Король Эдвард, т. 10
| |||
Вес: 2 | Цена: 612 |
Перевод: Евгений Каленюк (Король Эдвард, т. 10).
- Обобщающая статья: Король Эдвард.
- Предыдущий том: «Король Эдвард, т. 9».
- Следующий том: «Король Эдвард, т. 11».
Текст
Матс продолжает рассказывать историю Счастливчика и Джози
Прошли годы, счётом двенадцать. Детей стало больше. Тимми женился. Земля продолжала процветать. Немногие умирали, так что людей теперь стало много, и всё больше леса расчищалось под фермы. Те, кто не хотел селиться, становились солдатами или моряками. Их путешествия и битвы были счастливыми, они возвращались с прибылью. Боги были с ними, говорили люди, потому что они были мужественным и достойным народом. Скайрим теперь был объединён под властью короля Врэйджа Одарённого, второго и наиблагороднейшего из сынов легендарного Харальда Исграмурского, таким образом король Джози был королём всего Скайрима. Норды под предводительством Врэйджа двинулись в Морроувинд и Хай Рок, завоевав некоторые земли хитрых и вороватых тёмных эльфов, а также слабых и суеверных бретонцев. Джози и Счастливчик открыли магазинчик и построили хороший большой дом для своей семьи.
Однажды ночью Джози проснулась в одиночестве и услышала голоса в гостиной. Она встала с кровати послушать. Голоса звучали рассерженно!
Счастливчик стоял там в своей ночной рубашке, годы мало изменили его. Он не выглядел старше, только ещё более похудел и побледнел и был как бы несколько менее… материальным. Перед ним стояли несколько человек: высокая представительная женщина, темноволосая, одетая в дорогое синее платье, рыцарь в чёрных латах и при чёрном мече, симпатичный блондин в зелёном, с луком за спиной. Там были также два эльфа, один обычный, а другой с золотистой кожей. У одного была арфа, второй держал лютню. Эльфов не видели в Скайриме уже много лет! Как тихоня Счастливчик познакомился с такими важными персонами?
— Так вот как ты выполняешь наше соглашение? Неужели мы разъяснили тебе правила недостаточно понятно? — женщина кричала на Счастливчика, а он только бормотал в ответ:
— Леди Мара, я не осознавал, что это было так долго. Только несколько дней… затем ещё несколько. А затем появились дети, и я стал необходим Джози. Я не замышлял зла. Всем, вроде бы, было хорошо. Это было не так уж долго. Тамриэль обходился без меня и раньше.
Счастливчик говорил мягко, но его лицо было напряжено, а Джози знала, каким он может быть упрямым.
— Всем! А как насчёт бретонцев? А тёмные эльфы? И лесные эльфы. Я уже не говорю о снежных эльфах. Они исчезли, исчезли все и навсегда.
— Такой замкнутый народ… Я пытался, — бормотал Счастливчик. — Я правда пытался. Снежных эльфов было очень трудно найти, и они были очень недружелюбны, когда я всё же нашёл их.
— Остальным эльфам придётся разделить их судьбу? И бретонцам, и остальным расам?
— Я пойду. Пойду. Но Хай Рок и Морроувинд так далеко. И как я могу оставить своих детей? Я ведь имею право на детей? И моя жена…
— Ты мог устроить дела так, как это сделал я, — сказал лесник в зелёном. — А сейчас уже поздно. Всё зашло слишком далеко. Мы верили тебе. Это было простое задание. Но всё же нам следовало наблюдать за ним, — последние слова были обращены к чёрному рыцарю.
— Я наблюдал за ним, — огрызнулся тот, взмахнув мечом, который, как разглядела Джози, составлял одно целое с рукой. — Но один я не мог сделать ничего! У меня были информаторы в Хай Роке и Морроувинде. Как только я понял, в чём дело, мне надо было найти всех вас. Один я мог сделать немного. Я сделал, что мог. Сейчас они остановлены, но ущерб должен быть возмещён, и возместить его должен виновник. Это будет нелегко. Тебе придётся избегать скайримцев ещё пару сотен лет, я думаю.
