Атлантида
Атлантида - место, придуманное Платоном для философского эксперимента. Никогда не была частью религии и мифологии (хотя даже в античность некоторые верили в её существование), особенно известна по произведениям Платона, который ссылался на Солона. Также известны упоминания у Геродота, Диодора Сицилийского, Посидония, Страбона, Прокла. В оригинале Атлантидой называется и остров, и государство.
Источники
«Диалоги» Платона
Все сведения об Атлантиде содержатся у Платона в двух диалогах: «Тимей» (кратко) и «Критий» (более развёрнуто).
Тимей
Далее Критий излагает рассказ о войне Афин с Атлантидой. Некогда, 9 тысяч лет назад (от времён Крития и Солона, то есть от VI—V веков до н. э.), Афины были наиболее славным, могущественным и добродетельным государством. Главным их соперником была упомянутая Атлантида. «Этот остров превышал своими размерами Ливию и Азию, вместе взятые». На нём возникло «удивительное по величине и могуществу царство», владевшее всей Ливией до Египта и Европой до Тиррении (запад Италии). Все силы этого царства были брошены на порабощение Афин. Афиняне встали на защиту своей свободы во главе эллинов; и хотя все союзники им изменили, они одни благодаря своей доблести и добродетели отразили нашествие, сокрушили атлантов и освободили порабощённые ими народы. Вслед за тем, однако, произошла грандиозная природная катастрофа, в результате которой за одни сутки погибло всё войско афинян, а Атлантида погрузилась на дно морское.
Критий
Диалог «Критий», с теми же участниками, служит непосредственным продолжением «Тимея» и целиком посвящён рассказу Крития о древних Афинах и Атлантиде. Согласно новому рассказу, Афины тогда (до землетрясения и наводнения) были центром большой и необычайно плодородной страны; они были населены добродетельным народом, пользовавшимся идеальным (с точки зрения Платона) государственным устройством. А именно, всем распоряжались правители и воины, жившие отдельно от основной земледельческо-ремесленной массы на Акрополе коммунистической общиной. Скромным и добродетельным Афинам противопоставляется надменная и могущественная Атлантида. Родоначальником атлантов, по Платону, был бог Посейдон, сошедшийся со смертной девушкой Клейто, родившей от него десять божественных сыновей во главе со старшим, Атлантом, между которыми он и разделил остров и которые стали родоначальниками его родов: девять сыновей Посейдона получили в удел части острова и стали архонтами, старший же, Атлант — царём всего острова, как и его потомки. Он же дал имя и всему океану (тождество этого Атланта с известным в греческой мифологии титаном Атлантом является предметом дискуссии современных учёных). Центральная равнина острова простиралась в длину на 3 тысячи стадиев (540 км), в ширину — на 2000 стадиев (360 км), центром острова являлся холм, расположенный в 50 стадиях (8-9 километрах) от моря. Посейдон для защиты обнёс его тремя водными и двумя сухопутными кольцами; атланты же перекинули через эти кольца мосты и прорыли каналы, так что корабли могли по ним подплывать к самому городу или, точнее, к центральному острову, имевшему 5 стадиев (несколько менее километра) в диаметре. На острове возвышались храмы, выложенные серебром и золотом и окружённые золотыми статуями, роскошный царский дворец, а также были заполненные кораблями верфи и так далее.
Платон уделяет очень много места описанию неслыханного богатства и плодородия острова, его густонаселённости, богатого природного мира (там, по автору, обитали даже слоны).
До тех пор, пока в атлантах сохранялась божественная природа, они пренебрегали богатством, ставя превыше его добродетель; но когда божественная природа выродилась, смешавшись с человеческой, они погрязли в роскоши, алчности и гордыне. Возмущённый этим зрелищем, Зевс задумал погубить атлантов и созвал совещание богов. На этом диалог — во всяком случае, дошедший до нас текст — обрывается.
Атлантида Платона и «Атлантида» Гелланика
Название «Атлантида» не было выдумкой Платона. Ещё до Платона, так назвал свой труд, по некоторым предположениям поэтический, в двух книгах логограф Гелланик (у разных античных авторов встречаются также другие варианты названия: «Атлантиада» и «Атлантика»). Несколько отрывочных фрагментов, сохранившихся от этого труда (очевидно из самого его начала) посвящены потомству титана Атланта, включая его внука критянина Ясиона. Немировский считает, что труд был посвящён истории Крита и, в частности, включала в себя мифы, отражающие былое морское могущество минойского Крита. Связь с «критским» происхождением платоновской Атлантиды (но не непосредственно, а через «Атлантиду» Гелланика) Немировский видит в рассказе о её войне с Афинами: афинские легенды говорят о покорении Афин критянами в царствование Эгея и затем освобождении их Тесеем, но Платон перенёс Атлантиду очень далеко от Афин — за Геракловы столпы, и при этом рассказ о войнах атлантов с афинянами сохранился, несмотря на то, что стал гораздо менее правдоподобен.
