Де Рерум Диреннис
Местонахождение
В The Elder Scrolls IV: Oblivion
- Скинград — «Всё для алхимика», на полке, на втором этаже.
В The Elder Scrolls V: Skyrim
- Полевая лаборатория Синдериона в Чёрном Пределе;
- Замок Волкихар, зона «Волкихар — Руины», в одном из шкафов в уголке алхимика;DG
- Фолкрит, лавка «Мёртвым припарки», за корзинами;
- Коллегия Винтерхолда, Мидден, зона «Мидден — Тьма» — на алхимической лаборатории;
- Пруд Чистых Сосен, на трупе алхимика;
- Лагерь алхимика расположенный севернее Вечнозелёной рощи.
Текст
Автор: Вориан Диренни
Сейчас мне шестьсот одиннадцать лет от роду. У меня никогда не было детей, но есть множество племянников и племянниц, двоюродных братьев и сестёр, взращенных на семейных легендах и традициях нашего древнего, прославленного, а временами и печально известного клана Диренни. Немногие семьи в Тамриэле могут похвастаться таким количеством видных фигур, обладавших властью над жизнью столь многих людей. Наши воины и короли — герои легенд, и, не унижая их чести и памяти о них, можно сказать, что вы много о них слышали.
Сам я никогда не касался оружия или писанных и важных законов, ведь я — часть куда менее известной, но все же важной традиции рода Диренни: магического искусства. Моя автобиография вряд ли будет интересна будущим поколениям — хотя мои племянники и племянницы постоянно подначивают меня рассказать ту или иную из сумасшедших историй о смутной второй эпохе Тамриэля, но у меня есть предки, о жизни которых следует рассказать, ибо они меняли историю столь же впечатляюще, как и мои более известные родственники, но их имена находятся на грани забвения.
Не так давно Лизандус, король Даггерфолла, смог победить своих заклятых врагов из Сентинеля благодаря помощи своей придворной чародейки, Медоры Диренни. Её дед, Джоврон Диренни, был имперским боевым магом при дворе данмерской императрицы Тамриэля Катарии, помогая ей наводить порядок во времена смуты. Его прадед, Пелладил Диренни, сыграл подобную роль при первом потентате, и поддержал Акт о гильдиях, без которого у нас не было бы этих профессиональных организаций. Его предком в давние-давние времена была ведьма Равен Диренни, которая вместе с её более известными кузенами Эйденом и Риайном положила конец тирании позднеалессианской Империи. Говорят, что ещё до псиджиков Артейума она развила искусство чародейства в достаточной степени, чтобы вселить дух в камень и использовать этот эффект для создания зачарованного оружия.
Но в этой истории я хочу поведать о предке ещё более древнем, чем Равен. Жизнь Аслиэля Диренни относится к скромному периоду становления нашего клана, когда он жил в скромной деревеньке Тиригель на берегу реки Каомус. Позже эта деревня была переименована в Дирен, отсюда и происходит наша фамилия. Как и все жившие на острове Саммерсет в те дни, он был простым фермером, работавшим в поле, но в то время как остальные выращивали урожай лишь для того, чтобы утолить свои непосредственные нужды, даже дальние родственники семьи Диренни работали вместе. Они вместе решали, какой участок лучше подходит для пшеницы, фруктовых деревьев, виноградника, выпаса или пасеки, и таким образом получали куда большие урожаи, чем любой фермер, работавший сам по себе, как бы он ни старался.
Аслиэль имел довольно бедную ферму, негодную с точки зрения любого хозяйства, но некоторые растения приживались на её каменистой, неплодородной и кислой почве довольно неплохо. В сущности, от безделья и постоянной нужды он стал неплохим травником. Конечно, по большей части эти травы годились только на то, чтобы сдобрить жидкую похлебку, но, как вы знаете теперь, редкое растение живёт на нашей земле, не обладая магическими свойствами.
Даже в те древние времена уже существовали ведьмы. С моей стороны было бы смешно предположить, что это Аслиэль Диренни изобрёл алхимию — но он, заслужив нашу вечную благодарность, превратил алхимию в искусство и науку. В Тиригеле ведьмы не собирали шабашей, и, конечно же, должны были пройти ещё тысячи лет, прежде чем в мире появилась первая гильдия магов, так что люди стали приходить за лечебными зельями именно к нашему герою. Он самостоятельно открыл формулу сочетания чёрного лишайника и крестокамыша, чтобы лечить последствия отравлений, и необходимую дозу ивопыльника, которую следует растолочь и смешать с придушицей, чтобы исцелять болезни.
Немного было в те мирные времена в Тиригеле опасностей страшнее, чем болезнь или нечаянное отравление. Да, в диких местах водились всякие мрачные твари — тролли, химеры, порой встречались недружелюбно настроенные феи и блуждающие огоньки, но даже самые маленькие и глупые альтмеры знали, как избегать их. Однако попадались и необычные угрозы, справиться с которыми помогал Аслиэль.
Одна из историй, которые про него рассказывают, (и я полагаю, она правдива), повествует о том, как он спас свою юную племянницу, которая страдала от неизвестной болезни. Несмотря на его уход, с приходом каждого утра она становилась все слабее. Наконец, он дал ей выпить какого-то горького зелья, и на следующее утро обнаружилось, что её постель вся засыпана пеплом. Выяснилось, что её соками питался вампир, но зелье Аслиэля превратило её кровь в яд для чудовища, никак не повредив ей самой.
Если бы только эта формула не затерялась во тьме веков!