— Нет! Милорд Эбонарм, нет! — плач вырвался из сердца Счастливчика. — Я не могу. Я вас умоляю. Не требуйте от меня этого… Оставьте мне что-нибудь личное! Почему я всегда должен всё отдавать? Я устал от этого! Вы обещали мне жизнь, но то, что я имел, это бесконечные скитания, но не жизнь!
Чёрный рыцарь Эбонарм нахмурился.
— Мы не воинственный народ, — произнёс лесной эльф своим музыкальным голосом, — но Зенитар не потерпит больше притеснений. И если он пойдёт на тебя войной, все остальные боги станут на его сторону! Если примутся воевать боги, весь Тамриэль может быть уничтожен. Даэдры могут принять твою сторону, они любят хаос. Но думаю, не только Спрингсид, Эбонарм и Мара будут воевать с тобой, если ты будешь продолжать испытывать их терпение.
— Джефри говорит правду, как всегда. Не будем говорить о войне между нами, друг мой. Мы не желали зла твоему народу. Мы глубоко сожалеем о случившемся и будем работать над возмещением ущерба. Я сожалею о своей долгой отлучке, но она была необходима. Раен и я были нужны… в другом месте, — сказала Мара. — А даже бог или богиня не может быть сразу везде. Что до тебя, Сай, — она повернулась к Счастливчику. — Я дарю тебе одну ночь с твоей женой и детьми в год. Но не во плоти. Искушение слишком сильно для тебя, я вижу. Было ошибкой позволять тебе быть воплощённым так долго. Я извиняюсь за это перед всеми остальными. А сейчас, иди прощайся. Ты свободен.
Рыцарь и лесник исчезли, но эльфы остались. Тот, что с золотистой кожей, заговорил с Марой:
— Следи за этим своим новым народом внимательно, леди Мара. Мы терпеливый народ и дружественно расположены к остальным разумным расам, но нашему терпению есть предел. Ты предупреждена.
Затем эльфы тоже пропали.
Счастливчик упал на колени и схватился за подол платья Мары. Его лицо было маской боли.
— Леди, подожди! Я молю тебя. Неужели я никогда больше не буду чувствовать? Никогда? Это больше, чем я могу вынести. Все остальные могут принимать смертную форму по желанию. Лучше бы я умер обычной смертью и упокоился, — добавил он горько.
Мара, нахмурившись, размышляла.
— Другие дорого заплатили за жизнь, которую ты украл. Их души тоже неупокоены. Они тоже требуют платы. И всё же… хорошо. Если ты будешь трудиться над возмещением ущерба, который нанёс, ты сможешь принимать телесную форму по желанию, но не человеческую. Твоей будет форма волка, в награду за доброту, которую ты проявил к Греллану.
Она исчезла, оставив Счастливчика стоять одного, босиком. Джози подбежала к нему и обняла… о, каким он был худым и холодным!
— Что это, дорогой? Кто они были? Что это значит? О, не бросай нас!
— Я должен, — сказал он, содрогаясь. — Я оставался слишком надолго. Дорогая моя, я сама Удача. Я родился с этой способностью, такой же смертный, как и ты. Мой хозяин сделал меня солдатом. Я погиб в первой же битве, хотя она была победной. Я всегда приносил удачу другим, никогда себе самому, никогда. Эбонарм явился мне, сказал, что у меня интересный талант, и предложил мне бессмертие, если я соглашусь распространять мою удачу по миру.
— Он сказал, что у богов слишком много работы, они контролируют события и постоянно спорят, что именно должно произойти. Он думал, что я могу всё сбалансировать в силу своей природной способности. Я был молод. Я едва пожил. Я не хотел умирать и согласился, и Эбонарм сказал, что я могу на время сохранить своё тело. Я не буду стареть и не умру, только начну таять, как сейчас. Мне почти восемьдесят. Я занимался этим много лет. Затем я встретил тебя и, думаю, оказался в ловушке у твоей нужды. Я был твоей Удачей, видишь ли, тем, что тебе было нужно. Правда в том, что ты тоже была нужна мне, любовь моя.