Другие античные авторы
Современные атлантологи склонны относить к упоминаниям об Атлантиде рассказы об атлантах — африканском или восточноафриканском (очевидно берберском) племени в горах Атласа, о котором говорят Геродот, Диодор Сицилийский и Плиний Старший; эти атланты по их рассказам не имели собственных имён, не видели снов и в конце концов были истреблены своими соседями троглодитами; Диодор Сицилийский сообщает ещё, что они воевали с амазонками. Что же до собственно Атлантиды, то расхожее мнение сводилось к фразе (приписываемой Аристотелю), что «(сам же) создатель и заставил её исчезнуть». Против этого мнения выступал Посидоний, который, интересуясь фактами оседания суши, на этом основании нашёл рассказ правдоподобным (Страбон, География, II, 3.6). Во II веке Элиан, бывший, собственно, лишь собирателем анекдотов, среди прочего сообщает, как одевались цари атлантов — в шкуры самцов «морских баранов», а царицы носили головной убор из шкур самок этих неизвестных животных, чтобы подчеркнуть своё происхождение от Посейдона. Прокл в комментариях к «Тимею», рассказывает о последователе Платона Кранторе, который около 260 г. до н. э. специально посетил Египет с целью узнать об Атлантиде и якобы видел в храме богини Нейт в Саисе колонны с надписями, рассказывающими её историю. Кроме того, он пишет:
Этот Марцелл из других источников неизвестен; однако отмечают, что античные «Эфиопики», описывающие жизнь полумифического счастливого народа на крайнем Юге, как правило были романами, носившими сказочно-утопический характер.
Описания в первоисточниках
Платон. Тимей. 24e — 25d / Пер. Т. В. Васильевой. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. II /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 204) (греческий философ 4 в. до н. э.):
|
---|
Платон. Критий. 108e — 109c & 113c — 121c / Пер. С. С. Аверинцева. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. III /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 511) (греческий философ 4 в. до н. э.):
«[Сократ]
Ведь если я верно припомню и перескажу то, что было поведано жрецами и привезено сюда Солоном6, я почти буду уверен, что наш театр сочтет меня сносно выполнившим свою задачу. Итак, пора начинать, нечего долее медлить. Прежде всего вкратце припомним, что, согласно преданию, девять тысяч лет тому назад была война между теми народами [атлантами], которые обитали по ту сторону Геракловых столпов [то есть Гибралтарский пролив], и всеми теми, кто жил по сю сторону: об этой войне нам и предстоит поведать. Сообщается, что во главе последних вело войну, доведя ее до самого конца, наше государство [Афины], а во главе первых — цари острова Атлантиды; как мы уже упоминали, это некогда был остров, превышавший величиной Ливию и Азию, ныне же он провалился вследствие землетрясений и превратился в непроходимый ил, заграждающий путь мореходам, которые попытались бы плыть от нас в открытое море, и делающий плавание немыслимым. О многочисленных варварских племенах, а равно и о тех греческих народах, которые тогда существовали, будет обстоятельно сказано по ходу изложения, но вот об афинянах и об их противниках [атлантах] в этой войне необходимо рассказать в самом начале, описав силы и государственное устройство каждой стороны. Воздадим эту честь сначала афинянам и поведаем о них. Как известно, боги поделили между собой по жребию все страны земли. Сделали они это без распрей: ведь неправильно было бы вообразить, будто боги не знают, что подобает каждому из них, или будто они способны, зная, что какая-либо вещь должна принадлежать другому, все же затевать об этой вещи распрю. Итак, получив по праву жребия желанную долю, каждый из богов обосновался в своей стране; обосновавшись же, они принялись пестовать нас, свое достояние и питомцев, как пастухи пестуют стадо. Но если эти последние воздействуют на тела телесным насилием и пасут скот посредством бича, cто боги избрали как бы место кормчего, откуда удобнее всего направлять послушное живое существо, и действовали убеждением, словно рулем души, как им подсказывал их замысел. Так они правили всем родом смертных… Сообразно со сказанным раньше, боги по жребию разделили всю землю на владения — одни побольше, другие поменьше — и учреждали для себя святилища и жертвоприношения. Так и Посейдон, получив в удел остров Атлантиду, населил ее своими детьми, зачатыми от смертной женщины, примерно вот в каком месте: от моря и до середины острова простиралась равнина, если верить преданию, красивее всех прочих равнин и весьма плодородная, а опять-таки в середине этой равнины, примерно в пятидесяти стадиях от моря, стояла гора, со всех сторон невысокая. На этой горе жил один из мужей, в самом начале произведенных там на свет землею, по имени Евенор, и с ним жена Левкиппа; их единственная дочь звалась Клейто. Когда девушка уже достигла брачного возраста, а мать и отец ее скончались, Посейдон, воспылав вожделением, соединяется с ней; тот холм, на котором она обитала, он укрепляет, по окружности отделяя его от острова и огораживая попеременно водными и земляными кольцами (земляных было два, а водных — три) все большего диаметра, проведенными словно циркулем из середины острова и на равном расстоянии друг от друга. Это заграждение было для людей непреодолимым, ибо судов и судоходства тогда еще не существовало. А островок в середине Посейдон без труда, как то и подобает богу, привел в благоустроенный вид, источил из земли два родника — один теплый, а другой холодный — и заставил землю давать разнообразное и достаточное для жизни пропитание. Произведя на свет пять раз по чете близнецов мужского пола, Посейдон взрастил их и поделил весь остров Атлантиду на десять частей, причем тому из старшей четы, кто родился первым, он отдал дом матери и окрестные владения как наибольшую и наилучшую долю и поставил его царем над остальными, а этих остальных — архонтами, каждому из которых