Эбонитовая обманка, ч.1
| |||
Вес: 2 | Цена: 556 |
Перевод: Денис Камалов (Эбонитовая обманка, ч.1).
- Обобщающая статья: Эбонитовая обманка
- Следующий том: «Эбонитовая обманка, ч.2»
Текст
Действующие лица
• Пpолог
• Авантюpист — пpойдоха тёмный эльф
• Комон — жpец Акатоша
• Лебан — ещё один жpец Акатоша
• Эпилог
• Стит — жpец Джулианоса
• Pайк — ещё один жpец Джулианоса
• Шуб — маг
• Шуб — дpугой маг, но с тем же именем
• Hефpон — тоpговец с довольно-таки сомнительной репутацией
• Пять Оpужейников
• Оpто
• Кpунн — муж Милли
• Энеpгичная Принцесса
• Милли — хозяйка постоялого двоpа и к тому же философ
• Гюpнси — глупая девица
• Pазные паpни и девки с постоялых двоpов
• Солдаты
• Гномы
• Гиганты
Часть первая — о жрецах и Наклсе, о котором два жреца Акатоша долго рассказывают Авантюристу, которому нечем было заняться в то время, и который не нашёл себе занятия получше. В которой выясняется кое-что (о чём, может быть, знать и не нужно) о жречестве и его членах, и о довольно примечательном крестьянском мифе, особенно распространённом в Хай Роке. И в которой появляется таинственная Эбонитовая Обманка, то самое странное вещество, появление которого грозит либо радикальными культурными переменами многим, либо большой прибылью маленькой кучке, либо погибелью кое-кому, либо не грозит ничем и никому.
Даггерфолл и его окрестности в смутные времена Третьей эры.
Самое начало месяца Hачала Моpозов. Постоялый двор Мёртвая Даэдра.
(входит Пролог)
Пролог: Наши бедные актёры постараются запомнить свои роли и не свалиться со сцены. Зрители, я прошу вас не прерывать актёров, не дразниться и не швыряться гнилыми продуктами. Этим вы лишь затянете действие этой короткой пьески. Гильдия Писателей, Актёров и Драматургов просит тех из вас, кто восприимчив или бурно реагирует на бессвязные диалоги, топорную игру, малопонятные действия или на не удовлетворяющие вас концовки, оставляющие вас недовольными и сбитыми с толку, покинуть театр немедленно. Но деньги вам, увы, не вернут. Эта пьеса хороша тем, что содержит многочисленные намёки на все радости плоти. Можете ей наслаждаться. Ага, вот и наш герой, плутоватый тёмный эльф по имени Авантюрист. Самое время для Пролога благополучно удалиться.
(Пролог удаляется)
(входит Авантюрист)
Авантюрист: Что за странный разговор я сейчас слышал. Лучше бы этим двум магам не говорить о таких вещах рядом с удобными для подслушивания уголками.
(входят два Жреца Акатоша (Лебан, Комон))
Лебан: Не возражаешь, если мы к тебе подсядем, парень?.. Отлично, нам самим нужна компания. Меня зовут Лебан, а моего приятеля — Комон. Мы оба служим Акатошу, каждый на свой лад, конечно…
Авантюрист: Чувствуйте себя как дома, это не моя скамейка. Но я думал, что жрецы… не посещают… э… подобные места, то есть, постоялые дворы. Я хочу сказать, не во время службы?
Лебан: О, мы не на службе. Надо пополнить запасы нашей внутренней жизненной энергии, чтобы мы смогли и дальше благословлять и исцелять…
Комон: Мы сюда часто приходим повеселиться. Заправиться энергией, разлитой по бутылкам…
(Комон хихикает)
Лебан: В поисках нуждающихся в утешении и благословении, конечно…
Комон: О да, о да… как та молоденькая девчушка однажды вечерком…
(Лебан пинает Комона)
Комон: … всё равно Верховный Жрец приказал нам проваливать…
Лебан: В смысле он велел нам пойти освежиться. У нас были видения, понимаешь ли…
Комон: Да, причём довольно странные… и мы не принимали ни одной из этих…
(Лебан пинает Комона)
Лебан: У нас обоих были одинаковые видения — действительно странно.
Авантюрист: Так расскажите, я никуда не тороплюсь.
Лебан: Ну, для начала, мы слышали что-то вроде… слов. Типа «Сир Ник» или «Святой Нак»…
Авантюрист: Ты сказал «Ник» или «Нак»? Подожди-ка минутку… позволь мне глотнуть из твоей бутылки, Брат… А! Так-то лучше — отличную выпивку вы, ребята, употребляете! Да, я припоминаю — какую-то историю или старую легенду об эльфе по имени Накл, если я не ошибаюсь, из Морровинда?
Лебан: Ты знаешь, может ты и прав — есть старая легенда о ком-то вроде него, по-моему из пещер в Хай Роке… хммм… Наклс, вот как!
