Правда о Барбасе Вайла
| |||
Тип | Книга | ||
Собрание | Эйдетическая память | ||
Коллекция | Литература Вварденфелла | ||
Автор | Пелагий Хабор |
Правда о Барбасе князя Вайла (ориг. The Vile Truth of Barbas) — книга в дополнении The Elder Scrolls Online: Morrowind.
- Обобщающая статья: «Книги (Online: Morrowind)».
- Обобщающая статья: «Литература Вварденфелла».
Местонахождение
Вварденфелл
- Шахта Вассир-Диданат, даэдрические руины.
- Родовая гробница Сетанов.
Чёрный Лес
- На книжных полках.
Текст
Из заметок Пелагия Хабора, штатного даэдролога при Совете, Имперский город
У каждого настоящего даэдролога есть любимый князь. Мы редко это признаём, но это правда. Несмотря на пугающую сущность, все князья обладают интересными, а зачастую даже забавными причудами. Странности Шеогората хорошо известны, но если как следует подумать, то все князья немного нелепы. У Хирсина грубая голова копытного. Сангвин — заядлый выпивоха. Именно из-за таких странностей мы, даэдрологи, и увлекаемся князьями. В отличие от скучных и отстранённых аэдра князья подвержены тем же неврозам, порокам и детским привязанностям, что люди и меры. Они похожи на нас больше, чем мы готовы признать. А как с этим дела обстоят у меня? Из всех князей даэдра мой любимый — Клавикус Вайл, и всё дело в его верном псе, Барбасе.
Я пришёл к мнению, что Клавикус Вайл уникален тем, что существует в виде двух личностей. Это, конечно же, предмет неутихающих споров в среде даэдрологов. Многие из моих коллег уверены, что Барбас лишь высший даэдрический слуга, связанный с Вайлом не больше, чем лошадь со своим всадником. Но я предлагаю вам ознакомиться со свидетельствами обратного. Первое и наиболее очевидное доказательство их единства — это их изображение в искусстве. Грубые, вырезанные вручную идолы, датируемые началом Меретической эры, изображают Клавикуса Вайла в маске, стоящего рядом с большой собакой, подобно тому, как это изображено на древних наскальных рисунках. В поисках даэдрических диковин я исследовал весь Тамриэль вдоль и поперёк, но так и не нашёл ни одного изображения Вайла, где рядом с ним не было бы Барбаса. Также я ознакомился с сотней свидетельств, описывающих в подробностях личные встречи с князем. В каждом из них в той или иной степени упоминается Барбас.
Если допустить, что Клавикус Вайл и Барбас являются (по крайней мере, в каком-то смысле) одной личностью, то возникает закономерный вопрос: «Зачем?» Зачем сущности, обладающей богоподобной силой, допускать своё раздвоение? У меня есть ряд гипотез, но самая правдоподобная из них проста — товарищество. «Жизнь» князей проходит практически в полной изоляции. Некоторые князья, такие как Хермеус Мора или Ноктюрнал, похоже, упиваются подобным одиночеством. Но всё, что мы знаем о Клавикусе Вайле, говорит о том, что он глубоко социальное существо. Его любовь к сделкам, его готовность исполнять желания тех, кто с ним контактирует, его завораживающая маска — всё это указывает на создание, которому для жизни и процветания необходимы взаимодействие, общение и игры. Склонное к подобному существо наверняка сошло бы с ума без товарища, с которым можно поговорить, поспорить и которому можно пожаловаться. Кто-то может усмотреть в этом своего рода брачные узы, только наоборот. Вместо двух половинок, соединяющихся в одно целое, — как при обете Мары, — мы имеем одно целое, разделившее себя на две половинки. Вот такая парадоксальная инверсия аэдрического ритуала.
«Но почему именно собака?» — спросите вы. Годами я пытался найти этому объяснение. И снова я могу выдвинуть немногим больше, чем предположение. Я думаю, что это как-то связано с разделением силы. Если бы Клавикус Вайл отрезал более значительный кусок своего анимуса, чтобы создать равного, то эти двое постоянно бы строили друг против друга козни. Создавая партнёра-собаку, Вайл закрепляет за собой главенствующую роль. Собака — древний символ верности и подчинения. Они слуги и никогда не бывают хозяевами. Так и с Барбасом.
Конечно, Барбас — не всегда собака. Подобно другим князьям даэдра, Барбас может предстать во множестве обличий. Он появлялся как в образе человека, так и в образе мера, в виде животных, низших даэдра и даже в виде неодушевлённых предметов! Считается, что способность менять свою форму, но при этом сохранять за собой свой изначальный анимус — это сила, неподвластная никаким даэдра, кроме самих князей. Совпадение? Не думаю.
Скорее всего, мы никогда не познаем истинную природу Барбаса, но изложенные выше факты приводят меня к единственному выводу: Барбас и Клавикус Вайл — это одна личность в двух обличьях. Это уникальный и занимательный парадокс — одна из тех тайн, ради которых стоит заниматься даэдрологией!