Капустница
Стеллерова корова (лат. Hydrodamalis gigas) - вымерший вид сирен, описанный Георгом Вильгельмом Стеллером в 1741 году. В то время он был найден только вокруг Командорских островов в Беринговом море между Аляской и Россией; его ареал простирался через северную часть Тихого океана в эпоху плейстоцена и, вероятно, сократился до такой крайней степени из-за ледникового цикла. Возможно, коренные народы взаимодействовали с этим животным раньше европейцев. Стеллер впервые столкнулся с ним во время Великой Северной экспедиции Витуса Беринга, когда команда потерпела кораблекрушение на острове Беринга. Многое из того, что известно о его поведении, взято из наблюдений Стеллера на острове, задокументированных в его посмертной публикации О морских зверях. В течение 27 лет после его открытия европейцами это медлительное и легко пойманное млекопитающее было вымерло из-за его мяса, жира и шкуры.
Некоторые взрослые особи 18-го века достигли бы веса 8-10 тонн (8,8–11,0 коротких тонн) и длины до 9 м (30 футов). Это был член семейства дюгоневых, из которых дюгонь длиной 3 м (9,8 фута) (Дюгонь обыкновенная) является единственным живым членом. У стеллеровой коровы был более толстый слой жира, чем у других членов сирен, что является адаптацией к холодным водам его окружающей среды. Хвост у неё был раздвоенный, как у китов или дюгоней. Лишенный настоящих зубов, гидродамалис имел множество белых щетинок на верхней губе и две ороговевшие пластины во рту для жевания. Он питался в основном водорослями и общался со вздохами и фыркающими звуками. Стеллер считал, что это моногамное и социальное животное, живущее небольшими семейными группами и воспитывающее своих детенышей, подобно современным сиренам.
Описание
Сообщается, что морские коровы Стеллера вырастали до 8-9 м (от 26 до 30 футов) в длину, будучи взрослыми, намного больше, чем существующие сирены. В 1987 году на острове Беринга был найден довольно полный скелет размером 3 м (9,8 фута). В 2017 году еще один такой скелет был найден на острове Беринга размером 5,2 м (17 футов), а при жизни, вероятно, около 6 м (20 футов). Труды Георга Стеллера содержат две противоречивые оценки веса: 4 и 24,3 тонны. Истинное значение, по оценкам, находится между этими цифрами, примерно около 8-10 тонн. Этот размер сделал морскую корову одним из крупнейших млекопитающих эпохи голоцена, наряду с китами , и, вероятно, был адаптацией для уменьшения соотношения площади поверхности к объему и сохранения тепла.
В отличие от других сирен, стеллерова корова была положительно плавучей, что означало, что она не могла полностью погрузиться. У него была очень толстая внешняя оболочка, 2,5 см, чтобы предотвратить травмы от острых камней и льда и, возможно, предотвратить высыхание непогруженной кожи. Ворвань морской коровы была толщиной 8-10 см (3-4 дюйма), что является еще одной адаптацией к холодному климату Берингова моря. Его кожа была коричневато-черной, с белыми пятнами на некоторых особях. Он был гладким вдоль спины и шероховатым по бокам, с кратерообразными углублениями, скорее всего, вызванными паразитами. Эта грубая текстура привела к тому, что животное получило прозвище "животное с корой". Волосы на его теле были редкими, но внутренности ласт морской коровы были покрыты щетиной. Передние конечности были примерно 67 см (26 дюймов) в длину, а хвостовая двуустка была раздвоенной.