Авантюрист: Наклс, ха! Кажется несколько тёмных эльфов пользовались этим именем… особенно… самые таинственные…
Комон: Да, небось, те, что имеют дело со всем этим оружием и магическими штуковинами… на редкость скверные ребята…
Лебан: (Комону) Комон! У этого парня острые уши и красные глаза…
Комон: Извини, друг… Здесь темновато, и я не хотел… мм…
Авантюрист: О, всё в порядке. Сейчас тяжёлые времена. Живи и давай жить другим — или умереть — как часто бывает. А теперь, я полагаю, ты расскажешь мне этот миф о Наклсе? Ну-ка, позволь, я помогу тебе с этой бутылкой… Ах! Благодарю.
Лебан: Э… конечно, если ты так настаиваешь… На, глотни ещё! Конечно, у нас есть время, и я сейчас всё ясно припомнил.
Комон: Да, у нас есть пара часиков, до того как эта маленькая блондиночка не появится у своего фонаря…
(Лебан пинает Комона)
Лебан: (Комону) Тихо! Не забывай, нам пришлось сказать Верховному Жрецу её адрес, так что её не будет поблизости некоторое время!
(всем) Очень хорошо, вот эта история, насколько я могу её припомнить. Эту сказку крестьяне высоко в Хай Роке рассказывают своим детям, чтобы напугать их и заставить их вести себя хорошо на какое-то время, по крайней мере. Они рассказывают её, дай подумать… на празднике Россказней и Страшилок, или это был Фестиваль Ведьм? — прямо перед тем, как детей отравляют спать в сарай или свинарник.
Комон: Ужасные жестокие крестьяне! Я бы так всех их и отправил на помойку…
Лебан: В самом деле, Комон! Помни, эти бедные души нуждаются в нашем участии и благословении, мы их спасение!
Комон: Ну-ка, кто у нас знаток навозных дел?
Лебан: Э… неважно. Если дети и вправду хорошо себя вели весь год — достаточно наворовали на рынке, убирались каждый день на конюшне, не бегали играть с гоблинами, оставляли овец в покое и так далее. Если они по-настоящему хорошо себя вели, то им не о чем беспокоиться. Но если они были плохими детьми, то тут-то и появляется этот ужасный, противный тёмноэльфийский призрак по имени Наклс. Не похожий на обычного тёмного эльфа — потоньше и повыше. Одутловатое бледное лицо, крупное, как твоя рука. Ходит так, словно у него колени и локти не в ту сторону вывернуты. Хихикает так, словно ты своим ногтем скребёшь по тарелке. Носит чёрный костюм в обтяжку (не такой, как у каджиит, а больше похожий на обычный костюм с пуговицами) но слишком тугой и маленький. Он приходит к плохим девочкам и…
Комон: Почему ты опять заговорил об этих грязных делах, Лебан?
(Комон икает) (Лебан пинает Комона)
Лебан: Ты в самом деле должен простить Комона: переработал, знаешь ли. Слишком много исцелений и мирской суеты… как бы то ни было, я полагаю, что Старый Противный Наклс бродит по нашему Тамриэлю, передвигаясь по грязным глубоким тёмным гномьим туннелям. Повсюду под землёй, если ты можешь себе это представить! Ездит на ржавой скрипучей старой рудничной тележке по старым рудничным путям…
Авантюрист: Я однажды видел такие в Логове Клыка, под Хаммерфеллом много-много лет тому назад…
Комон: (Лебану) Что, во имя Шеогората, он делал в Фэнг Лэйр?!
Лебан: (Комону) Умолкни! Если он тот, за кого я его принимаю, ты этого знать не захочешь! (всем) Мм, да. Так вот, тележку Наклса толкают по всем этим подземным туннелям гоблины — не те обычные ваши жёлтые гоблины, но отвратительные чёрные твари. В любом случае, они провозят Наклса по всем этим тёмным туннелям, и затем, поздней ночью, он останавливается под каждым сараем, где живут плохие дети, под домом или замком — не имеет значения. Затем он поднимается по водосточным трубам…
Комон: Просачивается сквозь щели… пролезает через дыры…
Лебан: Оставляет грязные следы в подвалах…
Комон: Мерзко хихикая, пролезает через уборные…
Лебан: Прямо в детскую! Затем, если ребёнок лишь слегка шалил, то Наклс обычно только устраивает беспорядок, чтобы ребёнка наказали. Оставляет повсюду грязные следы (так, чтобы их было больше, чем обычно), что-то ломает, что-то крадёт и так далее, и тому подобное. Может унести все конфеты и оставить вместо них комки эбонитовой Обманки…
Авантюрист: Эбонитовая Обманка? Что это? Я уже слышал про эту штуку, ох, да всего несколько часов назад… От каких-то магов…
Лебан: Уже слышал? Интересно… Даже очень… Ладно, давай поговорим об этом попозже… только дай мне закончить про Наклса. Где я остановился? Ах да… Если маленький негодник и вправду плохо вёл себя, то тогда пропадают все его игрушки: медный кинжал, деревянный меч, маленький кнут и так далее. Все то, что обычно нравится детям.
