13-й Чёрный крестовый поход
- «Тринадцать раз войной пойдёт Король Предателей. В Конце Времён крепость железная падёт. Её стены проломят и врата силой откроют. Те, кто обитает вовне, ринутся через них.
Сам воздух возгорится, и земля расплавится. Демон сольётся с машиной. Брат обрушится на брата с огнём и мечом. И рана небесная выплеснет всю свою злость.
Немигающее Око вперится в свою награду. И Король Предателей пересечёт звёздный мост. Он вернётся завершить кровавое дело Разжигателя Войны. На святой земле разрешится судьба человечества»- – «Либер Малефакт»
- «Эта война дорого нам обойдется. Мы будем платить кровью и жизнями, ночь за ночью. Но наградой станет победа. Оборона Империума падет, и нам больше никогда не понадобится украдкой выскальзывать из Великого Ока или пробивать дорогу силой. Горло Империума будет навеки открыто для наших клинков. Вот что предлагает нам Абаддон»
- – Децимий, пророк Повелителей Ночи
- «Кадия стоит!»
- – Урсакар Э. Крид, Лорд-кастелян Кадии
Тринадцатый Чёрный Крестовый поход привёл к самому большому столкновению между силами Империума и Хаоса, наблюдавшемуся в Галактике со времён великой Ереси Хоруса, пылавшей десять тысячелетий тому назад. Абаддон выставил величайшую армию служителей Тёмных Богов, намереваясь положить конец Долгой Войне, пройдясь огнём и мечом по Терре и, убив Императора Человечества на его Золотом Троне, наконец завершить задачу Легионов-предателей, начатую тысячелетия назад.
Кампания началась с массивного наступления сил Хаоса из Ока Ужаса в сегментуме Обскурус, непосредственно примыкающем к Кадианским Вратам. Борьба разразилась в десятках, если не сотнях миров в этом регионе Галактики, войска Хаоса преследовали единственную цель — захват системы Кадия и мира-крепости Кадия. Эта победа убрала бы последний крупный бастион, не позволяющий Абаддону обрушить всю свою силу на Империум Человечества и напасть на Терру во второй раз за десять тысяч лет.
Передовые войска Чёрного Флота в конечном счёте были вынуждены отступить от системы Кадия перед объединённой мощью Имперского Флота и некронов.
С выводом боевого флота Хаоса имперские защитники Кадии во главе с Лордом-кастеляном Урсакаром Э. Кридом смогли разгромить оставшихся слуг Губительных Сил, высадившихся на планету.
Но эта победа оказалась лишь кратковременной передышкой. Абаддон предпринял второе, гораздо более массированное нападение на Кадианские Врата, выпустив всю демоническую ярость Ока Ужаса прямо на потрёпанную Кадию. Хотя неожиданный приход имперских подкреплений помешал Абаддону лично закрепить победу, сокрушив защитников Кадии, и разрушил его Чернокаменную крепость «Воля Вечности», Разоритель задействовал жестокий план на случай непреднамеренных обстоятельств. Он использовал огромные фрагменты «Воли Вечности», которые были выведены с орбиты на поверхность Кадии, как искусственные астероиды. Удар уничтожил то, что осталось от дрогнувшей обороны Кадии вместе с построенными некронами Кадианскими Пилонами, которые не позволяли Оку Ужаса естественным образом поглотить Кадианские Врата. В течении нескольких солнечных часов большая часть Кадии была поглощена Имматериумом, пока тектоническая нестабильность, вызванная воздействием Чернокаменной крепости, в конце концов не заставила Кадию разлететься на куски.
К этому времени выжившие имперские силы эвакуировали планету, разорённую Чёрным Флотом. 13-й Чёрный крестовый поход стал триумфом для слуг Тёмных Богов, и Око Ужаса, ничем более не сдерживаемое, начало медленно расширяться, открыв Абаддону Багровый Путь к Терре и создав Великий Разлом.
Тем не менее, горстка имперских героев успешно бежала с гибнущей Кадии с помощью эльдар-иннари, скрывшись через врата Паутины, найденные на ледяной луне Клайсус в Кадианской системе. Вместе эти Имперцы — так называемый Целестинианский крестовый поход — создали необычный альянс с ксеносами, который позже принесёт новую надежду слугам Императора в их борьбе с растущей силой Архиврага, воскресив примарха Варп-охотникварпа приближается к завесе реальности, и, каждый день говорит о неизбежной обречённости...
Жизнь в Империуме Человечества — антиутопический кошмар. Безликие человеческие массы — это ничто большее, чем зерно для мельницы выживания, постоянный обильный источник топлива, крутящий кровавые колёса. Бесконечные миллиарды работяг трудятся в плавильнях фабричных миров, целые поколения живут и умирают, даже не видя неба. Города-ульи стонут под весом невообразимо многочисленного человеческого населения, ничтожное существование которого состоит из труда и горя. Брюха громадных кораблей, размерами с город, безразличны к страданиям и бессмысленной тяжёлой работе простых смертных Империума. И это хорошо, так как те, чьи головы склоняются от усталости, не могут увидеть, какие ужасы приближаются из ночи наверху.
То же самое нельзя сказать о лидерах Человечества. На них ложится бремя знания и страшный груз ответственности. Множество раз на протяжении всей своей истории Империум находился в большой опасности, но дела редко шли так мрачно, как сейчас. Варварские орды орков размножаются, распространяясь во всех уголках Галактики, приводя к бессмысленным опустошениям всего на своём пути. Бесконечные Легионы некронов поднимаются из своих миров-гробниц, сминая звёзды, стремясь уничтожить человеческих паразитов, заражающих их древнюю Империю. На Восточной Окраине Империум сталкивается с угрозой технически превосходящей Империи Тау, в то время, как из внешней тьмы за пределами Галактики появляются флоты-ульи тиранидов, пожирающих каждый мир, который они наводняют.
Тем не менее все они — бледная угроза по сравнению с Хаосом. Из-за завесы реальности Губительные Силы подталкивают своих смертных последователей к активным действиям, дьявольской жестокости и разрушениям, в то время, как демонические Легионы прорываются сквозь ткань реальности в ужасающих количествах.
Защитники Империума выступают против этих кошмарных угроз. Бесконечные ряды Астра Милитарум и Адептус Механикус сражаются вместе с элитными воинами космического десанта, Адепта Сороритас и Серых Рыцарей.
При всех этих усилиях множество миров теряются каждый год, даже неприступные твердыни, такие как Энцеладус и Минисотира, поглощаются анархией. Распространяются тёмные знаки и страшные предзнаменования. Оракул Уландроса впервые заговорил за десять поколений, пророчествуя смерть в масштабах, неизвестных ранее. Знаменитые Серебряные Святые Каллистоса II плачут кровавыми слезами и ихором и не могут остановиться. Провидцы и мистики по всему Империуму сталкиваются с грандиозными видениями могучих ангелов и чудовищных дьяволов, сражающихся на небосводе, освещённом призрачным сиянием. Пока большая часть сегментума Пацификус сохраняет зловещее молчание, хоры астропатов в сегментуме Солар переполнены потоком психических криков, исходящих из других областей Галактики.
Вокруг Ока Ужаса 13-й Чёрный крестовый поход врезается в Кадианские Врата. В системе Фенриса брат идёт на брата, так как Магнус Красный прибыл, дабы осуществить свою месть. Война повсюду, от одного края Империума до другого, и все те, кому даровано проклятье предвидения, шепчут о будущем. Тьма уже на горизонте, говорят они. Волна адского прилива приближается с каждым часом, дабы утопить всё человечество в своих ледяных водах.
Итоги Готической войны
- «Подобно великому шторму Ереси, силы Истинных Богов обрушатся на миньонов Лже-Императора. Звезды будут дрожать от их шагов, могучие армады Воителей будут уничтожать сотни миров. Велика будет резня, приятным будет поток крови. Дураки, следующие за Императором, будут низведены, вынуждены встать на колени среди трупов своих семей и друзей. Трижды проклятый станет Живым Богом, ему будет дана сила, дабы уничтожить Слабого Императора. Знай это, ибо это произойдёт, и сама Галактика станет трофеем в победе»
- – Констанца Пророчица, сожжена как еретик, 356.М38
Чтобы полнее понять причины и влияние 13-го Чёрного крестового похода на Галактику, сначала необходимо кратко пересказать события 12-го Чёрного крестового похода Абаддона Разорителя, более известного в имперских записях как Готическая война.
Как и во многих конфликтах с Архиврагом, Готическая война началась вяло, со спорадических набегов сил Хаоса на мелкие имперские форпосты в 139.М41. Суда, чьи экипажи были поражены болезнями Повелителя Чумы Нургла, были обнаружены в течениях сектора Афина сегментума Обскурус. В ходе наблюдения был замечен корабль Хаоса «Чумной Коготь», а астропаты стали сообщать о волнениях в варпе, которые медленно отрезали Готический сектор от остальной части имперского пространства. Паника и анархия начали своё распространение в Готическом секторе, стали возникать секты, считавшие, что Император был недоволен ими. Истерия распространялась по всему сектору, многие имперские миры были сломлены. Имперский флот потерял несколько космических кораблей в результате «несчастных случаев» в космических доках, впоследствии списанных на плохое обслуживание и неисправность боеприпасов — довольно удобное объяснение для большинства. Через три стандартных года после первого рейда Хаоса на имперский пост подслушивания в Арксе, в 142.М41, силы Абаддона Разорителя, Воителя Чёрного Легиона и лидера объединённых сил Хаоса Неделимого, вышли в Готический Сектор из Ока Ужаса.
Боевой флот Хаоса поразил дюжину баз Имперского Флота, начав полномасштабную Готическую войну. Космические корабли Хаоса атаковали весь Готический сектор, и первые намёки на истинные намерения 12-го Чёрного крестового похода Абаддона в секторе стали проявляться в системе Ребо, где Чернокаменные крепости, один из таинственных артефактов ксеносов, вращались на орбите пятой планеты. Эти массивные сооружения неизвестного инопланетного происхождения были переоборудованы Империумом в качестве орбитальных баз для кораблей линейного флота Готик. Впервые в истории Империума одна из этих крепостей пала под натиском Абаддона, который вскоре стал использовать передовую инопланетную технику захваченной базы, дабы сеять ужас.
Флот Абаддона обладал разрушительным оружием, которое прежде не видел Империум — «Убийцей Планет», чьё название родилось не из-за высокомерия создавших его Тёмных Механикус, а являлось заслуженным эпитетом, как Абаддон показал на примере кардинальского мира Сававен. Доклад о полном разрушении Сававена со слов Иеремии Солдагена, командира орбитальной обороны Сававена, до сих пор леденит кровь. Его описание расколотых континентов, горящих небес и планеты, разлетающейся на куски — это мрачное чтиво. Четырнадцать миллиардов человек погибли в течении первого солнечного часа, а ужасающий эффект этого для имперской морали тоже не стоит недооценивать; многие миры были поспешно (хотя, к сожалению, не всегда полностью) эвакуированы до прибытия Убийцы Планет.
Другая Чернокаменная Крепость была захвачена Хаосом в мире Бригия. На Фуларис II Абаддон продемонстрировал истинную силу этих древних конструкций ксеносов. Точная информация отсутствует в имперских записях, но судя по отрывочным фактам, гигантский энергетический луч протянулся от Чернокаменной Крепости к Фуларис II, обнажая её атмосферу и превращая её поверхность в бесплодную скалистую равнину.
Имперские силы постоянно метались по Готическому сектору от Глубин Молотоглава до Скопления Циклопа, отчаянно пытаясь остановить мощь Чёрного крестового похода. В начале 151.М41, Высший лорд Адмирал Имперского флота Корнелий Рейвенсбург, командовавший линейным флотом Готиического сектора, оказал сопротивление врагу, что привело к битве у Гефсимании, где он смог полностью уничтожить флот Хаоса значительных размеров. Также в этой битве сражались корабли эльдар. Несмотря на это многие имперские историки считают, что роль эльдар была минимальной, хотя данные свидетельствуют о том, что кампания эльдар против сил Хаоса на последнем этапе Готической войны была значительной, так как они стали активно использовать врата Паутины.
Вести об этой великой победе активизировали Имперский Флот, а варп-штормы, изолировавшие Готический сектор в течении солнечного десятилетия, начали ослабевать, и, когда Тёмные Боги стали гневными и капризными, видя поражение своих сил, имперские суда из соседних секторов наконец-то смогли оказать поддержку обескровленному линейному флоту Готик. Но Абаддон направил всю мощь Чернокаменных крепостей на звезду Тарантис, отправную точку для новых имперских кораблей, входивших в Готический сектор, в попытке остановить подкрепления для флота Готик. Объединив всю свою мощь, Чернокаменные Крепости дестабилизировали звезду Тарантис, превратив её в сверхновую, что уничтожило всё, что находилось в звёздной системе.
Последняя битва Готической войны прогремела в мире Шиндльгейст, где Имперская Чернокаменная V ещё плыла в глубинах космоса. Заманив Абаддона в ловушку, лорд-адмирал и эльдар разбили его флот в поистине величественной трёхдневной битве. Терзаемый злобой Абаддон также попытался уничтожить звезду, и, если бы не жертва капитана Абридала с «Пламени Чистоты», победы не произошло бы. Абаддон, хотя и потерпел поражение, отступил в Око с двумя захваченными Чернокаменными крепостями. Позднее различные источники утверждали, что они, должно быть, уничтожены, но, к сожалению, как продемонстрировал 13-й Чёрный крестовый поход, это была лишь выдача желаемого за действительное.
Чума Тифуса
По мере приближения конца 41-го тысячелетия первые признаки того, что следующее нападение Абаддона будет неизбежным, проявились в виде многочисленных наблюдений за дрейфующими судами, выходящими из Имматериума в секторах имперского пространства, окружающих Око Ужаса в сегментуме Обскурус. Астропатическая станция Белисар Майорис была первой сообщившей, что обнаружено большое количество космических скитальцев, приближающихся к внешним кольцам систем Белисар и Агрипинаа. Первые признаки того, что большинство этих скитальцев казались необитаемыми, были ошибочны. Эти суда были поставлены на стационарные орбиты основных планет каждого подсектора сектора Агрипинаа. Такое большое количество скитальцев, внезапно появившихся из варпа, было редкостью, но всё же не было чем-то исключительным.
В ответ на это тревожное сообщение маршал Хелк, главнокомандующий второй армейской группировкой Имперской Гвардии, распорядился о размещении дополнительных войск на борту 211, 340 и 401-й разведывательных эскадрилий Флота с целью высадки на те скитальцы, на которых могло укрыться что-то живое. Комиссариат утроил бдительность к этим подразделениям, и все высшие командные звенья были проинформированы о том, что эти судна могут нести на себе печать варпа. Суда Адептус Астартес сели на те скитальцы, на которые смогли, но их численность, как всегда, была ограничена. Космодесантники обнаружили, что эти скитальцы были затронуты Хаосом и несли кошмарные недуги, а затем каждый из этих кораблей был уничтожен бомбами и торпедами макропушек, но для некоторых было уже слишком поздно.
Не могло быть совпадением то, что вспышки вирусного заболевания разразились среди многих экипажей имперских кораблей в течении дня, когда появилось сообщение о появлении на внешних границах системы Уртварт отвратительного космического корабля Хаоса «Чумной Коготь», которое отправил Роарк, капитан лёгкого крейсера класса «Неустрашимый» «Герцог Люрстофан». Болезнь, распространявшаяся по всему региону, косила силы Флота, и, количество пригодных для службы звездолётов падало экспоненциально распространению болезни, а затем еще больше скитальцев вышло из варпа, нацелившись на стратегически важные миры.
Корабли соседних миров бросились уничтожать скитальцы, на огромных орбитальных верфях мёртвого мира Белис Корона был собран гигантский флот под командованием адмирала Имперского флота Куоррена. Имперский флот начал охоту за «Чумным Когтем», но ему пришлось столкнуться с чем-то более худшим. В тени пылевого облака Фенеракс Имперский флот попал в засаду военных кораблей Хаоса во главе с «Терминус Эст», флагманом Герольда Нургла, Лорда Хаоса Гвардии Смерти Тифуса. Битва была короткой и кровавой, несколько военных кораблей Империума были повреждены первыми залпами торпед, а другие были захвачены мерзкими инфицированными созданиями, которых исторгли из себя абордажные суда Хаоса. Адмирал Куоррен, быстро оправившись от шока, объединил свои силы, контратаковав и пробив себе путь из ловушки. Тифус не стал его преследовать, и, большинство кораблей Куоррена смогли добраться до порта Белис Корона. Битва за Фенеракс стала серьёзной катастрофой для Империума, но всё обстояло гораздо хуже. Во время обратного пути к Белис Корона тысячи членов экипажа Имперского флота заразились и умерли, и только благодаря помощи обученных пилотов Имперский флот смог войти в док.
Но, если ситуация в Белис Корона была плоха, в других местах было еще хуже. Множество чумных скитальцев проскользнуло через оборонительную сеть Империума, и та же самая инфекция, что поразила экипажи Имперского флота, начала распространяться, подобно лесному пожару, на многих обитаемых мирах Кадианского сектора, сектора Агрипинаа, а также сектора Белис Корона. Мир-улей Субиако Дьябло оказался идеальной почвой для неизвестной чумы и был быстро помещён в карантин Официо Медикэ, но не раньше, чем миллионы людей уже заболели и умерли. В течение солнечного месяца дюжина других миров сообщила о случаях той же чумы и паники, распространяющейся по всему сегментуму Обскурус, поскольку транзит между соседними секторами был остановлен Имперским флотом в попытке остановить дальнейшее распространение инфекции.
По мере распространения эпидемии в каждом мире, страдающем от болезни, вновь стали появляться апокалиптические религиозные секты, как и до начала Готической войны проповедовавшие, что гнев Императора спустился на них и стал наказанием за их злодеяния и пороки. Только по-настоящему верующие были бы избавлены от Проклятия Неверия, как они называли чуму, и орды флагеллянтов заполнили улицы каждого мира, прилегающего к Оку Ужаса. Абсолютная невосприимчивость к чуме этих фанатиков придала их словам блеск истины, и миллионы стекались, дабы услышать их речи, из страха за свою жизнь. Чума продолжала распространяться, но именно на Субиако Дьябло была открыта кошмарная причина болезни. К ужасу и отвращению жителей планеты, далеко в полях мира-улья были открыты массовые захоронения, в которых находились тела поражённых болезнью и трупы тех, кто погиб во время чумы, которые восставали из земли. Вскоре миллионы шатающихся трупов шагали по городу-улью, который они когда-то называли домом, пробираясь в дома и атакуя слабых и больных.
В течение нескольких месяцев чумные зомби поднимались из своих могил на множестве миров по всей территории секторов Белис Корона и Агрипинаа, а имперские силы были доведены до предела, сдерживая как эту мерзость Хаоса, так и толпы фанатиков, которые на местах сжигали медицинские палаты в своих ошибочных попытках остановить распространение чумы. Парализованные огромными масштабами эпидемии, силы Имперского флота в этих регионах оказались неготовы к движение огромного массива войск Хаоса, которые появились из варпа на краю системы Субиако Дьябло и вошли в имперское пространство. Герольд Нургла, Странник, Тифус из Гвардии Смерти прибыл лично, чтобы пожать урожай своей чумы нежити, и ничто не заслоняло ему путь, так как он утвердил Субиако Дьябло как свою новую провинцию в вечном царстве смерти Повелителя Разложения.
Знамения и предвестники
Поскольку Чума Зомби, известная как Проклятие Неверия, охватила многие имперские миры во всех областях секторов Белис Корона и Агрипинаа, фанатичные культы, проповедующие что Империум отошёл от учения Императора, распространялись с огромной скоростью. Они осуждали больных, представляя болезнь как справедливое наказание за их нечестивость, утверждая, что только в очищающем пламени можно найти лекарство. На мирах Предел Малина и Лелитар имперское правление было сброшено, так как чума подорвала способность властей сдерживать разглагольствования самопровозглашенных пророков Конца Времён, которые толкали целые народы в пучину безумия.
Экклезиархия послала высших иерархов Имперского Культа, дабы успокоить души людей, но во время выполнения этой тяжкой задачи Адептус Министорум сам втянулся в междоусобный конфликт. Ряд кардиналов выступил на стороне проповедников суда Императора, посчитав, что Синоды секторов, окружающих Око Ужаса, беспомощны и бессильны в осуществлении своей духовной власти в тот самый момент, когда это отчаянно необходимо. Объекты Флота и имперских властных структур подверглись открытым атакам, и в течении нескольких недель право толпы фактически заменило власть Администратума во многих отдалённых мирах.
Переполненные миры-ульи (даже таких далёких друг от друга секторов, как Скарус и Кадианский) захлестнула волна насилия. Даже высшие эшелоны мира-улья Табор и база флота в Белис Корона оказались разорены культами Хаоса. Харизматичные демагоги подстрекали бешеную чернь к борьбе с угнетением, присущим системе правления Империума, и сотни тысяч прислушивались к их крамольному бреду. Убийства и отравления ознаменовали новые эпохи анархии в ключевых боевых зонах, и, целые флоты снабжения таинственным образом исчезали. Немезис Тессера, Надежда Святого Иосмана и Лелитар были опустошены восстанием. На паникующих улицах Трациан Примарис одному человеку удалось выступить в роли неистового пророка и объединить отчаявшихся граждан против зла Хаоса. На мирах системы Белис Корона прошёл массовый призыв в Имперскую Гвардию и Имперский флот, делегации священников разжигали в новых призывниках пламя праведного гнева.
Словно почуяв катастрофическое крушение имперского правления на мирах, близких к Оку Ужаса, варп взбурлил, перемешивая свою изменчивую среду. Границы варп-шторма Бафомель расширились, охватив окраины Кадианской системы, и многие из находящихся там астропатов сообщали об ужасных видениях и кровавых предзнаменованиях, указывающих на время грядущей войны. Продолжали поступать доклады, в которых говорилось об ужасающей эскалации масштабов этих беспорядков. В то время, как новости из сегментума были в лучшем случае отрывочны, оказалось, что массивная психическая атака заставила астропатический хор в Белисаре, одном из из шпилей улья Териакс, взорваться. Верхние девять уровней шпиля были уничтожены, число погибших приблизилось к десяткам тысяч.
Любые сомнения, что за этими событиями стоит Хаос, после этого случая были отброшены в каждом цивилизованном мире. Даже на Кадии Империум видел следы подрывной деятельности. Живущие близко к Оку Ужаса кадийцы знали, что скверна варпа поражает слабые души, и научились распознавать её и уничтожать в зародыше. В одном заметном инциденте лорд-комиссар Салин поднял по тревоге свой отряд касркинов, приписанных к штабу управления, и совершил рейд на казармы 92-го Кадианского полка. Он со своими людьми окружил старших офицеров, которые, по его словам, были в союзе с агентами варпа. Никаких доказательств его обвинения не было предоставлено в Генеральный Штаб. Офицеры были казнены на парадной площади Каср Орлака. То, что эти высокопоставленные офицеры кадийских войск связали свои души с Архиврагом, наполнили множество душ стыдом и подтвердили худшие из страхов. Тёмное время приближалось.
Глас Императора
В мире Лелитар, среди неистовых культов и фанатиков, возникла могучая фигура, провозгласившая себя Гласом Императора. Оратор пугающего мастерства, этот человек своими речами возбудил целые народы своими страстными речами. Многие из верховного командования Кадианского сектора выступали за уничтожение этого человека, дабы его излияния не привели к дальнейшим беспорядкам. Однако по всей системе начались погромы тех, кто был верен Империуму. Инквизиторские Ордосы Кадии, представляющие три великих Ордоса в Кадианском секторе, считали, что так называемый «Глас Императора» является крайне опасным индивидуумом. Лелитар был домом нескольких тысяч полков Сил Планетарной Обороны, разделённых на 65 армейских группировок, и, как оказалось, примерно 40 процентов их личного состава уже были под контролем Гласа. Многие из этих подразделений понесли тяжёлые потери, большинство находилось вне мира, в разных местах, таких как Яйор, Амистел, Албитерн и Бар-эль. То, что имперские силы потеряли так много людей благодаря демагогу, стало серьёзной причиной для волнения, но для Верховного Командования было достаточно желания Ордо Еретикус найти его и уничтожить.
В течение недели, как реакция на проповеди Гласа Императора, произошло великое возрождение ортодоксального благочестия среди имперских граждан. Командование сектора поначалу опасалось, что еретическое учение может окутать регион пеленой вероотступничества, но люди действительно сплотились против его искажённых адептов, изгоняя пророков и осуждая ложные слова. Его дни были сочтены, так как агенты Трона охотились за неуловимым Гласом. Хотя хаос и анархия пришли во многие имперские миры, ещё оставалась причина для надежды, потому что не всё было потеряно и вера ещё была крепка. Великая сила Империума наконец-то активизировалась. Высшее командование Кадианского сектора отдало приказ собраться на Кадии, на древних и почтенных Тирокских полях, дабы Империум смог всерьёз приняться за труд Императора.
Саботаж и бунт
Несколько систем сектора Скарус вскоре сообщили об активности противника, как сообщили об этом и три подсектора, расположенных у Полосы Кассандры. С Фоносара Прайм поступили сообщения, указывавшие на атаку воинов Легиона Повелителей Ночи. Рейд был приурочен к местному ежегодному фестивалю Трёх Дев, священному времени для населения Фоносар Прайм и трёх его лун, в течении которого адепты постились и медитировали, избавляясь от своих слабостей, дабы лучше служить Богу-Императору. По-видимому нападавшие воспользовались тем фактом, что большинство местных жителей проводило время в молитве, и налетели на столицу мира Медею, как стая диких хищников на свою добычу. Выжившие сообщали, что враг высадился на планету на главной электростанции Медеи, уничтожив её и погрузив город в темноту, прежде чем разрушить резервные энергетические объекты мегаполиса. Когда электрическая сеть города вышла из строя, предатели заполонили улицу, устроив бесцельную резню. Прошло много часов, прежде чем Силы Планетарной Обороны были мобилизованы для противостояния угрозе, хотя многие подразделения ополчения провели импровизированные контратаки, но всё было тщетно. К моменту сбора основных сил налётчики исчезли во тьме, оставив после себя тысячи трупов.
Мир Ксерсия также пострадал от рук врага. На планету прибыла делегация Ордена Раненого Сердца, Ордена-милитант Адепта Сороритас, дабы очистить этот мир от культов Хаоса. Сразу после прибытия боевых сестёр пришло сообщение, что Сёстрами был уничтожен небольшой отряд неизвестных Легионеров-предателей, пришедших на помощь культистам. Похоже, что культ выбирал момент, дабы призвать предателей, с особой осторожностью, надеясь, что контратака уничтожит небольшой отряд Сестёр Битвы, когда они достигнут своей цели. Для Адепта Сороритас стало большой честью, что они победили не только культистов, но и отступников, а благодарность за это деяние была передана их канониссе.
Высшее Командование сектора также получило искажённые астропатические сообщения от подразделений в системах Хелотас, Сарлакс, Вагера и Скайрен в течение следующих двенадцати часов. Хотя никаких подробностей не было подтверждено, командование опасалось худшего.
Рейд на Ормантеп
Станция прослушки в мире Ормантеп также подверглась нападению предателей. Нападавшие — маленький элитный отряд из Чёрного Легиона, который методично и с холодной жесткостью высадился на станцию и вырезал всех, с кем столкнулся. Тем не менее, их главной целью был, как предполагается, хор астропатов, находившийся в центральном храме. Отряд кадианских касркинов, защищавших станцию, героически встал на защиту, удерживая космодесантников Хаоса в течение нескольких часов, прежде чем пришла неожиданная помощь. Предатели были отбиты, хотя силы Империума не имеют об этом записей. Когда предатели укрылись за построенными баррикадами внутреннего святилища станции Ормантел, оставшиеся в живых сообщили, что ночь наполнилась скорбным воем, звучащим со всех сторон. Чёрные Легионеры дрогнули, прекратив атаку, задние их ряды были затянуты в тень. Вскоре космодесантники Хаоса стреляли из своих болтеров в автоматическом режиме, опустошая целые обоймы во мрак, поскольку не могли увидеть врага, и касркины тоже не могли ничего различить. Когда посветлело, все Чёрные Легионеры были мертвы, их тела были найдены яростно разодранными, словно мощными челюстями или дикими когтями. Единственным свидетельством той таинственной силы, напавшей на них, был искажённая вокс-запись их воплей, заполнивших комплекс, когда нападавшие атаковали космодесантников Хаоса.
Позже имперские учёные определили, что таинственные «спасители» были никем иным, как давно потерянной 13-й Великой ротой Космических Волков, уже десять тысяч лет, со времён великой Ереси, считавшейся пропавшей в варпе. В отчётах указывалось, что большинство сотрудников станции остались в стороне от нападения, и учёные попросили целевую группу флота перенаправить их на Ормантеп, чтобы выяснить, что же действительно произошло. Всё это происходило в тот момент, когда гражданские беспорядки в окружающих секторах сегментума Обскурус достигли беспрецедентного уровня. Теперь имперские силы должны были защищаться как от предателей внутри, так и предателей извне.
Вероломство
В начале 13-го Чёрного Крестового похода акт гнусного предательства поразил сердце защитников Империума. В то время Кадия старательно готовила слуг Императора: наряду с Легионами титанов и скитариями Адептус Механикус были собраны полки Кадианских штурмовых войск. Полки диких воинов стояли рядом с ярко разодетой Мордианской Железной Гвардией. Вера этой могучей толпы была сильна, и дух каждого человека поднимался, видя собранную мощь Императора. Но гнусный змей был готов нанести удар. Полки Волсканских Катафрактов прибыли на Кадию, дабы присоединиться к собранию в Каср Тирок, но по правде говоря, войска и офицеры волсканских полков боялись снова встретиться с силами Хаоса, и, даже если они официально не заявили о своей верности Тёмным Богам, они решили, что лучше умереть в сражении против людей, чем стоять у врат варпа лицом к лицу с силами Ада. Когда защитники Кадианских Врат готовились к конфликту, Волсканские Катафракты раскрыли свою преданность Губительным Силам и нанесли неожиданный удар по войскам Имперской Гвардии, собранным на Тирокских полях.
Предатели убили тысячи гвардейцев-лоялистов прежде, чем смог быть дан отпор. Измена волсканцев была раскрыта, предположительно, в тот момент, когда они пробрались на борт «Левиафана» «Экскубитой Кастеллум», который служил в качестве командного транспортного средства губернатора Примус Мариуса Порельска с Кадии. Предатели убили его и большую часть старшего командования вооружённых сил Кадии, включая главнокомандующего защитников Кадианских Врат, убитого в жестокой атаке. В темнейший момент полковник Урсакар Э. Крид наконец-таки взял под контроль ужасную ситуацию. Сплочённые 8-м Кадианским Ударным Полком, окровавленные имперские защитники быстро сорганизовались и получили приказ атаковать предателей. Восьмой Кадианский нанёс ответный удар волсканцам. Крид и Джарран Келл, знаменосец полка и его самый надёжный друг, прокладывали путь во время контратаки, и именно они добрались до командного отделения, сумев предотвратить осквернение тела павшего губернатора.
Губернатор пал, как кадиец — с клинком в руке и телами еретиков у своих ног. Крид вынес тело губернатора на броню «Левиафана», завернув его в знамя Восьмого Кадианского. На место происшествия прибыло еще множество Кадианских полков, собравшись в огромную толпу. Полковник Крид, будучи благочестивым человеком, позволил им воспеть хвалу Богу-Императору, а затем с возвышения произнёс своё первое увещевание армии Кадии, дабы они не успокаивались, пока каждого последователя Хаоса не постигнет та же участь, которая постигла волсканцев. Войско потребовало, чтобы Урсакар принял командование. Три раза он отказывался от этого предложения, но в конце концов повиновался воле Кадианских полков. Как всегда, величие тянулось к Урсакару Е. Криду, а он был достаточно силён, чтобы нести его вес. Благодаря действиям Крида то, что могло стать тяжёлым поражением Империума и гнуснейшей победой Архиврага, превратилось в определяющий момент для защитников Кадии. Каждый мужчина и каждая женщина мира-крепости поклялись защищать владения Императора.
Подготовка к войне
После предательства на Кадии просьбы о помощи со стороны имперских сил были разосланы всем военным подразделениям секторов, окружающих Кадианский сектор. Ожидалось, что воины из славных Орденов Астартес Презес и Космических Волков усилят осаждённые имперские силы. С Кипра Мунди были обещаны подкрепления для флота, во многих соседних секторах был начат призыв полков. Вся мощь Империума собиралась, но только время покажет, придёт ли она вовремя. То, что крупное вторжение Хаоса неизбежно, теперь не подлежало сомнению, но Архивраг найдёт Империум готовым, если только подготовка завершится вовремя. Крид повышал тех офицеров, которые по его мнению были достойны, и безжалостно понижал в звании тех, которых считал неэффективными. Хотя многие возмущались его грубой манерой, и он несомненно нажил себе множество врагов среди офицеров-кадианцев, многие полагали его подход нужным, учитывая масштаб задачи.
Несмотря на то, что боевому духу кадийцев был нанесён ужасный урон предательством в Каср Тирок, Урсакар Э. Крид сплотил Имперскую Гвардию и Силы Планетарной Обороны, занятые на защите Кадии и Кадианских Врат. Хотя многие старшие офицеры были людьми, которые сражались в множестве битв за свою карьеру, одно слово Крида могло побудить их действовать. Этот человек был воплощением жёсткой решимости и те, кто ему подчинялся, не могли не заразиться ею.