он дал власть над многолюдным народом и обширной страной. Имена же всем он нарек вот какие: старшему и царю — то имя, по которому названы и остров, и море, что именуется Атлантическим, ибо имя того, кто первым получил тогда царство, было Атлант. Близнецу, родившемуся сразу после него и получившему в удел крайние земли острова со стороны Геракловых столпов вплоть до нынешней страны гадиритов, называемой по тому уделу, было дано имя, которое можно было бы передать по-эллински как Евмел, а на туземном наречии — как Гадир. Из второй четы близнецов он одного назвал Амфереем, а другого — вэмоном, из третьей — старшего Мнесеем, а младшего Автохтоном, cиз четвертой — Эласиппом старшего и Местором младшего, и, наконец, из пятой четы старшему он нарек имя Азаэс, а последнему — Диапреп. Все они и их потомки в ряду многих поколений обитали там, властвуя над многими другими островами этого моря и притом, как уже было сказано ранее, простирая свою власть по сю сторону Геракловых столпов вплоть до Египта и Тиррении [в Италии]. От Атланта произошел особо многочисленный и почитаемый род, dв котором старейший всегда был царем и передавал царский сан старейшему из своих сыновей, из поколения в поколение сохраняя власть в роду, и они скопили такие богатства, каких никогда не было ни у одной царской династии в прошлом и едва ли будут когда-нибудь еще, ибо в их распоряжении было все необходимое, приготовляемое как в городе, так и по всей стране. Многое ввозилось к ним из подвластных стран, eно бо́льшую часть потребного для жизни давал сам остров, прежде всего любые виды ископаемых твердых и плавких металлов, и в их числе то, что ныне известно лишь по названию, а тогда существовало на деле: самородный орихалк, извлекавшийся из недр земли в различных местах острова и по ценности своей уступавший тогда только золоту. Лес в изобилии доставлял все, что нужно для работы строителям, а равно и для прокормления домашних и диких животных. Даже слонов на острове водилось великое множество, ибо корму хватало не только для всех прочих живых существ, населяющих болота, озера и реки, горы или равнины, но и для этого зверя, из всех зверей самого большого и прожорливого. Далее, все благовония, которые ныне питает земля, будь то в корнях, в травах, в древесине, в сочащихся смолах, в цветах или в плодах, — все это она рождала там и отлично взращивала. Притом же и всякий нежный плод и злак, который мы употребляем в пищу или из которого готовим хлеб, и разного рода овощи, а равно и всякое дерево, приносящее яства, напитки или умащения, например, непригодный для хранения и служащий для забавы и лакомства древесный плод, а также тот, что мы предлагаем на закуску пресытившемуся обедом, — все это тогда под воздействием солнца священный остров порождал прекрасным, изумительным и изобильным. Пользуясь этими дарами земли, цари устроили святилища, дворцы, cгавани и верфи и привели в порядок всю страну, придав ей следующий вид. Прежде всего они перебросили мосты через водные кольца, окружавшие древнюю метрополию, построив путь из столицы и обратно в нее. Дворец они с самого начала выстроили там, где стояло обиталище бога и их предков, и затем, принимая его в наследство, один за другим все более его украшали, всякий раз силясь превзойти предшественника, пока в конце концов не создали поразительное по величине и красоте сооружение. От моря они провели канал в три плетра шириной и сто футов глубиной, а в длину на пятьдесят стадиев вплоть до крайнего из водных колец: так они создали доступ с моря в это кольцо, словно в гавань, приготовив достаточный проход даже для самых больших судов. Что касается земляных колец, разделявших водные, то вблизи мостов они прорыли каналы такой ширины, eчтобы от одного водного кольца к другому могла пройти одна триера; сверху же они настлали перекрытия, под которыми должно было совершаться плавание: высота земляных колец над поверхностью моря была для этого достаточной. Самое большое по окружности водное кольцо, с которым непосредственно соединялось море, имело в ширину три стадия, и следовавшее за ним земляное кольцо было равно ему по ширине; из двух следующих колец водное было в два стадия шириной и земляное опять-таки было равно водному; наконец, водное кольцо, опоясывавшее находившийся в середине остров, было в стадий шириной. Остров, на котором стоял дворец, имел пять стадиев в диаметре; этот остров, а также земляные кольца и мост шириной в плетр цари обвели круговыми каменными стенами и на мостах у проходов к морю всюду поставили башни и ворота. Камень белого, черного и красного цвета они добывали в недрах срединного острова и в недрах внешнего и внутреннего земляных колец, bа в каменоломнях, где с двух сторон (διπλοῦς) оставались углубления, перекрытые сверху тем же камнем, они устраивали стоянки для кораблей. Если некоторые свои постройки они делали простыми, то в других они забавы ради искусно сочетали камни разного цвета, сообщая им естественную прелесть; также и стены вокруг наружного земляного кольца они по всей окружности обделали в медь, нанося металл в расплавленном виде, стену внутреннего вала покрыли литьем из олова, а стену самого акрополя — орихалком, испускавшим огнистое блистание. Обиталище царей внутри акрополя было устроено следующим образом. В самом средоточии стоял недоступный святой храм Клейто и Посейдона, обнесенный золотой стеной, и это было то самое место, где они некогда зачали и породили поколение десяти царевичей; в честь этого ежегодно каждому из них изо всех десяти уделов доставляли сюда жертвенные начатки. Был и храм, посвященный одному Посейдону, который имел стадий в длину, три плетра в ширину и соответственную этому высоту; в облике же постройки было нечто варварское. Всю внешнюю поверхность храма, кроме акротериев, они выложили серебром, акротерии же — золотом; внутри взгляду являлся потолок из слоновой кости, весь изукрашенный