» Фригг отвечает: «Растёт к западу от Вальгаллы один побег, что зовётся омелою. Он показался мне слишком молод, чтобы брать с него клятву». Женщина тут же ушла. Смерть Бальдра Доброго Локи вырвал с корнем тот побег омелы и пошёл на поле тинга. Хёд стоял в стороне от мужей, обступивших Бальдра, ибо он был слеп. Тогда Локи заговорил с ним: «Отчего не метнёшь ты чем-нибудь в Бальдра?» Тот отвечает: «Оттого, что я не вижу, где стоит Бальдр, да и нет у меня оружия». Тогда сказал Локи: «Всё ж поступи по примеру других и уважь Бальдра, как и все остальные. Я укажу тебе, где он стоит; метни в него этот прут». Хёд взял побег омелы и метнул в Бальдра, как указывал ему Локи. Пронзил тот прут Бальдра, и упал он мёртвым на землю. И так свершилось величайшее несчастье для богов и людей. Когда Бальдр упал, язык перестал слушаться асов, и не повиновались им руки, чтобы поднять его. Они смотрели один на другого, и у всех была одна мысль — о том, кто это сделал. Но мстить было нельзя: было то место для всех священно. И когда асы попытались говорить, сначала был слышен только плач, ибо никто не мог поведать другому словами о своей скорби. Но Одину было тяжелее всех сносить утрату: лучше других постигал он, сколь великий урон причинила асам смерть Бальдра. Когда же боги обрели разум, молвила слово Фригг и спросила, кто из асов хочет снискать любовь её и расположение, и поедет Дорогою в Хель, и постарается разыскать Бальдра, и предложит за него выкуп Хель154, чтобы она отпустила Бальдра назад в Асгард. И тот, кого называют Хермод Удалой, сын Одина, вызвался ехать. Вывели тут Слейпнира, коня Одина, вскочил Хермод на того коня и умчался прочь. Асы же подняли тело Бальдра и перенесли к морю. Хрингхорни155 звалась ладья Бальдра, что всех кораблей больше. Боги хотели спустить её в море и зажечь на ней погребальный костёр. Но ладья не трогалась с места. Тогда послали в Страну Великанов за великаншей по имени Хюрроккин156. Когда она приехала — верхом на волке, а поводьями ей служили змеи — и соскочила наземь, Один позвал четырёх берсерков подержать её коня, но те не могли его удержать, пока не свалили. Тут Хюрроккин подошла к носу ладьи и сдвинула её с первого же толчка, так что с катков посыпались искры, и вся земля задрожала. Тогда Тор разгневался и схватился за молот. Он разбил бы ей череп, но все боги просили пощадить её. Потом тело Бальдра перенесли на ладью, и лишь увидела это жена его Нанна, дочь Непа, у неё разорвалось от горя сердце, и она умерла. Её положили на костёр и зажгли его. Тор встал рядом и освятил костёр молотом Мьёлльнир. А у ног его пробегал некий карлик по имени Лит157, и Тор пихнул его ногою в костёр, и он сгорел. Множество разного народу сошлось у костра. Сперва надо поведать об Одине и что с ним была Фригг и валькирии и его вороны. А Фрейр ехал в колеснице, запряжённой вепрем Золотая Щетина, или Страшный Клык. Хеймдалль ехал верхом на коне Золотая Чёлка, Фрейя же правила своими кошками. Пришёл туда и великий народ инеистых исполинов и горных великанов. Один положил на костёр золотое кольцо Драупнир158. Есть у этого кольца с тех пор свойство: каждую девятую ночь капает из него по восьми колец такого же веса. Коня Бальдра взвели на костёр во всей сбруе. Теперь надо поведать о Хермоде, что он скакал девять ночей тёмными и глубокими долинами и ничего не видел, пока не подъехал к реке Гьёлль159 и не ступил на мост, выстланный светящимся золотом. Модгуд — имя девы, охраняющей тот мост. Она спросила, как звать его и какого он роду, и сказала, что за день до того проезжали по мосту пять полчищ мертвецов, «так не меньше грохочет мост и под одним тобою, и не похож ты с лица на мёртвого. Зачем же ты едешь сюда, по Дороге в Хель?» Он отвечает: «Нужно мне в Хель, чтобы разыскать Бальдра, да может статься, видала ты Бальдра на Дороге в Хель?» И она сказала, что Бальдр проезжал по мосту через Гьёлль, «а Дорога в Хель идёт вниз и к северу». Хермод Тогда Хермод поехал дальше, пока не добрался до решётчатых ворот в Хель. Тут он спешился, затянул коню подпругу, снова вскочил на него, всадил в бока шпоры, и конь перескочил через ворота, да так высоко, что вовсе их не задел. Тогда Хермод подъехал к палатам и, сойдя с коня, ступил в палаты и увидел там на почётном месте брата своего