Работа по организации сил, имевшихся в распоряжении у Кадии, продолжалась быстрыми темпами, пока не наступил предпоследний год 41-го тысячелетия. Согласно стандартной практике, каждый мир предоставлял полки и организовывал свои силы в боевые группы, а высокопоставленное командование сектора назначалось Департаменто Муниторум. Кадии в этом отношении повезло, и многие миры сегментума Обскурус последовали примеру Кадии в отношении полковой структуры, обеспечения и боевой доктрины, хотя имелись и значительные отклонения от этого правила, в тех подразделениях Имперской Гвардии, которые были созданы на мирах Финрехта или Морданта. Вначале создавалось от шести до девяти полков в каждой боевой группе, и, по меньшей мере, шесть таких групп формировались в армию, но высшее командование Кадианского сектора могло назначить минимум десять армейских групп для защиты каждого значительного мира в регионе, где столичные миры насчитывались сотнями. Разумеется, опыт показал, что эти боевые группы быстро разбиваются, как только вынуждены передислоцироваться для боевых нужд по мере развития конфликта, а штабные офицеры на местах должны будут организовывать свои силы, насколько это возможно. Такова была реальность штабной работы, когда приходилось координировать разные подразделения на огромных расстояниях.
Грядущий шторм
- «И, вот, когда откинется завеса в последний век Человечества, Разоритель снова соберёт свои войска. Там, где двенадцать раз верующие изгоняли его, он докажет их уничтожение. Ибо человек стал слаб, потеряв надежду в бедах Галактики. Где сейчас верующие? Где люди, что стояли рядом с нашим Господом, Бессмертным Императором и на его стороне побеждали всех? Ушли. Они меньше пепла на холодной, холодной земле. В Тринадцатый час возвратится Разоритель. Всё человечество будет трепетать, ибо его судьба в его руках»
- – последняя запись еретика-архивиста гефсиманского Реклюзиума
С поставленными на колени под весом внутренней борьбы и вспышкой так называемой Чумы Неверия мирами Кадианских Врат, Абаддон Разоритель начал вторжение во владения Императора и привёл с собой невообразимую силу, в масштабах, невиданных с мрачных времён великой Ереси Хоруса.
В рамках постоянного бдения вокруг Ока Ужаса обученные подразделения кадианских касркинов часто выдвигались к внешним пределам этого закрученного вихря, отчаявшись найти хоть какое-то указание, куда будет нанесён первый удар в начале 999.М41. Прорицания астропатов указывали на поражённый мир Уртварт, уже захваченный Хаосом, чьё население было порабощено и принесено в жертву Тёмным Богам. Не найдя на Уртварте ничего, кроме смерти и отвратительных чумных зомби, заражённых Проклятием Неверия, касркины уже были готовы вернуться.
Внезапно, отчаянное вокс-сообщение с боевых кораблей на орбите сообщило, что многочисленные корабли продвигаются к Уртварту из Ока Ужаса. Касркины пытались вернуться на свои корабли, чтобы вернуться к сослуживцам, но было уже слишком поздно. Имперские корабли на орбите были либо повреждены, либо вынуждены выйти из боя и поспешно удалиться по направлению к Кадии. Касркины, застрявшие на Уртварте, были обречены: массивное судно, превосходящее по размерам даже линкоры, приблизилось к обречённому миру: «Убийца Планет». Мало кто знал о существовании этого чудовищного корабля, потому, что тот считался потерянным в битве на Кхарлосе II во времена Готической войны столетие назад. Кадианцы ничего не могли сделать, поскольку разрушительная сила «Убийцы Планет» была выпущена на волю в виде разрушительного копья энергии, которое уничтожило разрушенный мир, превратив его в оплавленные скальные обломки, плавающие в пустоте. Когда Уртварт погиб, боевой флот Хаоса, состоящий из сотен военных кораблей и громадных транспортов вышел из глубин Ока Ужаса, предвещая начало страшного 13-го Чёрного крестового похода Абаддона. Психический крик смерти, более пронзительный, чем сигнал самого Астрономикона, разорвал эфир обречённого мира Уртварт.
Астропаты и передовые прослушивающие посты Империума выявили появление в реальном пространстве боевого флота предателей, состоящего из сотен боевых кораблей и неуклюжих военно-транспортных кораблей. Все они держали курс на Кадию. В отчётах указывалось, что «Чумной Коготь» и «Терминус Эст» вместе с массивной флотилией чумных скитальцев появились в системе Субиако Дьябло. Хуже того, по неподтверждённым сообщениям, боевой флот Хаоса сопровождали две Чернокаменные крепости. Высшее командование Кадианского сектора нашло последний факт трудно доказуемым, хотя, учитывая состояние сектора в предыдущие месяцы, они не могли учесть того, что эти древние орудия ксеносов ещё находились в руках сил Хаоса.
Флотские эксперты Империума начали отыскивать миры, которые, вероятно, будут выбраны в качестве цели «Убийцы Планет». Сведения, собранные во время Готической войны, показали, что «Убийца Планет» был тяжёлым кораблём, а его планетарное орудие Армагеддона требовало много времени на активацию; судно, вероятно, должно было сопровождаться большим флотом, который будет использоваться для ослабления и отвлечения флота Империума до тех пор, пока «Убийца Планет» не сможет зарядить своё основное орудие. Таким образом, всем имеющимся флотским соединениям было поручено искать такую флотилию, а заставы систем обороны были настроены на оповещение о любых признаках необычайно большого боевого флота Хаоса, приближающегося к одному из миров.
Немезис Тессера
Волна вторжения Абаддона вскоре прорвалась в сектора, окружающие Кадианские Врата, и стало очевидно, что крепость Инквизиции мира Немезис Тессера станет первой главной мишенью атаки Хаоса. Первые доказательства этому появились, когда Архивраг начал нападение на систему Чима Ломас. Нереус, основной мир системы, был с поразительной лёгкостью захвачен вражескими силами. Согласно расчётам кадийского командования, Чима Ломас не являлся основной целью Хаоса, а был взят только для того, чтобы обеспечивать связь между силами Хаоса вдоль Канала Рхок. Местные силы обороны в составе семнадцати армий Сил Планетарной Обороны, усиленные боевой группой Имперской Гвардии, сражались с врагом в трёхстах километрах к югу от Нереус Дельта. Отслеживая несколько разведывательных сообщений, высшее командование Кадии смогло определить, что силы, которые удерживали доблестные защитники Нереуса в течении дня, по крайней мере в пятьдесят раз превышают их численность. В последней передаче Верховному командованию Кадии от генерала Нета говорилось, что защитники готовы дорого продать свои жизни.
Разрушив Чима Ломас, силы Абаддона рассеивались по мере того, как входили в Залив Кенси; отделившиеся силы напали на мир Оварис Гулаг, с которого уже целый месяц не поступали сообщения. Путешествие через Залив Кенси к Немезиде Тессера было выполнено с тревожащей быстротой, при этом все элементы флота Хаоса всего за неделю стали единой системой — проявление большого искусства астронавигации через варп; как предположил Навис Нобилите, всё это стало возможным благодаря применению наитемнейшего искусства чернокнижников. По какой причине враг выбрал первоначальной целью нападения мир инквизиторской крепости, такой как Немезис Тессера, оставалось загадкой; лучшей догадкой было то, что система была выбрана из чистой ненависти к сильнейшим агентам Золотого Трона.
То, что для сил Архиврага было чрезвычайно важно разрушение Немезис Тессера, стало видно из наблюдений командования сектора и перехваченных сообщений. Силы Архиврага вложили в это нападение большое количество ресурсов. После того, как силы Хаоса совершили высадку, оказалось, что крепость Инквизиции вполне может удержаться, но Верховное командование Кадии могло только предположить, что ледяная поверхность этого мрачного мира была наводнена миллионами предателей и еретиков, которые поспособствовали их высадке. Они посчитали, что те, кто выживет в негостеприимном климате Немезис Тессера, будут преследуемы и уничтожены священными агентами Инквизиции. Но вскоре командование осознало, что нападение на Немезис Тессера было всего лишь прелюдией к шторму, который охватит Кадианский Сектор.
Продвижение Хаоса
- «Пусть Галактика горит!»
- – Хорус, Воитель Хаоса
Вскоре небеса над имперскими мирами сегментума Обскурус почернели от бесчисленных капсул, ибо силы Абаддона начали своё вторжение. Сам «Убийца Планет», флагман Абаддона, приближался к Кадианской системе. Ужасающие и могучие космодесантники Хаоса ступили на поверхность миров, на которых они не появлялись десять тысячелетий, и их ненависть и жажда мести не знала границ.
Имперский Флот, в течении длительных недель отчаянно боровшийся с бесконечными волнами судов Хаоса, в конечном счёте был отброшен. Когда орбитальная оборона была пробита, а флот был вынужден уйти, мир за миром в Кадианском Секторе подвергались нападению. Первоначально имперские силы держались, отбросив врага обратно на Белисаре, Махарии, Вигилатуме и особенно — на Ксерсии и Кантраэле. Однако вскоре враг обнаружил слабые места обороны, бросив на имперские войска бесчисленную орду низших существ, дабы настоящие повелители Армады Хаоса, падшие десантники, могли воспользоваться плодами сражений.
Военный флот Хаоса продолжал неумолимо наступать на Кадию, остановившись только раз, дабы позволить Чернокаменным Крепостям выжечь Демиос Бинари до бесплодной скалы. Дуги ослепительно сверкающей энергии разрушили беззащитную поверхность планеты, убив миллионы имперских слуг и разрушив каждое здание в течении часов. Суда Хаоса внезапно ошеломили орбитальную оборону Солар Мариатус, самой отдалённой планеты Кадианской системы, и сотни кораблей, заполненных полками предателей из Волсканских Катафрактов спустились на поверхность, атаковав горные аванпосты и захватив ценные горнодобывающие заводы, защищаемые 23-м Кадианским полком. Силы предателей создали на Солар Мариатус передовую оперативную базу, с которой распространились по всей системе.
Надежда Святого Иосмана
Первым павшим миром Кадианской системы стал тюремный мир Надежда Святого Йосмана, чьи заключённые, как полагали, вышли на контакт с захватчиками в тщетной надежде получить свободу после восстания, начатого организацией Исправительно-Восстановительное Движение — вероятным прикрытием сил Хаоса. Единственное, что их ожидало — вечное проклятие, так как их освободителями стали отступники Космического Десанта из банды Насильников, преданные слуги Слаанеш, Принца Удовольствий. Жестокая рукопашная схватка разразилась по всей тюрьме размером с материк, и многие охранники оставляли последнюю пулю для себя, лишь бы не попасть в руки взбешённых заключённых. Приветствуя силы предателей как освободителей, заключённые, скорее всего, скоро ужаснулись своей наивности, поскольку те, кому повезло пережить «удовольствия», принесённые Астартес Слаанеш, стали рабами войска Хаоса, либо были зачислены в ряды армии гвардейцев-ренегатов.
Многие из Кадианского верховного командования ранее не слышали о Насильниках, пока их не пригласили на закрытый брифинг вместе с Кастеляном Кридом, где представитель Инквизиции рассказал им ужасную правду об этих еретиках-гедонистах, дабы имперские силы были лучше подготовлены ко встрече с ними. То, что им рассказали о деяниях Насильников, наполнило ужасом даже закалённых ветеранов, потому что ни один человек, вне зависимости от своих проступков, не заслуживал стать жертвой этих мерзких существ. Вскоре защита каждого из миров Кадианской системы подверглась тяжёлому испытанию, и, несмотря на усилия Комиссариата по поддержанию имперской морали посредством цензуры новостей, информация о зверствах на Надежде Святого Йосмана широко распространилась.
После недели катастрофических событий на тюремном мире, Лорд-кастелян издал указ, подобный тому, который многие считали, не понадобится принимать. Мир Надежда Святого Йосмана должен был подвергнуться Экстерминатусу. Исполнение Экстерминатуса было за пределами ресурсов, которыми располагали имперские силы, присутствующие в системе; агенты Инквизиции подтвердили, что их собственные корабли, на борту которых находились нужные для Экстерминатуса орудия массового уничтожения, находились на расстоянии нескольких световых недель. Логан Гримнар, Великий Волк, также подтвердил, что ни один из доступных ему кораблей не несёт на борту циклонические торпеды и ни один боевой корабль Адептус Астартес не находится в пределах досягаемости. Имперский флот выдвинул план массовых бомбардировок с использованием орудий «Нова», в надежде вызвать определённую степень тектонической нестабильности, но все полагали, что флоты Хаоса, блокирующие орбитальное пространство Надежды Святого Йосмана, были слишком сильны. Суда-бомбардировщики не уцелели бы, выпустив хотя бы единственную ракету, не говоря уже о сотне, или более, необходимых для выполнения задачи.
Наконец, представитель Адептус Механикус заявил, что тектоническая нестабильность может быть создана с помощью перегрузки сети генератора основного тюремного комплекса планеты. В результате взрыв должен прорвать земную кору, что вызовет выброс магмы, которая расплавит внешнюю кору планеты и её мантию. Это приведёт к тому, что кора, а затем планетарная мантия разорвётся на части. Единственным недостатком этого плана было то, что эта цель должна быть выполнена группой оперативников на местах, поскольку не представлялась возможность выполнить это удалённо. В короткий срок была собрана специальная команда, получившая позывной «Ударный Отряд Герольд», в которую вошли Астартес из орденов Космических Волков, Воющих Грифонов, Покорителей и Железных Рыцарей, три отряда из трёх разных полков Имперской Гвардии, Ассасин Культа Смерти, пять техножрецов и ряд дополнительных вспомогательных кадров в дополнение к неназванной паре инквизиторов. Эти небольшие силы были собраны в течении солнечного часа после того, как командование Кадии одобрило план, и тотчас же отправились на Надежду Святого Йосмана. За двадцать четыре часа до того, как ударная группа должна была достичь своей цели, на планету силам, ещё подконтрольным Империуму, был передан порядок эвакуации, приказ о которой был отдан после того, как «Герольд» начал высадку на планету.
После вопроса о порядке эвакуации имперские силы на планете начали войну, достойную величайших командиров. Доселе никто не слышал и не читал о таком героизме, который проявлялся в отчаянных действиях диверсионного отряда в тот день. Полки отдали свои жизни, чтобы целые армии могли бежать в свои транспортники. Даже когда транспорты ушли, люди стояли по местам и сражались, уверенные, что их товарищи достойны жить, чтобы сражаться в другой день. План Имперских сил в конечном счете увенчался успехом, и Надежда Святого Йосмана была уничтожена. К сожалению, ни один из оперативников «Ударного Отряда Герольд» не выжил, чтобы вернуться на Кадию после выполнения этой отчаянной миссии, чтобы поведать историю героев.
Зеленокожая угроза
Когда варп-штормы стали затруднять астропатическое сообщение, командование сегментума Обскурус начало испытывать огромные трудности, координируя командование и контроль своих сил. Особенно страдали сообщения из отдалённых секторов, имперскому командованию было сообщено, что не стоит доверять сообщениям из отдалённых источников из-за психодинамических искажений.
В частности, неправдоподобный отчёт сектора Скарус указывал, что помимо нападения сил Хаоса защитники столкнулись с орочьей угрозой. В отчётах о деятельности стал фигурировать мир Мордакс Прайм, как начальный очаг массового вторжения орков, произошедшего одновременно с нападением Хаоса; если бы это был отдельный случай, то Высшее командование списало бы всё на дезинформацию, порождённую неопытными войсками, не имеющими опыта сражения с врагом. Тем не менее, каждая крупная система сектора Скарус вскоре зарегистрировала аналогичные отчёты, которые не принимались всерьёз, пока не появится более точная информация.
Вторжение на Кадию
Первый Контакт
На Кадии лорд-кастелян Уракасар Э. Крид привёл свой 8-й Кадианский полк, чтобы уничтожить группу Катафрактов Вольскани, которые бежали с Тирокских полей, дабы соединиться с силами вторжения Абаддона. Лорд-кастелян всегда был офицером, который без колебаний мог сражаться в первых рядах своего воинства, ведя своих людей и служа примером для младших офицеров; Восьмой Кадианский навязал врагу бой в Каср Васане, в тени Кадианского пилона: битва была короткой, но жестокой — ни один предатель не ушёл от возмездия. Позднее оказалось, что Крид не тратил впустую время на штурм, так как силы авангарда Космодесанта Хаоса сил Чёрного Легиона под покровом сумерек появились на поверхности планеты, заставив лорда-кастеляна отступить. Сказано, что истинное испытание генерала — способность рассредоточиться перед лицом превосходящего врага, и, Восьмой Кадианский перегруппировался, отправился обратно, дабы навязать бой врагу на своих условиях.
После эвакуации и дальнейшего уничтожения Надежды Святого Иосмана, дабы отбросить силы Разорителя обратно, защитники Империума сплотились, отступив к ключевым точкам Кадианской системы; их боевой дух поддерживала смелая серия контратак, но успех был недолговечным: Абаддон бросил ещё больше своих дьявольских сил на Кадианскую систему. Когда силы Разорителя всерьёз принялись за Осаду Кадии, осаждённым оставалось только молиться о помощи, которая прибудет, прежде чем всё будет потеряно.
Подкрепление
Высшее Кадианское командование получило сведения, что флот Железных Рыцарей и Имперских Кулаков вышел с ними на контакт. Лорд-кастелян также побеседовал с Логаном Гримнаром, планируя, как лучше разместить силы Космодесанта. Хоть Высшее командование Кадии не было властно над Адептус Атсартес, Крид заявил о своей поддержке Гримнара только в том случае, если он станет номинальным руководителем для орденов, действующих в регионе. Капитан Эхион, командующий почётной стражей Ультрамаринов в этом секторе, также выразил поддержку этому начинанию. Наконец, Высшее Командование получило благословение Адептус Механикус в Каср Галлан, и обещание, что Ордо Редуктор должен был помочь усилить защиту Кадии.
Больше плохих новостей
Не все новости, достигшие в тот момент ушей Высшего Командования были хорошими; ситуация в Лелитаре резко ухудшилась: в попытках захватить еретика, называющего себя «Глас Императора» Призраки Смерти и Джоурские Драгуны осадили столицу этого мира, что привело к масштабному бунту и «Глас Императора» так и не был найден и продолжал транслировать свою ложь по всему региону.
Многие в составе Высшего Командования продолжали работать над анализом нападений Легионеров — предателей по приказу лорда-кастеляна. Эта задача вызвала определённый конфликт в Высшем командовании, поскольку Азраил приказал прекратить это, заявив, что Астартес-предатели не были связаны с действиями смертных подразделений. Крид (при поддержке Логана Гримнара) отверг это утверждение, так как считал его смешным в условиях нынешнего времени. В результате Азраил отозвал силы Темных Ангелов.
Авангард Хаоса
Все больше сообщений о вторжении сил Хаоса стало регистрировать Высшее Командование Кадии, наибольшее число случаев вторжения принадлежало Повелителям Ночи: аналитики пришли к выводу, что этот Легион использовался в авангарде на ранних этапах вторжения Хаоса из-за своей высочайшей эффективности; их жестокость и бессмысленное насилие были известны по всему Империуму — люди множества миров были охвачены паникой, узнав, что их планета будет страдать от Повелителей Ночи.
В то время, пока Повелители Ночи осуществляли свои террористические атаки, оперативники Альфа-Легиона просачивались в ряды противника: сообщения о вражеских нападениях на ключевые объекты и базы шли один за одним, но всё это меркло перед масштабным вторжением Хаоса. Однако более тщательная аналитика этих сообщений показала силам Империума, что эти нападения — деятельности Альфа-Легиона; дальнейшая аналитика показала, что основными целями для их атаки были ряд объектов снабжения и связи тылового эшелона. Перед силами обороны стоял единственный вопрос: были ли эти удары направлены на то, чтобы воспрепятствовать перемещению подкреплений Империума из одного региона в другой?
Дети Императора во главе с Люцием Вечным наслаждались агонией населения мира Белисар. Чумные десантники Гвардии Смерти пришли на поле битвы планеты Амистел, а земля под их ногами была покрыта жертвами Чумы Неверующих. Вслед за Легионами — предателями пришли полчища Потерянных и Проклятых: Падшие гвардейцы, мутанты, культисты и прочие отбросы рода человеческого. Бессмысленное разрушение и осквернение, которые они предприняли во славу Губительных Сил заставили вздрогнуть даже самых стойких защитников Империума.
Война в Пустоте
В то время, как война пришла на поверхность многих миров, война в космосе, по большей части велась на условиях Империума, хотя состояние и менялось каждый день, ситуация была нестабильна, а силы флота Хаоса оказались растянутыми. Несмотря на то, что силы Флота Империума не могли надеяться противостоять в полную силу войскам Архиврага, они изо всех сил продолжали удерживать контроль над частью Кадианского сектора, не позволяя себе пошатнуться, так как именно по этому маршруту должен был пройти «Убийца Планет».
Флот, размер которого был сравним с флотом времён окончания Готической войны восемью столетиями ранее, был отправлен на Кипра Мунди и прибыл в Белис Корона в рамках контрнаступления Империума в районе Кадианских Врат. Прибытие армады позволило судам Империума, которые почти беспрерывно сражались с начала вторжения, получить краткую передышку. Серьёзное истощение судовых команд, нестабильная вокс-связь и поспешный ремонт — вот, что осталось Флоту Империума.
Подкрепление было разделена на батальоны, которым была поставлена задача: укрепить оборону определённых секторов сегментум Обскурус. Области вокруг Ока Ужаса охватывали миллионы световых лет, и, только благодаря экономному использованию ресурсов Флот Империума надеялся нагнать, замедлить, сдержать и отбить захваченные Хаосом области.
На последних этапах кампании, когда флот Абаддона был замечен возле агромира Лортокс, почётная стража Ультрамаринов предприняла смелую контратаку в тот самый момент, когда «Убийца Планет» показался на окраине сектора Агрипинаа. Это деяние позволило СПО Лортокса эвакуировать большую часть населения, до того момента, как мир был разрушен ужасающим залпом флагмана Абаддона. Ультрамарины атаковали «Убийцу Планет», но огромный корабль смог их отбросить; после эвакуации Лортокса Ультрамарины ушли на Кадию и окружающие звездные системы, дабы помешать Абаддону безнаказанно на них нападать: это даже привело к штурму космического скитальца, который транспортировал полчища войск Архиврага.
Но, мечта покончить с «Убийцей Планет» к сожалению была лишь мечтой: без предупреждения он появился в мире Махарии и разрушил его, забрав миллионы граждан Империума. Истинный страх объял Высшее Командование Сегментум Обскурус: множество, наконец, уяснило, что выиграть войну в максимально короткие сроки не получиться — там, где силы Империума раньше сражались, дабы отразить нападение сил Абаддона, теперь они сражались, чтобы не быть раздавленными окончательно (хоть эту мрачную парадигму никто из командования не был готов принять). Верховное Командование считало, что Абаддон не посмеет уничтожить Кадию, поскольку её пилоны являлись неотъемлемой частью стабильности Кадианских Врат, через которые открывался проход глубже в пространство Империума, к Терре. Таким образом, силы Империума надеялись удержать Кадию, независимо от цены.
Враг моего Врага
Каждый мир в секторах Окулус (сектора, окружающие Око Ужаса) теперь был втянут в боевые действия, требующие бесчисленные миллиарды жизней, новая и неожиданная сторона неожиданно взяла на себя ответственность за события: корабли эльдар были замечены экипажами многих кораблей Флота Империума, по меньшей мере в дюжине секторов. В глубинах межзвёздного пространства боевые корабли ксеносов вмешивались в битвы между Империумом и захватчиками, предоставляя помощь военным кораблям Империума, позволяя время от времени им отступать при получении больших повреждений, но в других случаях атакуя их при провокации.
Также были замечены и тёмные эльдар: они открыли свою охоту на меньших мирах Кадианского сектора (они даже ухитрились захватить рабов из мира Медузы — родного мира Ордена Железных Рук).
Ходили и слухи о том, что легендарная фракция арлекинов была замечена на полях сражения Агрипинаа и Скелуса.
Также эльдар были замечены в мирах Кадианских Врат: Высшее Командование Кадии знало, что эльдар Ультве имели сильное военное присутствие в окрестностях Ока Ужаса. Хоть и мало известно об их пути и истинных намерениях, в конечном счёте они смогли затормозить продвижение Архиврага. Черные стражи Ультве вторглись в несколько сражений, появляясь неожиданно и без каких-либо предупреждений на поверхностях планет, которые были далеко от эльдарской активности; также эльдар освободили наземные силы Белис Корона от сил Хаоса.
Однако некоторые сообщения, особенно из системы Агрипинаа, говорили, что эльдар напали на почётную стражу Ультрамаринов, а их призрачные корабли укрывали в себе зверей варпа. Как всегда, непостоянность этих ксеносов сыграла свою роль: их мотивация оказалась столь же чуждой, сколь и непредсказуемой.
Древний Враг
- «Их число — Легион, имя им — смерть»
- – Эльдрад Ультран, Провидец мира-корабля Ультве
Ордо Ксенос также проинформировало Верховное Командование Кадии об ещё одной неожиданной угрозе: возвращении древних и неумолимых ксеносов, известных, как некроны, которые были активированы Стражем Миров. Предполагалось, что эти бездушные автоматоны каким-то образом были скрыты от ока Империума; вторжение Абаддона пробудило их. В некотором роде некроны являлись противоположностью варпа: сама их природа принуждала противостоять ему во всех формах, что с человеческой точки зрения было их абсолютной ненавистью к Хаосу.
Хаос представлял колоссальную опасность для Империума, но Человечество было неразрывно связано с варпом из-за межзвёздных путешествий, общения и прочего. Однако некроны не получали таких преимуществ: они не имели в своих рядах псайкеров, дабы опираться на Имматериум, хотя в то самое время их технологии обеспечивали им власть над материальной вселенной, составляя конкуренцию сильнейшим из псайкеров.
В практическом отношении это означало, что силы некронов должны были противостоять силам Хаоса (что, однако, не означало, что для Империума они являлись союзниками, так как эта древняя раса была проклятием человечества — они сметали со совего пути любые виды, которые рассматривали, как нарушителей законных границ их древней империи). Лорд-кастелян Крид немедленно издал следующий приказ: держаться от ксеносов как можно дальше, позволяя им расправляться с силами Хаоса, везде, где есть возможность; тем не менее, не оказывать ксеносам никакой поддержки, поскольку присутствие некронов было всего лишь целесообразно. Эти древние ксеносы — враги человечества, что не делает их союзниками Империума.
За Высшее Благо
Все больше и больше сил Империума вставало на защиту Кадианских врат. Сообщения из Восточной окраины Сегмента Ультима указывали, что Империя Тау использовала этот момент, чтобы укрепить свою оборону и даже расширить своё жизненное пространство — Тау назвали это «Третья Сфера Расширения». Несмотря на то, что ксеносы угрожали имперским мирам, имперские стратеги пристально следили за тау, дабы они не использовали конфликт в своих интересах.
И правильно делали, что волновались: в 999.М41 тау инициировали крупную военную кампанию по захвату имперских планет в Восточной окраине, которая позже станет известна как «Кампания на Зейсте». Поскольку военная машина Империума активно участвовала в предотвращении прорыва Кадианских Врат, Тау воспользовались этим, чтобы быстро расширить свою территорию. В ответ Империум послал несколько подразделений из орденов Адептус Астартес в сектор Зейст, дабы замедлить продвижение тау. С победой Астартес в мире Аугура, Кампания на Зейсте ознаменовала конец продвижения тау, хотя её Империя и выросла на 133 процента от начальной величины. К несчастью для Империума, хоть космодесант героически отразил нападение ксеносов, невозможным было нанести ответный удар, поскольку военные силы отчаянно требовались для сдерживания войск Абаддона.
Враги повсюду
Также Верховное Командование было проинформировано, что ряд других фракций напали на человечество, воспользовавшись атакой сил Хаоса: эльдар активизировались в Секторах Окулус; орки перешли к активным действиям в секторе Скарус. Наконец, Инквизиция предупредила Верховное Командование о необычных сообщениях из системы Субиако Дьябло об инопланетных проникновениях из-за галактической плоскости. Неизвестно, что Инквизиция имела в виду, но она настаивала на том, чтобы Верховное Командование докладывало ей о каждом появлении неизвестных ксеносов.
Несмотря на всё это, командиры были полны праведного гнева: если каждое проклятое существо Галактики против них, то они полны решимости отбросить их в забвение последним криком человеческой расы.
Несущие Слово
Тасиа
В системе Плёс Малина возникла более серьёзная опасность: Тёмный Апостол Эреб и его Несущие Слово нанесли большие повреждения силам защитников Империума; этот враг был особо коварен, так как стремился обратить народ Империума на свою сторону, а не уничтожить его. Распространяя своё влияние, Эреб с помощью манипуляций смог манипулировать почётной стражей Ультармаринов в атаке на мир Тасиа, четвёртой планете в системе Плёс Малина. Почётная стража надеялась застать Эреба врасплох на поверхности покрытой метаном планеты, а вместо этого угодила в ловушку: вместо Несущих Слово Ультрамарины обнаружили силы эльдар, которые находились около транзитного портала в варп. После приземления капитан Эхион, командир почётной стражи, приказал своим людям сразу не нападать на эльдар, так как Верховное Командование сообщило, что эльдар помогали войскам Империума, но зная двуличие этих ксеносов он надеялся обойтись без кровопролития.
К сожалению, эльдар атаковали Эхиона и его людей, битва была длительной и смерть забрала множество жизней с обеих сторон. Вскоре Эхион был вынужден приказать своим уменьшившимся силам перегруппироваться, чтобы вновь атаковать врага, но вскоре обнаружил, что противник оставил свои позиции. Библиарий Эхиона, Лесрус из Сынов Жиллимана, понял, что ксеносы бежали в Паутину, запечатав за собой проход. Вскоре выяснилось, что обоими силами манипулировал Эреб, который ударил совершенно в другом месте — основном мире системы Плёс Малина.
Предел Малина
Предел Малина был превращён в ад после трёх дней и ночей: варп-штормы вспыхнули вокруг планеты, окутав три её луны фиолетовым дымком, за которым последовали кошмары, которые сводили с ума население: многие живущие считали, что из видения стали реальностью, другие — блуждали по улицам, совершая бессмысленные акты резни. На третью ночь корабль Несущих Слово укрепился в километровой зоне Района Министорум, столицы Раскин Сити. Защитники Плёса смогли оказать лишь незначительное сопротивление, поскольку были ослаблены многочасовыми психическими пытками.
Несущие Слово напали на Собор Раскина, учинив такие богохульства, что Имперским указом было запрещено говорить о них любым, кроме высокопоставленных лиц. Благодаря известным только им средствам, Несущие Слово смогли вызвать существ варпа в разрушенный собор, прежде чем отправиться к своим кораблям. Имперские силы на Плёсе Малина были вынуждены сдерживать ещё и демоническое вторжение, которое было побеждено только благодаря мужеству капитана Эхиона и его людей, которые уничтожили объект орбитальной бомбардировкой. Хоть многие силы Империума были потеряны вместе с большей частью столицы, это было актом милосердия. Такова была цена защиты царства Императора от демонических слуг Губиительных Сил.
Война в Паутине
Эльдарская Паутина — секретное лабиринтное царство эльдарской расы подверглось нападению со стороны злоумышленников: Ариман, величайший чародей и бывший Главный Библиарий Тысячи Сынов каким-то образом получил доступ к Паутине. В течении тысячелетий он искал ключ к Чёрной Библиотеке — скрытому миру-кораблю, который был хранилищем всех знаний эльдарской расы о Хаосе.
Сама Библиотека была «тёмным» миром-кораблём, который вечно путешествовал по бесконечным коридорам Паутины: её местонахождение было известно только Арлекинам и членам Чёрного Совета — руководящего органа Черной Библиотеки. Как и все корабли эльдар, Черная Библиотека — разумный и психоактивный корабль, отталкивающий варп-объекты и физические интрузии.
Улучив момент, Ариман расколол кусок Паутины: слухи о варп-зверях размером с линкор имели слишком страшные последствия для противников Аримана. В ответ на это вторжение эльдар начали массивную контратаку: силы Ультве возросли сверх меры, а отчаянно ведущаяся сквозь Паутину битва перешла на поверхность тех миров, где имелся вход в неё. Эйдолон и Белиал IV были двумя такими старушечими мирами, от которых зависела выживаемость эльдарской расы. Ходили слухи, что сам Мауган Ра, «Жнец Душ» — легендарный лорд-феникс возглавил силы эльдар в системе Белиал и что древние артефакты эльдар были обнаружены силами Архиврага.
Война с Кабалитами
Защита Экс Лукан VII
С увеличением количества атак рейдеров эльдар совет командования Адептус Астартес был вынужден выделить силы для противостояния им. Оказалось, что набеги, фактически, проводились тёмными эльдар. Наконец, для осаждённых сил Империума прибыла помощь в виде ордена Тёмных Ангелов. Этот орден, преследующий какие-то свои собственные цели, наконец-то стал содействовать Верховному Командованию в их деятельности; четырём ротам и трём Орденам-наследникам (известным, как «Подразделение Теневой Стражи») было поручено стать разведкой Верховного Командования в отдалённом добывающем мире Экс Лукан VII.
Группа Астартес организовала засаду в полых горах Кайранского Хребта, вся техника была обесточена, чтобы отразить замечательную силу тёмных эльдар. Появившись из ниоткуда через порталы Паутины, тёмные эльдар немедленно атаковали поселения Кайранского Хребта. «Подразделение Теневой Стражи» прекрасно себя показало, с блеском отразив первую атаку; использовав своё преимущество «Подразделение» выполнило манёвр, который отбросил вторую волну ксеносов. Не сумев скоординировать нападение, тёмные эльдар были полностью вырезаны в результате атаки Астартес. Результатом стала выдающаяся победа сил Империума, которые преподали ксеносам урок, который они не скоро забудут.