— Но пока я оставался здесь, моя удача распространялась, как круги на воде, сильнее всего в центре, ослабевая по краям, и её совсем не было в Морроувинде и Хай Роке и Диких Землях на юге. Народ там умирал или попадал в рабство. Я приносил удачу только нордам, среди которых жил, так что лесные эльфы скрылись, а снежные эльфы вымерли. Сейчас мне нужно идти к ним нести удачу и восстановить баланс, как должно быть.
Он зашёл в комнаты детей и поцеловал всех, пока они спали, и его слёзы падали на их лица.
— Я буду с тобой одну ночь каждый год, но ты не будешь видеть меня. Ты почувствуешь моё присутствие, дорогая. О, я никогда не умел говорить о любви или браке… но я люблю тебя, как ни один человек или бог не любил женщину.
Затем он поцеловал её в последний раз и исчез.
Матс наконец закончил. Огонь выгорел до пепла. Эдвард глубоко вздохнул.
— Эта история… — сказал он. — Это правда?
— Ты называешь мою бабушку вруньей? Я знаю, что она обычно оставляла на пороге немного еды и молока в зимние ночи. «Для Волка», — говорила она. И норды считают очень неудачным нападать на волка, если он не атаковал первым. Это ведь может быть Сай!
— Моя бабушка говорила, что услышала эту историю от своей пра-прабабушки, а её бабушка была сама Джози. Так она говорила. Или может, она была её пра-пра-прабабушкой. Тут я теряюсь в догадках. Как бы то ни было, это произошло во времена короля Врэйджа Одарённого, как я сказал, когда норды вторглись в Морроувинд и Хай Рок. У Сая ушло сто пятьдесят лет, чтобы всё устроить, и ему понадобилась помощь. Помощь братьев и отца Мораэлина, кроме прочих. Тёмным эльфам и бретонцам повезло, что они получили назад свои земли, а народу в Скайриме пришли тяжёлые времена. Однако, если тебе так долго непрерывно везло, как им, пройдёт немало времени, прежде чем удача окончательно тебя покинет. И Сай не повторял своей ошибки. Он распространял удачу повсюду. Иначе народ наглеет и начинает думать, что ему позволено больше, чем остальным. Но он держит слово. Видишь ли, я его потомок, и раз в году я чувствую его присутствие. Как сегодня ночью.
— Я думал, быть богом это значит, что ты можешь делать всё, что пожелаешь, — сказал Эдвард.
— Ну, они могут. Сай так и делал некоторое время. Но он и его божественные товарищи не были удовлетворены результатами. Есть правила, по которым живут боги, так же, как и правила для людей и мальчиков.
— Но кто тогда придумывает правила? — не унимался Эдвард.
Матс засмеялся.
— Оставь лучше такие вопросы для Архимагистра. Они слишком глубоки для меня. Ну, не знаю, как ты, а я собираюсь выпить — в горле пересохло после такого долгого разговора. А потом встанет Мит, и я смогу поспать сам.
— Матс, меня учили, что отец Мораэлина и его братья были просто разбойниками, и что норды были настоящими хозяевами земли, которую захватили. А потом тёмные эльфы вышли из-под земли и стали разбойничать из подлости и ради наживы.
— Отец Мораэлина, Кронин и его братья, Крютис и Эфен, стали разбойниками после того, как норды выгнали их из Эбонхарта. Партизанская война неприятна, но так же неприятно потерять родину. Воспоминания людей об этом времени искажены пересказами, но довольно много ещё эльфов, которые пережили это сами. Тётка Мораэлина Йорисс, например, она правит в Крагенмуре. О, конечно, есть немного тёмных эльфов по границам и в Блэклайте, которые просто грабят народ на дорогах и крадут детей, нет вопросов. У них есть укрытия в горных пещерах, откуда они совершают набеги на фермы и деревни в восточном Скайриме. Но народ Мораэлина не имеет с ними ничего общего, по крайней мере с тех пор, как они вернули себе земли в Морроувинде. Мораэлин ненавидит разбой. Он прекратил бы его, если бы мог.
Матс вздохнул.
— А почему он не может?
Матс широко зевнул.
— Это вопросы политики и власти, мальчик. Если ты его спросишь, то, наверное, получишь больше ответов, чем тебе бы хотелось. Ну, я пошёл спать. Спокойной ночи.