Свет и Тьма
| |||
Вес: 2 | Цена: 603 |
Текст книги
Свет и Тьма
Автор: Айрек Антерж
«Да, дитя моё, не случайно земля Тамриэля называется Ареной». Старик, сидящий на большом камне, пододвинулся и поправил свою длинную серую робу. Рейми перевёл взгляд на залитую жарким солнцем долину в предгорьях Хай Рока. Видение древних ужасов промелькнуло на долю секунды вместо свежей весенней зелени. Холод пробежал по его старческому телу. «Подходящая ли это тема для молодых и невинных детей?» — спросил он сам себя. «Молодые должны учиться, но надо ли им знать такие вещи, когда они собираются поиграть на солнце? Эта история для суровой зимы, когда ветер завывает за стенами города, и двери и окна закрыты от бури, холода и… других вещей». Он с любовью взглянул на двух детей, внука и внучку: маленького светловолосого мальчика с озорными огоньками, танцующими в его в глазах даже в те редкие моменты, когда он сидел тихо, и его старшую сестру. «Какая чудесная девушка» — подумал старик. Её волосы, похожие на чёрное пламя, и её слегка заостренные уши были единственными заметными признаками эльфийской крови. «Как она похожа на свою бабушку». Но прошлое в прошлом, и Айшира дал ему столько спокойствия и счастья после периода сражений. Он заставил себя вернуться в настоящее. «Извините, дети, я ушёл в прошлое. Со стариками это бывает, вы же знаете».
«Ты расскажешь нам историю про Ягара Тарна и Императора, и Вечного Чемпиона?» — спросил его внук. — «Это моя любимая!»
«Не совсем, сынок. Они были частью этой истории. Как и Айрик, и Мораэлин, и Эдвард, и Реймон и многие другие. И даже боги были частью этого. Это гораздо более древняя история, и даже священники не хотят рассказывать её так, как я. Они пересказывают её по-своему, они боятся. Я слишком стар и слишком много повидал для того, чтобы чего-то бояться. Но я боюсь, что наш народ забудет о своём прошлом, а забывчивость опасна. И вот я и немногие другие несём эту историю и пытаемся распространить её среди новых поколений. Вы, конечно, ещё маленькие, чтобы понять всё, но я чувствую, что конец мой близок. И я хочу попросить вас, чтобы вы запомнили её. Через несколько лет, если я ещё буду жить, мы снова обсудим её. Если нет — то вы должны найти кого-то другого, кто её знает, и сравнить с моей».
«Ты так говоришь, как будто собираешься умереть, дедушка» — воскликнула его внучка. — «Этого не случится, ты будешь жить вечно!»
«Я не боюсь, моя дорогая. Но мне ещё немного осталось, как раз, чтобы рассказать вам эту историю». Дети расположились у корней громадного дуба, понимая, что рассказ не будет коротким. Учение началось: «Давно, очень давно, до того, как здесь появились первые люди, даже ещё до богов, Тамриэль был выбран полем битвы двумя… вещами. Трудно найти слова, чтобы описать их. Я называю их Свет и Тьма. Другие используют другие имена: Добро и Зло, Птица и Змея, Порядок и Хаос. Ни одно из этих имён в действительности не подходит. Достаточно лишь сказать, что они были врагами, противоположностями. Никто из них не был добрым или злым в нашем понимании этих слов. Они бессмертны, поскольку они не живут, но существуют. Даже боги и их враги, даэдра, лишь слабое отражение их вечной борьбы друг с другом. Нам повезло, что их борьба создала силы, исказившие их окружение, и эти силы были достаточно мощными, что жизнь появилась, как водоворот в бурлящем потоке».
«Демоны и тролли приходят из Тьмы, деда?»
