Вор (книга)
| |||
Вес: 1 | Цена: 60 | ||
Эффект: Карманные кражи: +1 |
| |||
Вес: 1 | Цена: 25 | ||
Эффект: Акробатика: +1 |
Местонахождение
В The Elder Scrolls IV: Oblivion
- Бравил, дом С'Криввы — на втором этаже на полке.
- Возможная награда за выполнение квеста «Всё на местах».SI
В The Elder Scrolls V: Skyrim
- В горах северо-западнее хижины алхимика — за кустом снежноягодника под скалой; неподалёку железорудная жила и Коза.
- Ветреный пик — на каменном столе в комнате сразу после первой головоломки с вращающимися камнями.
- Доки Виндхельма, Аргонианский блок — на комоде, ближайшем ко входу.
- Логово плута — на спальнике в северо-восточной каверне пещерного комплекса.
- Серебряное логово — в одной из комнат за мостом, затянутом решёткой, на своеобразном жертвеннике из рук скелета и черепа.
Текст
Ревен
Если читатель ещё не имел удовольствия прочесть первый том этого цикла, а именно жизнеописание Эслафа Эрола, «Нищего», ему стоит немедленно закрыть эту книгу, поскольку я не собираюсь повторять уже сказанного.
И больше я об этом ничего не скажу, мой любезный читатель. В последний раз мы видели Эслафа, когда он был мальчиком, сиротой и нищим неудачником и бежал прочь от своего дома в Эрголарде через дикие леса Скайрима. Он шёл и шёл, останавливаясь там и сям, пока спустя многие годы не стал юношей.
Эслаф обнаружил, что из всех способов раздобыть еду просить людей проявить жалость накладнее всего. Гораздо проще было собирать дары природы в диких местах или красть пищу с прилавков беспечных торговцев, и единственное, что было ещё хуже, чем просить еду, это просить работу, чтобы заработать денег и купить её. Это было какое-то ненужное усложнение.
Нет, думал Эслаф, уж лучше быть падальщиком, нищим и вором.
Впервые он пошёл на кражу вскоре после того, как покинул Эрголард, в лесах южного Тамбуркара, в неприютных землях возле горы Дженсен, к востоку от деревеньки Хорбельд. Эслаф голодал и за последние четыре дня перекусил только тощей сырой белкой, как вдруг почуял запах пищи, а вскоре увидел и дымок. Группа странствующих артистов остановилась на ночлег недалеко от него. Он следил из кустов за тем, как они готовили еду, шутили и пели песни.
Он мог бы просто попросить у них еды, но в последнее время ему слишком часто отказывали. Вместо этого он рванулся вперёд, схватил кусок мяса прямо из огня, и, дёргаясь от ожогов, забрался на дерево, чтобы сожрать мясо, пока барды стояли внизу и хохотали.
«И что ты будешь делать дальше, вор? — захихикала симпатичная рыжеволосая девушка, с ног до головы покрытая татуировками. — Как ты собираешься улизнуть от нас, чтобы мы тебя не побили?»
Утолив голод, Эслаф осознал, что она была права. Единственным способом спуститься с дерева, не попав в руки артистам, было перебраться по нависающей над ручьём ветке и соскочить на утёс, пролетев около пятидесяти футов. Это показалось ему мудрым решением, и Эслаф принялся карабкаться в этом направлении.
«Ты ведь знаешь, как больно падать, паренёк? — заорал молодой каджит, всего лишь на несколько лет старше Эслафа, худой, но мускулистый, каждое движение которого дышало ловкостью и изяществом. — Ты ведь не хочешь этого. Спускайся к нам и ты не сломаешь себе шею, а отделаешься парой тумаков».
«Не переживай, я умею падать», — отозвался Эслаф, но это была ложь. Он просто думал, что для того, чтобы успешно приземлиться, достаточно прыгнуть, а дальше как повезёт. Но когда ты смотришь вниз с высоты в пятьдесят футов, поневоле замешкаешься.