Комон: Кнуты? Мне нравятся кнуты.
(Комон икает) (Лебан пинает Комона)
Лебан: Ну а если маленький паршивец был очень, очень плохим, то Наклс забирает паршивца. Кидает его или её в свой грязный мешок. Волочёт мешок за собой вниз сквозь дыры и щели прямо в свою старую ржавую рудничную тележку! И они уезжают!
Комон: Надеюсь, он оставляет кое-каких плохих девочек.
(Лебан пинает Комона)
Лебан: Э… чтобы мы могли спасти их, конечно, друг мой… Иногда, по крайней мере, мне так говорили, паршивец так никогда и не возвращается. Небольшая потеря, я думаю, крестьяне наплодят ещё.
Комон: Мы в этом разбираемся, да, да…
(Лебан сплющивает Комону нос)
Лебан: Но, раз уж мы добрались до этого места, паршивца всего лишь заставляют работать: раскапывать залежи Эбонитовой Обманки, лопатить грязь, собирать её по мешкам. Расширять туннели Наклса. Спустя некоторое время негодника возвращают туда, откуда взяли. Ему может показаться, что прошёл год, но наверху минул всего лишь день… Негодник возвращается совсем худой и запущенный, весь в чёрной слизи… Ты знаешь, я припоминаю, что на следующий день после Фестиваля Ведьм я частенько видел тощих детей, покрытых настоящей чёрной грязью и, к тому же, испуганных. Родители притаскивают их в Храмы для благословения и исцеления, если у них есть деньги. Клянусь бородой Шеогората, что за вопли и крики! Достаточно, чтобы довести жреца до… э… неважно… это наша проблема…
Комон: Неа… это проблема с нашими поставщиками, скажу я тебе…
(Лебан швыряет Комона за кулисы)
Лебан: Короче говоря, такова легенда о Наклсе. Теперь я вспоминаю, что она известна по всему Тамриэлю… и если смотреть в корень, в этой истории гораздо больше правды, чем кажется, гораздо больше…
Авантюрист: Как мне кажется, некоторые, э… тёмные тёмные эльфы чем-то похожи на этого Наклса. Переходя на личности, так сказать…
Лебан: Ага, в каком-то смысле, да… хотя мы и не слышали, чтобы такие как они носили детей в мешках, не правда ли?
Комон: Не, это мы так делаем, по крайней мере, с маленькими проказницами, разве нет?
(Комон икает) (Лебан разбивает бутылку о голову Комона)
(Комон падает без сознания)
Авнтюрист: Очень интересная история, джентльмены. Позвольте мне вознаградить вас ещё одной бутылочкой — вы это пили? А, кажется, да. Хозяин! Ещё святого вина этим святым людям!
Лебан: Благословение тебе за этот щедрый жест, друг.
Авантюрист: Тебе спасибо, мне точно пригодятся одно или три… Неважно, вернёмся к этой «Эбонитовой Обманке». Я кое-что слышал об этом недавно — в основном подслушивая… прошу прощения … слушая… разных магов. Так что насчёт этого? Вот, глотни ещё… отлично!
Лебан: Ну, мы вообще-то не должны рассказывать об этом чужакам… но ты, похоже, уже кое-что узнал. И если ты слышал болтовню магов… Так почему бы нам не организовать совместное дельце. Доход превыше всего! То есть… во имя процветания Храма Акатоша, конечно, и твоего, любезный Сэр.
Авантюрист: Всё интереснее и интереснее — продолжайте, я прошу вас.
(Комон, пошатываясь, поднимается на ноги) (Комон икает)
Комон: Самое время мне обратить в нашу веру эту маленькую фонарщицу… нет, нет, нет — не ту с прошлой ночи, а блондиночку…
(Комон удаляется) (из-за кулис слышится женский визг)
Лебан: Друг, ты должен извинить Комона. Он немного… странный, знаешь ли… У него эти…
Авантюрист: О, всё в порядке, у всех у нас есть свои…
(уходят Авантюрист и Лебан) (входит Эпилог)
Эпилог: Приносим извинения за качество пьесы. Если те из вас, кто ещё не ушли, подождут несколько минут, пока наш бард сыграет «Молчание Подразумевает Согласие», то мы за это время подготовим сцену для следующего действия, Части Второй. Пожалуйста, не забывайте о чаевых. Вы верите, что есть такая штука, как Эбонитовая Обманка? Может быть, мы это узнаем во второй части. А может и нет.
(звучит музыка) (Эпилог удаляется)
Конец первой части, в которой в основном говорилось о Наклсе.