Ксерсия
Имперская кампания против тёмных эльдар хоть и была отвлечением от вторжения Разорителя, вскоре завоевала ещё одну победу: группа тёмных эльдар — налётчиков была побеждена Реликторами в мире Ксерсия, которые официально не признали командование Логана Гримнара и действовали по собственной инициативе, а не с директивы Высшего Командования. Высшее командование Кадии считало, что темноэльдарские набеги просто отвлекали внимание орденов. Ксерсия обладала хорошим гарнизоном и множество сил Империума были свидетелями атаки Реликторов; было сказано, что орден под корень уничтожил три Кабала, вычистив систему и беспощадно истребив всех ксеносов. Говорят, что офицеры ордена несли оружие ужасающей силы: мечи, извергающие очищающий огонь и топоры, высасывающие сущность врагов Императора из их тел, не оставляя ничего, кроме праха. Реликторы сеяли гнев Императора везде, где проходили. Ряд офицеров Имперской Гвардии Ксерсии пытались связаться с главой Реликторов Артекусом Бардейном, но Магистр игнорировал их.
После этого Реликторы появлялись и в других кампаниях, пока, наконец не прибыли в Кадианскую систему. Известно, что орден участвовал в нападении на банду Несущих Слово в мире Субиако Дьябло, на котором бесследно исчезла исследовательская группа Инквизиции; затем они были замечены в Кадианском секторе, где столкнулись с Повелителями Ночи в Экзелтра Минор, прежде чем ввязались в набеги тёмных эльдар в Ксерсии. В следующий раз они появились уже на Кадии: по их прибытии, Великий Волк Логан Гримнар указал им, что орден должен укрепить имперские гарнизоны Кадии, однако Бардейн отказался признать власть Гримнара над собою, а его флот отошёл от системы к агромиру Фремас. Гримнар был в ярости: в припадке гнева он приказал Волчьим Скаутам выследить Реликторов и узнать истинную цель их миссии.
Что именно произошло на Фремасе остается тайной, известно лишь то, что скауты выследили Реликторов в отдалённых Диамедийских Архивах, где орден отражал атаку Хаоса. Сообщалось, что не один из защитников не пережил штурм, но люди Гримнара смогли восстановить часть видео-журналов, которые говорят, что целью Реликторов было запечатанное в стазисе хранилище, находящееся в сердце горной вершины. Содержание контейнера было известно только нескольким посвящённым в Империуме, большинство из которых проживало на Терре. Действия Реликторов впоследствии приведут их к конфликту с Инквизицией, а позже — и с Верховными Лордами Терры, что поставит их будущее под серьёзную угрозу.
Подготовка и контрнаступление
Лорд-адмирал Куоррен, командующий флотом Империума в Кадианском секторе вновь и вновь одерживал победы над куда более крупным флотом Хаоса, позволяя подкреплениям вступать в битву вокруг миров-крепостей Кадианской системы. В то же самое время, благодаря большому притоку подкреплений в систему Скелус Кадианского сектора хаоситская блокада стстемы Белис Корона была прорвана и линейный флот Готического сектора получил возможность отомстить за потери, которые понёс в Готической войне от рук Разорителя. Если бы неустанный приток атакующих был бы замедлен хотя бы на мгновение, наземные силы получили бы реальный шанс на победу. Если флот Империума ослабнет и потерпит неудачу, то линейный флот Обскурус будет настолько ослаблен, что только передислокация флотов по всему Империуму даст надежду на сдерживание Разорителя.
Штурм Вермаарда
Лорд-кастелян Крид вскоре приказал передислоцировать войска в дикий мир Скелус, дабы поддержать его оборону. После усилий Лорда-Маршала Аттики, сил Имперской Гвардии и Адептус Астартес Скелус остался под контролем Империума. Проблема заключалась в самой блокаде Скелуса: чтобы ускорить прорыв вражеские силы перешли в наступление около горного хребта Вермаард. Верховное Командование надеялось, что корабли блокады Хаоса будут отведены, одновременно с этим боевая группа на поверхности Вермаарда перешла в наступление на врага, надеясь, что блокадный флот будет вынужден перебросить подкрепления со Скелуса, что затруднит их продвижение. Эта уловка в конце концов оказалось даже слишком успешной, напомнив Имперскому командованию, что реакция слуг Губительных Сил всегда неожиданна.
Штурм Вермаарда застал врага врасплох: оказалось, что культисты в тот самый момент были вовлечены в некий ритуал, которому помешали силы Империума; они не ожидали нападения и были уничтожены с незначительными потерями сил Империума. Как и ожидалось, враг начал перемещать свои войска с поверхности Скелуса на орбиту, а их флот ждал окончательной укомплектовки трюмов, прежде, чем отправиться на Вермаард.
В этот момент Лорд-Маршал Аттика совершил свой прорыв от Скелуса, забрав 40 процентов сил на свои транспортные корабли и прорвав остаточную блокада флота Хаоса. Хотя некоторые его корабли так и не пробились через вражеские линии, но ни сделали достаточно, чтобы гарантировать успех операции, ведь Имперский Флот не мог надеяться, что большое число кораблей Хаоса будет выведено из строя.
Однако три солнечных дня спустя, подкрепление Архиврага достигло Вермаарда, неся столь большое количество войск, что у сил Империума не было никаких шансов. Историки никогда не смогут закончить подсчёт жертв, уничтоженных на Вермаарде, дабы силы Аттики смогли прорваться к Кадии: оказалось, что силы Империума залезли в гнездо шершней, прервав массовый ритуал, но командиры Империума не могли не задаваться вопросом: что бы произошло, не прерви они этот ритуал?
Активность Флотов ксеносов
Эльдар
В какой-то момент миры-корабли эльдар прекратили действия против флота Хаоса. В течение нескольких недель они действовали по всему Кадианскому Сектору, в большинстве случаев поражая слуг Архиврага, хотя иногда и атаковали силы Империума без видимых причин. Теперь же они просто исчезли. Целый штат учёных Империума и провидцев Стратегоса пытались отследить деятельность эльдар и установить их цели, в сотрудничестве с Ордо Ксенос; разведчики поймали проблески движения на самой окраине, однако, эльдар пожелали остаться скрытыми и мало кто мог найти их.
В конечном итоге был достигнут определённый прогресс в поиске причины исчезновения эльдарского флота: судну-разведчику удалось зафиксировать следы эльдарской активности в системе XT90304/G (также известной, как «Пустынное пространство») в тридцати световых годах к северу-востоку от Белис Корона. Судно-разведчик Империума смогло снять показания с огромного судна и выполнить его съёмку перед обнаружением. Пикт-изображение показало, почему же на самом деле отступили эльдар: силы Абаддона располагали Чернокаменной Крепостью — древним разрушительным оружием ксеносов, которого не было видно со времён Готической Войны. Как будто присутствия «Убийцы Планет» в секторах Окулуса сегментума Обскурус не было достаточной угрозой: теперь над Империумом нависла новая угроза: если даже отчуждённые и равнодушные эльдар бросили большую часть своих войск на борьбу с Чернокаменной Крепостью, то угроза, которую они представляли была воистину чудовищной.
Орки
Орки продолжали оказывать давление на ряд миров в секторе Скарус, в частности на Лете III и Мордакс Прайм. Маги-Биологиус Адептус Механикус полагали, что эти существа действуют бок о бок с Абаддоном Разорителем для продвижения собственных целей, хоть они и не считали это альянсом как таковым: скорее всего орки просто воспользовались возможностью, предоставленной вторжением Разорителя, чтобы начать новые атаки на отвлечённый Империум.
Ситуация в этих мирах была действительно мрачной: Мордакс Прайм ни в коем случае нельзя было отдавать в руки зеленокожих, так как этот мир-кузня имел огромное значение, а его потеря нанесла бы огромный урон военным силам Империума; более того, силы Империума боялись того, чего орки могут достичь с производственными мощностями Мордокс-Прайм. Пятьдесят рот Имперской Гвардии, 5 Легионов кибернетических Скитариев продолжали удерживать Мордокс-Прайм, но этих сил явно было недостаточно, чтобы остановить волну вторжения. Высшее командование Сегментум Обскурус разработало план отправить еще от 35 до 40 полков Имперской Гвардии, чтобы помочь удержать Мордакс-Прайм. Тем не менее орки поставили перед собою цель — любыми средствами захватить этот мир (который они назвали «Большой-Дакка-Прайм»). Если бы не тот факт, что этот мир принадлежал Адептус Механикус, Высшее Командование всерьёз рассмотрело бы перспективу Экстерминатуса, дабы разрушить мир, но не отдать его огромные ресурсы врагу.
Приливы войны
К этому моменту война пришла в каждый уголок Кадианского сектора. Вигилатум был почти потерян, хотя маленький имперский арьергард, ранее считавшейся уничтоженным, продолжал стойко сопротивляться воинству Архиврага, защищая базу флота Так Логис. Солар Мариатус также пострадал и Верховное командование приказало миру укрепляться, экономно расходуя боеприпасы и другие ценности, необходимые для продолжения обороны. С подкреплением Флота Империума защитники Кадии могли продержаться ещё немного.
Уркасар Крид был воспринят многими как самый способный командующий Имперской Гвардией со времён приснопамятного лорда Махария, но многие отмечали, что его подчинённым далеко до командира. Внезапное нападение Разорителя показало, что большинство имперских командиров просто не смогли скоординировать свои действия, реагируя на атаки противника, а не диктуя условия сражения. Крид издал приказ: взять инициативу на планетарном уровне, или погибнуть, сражаясь.
Хотя Архивраг получил преимущество в Вермаарде, Империум еще надёжно удерживал Скелус. Сообщения астропатов говорили, что обстановка в это диком мире постепенно улучшается. Крид отозвал 20 полков Гвардии со Скелуса, приказав им быть готовыми к переброске в другие места Кадианского Сектора. После долгих дней молчания сквозь помехи пробилось только одно сообщение: сектор Скарус терпел жесточайшее поражение, и, его защитники умоляли Высшее Командование прислать помощь. Только индустиральный мир-улей Трациан Примарис стойко стоял перед волной угрозы орков и Хаоса. Белис Корона также страдал от сил Архиврага, да и флот Империума нёс жесточайшие потери.
В другом месте боевая группа «Затмение» смогла остановить набеги рейдеров тёмных эльдар: несмотря на то, что корабли флота были сильно ослаблены, им удалось нанести сокрушительное поражение флоту ксеносов и множество храбрейших сынов Империума отдали свои жизни в тех битвах. Победа над флотом тёмных эльдар стала великим праздником, но Имперский Флот знал, что теперь надо удесятерить бдительность, чтобы снова не допускать таких вторжений.
Падение Ибриума
Вскоре Абаддон развязал вторую фазу своего вторжения: один из его союзников — Эреб, с помощью тёмного колдовства наслал великие беды на подданных Императора Человечества. В мире-храме Экклезиархии Ибрия, Тёмный Апостол приказал построить огромные соборы, посвящённые тёмным силам варпа (согласно данным разведки они были построены за счёт миллиона душ, обещанных Императору). По завершении тёмных памятников Эреб приказал совершить ритуальную казнь оставшихся невинных, причём грехи Апостола не закончились геноцидом: обряды вызвали ярость в Эмпиреях, варп-штормы, угрожавшие полностью отрезать Кадианский сектор от остальной Галактики, и Око Ужаса стали злобно пульсировать.
Сырая энергия варпа прорвала тонкую ткань реальности и призвала громадные варп-штормы по всему региону: многие отдалённые сегменты, такие как Скелус и Калибан, теперь были охвачены бурями, которые просто отрезали их от остальной части Галактики, а мерзкие обитатели варпа ходили по поверхности этих планет. Ибриум стал одним из самых пострадавших миров: где когда-то гордо возвышались соборы Экклезиархии, теперь кощунственные памятники варпу провозгласили господство Хаоса; этот мир-улей стал навсегда потерянным для Человечества.
Вскоре, астропатические сообщения с кораблей, находившихся поблизости от Ока Ужаса и трёх варп-штормов сообщили Командованию, что Эреб захотел полностью изолировать войска Империума, сделав варп-путешествия практически невозможными. В определённой части Эреб праздновал победу, но силы Империума всё ещё оставались в контакте с большинством своих подразделений посредством астропатической эстафеты. Варп-штормы продолжали усиливаться, заставляя Высшее Командование работать на пределе своих возможностей; был потерян контакт с целыми мирами, армиями и флотами, в результате чего оно было вынуждено полагаться на более способную к компрометации астропатическую связь, хватаясь за каждый клочок информации.
Предатель
Несмотря на штормы, отчёты астропатов продолжали просачиваться к Высшему Командованию: самым тревожным и жутким стало сообщение от Сил Планетарной Обороны мира Табор, в котором говорилось о том, что никто иной, как Кхарн, «Предатель» Легиона Пожирателей Миров, напал на этот обречённый мир и пролил кровь его отважных защитников во имя Кхорна. Несмотря на прибытие этого дьявола, войска Империума смогли добиться успеха в Таборе и секторе Агрипинаа. Если бы имперские защитники смогли удержать ярость Кхарна, ситуация в этом мире была бы более приемлемой.
Голос Погони
Во время 13-го Черного Крестового похода возродилось древнее соперничество между Тёмными Ангелами и Космическими Волками, что вызвало серьёзное нарушение имперской обороны в зоне Сентинел Ворлдс. Хоть обе силы действовали в одном мире в течении нескольких недель, они отказались координировать свои действия, нанося вред Имперской Гвардии, поскольку она не могла оказать помощь ни одному из этих орденов. Внезапно ситуация изменилась: Тёмные Ангелы покинули район в поисках своего Отступника, которого они отказались идентифицировать. Тёмные Ангелы искали еретика, называвшего себя «Глас Императора», который действовал в мире Лелитара.
Тёмные Ангелы нанеси несколько ударов этой фигуре, но каждый раз обнаруживали, что постоянные нападения на их святую землю — Калибан, заставило их рассредоточить силы: каждый раз, когда Легиону удавалось накрыть прибежище «Гласа», он таинственным образом выскальзывал из любой западни, оставляя насмешливые еретические граффити.
«Глас» передал несколько вокс-сообщений с неясными отсылками к истории I Легиона, а также озвучивал свои претензии к примарху Лиону Эль'Джонсону. Тёмные Ангелы со своими преемниками с яростью опровергли эти передачи; Тёмные Ангелы и Непрощённые неустанно преследовали этого еретика, и, в конечном счёте настигли его. Но, когда «Глас» лежал в трюме одного из судов, он каким-то необъяснимым способом смог обрести свободу и сбежать.
Зелёный Кристовый Паход
Воспользовавшись состоянием анархии, царившей на имперских мирах большая группировка орков начала атаку на Сектор Скарус. Этот так называемый «Зелёный Кристовый Паход» был чрезвычайно хорошо скоординирован и вскоре смог уничтожитть оборону нескольких миров, в частности, Леты XI. Орден Чёрных Храмовников смог отвлечь несколько отрядов, чтобы разбить их по частям, прежде чем они соберутся в полноценный Waaagh!.
Битва за Каср Хольн
Силы Хаоса продолжали атаковать войска Империума по всему региону, окружающему Око Ужаса. Мир-крепость Каср Хольн, одна из внешних планет Кадианской системы перенесла самые тяжелейшие наземные атаки, волна за волной взбешённых мутантов нападала на стены крепости. Пятнадцать полков Кадианских штурмовиков заняли оборонительные сооружения совместно с развернутыми Легионом Коллегия Титаника. Но если бы только кровожадные мутанты атаковали столицу Каср Хольн, то нападение можно было бы пережить, но за нападениями также стоял Черный Легион.
По плану Легиона миллионы мутантов должны были безостановочно нападать на стены города, истощая запасы вооружения защитников. Каждая волна была отбита ценою жизней храбрых сынов Кадии. Только когда нападавшие вновь собрались в неорганизованную толпу, Чёрный Легион перешёл в наступление, которое лишь по счастливой случайности не пробило ряды обороны защитников. Тем не менее, каждая волна штурма истощала ряды защитников Империума.
Лорд-кастелян Крид перенёс свою ставку с Кадии в Каср Хольн, дабы противостоять быстро развивающемуся кризису, полагая, что его присутствие придаст новые силы защитникам. Он лично возглавил контратаку своего Восьмого Кадианского, который смог отбросить силы мутантов и Чёрного Легиона. Эта контратака стала величайшим успехом: когда Крид со своими людьми вернулся к стенам Каср Хольна, вся восточная стена разразилась приветствиями многих тысяч людей. Но вскоре битва за Каср приняла новый и неожиданный поворот, в который едва можно поверить, не взглянув своими глазами.
В разгар следующей волы штурма восточной стены крепости, когда казалось, что Чёрный Легион вот-вот обрушит стены крепости, внезапно появилась 13-я рота Космических Волков, нанеся сокрушительное поражение Предателям. И силы Хаоса, и защитники города (даже те, кто далеко находился от осадных линий) своими ушами услышали злобные вопли этих воинов-варваров; этот звук заставил всех замереть — мутанты мгновенно начали отступление, а их хозяева из Чёрного Легиона пытались предотвратить разгром. Их усилия были напрасны: множество легионеров было растоптано и подверглось атакам; те, кто не погиб, были вынуждены покинуть поле боя (что было неслыханным действием, так как раньше Чёрный Легион никогда не сдавал своих позиций). Атака же 13-й роты прекратилась также внезапно, как и началась; вскоре они исчезли, не попытавшись связаться с другими силами Империума.
Возрождение Империума
С таким количеством секторов, которые теперь были отрезаны от подкрепления Империума, в сегментуме Обскурус война вспыхнула с новой разрушающей силой. Боевые действия в таких регионах, как Кадианский, Скарус и Агрипинаа достигли беспрецедентного уровня, миллионы взялись за оружие, лишь бы только удержать Кадианские Врата от падения. Судьба вдруг предприняла удивительный поворот: линейный флот Солар прибыл на многие недели раньше, чем ожидалось; потерянная Великая 13-я рота Космических Волков добавила своей дикой мощи в битву за Каср Хольн, а могучее судно «Герцог Аристофан» во главе батальона Имперского Флота прибыло, дабы оказать помощь защитникам Кадианской Системы. Под изломанным небом Кадии Лорд-Кастелян Уркасар Е. Крид начал крупную контратаку против войск Хаоса, наводнивших мир-крепость, в то же самое время Орден Белых Шрамов преследовал войска Архиврага по всему сектору.
Крестовый поход Астартес
После долгих недель осады, защитники Кадианских Врат наконец-то получили подкрепление от объединённых сил десятков орденов космодесанта: этот имперский крестовый поход был собран из самых отдалённых областей Галактики, ответив на призыв к оружию еще в тот момент, когда силы Абаддона начали своё вторжение. Крестовый поход космодесанта был с радостью встречен потрепанными и окровавленными защитниками Кадианских Врат: эти космодесантники наконец смогли соединиться со своими боевыми братьями; все были готовы ко встрече с воинством Архиврага.
Соперничество между Тёмными Ангелами и Космическими Волками быстро затмилось вестью о предполагаемом Падшем Ангеле, наблюдавшемся возле руин Калибана, а также слухами об якобы уцелевшем артефакте Лемана Русса, который был найден в мире Немезис Тессера. Кровавый Ангелы после их прибытия в Каср Партокс готовились к крупнейшей атаке Пожирателей Миров; Тифус, Герольд Нургла лично повёл свои войска в битве за Махарию, телепортируясь и убивая гвардейцев, прежде, чем вернуться на свой флагман — его дар страха захватил кадийцев еще сильнее, чем мор и язвы, которые он распространил.
Заново установив контакты с магистрами других орденов, Логан Гримнар отдал приказ: все силы Астартес должны быть сосредоточены на защите Кадианского сектора, секторов Белис Корона и Агрипинаа; теперь было начато скоординированное нападение, целью которого было отбросить захватчиков. Многие в Высшем Командовании молились, чтобы Тёмные Ангелы и Космические Волки отбросили свои многовековые разногласия и сплотились перед лицом общей опасности.
Но и силы Архиврага не бездействовали: их космодесант Хаоса теперь участвовал в каждом сражении; предатели были поглощены ненавистью к своим бывшим боевым братьям и были одержимы жаждой крови. С такими легендарными воинами как Кровавые Ангелы, Черные Храмовники, Имперские Кулаки, Воющие Грифоны и Белые Шрамы, у сил Империума наконец-то появился шанс на успех.
Агрипинаа
Четыре роты Кровавых Ангелов откликнулись на призыв защищать Кадианские Врата; значительная их часть тотчас же атаковала силы Хаоса в мире Агрипинаа, надеясь застать врасплох Лорда Хаоса Коссолакса и его отряда «Отрёкшихся». В эпичном противостоянии, сравнимым с противостоянием Сангвиния и Ка'Бандхи, при закрытии Последних Врат Кровавые Ангелы бросили вызов врагу.
Коссолакс, осознав, что его подчинённые практически бессильны против яростных сынов Сангвиния, воззвал к помощи демонов Кхорна: тысячи были убиты в считанные часы в кровавом жертвоприношении, их кровь текла по Агрипинаа как водопады; наконец, аватар Владыки Черепов, ужасный Кровожад прорвался сквозь ткань реальности.
Первые Кровавые Ангелы, вставшие у него на пути были мгновенно разорваны, а зверь пожирал их тела, насмехаясь над их боевыми братьями. Остальные космодесантники при виде этого впали в гнев, бросившись на демонов без раздумий о собственной жизни. В разгар битвы Сангвинарный жрец Нумитор столкнулся с демоном, нанеся ему ошеломляющий удар. Воспользовавшись преимуществом, братья Роты Смерти попрыгали демону на спину, но он, придя в ярость, оторвал Нумитору руку своим хлыстом. Жрец держал в руке одну из величайших реликвий Ордена — Кровавую Чашу, которая несла в себе несколько капель крови божественного Сангвиния, и, благословенная жидкость пролилась на запятнанную мостовую.
Все Кровавые Ангелы застыли в изумлении, видя как священна кровь их Примарха впитывается в землю; вскоре тишина рассеялась, так как Нумитор впал в священный гнев, выкрикивая слова из Обряда Посвящения. Собравшимся братьям Роты Смерти явились видения, как кровь их Примарха была пролита рукою Архипредателя Хоруса.
Рота Смерти впала в боевое безумие: они повергли Кровожада силою своей священной ярости, не обращая внимания на то, что большинство Роты в этой атаке погибло, прежде чем обратило свою ярость на Коссолакса и его «Отрёкшихся». Пожиратели Миров были изгнаны из Агрипинаа выскокой ценой; хоть летописи Боевых братьев Кровавых Ангелов будут отмечать этот день как одну из величайших побед ордена, но всё-таки Коссолакс бежал от возмездия. Нумитор поклялся во что бы то ни стало выследить его.
Кампания Диамор
Кровавые Ангелы часто попадают в самые великие и страшные воины Империума, сражаясь с динамизмом и яростью, которая вызывает страх даже у их братьев — космодесантников. Но в последнее время их тактика стала более тонкой, в частности, одновременно в Третьей Войне за Армагеддон и сражениях вокруг Ока Ужаса против кошмарного флота-улья Левиафан. Именно на Криптосе Коммандор Данте столкнулся с ужасающим Криптоид Тендрил — осколком флота-улья Левиафан, который направился прямиком к родине Кровавых Ангелов — Ваалу. Боевые Братья одерживали верх над противниками, но Ваал всё ещё был под угрозой; силы Данте с огромной скоростью прошли через варп и поддержали силы обороны родного мира, но эти вести дошли до Астората Мрачного только спустя несколько недель.
Новая угроза Системе Диамор — вторжение сил Хаоса, которые могли подорвать оборону Кадианских Врат застала Верховного Капеллана Кровавых Ангелов и его Пятую роту на пути к Ваалу. Данте, скрепя сердце, отвёл большую часть своих сил, отправив часть из них на Диамор.
Приливы варпа оказались непостоянными: боевые корабли Первой и Второй рот немного опоздали, прибыв на Диамор только на несколько минут позже Астората и его Пятой роты; временная задержка оказалась решающей — когда Первый Капитан Карлаэн связался с Пятой ротой, Рота Смерти уже несла потери. В тот самый момент, когда корабли Кровавых Ангелов вошли в системой, внезапно они испытали сильнейшую психическую атаку: это было какое-то волшебство варпа, которое повергло их корабли в шторм и начало воздействовать на умы боевых братьев. Шторм нёс с собой видения, которые каждый Кровавый Ангел не хотел видеть — оно пробудило доселе спавшую Чёрную Ярость. Казалось, что вся Пятая рота была затронута ею.
Возникла тишина, когда Карлаэн попытался осознать это сообщение. Лорд Асторат, капелланы и библиарии — все, кто уделял внимание тренировке своей ментальной защиты выжили и не поддались проклятию; судьба остальных была горше — смертные пилоты очнулись в ужасе, многие из них были убиты обезумевшими боевыми братьями. Чистый бедлам начался на борту Пятой роты. Первый Капитан немедленно направил капелланов Первой и Второй рот, а также Сангвинарную Гвардию, чтобы помочь оставшимся в живых и вернуть им самоконтроль, восстановив боевое построение кораблей.
Отмщение и Смерть
После того, как их братья снова обрели контроль, Кровавые Ангелы, не теряя времени начали атаку; они не могли сделать этого достаточно быстро, так как силы противника были хорошо подготовлены: северное и южное полушарие мира Аметал, как оказалось, были хорошо укреплены.
Рота Смерти десантировалась с небес в Хаб Бета-Секундус в две волны. Капеллан Даэнор и его Боевые Братья спустились в комплекс Механикус, приземлившись между Багровой Резней и её добычей. Хаоситы поразили пять основных концентраций сил Механикум на планете, эти зоны получили название: «Бойня», «Жестокость», «Ненависть», «Злоба» и «Погибель». Кранон Непримиримый возглавил атаку Хаоса в Боевую Зону «Бойня». В этот же самый момент Асторат и Лемартес привели свою Роту Смерти к внешнему краю оборонных щитов, стремясь окружить силы Кранона. Багровая Резня сама оказалась в ловушке оборонительных сооружений, которые они наводнили.
Рота Смерти действовала крайне эффективно: Багровая Резня была отброшена на каждом фронте и была вынуждена сплотиться на окраинах Бета-Секундус; многие из хаоситов мутировали благодаря энергии варпа, которая заставляла их буквально взрываться. Атака Багровой Резни захлебнулась, хаоситы были зажаты в клещи между Ротой Смерти и силами Маханикус.
Даэнор с гордостью отметил, что его Рота Смерти сражалась силой и мужеством, несмотря на то, что противник бросил на них все силы: начиная от демонических машин и заканчивая созданиями варпа. Кровавые Ангелы усилили атаку, стремясь уничтожить каждого предателя, попавшего в их поле зрения.
Защита Аметила
Элементы Первой, Второй и Пятой рот, Асторат Мрачный и Лемартес заставили силы предателей бежать. Прибытие Кровавых Ангелов изменило диспозицию сил на Аметиле, сделав наступление на каждом фронте согласованным, более того, атака Роты Смерти на центр Бета-Секундус заставило Кранона Непримиримого и его войска снова смешаться. Какое-то время казалось, что удача на стороне Империума, но не тут то было: ответ сил Хаоса был поистине разрушительным — Лорд Хаоса и чёрнокнижник Ксорфас из Чёрного Легиона планировал такое развитие событий. Когда он начал свой чёрный ритуал, в систему прибыл Кхарн Предатель со своим конгломератом берсерков, известных, как «Орда Мясников».
Силы Кхарна, также возглавляемые Лордами Корбадашем и Вракхой высадились в посадочных капсулах на Аметил. Вскоре Кхарн самолично возглавил штурмовую группу, сея на своём пути смерть и разрушение, но «Орда Мясников» встретила достойных соперников в виде Роты Смерти. В дуэли между Кхарном и капелланом Даэнором последний смог заманить нападавших прямо на Титан класса «Грабитель» ил Легио Металика. Эта атака ознаменовала контрнаступление лоялистов, которые уничтожили силы предателей; но всё это только ускорило их наплыв и вскоре они стали теснить силы Кровавых Ангелов.
Тем не менее, под руководством Астората и Даэнора Рота Смерти восстановила свои боевые порядки. Подстегиваемые капелланом Лемартесом, Рота Смерти начала диктовать свои условия на поле боя, что застопорило движение Кхорнитов. Однако вскоре Кровавые Ангелы понесли ужасающие потери: более девяноста процентов Роты Смерти было истреблено к тому моменту, когда первые титаны достигли точки столкновения противников. Грохот, издаваемый титанами заставил Кхорнитов отвлечься, предоставив Асторату и Лемартесу время для
перегруппировки остатков своих сил. Капитан Даэнор был спасён с поля битвы самим Асторатом, изрубленным и избитым самим Кхарном Предателем. Потеря Роты Смерти была приемлема, так как их судьбой была гибель в самоотверженной битве и они продали свои жизни так дорого, как могли. Однако Асторат спас Даэнора, поскольку капеллан был одним из лучших в своём деле.
Хекс Инферниум
После нападения титанов силы Кхорнитов отступили от центра Бета-Секундус, начав мародёрствовать по всему миру в поисках крови и черепов. Уцелевшие Легио Металика также отступили: их присутствие было необходимо в других местах для защиты от новых волн демонического вторжения. Эта опасность не закончилась на Бета-Секундус; война протянула свои щупальца на всю поверхность Аметила. Контратаки имперцев отбивались огромными демоничесими машинами, предатели получали постоянный поток подкреплений, силы Империума же постепенно истощали свои ресурсы. Неизбежной арифметикой войны стал главный вопрос: когда же силы Хаоса победят?
Когда Кровавые Ангелы приготовились к последней самоубийственной атаке, пришло чудо: пылающий золотым светом Сангвинор пришёл на помощь детям Сангвиния, сплотив их вокруг себя. С помощью своего покровителя Кровавые Ангелы сломили Хекс Инферниум, лишив предателей подкрепления и демонических машин. Когда Багровая Резня попыталась атаковать Кровавых Ангелов, Лорд Корфас возрадовался, так как его махинации наконец-то принесли плоды: чёрнокнижник надеялся, используя бойню на Аметиле зарядить мощный демонический артефакт, известный как «Камень Банши», дабы создать огромный варп-разлом, который утопил бы систему Диамор в потоках демонического вторжения. В результате, разрушения, нанесённые Нерождёнными распространились от Кровавого Пути Абаддона до Диамора и самой Терры.
Вопящая Яма
Вследствие разрушения Архангелами Иолина война в системе Диамор вошла в решающую фазу: после всего нескольких часов после разрушения Хекс Инферниум Империума сказал своё победное слово по всей звёздной системе. Тем временем пехота Хаоса пошла на штурм; пришло время победы или смерти. Чёрный Легион после уничтожения Иолина поразил Аметал. Они сосредоточили свою силу на в центре Бета-Секундус; силы Империума готовились взять врага в клещи и раз и навсегда положить конец владычеству Хаоса. План принадлежал Капитану Афаэлю, который действовал на южном фланге наступления. Действуя как единый организм, армии Империума шли сквозь разрушенные города. Внезапно они попали под обстрел кораблей Чёрного Легиона, которые сбросили бомбы, разметавшие Рыцарей и превратившие Скитариев в пепел. Лэнс-лучи рассеивали пустотные щиты Титанов и вносили сумятицу в ряды космодесантников. Однако силы Империума не ослабили своего напора.
Силы Адептус Механикус поняли, с какой целью Чёрный Легион атакует эту планету — целью было то, что Техноархеологис Доминус Иваснофон и его последователи из мира-кузницы Металика принесли на эту планету. Это была невероятная сила, хотя Хаос и Империум искали её по разным причинам. Лорд Ксорфас стремился найти её для Абаддона, дабы тот смог проложить свой Багровый Путь через всё пространство Империума. Причина всей битвы — «Камень Баньши» — тюрьма, размером с мир, выкованная богоподобными существами в те времена,когда Терра породила первые одноклеточные организмы; Это была клетка для варп-сущностей, адского оружия, которое проскользнуло сквозь пальцы Абаддона в мир Пандоракс. И, согласно предсказанию Ксорфаса, она была до краёв набита демонами; для её открытия требовался только правильный ритуал, её открытие разорвало бы саму ткань реальности.
В то время, как бушевала битва между Кровавыми Ангелами и Чёрным Легионом, Ксорфас прибыл к месту главных раскопок в Боевую Зону «Бойня» в центр Бета-Секундус. Его целью были «врата» демонической клети; благодаря Багровой Резне Ксорфас знал про «дыры» в обороне Империума и смог просочиться через них со своим отрядом. Несмотря на то, что Кровавые Ангелы почти выиграли сражение, их чемпионы вдруг почуяли неладное: воины проваливались в раскопы, где сталкивались с кричащим ужасом артефакта Хаоса «Камня Баньши», покоробленного кристалла размером с торпеду, который прорастал прямо сквозь трещины в камне.
Хотя ритуал и был почти завершён, Ксорфакс понял, что опоздал: «Камень Баньши» достиг пика своей ужасающей силы, нанеся огромный урон посвящённым, которые сдерживали открытие демонических врат. Чернокнижник приказал своим силам отступать; в сопровождении терминаторов они обратили свою психическую мощь на Кровавых Ангелов. Бойня продолжалась несколько часов, и, только благодаря мужеству библиария Асмаэля и его Боевых Братьев удалось уничтожить войска Хаоса и сломить сопротивление «Камня Баньши». К этому моменту флот Предателей рассеялся, отступив в неизвестном направлении.
Кровавые Ангелы собрали свои силы с поверхности Аметала. В последние часы по планете прокатилась волна взрывов, уничтожившая все следы деятельности Хаоса и оставившая после себя только пепел. Через семь дней планета стала похожа на разорванную раковину. разрушение были невообразимы, хоть Кровавые Ангелы и одержали победу, отбросив силы Архиврага. Не было никаких признаков Сангвинора: сам Даэнор видел, как тот исчезает в небесах. Но когда вновь настанет тёмный час он вернётся на помощь своим братьям.