«Не совсем, сынок. Злая нежить, которую мы знаем, и демоны, живущие в Обливионе, склоняются к Тьме. Их природа сродни ему. Люди и другие народы, живущие в Тамриэле, даже никем не понимаемые тёмные эльфы, более склонны к Свету. Наши враги лишь иногда принадлежат Тьме, но тогда они действительно опасны. Ягар Тарн был в основном склонен к Тьме, и это объясняет, почему он был настолько ужасен. А вовсе не потому, что он был чёрным магом, как некоторые полагают».
«А магия приходит из Тьмы, дед?», — девушка заинтересовалась при упоминании о магии. «Её наследственность стала проявляться», — подумал старик.
«Нет, магическая энергия приходит прямо от энергии, бурлящей вокруг обеих сторон. Эти силы безличны и смешаны друг с другом. Магия становится чёрной не от её действия, а от намерений мага. Гильдия Магов знает, что шаровая молния, выпущенная в существо, которое хочет напасть на тебя, не является чёрной магией, но когда то же заклинание произносится против кого-то, кто не желает зла — то это и есть чёрная магия. В этом они правы. Убийство огненного даэдра немного усиливает Свет и ослабляет Тьму. Точно так же, как и убийство единорога усиливает Тьму».
«А боги? Они происходят от Света?» — глаза мальчика горели, но с оттенком недоверия. Он обожал истории о богах и богинях Тамриэльского пантеона, и о героях, служивших им. Старик усмехнулся. «У богов необычное происхождение, если верить старинным преданиям. Самые древние обитатели этого мира (никто не знает, что это была за раса), имели систему верований, в которую они верили тысячи лет. Народ эт'Ада верил так долго и так сильно, что их вера могла, возможно, привести в движение энергии, окружающие Тамриэль, и вызвала этих богов к жизни. Если это так, то сила борьбы между Светом и Тьмой дала энергию, а народ эт'Ада оформил её в богов Тамриэля. Но никто не знает, насколько это соответствует правде, потому что это было очень давно, и немногие помнят то время. Но это и не имеет значения, ведь боги теперь существуют, и в большинстве своём склоняются к свету, за исключением немногих, которые колеблются».
«Почему мы должны это запомнить? Что опасного в том, чтобы говорить об этом? Если Свет и Тьма столь большие и могучие, можем ли мы повлиять на них? Должны ли мы попытаться? За что мы будем бороться?»
«Я вижу, что ты совершенствуешь свою способность критиковать, Солара. Это хорошо. Ответ прост, но слишком велик для нас, простых смертных. Свет и Тьма уже устоялись, и, возможно, никогда не завершат свой конфликт. Смертные и обитатели Аэтериуса иногда чувствуют их следы. Это опасно; для многих из нас Свет более благоприятен, можно сказать, он вдохновляет нас и ведёт нас к к поведению, которое мы называем добрым. Для существ вроде нас самих Тьма — ужасна. Тот, что увидит её, сойдёт с ума, а если нет — то лучше ему умереть. Тьма является для нас ужасной пустотой, пустотой, которая высасывает из нас душу к себе, чтобы искривить, искалечить и, в конце концов, уничтожить её. Это абсолютное зло. Может быть, где-нибудь всё иначе, но в нашем мире это так».
Старик замолчал, собираясь с мыслями, ещё раз оглядывая весенний праздник жизни. «То, что мы должны делать — так это не забывать, что Тьма всегда рядом, соблазняя слабодушных среди нас. Если она получит господство над Тамриэлем, через своих адептов, извращённых пагубным пристрастием, могут произойти ужасные вещи. Всё прекрасное и желаемое, даже сама любовь, исчезнут. То, что я видел во времена правления Ягара, почти убило меня, почти свело меня с ума. Когда он был уничтожен, я думал, что худшее позади, но я ошибался. Силы Тьмы снова в силе, и новые герои должны появиться и присоединиться к Вечному Чемпиону в борьбе против них».
Старик и двое детей сидели в тишине несколько минут. Наконец, дети помогли подняться своему деду, и они медленно пошли прочь. Домой, к очагу и завтраку.