Голова морской коровы была маленькой и короткой по сравнению с ее огромным телом. Верхняя губа животного была большой и широкой, простираясь так далеко за нижнюю челюсть, что рот, казалось, располагался под черепом. В отличие от других сирен, морская корова Стеллера была беззубой и вместо этого имела густой массив переплетающихся белых щетинок на верхней губе. Щетинки были длиной около 3,8 см (1,5 дюйма) и использовались для отрывания стеблей морских водорослей и удержания пищи. У морской коровы также были две кератиновые пластины, называемые цератодонтами, расположенные на ее небе и нижней челюсти, используемые для жевания. По словам Стеллера, эти пластины (или "жевательные подушечки") удерживались вместе межзубными сосочками, частью десен, и имели множество маленьких отверстий, содержащих нервы и артерии.
Как и у всех сирен, морда морской коровы была направлена вниз, что позволяло ей лучше схватывать водоросли. Ноздри морской коровы были примерно 5 см (2 дюйма) в длину и ширину. В дополнение к тем, что были во рту, у морской коровы также была жесткая щетина длиной 10-12,7 см (3,9–5,0 дюйма), выступающая из морды. У стеллеровой коровы были маленькие глаза, расположенные на полпути между ноздрями и ушами, с черной радужкой, багровыми глазными яблоками и канти, которые не были видны снаружи. У животного не было ресниц, но, как и у других ныряющих существ, таких как морские выдры, у морской коровы Стеллера была мигательная перепонка, которая закрывала глаза, чтобы предотвратить травмы во время кормления. Язык был маленьким и оставался в задней части рта, не в состоянии дотянуться до жевательных (жевательных) подушечек.
Считается, что позвоночник морской коровы имел семь шейных (шейных), 17 грудных, три поясничных и 34 хвостовых (хвостовых) позвонка. Его ребра были большими, пять из 17 пар соприкасались с грудиной; у него не было ключиц. Как и у всех сирен, лопатка морской коровы Стеллера была веерообразной, будучи больше с задней стороны и более узкой к шее. Передняя граница лопатки была почти прямой, в то время как у современных сирен она изогнута. Как и у других сирен, кости морской коровы Стеллера были пахиостеосклеротическими, что означает, что они были одновременно громоздкими (пахиостотические) и плотными (остеосклеротические). о всех собранных скелетах морской коровы манус отсутствует; поскольку дусисирен — сестринский таксон гидродамалиса — имел уменьшенные фаланги (кости пальцев), у морской коровы Стеллера, возможно, вообще не было мануса.
Сердце морской коровы весило 16 кг (35 фунтов); ее желудок имел длину 1,8 м (6 футов) и ширину 1,5 м (5 футов). Полная длина его кишечного тракта составляла около 151 м (500 футов), что более чем в 20 раз превышает длину животного. У морской коровы не было желчного пузыря, но был широкий общий желчный проток. Его задний проход был 10 см (0,33 фута) в ширину, а его фекалии напоминали фекалии лошадей. Пенис мужчины был длиной 80 см (2,6 фута). Генетические данные указывают на конвергентную эволюцию с другими морскими млекопитающими генов, связанных с метаболическими и иммунными функциями, включая лептин, связанный с энергетическим гомеостазом и регуляцией репродуктивной функции.
Экология и поведение
Были ли у морской коровы Стеллера какие-либо естественные хищники, неизвестно. Возможно, на него охотились косатки и акулы, хотя его плавучесть, возможно, затрудняла утопление косаток, а скалистые заросли водорослей, в которых жила морская корова, возможно, отпугивали акул. По словам Стеллера, взрослые охраняли детенышей от хищников.
Стеллер описал эктопаразита на морских коровах, который был похож на китовую вошь (Cyamus ovalis), но паразит остается неопознанным из-за исчезновения хозяина и потери всех оригинальных образцов, собранных Стеллером. Впервые он был официально описан как Sirenocyamus rhytinae в 1846 году Иоганном Фридрихом фон Брандтом, хотя с тех пор он был отнесен к роду Cyamus как Cyamus rhytinae. Это был единственный вид циамидных амфипод, о котором сообщалось, что он обитает в сирене. Стеллер также идентифицировал эндопаразита у морских коров, который, вероятно, был аскаридной нематодой.
