2920, Месяц Второго зерна (т. 5)
| |||
Вес: 1 | Цена: 60 | ||
Эффект: Красноречие +1 |
| |||
Вес: 1 | Цена: 100 | ||
Эффект: Красноречие +1 |
| |||
Вес: 3 | Цена: 275 | ||
Эффект: Красноречие +1 |
- Обобщающая статья: «Книги (Skyrim)».
- Обобщающая статья: «Книги (Oblivion)».
- Обобщающая статья: «Книги (Morrowind)».
- Обобщение: данный раздел является частью сводной статьи «2920, последний год Первой эры».
- предыдущая книга — «2920, Месяц Руки дождя (т. 4)».
- следующая книга — «2920, Месяц Середины года (т. 6)».
Местонахождение
В Morrowind
- Вивек, Округ Храма, Тайная Библиотека Зала Справедливости.
- Вивек, Поселение Редоран, поместье Сарен.
- Может быть выдана в качестве награды за прохождение квеста «Учёные и спаривающиеся кагути».
- В качестве случайного содержимого во всевозможных контейнерах.
B Oblivion
- В покоях имперского боевого мага в Императорском дворце. Доступно только по квесту Гильдии воров «Дерзкое ограбление».
B Skyrim
- Каменные холмы — в доме Сорли.
- Виндхельм — в «Подержанных товарах Садри».
- Святилище Зенитара — на востоке от Монумента Гьюкара.
- Бастион Кричащий Ветер — на скале после огненного коридора.
Текст
2920, книга пятая
Последний год Первой эры
Карловак Таунвей
10, месяц Второго зерна, год 2920-й
«Ваше императорское величество, — начал потентат Версидью-Шайе, открывая дверь в свою комнату с улыбкой на устах. — Я вас в последнее время не видел. Я полагал, что вы… вероятно, занемогли вместе с прекрасной Риджей».
«Она принимает грязевые ванны в Мир Коррупе», — с тоской ответил император Реман III.
«Пожалуйста, входите».
«Я уже дошёл до того, что могу доверять только трём людям на свете: тебе, моему сыну и Ридже, — с раздражением заметил император. — Весь мой совет — это шайка шпионов».
«Что привело вас сюда?» — спросил потентат Версидью-Шайе с сочувствием, задёргивая плотные шторы в своих покоях. Все звуки, доносившиеся снаружи, немедленно исчезли: и шаги по мраморному полу, и пение птиц в садах.
«Мне удалось узнать, что печально известная отравительница, женщина из племени Орма Чернотопья по имени Катчика была вместе с армией в Кэйр Сувио, где мы разместили лагерь, когда мой сын был отравлен, до битвы при Бодруме. Я абсолютно уверен, что она собиралась убить меня, но, вероятно, ей не представилась возможность, — император был вне себя. — А совет требует доказательств её участия в этом деле, до того, как мы вынесем приговор».
«Не удивительно, что они требуют доказательств, — задумчиво произнёс потентат. — Особенно, если кто-то из них замешан. У меня есть одна идея, ваше императорское величество».
«Да? — нетерпеливо прервал его Реман. — Говори!»
«Скажите Совету, что вы закрываете это дело, и я вышлю гвардейца, чтобы он нашёл Катчику и проследил за ней. Так мы сможем понять кто её союзники и, быть может, осознаем истинные масштабы заговора против вашего величества».
«Да, — произнёс Реман, его лицо выражало удовлетворение. — Таков и будет общий план. Этот метод поможет нам вычислить настоящего заговорщика».
«Несомненно, ваше императорское величество», — улыбнулся потентат, раздвигая шторы, чтобы император мог выйти. В холле снаружи оказался сын Версидью-Шайе, Савириен-Чорак. Парень поклонился императору, перед тем, как войти в покои отца.
«У тебя неприятности, отец? — прошептал акавирец. — Я слышал, что императору стало известно про эту, забыл, как зовут, отравительницу».