Уже этого было бы довольно, чтобы сделать его не слишком известной, но важной личностью в ранних анналах Саммерсета, но именно в то время варварское племя, называемое Локварами, спустилось по реке Дирен и стало устраивать налеты на Тиригель. Диренни, которые не были воинами, а лишь простыми фермерами, ничего не могли сделать и только бежали прочь, наблюдая издали, как Локвары забирают лучшую часть их урожая в каждом набеге.
Аслиэль как раз был занят экспериментами с прахом вампира, и через некоторое время представил своим родственникам план. В следующий раз, когда Локвары были замечены около Дирена, селяне подняли тревогу и самые сильные из них собрались в лаборатории Аслиэля. Когда варвары прибыли в Тиригель, они обнаружили, что фермы покинуты, и предположили, что селяне сбежали как обычно, но как только они приступили к грабежу, их внезапно атаковали невидимые воины. Полагая, что в деревне поселились призраки, они немедленно бежали.
Варвары предприняли ещё несколько попыток устроить набег, ведь их жадность значительно превосходила страх, но каждый раз на них нападал кто-то, кого они не могли увидеть. Несмотря на то, что они были дикими, тупыми они не были, и вскоре переменили мнение относительно того, откуда исходит угроза. В селе, очевидно, не было никаких призраков, ведь селяне спокойно выращивали урожай и собирали его, а животные также не проявляли признаков страха. Локвары решили послать в деревню разведчика, чтобы выведать, каким секретом владеют крестьяне.
Разведчик обнаружил, что на фермах Диренни живут вполне видимые и осязаемые альтмеры из плоти и крови. Он продолжал наблюдать, и когда его соратники-варвары двинулись вдоль реки, он увидел, что все старики и дети бежали из деревни в холмы, а те фермеры, кто был покрепче, и их жены собрались в лаборатории Аслиэля. Он видел, как они вошли, однако никто не вышел наружу.
Как обычно, набег Локваров был отражен невидимыми воинами, но вскоре разведчик рассказал варварам, что за дела творятся в скромном доме на ничем не примечательной деревенской улице.
На следующую ночь двое локваров по-тихому подкрались к лаборатории Аслиэля и схватили его, не разбудив никого из других Диренни. Вождь Локваров, понимая, что фермеры больше не смогут рассчитывать на алхимическую невидимость, решил немедленно напасть на деревню, но был мстителен и считал себя униженным из-за того, что его перехитрили какие-то крестьяне. В его голове сложился коварный план. Что, если Диренни, которые всегда замечали врага и убегали, в этот раз просто не увидят варваров? Он уже предвкушал назревающую бойню. Разведчик рассказал, что Аслиэль использовал прах вампира, чтобы сделать фермеров невидимыми, но он не был уверен насчёт остальных составляющих. Он упомянул о каком-то светящемся порошке, который Аслиэль подмешивал в зелье. Аслиэль, конечно, отказался помогать Локварам, но те поднаторели в пытках не меньше, чем в грабеже, и он понимал, что либо он заговорит, либо погибнет.
Через несколько часов пыток он согласился рассказать им, что это был за светящийся порошок. Он не знал, каково было правильное название порошка, но называл его «светящаяся пыль» — единственные останки убитого блуждающего огонька. Он рассказал им, что понадобится сделать, чтобы все племя варваров стало невидимым на время налета.
Локвары немного поворчали по поводу того, что им придётся не только найти и убить вампира, чтобы получить его прах, но также уничтожить нескольких блуждающих огоньков ради порошка. Через несколько дней они вернулись с компонентами, которые указал алхимик. Вождь, который вовсе не был идиотом, потребовал, чтобы Аслиэль первым отведал зелье. Тот так и сделал, и стал невидимым, продемонстрировав, что напиток и впрямь работает. Вождь заставил его приготовить ещё больше зелья, и никто не заметил, что перед тем, как Аслиэль выпил отвар, он сорвал и съел несколько листиков чёрного лишайника и крестокамыша.
Локвары выпили зелье сразу, как только он сварил его, и довольно скоро — но не достаточно скоро, чтобы избежать мучений — все они умерли. Разведчик, который видел, как Аслиэль делает зелье невидимости, вероятно, принял свет свечи в лаборатории за свечение второго ингредиента для зелья невидимости. Вторым ингредиентом был обычный, простой редворт, одна из самых распространённых трав во всём Тамриэле. Когда варвары начали пытать Аслиэля, чтобы он рассказал им, что это была за светящаяся пыль, он вспомнил, что однажды он смешал светящуюся пыль и прах вампира, сотворив довольно сильный яд. Было нетрудно собрать немного редворта в варварском лагере, смешать его с прахом вампира и светящейся пылью, создав яд, одновременно обладающий свойствами зелья невидимости. Приняв противоядие из трав, он дал яд варварам.
Локвары умерли, и варвары больше никогда не нападали на фермы Диренни, а поскольку у Диренни не было иных врагов, они становились все богаче и могущественней. Спустя поколения они покинули Саммерсет и начали свои исторические похождения на континенте Тамриэль. Аслиэля Диренни, опытного и известного алхимика, пригласили на Артейум и приняли в псиджики. Неизвестно, сколько общеизвестных теперь формул он изобрел позже, но у меня нет сомнения, что алхимия в том виде, как мы знаем её сейчас, без него не существовала бы.
Но всё это уже в далёком прошлом. Изобретения Аслиэля, как и мои скромные изыскания, как и достижения Диренни в ходе известной нам истории — лишь первые шаги на пути к чудесам, которые ожидают вас в будущем. Мне хотелось бы увидеть их, но если я смогу всего лишь поделиться с отпрысками рода Диренни и детьми всего Тамриэля историями о прошлом, я всё равно буду считать, что жизнь моя прошла не зря.