Как и другие сиреновые, стеллерова корова была обязательным травоядным животным и проводила большую часть дня за кормежкой, поднимая голову только каждые 4-5 минут для дыхания. Водоросли были его основным источником пищи, что делало его водорослеядным. Морская корова, вероятно, питалась несколькими видами водорослей, которые были идентифицированы как Agarum spp., Alaria praelonga, Halosaccion glandiforme, Laminaria saccharina, Nereocyctis luetkeana и Thalassiophyllum clathrus. Морская корова Стеллера питалась только мягкими частями водорослей, из-за чего более жесткий стебель и фиксатор выбрасывало на берег кучами. Морская корова, возможно, также питалась морской травой, но растение было недостаточно распространено, чтобы поддерживать жизнеспособную популяцию, и не могло быть основным источником пищи морской коровы. Кроме того, доступные морские травы в ассортименте морской коровы (Phyllospadix spp. и Zostera marina), возможно, выросли слишком глубоко под водой или были слишком жесткими для употребления животным. Поскольку морская корова плавала, она, вероятно, питалась водорослями с навесом, так как считается, что у нее был доступ к пище не глубже 1 м (3,3 фута) ниже уровня прилива. Ламинария выделяет химический сдерживающий фактор, защищающий ее от выпаса, но ламинария полога выделяет более низкую концентрацию химического вещества, позволяя морской корове безопасно пастись. Стеллер отметил, что морская корова похудела в холодные зимы, что указывает на период голодания из-за низкого роста водорослей. Окаменелости популяций морских коров Алеутских островов плейстоцена были больше, чем у коров с Командорских островов, что указывает на то, что рост морских коров Командорских островов, возможно, был замедлен из-за менее благоприятной среды обитания и меньшего количества пищи, чем на более теплых Алеутских островах.
Стеллер описал морскую корову как существо очень социальное (стадное). Он жил небольшими семейными группами и помогал раненым членам семьи, а также, по-видимому, был моногамным. Морская корова Стеллера, возможно, проявляла родительскую заботу, и детенышей держали впереди стада для защиты от хищников. Стеллер сообщил, что во время захвата самки группа других морских коров атаковала охотничью лодку, тараня и раскачивая ее, и после охоты ее партнер последовал за лодкой на берег, даже после того, как захваченное животное умерло. Брачный сезон наступил ранней весной, и беременность заняла чуть больше года, причем телята, скорее всего, родились осенью, поскольку Стеллер наблюдал большее количество телят осенью, чем в любое другое время года. Поскольку у самок морских коров был только один набор молочных желез, у них, вероятно, был один теленок за раз.
Морская корова использовала свои передние конечности для плавания, кормления, ходьбы по мелководью, защиты и удержания своего партнера во время совокупления. Морская корова использовала свои передние конечности для плавания, кормления, ходьбы по мелководью, защиты и удержания своего партнера во время совокупления. Во время выпаса морская корова медленно продвигалась вперед, двигая хвостом (двуусткой) из стороны в сторону; более быстрое движение достигалось сильным вертикальным биением хвоста. Они часто спали на спине после кормления. По словам Стеллера, морская корова была почти нема и издавала только тяжелые звуки дыхания, хриплое фырканье, похожее на лошадиное, и вздохи.
Несмотря на их большие размеры, как и во многих других морских мегафауна в регионе, морские коровы Стеллера, возможно, были добычей местных временных косаток (Orcinus orca); вполне вероятно, что они подвергались хищничеству, поскольку Стеллер заметил, что морские коровы, добывающие корм с телятами, всегда будут держать своих детенышей между собой и берегом, и косатки были бы наиболее вероятным кандидатом на такое поведение. Кроме того, ранние коренные народы северной части Тихого океана, возможно, зависели от морской коровы в плане продовольствия, и вполне возможно, что эта зависимость могла вытеснить морскую корову из некоторых районов северной части Тихого океана, кроме Командорских островов. Морские коровы Стеллера, возможно, также имели взаимные (или, возможно, даже паразитические) отношения с местными видами морских птиц; Стеллер часто наблюдал птиц, сидящих на открытых спинах морских коров, питающихся паразитическими Cyamus rhytinae; эта уникальная связь, которая исчезла с морскими коровами, возможно, была источником пищи для многих птиц и похожа на зарегистрированные взаимодействия между дятлами (Buphagus) и существующей африканской мегафауной.