золотом, серебром и орихалком, а стены, столпы и полы сплошь были выложены орихалком. Поставили там и золотые изваяния: сам бог на колеснице, правящий шестью крылатыми конями eи головой достающий до потолка, вокруг него — сто Нереид на дельфинах (ибо люди в те времена представляли себе их число таким), а также и много статуй, пожертвованных частными лицами. Снаружи вокруг храма стояли золотые изображения жен и всех тех, кто произошел от десяти царей, а также множество прочих дорогих приношений от царей и от частных лиц этого города и тех городов, которые были ему подвластны. Алтарь по величине и отделке был соразмерен этому богатству; равным образом и царский дворец находился в надлежащей соразмерности как с величием державы, так и с убранством святилищ. К услугам царей было два источника — родник холодной и родник горячей воды, которые давали воду в изобилии, и притом удивительную как на вкус, так и по целительной силе; их обвели стенами, насадили при них подходящие к свойству этих вод деревья и направили эти воды в купальни, из которых одни были под открытым небом, bдругие же, с теплой водой, были устроены как зимние, причем отдельно для царей, отдельно для простых людей, отдельно для женщин и отдельно для коней и прочих подъяремных животных; и каждая купальня была отделана соответственно своему назначению. Излишки воды они отвели в священную рощу Посейдона, где благодаря плодородной почве росли деревья неимоверной красоты и величины, а оттуда провели по каналам через мосты на внешние земляные кольца. cНа этих кольцах соорудили они множество святилищ различных божеств и множество садов и гимнасиев для упражнения мужей и коней. Все это было расположено отдельно друг от друга на каждом из кольцевидных островов; в числе прочего посредине самого большого кольца у них был устроен ипподром для конских бегов, имевший в ширину стадий, а в длину шедший по всему кругу. По ту и другую сторону его стояли помещения для множества царских копьеносцев, dно более верные копьеносцы были размещены на меньшем кольце, ближе к акрополю, а самым надежным из всех были даны помещения внутри акрополя, рядом с обиталищем царя. Верфи были наполнены триерами и всеми снастями, какие могут понадобиться для триер, так что всего было вдоволь. Так было устроено место, где жили цари. Если же миновать три внешние гавани, то там шла по кругу начинавшаяся от моря стена, которая на всем своем протяжении отстояла от самого eбольшого водного кольца и от гавани на пятьдесят стадиев; она смыкалась около канала, выходившего в море. Пространство внутри нее было густо застроено, а проток и самая большая гавань были переполнены кораблями, на которых отовсюду прибывали купцы, и притом в таком множестве, что днем и ночью слышались говор, шум и стук. Итак, мы более или менее припомнили, что было рассказано тогда о городе и о древнем обиталище. Теперь попытаемся вспомнить, какова была природа сельской местности и каким образом она была устроена. Во-первых, было сказано, что весь этот край лежал очень высоко и круто обрывался к морю, но вся равнина, окружавшая город и сама окруженная горами, которые тянулись до самого моря, являла собой ровную гладь, в длину три тысячи стадиев, а в направлении от моря к середине — две тысячи. Вся эта часть острова была обращена к bюжному ветру, а с севера закрыта горами. Эти горы восхваляются преданием за то, что они по множеству, величине и красоте превосходили все нынешние: там было большое количество многолюдных селений, были реки, озера и луга, доставлявшие пропитание всем родам ручных и диких животных, а равно и огромные леса, отличавшиеся разнообразием пород, в изобилии доставлявшие дерево для любого дела. Такова была упомянутая равнина от природы, а над устроением ее потрудилось cмного царей на протяжении многих поколений. Она являла собой продолговатый четырехугольник, по большей части прямолинейный, а там, где его форма нарушалась, ее выправили, окопав со всех сторон каналом. Если сказать, каковы были глубина, ширина и длина этого канала, никто не поверит, что возможно было такое творение рук человеческих, выполненное в придачу к другим работам, но мы обязаны передать то, что слышали: он был прорыт в глубину на плетр, ширина на всем протяжении имела стадий, длина же по периметру вокруг всей равнины была десять тысяч стадиев. dПринимая в себя потоки, стекавшие с гор, и огибая равнину, через которую он в различных местах соединялся с городом, канал изливался в море. От верхнего участка канала к его участку, шедшему вдоль моря, были прорыты прямые каналы почти в сто футов шириной, причем они отстояли друг от друга на сто стадиев. Соединив их между собой и с городом косыми протоками, по ним переправляли к городу лес с гор и разнообразные плоды. eУрожай снимали по два раза в год, зимой получая орошение от Зевса, а летом отводя из каналов воды, источаемые землей. Что касается числа мужей, пригодных к войне, то здесь существовали такие установления: каждый участок равнины должен был поставлять одного воина-предводителя, причем величина каждого участка была десять на десять стадиев, а всего участков насчитывалось шестьдесят тысяч; а те простые ратники, которые набирались в несчетном числе из гор и из остальной страны, сообразно с их деревнями и местностями распределялись по участкам между предводителями. В случае войны каждый предводитель обязан был поставить шестую часть боевой колесницы, так, чтобы всего колесниц было десять тысяч, а сверх того, двух верховых коней с двумя всадниками, bдвухлошадную упряжку без колесницы, воина с малым щитом, способного сойти с нее и биться в пешем бою, возницу, который правил бы конями упряжки, двух гоплитов, по два лучника и пращника, по трое камнеметателей и копейщиков, по четыре корабельщика, чтобы набралось достаточно людей на общее число тысячи двухсот кораблей. Таковы были относящиеся к войне правила в области самого царя; в девяти