Империум считал, что выиграл войну на Аметале и сорвал планы Разорителя. Один только Асмаэль понял, что силы Хаоса нанесли «Камню Баньши» больше вреда, чем Кровавые Ангелы. Возможно, поражения на Аметале не избежать, а оно было просто отложено. Энергии дьявольского артефакте больше не нужны — Ксорфас и его люди добились своих дьявольских целей. Крепления демонической клетки были сломаны — это был только вопрос времени. Прежде чем уйти к Ваалу, Кровавые Ангелы оставили библиария Асмаэля и отряд из десяти скаутов, чтобы наблюдать за обстановкой на Аметале; эти Кровавые Ангелы останутся, дабы оценить истинную степень нанесённого урона и пронаблюдать... если тюрьма «Камня Баньши» вновь откроется.
Амистел Майорис
Семь из восьми рот Воющих Грифонов участвовали в изнурительной траншейной войне на Амистел Майорис. Разорвав ряды флота Гвардии Смерти, блокирующего мир, вторая по восьмую роты прибыли вовремя, дабы укрепить линии обороны Астра Милитарум Гвардии Дроокиан Фен, которая страдала от огромных потерь в адской эпидемии, направленной силами предателей против них. Днём Воющие Грифоны и титаны Легио Асторум были единственной силой, способной поддержать оборону, созданную Дроокианами. Любой воин, не облачённый в силовую броню на открытом воздухе, заражался смертоносной чумой и умирал в ужасных мучениях, обеспечивая себе место в рядах чумных зомби Нургла.
Превая рота, включая главу Ордена Альваро преследовала особо жестокую банду Повелителей Ночи, известную как «Избранные» под командованием демон-принца Периклитора. Широко известно, что Вобщие Грифоны испытывали особую ненависть к этому демон-принцу.
Орден Железных Рыцарей был вовлечен и Крестовый поход покаяние за несколько десятилетий до начала 13 Чёрного крестового похода; в результате, они были первыми, кто столкнулся с войсками Разорителя в этом секторе Галактики. Элитная Превая рота вскоре увязла в защите Амистел Майориса, поддерживая Ревущих Грифонов в их траншейной войне. Боевая зона вскоре превратилась в чумную трясину, состоящую из болот, через которые защитники были вынуждены пробиваться, дабы отбить сопротивление врага; капелланы Железных Рыцарей вскоре были вынуждены проводить ежедневные обряды очищения, дабы предотвратить распространение чумы. Их проповеди были связаны с тем, что в это самом месте их орден отдавал долг Императору, даже если это будет стоить жизни последнему члену ордена. К концу третьей недели Амистел Майорис ужа считался достаточно безопасным, чтобы часть его защитников могла отправиться в Кадианскую систему к Надежде Святого Джосмана, дабы укрепить её.
Белис Корона
По прибытии в Кадианские Врата орден Обреченных Орлов отправил свои силы в ряд боевых зон, в частности, в те районы, которые больше всего пострадали от рук Хаоса. Крупнеёший из этих отрядов — Третья рота Капитана Луктуса сражалась субсекторе Белис Корона, где сражалась с заразившимся Чумой Неверия. Только те, кто обладал истинной верой могли ей противиться, и не один из Обречённых Орлов не пострадал от этого заболевания. Обреченные Орлы оказались чрезвычайно эффективной силой в борьбе с чумными зомби, отказавшись от поддержки прочих орденов.
Подкрепления Адептус Астартес
Ряд других орденов участвовали в обороне Кадианских Врат. Вот их названия:
- Предвестники — хотя в это время они очищали от орков Писцианский Пояс, у ордена были старые счёты с Гвардией Смерти; их враждебность к Предателям началась с налёта на их родной мир Бирмингем, «Чёрную Планету» Гвардии Смерти совместно с Фабием Байлом. Глава их ордена Нимрод Градж получил сообщение о вспышке Чумы Неверующих и мобилизовал орден. Оставив большую часть ордена на Писцианском Поясе и Чёрной Планете, Первая, Четвёртая, Седьмая и Девятая роты погрузились на свою боевую баржу «Неумолимая ярость» и отправились к Немезис Тессера. Сразу по прибытии им была поручена особая миссия; учитывая их искусность в абордаже космических скитальцев и планетарных штурмов, можно предположить, что миссия учитывала их особые навыки.
- Образцовые Десантники — глава ордена Максим Абсолон задействовал весь орден, кроме Резервной Роты, прибыв к Кадианским Вратам на неделю позже Логана Гримнара; приняв Великого Волка в качестве командира Абсолон развернул свои силы в соответствии с приказом Гримнара, чтобы укрепить те места, оборона которых будет вот-вот прорвана. К сожалению, Абсолон пропал на первоначальном этапе конфликта, в то время, как его Рота пыталась вытащить глав Станции Астропатов, прежде чем силы Абаддона переполнили планету. Пятый Колумнский полк, полк предателей во главе с полковником-демагогом Джобом нанёс удар по системе Белис Короны. Абсолон пошёл на прорыв через значительно превосходящие силы противника; его «Громовой Ястреб» был сбит и упал в джунглях. Абсолон был указан как «Пропавший без вести», хотя его орден не отказался от надежды в то, что он, возможно, пережил катастрофу и всё еще сражается за вражескими линиями. Тем не менее, второй командир и преемник Абсолона, капитан Рауль дистанцировался от Логана Гримнара, предпочтя идти по своему пути, прислушавшись к своим советникам.
- Сыны Дорна — были одними из тех, кто принял основной удар войск Разорителя в мирах, расположенных рядом с Оком Ужаса. Они доблестно защищали эти миры, подобно своему герою Александросу Великому, который освободил их ранее. В обороне было задействовано более половины ордена.
- Покорители — орден отправил три роты на Кадию, после сообщения, что Разоритель вернулся, пообещав, что оставшиеся людские ресурсы поступят, когда будут собраны. Орден прибыл на двух могучих боевых баржах в тот момент, когда флот Хаоса начал вторжение в Кадианскую Систему. Силы ордена бросились с места в карьер, особенно отличилась Третья рота, вызвавшая перегрузку реактора, которая уничтожила звездный форт класса «Рамилес», который захватили силы Хаоса. Только небольшая часть роты пережила этот взрыв, их героическая жертва, несомненно, спасла множество жизней защитников поверхности Кадии. Однако покорители были деморализованы после гибели Третьей роты: Первая и Пятая роты понесли тяжёлые потери, особенно во время осады Каср Галлан и последующего отступления арьергарда в Тарнском Отступлении. Покорители были недавно основанным орденом и потеря 168-ми боевых братьев для них стала сильным ударом, особенное в тех случаях, когда апотекарии Легиона не могли восстановить геносемя павших. В конце концов перед орденом встал выбор: перегруппировка для восстановления собственной численности, или полное уничтожение.
- Белые Шрамы — первыми Белыми Шрамами, добравшимися до Кадианских Врат было Братство Хаджог-Хана, лидера, ставшего известным в ходе Третьей войны за Армагеддон и дюжиной других кампаний. Хаджог привёл свои силы, начав серию точечных ударов по мрачным болотам этого мира. В течении краткого периода времени Братство Хаджога стало серьёзной угрозой планам Абаддона: Белые Шрамы глубоко прорвали вражеские линии, их действия были особенно эффективны во время осады Каср Мирака, Солика и Рантика, когда они отвлекли войска Абаддона, которые были вынуждены преследовать неуловимых воинов. оказалось, что атаки Братства были слишком эффективны: Абаддон приказал любыми путями выследить и уничтожить Братство; он знал, что Белые Шрамы хотят разбить его войска по частям. Отправив Первую роту Черного Легиона и орду мутантов, предателей и культистов на болота, Абаддон начал охоту. Благодаря пророческому дару одного из советников Разорителя — Зарафистона, Хаджог был выслежен. Не зная этого, Хаджог предпринял набег на вражеский поезд рабов, проходивший к западу от Озера Ужаса, только чтобы обнаружить, что конвой не содержал в себе имперских пленников, а в нём находились Избранные Абаддона. Первая волна налётчиков Белых Шрамов напала на конвой, только чтобы оказаться под прицелом орудий Чёрного Легиона; четыре отряда мотоциклистов, понимая, что у них практически нет шансов против такого врага, продолжили своё движение, решим выиграть время для того, чтобы другие отряды смогли перегруппироваться. Воины первой волны дорого продали свои жизни, Хаджог неохотно приказал своим людям отойти, поклявшись отомстить за павших боевых братьев. Но Хаджог не смог выбрать следующее место встречи с врагом, так как Братство обнаружило, что все пути отступления перекрыты врагом; Хаджог решил, что отступление перед лицом врага нанесёт ему бесчестье и занял оборону у Пилона на берегу Кадукадского моря. С пилоном за спинами и перед лицом врага, Белые Шрамы решили защищаться в соответствии с давними традициями Чогориса, начав самоубийственные атаки против врага. Шестьдесят Белых Шрамов врезались в орду, по крайней мере в пятьдесят раз превосходившую их по численности, а Хаджог шёл в первых рядах своих людей. Когда его люди были выбиты из сёдел, Хаджог проехал на своём мотоцикле через море мутировавших тел и стал последним павшим в тот день Белым Шрамом. И Грозовые пророки Белых Шрамов утверждали, что его тень всё еще осталась на руинах Кадии, неспособная вернуться в родной мир Чогорис до тех пор, пока головы убивших его не будут срублены и не падут на землю.
Эвакуация Лортокса
Как только флот Абаддона был замечен у агромира Лортокс Рота Чести Ультрамаринов предприняла смелую атаку против флота Разорителя в тот самый момент, когда «Убийца Планет» объявился на окраине сектора Агрипинаа. Действия Сил планетарной обороны дали время для эвакуации значительной части населения, до того, как их мир был уничтожен «Убийцей Планет». Почётная стража смогла повредить громадное судно, но у того хватило сил дать отпор. После эвакуации Рота ушла на Кадию и окружающие звёздные системы, начав серию операций по противостоянию силам Разорителя: эти атаки проводились против космических скитальцев, используемых для транспортировки войск Абаддона, и были весьма успешны.
Трациан Примарис
По прибытии в Сегментум Обскурус первым действием Чёрных Храмовников стало освобождение Трациан Примарис, который в течении многих недель сдерживало войско Архиврага. Основная часть войск состояла из боевых братьев, ранее начавших охоту за Газгкуллом Маг Урук Тракой, орочьим ваиводой, который развязал войну в мире-улье Армагеддон и их участие в акции на Трациан Примарис остановило крестовые походы Черных Храмовников.
Чёрные Храмовники разметали нескоординированный боевой флот Хаоса, в кратчайшие сроки прорвав блокаду, и приземлились в центре Центра Логистики Департаменто Муниторум в Улье Деметр. Боевые братья были встречены осаждённым населением как освободители, но не стали оставаться в мире-улье, продвигаясь вперёд чтобы заставить силы Хаоса вернуться через сектор Скарус в Око Ужаса.
Битва за Медузу
Когда Силы Абаддона Разорителя появились в районе Кадианских Врат в 999.М41, орден Железных Рук знал, что их родной мир Медуза столкнётся с неизбежным вторжением, благодаря близкому расположению к Оку Ужаса, и поэтому орден начал готовиться к обороне. Учитывая, что Медуза была единственным миром, с которого Железные Руки вербовали своих рекрутов, они были вынуждены защищать его изо всех сил. Хотя известно, что две Клановых Роты были задействованы где-то в другом месте, но основные силы использовалась для защиты их родного мира.
Крупнейшее сражение разыгралось, когда 10 громадных самоходных крепостей Клановой Роты Железных Рук столкнулись с вторгшимися на планету предателями Гвардии из Тринадцатого Тяжёлого Бронетанкового Полка Харадни. Геологически неустойчивые равнины Медузы приняли на себя одно из крупнейших танковых сражений, которая видела Галактика со времён Битвы за Талларн, во времена Ереси Хоруса, когда более десяти тысячи танков предателей штурмовали крепость Железных Рук. Последущая битва бушевала в течении пяти дней, так как предатели засели в пределах огневых рубежей передвижных крепостей Железных Рук. Когда боевые братья открыли огонь, говорят, что первым залпом было уничтожено более ста танков, так как каждая Клановая Рота распоряжалась огневой мощью, равной Центурио Ординатус Адептус Механикус.
На пятый день, в разгар битвы, предатели прорвали линии обороны Железных Рук, а танки войск Архиврага обошли одну из мобильных крепостей и выпалили в неё почти весь боезапас. Железные Руки в ответ начали яростную контратаку, возглавляемую Штурмовыми отделениями, вооружёнными мелта-бомбами, которые слетели с зубчатых стен мобильной крепости, дабы приземлиться на вражеские танки. Несмотря на то, что множество боевых братьев погибло, их контратака уничтожила большинство броневиков предателей и заставила остальных сорваться в беспорядочное отступление. Именно тогда Железные Руки начали собственную атаку: целые подразделение «Хищников-Аннигиляторов» вырвались из передвижных крепостей, уничтожая целые подразделения Архиврага своим лазерным оружием.
Железные Руки смогли отстоять родную планету и даже отправить несколько Клановых Рот на защиту Кадианской системы, хотя они прибыли слишком поздно, чтобы спасти Кадию от её судьбы; целевой отряд был направлен к миру-флоту Вигилатум.
Битва за Каср Тирок
Тёмные Ангелы и Космические Волки откладывали свою давнюю вражду достаточно, чтобы Верховный Великий Магистр Азраил и Великий Волк Логан Гримнар пришли к временному взаимопониманию. Два ордена вышли на поле боя с намерением доказать Архиврагу, что объединённые силы Тёмных Ангелов и Космических Волков были сильнее, чем по отдельности; точные обстоятельства их соглашения, для тех, кто не являлся членом ордена, были неизвестны. Оба ордена вышли вместе на защиту Касра Тирок против значительных сил мутантов Хаоса. Объединённые силы боевых братьев врезались в тыл врагам, беспощадно сокращая их численность и Астартес каждого из орденов стремился превзойти другого в искусстве убивать.
После того, как последний мутант пал, дружеские подначивания боевых братьев стали менее дружескими: оскорбления наполнили воздух; победа была достигнута, но Сыны Лиона и Сыны Русса вскоре расстались, а их соперничество вновь подняло свою голову.
Битва за Каср Васан
Славная рота Имперских Кулаков прибыла к Кадианским Вратам в рамках массированного укрепления позиций силами Адептус Астартес, и пять их рот врезались в скопление врагов, осаждавших Кадию, при первом удобном случае. После мощных ударов боевых барж и ударных крейсеров ордена по флоту Хаоса, три роты Имперских Кулаков высадились на Кадии, в то время как две других отправились укреплять оборону других секторов, включая Медузу.
Первая, Вторая и Третья роты сыграли важную роль в защите ключевых позиций Кадии; Вторая рота особо отметилась своими храбрыми атаками против «Завета Стигаматуса», насчитывающего более десяти тысяч еретиков-фанатиков. В разгар нападения Хаоса Капитан Тиало отдал свою жизнь, прорвавшись сквозь укрепления и сотни мутантов, прежде чем поддаться ужасающим ранениям, нанесённым ему. Тем не менее, боевые братья приложили все силы, чтобы заключить его в могучего дредноута, дабы Брат-Капитан и после потери смертной плоти смог сражаться с врагами Империума Человечества.
Битва за Каср Гехр
- «Позвольте мне ясно сказать, джентльмены. Сейчас мы сражаемся за наши жизни. Архивраг заявился к нам в дом с большей силой и яростью, чем когда-либо прежде. Всё, что стоит между ним и победой — это мы. Мы, джентльмены. Мы должны стоять перед врагом от отбрасывать его назад. Почему? Потому что мы здесь, и, больше никто этого не сделает. Потому, что если кто-то считает, что не может выполнить свой долг перед Императором, то он должен предстать перед полковыми комиссарами и прекратить тратить своё время»
- – Лорд-кастелян Урcакар Е. Крид обращается к Кадианскому командованию во время защиты Кадии
Небо над боевыми зонами было сожжено падающими орбитальными снарядами и вопли миллиона умалишённых отдавались эхом. Шаги могучих боевых титанов сотрясли землю, а над ними пронзительно ревели двигатели Имперского Флота. Последние дни конфликта настигли Империум Человечества. Силы Империума могли только молиться, дабы не дрогнул не один из слуг Императора, выполнявший свои обязанности, так как поражение кинуло бы человечество к подножию костра проклятия и гибели. Заключительный этап 13-го Черного Крестового похода охватил секторы Кадии, Агрипины, Белис Короны, Скарус и Синшарский.
На Кадии имперские крепости падали одна за другой; линии битвы Кадус и Виклус находились под неусыпным взором вражеских войск, а имперские силы были задействованы в мобильной обороне. Лорд-кастелян Крид организовал полки Астра Милитарум таким образом, чтобы встретиться с каждым вражеским подразделением и отсечь его от остальных. Но численность войск Архиврага была такова, что эта стратегия быстро показала свою несостоятельность, заставив кадийцев перейти в глухую оборону, в тот самый момент, когда они возвращались к Каср Партокс. Целый Легион титанов предателей прошёл на горизонте, обрамленный пылающим небом, когда миллионы тонн снарядов упали с орбиты. Орда мутантов роилась под ногами титанов, жертвуя собой ради искажённых богомашин. Живая артиллерия прошла сквозь поле боя, выпуская снаряды размером с танки. С крепостных валов Каср Гехр слышались крики миллионов безумцев.
Но Кадианский Восьмой полк стоял в разных местах Каср Гехр и лорд-кастелян знал, что отправляет большинство из своего любимого полка на верную смерть. Но солдат это не волновало: они отстаивали честь «Избранных Лорда-кастеляна» в их священном долге перед Богом-Императором Человечества. В тот вечер противник атаковал крепость: сначала был ужасающий вопль, проникающий в сознание каждого человека, но никто не поколебался. Затем громадный артиллерийский обстрел пролил дождь смерти на стены крепости, но Восьмой Кадианский отказался дрогнуть. Затем пришла первая волна и мужчины и женщины Восьмого Кадианского открыли по ней огонь. Огненная стена лазерного огня встала на пути атакующих и от неё погибли тысячи. Многие истощили свои лазвинтовки к тому моменту, когда флаг-адьютант Джарран Келл прокричал приказ об отступлении второй роты от стен. Началось отступление к Каср Партокс.
Около десяти рот держались до последнего, чтобы позволить оставшейся части Восьмого Кадианского отступить. Эти отважные три тысячи должны были отступить от позиций в самый последний момент, но что-то пошло не так. Они были окружены, отрезаны и захвачены. День спустя силы Империума узнали об их судьбе: они были подвергнуты ритуальному потрошению. Влияние на боевой дух Империума было просто ужасающим — не каждый комиссар смог сдержать пораженческие настроения, в которые окунулись многие подразделения. Когда Битва за Кадию достигла апогея, воля её защитников висела на краю ножа.
Смерть Махарии
Глупой мечтой было найти «Убийцу Планет» до тех пор, пока он не покажется на театре военных действий: без предупреждения он появился на орбите мира Махарии в Кадианской системе. Хотя мало кто мог поверить в это, данный мир был разрушен одним-единственным судном. Он был потерян, а вместе с ним и миллионы граждан Империума, погибшие от рук Абаддона Разорителя и его самого страшного оружия. Ужас опустился на Высшее Командование Кадии: несмотря на многочисленные успехи многие офицеры пришли к убеждению, что войну не выиграть в короткие сроки. Там, где силы Империума прежде сражались, чтобы отразить нападение Разорителя, теперь они сражались, чтобы не дать силам Хаоса полностью их подавить. Это была мрачная парадигма и не одна из сил Империума не была готова её принять: они полагали что Абаддон не осмелится уничтожить Кадию, поскольку древние Пилоны считались неотъемлемой частью стабильности Кадианских Врат. Поэтому защитники Империума решили удерживать Кадию во что бы то ни стало.
Битва за Каср Партокс
Доблестные защитники Кадии встали на валы Каср Партокс против сил Хаоса. Огромная армия Архиврага встала против них; город-крепость на Кадии был защищён лишь двадцатью тремя полками Кадианских штурмовых войск и наряду с ними стояло несколько подразделений из ближнего и дальнего космоса: Кновийцы, Гудруниты, Мордианцы, Трацианцы, Джоурцы и тысячи других. Боевых братьев космодесанта представляли Тёмные Ангелы, Космические Волки, Роковые Орлы и другие, не указанные в записях Империума. Также было много иных слуг Бога-Императора: Сёстры Битвы Ордо Милитант Адепта Сороритас, могучие Серые Рыцари, десятки инквизиторов, осадные машины Ордо Редуктор, могущественные богомашины Коллегия Титаника и кибернетические Скитарии Адептус Механикус. И всех их исповедники Имперского культа предостерегали от предательства Бога-Императора.
Но количество защитников Империума бледнело по сравнению с противостоящими их силам: даже на вершине кастеллума Касра было видно, что враг заполонил каждый квадратный метр земли. Казалось, что каждый изменённый житель Ока Ужаса явился к стенам Каср Партокс.
В последующей бойне, защитники Империума были вынуждены оставить Каср Партокс и отступить к Кадукадскому морю, где они намеревались отступить к Каср Галлан. С падением Каср Партокс была нарушена структура взаимодействия, управления и контроля сил обороняющихся. Имперское отступление от Каср Партокс показало сильные стороны 13-го Чёрного Крестового похода, когда тысячи жизней были уничтожены, дабы основная часть сил Империума смогла отступить. Имперцам удалось добраться до Кадукадского моря, оставив тысячи павших, чьи тела были осквернены кощунственной силой Хаоса. Войска Империума бежали на бортах транспортных кораблей через Кадукадское море, вынужденные оставить большую часть своего тяжелого вооружения.
Последней группой оставшихся в живых была делегация Экклезиархии, тысячи проповедников которой участвовали в духовном благополучии войск Империума во время отступления из Каср Партокс. Некоторые из них остались, решив проповедовать слово Императора до самого конца, а их звучные песнопения заглушали даже взрывы вражеской артиллерии. Представители Покорителей также решили остаться, сказав, что эвакуируются последними после того, как всё остальное будет потеряно. Инженеры Астра Милитарум заминировали центр порта, чтобы обеспечить его полное уничтожение.
Битва за Кадию в космосе и небольшая отсрочка
Флот Империума также был собран на орбите Кадии для финальной битвы. Сражение на орбите началось: жертвы со стороны Империума были ужасны, но они отчаянно хотели защитить Кадианские Врата от Абаддона, который после их захвата открыл бы прямой путь к Терре, чего не удавалось даже Хорусу. Детали сражение на орбите сложно скомпоновать после хаоса отступления из Каср Партокс. Адмирал Куоррен, командующий Флотом Империума, сообщил, что основная часть его флота была разрушена, флот заплатил максимальную цену чтобы отбросить суда слуг Темных Богов.
В разгар битвы ненадежные сообщения показали, что флот некронов появился из неоткуда, напав как на Чернокаменную Крепость, так и на флот Хаоса. Спутанные и неполные записи — так Высшее Командование Кадии объяснит истинные детали выигрыша битвы на орбите. Независимо от побудивших их причин, корабли некронов вместе со своими нечаянными союзниками вынудили Чернокаменную Крепость убраться из Кадианской системы. Остальные суда Хаоса также последовали за ней, с их отступлением защитники Империума на поверхности планеты сплотили свои силы, дабы вернуть священную землю мира-крепости Императору.
Кадианские Пилоны
В Галактике, изобилующей тайнами, Кадианские Пилоны — одна из самых прочных тайн. Более пяти тысяч строений разбросано по поверхности Кадии, каждое из которых высотой пятьсот ярдов (около 500 метров) и шириной около 230 метров; сообщения отличаются друг от друга, но, судя по всему, под поверхностью Кадии скрыто от двух до трёх тысяч этих сооружений.
Несмотря на весь свой тысячелетний опыт, Адептус Механикус не смогли определить их предназначение; сервиторы, направленные на их изучение, неизменно перестают функционировать или страдают от перегрузок системы, а все попытки нанести хоть какие-то повреждения их поверхности обернулись неудачей. Любые данные о пилонах в лучшем случае фрагментарны, в худшем — противоречивы: даже личность их создателя не установлена.
Некоторые из Культа Механикус считают их работой некронов, или иных древних рас, таких как некронтир, но также на Марсе есть утверждения, что эти сооружения построены Древними с единственной целью — уничтожить некронов и их предводителей — К'Тан.
Единственное в чём сходятся исследователи — пилоны отвечают за стабильность варп-коридора Кадианских Врат. Механикус считают, что что они испускают особый сигнал, укрощающий бушующие волны Имматериума. Почему так происходит — загадка, хотя Кадианские Пилоны сыграли важную и неожиданную роль в последние дни Кадии...
Тень Опускается
- «Омниссия заполнил Галактику загадками, изучая которые, мы можем шаг за шагом к его божественной сущности. Игнорировать их, пусть даже перед лицом войны — ересь»
В тисках войны
Десять тысяч лет мрачные пустоши Ока Ужаса разъедали плоть Галактики, насылая свои ужасы на Империум Человечества. И всё это время, все эти десять тысяч лет, Кадия стояла, стояла неприступным бастионом, питаемая плотью, кровью и костями храбрецов. Нет никаких записей о том, сколько же отважных душ было отдано на алтарь войны, для защиты миров-крепостей района Кадианских Врат. И благодаря их жертвам, неисчислимые потоки отступников, еретиков и демонов были отправлены назад. Защитники Кадии придавали сил стоять остальным мирам, и давали знать, что в этой мрачнейшей из эпох, невозможно существование без борьбы.
Но вместе с тем, как росла тьма, и пламя Астрономикона увядало, подобно свече, задуваемой ветрами, Око Ужаса пульсировало, разрастаясь губительной энергией. Абаддон Разоритель, наследник проклятого титула предателя Хоруса, обрушил всю свою ненависть в своём Тринадцатом Чёрном крестовом походе. С психическим криком, который отразился эхом по всей Галактике, от Медузы до Ультрамара, флот Разорителя вышел маршем из Ока. Кадия, неусыпно стоящая на страже, была целью.
Кадия была готова. Кадия стояла. Кампания Абаддона была предсказана гадателями и стратегами, и крепости Врат вели усиленную подготовку. Исполинские корабли Имперского Военного Флота перестраивались в боевые порядки в холодной пустоте космоса. Повсюду, от истерзанных радиацией пустошей Прозана и до белоснежных ледяных полей Солар Мариатуса, были расконсервированы, и выстроены новые бастионы-касры. Их грозные гарнизоны из Кадианских штурмовых войск были усилены подкреплениями со всего Империума. Гордые цвета Рыцарских домов трепетали рядом с величественными знамёнами Адептус Астартес. Грозные боевые машины Адептус Механикус собирались рядом с сияющими рядами Адепта Сороритас. И повсюду воины самой Кадии вели усиленные тренировки. Каждый кадианец готовился к этому моменту, к этому единственному моменту, особому моменту всей своей жизни, ожидая битву, которая изменит Галактику на следующие тысячи лет...
...Миллионы погибли в первые часы высадки. И ещё больше погибло в последовавшей безжалостной резне. Миры горели. Воины различных рангов отдавали пот и кровь за каждый клочок испещрённой шрамами войны земли. Поля сражений превратились в массовые братские могилы людей и кладбища техники. В космосе раз за разом сходились и расходились корабли, чья огневая мощь могла испепелять миры. Но времени скорбить по усопшим и оплакивать падших не было. Защитники Кадии сражались до тех пор, пока сила не покидала их, и затем вставали в бой снова и снова, ибо не было ни секунды отдыха от яростного вторжения.
Все войска, стоявшие на Кадии, были гордостью Империума. Но оружие Абаддона не было ограничено понятиями смертных. С ним были благословления всех Тёмных Богов, с ним был его полководческий талант. Чума разоряла крепости без единого выстрела. Безумие ломало самые чистые разумы. И Предательство. Предательство, фальшивые обещания, нашёптываемые культистами и тёмными пророками, — то был козырь в рукаве Разорителя. Ересь распространялась как снежный ком, и брат поднял руку на брата. Полки были разорваны изнутри и испепелены извне. Бастионы, защищённые от любого врага извне, падали от врагов изнутри.
Но было и предательство, что заставило надежду расцвести вновь. Когда невероятный акт предательства обезглавил Кадианское Высшее Командование на полях касра Тирок, Урсакар Э. Крид — командир знаменитого Восьмого Кадианского, принял титул Лорда-Кастеляна и собрал истерзанные войска защитников воедино. Крид изменил ход битвы. Его нерушимое спокойствие, его холодный расчёт, заслужили уважение простых солдат, закалённых войной Адептус Астартес, и поговаривают, даже ксеносов, что сыграли немалую роль в защите Кадии.
Благодаря стараниям Крида, благодаря великим жертвам безымянных героев, вторжение Хаоса замедлилось, и наконец, было отражено. В конце сражения, вся планетарная система была на грани коллапса, и воины не нашли в себе сил праздновать победу.
Защитники Кадии не могли связаться с другими мирами — были разрушены все возможные межпланетные средства связи. Астропаты, предпринимавшие рискованные попытки связи через потоки варпа, мгновенно сгорали, сходили с ума или оказывались одержимы демонами. Пока собранные наспех ремонтные бригады спешили восстановить фортификации, а выжившие бойцы были заняты поиском и уничтожением оставшихся врагов, Криду удалось выйти на связь с кораблями Имперского Флота, остававшегося на орбите. По его запросу, все корабли, способные самостоятельно двигаться и принять бой, отправились в разведывательные миссии по планетарной системе.
Крид понимал, что следующего боя с силами Разорителя в космосе уже просто не будет. Оставшиеся в строю имперские корабли были в полуразрушеном состоянии. Единственным исключением была боевая баржа Космических Волков, «Коготь Огненной Гривы» чьи духи машин в реакторе были задобрены Железными Жрецами. Только лишь она могла сражаться так, как положено боевому кораблю. Остальные могли разве что огрызнуться, но не могли преследовать отступавший вражеский флот.
Хотя Крид и не рассчитывал на преследование. Кадия была символом упрямства и стойкости защитников Империума, и была символом неудач Абаддона. Гордыня не позволит ему отступить от Кадии. И пусть защитники Кадии погибнут, но они выполнят свою основную, ключевую задачу. Каждый день сопротивления, каждый час давал время на прибытие подкреплений.
Крид бросил Абаддону вызов. Теперь это был их личный бой.
Уцелел лишь один из основных Кадианских бастионов. Каср Краф стоял на самом краю Элизионских Полей — огромном пространстве на Кадии Секундус, на которой располагалось множество знаменитых Кадианских Пилонов. Крид вывел своё командование из стен последнего касра и начал решительную подготовку к следующей битве, в неизбежности которой он был полностью убеждён. Под его суровым взглядом места археологических раскопок и подземные туннели вокруг были расширены и укреплены, подготовлены к решительному последнему противостоянию. Адепты Культа Механикус работали без устали день и ночь, собирая запчасти с разрушенной техники и укреплений и вдыхали новую жизнь в укрепления, фортификации и доты.
Работа велась по всей Кадии Секундус. Все оставшиеся в строю полки кадийцев работали на износ, восстанавливая объекты, разрушенные орбитальными бомбардировками и наземными сражениями. И они были не одни. Вечно несломленные космодесантники собирались вокруг своих братьев — зачастую от боевой роты оставался лишь неполный взвод. Но они помогали своей силой и своими знаниями, занимая оборону бок о бок с кадианцами, и яркие гордые геральдические цвета выделялись на фоне оливковой и песочной униформы простой пехоты. К северу от Касра Краф, Орвен Высокопоставленный разместил своих боевых братьев в руинах Касра Джарк. Конечно, для уроженцев Фенриса было необычно стоять внутри тесноты стен, потому их чаще можно было увидеть в длительных рейдовых походах на демонов и прочих тварей, оставшихся от большого вторжения. И хотя число Волков сильно уменьшилось после череды военных кампаний, они собирались принести честь и славу своему новому Волчьему Лорду, а также и старому — сражённому в славном бою Эгилу Железному Волку, чья геральдика будет висеть до тех пор, пока враг не заплатит сполна за смерть великого воина.
Ещё далее на север, Четвёртая Рота Тёмных Ангелов превратила в укреплённый бастион останки своего крейсера, «Клинок Неповиновения». Останки его корпуса, предназначенного держать удар космических орудий, после его погибели должны были послужить хорошей защитой в наземной битве
По всей территории южнее Касра Краф раздавались хоральные распевы Чёрных Храмовников, справлявших тризну по павшим и укреплявших дух выживших. Даже сейчас, маршал Марий Амальрих не был до конца убеждён в твёрдости духа кадианцев, и он направил воинов своего крестового похода в ряды гвардейцев для поддержания воинского духа.
Рядом с командным пунктом Крида, Сёстры ордена Пресвятой Девы-Мученицы заняли святилище. Ветер с их стороны приносил успокаивающий запах благовоний к стенам Касра Краф. Крид был рад тому, как освящённый аромат придавал спокойствия его солдатам, но в его собственном сердце таилось великое волнение. Он прекрасно понимал значение боевого настроя и укрепления морального духа, но был так же убеждён в том, что нет смысла уповать на чудеса, если только нет готовности совершать их самому. И он был готов.
В последующие дни Крид лично занимался подготовкой солдат. Он гонял их так сильно, что у уставших вусмерть солдат не оставалось сил для страха или сомнений. Впервые все прочие полки узнали ту тяжесть суровой подготовки, которая выковала славу Восьмому Кадианскому, «Личному полку Лорда-Кастеляна». Что же касается личного состава Восьмого Кадианского, те с гордостью смотрели, как их товарищи встречают и преодолевают трудности. Ветераны понимали, что Крид поступает единственно верным способом, пусть даже доходило до явного перегибания на местах. Это было сурово и порой жестоко, но лишь это могло выковать лучших гвардейцев Галактики.