Таксономия
Кладограмма, сделанная в 2004 году на основании исследований, проведённых Хитоси Фурусавой
Sirenia |
| |||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Ниже приведена кладограмма сделанная на основе исследований Марка Спрингера в 2015 году:
Sirenia |
| |||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Филогения
Морская корова Стеллера была представителем рода Hydrodamalis, группы крупных сирен, сестринским таксоном которых был Дусисирен. Как и у морской коровы Стеллера, предки Дусисирена жили в тропических мангровых зарослях, прежде чем адаптироваться к холодному климату северной части Тихого океана. Гидродамалис и Дусисирен классифицируются вместе в подсемействе Hydrodamalinae, которое отделилось от других сиренян примерно от 4 до 8 млн лет назад. Морская корова Стеллера является членом семейства Dugongidae, единственным выжившим членом которого, и, следовательно, ближайшим живым родственником морской коровы Стеллера, является дюгонь.
Морская корова Стеллера была прямым потомком морской коровы Куэсты (H. cuestae), вымершей тропической морской коровы, которая жила у побережья западной части Северной Америки, особенно в Калифорнии. Считается, что морская корова Куэста вымерла из-за начала четвертичного оледенения и последующего охлаждения океанов. Многие популяции вымерли, но родословная морской коровы Стеллера смогла приспособиться к более холодным температурам. Морская корова Такикава (H. spissa) из Японии, по мнению некоторых исследователей, является таксономическим синонимом морской коровы Куэста, но, основываясь на сравнении эндокастов, морские коровы Такикава и Стеллера являются более производными, чем морская корова Куэста. Это заставило некоторых поверить, что морская корова Такикава - это ее собственный вид. Эволюция рода Hydrodamalis характеризовалась увеличением размеров и потерей зубов и фаланг пальцев в ответ на наступление четвертичного оледенения.
История исследования
Морская корова Стеллера была открыта в 1741 году Георгом Вильгельмом Стеллером и названа в его честь. Стеллер исследовал дикую природу острова Беринга, когда он потерпел там кораблекрушение около года; животные на острове включали реликтовые популяции морских коров, морских выдр, морских львов и северных морских котиков. Когда команда охотилась на животных, чтобы выжить, Стеллер подробно описал их. Рассказ Стеллера был включен в его посмертную публикацию "De bestiis marinis, или Морские звери", которая была опубликована в 1751 году Российской академией наук в Санкт-Петербурге. Зоолог Эберхард фон Циммерманн официально описал морскую корову Стеллера в 1780 году как Манати гигас. Биолог Андерс Джахан Ретциус в 1794 году поместил морскую корову в новый род Hydrodamalis, со специфическим названием стеллери, в честь Стеллера. В 1811 году натуралист Иоганн Карл Вильгельм Иллигер переклассифицировал морскую корову Стеллера в род Rytina, который приняли многие писатели того времени. Название Hydrodamalis gigas, правильное сочетание, если распознать отдельный род, было впервые использовано в 1895 году Теодором Шерманом Палмером.