других областях были и другие правила, излагать которые потребовало бы слишком много времени. cПорядки относительно властей и должностей с самого начала были установлены следующие. Каждый из десяти царей в своей области и в своем государстве имел власть над людьми и над большей частью законов, так что мог карать и казнить любого, кого пожелает; но их отношения друг к другу в деле правления устроялись сообразно с Посейдоновыми предписаниями34, как велел закон, записанный первыми царями на орихалковой стеле, которая стояла в средоточии острова — внутри храма Посейдона. dВ этом храме они собирались то на пятый, то на шестой год, попеременно отмеривая то четное, то нечетное число, чтобы совещаться об общих заботах, разбирать, не допустил ли кто-нибудь из них какого-либо нарушения, и творить суд. Перед тем как приступить к суду, они всякий раз приносили друг другу вот какую присягу: в роще при святилище Посейдона на воле разгуливали быки; и вот десять царей, оставшись одни и вознесши богу молитву, чтобы он сам избрал для себя угодную жертву, eприступали к ловле, но без применения железа, вооруженные только палками и арканами, а быка, которого удалось изловить, заводили на стелу и закалывали на ее вершине так, чтобы кровь стекала на письмена. На упомянутой стеле помимо законов было еще и заклятие, призывавшее великие беды на головы тех, кто их нарушит. Принеся жертву по своим уставам и предав сожжению все члены быка, 120они разводили в чаше вино и бросали в него каждый по сгустку бычьей крови, а все оставшееся клали в огонь и тщательно очищали стелу. После этого, зачерпнув из чаши влагу золотыми фиалами и сотворив над огнем возлияние, они приносили клятву, что будут чинить суд по записанным на стеле законам и карать того, кто уже в чем-либо преступил закон, а сами в будущем по доброй воле никогда не поступят противно написанному и будут отдавать и выполнять лишь такие приказания, bкоторые сообразны с отеческими законами. Поклявшись такой клятвой за себя самого и за весь род своих потомков, каждый из них пил и водворял фиал на место в святилище бога, а затем, когда пир и необходимые обряды были окончены, наступала темнота и жертвенный огонь остывал, все облачались в прекраснейшие иссиня-черные сто́лы, усаживались на землю при клятвенном огневище и ночью, погасив в храме все огни, cтворили суд и подвергались суду, если кто-либо из них нарушил закон; окончив суд, они с наступлением дня записывали приговоры на золотой скрижали и вместе со сто́лами посвящали богу как памятное приношение. Существовало множество особых законоположений о правах каждого из царей, но важнее всего было следующее: ни один из них не должен был подымать оружия против другого, но все обязаны были прийти на помощь, если бы кто-нибудь вознамерился свергнуть в одном из государств царский род, а также по обычаю предков dсообща советоваться о войне и прочих делах, уступая верховное главенство царям Атлантиды. Притом нельзя было казнить смертью никого из царских родичей, если в совете десяти в пользу этой меры не было подано свыше половины голосов. Столь великую и необычайную мощь, пребывавшую некогда в тех странах, бог устроил там и направил против наших земель, согласно преданию, по следующей причине. В продолжение многих поколений, покуда не истощилась унаследованная от бога природа, eправители Атлантиды повиновались законам и жили в дружбе со сродным им божественным началом: они блюли истинный и во всем великий строй мыслей, относились к неизбежным определениям судьбы и друг к другу с разумной терпеливостью, презирая все, кроме добродетели, ни во что не ставили богатство и с легкостью почитали чуть ли не за досадное бремя груды золота и прочих сокровищ. Они не пьянели от роскоши, не теряли власти над собой и здравого рассудка под воздействием богатства, но, храня трезвость ума, отчетливо видели, что и это все обязано своим возрастанием общему согласию в соединении с добродетелью, но когда становится предметом забот и оказывается в чести, то и само оно идет прахом и вместе с ним гибнет добродетель. Пока они так рассуждали, а божественная природа сохраняла в них свою силу, все их достояние, нами описанное, возрастало. Но когда унаследованная от бога доля ослабела, многократно растворяясь в смертной примеси, и возобладал человеческий нрав, bтогда они оказались не в состоянии долее выносить свое богатство и утратили благопристойность. Для того, кто умеет видеть, они являли собой постыдное зрелище, ибо промотали самую прекрасную из своих ценностей; но неспособным усмотреть, в чем состоит истинно счастливая жизнь, они казались прекраснее и счастливее всего как раз тогда, когда в них кипела безудержная жадность и сила. И вот Зевс, бог богов, блюдущий законы, хорошо умея усматривать то, о чем мы говорили, помыслил о славном роде, впавшем в столь жалкую развращенность, и решил наложить на него кару, дабы он, отрезвев от беды, научился благообразию. cПоэтому он созвал всех богов в славнейшую из их обителей, утвержденную в средоточии мира, из которой можно лицезреть все причастное рождению, и обратился к собравшимся с такими словами… [тут текст прерывается]». |
---|
Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга 3. 56. 1 — 57. 8. (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):
«Но поскольку мы упомянули атлантов [то есть их войну с амазонками, смотрите Следующий раздел],, мы считаем, что будет уместным в этом месте рассказать о том, что их мифы повествуют о происхождении богов в связи с тем, что они не сильно отличаются от мифов греков. Тогда атланты, жившие в областях на краю океана и населявшие плодородные территории, имели славу, далеко превосходящую их соседей в почитании богов и в человеколюбии, которое они проявляли в отношениях с чужаками, и боги, говорят, родились среди них. И их отчёт, как утверждают, согласуется с наиболее известным греческим поэтом [Гомер, Илиада 14.200], когда он представляет Геру, которая говорит:
