Федька Каторжный
Федька Каторжный (крестили Федором Федоровичем) - разбойник, бывший дворовый человек Степана Трофимовича, которого тот лет пятнадцать назад отдал в рекруты в уплату за карточный долг (об этом упоминают Петр Степанович в Главе 2-1 и семинарист в Главе 3-1). Из солдат Федька сбежал и в конце концов был сослан в Сибирь. Оттуда также бежал и в настоящий момент пребывает в уездном городе, ожидая "паспорта по всей Расее" от Петра Степановича.

Петр Степанович хотел использовать Федьку, чтобы убить Марью Тимофеевну Лебядкину, тайную жену Николая Ставрогина. Он надеялся таким образом получить рычаг для влияния на последнего. Но для этого ему было необходимо, чтобы Ставрогин согласился на убийство. Федька тем временем, потихоньку от Петра Степановича, сам налаживает контакт со Ставрогиным, чтобы убедиться в достоверности его намерения. Но, как показала сцена в Главе 2-2, Ставрогин реагирует импульсивно, швыряя, будто в насмешку, Федьке вообще все свои деньги. Меж тем, как разбойнику для подтверждения намерений требовалось лишь "три целковых" (три рубля). В конечном итоге все несоответствия лишь убедили Федьку в том, что Петр Степанович его обманывает, и вовсе не даст ему ни денег, ни паспорта за убийство Марьи Тимофеевны.

И тем не менее, убийство все-таки свершается. Федька, на которого тут же ложатся все подозрения, в Главе 3-4 прямо утверждает, что "ни каплей не участвовал" [в убийствах и поджоге]. Меж тем, сам Хроникер придерживается точки зрения, озвученной полицией, что убил все-таки Федька, при помощи одного из работников со Шпигулинской фабрики (Фомушка). Таким образом, доподлинно все-таки остается неизвестно, кто же зарезал Марью Тимофеевну и брата ее, пьяницу капитана Лебядкина.

После разговора и ссоры с Петром Степановичем Федька сбегает из города. Побитый им Петр Степанович взбешен и заявляет при свидетелях (Липутин и Кириллов), что Федька "в последний раз пил водку". Его слова имеют роковое значение, поскольку буквально на следующий день, Федька был найден на проселочной дороге с проломленной головой. Это описывается в той же Главе 3-4. Найден он был в семи верстах от города на повороте с большой дороги на проселочную, к Захарьину. Как выяснила тут же полиция, убил Федьку шпигулинский Фомка, якобы из-за утаенных Федькой больших денег, похищенных у Лебядкина.

Смерть Федьки отрезвляюще подействовала на одного из основных участников "пятерки" - Липутина, который, узнав все обстоятельства смерти Федьки, окончательно отказался бежать.

## Взаимоотношения с другими персонажами

- С должным уважением относится в Ставрогину, что и понятно, ведь тот мог стать источником денег для него. Впрочем, не до раболепства: когда Николай Всеволодович после ночного визита к Марье Тимофеевне избивает Федьку, имевшего неосторожность попасться ему по дороге, тот достает нож. Хотя через пару секунд и прячет его по просьбе все того же Ставрогина.
- Очень уважает начитанность Кириллова, у которого некоторое время находился. Называет его "образованный ум". Интересно, что Кириллов читал ему Апокалипсис, который Федька слушал с большим вниманием.
- с явной антипатией и некоторым презрентем относится к Петру Степановичу. Считает, что тот его обманул с паспортом. На словах отдает ему дань уважения, как "своему природному господину", так как был в подчинении у его отца, Степана Трофимовича. Тем не менее, прямо осудил безбожие Петра Степановича во время их быстротечной ссоры в Главе 3-4. И даже не чужд рукоприкладства к своему "хозяину, которого отроком бывши на вот этих самых руках нашивал".
- Зарезал сторожа церкви, с которым вместе выносили добро из храма
- некоторое время общался с Фомушкой со Шпигулинской фабрики. Доподлинно неизвестно, какого характера отношения были у них, и почему Федьку в конце концов убили, как и пророчил Петр Степанович

## Цитаты

- Да вот: день да ночь - сутки прочь. Я ведь третьего дня как поел, так ничего в рот не брал. Потом день погодил, а там снова ничего не ел. Воды в реке много - карасей в брюхе завел. Да вчера собакам на именины с два десятка камней раскидал. А окромя того никаких других дел пока не имели-с.
- Ты, Пётр Степанович, постой, постой... Ты здесь первым делом должен понимать, что находишься на благородном визите у Кириллова Алексея Нилыча, у которого завсегда сапоги чистить можешь, потому он пред тобою - образованный ум, меж тем как ты только... [изображает плевок].
- Все равно, что поганая человечья вошь - вот я за кого тебя теперь почитаю. Ты мне за невинную кровь большие деньги сулил. Меж тем как по всему выходит одно лишь твое сплошное неучтивство.
- Николай Всеволодович пред тобою словно на лествице состоит и над тобою смеется, а ты на него как маленькая собачонка снизу тявкаешь!
- Это я тебе, Пётр Степанович, скажу - да, обокрал. Да только я вот только зенчуг поснимал. А ты мышь в киот пустил! Стало быть, надругался над самыим божьим перстом!
- Ты Бога дерзнул, как тот самый злодей-соблазнитель, именуемый атеист. И теперь все равно что с поганым татарином на одной ступени состоишь.