В течение десятилетий после его открытия не было известно ни одного скелета морской коровы Стеллера. Возможно, это было связано с повышением и понижением уровня моря в течение четвертичного периода, что могло оставить скрытыми многие кости морских коров. Первые кости морской коровы Стеллера были обнаружены примерно в 1840 году, более чем через 70 лет после того, как считалось, что она вымерла. Первый частичный череп морской коровы был обнаружен в 1844 году Ильей Вознесенским во время пребывания на Командорских островах, а первый скелет был обнаружен в 1855 году на северном острове Беринга. Эти образцы были отправлены в Санкт-Петербург в 1857 году, а еще один почти полный скелет прибыл в Москву около 1860 года. До недавнего времени все полные скелеты были найдены в 19 веке, что было наиболее продуктивным периодом с точки зрения обнаруженных остатков скелетов, с 1878 по 1883 год. За это время было обнаружено 12 из 22 скелетов, имеющих известные даты сбора. Некоторые авторы не считали возможным восстановление дальнейшего значительного скелетного материала с Командорских островов после этого периода, но скелет был найден в 1983 году, а два зоолога собрали около 90 костей в 1991 году. Только от двух до четырех скелетов морской коровы, выставленных в различных музеях мира, происходят от одной особи. Известно, что Адольф Эрик Норденшельд, Бенедикт Дыбовский и Леонард Хесс Штейнегер в конце 1800-х годов раскопали множество остатков скелетов разных людей, из которых были собраны составные скелеты. По состоянию на 2006 год было найдено 27 почти полных скелетов и 62 полных черепа, но большинство из них представляют собой скопления костей от двух до 16 разных особей.
В 2021 году был секвенирован атомный геном.
Иллюстрирование
Картина Палласа - единственный известный рисунок морской коровы Стеллера, который, как полагают, сделан из полного образца. Она была опубликована Питером Симоном Палласом в его работе 1840 года "Иконы и зоография Россо-Азиатской". Паллас не указал источник; Стейнегер предположил, что это могла быть одна из оригинальных иллюстраций, созданных Фридрихом Плениснером, членом команды Витуса Беринга в качестве художника и геодезиста, который нарисовал фигуру самки морской коровы по просьбе Стеллера. Большинство изображений Плениснера были утеряны во время транзита из Сибири в Санкт-Петербург.
Еще один рисунок морской коровы Стеллера, похожий на изображение Паллады, появился на карте 1744 года, составленной Свеном Вакселлом и Софроном Читроу. Картина, возможно, также была основана на образце и была опубликована Пекарским в 1893 году. На карте был изображен маршрут Витуса Беринга во время Великой Северной экспедиции, а в левом верхнем углу были изображены морская корова Стеллера и морской лев Стеллера. Рисунок содержит некоторые неточные элементы, такие как включение век и пальцев, что заставляет усомниться в том, что он был нарисован с образца.
Иоганн Фридрих фон Брандт, директор Российской академии наук, нарисовал "Идеальный образ" в 1846 году на основе картины Палласа, а затем "Идеальную картину" в 1868 году на основе собранных скелетов. Два других возможных рисунка морской коровы Стеллера были найдены в 1891 году в рукописном дневнике Вакселла. Там была карта, изображающая морскую корову, а также морского льва-белохвоста и северного морского котика. Морская корова была изображена с большими глазами, большой головой, когтистыми руками, преувеличенными складками на теле и хвостовой плавником в перспективе, лежащим горизонтально, а не вертикально. Рисунок, возможно, был искаженным изображением подростка, так как фигура имеет сходство с детенышем ламантина. Другое похожее изображение было найдено Александром фон Миддендорфом в 1867 году в библиотеке Российской академии наук и, вероятно, является копией Царскосельской картины.
Ареал
Ареал морской коровы Стеллера на момент ее открытия, по-видимому, ограничивался мелководными морями вокруг Командорских островов, к которым относятся острова Беринга и Коппер. Командорские острова оставались необитаемыми до 1825 года, когда Российско-американская компания переселила туда алеутов с островов Атту и Атка.