«Величие ораторского искусства, мальчик мой, — сказал Версидью-Шайе сыну, — состоит в том, чтобы говорить людям то, что они хотят слышать, и тогда они будут поступать так, как ты этого хочешь. Отнеси письмо Катчике и доведи до её сведения, что если она в точности не последует указаниям, она будет рисковать своей жизнью значительно больше, чем мы».
13, месяц Второго зерна, год 2920-й
Мир Корруп, Сиродил
Риджа опустилась в горячий, пузырящийся источник, чувствуя, как покалывает кожу, как будто её касаются тысячи маленьких угольков. Каменный уступ над головой укрывал её от моросящего дождя, но солнечный свет, падающий под углом, свободно проникал через ветви и листья деревьев. Это был один из самых приятных моментов её жизни, и когда она закончила, она точно знала, что её красота полностью восстановится. Всё, что ей было нужно — несколько глотков воды. Вода из купальни, хотя и пахла превосходно, но на вкус отдавала мелом.
«Воды! — закричала она своим слугам. — Воды, пожалуйста!»
Мрачная женщина с повязкой на глазах подбежала к ней и протянула бурдюк с водой. Риджа чуть не расхохоталась от осознания ханжества этой женщины — сама она нисколько не стеснялась своей наготы — но потом заметила через щель в повязке, что у женщины вовсе нет глаз. Она, должно быть, была похожа на жителей племени Орма, о котором Ридже рассказывали, но сама она никогда их не видела. Рождённые без глаз, они превосходили прочих остротой других своих чувств. Она подумала, что повелитель Мир Коррупа держит при себе очень экзотических слуг.
Но через минуту женщина уже скрылась из виду и была забыта. Риджа обнаружила, что ей очень сложно сконцентрировать своё внимание на чём-либо, кроме воды и солнца. Она вскрыла пробку, но почуяла, что жидкость внутри имеет очень странный металлический запах. Внезапно, она почувствовала, что рядом с ней стоит ещё кто-то.
«Леди Риджа, — сказал капитан Имперской гвардии. — Я вижу, вы уже познакомились с Катчикой?»
«Никогда о ней раньше не слышала, — пробормотала Риджа, ещё до того, как начала возмущаться. — Что вы делаете здесь? Моё тело не предназначено, чтобы его пожирали таким жадным взглядом».
«Никогда не слышали о ней, но мы видели вас не одну минуту с ней наедине, — произнёс капитан, поднимая бурдюк и нюхая содержимое. — Она принесла вам белесый ихор, не так ли? Чтобы отравить императора?»
«Капитан, — сказал подбежавший гвардеец. — Мы не смогли найти аргонианку. Она как будто растворилась в лесу».
«Да, это им неплохо удаётся, — заметил капитан. — Но это уже неважно. Мы узнали, с кем она связана при дворе. Его императорское величество будет доволен. Взять её!»
Когда стражники поволокли извивающуюся голую женщину из бассейна, она закричала: «Я невиновна! Я не знаю о чём вы, я ничего не сделала! Император отрубит вам головы!»
«Да, наверное, — улыбнулся капитан. — Но только в том случае, если он вам поверит».
21, месяц Второго зерна, год 2920-й
Гидеон, Чернотопье
Таверна «Свинья и стервятник» была одним из тех удалённых местечек, которые Зуук предпочитал для деловых встреч. Кроме него и его компаньона в таверне были только несколько старых морских волков в тёмной комнате, они уже почти отключились от избытка алкоголя и не обращали ни на что внимания. Ощущение грязи и запущенности не покидало это помещение. Облака пыли повисли в воздухе, неподвижно выделяемые солнечными лучами.
«Ты опытный боец? — спросил Зуук. — За выполнение задания ты получишь хорошую награду, но риск также высок».