Подготовка Крида не ограничивалась только лишь работой с бойцами. Он распорядился демонтировать остатки астропатического маяка из руин Касра Лютен и смонтировать маяк в Касре Краф. Астропаты, прикованные к маяку, были давным-давно мертвы, и Крид распорядился найти всех живых псайкеров на планете, дабы поддержать маяк на всей возможной мощности. Лишь немногие из них оказались астропатами — большинство оставшихся псайкеров оказались санкционатами Схоластики Псайкана. Но Крид надеялся, что их энергия позволит настоящим астропатам пробиться через психический шторм, окружавший Кадию, и достучаться до любых возможных подкреплений.
Это решение встретило сопротивление даже в рядах собственного штаба Крида. Одни полагали, что подобное действие есть перевод немногочисленных человеческих ресурсов, и что псайкеры более пригодятся на поле боя, другие были уверены, что ослабленное сознание простых псайкеров послужит вместилищем ужасных энергий варпа и навлечён ещё большую беду. Крид уже был готов продавить своё решение, когда с орбиты поступил отклик — единственный выживший из разведывательного флота эсминец подошёл на ближнюю орбиту.
Весь борт боевого корабля превратился в кучу искорёженного металла. Две трети экипажа были мертвы, и последние выжившие неизбежно умирали от радиации в считанные дни. Последний выживший офицер вышел в эфир с докладом об увиденном и переслал записи радаров и сенсоров. Чёрный Флот Абаддона, сборище космических скитальцев, боевых кораблей и демонических судов, возвращался на Кадию, затмевая своей чернотой свет звёзд. И что было хуже всего, в центре этого демонического роя виднелись злобные очертания Чернокаменной Крепости. Самые худшие ожидания Крида оправдались. Тринадцатый Чёрный Крестовый Поход не окончился.
Он только начался.
Погребённые тайны
Вдали от Кадии, среди пыльных пустошей мира Эриад VI, пятидесятилетний труд находился на грани катастрофы.
В течение тысяч стандартных лет система Эриад считалась бесполезной. Купаясь в потоках убийственного излучения своего солнца, она не имела достаточного количества ресурсов для начала колонизации. В начале 32-го тысячелетия Имперский Флот установил орбитальный форпост возле Эриада VI. Какое-то время мир использовался как ничья земля, которую можно было покинуть.
Эриад не привлекал внимания чиновников Администратума почти шесть стандартных тысячелетий, пока мощный варп-шторм Стейэль не заставил корабль «Секретное око» сделать экстренное повторное вхождение в запасное пространство. Запертый в системе Эриада капитан «Ока» предпринял задачу провести подробный обзор системы. В ходе этого процесса он обнаружил, что поверхность Эриада VI подвергалась массированным бомбардировкам в далеком прошлом. Последующие исследования выявили технологические фрагменты неизвестного происхождения, рассеянные по всему северному континенту. Неясно, как такие сокровища могли остаться незамеченными во время присутствия Империума в системе. До того, как капитан смог завершить свои расследования, варп-шторм окончательно рассеялся.
В последующие годы в Эриад прибыли два флота. Первым был Конклав Аквизиторис архимагоса Велизария Коула. Получив отчет от «Секретного Ока» на пути к своей первоначальной цели, Коул приказал флоту стать на стоянку на орбите планеты и жаждал узнать секреты, скрытые под изрытой кратерами поверхностью Эриада VI. Древний техножрец провел большую часть десяти тысячелетий, выполняя некое секретное задание на Марсе, и соблазн новых открытий был слишком силен. Расположившись в богатых артефактами районах северного континента, Коул начал деликатную работу по поиску и расследованию. Восстановленные артефакты были самыми разными. Некоторые из них были не более, чем серво-черепом, в то время как другие были гигантскими машинами больше сервиторов-катафронов. Все были сплавлены и поломаны, давая недвусмысленные сведения о том, что прозошло здесь. Но тайны манили Коула, и он решил глубже проникнуть в кору Эриада и начать подземные исследования.
Именно тогда второй флот прибыл в систему.
Орки под командованием Большого Мека Гангрека пришли сюда по следам двигателей кораблей архимагоса. Гангрек давно хотел захватить корабли Механикус, расширяя свой собственный флот в соответствии со своими амбициями. В этом случае он откусил слишком большой кусок — его суда были уничтожены в ожесточенной битве на орбите, а его экипаж избежал смерти только только благодаря телепортам.
Орки Гангрека быстро адаптировались к окружающей радиоактивной среде Эриада VI — более того, они процветали. Подчинённые Коула считали, что рейды и нападения производились случайным образом и не преследовали какую-либо цель. Но мек был непредсказуем даже по орочьим меркам. Это была анафема для строгих, методичных воинов Омниссии — чего они не могли ожидать, они не могли победить. Снова и снова патрули скитариев попадали в засады и терпели поражения.
Наконец, архимагос оторвался от своих исследований, серьёзно обеспокоенный начавшейся войной. Зная, что мек пойдёт на всё, чтобы набрать больше хлама и лута, Коул приказал сбросить следующую партию снабжения возле самого края укреплений. Стремление мека забрать всё было единственной константой в этой гибкой войне. Когда парни Гангрека штурмовали посадочные поля, они обнаружили, что транспортные средства не забиты ящиками со снаряжением, но наполнены ровными рядами готовых к бою скитариев. Последующая битва продолжилась в холодную ночь Эриада.
Под непосредственным руководством Коула воины Адептус Механикус добыли свою первую реальную победу прсле прихода зеленокожих в систему. Переломным моментам стала огненная смерть Гангрека в лучах солярного атомизатора архимагоса. Но несмотря на то, что эти орки пали, тысячи ещё оставались за дуговыми ограждениями. Архимагосу стало понятно, что его пребывание на Эриаде VI заканчивается. Взвешивая вероятности и возможности, он с сожалением решил отказаться от исследования и вернуться к первоначальной миссии, которая вела его с Марса в Ультрамар. Он слишком долго потакал своему любопытству, поставив под угрозу ценный груз на борту своего корабля и забыв о своих обязательствах. Отдав приказ о всеобщей эвакуации, Коул спустился в туннели ещё один раз.
- Архимагос провел рукой по гладкому черному осколку. Если бы у него было больше времени! Они глубоко погрузились в Эриад VI. От великих открытий их отделяют не то что дни — часы. Нетерпеливость ничего ему не принесет. Какими бы ни были сокровища этой планеты, они могли подождать. Он не мог больше рисковать реликвией на борту своего Ковчега Механикус. Он вернётся. Сейчас они разрушат туннели, отрежут зеленокожих от их цели. Но в славный день возвращения орки падут пред яростью Омниссии.
- Коул повернулся, чтобы уйти, но остановился, не уверен. Он обвел взглядом пещеру, щелкая и перестраивая глазные линзы, прочёсывая тьму. Он был один. И все же инстинкты говорили о другом. И не только инстинкты.
- — Покажись!
- Тень сдвинулась. Эльдар. Женщина. Капюшон. Непримечательная маска.
- Повторная калибровка прошла бессознательно. Имплантаты плавно перешли в боевой режим. Незваный гость наклонился ближе. «Ты меня помнишь, Велизарий?»
- Коул лихорадочно копался в своём сознании. Фрагменты памяти и имя. Скрытая Вуалью. Силандри. Она пришла к нему в его кузницу на Марсе, где он так долго трудился над своей священной задачей. Она заставила его отправиться в путь и взять драгоценный груз именно сейчас. Маска на её лице успокоилась, образуя лицо, которое Коул не видел в течение тысячелетий. На какое-то время сходство задержалось, а затем растворилось в вихре танцующего света.
- — Если ты здесь, чтобы еще раз напомнить мне о старых обещаниях, ксенос, то ты пришла слишком поздно. Мои корабли уже готовятся уходить», — сказал Коул.
- Скрытая Вуалью рассмеялась. — Музыка судьбы меняется. Танцоры должны научиться новым движениям или погибнуть в затухающих нотах» — Коул молча смотрел на нее.
- — Я здесь, чтобы сказать вам продолжать копать», — сказала Силандри. Затем в ослепительной вспышке света она исчезла.
Печальное предупреждение
Первый сигнал тревоги раздался от Колокола Святого Гершталя. Тысячи и тысячи лет он безмолвно стоял на пьедестале, намереваясь провести вечность в обширной коллекции артефактов, которой обладал Тразин Неисчислимый. Затем, в один не очень-то прекрасный день, который мало чем отличался от любого другого в неизменных залах Солемнейса колокол начал звонить всё громче и громче вопреки стазис-камере, в которой он хранился.
Первый скорбный удар расколол сводчатый потолок стазис-хранилища колокола, выпустив поток охлаждающей жидкости, которая растворила единственную сохранившуюся песчаную скульптуру Оолиака. Второй звук запустил логический каскад в схемах мастер-программы Солемнейса, заставив её ошибочно отдать команду каждому воину легионов с мира-гробницы вернуться в стазис-сон. К тому времени, когда колокол Святого Гершталя прозвонил в третий раз, эхо стало настолько разрушительным, что даже композитные слои некронской «плоти» не могли выдержать такого натиска.
Тразин потерял пять суррогатных тел в отчаянных попытках вернуть тишину. После тринадцатого удара — как раз когда суммарный ущерб превзошёл способность Каноптековых стражей Солемнейса сдержать его — колокол Святого Гершталя наконец затих. Помедлив только для того, чтобы выбросить устройство в глубины паутины, где, как он искренне надеялся, оно доставит эльдар столько же проблем, сколько оно доставило беспокойства ему самому не так давно, владыка Солемнейса задумался над смыслом произошедшего.
Покинув Солемнейс, Тразин отправился на Танатос, тронный мир Династии Орускар и дом такого чуда, как Небесный Планетарий. Не то, чтобы его там приняли с распростёртыми объятиями — отчасти из-за недопонимания, возникшего из-за пропажи орускарского Глифа Превосходства во время его прошлого визита. Однако после заключения сделок и данных обещаний, Тразина наконец допустили до самого планетария, хоть и под пристальным наблюдением орускарских Личстражей. Когда он вошёл в вертящуюся сферу из живого металла и голографического света, Тразин понял, что чего-то не хватает. Сложная паутина, которая формировала связи планетария, была подсвечена красным. Она пульсировала под тканью миров, словно инфекция, пытающаяся вырваться наружу.
Что-то надвигалось. Что-то, что изменит Галактику навсегда. До сих пор оно оставалось незамеченным, но ничто не могло укрыться от Небесного планетария, ибо он был не простой моделью Галактики, но совершенным её отражением.
Тразин понял, что Орускар знали о распространяющейся заразе на протяжении веков, может даже тысячелетий, но не сделали ничего, чтобы противостоять ей. Они не могли, ибо бездействие было ценой охраны. Но Тразина подобные ограничения не сковывали, на самом деле он не признавал ни одного хозяина, кроме собственного веселья. Он мог действовать, если бы захотел. После бессчётных тысячелетий было что-то привлекательное в том, чтобы поиграть в бескорыстного помощника... Но с чего начать? Где находился источник заразы?
Тразин потерял счёт времени, изучая переходы планетария в поисках источника бедствий Галактики — источника чумы, которая разъедала само сердце Галактики. Наконец он нашёл его, далеко на северо-западе, на границе с Оком Ужаса. В планетарии мир был каталогизирован в виде строки троичной информации, детали которой Тразин осмотрительно забыл. Империуму она была известна как Кадия. Тразин не помнил, чтобы ступал на эту планету, ни в одном из своих путешествий. По его мнению, это был серый однообразный мирок, который мог представлять интерес лишь для войны. С другой стороны, если роль спасителя станет для него в тягость, Кадия могла предложить отличные возможности для пополнения его коллекции...
«И зачем только я притащил сюда этот жалкий колокол?» — подумал Тразин, хотя он отлично знал, зачем он его притащил.
Стражи мира-святыни так же отчаянно пытались защитить колокол Святого Гершталя, как и Чёрный легион хотел его уничтожить. Тысячи жизней отправились в забвение из-за одного единственного артефакта. Но как показали события, всё оказалось напрасно. Одна эта история делала его достойным сохранения, по крайней мере так думал Тразин. Теперь, когда половина его стазис-хранилищ была разрушена или затоплена по щиколотку охладителем, а его легионы замерли по команде повреждённой мастер-программы...
Едва ли он мог отправиться в путешествие без защиты. Кадия была практически постоянной зоной военных действий, а он выживал на протяжении бесчисленных эонов с момента биопереноса, чтобы идти на ненужный риск. Может быть, один из лордов одолжит ему фалангу или две. Имотех из Саутеха, возможно? Нет...Только не после Сомонора. По правде говоря, когда Тразин наконец задумался над этим, он понял, что не осталось ни одного лорда, который не отказал бы ему напрямую, или не воспользовался бы возможностью, чтобы убить его.
Тогда может быть один из контактов внутри самого Империума? Нет. Они были слишком ограниченными. Был один инквизитор... Очень жаль, что с ней такое случилось, но люди находили такое наслаждение в убийстве друг друга. Нет, увы, Валерия не поможет, но может быть у неё был ключ, или по крайней мере, возможность как-то повлиять на события. Воспрянув духом, Тразин направился глубже в катакомбы в поисках одного конкретного хранилища.
Судьба «Фаланги»
Пока волны врагов Тринадцатого Чёрного Крестового Похода разбивались о Кадию, интриганы проворачивали свои собственные планы. Кузнец Войны Шон'ту и демон-принц Бе'лакор полагали Терру финальной целью похода Абаддона. И они вышли из варп-разлома в самом сердце боевой крепости «Фаланга», планируя развернуть сверхмощные орудия мобильной крепости прямо на Императорский Дворец.
Они были уверены в лёгкой победе, так как пять рот Имперских Кулаков покинули крепость, отправившись в Крестовый поход Мщения, желая обрушить ярость Дорна на крепость Медренгард. Три других роты были заняты на особо важных заданиях по всему Сегментуму Обскурус. В гарнизоне оставалось только 30 братьев Первой Роты, вместе с необстрелянными новичками из Третьей.
Командование принял капитан Тор Гарадон, и в его распоряжении были братья Третьей роты вместе со вспомогательным экипажем «Фаланги». И хотя защитники почтенной боевой крепости были в меньшинстве, они знали каждый зал и каждый коридор своего дома, и использовали это знание более чем эффективно. В каждом закоулке рычащих демонов ждали искусные засады. Защищённые блокгаузы — фортификации внутри крепости — продолжали вести огонь, покуда не заканчивался боезапас, и пока они не были взяты в кровавом ближнем бою с лязгающими боевыми машинами Железных Воинов.
Этого было недостаточно. Будучи осаждённой коварством Тёмных Богов и с вирусами кузнецов Шон'ту в своих подсистемах, сама «Фаланга» вышла из под управления своих хозяев. Автоматические защитные системы обернулись на своих хозяев. Рад-экраны были отключены, исторгая содержимое реакторов в коридоры. Повсюду отключались системы поддержания жизни и системы гравитации. Без предупреждения раскрывались врата ангаров, выбрасывая содержимое в пустоту космоса. И повсюду, где ступала нога Железных Воинов, на элегантных плитах и золочёных панелях, знававших времена самого Дорна, проступали искажённые ужасом и отвращением лица демонов. И вскоре целые палубы были обращены в подобие кошмарных бастионов Медренгарда.
Имперские Кулаки держали свою землю с упорством, достойным своего примарха, но с каждым мгновением всё большие площади крепости подвергалось поражению скверной. И вот уже зловещими варп-кузнецами были подчинены и перекованы сами духи машин. Гарадон уже чувствовал подготовления к орбитальной бомбардировке. К его великой скорби, наследие Дорна станет символом неудачи — и даже хуже того, символом великого предательства.
Столкнувшись с жесточайшими обстоятельствами, Гарадон принял единственное возможное верное решение. Это был враг, которого нельзя было сразить ни болтером или пиломечом, ни выдающейся храбростью Адептус Астартес. Он отозвал все доступные войска из заражённых секций и приказал развернуть все доступные орудия внутрь самой «Фаланги». Лишь так он мог, подобно хирургу, вырезать отравляющую тело опухоль. Гарадон чувствовал каждый удар по крепости как свою собственную рану, но обстоятельства не позволяли искать компромиссов. «Фаланга» мгновенно потеряла целые секторы, содрогаясь под ударами. Отсеки были или уничтожены мгновенно или оказались натурально вырезаны из крепости, начиная гореть в атмосфере Терры. Но жертва оказалась не напрасной. По мере того, как атмосфера Священной Терры начинала жадно поглощать куски «Фаланги», вирусное заражение отступило. Воспользовавшись передышкой, Гарадон задал курс крепости Имперских Кулаков лететь в сторону от Терры и приказал готовить варп-прыжок.
Какова бы не оказалась судьба крепости Дорна, она не будет использована как орудие Губительных Сил. В попытке обмануть саму судьбу, Гарадон собрал всех живых боевых братьев в пробивной кулак для последней атаки на остатки сил Шон'ту.
Увы, но капитан недооценил своего врага. В то время как основные силы Железных Воинов исчезли в момент «вырезания заражения», демоны Бе'лакора перехватили инициативу в момент погружения в Имматериум. Шон'ту нашёл свою смерть от яростных кулаков терминаторов отделения Фурана. И хотя это восстановило честь Фаланги, это уже не могло изменить её судьбу. Гарадон собрал свои войска в Зале Штормов.
Здесь он собрался принять свой последний бой и здесь он собрался обрести свою могилу — под бдительным взором статуй множества Магистров Ордена, дабы они с гордостью могли смотреть на своих потомков. Обречённых на смерть, но не сдавшихся. Золочёное полотно знамени Третьей роты гордо развевалось в ответ на демонический смех Бе'лакора. Последние защитники «Фаланги» не отдали ни пяди земли под собой. Рёв болтеров и визг цепных мечей смешался с криками умирающих демонов и исторгаемыми проклятиями. От адского пламени чернели стены и съёживались души павших. Дым от горящих демонов и оружейного огня висел плотной стеной.
Бе'лакор расходовал свои силы безо всякой осторожности, посылая их на верную погибель с уверенностью военачальника на пороге победы. Им двигали и ярость и ненависть. С уходом «Фаланги» с орбиты Терры, план Бе'лакора превзойти Абаддона опять встретил неудачу. В очередной раз Первопроклятый оказался в тени Смертного. Однако Бе'лакор был уверен, что сущности варпа будут пополнять его ряды, в то время как ряды защитников будут только иссякать.
Однако не все обитатели Имматериума преклонили свои колени перед Тёмными Богами. Выступление крупных сил Бе'лакора в реальный мир привлекло внимание ещё одной армии. Адское Пламя сменилось Огнём Самопожертвования, когда в бой вступил Легион Проклятых. Сама сущность демонов начала выгорать и иссякать, и как бы Бе'лакор не умолял своих хозяев, его силы подкрепления не получили.
Оказавшись зажатым между Сынами Дорна и истлевшими воинами Легиона, Бе`лакор ослабил свой напор на «Фалангу». Зал Штормов оказался не могилой Кулаков Императора, но местом их триумфа. И пока Гарадон жёстко держал в своём кулаке горло Бе'лакора и плоть его тлела и шипела, он оказался пойманным в ловушку поля Геллера «Фаланги».
Крепость была спасена ужасной ценой. Пока личный состав крепости спешно вёл срочные ремонтные работы, Гарадон начал счёт своим потерям. Цена победы оказалась невыносимо велика. Десятая часть «Фаланги» была потеряна, останки же представляли собой жалкое зрелище из разрушенных укреплений, ангаров и техники, а экипаж понёс более половины потерь. Из всех боевых братьев Третьей роты, осталось в строю лишь 48. От Первой роты осталось лишь 15.
Что странно, Легион Проклятых не исчез пред лицом неизбежной победы, как они обычно это делали. Вместо того, они остались стоять по стойке «смирно» в Зале Штормов, без единого движения и без единого звука. Все, кроме Гарадона, старались избегать Зала, пугаясь мрачных духов, что своим присутствием словно замораживали окружающий воздух, несмотря на потоки пламени, продиравшемся сквозь и доспехи. Но даже Гарадону не удалось получить ответа от полуживого сержанта, что стоял во главе легионеров. Они стояли и словно ждали следующего шага — но какого?
Командор Трево, старший из выживших офицеров команды «Фаланги», настоятельно советовал взять курс или обратно к Терре или к докам Марса для столь необходимого ремонта и пополнения. Гарадон согласился с этим решением, но его не покидало чувство, что у судьбы иные планы на почтенную звездную крепость.
Лишь только «Фаланга» взяла курс в Солнечную систему, библиарии и астропаты получили искажённый и полный отчаяния сигнал бедствия. Кадия запрашивала срочную помощь.
Трево и Фуран утверждали, что личный состав и системы «Фаланги» не были готовы к бою, но Гарадон не принял возражений. Он был твёрд в своём решении. Основная цель «Фаланги» была не забота о себе, но служба Империуму, и Кадия была важнее любых забот. Решение было окончательным, и звездная крепость изрыгнула потоки плазмы, меняя курс сквозь Имматериум. Когда скрип обшивки уменьшился, взгляд Гарадона пал на тень во внутреннем святилище. Во тьме полыхнуло пламя, и сержант Легиона Проклятых ответил молчаливым кивком.
Ярость Разорителя
В межпланетной пустоте Кадианской системы готовилась атака сил Абаддона. Подобно копью, пущенному из глубин Ока Ужаса, Чёрный Флот летел прямиком к Кадии, к главному бастиону сопротивления Врат.
Малые суда шли в авангарде, будучи не более чем живым щитом для мощных, источавших тьму, боевых кораблей. Межпланетные пассажирские и грузовые корабли были скудно вооружены, но их экипажи были преисполнены невиданным рвением и преданностью Истинной Вере. За авангардом следовали группы богохульных боевых кораблей; личный флот Абаддона, что был чернее любой ночи; чумоносные суда Гвардии Смерти, источавшие заражение и болезни в саму пустоту космоса; преданные перманентным изменениям корабли Тысячи Сынов; и наконец, левиафаны Пожиратели Миров, насыщенно-красные, как сама кровь. И из этих рядов виднелись корабли-легенды, ядовитый «Терминус Эст», неистовый «Крепость Агонии», и зловещая, последняя из известных Чернокаменных крепостей, «Воля Вечности».
Немногие под командованием Абаддона понимали его истинную нужду смять Кадию под своим кулаком. Или просто не задумывались. Для тёмных пророков Несущих Слово и их последователей, это была судьба, предсказанная Богами Хаоса несколько веков назад. Для Повелителей Ночи это был час установления царства террора. Для Альфа-Легионеров это был всего лишь очередной виток интриг и хитроумных планов, не больше и не меньше, чем прочие их проявления. Прочие же лидеры меньших банд и формирований, желали прославить своих богов, обрести покровительство, желали выковать свою собственную судьбу, или же просто обрушить на защитников Империума ненависть, копившуюся десять тысяч лет. А кем-то и вообще не двигала никакая мотивация. Их охватило пламя войны, и они желали только лишь оказаться в гуще добротного боя и обрушить личную ярость на всякого встречного.
И все, кто встречал перед собой эту ужасающую процессию, расплачивались своими жизнями и душами. Остатки линейных флотов Короны и Скаруса, обескровленные первой волной Тринадцатого Чёрного Крестового Похода, встретили авангард флота Разорителя на орбите Вигилатума. Экипажи сражались до последнего, и молитвы веры и стойкости замирали на их губах, когда беспощадное пламя плазмы пожирало их корабли и их тела.
Флот Абаддона продвигался.
Когда первые корабли Хаоса достигли Железной Могилы — скопища разрушенных остовов космических судов, оставшегося ещё со времён Первого Чёрного крестового похода в Кадианском секторе, их корпуса стали буквально испаряться от концентрированного огня орудий «Нова». Адмирал Достов спрятал свои линкоры класса «Победа» среди безжизненных остовов, и теперь выжившие обрушивали свою ярость за павших под Вигилатумом товарищей. Если бы одна храбрость позволяла разжечь пламя в кузне победы, Достов выковал бы на ней совершеннейший из клинков. Но храбрый адмирал нанёс не более десяти процентов потерь, покуда не привлёк личное внимание Воителя, и теперь Могила пополнилась плотью и костями.
Абаддон продолжил атаку.
На самой Кадии весть о Чернокаменной Крепости погрузила Крида и его ближайших командиров в активную работу. Мощь этой боевой станции позволяла без труда расправиться с покалеченными орбитальными защитными системами, чтобы затем буквально выжечь все признаки жизни с поверхности самой планеты.
Оставалась одна надежда. Ещё с самого момента знакомства с Чернокаменными крепостями, во время Готической войны, Культ Механикус активно работал над созданием контрмер против разрушительных варп-лучей. Обычная защита была бесполезна — ни обычные щиты, ни самая толстая броня не спасали от сырой, исходной энергии самого Имматериума. Было найдено решение. Путём смешения всех знаний о пустотных щитах и полях Геллера, оказалось возможно создать энергетическое поле, способное дестабилизировать и рассеять варп-луч. Кадианское «нулевое поле» было завершено в аккурат перед началом Тринадцатого похода. К сожалению, ни один из генераторов не пережил осады.
Крид собрал все усилия для восстановления систем защиты, подходящих для «традиционной» войны. Но с вестью о приближении Воли Вечности всё изменилось. Каждый адепт Бога-Машины был направлен на вдохновение жизни в системы нулевого поля. Техножрецы и технопровидцы были вольны изымать любые нужные им детали из любого устройства на планете, они трудились без перерывов и отдыха, прибегая ко всем возможным и невообразимым ранее техническим решениям, в попытке достичь невозможного.
К моменту, когда флоту Абаддона оставалось не более дня пути, стало очевидно, что всех этих стараний недостаточно. У Кадии было в относительном достатке личного состава, веры, решимости. Чего у Кадии не было, так это времени. Время утекало. Магос Кларн с грустью сообщал, что, даже при лучших ожиданиях, нулевое поле Касра Краф не удастся запустить даже в половину мощности. Нужно было время. Но его не было.
И тогда Свен Кровавый Рёв из легиона Космических Волков предложил решение — или, по крайней мере, дал надежду. Его боевая баржа, «Коготь Огненногривого», оставалась единственным полностью исправным боевым кораблём на орбите Кадии. Его братья могли бы направить корабль прямо в сердце вражеского флота, в попытке взять на абордаж Волю Вечности, в попытке сделать всё возможное для того, чтобы выиграть время.
Это было отчаянное решение. Но в суровые времена, отчаяние может быть перековано в силу и решимость. Великая Рота Волка не была в одиночестве — около двух сотен оставшихся братьев различных орденов Адептус Астартес погрузились на «Коготь Огненногривого». От собственных сил Свена оставалось лишь 58 братьев. Но к нему присоединились другие роты, обезглавленные и обескровленные в прошлом вторжении, отдельные отряды и даже отдельные братья, оставшиеся в одиночестве, объединились для последнего страшного удара по Абаддону, полные решимости отомстить за своих братьев. К ним также присоединились и храбрецы из 13-го Кадианского с полной манипулой марсианских скитариев.
Гарнизон Карса Краф с замершими сердцами провожал яркую звезду Когтя Огненногривого, вышедшего с орбиты, но почти сразу же был потерян контакт, и радость сменилась тоской. Фраза «Кадия стоит!» раздавалась эхом в бастионах, на стенах и редутах. Многие воспряли духом от этих слов, но были и те, в ком поселились сомнения, но они не стали выдавать себя упадническими разговорами. Кадия уже отрубила правую руку Абаддона — возможно, она сможет отсечь и левую. Но храбрость должна стоять на твёрдой почве, которую «Воля Вечности» могла запросто обратить в пепел.
Крид понимал состояние солдат, потому как их сомнения были так же и его сомнениями. Бездействие давило на него, и он начал с ним бороться. Пока приближался час Х, Крид был в постоянном движении, лично проверяя каждый пост, каждое укрепление, каждый склад боеприпасов, пожимая руки офицерам и взирая в глаза солдатам. Он вселял надежду и веру и в ветеранов, и в зелёных новичков, и те были готовы сдвинуть горы по одному слову Лорда-Кастеляна. Уверенность росла в каждом мужчине и каждой женщине, до чьих ушей долетали слова Крида. Кадия стоит. Кадия стоит во имя Крида. Кадия стоит во имя Императора.
Но мало кто мог бы подумать, что его всякий страх был лишь толикой страха, что испытывал сам Крид. С каждым прошедшим часом, с каждым мигом, в нём росла уверенность, что свет Императора более не светит на Кадианские Врата. Что отец человечества покинул их и отпустил в объятия Тьмы. Крид проклинал себя за подобные мысли, гнал их от себя, будучи уверенным, что подобные мысли порождают ересь. Но опасения его не уходили, и лишь были заперты поглубже. Лишь верный и преданный Джарран Келл осознавал ту тьму, которая оковывала разум Крида, но он исправно хранил эту тайну, как хранил и многие тайны до сих пор.
Авангард Абаддона прибыл с рассветом, и был встречен плотными залпами огня и неповиновения. Истерзанные корабли на орбите пошли в свой последний, уже проигранный, бой, добавляя свой гнев к ярости орбитальных батарей. Заботы Крида по восстановлению были не напрасны. Корабли обстреливали врага из всех оставшихся орудий, чтобы в конце концов идти на храбрый таран, спихивая суда неприятеля в гравитационный колодец Кадии. Небеса запылали огнём, и каждая новая вспышка отмечала становление новых мучеников и возникновение новых могил еретиков.
Но это было лишь предисловие, пролог. В конце концов, искалеченный флот Кадии отправился в небытие, а на небе появилась новая луна. Восьмиконечная луна из глубинного камня, в центре которой пылало неистовое ярко-красное око. Кадия затаила дыхание, когда «Воля Вечности» вышла на дистанцию выстрела. Свен потерпел неудачу. Его жертва, жертвы всех братьев различных орденов, оказались напрасны.
Око запылало. Оно изрыгнуло губительный луч, который приближался к планете, отсчитывая её последние секунды.
И был рассеян в облаках.
По всему Карсу Краф раздались кличи радости, но не более, чем в сердце самого Лорда-Кастеляна. Лишь Магос Кларн оставался спокоен. Он лично проинспектировал защитную сеть Касра Краф лишь для того, чтобы увидеть, что все его адепты были убиты, а в энергосеть поля вмешались непостижимые ему ксенотехнологии, что позволило не просто запустить поле Касра Краф, но даже накрыть всю Кадию. В его биологическом сердце впервые за его жизнь поселились сомнения, и может быть, страх. Кто-то, кроме его подчинённых, смог распутать, разгадать двоичную магию, исходившую от его рук.
Ликование поутихло, когда день сменился рукотворной ночью, от того что сплошная масса вражеских кораблей заполнила небо от горизонта до горизонта. Магос обратил своё внимание на более важные вещи, чем разгадывание тайны починки поля. Начался штурм Кадии Секундус.
Словно по невидимому сигналу, нависшая тьма силуэтов Чёрного Флота расцвела яркими вспышками. С неимоверным рёвом, началась первая волна орбитальной бомбардировки, словно глашатай, извещающий о грядущей резне.
Поверхность Кадии Секундус, истерзанная предыдущими сражениями, вновь покрывалась ужасными шрамами от огня макро-батарей, мельта-торпед и адского пламени. Земля поднималась в воздух, сгорая при падении. Пустотные щиты сверкали и прогибались под тяжестью этого невыносимого шторма. Немногие из них держались, но многие распадались искрами яркого света, и вторая волна уже вычищала все признаки жизни с голых камней.
Осада Кадии Секундус
Бастионы касра Краф отвечали яркими лучами защитных лазеров и орбитальных батарей, выжигая подлетающие десантные транспорты и десантные капсулы. Многие вели неприцельный, заградительный огонь, но каждый выстрел находил свою цель — столь плотным был поток сил Разорителя.
К востоку от касра Краф, макробатареи касра Старк прогремели своим последним залпом и исчезли в в оглушительном взрыве, когда одна из мельта-торпед пробила землю под ним и подорвала склад боеприпасов. К северу, останки «Клинка Неповиновения» гремели ответными бортовыми залпами в небеса, разрывая в клочья черепообразные десантные корабли и сбивая эскорт из Хель-драконов. «Валькирии» из 119-го звена Клавина Стрекки врывались в огневые коридоры защитников, охотясь на бесчисленные цели. Повсюду среди редутов Кадии, защитники неистово молились, чтобы враг дрогнул от этого отпора, чтобы битву удалось выиграть на подступах, а не на земле.
Но эти надежды были напрасны. Десантных транспортов было слишком много, а защитников слишком мало. Южная оконечность касра Краф, Вал Мучеников, начал разрушаться, когда отказали его пустотные щиты. Прицельные залпы выбивали камень за камнем, опрокидывали орудия размером с дома и хоронили заживо защитников под грудами обломков.
Крид оценил понесённый урон и отдал приказ выжившим отсупать на новые позиции. Каср Краф пока ещё сохранил три целых и неприступных оборонительных рубежа вокруг центрального донжона. Не было нужды в бесполезных потерях среди развалин, когда в остальных местах сохранялась нехватка защитников. Гарнизон Вала Мучеников тут же начал организованное отступление, в относительную безопасность Касра Краф. Не все оказались достаточно удачливы. И вот, от южного защитного вала остался кусок путоши, полный перемолотых камней и разорванных тел. Но за каждую утерянную непоколебимую душу, три других достигали места назначения. Старшие и младшие офицеры мгновенно отправляли прибывших в усиление в других местах.
Лишь одни защитники не сделали на шагу назад в своём упрямстве, подпитанном верой. Чёрные Храмовники. Маршал Амальрих плюнул на приказ Крида. Он встал на эту землю, и он будет держать её до последнего вздоха...
Когда десантные корабли начали достигать своей цели, эскорт Хель-драконов взял новый курс и перешёл на штурмовку редутов Храма Святого Моррикана. Воздух наполнился новыми звуками — пронзительным воем, подобным крикам еретиков, которых заживо пожирает пламя проклятия, но в десятки раз громче. Несколько секунд спустя, первая «Клешня Страха» обрушилась на стены бастиона. Аппарели откинулись в шипением, и капсула начала изрыгать отряды Несущих Слово и Альфа-Легионеров прямо в сердце защитных порядков Крида. Поначалу дружные и скоординированные залпы Имперской Гвардии отбрасывали атакующих назад. Но затем в воздухе выросли богохульные иконы, полные нечистого дыма и криков погибели. Плоть самой реальности надорвалась, и в бой вступили завывающие демоны.