Первые окаменелости, обнаруженные за пределами Командорских островов, были найдены в межледниковых плейстоценовых отложениях в Амчитке, а дальнейшие окаменелости, датируемые поздним плейстоценом, были найдены в заливе Монтерей, Калифорния, и Хонсю, Япония. Это говорит о том, что в доисторические времена у морской коровы был гораздо более обширный ареал обитания. Нельзя исключать, что эти окаменелости принадлежат к другим видам Hydrodamalis. Самая южная находка - это реберная кость среднего плейстоцена с Японского полуострова Босо. Остатки трех особей были найдены сохранившимися в формации Южной бухты Амчитка; поскольку позднеплейстоценовые межледниковые отложения редки на Алеутских островах, открытие предполагает, что в ту эпоху морские коровы были в изобилии. По словам Стеллера, морская корова часто обитала на мелководных песчаных берегах и в устьях пресноводных рек. Генетические данные свидетельствуют о том, что морская корова Стеллера, как и современный дюгонь, страдала от узкого места в популяции (значительное сокращение популяции), достигшего дна примерно 400 000 лет назад.
Фрагменты костей и рассказы коренных алеутов свидетельствуют о том, что морские коровы также исторически населяли Близлежащие острова, потенциально с жизнеспособными популяциями, которые контактировали с людьми на западных Алеутских островах до открытия Стеллера в 1741 году. Ребрышку морской коровы, обнаруженному в 1998 году на острове Киска, было около 1000 лет, и в настоящее время оно находится во владении музея Берка в Сиэтле. Датировка может быть искажена из-за эффекта морского резервуара, который приводит к тому, что морские образцы, датированные радиоуглеродным методом, кажутся на несколько сотен лет старше, чем они есть. Эффект морского водохранилища вызван большими запасами C14 в океане, и более вероятно, что животное погибло между 1710 и 1785 годами. В исследовании 2004 года сообщалось, что костям морской коровы, обнаруженным на острове Адак, было около 1700 лет, а костям морской коровы, обнаруженным на острове Булдир, было около 1600 лет. Возможно, кости принадлежали китообразным и были неправильно классифицированы. Реберные кости морской коровы Стеллера также были найдены на острове Святого Лаврентия, и считается, что образец жил между 800 и 920 годами нашей эры.
Взаимодействие с людьми
Вымирание
Генетические данные свидетельствуют о том, что последняя морская корова Стеллера вокруг Командорских островов была последней из гораздо более вездесущей популяции, рассеянной по прибрежным зонам северной части Тихого океана. Они обладали тем же генетическим разнообразием, что и последняя и довольно инбредная популяция шерстистых мамонтов на острове Врангеля. Во время ледниковых периодов и снижения уровня моря и температуры подходящая среда обитания существенно регрессировала, фрагментируя популяцию. К тому времени, когда уровень моря стабилизировался около 5000 лет назад, численность населения уже резко сократилась. Вместе они указывают на то, что даже без влияния человека морская корова Стеллера все равно была бы ходячей мертвой кладкой, при этом подавляющее большинство популяции уже вымерло в результате естественных климатических изменений и изменений уровня моря, а крошечная оставшаяся популяция подвергалась серьезному риску из-за вихря генетического вымирания.
Присутствие морских коров Стеллера на Алеутских островах, возможно, заставило алеутский народ мигрировать на запад, чтобы охотиться на них. Это, возможно, привело к истреблению морской коровы в этом районе, предполагая, что это еще не произошло, но археологические свидетельства неубедительны. Одним из факторов, потенциально ведущих к вымиранию морской коровы Стеллера, особенно у побережья острова Святого Лаврентия, был сибирский народ юпик, населявший остров Святого Лаврентия в течение 2000 лет. Возможно, они охотились на морских коров до полного вымирания, так как у местных жителей культура питания сильно зависит от морских млекопитающих. Наступление средневекового теплого периода, которое уменьшило доступность водорослей, возможно, также стало причиной их локального вымирания в этом районе. Также утверждалось, что сокращение численности морской коровы Стеллера, возможно, было косвенным следствием добычи морских выдр аборигенами этого района. С уменьшением популяции выдр популяция морских ежей увеличилась бы, что, в свою очередь, привело бы к сокращению запасов ламинарии, ее основной пищи. Однако в исторические времена охота аборигенов истощала популяции морских выдр только в определенных районах, и поскольку морская корова была бы легкой добычей для охотников-аборигенов, доступные популяции могли быть уничтожены с одновременной охотой на выдр или без нее. В любом случае, к моменту прибытия Беринга ареал обитания морской коровы ограничивался прибрежными районами у необитаемых островов, и животное уже находилось под угрозой исчезновения.
