Mercurius Hranno
**Меркурий Хранно** - германский бог, от которого осталась только посвящающая надпись 2-3 века в Борнхайме - Хюммерихе. Германское прозвище связано с древнескандинавским бобовым Одином, Храни внутри и вне его, которому житель Убии поклонялся благодаря дарственной надписи германского Водана / Одина. Хранно означает "грубый парень, полтерьер" и отсылает к черте общего германского бога.

## Открытие

В Хюммерихе в первой половине 1980-х годов сильно поврежденная статуэтка Меркурия была вспахана во время полевых работ и первоначально оставлена незамеченной на краю поля. В 1984 году учёные признали эпиграфическую и археологическую ценность произведения и передали его Рейнскому земельному музею Бонна для частного исследования. Статуэтка оснащена пьедесталом с надписью.

Статуэтка, изготовленная из известняка юрского периода Лотарингии, отломана в середине голени и сегодня имеет общую высоту 79 см, при этом доля основания глубиной 31,2 см, включая карнизы, составляет 58,8 см. Задняя часть основания сегодня сильно повреждена и когда-то была лишь грубо приглажена. По бокам основания в каждом случае изображен кратер с s-образными ручками, из устьев которого вьется декоративная листва. На фрагментарной статуэтке Меркурия в виде эдикулы сильно повреждены голени - особенно левая голень или ступня, где правая нога показана как опора. На сохранившемся изобразительном оборудовании черепаху можно узнать по левой ноге, на которой стоял петух, у которого сохранились хвостовые перья на левой икре. Между ног Меркурия находится угловатый предмет, который, вероятно, когда-то был продолжением головы статуэтки и изображал предмет, похожий на стрелу или копье. В целом, исполнение неприметное, иконографически отличается от других изображений Меркурия в Нижней Германии и предлагает частый элемент, особенно в мотиве животных-компаньонов черепахи и петух. Из-за находок других камней для освящения Меркурия в районе Борнхайм Сехтем рассматривается при исследовании этого места как святилище Меркурия. Из этого следует, что статуэтка Меркурия-Хранно также первоначально была помещена в это святилище, а позже была перевезена на место в Хеммерих. Камень принадлежит городу Борнхайм, отливка принадлежит Рейнскому земельному музею Бонна.

## Надпись

На передней части пьедестала, в шесть строк на поле размером примерно 43 × 48,5 см, имеется почти нетронутая посвящающая надпись обычным крупным шрифтом в честь МЕРКВРИО ХРАННОНА (I). Прозвище надписи было бы просто буквой i, расширяющейся до которой, прерывающейся во втором ряду справа внизу. Хартмут Гальстерер читает фамилию как Храннонд (i).

"Mercurio / Hrannon / Nigrinia / Titula ex / visu monita / l (ibens) m (erito)" "Меркурий Хранно (пожертвовал) Титул Нигринии (l) после выполнения предупреждения с радостью и заслуженно.


Название донора Нигриния как производное от языческого имени Нигриниус имеет ту особенность, что оно используется только в Бельгийской Галлии и Германии. Прозвище Titul (l) us указывает на фокус распространения за пределами северных провинций: например, 35 документов в Gallia Narbonensis по сравнению только с двумя документами для Gallia Belgica и обеих Германий вместе взятых. Необычно, что формула становится ex visu monita - слишком немецкой для оценки внимания (или внешнего вида) предупреждения, поскольку это первый документ для Нижнегерманской провинции и, как правило, редко встречается с тремя документами на северо-западе (два документа в Бельгии, один документ в верхней Германии).

## Фамилия

Поразительное прозвище Меркуриус может быть образовано от формы дательного падежа до именительного Hranno. Графически германский hr- фонетически ведет к германскому kr- продолжение; характерно, что имя, несомненно, германское. Следовательно, после обычной римской интерпретации можно предположить, что этот Меркурий германский * WōÐanaz, представляет Одина / Odin. Чтобы прояснить эпитет, Норберт Вагнер использует различные свидетельства германского названия treasure.