«Конечно, у меня есть боевой опыт, — надменно ответил Мирамор. — Я дрался в битве при Бодруме всего два месяца назад. Если вы сделаете всё как надо и император поедет через Перевал Дожза в назначенный день и при минимальном эскорте, я всё устрою. Только нужно быть уверенным, что он не маскируется ни под кого. Я не собираюсь убивать всех караванщиков в округе просто на тот случай, что один из них окажется императором Реманом».
Зуук улыбнулся, и Мирамор увидел отражение самого себя в широком лице котринги. Ему понравилось, как он выглядит: высококвалифицированный, уверенный в себе профессионал.
«Пойдёт, — коротко сказал Зуук. — И тогда ты получишь остальное золото».
Зуук поставил большую шкатулку на стол. И встал.
«Подожди несколько минут перед выходом, — произнёс он. — Я не хочу, чтобы ты следовал за мной. Твои наниматели хотят сохранить анонимность на тот случай, если ты попадёшься и тебя станут пытать».
«Прекрасно», — сказал Мирамор, заказывая ещё грога.
Зуук проскакал по искривлённым и узеньким улочкам Гидеона и был рад выбраться за город. Главная дорога в замок Джиовез была заполнена народом, как и всегда весной, но Зуук знал, как срезать путь по холмам. Быстро проскакав под деревьями, с веток которых свисал мох и миновав предательски скользкие камни, он прибыл в замок всего через два часа. Не теряя времени, он взлетел по ступенькам в комнату Тавии, на самый верх высокой башни.
«Ну, так что ты думаешь о нём?» — спросила императрица.
«Он дурак, — ответил Зуук. — Но для этого поручения он как раз подойдёт».
30, месяц Второго зерна, год 2920-й
Крепость Тюрзо, Сиродил
Риджа всё кричала. В её камере никого не было — только тяжёлые каменные глыбы, поросшие мхом, но ещё крепкие. Стража снаружи была глуха к её мольбам, как глуха она бывает ко всем заключённым. Император, находившийся за много миль в Имперском городе, был тоже глух к её заверениям в собственной невиновности.
Но она всё равно кричала, хотя и знала, что её никто не услышит.
31, месяц Второго зерна, год 2920-й
Перевал Кавас Рим, Сиродил
Уже прошло много дней, если не недель, с тех пор, как Турала видела лицо человека — сиродильца или же данмера. Пока она шла по дороге, она размышляла — как странно, что такое необжитое место, как Сиродил, стало самым сердцем Империи — Имперской Провинцией. Даже леса босмеров в Валенвуде были более населены, чем леса в сердце материка.
Она пыталась вспомнить. Было ли это месяц назад или даже два, когда она пересекла границу Морровинда и вошла в Сиродил? Тогда было очень холодно, холоднее, чем сейчас, но больше она ничего не помнила и не чувствовала ход времени. Стражи на границе были бесцеремонны, но когда при ней не нашли оружия, они согласились её отпустить. С тех пор, она встречала несколько караванов, даже несколько раз ужинала со странниками на их привалах, но не встретила никого, кто мог бы довезти её до города.
Турала сняла шаль, а потом закуталась поплотнее. В какой-то момент ей показалось, что кто-то стоит позади неё, она обернулась. Никого. Только какая-то птица сидела на ветке, производя звуки, напоминающие смех.
Она прошла ещё немного, потом остановилась. Что-то происходило. Ребёнок в её животе вёл себя беспокойно уже несколько дней, но этот спазм чем-то отличался от предыдущих. Со стоном она повалилась на край дороги, сжавшись на траве бесформенным комком. Она чувствовала, что скоро наступят роды.
Она лежала на спине и тужилась, но почти ничего не видела из-за слёз боли и обиды. Как дошла она до этого? Она рожает здесь, в глуши, беспомощная, рожает ребёнка, отцом которого является герцог Морнхолда? Её крик боли и ярости согнал птиц с окрестных деревьев.