Это творилось повсюду. К рёву болтеров предателей присоединялись вопли и стоны боевых кличей демонов. Огневые позиции разрушались изнутри, и даже когда они вели беспощадный огонь в упор, их рассчёты падали от адских клинков и звериных когтей. Некоторые взводы, потрясённые обрушившимся на них ужасом, бросили оружие и побежали. Но многие сражались до последнего, даже перед лицом неминуемой смерти поддерживаемые мелодичными напевами священников Министорума, и их решимость только лишь подкреплялась невозможностью побега из этого ада. В этой кровавой бане солдат мог выбрать только лишь способ своей смерти, и многие из них твёрдо держали оружие в руках и встретили свою погибель в неповиновении самой судьбе.
Но самой тяжкой была битва в районе Храма Святого Моррикана. Вера Сестёр Битвы была непоколебима, и они без единой тени сомнения несли анафему свирепым демонам. И из всех их числа, Орден Пресвятой Девы-Мученицы не сделал ни шагу назад, и ни разу не повернулся к врагу спиной. Под неустанным взором Канонисс Женевьевы и Элеанор, они встретили неистовую орду болтерами и священным пламенем, выжигая любое присутствие демонов со стен и земли храма. Со стороны казалось, что само пламя битвы слово отступает от Храма Святого Моррикана, что освещал золотым светом землю вокруг себя.
К востоку приземлились первые десантные транспорты. Боевые машины, одержимые демонами, начали свой выход к стенам Касра Краф, и были встречены разрушительным огнём 252-го Кадианского Танкового, закрепившегося в траншеях и капонирах. Передовой отряд Чёрного Легиона обратился в дымящийся сплав железа и плоти, но подходили новые и новые силы. С громыханием из тумана войны появились «Гибельные клинки» Хаоса, давя и сминая своими гусеницами своих боевых товарищей-неудачников, посылая свои мощные снаряды в стены. С оглушительным грохотом от стены откололось несколько кусков, погребя под собой сразу три взвода «Леман Руссов». Танки отступников словно взревели подобием боевого клича, и из их тени вышли быстрые транпорты, возглавляемые БТР «Носорог», чьи борта были богато украшены черепами. С победоносным рёвом транспорты устремились в пролом.
Далеко к северу, остатки Касра Джарк содрогались под мощью артобстрела Железных Воинов, что расположили свои осадные батареи на Коларакских Равнинах. Орвен Зайфелл не привык отсиживаться за стенами, и отдал приказ своим братьям погружаться в транпорты. Кузнец Кром Гат ожидал контратаку и успел укрепить свои позиции десантными бастионами и проклятыми защитными стенами, призванными замедлить любое продвижение врага и выиграть тем самым время на перенос огня батарей перед собой. Но никакой демонический механизм не смог вынести ярости уроженцев Фенриса. Железные жрецы ворвались со своими братьями в цитадель Крома Гата, переоборудовав траншеи и укрепления для своей пользы.
Шли часы. Дни. Битва не утихала ни на минуту. Многие защитники уже приспособились к этим условиям и ухитрялись принимать пищу и сон в перерывах между волнами атак и бомбардировками. Некоторые оставались постоянно начеку, собирая всю волю и все силы в кулак. Защитники сопротивлялись ужасам, кружившим подобно ветрам над всей Кадией Секундус.
Стены Касра Краф были вычищены от нападавших, но только затем, чтобы вновь оказаться под осадой ужасов варпа. Каср Джарк, всеми силами упасённый от обстрела Крома Гата, пал под напором неудержимой магии Элека Стейна из Тысячи Сынов. Три раза обезумевшие от крови берсерки Пожирателей Миров подступали к обломкам Клинка Неповиновения. Три раза Мастер Корахаил собирал братьев 4-й роты Тёмных Ангелов. Три раза последователи Кхорна были отброшены назад в жесточайшем ближнем бою, дальше от тени, отбрасываемой корпусом почтенного крейсера.
Несмотря на вмешательство рыцарей Дома Равен, пролом в восточной стене только рос. Рапторы и отряды устрашения Повелители Ночи продвигались рывками, наполняя воплями ужаса пространство между рубежами обороны и разыскивая новую добычу. К чести гвардейцев, они не поддавались панике, и отсупали боевыми порядками — по цепочке, прикрывая продвижение товарищей заградительным огнём. Но рапторы были слишком быстры. Слишком голодны. И скоро они вырезали отстававших, и зашли в тыл оборонявшимся.
Крид отдал приказ на закрытие ворот второго оборонительного рубежа, жертвуя тысячами ради спасения сотен тысяч. Восемь внушительных врат закрылись наглухо, образуя новый оборонительный периметр. Сотни бойцов остались за воротами, крича своим товарищам на воротах, дабы те сполна отомстили за них. И примыкали штыки, готовясь к своему последнему бою. Почётному бою.
Однако оставалось ещё двое врат.
На востоке, командир гарнизона оказался слишком слаб духом. Он затянул момент закрытия врат, надеясь, что с каждой секундой он спасёт больше блаженных душ. И покуда врата оставались открытыми, несколько Хелбрутов рванули к проходу, подперев своими демоническими усилиями механизм. Мгновенно на них обрушился поток огня из всех возможных орудий. Хелбруты ревели и стенали, пока потоки огня вырывали из них куски брони и проклятой плоти, плазма затекала в их вены и огонь выжигал их кожу. Но эта жертва выиграла достаточно времени для прорыва многих Одержимых внутрь. Кто знает, какое бы разрушение нанесли прорвавшиеся, если бы не жертва Второй Роты Новамаринов и бойцов 403-го Кадианского, которые задержали отступников в неравном бою достаточно долго, чтобы могли подойти танки 185-го Кадианского, которые буквально разорвали нечестивцев в кровавое желе. Уцелело лишь несколько отрядов кадианских новобранцев.
И только лишь один, последний Новамарин продолжал удерживать знамя, покуда жизнь медленно вытекала из него от страшнейших из ран.
На восточном барбикане и вовсе отказал механизм запирания, буквально съеденный чумой разложения, порождённой магией. «Гибельные клинки» из 113-го полка «Мёртвых Голов» приняли решение закрыть проход корпусами своих танков, но опоздали. К ним ринулся живой поток из культистов, которые потеряли чувство боли, благодаря своим покровителям. Культисты с упорством фанатиков кидались с голыми торсами на огонь и под гусеницы. Болтеры перегрелись, автопушки истратили весь боезапас, и могучие танки просто завязли в болоте из крови, кишок и костей.
Со смертью последнего культиста в бой вступил сам Чёрный Легион.
Свежие силы легко смяли последних защитников, и восточные врата пали.
Вторая линия обороны последнего Касра Кадии пала.
Внешние стены
Один за другим, передовые укрепления Касра Краф пали, и лишь на юге разгорался огонь сопротивления. Маршал Амальрих из Чёрных Храмовников дал обет защитить Вал Мучеников, и его братья защищали святыню, со всей возможной фанатичностью и упорством, которыми славился орден. Они сражались, несмотря на то, что от стен давно остались лишь груды мусора. Они сражались, стоя островком чернёной брони в океане орд Хаоса. Чёрный Легион, Несущие Слово и многие другие предполагали сломить любую волю к сопротивлению своим численным превосходством. Братья уходили по одному. По двое, по трое. Знамя крестового похода несколько раз падало. Но выжившие только лишь находили свежие силы в жертвах павших, и всякий раз, когда знамя падало, находился тот, кто поднимал его всё выше.
К рассвету восьмого дня стены Касра Краф подверглись обстрелу прямой наводкой из многочисленных орудий, оставшихся в Пустошах, и храбрость защитников постепенно начала иссякать. Слишком многие хорошо помнили, что же случилось с их братьями и сёстрами на отдалённых укреплениях, распространялись слухи о невиданной в своей жестокости резне под стенами, об издевательствах над трупами умерших. Но немногие могли и подумать об истинных масштабах вторжения, и отчаяние послужило хорошим топливом для пожара страха в душах людей. Уже ни священники, ни комиссары не могли утихомирить пораженцев, появляющихся тут и там. Не помогали ни громкие литании веры, ни суровое подавление инакомыслия. Отчаяние росло. Кадия уже перенесла слишком многое. Она больше не выдержит.
Для Крида, крепость практически пала. Лорд-Кастелян прекрасно понимал, что лучшим способом борьбы с невидимым страхом служат не слова и не угрозы, но личный пример. Потому Крид покинул свой командный бункер и присоединился к рядам солдат на укреплениях. Он принимал пищу с простыми солдатами, вместе с ними же он старался урвать редкие минуты сна. Пока волна за волной разбивалась о позолоченные Врата Крига, Генерал стоял у бойниц, стреляя наравне со своими солдатами из стандартной лазвинтовки, взятой у ординарца. Эти моменты демонстративного сопротивления были единственными, когда Крид мог смотреть в лицо своему врагу. Всё прочее время он обращался к врагу спиной, в своеобразном жесте презрения. Он расхаживал по крыше центрального бастиона, чьи пустотные щиты пострадали ещё в первый день осады. Он спокойно рассматривал окрестности и анализировал увиденное, всё время подвергая себя и свою свиту опасности внезапного авианалёта. Куда шёл Крид, туда же следовал Келл, и носимое им знамя 8-го Кадианского вселяло толику веры в тех, в кого не смог вселить веру сам Крид.
Под неусыпным взором командования, Врата Крига упорно стояли. Но на востоке судьба Касра Краф повисла на волоске.
К счастью, здесь уже решимости было в достатке, если не в избытке. Чудом выжившие «Валькирии» 119-го авиакрыла проносились над стенами и окопами, без конца выполняя штурмовку наступавших и прикрывая небеса. Сёстры Битвы заняли руины, и во главе их стояла раненная, но несломленная Канонисса Женевьева. И наконец, прибыли потрёпанные переходом Волки и Тёмные Ангелы. Ходили слухи об ужасных созданиях, что сутки напролёт сеяли панику и смерть далеко за стенами защитников. Леденящий душу вой этих существ то и дело доносился до гарнизона. Если Орвен что-то и знал об этом, он делал вид, что так же ничего не понимает.
На защитников востока медленно и неумолимо напирал Легио Вулканум. Еретик, принцепс Малас Тирон потратил десять тысяч лет на оттачивание своего мастерства, и богоподобные машины под своим управлением он чувствовал даже лучше собственного тела. Разумеется, тут не обошлось без даров его тёмных покровителей, на стыке технологий и магии. Одержимые демонами «Гончие» были его глазами и ушами, его флагманский титан класса «Полководец» «Вместилище Проклятия» был его собственной правой рукой, манипула «Налётчиков» была его пальцами. В столкновениях со всякими угрозами, все машины вели огонь с невероятной точностью и согласованностью. Стоило пустотным щитам пасть, титаны перестраивались с чёткостью вымуштрованных солдат, выходя из контакта и переводя внимание батарей. Таким образом, все титаны без единой потери подобрались почти в упор к стенам Касра Краф, несмотря на военное мастерство защитников.
Защитники восточных стен были спасены жертвой 119-го крыла. Топливо и боеприпасы были на исходе, но штурмовики перестроились в боевой порядок для захода на цель.
Небеса над титанами кишели демонами, но опытные пилоты 119-го извлекли ценные уроки борьбы против демонических машин за предыдущие дни. У них не было ни единого шанса на завоевание превосходства в воздухе, ибо целям не было числа. Не было у них и шанса продержаться дольше считаных часов. Но выживание и не входило в планы отважных пилотов. Клавин Стрекка, командир крыла, подметил, как малые титаны двигаются вокруг самого большого из них и подстраиваются под его шаги. Стрекка решил, что стоит отсечь голову, и тело падёт.
Три «Валькирии» были подбиты ещё до того, как вышли на дистанцию стрельбы. Ещё две попали под вектор огня неистовой пушки «Вулкан», и даже не успели упасть, обратившись прямо в воздухе в мельчайшие кусочки. Остальные штурмовики держали строй, обрушивая мощь всех доступных орудий и скрипя бронёй от попаданий из автопушек. Ещё одна «Валькирия» устремилась штопором к земле, успев выпустить все оставшиеся ракеты «воздух-земля». Пустотные щиты «Вместилища Проклятия» засверкали искрами и покрылись дырами, когда ракеты достигли своей цели. 119-е распались веером для нового захода, прижавшись к земле и уворачиваясь от зенитного огня с земли.
В строю осталось лишь три «Валькирии», но и щиты головного титана пали. Стрекка раз за разом обманывал судьбу, и вот, со второго захода, под напором концентрированного огня из лазпушек, в корпусе богоподобной машины зазияли раны. Третий заход, и Стрекка остался один, все его ведомые были сбиты.
Он вознёс молитву Императору с просьбой о сохранении своей души.
И направил нос своей «Валькирии» в сердце вражеского титана и включил форсаж.
Огненный шар стал достойным надгробием 119-го авиакрыла, и его было видно с другого конца поля боя. «Вместилище Проклятия» накренился, и из-под его рубки в форме черепа вырвался поток зелёного нечестивого пламени. Остальные титаны тут же стали терять равновесие и палить во все стороны, словно подвергнувшись контузии. Одна из «Гончих» вовсе замерла, дав возможность макро-батареям открыть концентрированный огонь по лёгкой неподвижной цели, развалив его на запчасти. Раздались крики радости, и тут же приутихли, когда остальные исполинские машины сбросили с себя оцепенение и возобновили наступление, пусть даже без былой слаженности. Только лишь флагманский титан стоял недвижно, истекая потоками плазмы из реакторов, подобно тому, как человек истекает кровью.
Затем с небес ударила чёрная, как пустота, молния. Крики радости защитников застыли на их губах пеплом, когда в бой вступил военачальник этой осады. Это был не сам Абаддон, но вернейший из его лейтенантов — Демон-Принц Уркратос, Адмирал Чёрного Флота и Псарь Гончих Абаддона. Ему было оказана величайшая честь разрушить Кадию собственными руками, однако ж он понимал, что терпение хозяина не было беспредельным, и спешил закончить своё дело до того, как терпения иссякнет совсем.
Трещание чёрных телепортов создавало разрывы в реальности вокруг него, и к ним вскоре присоединился величайший жуткий вой. Уркратос расправил свои кожистые крылья и вокргу него стали собираться Гончие Абаддона. За ними всеми проступали очертания ужасных демонических осадных машин и орудий, плюющихся чистой смертью вокруг себя.
Гончие погнались по телам союзников и врагов, разрывая тела под собой и игнорируя ответный огонь. Их боевой клич был подобен извращённому стремлению зверя подражать человеческой речи.
Макро-пушки, предназначенные для борьбы с космическими кораблями и титанами, начали долбить прямо в густую массу демонических тел, подбрасывая сломанные тела на многие метры вверх. Но Гончие не ослабляли натиска. Крид со свойственным ему хладнокровием принялся раздавать приказы прямо с верха барбикана ворот, и к плотной массе ответного огня добавился ослепляющий поток сконцентрированных лучей множества лазганов. Но Гончих это даже не замедлило.
По обусловленному сигналу, началась новая орбитальная бомбардировка. Линкоры Чёрного Флота создали ползущий огневой вал, подбиравшийся к Вратам Крига, не заботясь о жизнях своих тёмных братьев внизу. Измождённые воздушные щиты проламывались и отключались. Защитники отправлялись в бесконечную тьму или просто слетали со стен под действием колоссальной ударной волны. Отступники так же исчезали в огромных количествах, потому как точность огня не волновала их повелителей. Гончие всё так же продолжали напор.
Шаг за шагом, сам Уркантос, наконец, достиг Врат. Гончие игнорировали раны, способные несколько раз убить обычного человека, иогнорировали и прометиум, полыхавший на их облезлой коже. Они были готовы на любые жертвы для победы прямо здесь и прямо сейчас. Победа для Абаддона, Воителя Ока Ужаса, и кровь богу крови! Раздались злопки подрывных зарядов, и Врата Крига, ослабленные восьмидневными обстрелами, рассыпались в прах.
С рёвом триумфа, Уркратос взошёл на последнюю линию обороны Кадии.
С падением Врат Крига, тяжесть защиты Кадии легла на плечи касркинов. Крид держал три полка этих легендарных бойцов в резерве всю битву, откладывая их вступление в бой до самого отчаянного часа. Теперь он приказал им выступить и занять оборону. Руины барбикана Врат окончательно превратились в груду бесформенного мусора под ударами тяжёлых снарядов. Затрещали пробивные лазвинтовки. Авангард Гончих Абаддона просто исчез, разорванный в клочья неимоверным залпом прожигающего насквозь лазерного огня.
Однако Гончие и не думали останавливаться — жажда резни манила их в бой, заставляя не считаться с потерями. Выжившие бросились на стену штыков защитников, подобно кроваво-красному ветру, выгрызающему куски из стены бронированной плоти, не считаясь с собственными жизнями. Уркантос шёл среди их рядов, и каждый взмах его когтей приносил подношение Богу Крови. С каждым убитым врагом, Уркратос чувствовал, как растёт расположение его хозяина, Кхорна. Его плоть, спаянная намертво с бронёй, утолщалась, пока не стала крепка, как адамантий. Кровь текла по его собственным ранам и затягивала их на глазах. Демон-принц окинул взором ряды Касркинов и увидел в них не врага, с которым стоит считаться, но изящно поданное основное блюдо этого кровавого банкета, подношение истинному Богу Кровопролития.
Касркины не были в одиночестве в тени руин врат Касра Краф. Рявкающие приказы Крида раздавались эхом из множества вокс-кастеров по всем стенам, и в мясорубку у ворот прибывало всё больше свежих сил. Необстрелянные призывники из 201-го встали плечом к плечу с ветеранами 9-го. Полки Мордианцев и Востроянцев вступили в бой, сражаясь и погибая не за собственный мир, и такова была судьба, таково было предназначение бесчётного числа бойцов Имперской Гвардии.
Но одного лишь численного преимущества было маловато для победы над мощью Гончих Абаддона. И что ещё хуже, у Уркантоса были в запасе подкрепления. Из луж и целых бассейнов крови восставали демоны Кхорна, с равнин приближались одержимые убийствами, вконец обезумевшие культисты, Чёрные Легионеры и созданные в глубинах самого ада демонические машины. Все они стремились присоединиться к резне и получить секунды внимания Тёмных Богов.
Второй полк касркинов был истреблён до последнего человека. Но никто из них не сделал и шагу назад. Никто не показал врагу спины. Но не все оказались столь же стойки. Боевой дух 33-го обрушился, когда его полковник оказался разорван пополам взявшимся из ниоткуда раптором. Возглас ужаса прокатился волной по всем рядам, и вот, подобно тому как дамба обрушается под напором штормовых вод, 33-й сломался и побежал. Их потеря веры в удержание Врат и их бегство поселили всё больше неуверенности и отчаяния в остальных. Ручеёк бегства 33-го разрастался до ревущей горной реки, по мере того как распространялась паника. Знамёна опускались и оружие бросалось в грязь. То что некогда было бастионом сопротивления и неповиновения, расспалось, и Уркантос неистово ревел, чуя приближение убедительной победы.
Но вместе с тем, как шёл бой в самом сердце кадианской обороны, бои вдалеке от него тоже продолжались. За восточной стеной шла неравная дуэль между уцелевшими титанами Легио Вулканум и Рыцарями Баронессы Вардус. Несмотря на то, что исполинские боевые машины уже не обладали слаженностью, которую им давал принцепс Тирон, их огневая мощь всё ещё на голову превосходила рыцарей Дома Равен.
Вардус не была глупа — она обладала достаточным опытом, чтобы не слать Рыцарей в прямые столкновения, вместо этого, они организованно отступали, вымания титанов по одному и заманивая их в огневые ловушки. И пока всё шло вполне согласно плану — жизнями четверых Рыцарей была куплена смерть одного титана и вывод из боя другого. Тем не менее, тактика организованного отхода требовала пространства для манёвра, которое стремительно заканчивалось по мере подхода к стенам. Баронесса приказала отходить на новую линию обороны и её ведомый в нескольких метрах буквально испарился под тяжестью сверхгорячего потока света из инфернального орудия. Информация, поступившая из коллективной сети связи, была удручающей — «Вместилище Проклятия» вернулся в бой.
К югу, стоя по колено в крови и внутренностях врагов, Маршал Амальрих и его Чёрные Храмовники продолжали свой Крестовый Поход. Его смутило, что враги хоть и не ослабляли напора, но были уже в меньших количествах, нежели в предыдущие дни. Оглядываясь на шторм, собиравшийся вокруг Врат Крига к северу от него, Маршал осознал, что сила его братьев была куда нужнее на стенах Касра Краф, нежели на давно разрушенном в пыль Вале Мучеников. Даже спустя многие поколения, упрямство Дорна брало верх над его потомками. Но возможно, ещё было время исправить ошибку. Один из «Громовых Ястребов» был уничтожен ещё в первые дни, но второй чудом уцелел до сегодняшнего дня в резерве в подземном укрытии. Амальрих был вынужден поступиться со своей гордыней и отдать приказ выжившим братьям покинуть Вал Мучеников.
В самом Касре Краф, Гончие Абаддона продолжали вырезать своими когтями и клыками сдававших позиции гвардейцев. Уркантос без устали ревел в наслаждении. Ему была дана новая, персональная задача: проникнуть в стены крепости и найти механизм, что сдерживал ярость «Воли Вечности». Но сейчас Псарь Абаддона не хотел идти на полумеры. Гордость Кадии была сломлена. Её защитники бежали от него! Он, Уркантос, свершит то, что не удавалось самому Абаддону! Именно он выпотрошит последнего защитника мира-крепости! И вся слава победы и всё внимание богов достанется ему, а не этому выскочке Абаддону!
И тут раздался новый мощный залп лазвинтовок, который Демон-Принц ощутил собственной кожей. Там, где мгновения назад был виден лишь поток трусливых убегающих солдат, встала новая сила, укрываясь за укрытиями «Эгида». Волна Гончих Абаддона разбилась о плотный огонь, штыки и проклятия 8-го Кадианского.
- «Кадия стоит!»
- Одинокий сильный голос, твёрдый и непокорный, словно камень, из которого был сложен Каср Краф, раздался по всему полю боя, перекрывая все прочие звуки войны.
- «Кадия стоит!»
- Другие голоса подхватили этот простой клич, и ряды бегущих и отчаянных солдат останавливались и собирались вокруг развёрнутых знамён.
- «КАДИЯ СТОИТ!»
- Третий выкрик подхватили все до единого солдата, и этот хор перекрикнул даже рёв демонических боевых машин и крики умирающих демонов. Своеобразная перекличка прокатилась по всему полю боя, и бойцы Имперской Гвардии собрали остатки воли и веры в кулак. В эпицентре этого моря штыков стоял Джарран Келл, развевая знаменем 8-го Кадианского. В стороне от него стоял, с неизменной эмоцией, не выражавшей ни толики сомнений или страха, Лорд-Кастелян Урсакар Крид, повторяя свою фразу словно заклинание раз за разом.
Атака Уркантоса, слишком отвлечённая на вырезание безоружных и беззащитных, остановилась и сломилась под волной медленного и отчаянного контрнаступления 8-го Кадианского. Гончие Абаддона сминались и исчезали от ударов Молота Императора. Рапторы же взмыли в небеса, намереваясь хирургически точным ударом убить Крида так же, как это было сделано с полковником 33-го. Вокс-усилитель пересылал голос Крида в живую массу солдат, и там, где дрогнул 33-й, ветераны 8-го смыкали ряды. Рапторы кинулись на свою добычу, навязывая кровавый бой, и унесли множество душ с собой в ад, пока последний штык не воткнулся с лязгом в грудину последнего из них. Но Крида они не достали. Весь рукав Келла был покрыт кровью, но не его кровью, и у его ног лежал последний сражённый Раптор, осмелившийся напасть на любимого генерала.
Битва за внутренний двор замерла. Ни одна сторона не смогла продолжать наступление, ни одна также не имела места на перегруппировку и реорганизацию. Но в который раз защитники оставили за собой инициативу, и Крид сражался как человек, час которого наконец настал. Он сражался, но в его руках не было ни меча ни пистолета — полки и соединения были оружием в его руках. И возникало ощущение, что Крид изящно фехтует этим оружием в своих руках — гвардейцы моментально атаковали именно там, где противник давал слабину и организованно отходили от мощных ударов, ставя блок ударам врага. Сотни, может, тысячи жизней были отданы в эти несколько часов. Но ни одна жертва не была напрасной. Крид выигрывал время кровью Ударных Войск не в расчёте, что придёт подкрепление — он уже давно отбросил глупые надежды, но с мыслью, что каждая секунда сопротивления была бесценной наградой, была глубокой раной гордыне Абаддона.
Кадия стояла. Потому как Крид стоял с ней.
Всюду вокруг крепости, остальные защитники делали всё, что от них требовалось. Корахаил разделил остатки своей Четвёртой Роты вместе с Волками по восточной зоне крепости. Прочие выжившие десантники стояли среди своих братьев. Они потеряли многих товарищей на полях Кадии, но теперь это был почти целый орден, состоявший из пёстрых и разнообразных геральдических цветов. Тут же стоял и орден Пресвятой Девы-Мученицы, их освящённые огнемёты отправляли демонов обратно в небытие, из которого они вышли, и это вселяло надежду и боевой дух в новобранцев 111-го, развёрнутого позади них.
И Чёрные Храмовники получили свой час триумфа. Их «Громовой Ястреб», покрытый пробоинами в корпусе, извергавший клубы дыма из своих двигателей, упал камнем прямо в ряды атакующих. Аппарель и эвакуационные люки с шипением откинулись, и ярость Дорна обрушилась на еретиков и демонов. Крестоносцы сражались с невиданной яростью, которая придавала им силу сверх возможностей Астартес.
Мечты Уркантоса о лёгкой победе рассыпались на глазах под напором отчаяния защитников. Но это стряхнуло с него туман гордыни, затмевавший его разум, и он вернулся к исполнению своих приказов. Стоит разрушить генератор нулевого поля, и ярость Чернокаменной Крепости выжжет всех подданных лже-Императора с лица земли. Собрав вокруг себя немногих оставшихся Гончих, Уркантос устремился к внутреннему бастиону и к призу, покоившемуся внутри.
Крид заметил рывок Демон-Принца, но мало что мог ему противопоставить, когда появилась новая угроза. К вратам подошла колонна «Гибельных Клинков» предателей, прокладывая путь по трупам мёртвых тел и остовам сгоревшей техники. Громоподобный залп из пушек раздался эхом в стенах бастиона, и передовые отряды Крида просто исчезли в одно мгновение. Раздался треск воксов, сержанты переводили огонь подчинённых тяжёлых орудий на новую угрозу.
Белые Щиты, новобранцы из 111-го не представляли никакой угрозы напору Уркантоса и его свиты, но к их чести, они стояли до последнего. Своими жизнями они выиграли достаточно времени для вступления в бой Сестёр Битвы. Уркантос ворвался в ряды Сестёр, покрывая свои когти плотных слоем крови мучениц. Огонь болтеров барабанил по его броне, и даже неудержимая сила мультимельт оставляла на нём только ожоги. За ним пришли и его Гончие. От легиона демонических созданий осталось не более сотни, но они были усилены Космодесантниками Хаоса разных банд и легионов. Расходный материал Абаддона нёс тяжёлые потери, но Уркантоса это совершенно не волновало. Их целью и назначением было только лишь пробить коридор для своего хозяина. И он купил душами своих подчинённых путь к Эгрессийским Вратам внутреннего бастиона.
Оставалось только одно препятствие. Сёстры Женевьева и Элеанор, с молитвами, застывшими на губах, вели в бой отряд Серафимов на блокировку пути демонов. С громоподобным хохотом, Уркантос обрушился на защитников с небес, врезаясь в массу тел и разбрасывая их в стороны, как насекомых. Но в его груди разгорелся огонь боли. Женевьева ударила ещё раз, её клинок сверкнул чистым светом, и она отсекла кусок плоти Демон-Принца.
Уркантос отпрыгнул назад, подставляя малочисленных рапторов живым щитом пред собой. Женевьева напирала, клинок её ослеплял нечестивцев. Но вера и упорство канонессы завели её в ловушку. Демон-принц не испугался, он только лишь ждал удобного момента. Только лишь Женевьева нанесла новый удар, Уркантос выбил меч из её рук и поднёс когтистую лапу к горлу. Узрев, что сестра в опасности, Элеанор рванулась к зверю, её яростные атаки выгрызали плоть и отсекли одно из крыльев. Но этого оказалось мало. Позвоночник Женевьевы хрустнул в нечеловеческой хватке Уркантоса, и на последнем издыхании, она ударила своей головой в лицо нечестивца, промеж горящих глаз. С криком отчаяния, Элеанор накинулась со всей своей возможной силой, нацеливая клинок к чёрному сердцу демона. Но тот заревел от боли и одним движением наотмашь отправил её в бессознательный полёт через поле боя, но клинок остался воткнут в его нечестивую плоть.
Во внутреннем дворе Амальрих напирал на танки еретиков. Одна контратака уже была отбита плотным огнём Опустошителей, сопровождавших неудержимые машины. Но завидев, как танки наводят орудия на укрепления 8-го, Чёрные Храмовники пошли в новую атаку.
Башня головного танка застыла в наводке, но не открыла огня. Сверхтяжёлый танк застыл на месте, вызывая недоумение своих тёмных братьев. Затем он ожил, словно по невидимой команде, развернувшись на 180 градусов и открыв огонь в упор по соседям. Причиной этому послужили не крестоносцы, и не гвардейцы, но их собственные враги. У Чёрного Легиона не было ни единого шанса. Спонсонные орудия танка изрешетили Космодесантников Хаоса ещё до того, как к ним подошли Храмовники. Башня повернулась к подходившим подкреплениям и орудия открыли огонь ещё раз, разрывая взвод «Хищников» Альфа-Легиона, словно те были сделаны из стекла.
На короткий миг, ни одна из сторон не знала, что же делать с неожиданным предательством. Никто не заметил и фигуру в плаще, нырнувшую в тень бастиона, никто не заметил поток нано-машин из его рук, касавшийся корпуса танка. Но этот короткий миг был тем, что было нужно Криду. По его команде, 8-й ринулся к вратам внутреннего бастиона. Перед ними предстало мрачное зрелище изрубленных и истерзанных тел юнцов 111-го и Сестёр Битвы.
Внутри командного бастиона тело Магоса Кларна сползало с когтей Уркантоса. Половина манипулы скитариев всё ещё загораживала последний проход, но орудия их не могли сравниться с освящёнными мечами канонесс. Ярость Марса не была четой ярости Императора. Меч, застрявший в плоти Уркантоса, раздавался жгучей болью при каждом его движении, но цель была так близка... Под его ногами стояли ряды конденсаторов, генераторов и реле. Один удар по ним, и Кадия будет открыта для разрушительного луча крепости Абаддона. Уркантос соскользнул с помоста и приземлился в аккурат перед головным терминалом.
Сёстры собрались вокруг командного взвода Крида, лица их были непроницаемы. Орден Нашей Пресвятой Девы-Мученицы сражался храбро и стойко, вызывая уважение даже у Астартес, но платил за это мёртвыми и раненными. По крайней мере, им повезло больше, чем 111-му полку Белых Щитов, подумал Крид. Орден всё ещё сопротивлялся в остальных частях крепости — да что там, в других частях всей Галактики, — но юнцов-призывников не стало. Выживает ли в этой битве хоть кто-то, кто сможет поведать об их жертвах, когда Каср Краф пал?
- Передовые отряды достигли Эгресских Врат. Приготовив оружие, они вошли внутрь.
- — Можем ли мы убить существо, которое сотворило такое?! — воскликнул Кормакен.
- Крид повернулся. Лицо адъютанта было бледным, взгляд его нервно скользил по всему месту резни. Необходимо было перенести несколько битв, чтобы заслужить звание Ветерана. Может, гораздо больше. Как много битв видел Кормакен? Как много битв видел каждый из этих бойцов и увидит ли ещё? Что бы не происходило, время Кадии подходило к своему концу. Это было ясно.
- Келл тяжело пнул труп существа с огромными клыками, торчащими прямо из шлема. — Если оно способно истекать кровью, оно способно умирать. — Он указал на тело мёртвой Канониссы, чья броня была покрыта толстым слоем демонического ихора. — Они заставили его истекать кровью. Значит мы сможем закончить начатое!
- Земля задрожала. Из Эгресских Врат вырвался завывающий вопль истязаемого воздуха. Крид всё ещё анализировал звук, когда Келл одним толчком в спину прижал его к земле. Он ударился об землю совсем рядом с трупом Канонессы, когда их дверного проёма вырвался поток пламени. Келл присел рядом — опалённый, но живой. Кормакен оказался не столь удачлив. Он даже не успел набрать воздуха в грудь для крика ужаса, когда его поглотил шар испепеляющего огня. Воздух с шипением наполнился отвратительной вонью горящей плоти и жареного мяса. Многие бойцы также успели отскочить в сторону или залечь, и отделались прожжённой формой и опалёнными бронежилетами.
- Келл одним прыжком встал с земли и протянул руку Криду. — Ваша удача с вами, Лорд-Кастелян. Крид ухватил руку и поднялся. —Ты — моя удача, сержант.
- Он уставился на чёрный дверной проём. Через весь фасад командного бастиона теперь тянулась огромная трещина — последствия взрыва. Звуки битвы затихли, словно доносясь из другого мира. Три отделения зашли в бункер, и теперь они были, вне сомнения, мертвы. Но не это занимало мысли Крида, он совершенно не думал о взрыве. Он уставил свой взгляд в небеса, старательно выискивая злобный циклопический глаз, смотревший на Кадию взглядом палача. Будет ли какое-то предупреждение? Есть ли теперь хоть какой-то смысл сражаться?