Во-первых, он ссылается на Odinsbeinamen, в конкретном случае как на псевдоним для прикрытия. В Форнальдарсаге из саги о Хрольфе Жердинке Один выступает под видом фермера по имени Храни. Традиционная сегодня сага о хрольфах 14 века представляет собой переработанную версию гораздо более старого шаблона. Документ из саги может быть применен к другим личным именам и топонимам раннего и высокого средневековья Скандинавии. В основном Храни имеет как в древнескандинавском, так и в новоисландском языке диапазон значений "полтерьер, грубый человек и хвастун", таким образом, с апеллятивным характером. Производная форма прилагательного - храналегр со значением "суровый, неотесанный, безжалостный". Отсюда следует, что в древнескандинавском имя Одина является апеллятивом.

3 | Hróarr var þá tólf vetra, en Helgi tíu. Hann var þó þeira meiri ok fræknari. Þeir fara nú í burt, ok nefnist annarr þeira Hamr, en annarr Hrani, hvar sem þeir kómu eða fundu menn at máli. Sveinar þessir kómu til Sævils jarls ok váru þar viku, áðr en þeir ræddu um þarvist sína við jarl.
Hann sagði: „Lítit mannkaup ætla ek í ykkr vera, en ekki spara ek mat við ykkr um stundarsakir.“ Þar eru þeir um hríð ok eru heldr ódælir. Ekki verðr þat vitat, hvaða mönnum þeir eru eða ætt þeira. Ekki grunar jarl þá, enda gera þeir honum engan kunnugleika um hagi sína. Þat segja sumir menn, at þeir muni með geitum vera fæddir, ok dára þá, því at þeir váru jafnan í kuflum ok tóku aldri ofan kuflshöttuna, ok ætluðu þat margir, at þeir mundu hafa geitr. Þeir eru þar upp á þriðja vetr. Ok eitthvert sinn býðr Fróði konungr Sævil jarli til veizlu, ok er honum þar helzt grunr á, at hann muni halda sveinana fyrir tengda sakir. Jarl býst nú til ferðar ok er fjölmennr. Sveinarnir bjóðast til at fara með honum. Jarl kvað þá eigi fara skyldu. Signý, kona jarls, var ok í ferðinni. Hamr fær sér eitt ótamit trippi at ríða, er Helgi var reyndar, hleypir nú eftir liðinu ok horfir aftr til hala ok lætr sér alla vega heimskliga. Hrani, bróðir hans, fær sér reiðskjóta annan eins ok horfir réttleiðis. Jarlinn sá nú til, at þeir fara eftir sér ok fá eigi ráðit við reiðskjótana, hlupu flókatrippin aftr ok fram undir þeim, ok rekr ofan kuflhöttinn af Hrana. |
|

39 | Um morguninn mælti Hrani bóndi: „Enn er svá komit, herra, at þér hlýði mér, ok þykkir mér lítil þol í þeim mönnum, sem drekka verða um nætr. Meiri raun munu þér verða at þola, þá þér komið til Aðils konungs.“
Lusti þá á miklu illviðri, ok sitja þeir þar þann dag, ok kemr nóttin þriðja. En um kveldit var gerðr eldr fyrir þeim, ok þótti þeim helzt heitt um hönd, sem við eldinn sátu. Flestir flúðu úr því rúmi, sem Hrani bóndi hafði skipat þeim, ok stukku allir frá eldinum út utan Hrólfr konungr ok kappar hans. Bóndi mælti: „Velja megi þér, herra, ór liðinu enn, ok er þat mitt ráð, at ekki fari nema þér ok kappar yðar tólf, ok er þá nokkur ván, at þér komið aftr, en engi elligar.“ „Svá lízt mér á þik, bóndi,“ sagði Hrólfr konungr, „sem vér munum hafa ráð þín.“ Eru þeir þar þrjár nætr. Ríðr konungr þaðan við inn tólfta mann, en sendi aftr allt sitt lið annat. Aðils konungr hefir njósn af þessu ok kallaði þat vel, at Hrólfr konungr vildi hann heim sækja, — „því at hann skal hingat víst erendi hafa, svá at frásagnar skal þykkja vert, áðr en vit skiljum.“ |
|