Я отхожу далеко, к пределам земли многодарной, Видеть бессмертных отца Океана и матерь Теѳию Согласно рассказу, данному в мифе: их первым царём был Уран, и он собрал человеческие существа, которые жили в рассеянных жилищах, в укрытые стенами города и призвал своих подданных прекратить беззакония и звероподобный образ жизни, открыв для них употребление культурных плодов и способы сохранить их, и немало других вещей, которые приносят пользу человеку; и он также покорил большую часть обитаемой земли, в частности области на западе и на севере. И так как он внимательно наблюдал за звёздами, он предсказал многие вещи, которые должны были проходить во вселенной; а для простых людей он ввёл год на основании движения солнца, и месяц на основании движений Луны, и указал им времена года, которые повторяются из года в год. В результате, народные массы, не разумея вековечного порядка звёзд и удивляясь событиям, которые происходили согласно его предсказаниям, пришли к мнению, что человек, который учит таким вещам, является носителем божественной природы, и после того как он ушел от людей, они предоставили ему бессмертные почести, как за его благодеяния, так и за его знания о звёздах, а затем перенесли его имя на небесную твердь, так как они думали, что он имел сокровенные знания о восходах и заходах и звёзд и обо всем том, что ещё происходило на небесах, и потому, что они превозносили его благодеяния множеством оказываемых ему почестей, поэтому на все последующее времена они объявили его владыкой Вселенной. Уран, продолжает миф, родил сорок пять сыновей от нескольких жён, и из них восемнадцать, как говорят, были от Титеи, каждый из которых носил различные имена, но все они вместе назывались от имени матери титанами. Титея, потому что она была благоразумной и сделала много добрых дел для людей, была обожествлена после смерти теми, кому она помогала, и её имя было изменено на Гею (Gê). Уран также родил дочерей, из которых две старшие славою превосходят всех остальных и имели имена Басилея и Рея, которую также некоторые называют Пандора. Из этих дочерей Басилея, которая был старшей и намного превосходила других и здравомыслием и понятливостью, воспитала всех своих братьев, уделяя им всем одинаковые материнские заботы, поэтому она получила имя «Великой Матери»; и после того как её отец был переведён из разряда людей в круг богов, с согласия народных масс и её братьев, она получила царское достоинство, хотя она была ещё девственницей и из-за своего великого целомудрия не хотел вступать в брак с кем бы то ни было. Но позже, из желания оставить сыновей, которые унаследовали бы трон, она, вступила в брак с Гиперионом, одним из своих братьев, которого она больше всего любила. А когда родились двое детей, Гелиоса и Селену, которые высоко почитались как за их красоту, так и за целомудрие, братья Басилеи, говорят, завидуя ей из-за счастливо рождённых детей и опасаясь, что Гиперион присвоит царскую власть себе, совершили крайне нечестивый поступок; вступив в сговор между собой, они закололи Гипериона мечом и бросили Гелиоса [младенец Фаэтона из мифа], который годами был ещё ребёнком, в реку Эридан, утопив его. Когда это преступление обнаружилось, Селена, которая очень сильно любила своего брата, бросилась вниз с крыши, но что касается его матери, в то время как она разыскивала его тело вдоль реки, силы оставили её и, упав в обморок, она увидела видение, в котором ей показалось, что Гелиос стоял над ней и призывал не оплакивать смерть её детей; ибо, по его словам, титаны понесут заслуженное наказание, в то время как он и его сестра превратилась, под действием некого божественного провидения, в бессмертные существа, так и то, что раньше называли «святой огонь» на небесах, будет людьми называться Гелиос («солнце»), а то, к чему обращались как «menê» будет называться Селена («Луна»). Когда она очнулась от обморока, она рассказала толпе как сон, так и несчастья, постигшие её, провозглашая, что они должны воздавать почести мёртвым, подобные тем, что предоставляются богам, и заявляя, что никто не должен прикасаться к её телу. И после этого она обезумела, и, схватив такие игрушки своей дочери, которые могли шуметь, стала бродить по земле с распушёнными волосами, вдохновляемая шумом литавр и кимвалов, так что те, кто видел её, бывали поражены от изумления. И все люди были полны жалости к её несчастью, и некоторые из них цеплялись за её тело, когда пришла сильная буря и непрерывно гремел гром и сверкали молнии; и посреди этого Басилея исчезла из виду, после чего народные массы, удивляясь такому повороту судьбы, перенесли имена и почести Гелиосу и Селене к звёздам на небо, так же как и их мать они сочли богиней и установили ей алтарь, и, изображая события из её жизни, били в литавры и кимвалы, оказывая ей таким образом жертвы и другие почести». |
---|
Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга 3. 60. 1 — 61. 6. (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):
«[После отступления от фригийской мифологии после отрывка, приведенного выше, Диодор продолжает свою атлантическую историю]