- Может, он и потерпит неудачу в своём стремлении защитить Кадианские Врата, но он не сдастся без боя. Он не прекратит сражаться. Никогда!
- — Отдавайте приказы, сержант. Мы возвращаемся во внутренний двор, мы продолжаем бой. Восьмой Кадианский стоит. Кадия стоит!
- Выживший адъютант, бледный, как и Кормакен несколькими мгновениями ранее, приложил к губам талисман. Некая реликвия, амулет. Множество офицеров имели подобные вещицы.
- — Император защитит...
- Крид всем телом повернулся к нему, еле сдерживая собственную ярость. Он выбил талисман из рук адъютанта и вытащил пистолет из его кобуры.
- — Император?! — орал Крид, — Он в сотнях световых лет от нас! — Он упёр пистолет в грудь ординарца, заставив того медленно пятиться назад. — Если ты хочешь спасения, дуралей, то завоюй его! Не молитвой! Никакими талисманчиками или подобной ерундой! Солдат создаёт свою собственную судьбу. Он не должен вымаливать о чуде, он должен сражаться!
- Офицер застыл с раскрытым ртом. Не из-за Крида, но из-за того, что в небесах засиял свет, где-то существенно дальше командного бастиона. Келл также смотрел на это зрелище с мрачной улыбкой на лице. Крепко сжимая кулак в попытке успокоиться, Крид развернулся и поднял взгляд наверх. Сначала он не увидел ничего необычного, но как только взгляд сфокусировался, он удивился, как он не мог замечать такое.
- — Да будь я проклят, — процедил он сквозь зубы. И впервые за последние десять лет на его лице расцвела улыбка.
Эхо прошлого
Велизарий Коул не собирался оставаться долго на Эриаде IV. Логика требовала покинуть это место. Протокол настаивал. Каждый момент его промедления приносил новые потери его силам от рук последователей Гангрека. И всё же, архимагос не мог заставить себя уйти. Его манили загадки, пробуждали в нём эмоции, которые были давно атрофированы столетиями бесчисленных аугментаций.
Он должен был найти ответ на таинственную загадку Ходящей-по-покрову. Был ли ответ в реликварии, запертом на борту «Железного Призрака»? А быть может, что-то ещё? Теневая Провидица совершенно точно сказала, что секреты Эриада IV будут или раскрыты сейчас, или не раскрыты вообще. Коул не сомневался, что его цели разнились с целями Силандри, и текущий союз был временным и вынужденным. Хотя даже нестойкий союз может круто изменить судьбу Империума. Он видел подобное уже на раз и на своём веку — пусть даже он не мог вспомнить деталей или имён. Слишком много знаний покоилось в его голове, разбросанные по ячейкам памяти, подобно мозаике. И даже несмотря на неимоверное стремление Коула сохранить каждую крупицу, у него никак не складывалась полная картина настоящего.
И от того Коул одержимо углублялся всё дальше и дальше, даже когда лагерь на поверхности почти сгинул под напором песчаной бури, даже когда зеленокожие усилили напор. С каждым багровым рассветом прибывали новые атакующие, и с каждой ночью скитарии отступали всё дальше.
И тем не менее, Коул копал, заставляя бурильные установки работать на пределе возможностей. Как он и предполагал, каждый раскопанный уровень приносил всё больше невероятных открытий. Фрагменты знаний складывались в цельную картину, несостоятельные теории отбрасывались. Лишь одно беспокоило разум Коула: артефакты с Эриада IV были старше не только человечества, но и почти всякой разумной жизни в галактике. Техника изготовления, внешний вид, узоры и начертания — всё указывало на происхождение в темнейшую из эпох. Возможно, даже от рук Некронтир или таинственных Древних.
Работа Коула не прекращалась ни на миг в течении всего 37-часового дня Эриада. Чем глубже он вгрызался в корку планеты, тем более настойчивыми были его поиски. В какой-то момент он неожиданно заметил, как арлекин следит за ним из тени.
Казалось, Теневая Провидица была видна только одному ему. Она всякий раз подходила и исчезала, словно плывя по воздуху, проходя сквозь энергощиты и пустотные переборки, подобно призраку. Коул удивился, была ли она действительно «призраком», или в его аугментированной памяти под действием радиации и опасных испарений возникали галлюцинации. Каждый раз он приходил к одному и тому же выводу. Это не имело значения. Он был одержим жаждой открытий и знаний. Он должен узнать...
На пятые сутки экспедиции скитарии отступили во внутренний защитный периметр. Орки уже понесли невообразимые потери, но казалось, что это только заводило их. Лагерь «железяк» стал увлекательным развлечением — гарантией славной драки на планете, где просто отсутствовала всякая иная жизнь. Расчёты показывали, что ещё одной скоординированной атаки лагерь просто не выдержит. С несвойственной для адепта Бога-Машины яростью, Коул наконец отдал приказ готовить эвакуацию.
И вместе с тем случилось чудо, хотя в чудеса Архимагос не верил. Одна из туннельных машин задрожала и провалилась в огромную естественную пещеру, пробив её крышу. Машина провалилась во тьму, издав свой последний сигнал при страшном ударе о покрытый сталагмитами пол, однако, успела передать изображения огромной конструкции, облицованной плиткой из матового чёрного камня. Коул мгновенно приказал приостановить эвакуацию и ждать его возвращения, а сам погрузился в чёрную глубину.
Даже с беглого взгляда, Архимагос понял, что это было именно тем, что он искал. Датчики подсказывали, что строение составляло порядка 230 метров в высоту, но ширина была просто необъятна. Оно явно пострадало в своё время от обстрела, и основательно было изъедено временем. Загадочный матово-чёрный обелиск в центре не показывал ни единого признака своего назначения, но Коул уже видел такие ранее — огромные, словно, подпирающие небо. Он видел эти обелиски на Кадии.
На мгновения застывший под впечатлением, Архимагос начал копаться в архивах в своей голове. Следы повреждений на поверхности исходили от орудий ранне-имперского периода, они были нанесены во время... Четвёртого Чёрного Крестового Похода Абаддона. Но зачем было Разорителю вести свой флот на покинутый всякой жизнью мир? Если только... Если только прибытие Чёрного Флота в своё время было не случайностью, но частью большего плана...
Коул вызвал в памяти локации найденных им техно-артефактов и наложил на них пути Чёрных Крестовых Походов. Королис. Беластон. Вогрид II. Список рос и рос. На некоторых мирах были найдены подобные Пилонам конструкции, на всех из них находились археологические экспедиции, все они... были стёрты неимоверным натиском Разорителя. Почему никому не приходило это в голову? Тысячелетиями было известно, что Кадианские Пилоны служат своеобразными отражателями варпа. Неужели Империум совершенно не придавал значения планам Абаддона?
Безо всякого предупреждения в воздухе возникла Скрытая Вуалью.
- — Теперь ты понимаешь?
- Коул кивнул, несколько испугавшись очередной галлюцинации.
- — Пилоны. Имматериум...
- — Каждый из них поддерживает ритм другого. Без этих камней, исчезнет неслышимая музыка. Без ритма, наступит Хаос. Галактика умрёт, поглощённая безумием...
- — Как это остановить?
- — Кадия — конец всего и начало нового.
- Кадия... Место, где был когда-то заключён первый союз. Совпадение? Коул не верил в случайности и совпадения.
— Это не лучший момент для общения загадками! Дай мне нормальный ответ!
- Но арлекин в который раз растворился в воздухе, оставив его, в который раз, без ответов, но с чёткой целью.
Огни спасения
Свет Императора
Она снизошла, объятая священным пламенем, ангел, спущенный рукой Императора в ужасы войны. Она спускалась с небес, молнии чистого света исходили от яркой путеводной звезды, возникшей в небесах Кадии. По мере её приближения к осаждённым стенам Касра Краф, защитники, все как один, называли её имя. Начиная с молитв Сестёр ордена Пресвятой Девы-Мученицы, голоса распространялись подобно пожарищу, со всем возможным почтением и ликованием.
Целестина. Молитвы были услышаны. Чудо снизошло на Кадию.
Она спустилась, подобно удару кометы, во внутренний двор, кольцо огня от её приземления сбивало осаждающих с ног. Целестина восстала в полный рост, и её клинок засиял серебряным светом, разгоняя тьму и нечестивый туман вокруг. Демоны бросились врассыпную от неё, подобно трусливым собакам, и тела их исчезали из реальности, когда их касался сияющий чистый свет, полная противоположность их мрачной тьме.
Силы ворвались в истощённые мышцы. Защитники, которые уже было оставили всякую надежду, преисполнялись мужества и праведного гнева. Император был с ними. А иначе зачем бы ещё он ниспослал Живую Святую, что поведёт их к неизбежной победе? Объединившись, они собрались для ещё одной последней атаки, без единого следа страха в сердцах. Даже Крид, потерявший в своём рациональном разуме всякую надежду, забыл о Чернокаменной крепости где-то на орбите и встал в один ряд со своими людьми. За исключением праведных Чёрных Храмовников, лишь воины Адептус Астартес не испытывали волнения близ Целестины. Имперский Культ не был их верой. Они верили в связи братства, долг перед давно почившими или пропавшими Примархами, но ежели проповедники Министорума присвоят сегодняшнюю победу себе, да будет так. Такова воля Императора.
На один миг, один короткий миг, ряды атакующих дрогнули и развалились. «Гибельный Клинок» «Виконт», всё ещё охваченный незримой схваткой с наномашинами, разъедающими его системы, исчез под волной контратаки человечества. Культисты разбегались, их тёмные надежды и мечты распались при одном лишь виде Живой Святой. Но затем Чёрный Легион встретил ярость защитников своей нечестивой решимостью. Несмотря на первоначальный запал, контратака немногочисленных защитников захлебнулась.
Но Целестина принесла для защитников Касра Краф не только лишь одну веру. Во тьме зарычали плазма-двигатели. Посадочные шасси ударились о землю. Нарастал гул боевых гимнов и молитв, звон освящённых колоколов раздавался эхом на стенах. Более чем просто в вере, и более, чем просто в надежде, защитники Кадии нуждались в подкреплениях, и Живая Святая их привела.
Целестина нашла их в бушующем море варпа, их двигатели были в полуживом состоянии из-за диверсий предателей, их поля Геллера истончались на последнем вздохе. Пять полных рот Сестёр Ордена Пресвятой Девы-Мученицы были потеряны в варпе последние полторы тысячи лет. Её свет послужил маяком для потерявшего надежду корабля, направил его к другому объекту и связал их вместе для того, чтобы наконец выбросить в реальное пространство. Теперь они стали её пылающим клинком, преисполненные жажды мести за все учинённые страдания. С новыми подкреплениями, битва в который раз переломилась в пользу защитников.
За восточной стеной, Баронесса Вардус тоже заметила яркий свет в небесах, но не придавала этому никакого значения. Её волновало только лишь печальное осознание того, что её план, заставить Легио Вулканум истечь кровью на подходе к крепости, провалился. Почти все её ведомые нашли свою погибель. Всё что оставалось выжившим — надежда на славную смерть. Вардус уже начала процесс подготовки реактора своего Рыцаря к перегрузке, когда над ней пронеслось звено сияющих золотом Громовых Ястребов. Командная рубка «Вместилища Проклятия» разлетелась на осколки под напором лучей турболазеров, предназначенных для борьбы с обшивкой космических кораблей, и «Громовые Ястребы» улетели на новый заход. С мрачной улыбкой, Вардус отменила инициацию перегрузки. Почётное самоубийство было тактикой тех, кто утерял надежду, и её надежда вернулась к ней.
На орбите заревели бортовые батареи «Фаланги». Чёрный Флот начал перестраиваться и отвечать беспорядочным огнём, но старые почтенные щиты «Фаланги» выдерживали удар за ударом. Капитана Гарадона уже ничто не беспокоило. В предыдущие несколько дней, он сражался бок о бок с призраками Проклятого Легиона. Он отправил доверенную ему Крепость в самоубийственный полёт, лишь бы её не смог использовать враг. И в Имматериуме он принял стыковку с искалеченным транспортом Имперского Флота. Так много вещей, которые он полагал невозможными несколько дней назад. Так много событий, которых он не мог понять. Но это? «Фаланга», противостоящая в одиночестве всему Чёрному Флоту? Столь запоздалое возмездие.
- Уркантос вышел из Эгресских Врат, стряхивая с себя пепел того, что когда-то было людьми. Чёртов механизм, сдерживавший ярость Чернокаменной Крепости, был уничтожен. Воля Разорителя была исполнена. Кадия ожидала своей смерти, и Уркантос не имел ни малейшего желания исчезнуть вместе с ней. Самое время отправиться назад и взять заслуженное вознаграждение.
- «УМРИ, НЕЧЕСТИВОЕ СОЗДАНИЕ!»
- Гвардеец бежал на Демон-Принца с примкнутым штыком.
- Уркантос насадил смертного на свои когти одним брезгливым движением. Слизывая кровь, он позволил трупу медленно сползти на землю к останкам почерневших от огня Сестёр.
- Во внутреннем дворе всё так же бушевала кровавая резня, но её ход был словно иным, к ней добавились новые запахи ощущения. Уркантос с радостью присоединился к ней, не устояв даже перед риском уничтожения под взором Чернокаменной Крепости.
- Со взмахом крыльев, она приземлилась прямо перед Уркантосом, на её броне полыхали отблески света от её нимба. Наконец, он понял, что же заставило битву измениться. Она.
- — Невеста трупа, — зарычал он
- Ангел подняла клинок, готовясь к атаке, — Твои дни сочтены, зверь!.
- Уркантос издал громоподобный смех. — Мои дни только начались! Ты — ничто. Эхо мёртвого бога! Я разорву тебя на части и приподнесу Кхорну твой череп!
- Демон-Принца постигла агония, когда белый свет оставил в нём глубокую рваную рану. Сквозь помутнённый взгляд, он уставился на невесту трупа стоящую перед ним в ожидании. Боль начала отходить. Как обычно, Уркантос почувствовал себя только сильнее от причинённой боли. Ещё одно испытание Богов пройдено!
- — Я есть Палач Чёрного Флота, я — Правая Рука Абаддона! Ты не ровня мне!
- Уркантос прижал когтистую лапу к груди, в которой мгновениями ранее полыхала боль. Что-то было не так. Клинок, воткнутый в его плоть — клинок одной из этих ведьм, — исчез. Он оглянулся. Две Сестры стояли по бокам от него, лица их были преисполнены света, а броня была цела и полыхала ярче солнечного света. Уркантос обычно не утруждал себя запоминанием тех, кого он убил, но он узнал их, узнал их лица. Близняшки, которых он убил на пороге крепости. Его собственный ихор стекал по клинку одной из них. С того самого клинка, что минутой ранее застрял в его плоти. Впервые в Демона вселились недоумение и страх.
- — На сей раз, я не одна, — произнесла Целестина, — и твои дни сочтены, отродье!
- С рёвом отчаяния, Уркантос бросился в атаку.
«Фаланга» устремилась к «Воле Вечности», и её щиты засверкали, когда она начала пробиваться через авангард Чёрного Флота. По команде Гарадона, бортовые батареи открыли огонь по кораблям отступников, но исполинские носовые орудия пока молчали.Фаланга и так пострадала от времени вообще и недавних событий в частности, и её капитан хотел быть уверенным, что ни один залп не уйдёт мимо. Возможно, всякий другой корабль уже сгинул бы под яростным напором и древними орудиями Чёрного Флота, но «Фаланга» была кулаком самого Дорна, величайшим подарком Императора человечеству. Даже после получения колоссального урона и потери существенной части экипажа, никакое другое судно не могло бы с ней сравниться. Даже без помощи эскорта, мощная боевая крепость стойко держалась в одиночестве. Но это не могло продолжаться вечно. Сенсорные панели на мостике зажглись красными огнями тревоги, когда основная часть флота Абаддона снялась с орбиты, дабы присоединиться к сражению, но Гарадон не обращал внимания на эти предупреждения. Сынов Дорна учили не сдаваться и не отступать. Если сегодняшний бой станет последним боем «Фаланги», да будет так. И Гарадон продолжал держать курс к чёрной голодной пасти Чернокаменной Крепости.
С правого борта «Воли Вечности» вырвался столб пламени. Это был незначительный укол, совсем скромная пробоина в громадном корпусе Чернокаменной крепости. Но она означала, что локальные щиты, в правой нижней четверти, ушли на перезагрузку. Стоя на мостике «Фаланги», Гарадон увидел этот момент слабины, увидел и возликовал. И тут его основные орудия, спавшие несколько сотен лет, заревели в неистовой ярости огня, прославляя своего давно почившего создателя. Первый залп оставил трещины на толстенной матовой броне «Воли Вечности». Десятый залп обратил броню в пыль.
Крейсеры и линкоры предателей устремились к главным батареям «Фаланги», их капитаны без всякого чувства самосохранения подставляли свои корабли живым щитом под удары орудий, и шли на отчаянный таран в попытке охладить пыл Кулака Дорна. Некоторые орудия действительно замолчали. Но этого не было достаточно. «Фаланга» вгрызлась в глотку Чернокаменной, пробиваясь к её сердцу, неумолимо выгрызая броню дюйм за дюймом. Гарадон игнорировал вопли колоколов-сирен, сигнализирующих о пробоинах в корпусе и потерях личного состава. Настал час смерти последней Чернокаменной, и сыны Дорна были её палачами.
Раздался очередной залп, и что-то внутри Чернокаменной дрогнуло. Раскрылась обширная трещина в ядре нечестивой боевой станции, яркий фиолетовый свет разлился среди звёзд. Пока «Фаланга» начала поспешный отход на безопасное расстояние, разрыв рос всё больше, поглощая суда вокруг себя. С беззвучным психическим воплем, который раздался эхом в головах всех живых существ в районе Кадианских Врат, «Воля Вечности» распадалась на две части, её древние двигатели исторгали вокруг себя хаотичные выбросы невероятной энергии, так долго заключённой внутри. Через несколько томительных мгновений, треть Чёрного Флота просто исчезла, будучи поглощённой образовавшейся воронкой Имматериума. Хотя множество кораблей осталось вокруг южного полюса Кадии, зависнув, словно в растерянности. По иронии судьбы, корпус самой Чернокаменной остался на орбите планеты, уставившись слепым глазом на свою бывшую жертву.
На поверхности же, Рыцари Дома Равен поддерживали внезапную атаку «Громовых Ястребов» Имперских Кулаков, они палили из всех орудий без пощады и перерывов, пока «Вместилище Проклятия» не превратился в груду шипящего плазмой металлолома. Восьмой Кадианский, ведомый Сёстрами, медленно выдавил осаждающих из внутреннего двора Касра Краф и оттеснил их от внешних стен.
Крид с гордостью водрузил знамя Восьмого Кадианского на отбитые Врата Крига. Целестина и её Гемини Супериа — воскрешённые Канониссы Женевьева и Элеанор, сбросили безжизненный труп Демон-Принца Уркантоса со стен. С небес защитникам подала сигнал надежды «Фаланга», и вспышка рассеивающегося фиолетового света окончательно устранила волю отступников к битве.
Преследуемые Рыцарями и Волками, осаждающие побежали на юг. Культисты и еретики, потерявшие остатки надежды, бросали своё оружие и поднимали руки вверх, моля о прощении и пощаде. Но единственное прощение, которое они заслужили — потоки раскалённого освящённого прометиума. Тысячи умирали на месте, но ещё большему числу удалось скрыться. Несмотря на победу «Фаланги» в космосе, господство в воздухе всё же оставалось за силами Абаддона. Воздух кишел потоками новых посадочных транспортов и десантных капсул. Рассыпавшиеся банды собирались в новые формирования для новой атаки.
На руинах Касра Краф, Крид стоял перед картой местности и строил новые планы. Он не признавал случившееся победой. Но выживанием.
Защитники выжили.
И Кадия стоит.
Горн Истины
С наступлением нового рассвета, к звёздам потянулось пламя костров. У защитников Касра Краф не было ни человеческих ресурсов, ни времени для погребения должным образом павших в бою, и они воздавали им честь единственным доступным способом — посредством очищающего пламени. Ветер переменился, донося с юга звуки и запахи битвы, когда Рыцари Баронессы Вардус добивали отрезанных от подкреплений отступников. Огни пылали два дня и две ночи, питаемые любым топливом, которое можно было пустить в дело, защищая честь убитых от порчи Тёмных Богов и осквернения от их последователей.
На последних обрядах настояла сама Целестина, и Крид ей уступил. Не из-за необходимости, не из-за дани уважения храбрецам. Лорд Кастелян преследовал одну единственную цель — занять своих бойцов делом. Активность, необходимая или бесполезная, всегда была лучшим способом поддержания морального духа. Совсем скоро они узнают печальную правду — правду, которую Крид принял ещё до того, как Целестина сбросила труп Уркантоса с высоты стен. Величайший и славнейший момент сопротивления Кадии был, похоже, её последним. Когда силы Абаддона придут новой волной, — а Крид ни на минуту не сомневался, что они придут ещё и ещё, — оборона Кадии будет скоротечной. Возможно, потому, подобные призракам Проклятые Легионеры заняли позиции на Элизионских Полях, вокруг немногих оставшихся Пилонов.
Потому Крид оставил Живую Святую в её богослужении посреди очищающих огней, благодарный за любое воодушевление, на которое она способна. Но в его голове всё настойчивее возникал немыслимый план отступления. Прибытие «Фаланги» открывало новые возможности. Даже после тяжелейших потерь в ходе схватки с Чёрным Флотом, могучая крепость была способна на варп-прыжок. Она способна перебросить существенную часть сил оборонявшихся к безопасным мирам. Голос в голове Крида говорил ему остаться, продолжать сражаться. Но чем настойчивее он звучал, тем больше Крид опасался, что голос говорит о гордыне, но не долге. Возможно даже, битва за Кадию подходила к концу, но впереди было, так или иначе, ещё много работы на удалённых участках Кадианского Сектора — от Агрипины до Белис Короны.
Мало помалу, к Кадии всё же стягивались долгожданные подкрепления со всех уголков сектора. Некоторые были потеряны ещё в момент выхода в реальное пространство, фортуна поворачивалась к ним спиной и выбрасывала прямо под орудия Чёрного Флота. Немногим повезло больше, и они выходили в относительной безопасности экваториальной орбиты, оберегаемой «Фалангой». Первым прибывшим был Капитан Руис Трацинто и его Пятая Рота Багровых Кулаков, с ходу отправившиеся с Кадианским 14-м к Касру Партокс.
Несколько побитых крейсеров пришло прямиком c Солар Мариатуса, их ангары были полны танков 51-го полка, а также Рыцарями Дома Таранис. Их экипажи нашёптывали истории о невероятном спасении конвоя перед самым лицом неизбежной смерти. В критичный момент перехода через варп, из ниоткуда появилось несколько боевых барж, выкрашенных в поблекший сине-серый цвет, и те взяли на абордаж корабли преследователей. Многие утверждали, что могли различить на корпусах этих барж символы Легиона Космических Волков. Крид поспешил спросить Орвена, высылал ли Фенрис подкрепления. И получил лишь суровый взгляд в ответ.
Последние прибывшие не были ожидаемы, но были приняты с радостью. Целый флот Адептус Механикус прямиком из засушливой системы Эриад. Как всегда склонный к прагматичному мышлению, Крид надеялся поручить адептам Бога-Машины ремонтные и восстановительные работы, требовавшие высокого мастерства, но был разочарован. И хотя сам флот был в полностью исправном состоянии и готов к бою, манипулы Скитариев на борту были практически небоеспособны, истощённые в предыдущих боях. Все оставшиеся пассажиры срочно спешили занять покинутые ранее места археологических раскопок на Кадии. Хуже всего было только то, что командующий флотом, архимагос Белизариус Коул, сообщил Криду то, что тот более всего на свете боялся услышать. Угроза Кадии, Империуму, всей Галактике оказалсь куда выше, чем кто-то мог предполагать.
На военном совете в руинах Касра Краф, Коул изложил все свои мысли и рассказал о всех находках его экспедиции. Хотя и немногие понимали всю его речь, — то и дело архимагос вставлял посреди речи на готике жужжащие звуки бинарного языка Омниссии и просто непонятные слова, — даже понятной части речи было достаточно, чтобы присутствовавшие затаили дыхание. На протяжении долгих тысяч лет, Кадианские Пилоны, и многие подобные им сооружения по всей Галактике, работали подобно швам, сдерживавшим ткань реальности целой. Стоит этой ткани реальности надорваться — и Имматериум бесконтрольно выплеснется, поглотит реальность. Абаддон провёл десять тысяч лет в уничтожении этих самых «швов».
Присутствовавшие на совете не хотели верить его словам, подобным пронзительному горну истины. Тем не менее, теория Коула объясняла всё происходящее по-новому. Растущую тьму последнего тысячелетия Человечества. Увеличение числа варп-штормов. Одержимость Разорителя Кадией. Чёрные Крестовые Походы, признаваемые Империумом как череда неудач Абаддона, были итогом изощрённого дьявольского плана.
Канцефалус. Аркрит. Кромарх. Готическая война.
Многие века все эти кампании казались простой чередой атак в разных направлениях, разведкой боем. Все они теперь выглядели лишь ширмой для истинных планов, понятных лишь немногим избранным. Результат Долгой войны.
Коул не стал говорить о всех известных ему подробностях. Он не упомянул о загадках Скрытой Вуалью. Но он был убеждён, что надежда оставалась, а пилоны содержали в себе ключ к победе над Абаддоном. Это было лишь предположение. Но пилоны были инструментом, и всякий адепт Бога-Машины, следовавший твёрдой логике, понимал, что инструмент можно превратить в оружие. По словам Коула, было не важно, сколько же пилонов было разрушено, а сколько оставалось в строю, и насколько близко Галактика к своему неизбежному концу. Одно не поддавалось сомнениям — отступление с Кадии не было сколь-нибудь приемлемым вариантом. Абаддон не должен получить свою решающую добычу ни в коем случае. Всё что оставалось решить защитникам — как свершить невозможное. И быстро, до того, как Чёрный Флот окончит свою передышку и разразится новой атакой.
Первый шаг был сделан на небесах — «Фаланга» заревела своими плазменными двигателями, шум и грохот которых был слышен даже на поверхности планеты, и заняла геостационарную орбиту ровно над полями пилонов. Ауспексы и датчики на мостике показывали, что Чёрный Флот намеревался заблокировать движение крепости, однако же, в своём недавнем бою Фаланга посеяла страх, если не уважение, в головах адмиралов-предателей. Похоже, ни у кого не хватало храбрости выйти вперёд и обратиться в пепел.
Когда небеса оказались под защитой, Крид занялся перестройкой обороны на земле. На протяжении всех полей пилонов были вырыты новые траншеи и установлены оборонительные линии «Эгида». Подземные катакомбы, некогда запланированные как самая последняя линия обороны Кадии, теперь стали сердцем новой возводимой крепости. На поверхности земли, кадийцы, совместно с Сёстрами Битвы, ждали своего часа. Под землёй послушники Коула работали без перерывов и отдыха под чутким взором Скитариев.
Выжившие космодесантники, теперь усиленные Пятой Ротой Багровых Кулаков и остатками Имперских Кулаков, перегруппировались в новую единую ударную силу под командованием Магистра Корахаила. Лишь Космические Волки, верные своей природе своевольности и неподчинения, разошлись вдоль оборонительного периметра. Его гневило решение Волков, и он проклинал древнюю вражду между Сынами Льва и Сынами Русса. Однако Гарадон не был с ним согласен. Он провёл немало битв бок о бок с Волками Фенриса, и убеждал Корахаила в лучшем выборе.
Ночь опустилась на Кадию, и каждый миг ожидания томительно растягивался. Всякий, кто ждал своего часа в траншеях Элизионских Полей, будь он рождён на Кадии или на мире в сотнях тысяч световых лет от неё, втайне надеялся, чтобы битва началась как можно скорее. Чтобы смерть опустилась на Кадию в очередной раз, и чтобы смерть нашла их, пока у них хватает мужества и стойкости встретить её с честью и достоинством.
Целестина парила в небесах над защитниками, словно маяк света и надежды во тьме вокруг. Но и её мысли были неспокойны. Вновь и вновь её посещали ужасные видения. Крепость пала, а тела защитников засасываются в кровавый водоворот. Её крылья опалены, но она пытается остановить этот хаос битвы. И где-то за этим потоком она видела Воина, заключённого в ледяную глыбу-тюрьму. С таким знакомым, прекрасным и чистым, лицом. С каждым рассветом, видение уходило прочь. Она узнает своё будущее, когда для этого будет подходящий момент. Император ведёт её. Она есть его правая рука.
Где-то глубоко под пилонами Коул отчаянно пробивался в грунт Кадии в поисках ответов для всего человечества. Плазменные буры вгрызались в камень, останавливаясь на мгновения только лишь для анализа почвы и новых коррективов. Коул беспрерывно рассылал сервиторов и сервочерепа со сканирующим оборудованием во все стороны раскопок под пилонами. Но одно Коул понимал ясно — он улавливал нараставший шум неких генераторов глубоко внизу. Похоже, что ряд пилонов уже работал просто на износ, и их собственное напряжение наносило им урон, сравнимый с уроном Имматериума, который они рассеивали. Похоже, с каждым уничтоженным в своё время пилоном, другие адаптировались и перестраивались в новую цепь, компенсируя недостаток повышением собственной мощности. Но с какой интенсивностью дрожали пилоны перед ним... Возможно ли, что кадийские пилоны были вообще последними в Галактике?! Коул не любил гадать и строить отвлечённые теории, он привык делать выводы из фактов и знаний. И всё же пилоны так отчаянно сопротивлялись ему, скрывали ответы на его вопросы...
Ровно до тех пор, пока перед ним не явилась фигура, укутанная в длинный плащ. Мысли Коула словно направились в определённое русло, и хотя архимагос всё так же был шокирован сложностью и качеством исполнения многочисленных механизмов нечеловеческого происхождения, к нему начало приходить понимание работы отдельных узлов и блоков. Многочисленные детали всё ещё ускользали от него, но исследования внезапно получили новый толчок и пошли с новой силой. Головоломка складывалась в картину. Омниссия был с ним. Во всяком случае, Коул хотел верить, что именно Омниссия направил его мысли. И не кто-то иной...
Где-то далеко, в пустоте над юным полюсом Кадии, спящие ангары, наконец, пробудились. От Чёрного Флота отделился новый рой десантных транспортов, устремляясь к поверхности, к полям сражений, на которых сложили головы предыдущие неудачники.
Началась Битва за Элизионские Поля.
- Коул перевёл своё внимание с экрана, полного потоков данных, и уставился вверх. Загадочный корпус пилона словно поглощал весь свет, стоя огромной чёрной тенью посреди пещеры, словно насмехаясь над архимагосом. Такой непокорный. Неужели Коул просто перешёл от нерешённых загадок одного мира к ещё более сложным загадкам другого? Столько дней кропотливых трудов, и ни следа прогресса.
- Неужели Силандри обманула его? А может, это был вовсе самообман, и он просто вложил больше смысла в её слова, чем было на самом деле? Может, она так отвлекла его внимание, чтобы самой завладеть таинственными реликвиями? Коул заметил, что его дыхание участилось. Он не мог предположить, зачем бы ей делать подобное, но впрочем, а нужен ли был повод ксеносу?
- Его сенсоры наполнились таким знакомым чувством. Он был явно не один. Похоже, на Кадии повторяется история с Эриада.
- — Я просчитал твоё появление здесь, Скрытая Вуалью.
- Коул повернулся, и механизмы, окружавшие его рабочее место, словно расступались перед ним. Фигура, видневшаяся в темноте, явно не была эльдарской ведьмой. Из-под металлизированного капюшона сияло два зелёных зловещих глаза. Энергоядро, служившее навершием посоха сложной конструкции, освещало пространство вокруг.
- — Я не причиню тебе вреда, — незнакомец наклонил голову набок, — Это подходящие слова? Я давно понял, что кому бы я это не говорил, мне почему-то не верят. Он сделал некоторую паузу. — Подожди-ка... Как ты меня назвал?
- Банки данных в голове Коула зажужжали, анализируя полученную информацию и сверяя с архивами. Некрон. Бездушное воплощение Движущей Силы. Создание, богохульное для Омниссии. Оружие Коула, являющееся продолжением его тела, подсознательно приводилось в боевую готовность, по его телу пробежали разряды.
- — Ты — полнейшая мерзость...
- Некрон отставил свой посох в сторону. — Вор. Так меня обычно называют. Но я предпочитаю термин коллекционер. Но неважно, кто я — мерзость или вор, у нас с тобой есть общая цель.
- Коул перевёл свою энерго-плеть в боевой режим, и в его голове возникла жажда вскрытия нового интересного образца. — Моя логика говорит об обратном.
- — Значит, ты не хочешь понять природу этой энергетической матрицы?
- Энерго-плеть утихла по беззвучной команде Коула. Это было неожиданно. А может, эта механическая мерзость просто отвлекала его внимание?
- — Ты знаешь секреты этого пилона?
- — Я был прямо тут, на этом же месте, когда его возводили. Хотя, может и не был. Ты, как никакой другой человек, должен понимать, что память — столь непостоянная вещь...
- Коул издал разъярённое шипение через свой респиратор. — У нас нет ничего общего!
- — Возможно. Я прошёл сквозь огонь биопереноса, закованный в цепи. А вот ты, я полагаю, добровольно вырезаешь из себя плоть и человечность кусочек за кусочком, — некрон подошёл ближе, глаза его запылали ещё ярче, — Но никто из нас не хочет увидеть, как нашу любимую Галактику рвут на части порождения Эмпирея. Уничтожь меня, если так хочешь. Я просто восстану где-то в ином месте. И ничего не изменится, ни для тебя, ни для меня... ни для этого несчастного мира.