Когда европейцы обнаружили их, там, возможно, осталось всего 2000 особей. Эта небольшая популяция была быстро уничтожена торговцами пушниной, охотниками на тюленей и другими, кто следовал по маршруту Витуса Беринга мимо места его обитания на Аляску. На него также охотились, чтобы собрать его ценный подкожный жир. На это животное охотились и использовали Иван Крассильников в 1754 году и Иван Коровин в 1762 году, но Дмитрий Брагин в 1772 году и другие позже не видели его. Таким образом, Брандт пришел к выводу, что к 1768 году, через двадцать семь лет после того, как он был обнаружен европейцами, этот вид вымер. В 1887 году Стейнегер подсчитал, что на момент открытия Стеллера оставалось менее 1500 особей, и утверждал, что уже существовала непосредственная опасность исчезновения морской коровы.
Первая попытка охотиться на животное Стеллером и другими членами экипажа оказалась неудачной из-за его силы и толстой шкуры. Они попытались пронзить его и вытащить на берег с помощью большого крюка и тяжелого троса, но команда не смогла проткнуть его кожу. Во второй попытке месяц спустя гарпунщик пронзил животное копьем, и люди на берегу вытащили его, в то время как другие неоднократно кололи его штыками. Его вытащили на мелководье, и команда подождала, пока прилив отступит, и его вытащили на берег, чтобы разделать. После этого на них охотились с относительной легкостью, задача заключалась в том, чтобы вытащить животное обратно на берег. Эта щедрость вдохновила морских торговцев мехом отправиться в объезд Командорских островов и пополнить запасы продовольствия во время экспедиций в Северную часть Тихого океана.
Последствия вымирания
Хотя морские коровы Стеллера и не являются ключевым видом, они, вероятно, повлияли на состав сообщества водорослевых лесов, в которых они обитали, а также повысили их продуктивность и устойчивость к экологическим стрессорам, позволив большему количеству света проникать в водорослевые леса и выращивать больше водорослей, а также увеличили набор и распространение водорослей за счет их пищевого поведения. В наши дни поток питательных веществ из водорослевых лесов в соседние экосистемы регулируется сезонами, при этом основным фактором являются сезонные штормы и течения. Морская корова Стеллера, возможно, позволила этому потоку продолжаться круглый год, что позволило повысить продуктивность в соседних местообитаниях. Нарушение, вызванное морской коровой Стеллера, возможно, способствовало расселению водорослей, в первую очередь видов Nereocystis, в другие места обитания, позволяя рекрутировать и колонизировать новые районы и облегчая генетический обмен. Их присутствие, возможно, также позволило морским выдрам и крупным морским беспозвоночным сосуществовать, что указывает на обычно документируемое сокращение популяций морских беспозвоночных, вызванное морскими выдрами (например, в популяциях черного кожаного хитона), может быть связано с утратой экосистемных функций, связанных с морской коровой Стеллера. Это указывает на то, что из-за вымирания морской коровы динамика экосистем и устойчивость лесов водорослей Северной части Тихого океана, возможно, уже были нарушены задолго до более известных современных стрессоров, таких как чрезмерный сбор урожая и изменение климата.
Сообщение о более поздних наблюдениях
О наблюдениях морских коров сообщалось после официальной даты исчезновения Брандта в 1768 году. Люсьен Тернер, американский этнолог и натуралист, сказал, что уроженцы острова Атту сообщили, что морские коровы выжили в 1800-х годах, и иногда на них охотились.