После смерти Гипериона, сообщает миф, царство было разделено между сыновьями Урана, самые известные из которых были Атлас и Крон. Из этих сыновей Атлас, получивший в долю области на берегу океана, не только дал название атланты своему народу, но также назвал величайшую вершину в стране Атласом. Говорят также, что он усовершенствовал науку астрологию и был первым, кто познакомил человечество с учением о сфере; и именно по этой причине укрепилась мысль, что все небеса держатся на плечах Атласа, — миф загадочно намекает, таким образом, на открытие и описание им сферы. У него родилось несколько сыновей, один из которых был отмечен выше прочих за своё благочестие, справедливость к подданным и человеколюбие, звали его Геспер (Вечерняя Звезда). Этот царь однажды поднялся на вершину горы Атлас, внезапно был подхвачен мощным ветром, в то время как он делал свои наблюдения за звёздами, и его больше никогда не видели; и в связи с добродетельной жизнью, им прожитой, и сострадания к его печальной судьбе, народ предоставил ему бессмертные почести и назвал ярчайшие звезды на небе в его честь. Атлас, продолжает рассказывать миф, также имел семь дочерей, которые все вместе назывались Атландиты в честь своего отца, но их личными именами были Майя, Электра, Тайгета, Стеропа, Меропа, Альциона, и последняя Келено. Эти дочери возлегли с самыми известными героями и богами, и таким образом стали родоначальницами большей части народов, породив тех, кого в силу высоких достижений стали называть богами и героями; Например, Майя, старшая, возлегла с Зевсом и родила Гермеса, который был первооткрывателем многих вещей, полезных для человечества; аналогично, другие Атлантиды также родили прославленных детей, которые стали основателями в некоторых случаях народов, в других случаях — городов. Следовательно, не только у варваров, но и у греков, у подавляющего большинства из самых древних героев, прослеживается происхождение от Атлантид. Эти дочери отличались своим целомудрием и после смерти достигли бессмертных почестей среди людей, которые как на троне, так и на небесах наделили их наименованием Плеяд. Атлантид также называли «нимфами», потому что уроженцы этой страны обращались к своим женщинам общим именем «нимфа». Крон, брат Атласа, продолжает миф, который был человеком, известным своими нечестием и жадностью, женился на своей сестре Рее, от которой он родил Зевса, позже получившего прозвище «Олимпийский»…. Однако Зевс, сын Крона, следовал образу жизни противоположному тому, что вёл его отец, и поскольку он держал себя благородно и дружелюбно ко всем, народ обращался к нему «отец». Что касается наследования царской власти, некоторые говорят, что отец отдал ему власть по собственной воле, а другие утверждают, что он был выбран царём народными массами из-за ненависти к его отцу, и что Крон с помощью титанов вёл войну против него, Зевс, победив в сражении, и приобрётши верховную власть, побывал во всех населённых частях мира, даруя благодеяния роду человеческому. Он был также превосходен и телесной силой и во всех других качествах добродетели, и по этой причине быстро стал владыкой всего мира. И в общем, он выказал усердие, наказывая нечестивых и лукавых людей, и проявляя доброту к народу. В ответ на все это, после того как он ушёл из числа людей, он получил имя Зен [от глагола «жить»], потому что он призывал людей к праведной жизни, и те, кто получил его покровительство, выказали ему почести, предоставив престол на небесах, и все люди охотно провозглашают его как Бога и как Повелителя Вселенной. Таковы вкратце факты, касающиеся учения атлантов о богах». |
---|
Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга 3. 53. 1 — 55. 3. (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):
«Мы утверждаем, что когда-то в западной части Ливии, а именно, на границах обитаемого мира, была раса, которая находилась под властью женщин и следовала образу жизни, отличному от того, который царит среди нас. Ибо у них существовал обычай, что женщины должны заниматься военным искусством и обязаны служить в войске в течение определённого периода, в течение которого они сохраняют свою девственность; а затем, по истечении срока службы в поле, они сходились с мужчинами для рождения детей, но они удерживали в руках управление и должности во всех государственных делах. Мужчины, впрочем, как и наши замужние женщины, работали целыми днями по дому, выполняя приказы, которые дали им их жены; и они не участвовали в военных походах и не занимали должностей гражданского самоуправления в делах общины, в силу которых они могли бы стать дерзкими и восстать против женщин. Когда они рожали детей, младенцев отдавали мужчинами, которые давали им молоко и готовили пищу, соответствующие возрасту детей; а если случалось так, что родилась девочка, её груди прижигались, чтобы они не могли развиваться в период зрелости, потому что считалось, что груди, так как они являются выступающей частью тела, будут создавать большие помехи на войне; и фактически, потому что они были лишены груди, греки назвали их амазонками.
Мифология сообщает, что их родина была на острове, который, потому что он был на западе, назывался Геспера, и он располагался в болотах Тритониды. Это болото было рядом с океаном, который окружает землю, и получило своё название от некой реки Тритон, которая впадала в него, и это болото было также около Эѳиопии и, что гора на берегу океана, которая является самой высокой из находящихся поблизости, омывается океаном и греки называют её Атлас. Вышеупомянутый остров был огромного размера и заполнен фруктовыми деревьями всякого вида, которые обеспечивали местных жителей пищей… Амазонки к тому же, продолжает рассказ, будучи расой превосходной доблести и склонной к войне, в первую очередь покорили все города на острове, кроме одного, называемого Мена, который считался священным и был заселён эѳиопскими ихѳиофагами, а также был подвержен крупным извержениям огня и обладал множеством драгоценных камней, которые греки называют анфракс, сардион и смарагд, и после этого они покорили многих окрестных ливийцев и кочевые племена, и основали в болоте Тритонис большой город, который они назвали Херронес за его форму. Выступив из города Херронес, продолжается рассказ, амазонки приступили к большим предприятиям, страстно желая охватить своими вторжениями многие части обитаемого мира. Первый народ, против которого они двинулись, согласно легенде, были атланты, наиболее цивилизованные люди среди обитателей тех областей, которые жили в процветающей стране и обладали большими городами; рождение богов случилось среди них, как утверждает мифология, в областях, которые расположены