Птица, которая смеялась на ветке, слетела на дорогу. Она моргнула, и птица пропала. На её месте стоял обнажённый эльф, не такой тёмный, как данмер, но и не такой светлый, как альтмер. Она поняла, что это — айлейд, дикий эльф. Турала закричала, но он держал её крепко. После нескольких минут борьбы она почувствовала облегчение и потеряла сознание.
Когда она проснулась, первое, что она услышала, был крик ребёнка. Он оказался вымыт и лежал рядом с ней. Турала подняла новорожденную девочку и в первый раз за этот год слёзы радости побежали по её лицу.
Она подняла глаза к деревьям и прошептала: «Спасибо». Турала взяла ребёнка на руки и побрела по дороге на запад.
Год продолжается, наступает месяц Середины года.
Книга пятая,
2920, Последний Год Первой Эпохи
Карловак Градопут
10 Месяца Сева, 2920
Столица, Киродиил
«Ваше императорское Величество» — начал Его Владычество Версидью-Шайе, открывая дверь в свою комнату с улыбкой на устах. «Я Вас в последнее время не видел. Я полагал, что вы… вероятно, занемогли, вместе с прекрасной Риджей».
«Она принимает грязевые ванны в Мир Корруп» — с тоской ответил Император Риман III.
«Входите же».
«Я уже дошёл до того, что могу доверять только трём людям на свете: тебе, моему Принцу и Риджа» — несчастным голосом заметил Император. «Весь мой совет — это просто шпион на шпионе».
«А в чём состоит дело, приведшее Вас сюда?» — спросил Его Владычество Версидью-Шайе с сочувствием, задёргивая толстую портьеру. Все звуки, доносившиеся снаружи, немедленно исчезли, как шаги по мраморному полу, так и пение птиц в садах.
«Мне удалось узнать, что знаменитая отравительница, Ормийская женщина из Чернотопья, по имени Катчика была вместе с армией в Каэр Сувио, где мы стояли лагерем, когда мой сын был отравлен, до битвы при Бодруме. Я уверен полностью, что она собиралась убить меня, но, вероятно, возможность ей не представилась» — Император был вне себя. «А совет требует доказательств её участия в этом деле, до того, как мы вынесем приговор».
«Конечно же, именно так» — задумчиво произнёс Его Владычество. «Если кто-то из них замешан, так это вполне естественно. У меня идея, Ваше Императорское Величество».
«Да?» — нетерпеливо прервал его Риман. «Излагай!»
«Скажите Совету, что Вы закрываете это дело, и я вышлю гвардейца, чтобы проводить Катчику, а заодно и проследить за ней. Так мы сможем понять, кто её союзники, и быть может, осознаем истинные масштабы заговора против Вашего Величества».
«Да» — довольно рыкнул Риман. «Таков и будет общий план. Мы проследим за всей сетью, к кому бы она ни вела».
«Несомненно, Ваше Императорское Величество» — улыбнулся Владыка, освобождая портьеру, чтобы Император мог выйти. В холле снаружи оказался сын Версидью-Шайе, Савириен-Чорак. Мальчик поклонился Императору, перед тем, как войти в покои отца.
«У вас неприятности, отец?» прошептал мальчик-Акавири. «Я слышал, что Императору стало известно про эту, забыл, как зовут, отравительницу».
«Величие ораторского искусства, мальчик мой» — сказал Версидью-Шайе сыну, «…состоит в том, чтобы говорить людям то, что они хотят слышать, и тогда они будут исполнять точно то, что им полагается делать. Я хочу, чтобы ты отнёс письмо Катчике, и довёл до её сведения то, что если она в точности не последует инструкциям, она будет рисковать своей жизнью, значительно больше, чем мы».
13 Месяца Сева 2920
Мир Корруп, Киродиил
Риджа роскошно опустилась в горячий, пузырящийся источник, чувствуя, как её кожа горит, как будто её каждую секунду касаются тысячи маленьких угольков. Каменный уступ над головой укрывал её от моросящего дождя, но солнечный свет, падающий под углом, свободно проникал через ветви и листья деревьев. Это был идиллический момент в идиллической жизни, и когда она закончила, она точно знала, что её красота полностью восстановится. Всё, что ей было нужно — это несколько глотков воды. Вода из купальни, хоть пахла превосходно, на вкус отдавала мелом.