Бальдра. Хермод заночевал там. А наутро стал он просить Хель отпустить Бальдра назад, рассказывая, что́ за плач великий был у асов. Но Хель сказала, что надо проверить, правда ли все так любят Бальдра, как о том говорят. И если всё, что ни есть на земле живого иль мёртвого, будет плакать по Бальдру, он возвратится к асам. Но он останется у Хель, если кто-нибудь воспротивится и не станет плакать. Тогда Хермод поднялся, а Бальдр проводил его из палат и, взяв кольцо Драупнир, послал его на память Одину, а Нанна послала Фригг свой плат и другие дары, а Фулле — перстень. Вот пустился Хермод в обратный путь, приехал в Асгард и поведал, как было дело, что́ он видел и слышал. Асы тут же разослали гонцов по всему свету просить, чтобы все плакали и тем вызволили Бальдра из Хель. Все так и сделали: люди и звери, земля и камни, деревья и все металлы, и ты ведь видел, что все они плачут, попав с мороза в тепло. Когда гонцы возвращались домой, своё дело как должно исполнив, видят: сидит в одной пещере великанша. Она назвалась Тёкк160. Они просят её вызволить плачем Бальдра из Хель. Она отвечает: «Сухими слезами Тёкк оплачет кончину Бальдра. Ни живой, ни мёртвый он мне не нужен, пусть хранит его Хель». И люди полагают, что это был не кто иной, как Локи, сын Лаувейи, причинивший асам величайшее зло»161. |
Хермод в большинстве рукописей называется "сыном" Одина, в то время как в версии Кодекса Региус, которая обычно считается лучшей рукописью, Хермод назван свейн Один "мальчик Одина", что в данном контексте с такой же вероятностью означает "слуга Одина". Однако Хермод в более позднем отрывке назван братом Бальдра, а также фигурирует как сын Одина в списке сыновей Одина. См. Сыновья Одина.
Хермод появляется в Воображении Гильфа Снорри как гонец, посланный Одином в Хель, чтобы выторговать освобождение Бальдра. В большинстве рукописей его называют "сыном" Одина, но в версии Кодекса Региуса — Codex Regius обычно считается лучшей рукописью — Хермода зовут свейн Один "мальчик Одина", что может означать сын Одина, но в контексте с такой же вероятностью означает слуга Одина. Однако, когда Хермод прибывает в чертог Хель, он называет Бальдра своим братом. Чтобы запутать дело, в других текстах известно о смертном герое по имени Хермод или Херемод.
Skáldskaparmál (11) | Hér er þess dœmi at jǫrð er kǫlluð kona Óðins í skáldskap. Svá er hér sagt at Eyvindr kvað:
(11) Hermóðr ok Bragi (kvað Hroptatýr) gangið í gǫgn grami þvíat konungr ferr sá er kappi þykkir til hallar hinig. |
|
Skáldskaparmál (195) | Hér er gull kallat snær skálanna. Svá kvað Þórðr mauraskáld:
(195) [Sér á sei]ma rýri sigðis látrs ok átti hrauns glaðsendir handa Hermóðr fǫður góðan. |
|
Skáldskaparmál (429) | (429) Burir eru Óðins
Baldr ok Meili Viðarr ok Nepr Váli Áli Þórr ok Hildólfr Hermóðr Sigi Skjǫldr Yngvi-Freyr ok Ítreksjóð Heimdallr Sæmingr. |
Сыновья Одина
Бальдр и Meili Видарр и Непр Váli, Тор и Хильдольфр Гермодр, Sigi Skjöldr и Ítreksjóð Хеймдалль, Семингр Хед и Браги |
Поэтическая Эдда
Имя Хермод, по-видимому, применяется к смертному герою в эддической поэме Hyndluljóð (строфа 2):
Hyndluljóð (2) | 2Bidium Heriafaudur
i hugum sitia; hann gelldr ok gefr gull verdungu; gaf hann Hermodi hialm ok bryniu, enn Sigmundi suerd at þiggia. |
2Ратей Отца
попросим о милости! Золото воинам он раздает; шлем дал он Хермоду, дал и кольчугу, Сигмунду меч разящий вручил он. |
Скальдическая поэзия
В скальдической поэме Hákonarmál (строфа 14) Хермод и Браги появляются в Валгалле, принимая Хакона Доброго. Нет уверенности, что ни Хермод, ни Браги в этом стихотворении являются богами.
Hákonarmál (14) | “Hermóðr ok Bragi,”
kvað Hroptatýr, “gangið í gögn grami, þvít konungr ferr, sás kappi þykkir, til hallar hinig.” |
«Хермод и Браги,
встречайте героя, — рек Хрофтатюр, — ведь конунг, видом подобный витязю, сюда путь держит». |
Беовульф
В древнеанглийской поэме Беовульф, Херемод является датским королем, который был изгнан, а в древнеанглийских генеалогиях Херемод соответственно фигурирует как один из потомков Скиафы и обычно как отец Скилда.
Данный раздел не дописан.
Вы можете помочь Мифология вики, дополнив его. |
Поклонения и ритуалы
Хотя данный бог заявляется как сын самого Одина, неизвестно, какие у него были ритуалы и поклонялись ли ему вообще.