вдоль берега океана, с этим согласуются многие легенды, имеющие хождение среди греков, и об этом мы подробно будем говорить чуть позже. Тогда царица амазонок Мирина собрала, как говорят, армию в тридцать тысяч пехотинцев и три тысячи всадников, поскольку они предпочитали в необычайной степени использовать кавалерию на войне. Как защитное снаряжение они использовали шкуры больших змей, так как в Ливии обитают такие животные невероятных размеров, а как наступательное вооружение — мечи и копья; они также использовали луки и стрелы, которые они пускали не только перед лицом врага, но даже и во время бегства, стреляя назад в преследователей весьма действенно. При вступлении в страну атлантов, они в крупном сражении нанесли поражение жителям города Керны, как его называли, и проникнув за стены вместе с бегущим врагом, они заполучили город в свои руки; и желая вселить ужас в соседние народы, они обошлись с пленными с жестокостью, предали мечу мужчин, начиная с юношей и старше, женщин и детей увели в рабство, и разрушили город. Но когда ужасная судьба жителей Керны стала известна среди их соплеменников, рассказывают, что атланты, поражённые ужасом, сдали свои города на условиях капитуляции и объявили, что они будут делать все, что будет им приказано, и что царица Мирина, держась честно по отношению к атлантам, установила дружбу с ними и на месте разрушенного города основала город, носящий её имя, и в нем поселились как пленные, так и уроженцы (других городов) по желанию. После чего атланты преподнесли ей великолепные дары и всенародным постановлением проголосовали за оказание ей значительных почестей, а она в свою очередь любезно приняла их и в дополнение пообещала, что будет проявлять доброту к их народу. А поскольку против местных жителей часто воевали так называемые горгоны, народ, который граничил с ними, и вообще, люди предвкушали отомстить им, Мирина, говорят, уступив просьбам атлантов, вторглась в страну вышеупомянутых горгон. Но когда горгоны стянули свои силы, чтобы противостоять ей, состоялась упорная битва, в которой амазонки взяли верх, убили большое число врагов и захватили не менее трёх тысяч пленных; а так как остальные бежали и укрылись в некой лесистой области, Мирина подожгла лес, стремясь уничтожить народ полностью, но, когда она обнаружила, что не смогла добиться успеха в своей попытке, то удалилась в пределы своей страны… Этот рассказ также сообщает, что болота исчезли из бытия в ходе землетрясения, когда те его части, которые лежали в сторону к океану, были расколоты на части. [Что касается ливийских амазонок, Диодор объединяет рассказы о мифических Гесперидах и легендарных женщинах-воительницах из племени Махли озера Тритон. Горгоны основаны на монстрах, с которыми сталкивается герой Персей, который упоминается в следующем отрывке. Здесь он встречает племя горгон спустя некоторое время после того, как произошла война между амазонками, атлантами и горгонами. Геракл упоминается в том же контексте, посещая Гесперид. Атланты либо коренные жители, живущие у горы Атлас в Северной Африке, либо основаны на финикийских колониях этого региона. Диодор также ссылается на историю Платона о гибели Атлантиды в последней строке процитированного выше отрывка. Необычное сочетание мифов и легенд — это попытка эллинистических греков рационализировать множество историй и представить их как правдивую историю]» |
---|
Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. Книга 3. 10. 11. (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой) (греческий историк 1 в. до н. э.):
«[Диодор кратко обсуждает источники древнегреческой истории Египта, Африки к югу от Сахары, Ливии и региона Атлас — все три последних упоминаются как Эфиопия]
Что касается историков, мы должны сделать различия между ними по содержанию того, что многие из них включили в труды, как о Египте, так и об Эфиопии, из которых некоторые дали доверие ложным сведениям, а другие выдумали множество историй для увеселения читателей, и таким можно смело не доверять». [Эфиопия — это древнегреческий термин, обозначающий всю Африку, а не только землю Эфиопии] |
---|
Клавдий Элиан. О мире животных. Книга 15. 2. / Переводчик: Агностик. (Источник: Симпосий, сайт об античной литературе, античной истории и людях античности):
|
---|
1.5 Население
Данный остров населяют Атланты и полубоги
1.6 Описание и состав мира
1.6.1 Флора
1.6.2 Фауна
1.6.3 География
1.6.4 Население
Упоминаются:
1.6.5 Города и поселения
1.6.6 Достопримечательности
1.6.7 События
Список событий, происходящий в Атлантиде, без его совмещения с другими мирами:
- Она утонула
Больше в это мире не происходит абсолютно никаких событий.
Источники
Греческие
- Платон. Критий. / Пер. С. С. Аверинцева. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. III /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. ???-???) (греческий философ 4 в. до н. э.):
- Платон. Тимей. / Пер. Т. В. Васильевой. (Источник: Платон. Собрание сочинений в 4 т.: Т. II /Общ. ред. А. Ф. Лосева и др.; Авт. вступит. статьи А. Ф. Лосев; Примеч. А. А. Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1994. – С. 204) (греческий философ 4 в. до н. э.):
- Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. (Источник: Вестник древней истории. 1986. № 2. С. 82 сл. Перевод В. М. Строгецкого с учётом переводов отдельных глав, выполненных С. Я. Лурье, А. Ф. Лосевым и М. К. Трофимовой)
- Плутарх. / Перевод С. П. Маркиша. (Источник: Плутарх. Сравнительные жизнеописания. – Т. I. – М., 1994) (греческий историк, 45-127 гг. н. э.):
- Клавдий Элиан. О мире животных. / Переводчик: Агностик. (Источник: Симпосий, сайт об античной литературе, античной истории и людях античности).
Римские
- Плиний Старший. Естественая история. / Перевод с латинского Б. А. Старостина. (Источник: Вопросы истории естествознания и техники. № 3. Москва, 2007. – С. 110-142) (римская энциклопедия 1 в. н. э.):