«Воды!» — закричала она своим слугам. «Воды, прошу вас!»
Мрачная женщина с повязкой на глазах подбежала к ней и протянула бурдюк с водой. Риджа чуть не расхохоталась от осознания преувеличенной добродетельности этой женщины — сама она нисколько не стеснялась своей наготы… но потом заметила через щель в повязке, что у женщины вовсе нет глаз. Она, должно быть, была из племени Орма, о котором Ридже рассказывали, но раньше она с ними не встречалась. Рождённые без глаз, они превосходили прочих остротой других своих чувств. Она подумала, что Владыка Мир Коррупа держит при себе очень экзотических слуг.
Но через минуту женщина уже скрылась из виду и была забыта. Риджа обнаружила, что ей очень сложно концентрировать своё внимание на чём-либо, кроме воды и солнца. Она вскрыла пробку, но почуяла, что жидкость внутри имеет очень странный, металлический запах. Внезапно, она почувствовала, что она не одна.
«Леди Риджа» — сказал капитан Имперской Гвардии. «Я вижу, вы уже познакомились с Катчикой?»
«Никогда о ней раньше не слышала» — пробормотала Риджа, ещё до того, как начала негодовать. «Что вы делаете здесь? Моё тело не предназначено, чтобы на него плотоядно пялились».
«Никогда не слышали о ней, и тем не менее виделись с ней несколько минут назад…» — произнёс капитан, поднимая бурдюк, и нюхая содержимое. «Она принесла вам белесый ихор, не так ли? Чтобы отравить Императора?»
«Капитан» — сказал подбежавший гвардеец. «Мы не смогли найти Аргонианку. Она как будто растворилась в лесу».
«Да, это им неплохо удаётся» — заметил капитан. «Но это уже неважно. Мы узнали, с кем она связана при дворе. Его Императорское Величество будет доволен. Взять её».
Когда стражники поволокли извивающееся голое тело из бассейна, она закричала: «Я невинна! Я не знаю о чём вы, но я ничего не сделала! Император отрубит вам головы!»
«Да, наверное» — улыбнулся капитан. «Но только в том случае, если он вам поверит».
21, Месяц Сева 2920
Гидеон, Чернотопье
Таверна Свинья и Стервятник была одним из тех удалённых местечек, которые Зуук обожал за атмосферу. Кроме него и его напарника, в таверне были только несколько старых морских волков в затенённом кабинете, и они уже почти отключились, перепившись, естественно, не обращая ни на что внимания. Грязь, въевшуюся в пол, можно было ощутить при ходьбе, даже без единого взгляда. Облака пыли повисли в воздухе, неподвижно выделяя солнечные лучи.
«Ты опытен в бою?» спросил Зуук. «Награда хороша для этого предприятия, но риск также высок».
«Конечно, у меня есть практика» — надменно ответил Мирамор. «Я дрался в битве при Бодруме всего два месяца назад. Если вы сделаете всё как надо, и Император поедет через Перевал Дожза в назначенный день и при минимальном эскорте, я сделаю то, что нужно. Только нужно быть уверенным, что он не маскируется ни под кого. Я не собираюсь убивать всех караванщиков в округе просто на тот случай, что один из них окажется Императором Риманом».
Зуук улыбнулся, и Мирамор увидел отражение самого себя в широком лице Котринги. Он выглядел точно так, как и должен был выглядеть сам Мирамор: полностью уверенным в себе профессионалом.
«Пойдёт» — коротко сказал Зуук. «И тогда ты получишь остальное золото».
Зуук поставил большую шкатулку на стол. И встал.