«Прошу прощения, что усомнился в ваших способностях, о мастер среди воров! — заорал ухмыляющийся каджит. — Конечно, вы знаете, как упасть, вытянувшись и расслабившись и не треснуть, как подброшенное яйцо. Вы с легкостью ускользнёте от нас».
Эслаф мудро последовал совету каджита и перемахнул через ручей, упав без особенного изящества, но ничего себе не повредив. В следующие несколько лет ему часто приходилось прыгать с большей высоты — как правило, после удачной кражи — и ещё более часто под ним не оказывалось никакой воды. Со временем он усовершенствовал технику прыжков.
Утром того дня, когда ему исполнился двадцать один год, Эслаф прибыл в западный город Джалленхейм. Он долго выяснял, кто в этом городе самый богатый и заслуживает быть ограбленным. Возле парка в неприступном дворце жил загадочный молодой человек по имени Суйойбуд. Эслаф потратил немало времени на внешний осмотр дворца. Укреплённое поместье было для него как человек, чьи привычки и черты характера он старался запомнить.
Дворец был относительно новый, и это означало, что Суйойбуд приобрёл состояние недавно. Его регулярно обходили стражники, это означало, что богач опасался ограбления, и не зря. Самым примечательным строением во дворце была огромная башня, возвышавшаяся над стенами на сотню футов. Вне всякого сомнения, владельцу открывался с неё отличный вид. Эслаф предположил, что если Суйойбуд был настолько боязлив, насколько казался, то с башни также должен открываться вид на кладовую. Богач должен присматривать за своим состоянием. Это означало, что сокровища находятся не прямо под башней, а укрыты где-то во дворе, за стенами.
Свет в башне горел всю ночь, и Эслаф нахально предположил, что лучшее время для ограбления наступит днём, когда Суойбуд пойдёт спать. В это время охрана меньше всего ожидает появления вора.
Итак, когда полуденное солнце ярко осветило двор, Эслаф быстро залез на стену возле главных ворот и затаился в бойнице. Внутренний двор был плоским и пустынным. Там негде было спрятаться, но там были два колодца; из одного охранники периодически таскали воду, чтобы промочить горло, а к другому только подходили, но не трогали.
Он подождал, пока охрана отвлечётся на торговца, который привёз во дворец товары, и пока они обшаривали повозку, Эслаф изящно соскочил со стены прямо в колодец, мягко приземлившись на ноги.
По мнению Эслафа, это была не слишком удачная посадка, так как колодец был заполнен не водой, но золотом, однако ему было известно, как перекатиться после прыжка, так что он ничего себе не сломал. Во влажном подземелье он набил карманы золотом и как раз собирался выйти через дверь, которая, по его предположениям, шла в башню, когда заметил драгоценный камень величиной с яблоко, такой большой, что стоил больше, чем всё оставшееся в подвале золото. Эслаф нашёл место камню, запихнув его прямо себе в штаны.
Дверь действительно вела в башню, и Эслаф пошёл по ступеням винтовой лестницы, передвигаясь тихо, но быстро. На самом верху он нашёл личные покои хозяина, богато украшенные холодные комнаты с бесценными произведениями искусства, развешанными по стенам. Эслаф предположил, что храпящий под простынями коротышка и был сам Суойбуд, но не стал проверять это предположение. Вместо этого он подкрался к окну и выглянул наружу.
Это был сложный прыжок. Ему нужно было выпрыгнуть из башни, перелететь стену и достичь ветвей дерева на другой стороне. Ветки должны были смягчить его падение, а чтобы ничего не переломать, он оставил прямо под деревом небольшой стожок сена.
Эслаф как раз готовился к прыжку, когда хозяин комнаты вдруг проснулся. «Мой камень!» — заорал он, увидев вора.
Эслаф и хозяин секунду пялились друг на друга, широко раскрыв глаза. Они были очень похожи, и неудивительно — ведь они были кровными братьями.
История Эслафа Эрола продолжится в книге под названием «Воин».