В 1963 году в официальном журнале Академии наук СССР была опубликована статья, в которой сообщалось о возможном наблюдении. В прошлом году китобойное судно "Буран" сообщило о группе крупных морских млекопитающих, пасущихся на морских водорослях на мелководье у Камчатки в Анадырском заливе. Экипаж сообщил, что видел шесть из этих животных размером от 6 до 8 метров (от 20 до 26 футов), с хоботами и раздвоенными губами. Также сообщалось о наблюдениях местных рыбаков на северных Курильских островах, а также на Камчатском и Чукотском полуостровах.
Использования
Морская корова Стеллера была описана Стеллером как "вкусная"; мясо, как говорили, имело вкус, похожий на солонину, хотя оно было жестче, краснее и его нужно было готовить дольше. Мясо было в изобилии на животном и медленно портилось, возможно, из-за большого количества соли в рационе животного, эффективно лечащего его. Жир можно использовать для приготовления пищи и в качестве лампового масла без запаха. Экипаж "Св. Питер пил жир в чашках, и Стеллер описал его как имеющий вкус миндального масла. Густое, сладкое молоко самок морских коров можно было пить или превращать в масло, а толстую, кожистую шкуру можно было использовать для изготовления одежды, такой как обувь и ремни, а также больших кожаных лодок, иногда называемых байдарками или умиаками.
К концу 19 века кости и окаменелости вымершего животного были ценными и часто продавались музеям по высоким ценам. Большинство из них было собрано в это время, что ограничило торговлю после 1900 года. Некоторые все еще продаются на коммерческой основе, так как очень плотная кортикальная кость хорошо подходит для изготовления таких предметов, как рукоятки ножей и декоративная резьба. Поскольку морская корова вымерла, изделия местных ремесленников, изготовленные на Аляске из этой "слоновой кости русалки", разрешены к продаже в Соединенных Штатах и не подпадают под юрисдикцию Закона о защите морских млекопитающих (MMPA) или Конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (СИТЕС), которые ограничивают торговлю продуктами морских млекопитающих. Хотя распространение является законным, продажа окаменелых костей, как правило, запрещена, а торговля изделиями из костей регулируется, поскольку некоторые материалы вряд ли являются подлинными и, вероятно, происходят от арктических китообразных.
Этнограф Елизавета Порфирьевна Орлова из Российского этнографического музея работала на алеутах Командорского острова с августа по сентябрь 1961 года. Ее исследование включает заметки об игре в точность, называемой "какан", что означает "камни", в которую играют с костями морской коровы Стеллера. Какан обычно играли дома между взрослыми в плохую погоду, по крайней мере, во время полевых работ Орловой.
В медиа и фольклоре
В рассказе Редьярда Киплинга "Белый тюлень из Книги джунглей", действие которого происходит в Беринговом море, Котик, редкий белый тюлень, советуется с Морской коровой во время своего путешествия, чтобы найти новый дом.
"Сказки о морской корове" - документальный фильм исландско-французского художника Этьена де Франса 2012 года о вымышленном открытии морских коров Стеллера в 2006 году у берегов Гренландии. Фильм был выставлен в художественных музеях и университетах Европы.
Морские коровы Стеллера появляются в двух книгах стихов: "На природе" (1995) Винфрида Георга Себальда и "Видовое исчезновение" (2009) русского поэта Андрея Бронникова. Книга Бронникова описывает события Великой Северной экспедиции глазами Стеллера; Книга Себальда рассматривает конфликт между человеком и природой, в том числе вымирание морской коровы Стеллера.
В СССР на студии Киевнаучфильм было снято документальное кино "Жили-были морские коровы" (укр. Жили-були морські корови), посвящённый вымиранию стеллеровой коровы и экологическим проблемам Камчатского края.