«Подожди несколько минут перед выходом» — произнёс он. «Я не хочу, чтобы ты пошёл за мной. Твои наниматели хотят сохранить анонимность, на тот случай, если ты попадёшься, и тебя станут пытать».
«Прекрасно» — сказал Мирамор, заказывая ещё грога.
Зуук проскакал по искривлённым и узеньким улочкам Гидеона, и был рад выбраться за город — как и его лошадь. Главная дорога в замок Гиовез была запружена народом, как и всегда весной, но Зуук знал, как срезать путь по холмам. Быстро проскакав под деревьями, с веток которых свисал мох, и миновав предательские скользкие камни, он прибыл в замок всего через два часа. Не теряя времени, он взлетел по ступенькам в комнату Тавии, на самый верх высокой башни.
«Каково твоё впечатление?» спросила Императрица.
«Он дурак» — ответил Зуук. «Но для этого поручения он как раз подойдёт».
30 Месяца Сева, 2920
Крепость Тюрзо, Киродиил
Риджа кричала, и кричала, и кричала вновь. В её камере у неё не было большой аудитории — только тяжёлые каменные глыбы, поросшие мхом, но ещё вполне крепкие. Стража снаружи была глуха к её мольбам, как глуха она бывает ко всем заключённым. Император, находившийся за много миль в Столице, был тоже глух к её заверениям в собственной невиновности.
Но она всё равно кричала, будучи даже в уверенности, что её никто не услышит.
31 Месяца Сева, 2920
Перевал Кавас Рим, Киродиил
Уже прошло много дней, если не недель, с тех пор, как Турала видела лицо человека — Киродиила или же Данмера. Пока она шла по дороге, она размышляла — как странно, что такое необжитое место, как Киродиил, стало самым сердцем Империи — Имперской Провинцией. Даже леса Босмер в Валленвуде были более населены, чем леса в Сердце материка.
Она вспоминала. Месяц или два назад она пересекла границу Морроувинда и вошла в Киродиил? Тогда было очень холодно, холоднее, чем сейчас, но тогда она ещё чувствовала ток времени. Стражи на границе были бесцеремонны, но когда при ней не нашли оружия, они согласились её отпустить. С тех пор, она видела несколько караванов, даже несколько раз ужинала со странниками на их привалах, но не встретила никого, кто мог бы подвезти её в город.
Турала распахнула шаль, потом закуталась поплотнее. В какой-то момент ей показалось, что кто-то есть сзади, и она обернулась. Никого. Только какая-то птица раскачивалась на ветке, производя звуки, похожие на смех.
Она прошла ещё немного, потом остановилась. Что-то происходило. Ребёнок в её животе вёл себя неспокойно, но спазм чем-то отличался от обычного. Со стоном она повалилась на край дороги, сжавшись на траве бесформенным комком. Её ребёнок хотел в мир.
Она лежала на спине и тужилась, но ничего не видела из-за слёз боли и обиды. Как дошла она до этого? Рожает здесь, в глуши, беспомощная, рожает ребёнка, отцом которого является Герцог Морнхолда? Её крик боли и ярости согнал птиц с окрестных деревьев.
Птица, которая смеялась на ветке, слетела на дорогу. Она моргнула, и птица пропала. На её месте стоял обнажённый эльф, не такой тёмный, как Данмер, но и не такой светлый, как Альтмер. Она поняла, что это — Айлейд, Дикий Эльф. Турала закричала, но он держал её крепко. После нескольких минут борьбы она почувствовала облегчение и потеряла сознание.
Когда она проснулась, первое, что она услышала, был крик ребёнка. Он оказался вымыт и лежал рядом с ней. Турала подняла новорожденную девочку, и в первый раз за этот год слёзы радости побежали по её лицу.
Она подняла глаза к деревьям и прошептала: «Спасибо», взяла ребёнка на руки и побрела по дороге на запад.
А год продолжился — Месяцем Середины Года.Примечания
- В игре The Elder Scrolls III: Morrowind книга называется «2920, Месяц Сева».