46 | Þeir Hrólfr konungr ok hans menn fóru nú veg sinn ok ríða þann dag nær allan. Ok sem nátta tók, finna þeir bæ einn ok kómu til dyra. Er þar fyrir Hrani bóndi ok býðr þeim allan greiðskap ok kallaði, at ekki hefði farit fjarri eftir því, sem hann gat til um ferðir þeira. Konungr sannar þat ok kallar hann vera óreykblindan.
„Hér eru vápn, er ek vil gefa þér,“ segir Hrani bóndi. Konungr mælti: „Ferlig vápn eru þetta, karl,“ en þat var skjöldr ok sverð ok brynja. Ekki vill Hrólfr konungr þiggja vápnin. Hrani bregzt við þetta nær reiðr ok þykkir gerð til sín svívirðing mikil í þessu. „Ekki ertu þér svá hagfelldr í þessu, Hrólfr konungr,“ sagði Hrani, „sem þú munt ætla, ok eru þér jafnan eigi svá vitrir sem þér þykkizt,“ ok tók bóndi á þessu hrakliga. Varð nú eigi af nætrgreiðanum, ok vilja þeir nú ríða veg sinn, þó at nótt sé myrk. Hrani er óhýrligr undir brún at líta ok þykkist nú lítils virtr, er þeir þágu eigi gjafir af honum, letr hann nú eigi, at þeir ríði sem þeim líkar. Riðu þeir nú á burt við svá búit, ok varð ekki af kveðjum. Ok sem þeir eru ekki langt komnir, nemr Böðvarr bjarki staðar. Hann tók svá til orða: „Eftir koma ósvinnum ráð í hug, ok svá mun mér nú fara. Þat grunar mik oss muni ekki allsvinnliga til tekizt hafa, at vér höfum því neitat, sem vér áttum at játa, ok munum vér sigri hafa neitat.“ |
|


Более старый документ привлекает Вагнера этнонимом Хронум, от древнеанглийского дательного падежа множественного числа до именительного множественного числа Хронан, в 63-м стихе из Видсита. Хронан имеет значение "грубый, неотесанный, полтерьер".

Письменное Hranno, а также древнескандинавское Hrani имеют мужскую n-ную основу, разница существует только в -nn- to -n- , и имеют знакомую форму, как это встречается в других n-ных формах мужского рода в германском, таких как древневерхненемецкий, от knabbo до knabo - разница, которую следует определять не по значению, а по выражению. Таким образом, Вагнер видит, что значение письменной формы проясняется на лингвистическом уровне.

Норберт Вагнер и Гюнтер Нойманн подчеркивают значение этого прозвища, которое подчеркивает сущность или аспект Водана / Одина, который получил раннюю поддержку от Западной континентальной Германии в гораздо более поздней форме, переданной из литературы саги через документ с надписью. Нейман видит в Хранно неоднократно наблюдаемый феномен, заключающийся в том, что север Германии был гораздо более консервативным, и поэтому неоднократно приводит выводы и доказательства, которые прошли в западногерманском диалектном пространстве. Вопрос о том, почему женщина предложила поклонение этому явно мужскому божеству, остается, предположительно, все еще неясным.

## Поклонения и ритуалы

Судя по всему, поклонение аналогично Одину.

Известно, что божеству посвящали надписи. Известна лишь одна:

"Mercurio / Hrannon / Nigrinia / Titula ex / visu monita / l (ibens) m (erito)" "Меркурий Хранно (пожертвовал) Титул Нигринии (l) после выполнения предупреждения с радостью и заслуженно.