- Коул стоял недвижно, голова его гудела анализом полученных данных и расчётом новых вероятностей. Сначала вёрткий эльдар направил его на этот путь, а теперь некрон подсказывает ему, что делать. Но ежели он и правда содержал в себе знания, способные спасти Империум и слуг Омниссии...
- — Расскажи мне всё.
- Саркастический смех, сухой, как пыль под ногами, отразился эхом по всей пещере. — Я уже начал опасаться, что ты передумал!
Битва за Элизионские Поля
Первая волна пришла с запада. Десант приземлился вне зоны поражения «Фаланги» и устремился опустошающим потоком к пилонам. Они пришли с сотен миров, «освобождённых» от влияния Лже-Императора, люди и нелюди были доведены до крайней степени фанатизма в отношении своих новых хозяев. Бандиты из подульев, рабочие мануфакторумов, дезертиры и трусы — все они бежали вперёд, не считаясь с инстинктом самосохранения, пока среди них шли Тёмные Апостолы. Стоило им пересечь невидимую черту, толпу накрыл заградительный огонь с орбиты, подбрасывая в воздух сотни тел, и всё же культисты напирали.
Выжившие бойцы 9-го Кадианского продолжали вести огонь до самого последнего момента, игнорируя огонь автопушек и стабберов, летящий поверх их голов. Каждый боец обещал мстить за Врата Крига, где они стояли плечом к плечу с 33-м. Каждый потерял своего знакомого или товарища в той резне, что последовала после их бегства, несмотря на кровавые попытки комиссаров вернуть дисциплину в ряды. И теперь месть вела их. Но был и другой фактор. На 9-й Кадианский наступала масса предателей и отступников, служа эдаким зеркалом, показывая, каков был бы их собственный путь, если бы судьба не была так благосклонна. Бойцы 9-го возненавидели культистов за то, что те сдались, поддались низменным желаниям и предали всё человечество. И 9-ый наказывал их за это. По команде унтер-офицеров, все бойцы как один встали из окопов и выстроились в огневые линии.
- — Первая шеренга — залп! — и масса культистов первых рядов упала как подкошенная пыльную поверхность Кадии.
- — Вторая шеренга — залп! — и голоса Тёмных Апостолов поблекли, когда рёв пушек выбил воздух из их лёгких.
- Сотни сминались под ударами с орбиты, под плотными залпами лазганов, исчезали в воронках орудий «Сотрясатель», но тысячи продолжали идти. Выжившие шли по телам убитых, втаптывая их тяжёлыми ботинками в кадийскую грязь, размазывая кровавую требуху по поверхности. Выжившие шли со сверхъестественным упорством, не заботясь ни о чём, кроме одержимости дойти до рядов Имперской Гвардии.
Пока культисты отвлекали защитников и заставляли тратить на себя ценные боеприпасы, рёв плазменных двигателей древних десантных капсул отмечал прибытие новых сил. Аппарели ударили о землю на севере и востоке, и вторая волна вошла в бой.
Сёстры ордена Пресвятой Девы-Мученицы держали северную часть периметра во главе с Целестиной. Напор исторгающих во все стороны огонь демонических машин был встречен дружными залпами болтеров и хоровым пением Экзорцистов. Сестринство Серафимов парило между пилонов, выискивая и охотясь на варп-кузнецов, выводя их из боя до того, как те успевали бы усилить машины. На востоке, объединённые Рыцари Баронессы Вардус служили усилением стальному кулаку 185-го Бронетанкового, встречая выживших в предыдущих боях, покалеченных титанов Легио Вулканум и танки Багровой Резни. От столкновения двух механизированных армий стоял такой грохот, словно сама земля была готова расколоться.
Наконец, на юге, где держали оборону 8-й и 21-й полки, началась основная атака личных сил Абаддона. Облачённые в древнюю броню, Чёрные Легионеры медленно пробирались через руины павших пилонов, прямо сквозь огонь «Фаланги». Они шли бронированной колонной шириной в две мили, хвост которой скрывался за горизонтом. По их флангам стояли облака пыли, поднимаемые в воздух мотоциклами, и среди их рядов трепетали изорванные и подгнившие знамёна, некогда видевшие саму Терру и древних примархов. Снаряды сыпались на них подобно губительному чёрному дождю, размалывая землю перед ними снова и снова. Но Хель-драконы витали в небесах, выискивая позиции артиллерии и делая заход за заходом, ослабляя оборону. «Гидры» кадийцев вступили в бой с демоническими машинами, но поток их казался бесконечным. Поток этот удалось разве что рассеять, но не уничтожить.
Корахаил разделил силы Адептус Астартес под своим контролем: Чёрные Храмовники Амальриха и Имперские Кулаки Гарадона усилили южные оборонительные линии, а Багровые Кулаки и собственная Четвёртая Рота Тёмных Ангелов ушла на север. От Волков же не было ответа, хотя обороняющиеся на юге отмечали, что поток наступающего Чёрного Легиона словно бы рассеивался и обходил одинокий бастион где-то на юго-востоке.
Прошло несколько часов. Силы Абаддона приближались к полям пилонов и сжимались смертельной хваткой вокруг сил Крида. На юге, Чёрный Легион покинул свои истрёпанные транспорты и пошёл в атаку на кадийцев, выкрикивая гортанные боевые кличи. На востоке, Баронесса Вардус обрела свой славный конец в схватке один на один с титаном «Фуриозо Рекс», схватив того в смертельные объятия и подорвав реактор. Но её смерть лишь укрепила решимость ей ведомых — в славной истории Дома Равен, немногие умерли столь же отважно в решительный час. Оставшись без огневой поддержки Рыцарей, полковник 185-го Бронетанкового приказал начать организованное отступление, в панике позабыв, что места для отступления не осталось...
Защитная линия на востоке была готова пасть, если бы не героическое вмешательство космодесантников Корахаила и Трацинто. Они буквально упали на поле боя прямо с небес из золочёных «Громовых Ястребов» в тот самый момент, когда Севаст Кранон повёл свои силы в решающую атаку. Ветераны-опустошители завели дуэль с титанами, пока Ангелы и Кулаки вонзились в ряды покрытых кровью отступников, переламывая ход битвы в свою пользу, неся мщение за славный Дом Равен.
У стен Касра Краф, Девятый Кадианский бежал. У Элизионских полей, Девятый умирал без тени сомнений, отвечая неистовой верой и решительностью на безумие своих врагов. И всё же, постепенно, их ощетинившиеся штыками ряды иссякали и проминались. Оценив ситуацию, Крид отправил на запад подкрепления, но врагов было слишком много.
И когда знамёна 75-го и 403-го достигли оборонительных рубежей, Девятого уже не существовало. Они искупили свою трусость своей жертвой. Они обрели своё искупление.
День сменился ночью и ночь сменилась днём, и каждый час сражения отмечался актами героизма и мученичества. Ни одна из демонических машин не достигла траншей на севере, потому как Сёстры Битвы встретили их на равнине. С ними был свет Императора, и благодать Его текла в их венах. Они заплатили страшную цену за свою храбрость, но они не чувствовали ни боли ни страха, покуда Целестина стояла среди них и разгоняла тьму.
На востоке, Руис Трацито погиб от ужасного пилокулака Баранокса Кровавого, но тут же был отомщён клинком Корахаила. На юге полковник 21-го сошёл с ума от демонических голосов в своей голове, которые охотились за его разумом ещё с падения Касра Краф, схватил вокс-передатчик и приказал своим солдатам бежать. Но ещё до того, как он успел повторить и подтвердить свой приказ, его тело обмякло и сползло на дно командного окопа. Милосердие Императора снизошло к нему из болт-пистолета полкового комиссара. Но 21-й дрогнул. Крид отчаянно пытался вернуть их в строй, его голос громыхал из всех вокс-передатчиков, как всегда, но теперь и сам Лорд-Кастелян подвергся нападению.
Абаддон поклялся лично поставить Кадию на колени, и теперь он пришёл исполнить свою клятву. И конечно же, он не пришёл один. Его гвардия, Несущие Отчаяние, чья броня была украшена трофейными головами кадийских офицеров и солдат, телепортировалась в самое сердце защитников. К Криду. Многие исчезли, не успев вскрикнуть, разорванные на кусочки яростью лучших воинов Чёрного Легиона. Но сам Крид выжил, когда верный Келл втолкнул его в пассажирский отсек «Валькирии». Последний акт верности сержанта-знаменосца. Сержанта-телохранителя.
- Болт попал в колено Келла, оторвав ногу. Он почувствовал боль, почувствовал агонию, сковавшую сознание. Но нашёл силы, чтобы грубым толчком втолкнуть тело Лорда-Кастеляна в штурмовой транспорт. «Пошёл, пошёл!»
- Пилоту «Валькирии» не нужно было других слов. Двигатели взревели и транспорт оторвался от земли, унося тело Крида к безопасности, если ещё вообще оставались безопасные места где-то на Элизионских Полях. Только тогда Келл смог себе позволить роскошь переключиться на собственную боль. Он воткнул знамя Восьмого Кадийского в землю и упал на целое колено, окропляя собственной кровью землю Кадии. Свою землю. Взгляд его закрывался кровавым туманом. Перед ним мелькали тёмные силуэты, на которых проступало покрытое кровью золото.
- На горле Келла сжался бронированный кулак, поднимая его в воздух, подобно сломанной кукле. Угольно-чёрные глаза смотрели на него с мертвенно-бледного лица. Келл не испытывал ни капли страха. Он уже почти мёртв. И он не боялся даже самого Абаддона Разорителя. Лишь вера была важна для него теперь. Вера и честь.
- — Такая преданность такой бестолковой цели, — протянул Абаддон, — Ты жалок.
- Собравшись с последними силами, Келл харкнул кровью прямо в лицо Абадона.
- — Кадия стоит!
- Абаддон ухмыльнулся, искривив губы в саркастической улыбке. — Я так не думаю.
- И последнее, что услышал Келл, был хруст его собственного позвоночника.
Итак, командование 8-го полка оказалось рассеяно или убито, и 21-й дрогнул. Южный фронт рухнул. Избранные Абаддона, с тёмными молитвами на своих устах вырезали последних выживших в южных траншеях и двинулись на восток. Но Амальрих и Гарадон выставили свои штандарты на пути Чёрного Легиона. Стена из чёрного и золотого керамита встала, подобно волнорезу на пути этой неистовой волны. Если бы одна лишь доблесть могла выиграть сражение, битва за Элизионские Поля была бы, вне сомнений, выиграна в тот день. Но слишком мало было Сынов Дорна, и слишком много Чёрных Легионеров. Импровизированный редут стал подобен островку порядка в окружающем море безумия и жажды крови, и предатели продолжали наступление.
Артбатальон 185-го исчез за считанные мгновения, не ожидая атаки со стороны, которую они полагали прикрытой дружественными войсками. Когда чёрная волна захлестнула позиции артиллерии, выжившие Багровые Кулаки перешли в контратаку, и их болтеры изрыгали месть за павшего капитана. Оставшись практически без союзников, Корахаил собрали своих последних Ангелов в тени одного из пилонов, устремлённых к небесам. Раздались боевые кличи Багровой Резни, и Тёмные Ангелы готовились продать свои жизни как можно дороже.
На востоке, 75-й и 403-й защищали траншеи, ставшие славными могилами своих боевых товарищей. Стены мертвых тел росли с каждой новой атакой. Росли потери защитников, чьи тела старались оттаскивать в тыл, и росли потери культистов, чьи трупы уже представляли ещё один защитный вал перед позициями кадийцев. И еретики продолжали напор, невзирая на залпы, забиравшие души сотнями. И когда очередная атака разбилась о траншеи, тон молитв, напеваемых культистами, изменился. От установленных икон во все стороны раскинулось адское пламя, из тел молящихся пошёл едкий дым, и прямо из их тел в реальность начали выбираться демоны.
Тела адских созданий дрожали, словно сражаясь с самой реальностью за существование, стоя в тени Пилонов. Они были ослаблены, однако ж, их когти кромсали плоть с неизменной силой и остротой. Моровые мухи всё с той же ужасающей настойчивостью несли в ряды защитников заразу, от которой не было спасения, а магическое пламя жадно лизало плоть. По всей линии фронта возникли бреши, в которые устремились юркие демонетки, и западный фронт пал.
Целестина чувствовала всем телом исходящую угрозу вокруг. Лишь на севере атаки предателей не дали ни малейшего результата, встречаясь со стойкостью и верой Адепта Сороритас. Сёстры платили ужасную цену за свою победу, и всё же, то была несомненная победа. Свет Живой Святой сиял ярко, как никогда ранее, доблесть её Гемини Супериа не пошатнулась ни на миг. Они двинулись к югу, и их боевые гимны раздавались эхом всюду среди Пилонов, и рёв болтеров не отставал от них.
Остатки Восьмого Кадианского отступили в катакомбы, согласно предварительному плану, и Абаддон послал своих терминаторов в погоню. За ними последовали и банды помельче, и уже вскоре коридоры и туннели наполнились оглушительным грохотом автопушек и мин и криками умирающих с обеих сторон. Ряды Восьмого были пополнены Скитариями Коула, и защитники сражались как львы за каждую пядь своей земли. Каждая гермодверь стала местом бессчётных жертв среди атакующих, и каждый эпизод самопожертвования давал больше времени выжившим. Каждый перекрёсток подземных туннелей превратился в обложенный кровавыми трупами редут.
Крид сражался в рядах арьергарда, ведя людей собственным примером. Он понимал, что с потерей знамени, с потерей всего основного командования, Восьмой нуждался в талисмане, в символе, способно дать веру в победу перед лицом неминуемой смерти. И Восьмой его не разочаровывал. Недаром он получил почётное звание «Личный Полк Лорда-Кастеляна». Они готовы были пойти за своих командиром прямиком в ад, если бы тот дал такой приказ. И гвардейцы, с каждой своей жертвой, с каждой новой перестрелкой, доказывали, что они стоят своего Генерала.
В глубине катакомб, Коул продолжал свою работу. С помощью Тразина, он вычислил пилон, служивший командным звеном для остальной группы, расположенной на Элизионских Полях. С каждым мигом, дендриты его аугментированного тела проникали всё дальше в цепи старейших механизмов, и его понимание сложнейших конструкций росло с каждым мгновенно решённым уравнением. И вот мозаика сложилась. Он отрисовал в голове полную схему всей сети пилонов, столь сложную, столь элегантную и изящную. Столь непонятную многие века для адептов Омниссии... Тразин же наблюдал за процессом из тени, стараясь не провоцировать стражников, проинструктированных уничтожить некрона при малейших признаках предательства. Пока он даже не понимал, мог ли он дать такой повод. Вероятности ближайшего будущего, впрочем, выглядели для него приятными, сбалансированными. Пришёл ли он как вор, или же как спаситель? Да и был ли у него выбор? Как бы то ни было, некрон сосредоточенно смотрел на работу архимагоса.
Западная стена пещеры с оглушающим грохотом обрушилась. Из пролома выскочили Чёрные Легионеры и проломили линию ничего не ожидавших электро-жрецов. Во главе отряда шёл сам Абаддон Разоритель, его демонический меч резал металл и плоть без малейшего сопротивления. Коул не обратил ни малейшего внимания на происходящее, настолько поглощённый своей работой и исследованиями. Тразин смотрел, как приставленные к нему стражи переключились на новых гостей, и просчитанные вероятности показывали, что у защитников практически нет шансов. Вор или спаситель? Решение было принято быстро. За одно мгновение. Некрон вытащил из-под полы своего плаща блестящий фрактальный Тессеракт и метнул его в гущу сражения. Он дважды отскочил от поверхности, и переменчивые энергетические лучи направились во все стороны, подобно паутине из пучков света, выпуская целую армию в пустоту пещеры.
Это был не легион некронов, и не просто забытый полк, взятый на какой-то далёкой планете. Внутри Тессеракта содержалась лучшая часть коллекции Тразина, которую он собирал многие века. Некоторые образцы томились в стазисных хранилищах тысячи лет, совершенно не замечая времени. Некоторые, впрочем, были совсем свежими пополнениями, добавленными в коллекцию всего несколько месяцев или лет назад.
Для Командора-Лейтенанта Керантеса из Легиона Ультрамаринов, тёмные дни Великой Ереси были словно вчера. Для дредноутов и смертных братьев под его командованием не требовалось никаких пояснений, когда перед ними снова возникли нечестивые иконы Хаоса с одной стороны и имперский двуглавый орёл — с другой. Долгие века считавшиеся пропавшими без вести Ультрамарины продолжили свой вечный бой.
Другие бойцы не так стойко перенесли тысячелетия стазиса.
Востроянский 21-й полк, схваченный стазисом во время нашествия орков на Сегментум Обскурус, испытывал сильное головокружение, когда их тела вновь очутились в реальности. Но шум славной битвы быстро привёл их в чувство и желание выжить перекрыло все возможные сомнения. Раздались привычные приказы и востроянцы вступили в бой, с поддержкой снайперов давно сгинувшего Танита и немногочисленными Саламандрами, считавшимися утерянными в Кловианском Инциденте. И с ними стоял величайший воин великой древности, чей красный плюмаж, золочёная броня и геральдика с орлом не были видны человечеству уже столь давно.
С прибытием столь невероятных сил, атака Чёрного Легиона захлебнулась. Удовлетворённый происходящим, Тразин отступил в тени. Ему была приятна мысль считаться спасителем в этот миг, но вот самопожертвование он всегда предпочитал предоставить органическим существам.
Но среди всех войск, которых исторгнул Тессеракт, была одна группа, которая не присоединилась к сражению, вместо того наблюдая за ней со стороны. Катарине Грейфакс, инквизитору Ордо Еретикус, не была свойственна спешка. Вообще, она считала спешку одним из пороков, ведущих к ереси. Её телохранители, штурмовики 55-го полка Каппа-Орлов, запомнили этот урок за долгие годы службы ей. И хотя пробивные лазвинтовки были привычно вскинуты и сняты с предохранителей, ни один из штурмовиков не выстрелил.
- — Сэр, засекли движение среди обломков Чернокаменной Крепости!
- Коммодор Трево перевёл взгляд на голо-дисплей. Сенсоры Фаланги работали на износ после всех недавних боёв, но их мощности оказалось достаточно, чтобы подтвердить опасения мичмана.
- — Что за игру затеяли ублюдки? — выдохнул он. Вопрос был исключительно риторический. Что бы ни затевал Чёрный Флот среди руин, долгом Трево было узнать это. — Гельм, малый вперёд! Проложить курс к краю поля обломков. Связист! Запросить у наших союзников Механикус прикрыть наши фланги — у нас всё ещё не восстановился щит и мощности наших сенсоров недостаточно чтобы следить за всем пространством вокруг.
- Палуба задрожала, когда Фаланга двинулась по маршруту. Трево вновь перевёл взгляд на дисплей в надежде увидеть какие-либо ответные действия Чёрного Флота. Ничего не происходило. Была ли это ловушка?
- Офицер связи поднял голову со своего поста: — Флот Механикус удовлетворил запрос.
- На голо-дисплее задвигались фигуры ржаво-красных кораблей, беря новый согласованный курс. Лишь флагман, «Железный Призрак», оставался недвижим, вне дальности возможного поражения. Трево знал, что он не получит ни объяснений ни отчёта, но был крайне благодарен, что загадочные адепты Омниссии предоставили ему хоть какую-то помощь.
Пещера содрогалась от войны. Основание планеты дрожало от столкновения непримиримых врагов. Как и на Элизионских Полях на поверхности, сражение под землёй не было простой войной с тактикой и расчётом, это была бойня ближнего боя, и умирающие смотрели в глаза своих убийц, находя лишь ненависть.
Лейтенанта-Командора Керантеса не покидало чувство, что что-то шло не так. В общем и целом битва была знакома, но детали различались. Очевидно, что перед ними стоял враг, предатели, отвернувшиеся от света Империума, но их знаки различия были ему незнакомы. И снаряжение его союзников было словно иным, более грубым и примитивным. Но одна мысль развеивала сомнения: враги человечества вновь подняли голову и на них надлежало обрушить всю ярость Ультрамара.
Взрыв снаряда в опасной близости от Коула наконец вырвал его из бинарной медитации, как раз в тот миг, когда последняя синаптическая команда закончила цепочку нового набора команд. Глаза его всего лишь миг анализировали битву в пещере и тело тут же начало перестраиваться в боевой режим. Нужно было выиграть некоторое время, пока сложная цепь приказов, которые тот заложил в систему пилонов, перестроит их на нужный лад. Броня Коула задрожала, когда включились третичные системы жизнеобеспечения и начали накачивать энергией его боевые аугментации. Вокс-решётки прочистились и из них полилась Лингва Технис — повсюду на поле боя, благословенный язык Омниссии словно вдыхал новую жизнь в израненных и выведенных из строя Скитариев и Электро-жрецов, и те подхватывали молитву Омниссии, что отражалась эхом от стен.
Сгорбленная фигура Велизария Коула привлекла внимание Абаддона. Неужели Адепт Марса наконец-то разгадал его стратегию долгих веков? Неопределённость подпитывала сомнения в чёрном сердце. Разоритель хотел сломить защитников Кадии до того, как отправит саму планету в небытие. Жестокая иерархия Хаоса требовала постоянной демонстрации силы — Тёмные Боги требовали этого. Но мог ли он ошибаться? Хорус претерпел поражение, уступив холодный расчёт браваде, ища битвы там, где можно было обойтись без них. Неужели и его наследник, Абаддон, тоже пал в объятья гордыни?
В расчёте на то, что битва за Кадию достигла своего финального, высшего момента, Абаддон приказал своим колдунам образовать разрывы в Имматериуме. Вместе с тем, как первые заклинания и молитвы дадут первые трещины в реальности, в пещеру смогут хлынуть потоки демонов. С рёвом ненависти, направленным не только на собственных врагов, Абаддон собрал свои подпитываемые чистым варпом силы и снова бросился в кровавый бой.
Последний из дредноутов пал, разорванный на части сразу тремя Хелбрутами, и судьба сил Легиона Ультрамаринов повисла на волоске. Но из теней, отбрасываемых вспышками огней, вышли Проклятые Легионеры. Они упорно двинулись на спасение Ультрамаринов, и их болтеры изрыгали не болты, но пламя искупления, поглощающее нечестивцев. Многорукий демон Слаанеш вёл орду своих последователей на Востроянцев, исторгая проклятия и лживые обещания наслаждений. Атомизатор Коула вспыхнул ярчайшим светом, и демона просто дезинтегрировало в кучку сияющей золы. Штурмовики Каппа-Орлов попадали замертво, когда зараза самого Нургла проникла сквозь их респираторы и поселилась в лёгких. Катафроны согласованно переносили огонь с одной демонической машины на другую, обращая тех в груды металлолома. Пещера содрогалась, и сталактиты, появившиеся за тысячи лет, падали смертоносным дождём как на лоялистов, так и на предателей.
— Кадия стоит!
Боевой клич раздался подобно грому со стороны руин проломленной стены. Он раздавался с силой сотен голосов, отмечая, что Восьмой зашёл Чёрному Легиону в тыл. Гвардейцы давали залп за залпом, подкрепляя неистовым, гордым кличем — кличем Крида, который позволял Кадии устоять все эти последние недели, — и мстили за всех павших боевых товарищей, продираясь через окровавленные камни и тела.
И впереди них пробирались, используя все четыре конечности, искажённые фигуры в серо-синей броне, со знаками различия Волков Фенриса. Вульфены. Боевые братья, подвергшиеся древнему проклятию Легиона с самого момента окружения Кадии. С ними шёл и сам Высокопоставленный, и глаза его пылали первобытной, звериной яростью. С каждым нанесённым или полученным ударом, они словно теряли свою человечность по капле. Волки отдавали себе отчёт в своих действиях. Они понимали, что пламя войны лишь разжигает в них эту первобытную ярость, но они выпускали зверя внутри. За Русса и Всеотца.
Чёрный Легион стоял на своих позициях. Десять тысяч лет накапливаемой ярости вели их, десять тысяч лет гордыни и ненависти. Несущие Отчаяние рвали потерянных во времени десантников клинками и голыми руками, прорубаясь сквозь броню катафрактов и добираясь до плоти под ней. Коготь Хоруса отрубил руку Керантеса, и демонический меч разрубил его ровно пополам. Потеря капитана лишь укрепила дух боевых братьев, и они встречали ярость Сынов Хоруса с дисциплиной, достойной Жиллимана. Но даже когда лоялисты зашли во фланг и тыл предателей, стало ясно, что только лишь дисциплина и сила не способны сломить десять тысяч лет ненависти. Нужно было что-то большее.
С оглушительным треском, обрушился целый сектор пещеры, размером с посадочную площадку. Кадианцы и штурмовики разбежались в стороны, но многих похоронили заживо обломки. Чёрный Легион продолжал бой. Абаддон, стоя одной ногой на изувеченном корпусе Керантеса, искал новую цель, убийство которой сломит волю защитников. Гордыня вела его в этот час — и невозможно было её отбросить, только удовлетворить. Его взор пал на славнейшего из генералов, который едва ускользнул от него равнине сверху. Крид.
Кадия слишком долго стояла, благодаря нему, и Тёмные Боги с великой радостью примут его душу. Раздалась громоподобная команда, и демоны синхронно направились на ряды Восьмого, поддерживаемые терминаторами.
Но из тьмы возник золотистый свет, осветивший всю пещеру. Целестина, Живая Святая, Невеста Вечного Императора. На её лице не было ни капли сомнений, ни капли страха. Отбрасывая потоки пламени из крыльев, она устремилась к Разорителю. Демоны бросались на неё, подобно живому щиту, но всякое прикосновение к освящённому клинку мгновенно обращало их в прах. Окрылённые Проклятые поднялись в воздух, их когти тянулись к золотой фигуре, но Гемини Супериа подрезали их на подлёте.
И вот они встретились лицом к лицу: избранница самого Императора и величайший предатель в истории человечества. Не прозвучало ни слова. Слова были не нужны. Раздался гром и вылетел сноп искр, когда Пылающий Меч столкнулся с Драк'нийеном. Этот удар, с волной надежды и отчаяния одновременно, словно ощутился среди всех присутствовавших. Мощь Абаддона была несравнима. Но Целестина была не одна, и вместе со своими Сёстрами, они сражались, как один организм.
Чтобы стать ещё одной величайшей легендой.
- Стоя на краю пещеры, Катарина Грейфакс взирала на прибытие Целестины с отвращением. Как долго она отсутствовала, раз подобная ересь глубоко пустила корни? Боевые Сёстры поклоняются идолам? Славные Адептус Астартес отдают себя во власть мутаций? Духи мёртвых десантников извергают адское пламя? И хуже того, славные воины Кадии и Ультрамара, известные своей верностью и чистотой, принимали подобные отвратительные явления и брали на свою сторону?
- Основой убеждений Грейфакс было то, что мир делится на чёрное и белое, и даже меньшие формы зла не должны быть терпимы ради общей, высшей цели. Чистота была совершенством, несомненным идеалом. Она лично загубила тысячи душ за меньшие грехи. Она убивала таких же, как она, за сворачивание с пути. О какой вообще победе можно было рассуждать, когда нерушимые идеалы оказались вывернуты наизнанку?!
- Вокруг неё сгустились тени, и в темноте засияло два зелёных глаза. Грейфакс навела свой болтер прямо промеж них.
- — Ты — полнейшая мерзость...
- — Ну вот, снова те же слова, — фигура развела металлические руки в жесте огорчения, — Готов поспорить, это звучит знакомо для тебя, но твои приоритеты должны быть пересмотрены.
- — Ты сеешь скверну везде, куда бы ты ни пошёл! И за то есть только одна расплата!, — Катарина нажала на спуск. Или попыталась. Её палец не подчинился ей.
- Тразин раскрыл свою ладонь, и из неё вышел поток микроскопических машин, направившийся к инквизитору.
- — Я не дурак. Небольшое вмешательство в разум не позволит тебе причинить мне вред.
- Грейфакс оторопела, но смыла с себя оцепенение растущей яростью: — Ты осквернил меня! Так же, как ты сделал это с Валерией!
- — Только лишь меры предосторожности. А что касается Валерии... Её разум оказался отличным объектом для исследований, уж прости.
- И снова инквизитор попыталась выстрелить. И снова неудача. Бесполезно.
- — Я перенёс тебя сюда ради общей, великой цели, — продолжил Тразин, — Я ещё не закончил со всеми важными целями на этой планете, да и в Империуме вообще. Раз ты ищешь спасение для человечества, я предлагаю тебе проглотить свою гордость и сконцентрироваться на более насущных проблемах. А наша вражда подождёт до лучших времён.
- С этими словами Тразин растворился в воздухе, словно его и не было.
Наконец, осколки данных сложились в нишах механического разума Коула. Узловая сеть была готова. Труд, который, похоже, превзошёл всё, над чем трудились его коллеги десять тысяч лет. И тем не менее, в сознании архимагоса таились сомнения. Что, если некрон солгал? Познания Коула о пилонах, в которых он немало продвинулся за эти дни, всё ещё казались поверхностными в сравнении с тем, сколько же ещё неразгаданных тайн оставалось в этих забытых технологиях. И когда последний из утерянных во времени Ультрамаринов пал замертво, сознание Коула окончательно сфокусировалось на текущем моменте времени. Логика приказывала переключить внимание на несомненную опасность перед глазами и отложить сомнения и размышления в сторону. Справив последнюю молитву Омниссии, Коул запустил сложнейший алгоритм в сеть.
Процесс начался медленно. Резонирующее пульсирование пилонов, подобный сердцебиению живого существа, и в обычном состоянии неслышимое для всех существ, нечувствительных к варпу, начал нарастать по уровню звука и амплитуды. И по мере нарастания монотонный гул стал поглощать шум битвы в пещере и на поверхности. От одного пилона к другому протянулись чёрные молнии, и все стоявшие на их пути существа, друзья и враги, пали замертво, и кровь хлестала из их ушей и ноздрей. Псайкеры замерли на местах, подобно статуям, когда их связь с Имматериумом мгновенно оборвалась и сам их разум стал распадаться, подобно тому, как пепел рассеивается на ветру.
Возле вершин пилонов — не только тех, что стояли на Элизионских Полях, но и вообще всех пилонов на Кадии, — возникли звёзды из чёрного света. Лучи стали перебрасываться от одного пилона к другому, и наконец, собрались в один мощный пучок, устремившийся в небеса, едва не задев борта «Фаланги» на орбите. Пока боевая крепость ревела двигателями в манёвре уклонения, луч устремился прочь от Кадии. Прямо в сердце Ока Ужаса. И случилось невероятное — Окуларис Террибус начало... уменьшаться.
И хотя никто не пещере не имел ни малейшего представления о работе Коула, её результат не заставил себя ждать. Личные Легионы демонов Абаддона, и без того ослабленные присутствием пилонов, начали просто бесследно испаряться из реальности. Проклятые и искажённые отступники завыли в агонии, когда просто пропали их части тел, когда-то заменённые демонами и мутациями. Одержимые демонами клинки стали не более чем кусками железа. Подпитываемые демонами боевые машины заглохли.
Грейфакс издала беззвучный крик, когда испаряющая Имматериум хватка пилонов проникла и в её разум. Праведная ярость держала её якорем на берегу реальности и рассудка. Даже сам Абаддон впал на некоторое время в оцепенение, когда многочисленные дары Тёмных Богов засосало обратно в пустоту. И всё же, Абаддон за все эти годы сохранил значительную самостоятельность, и их влияние на него было недостаточно велико, чтобы он ощутил резкую потерю.
И не только враги Империума пострадали от запуска Пилонов в полную мощность. Легион Проклятых испарился подобно пламени свечей, сдуваемых сильным ветром, и само пламя, что они исторгали, растворилось в гуле Пилонов.
Даже Целестина, воплощение Воли Императора, помрачнела. Погас её золотой ореол, и вместе с ним — надежды человечества.
Вера — та самая вера, что поддерживала защитников Кадии в темнейшие из часов — начала угасать. Отвага начала угасать вместе с верой, и не только в рядах личных гвардейцев Крида, столь долго дававших отпор врагу, но и в рядах Востроянцев и Штурмовиков, которые буквально минуты назад выбрались из временной тюрьмы Тразина.
Что же до Чёрного Легиона — их не так сильно озаботило то, что одна из их лучших частей демонов испарилась в одно мгновение, а уцелевшие оказались не более чем тенью самих себя. Они узрели увядание света Лже-Императора, как подтверждение своих древних верований, и это только укрепило их решимость.
На считанные мгновения битва в пещере замерла, но затем возобновилась с новой силой. Орвен пал, стоя в рядах своих братьев. Его руки сжимались на горле очередного Легионера, даже тогда, когда отступник разорвал его пополам. Вульфены отомстили, разрезав Легионера на части клыками и когтями. И всё же, один за другим, они падали, чтобы никогда более не встать, на последнем издыхании отдавая свои души Всеотцу.
Крид стоял, полный решимости. Восьмой стоял вместе с ним. Стойкие люди Вострои последовали их примеру и взяли себя в руки. Каппа-Орлы, решившие, что дети Схолы Прогениум не должны показывать ни капли слабины перед слабаками гвардейцами, черпали свою доблесть из гордости.
И в центре этой бойни, продолжилась жестокая дуэль верований — Абаддон с одной стороны, Целестина и её Гемини Супериа с другой. И если эта драка и началась на равных условиях, ныне превосходство было за Абаддоном. Ещё задолго до того, как он получил благословления всех Тёмных Богов, он сражался против самых страшных существ по всей Галактике. И со своими бывшими братьями после того. И после того, как Свет Императора оставил её, от Целестины осталась одна тонкая смертная оболочка, слишком истощённая многочисленными перерождениями. Её воскрешённые сёстры стали лишь остатками её света и мощи, также ослабленные с уходом Имматериума. И хотя из стойкость духа никуда не ушла, исход битвы был предрешён.
Элеанор пала первой. С её прекрасных губ капала красная кровь. Чёрная Гвардия приблизилась к Женевьеве, и меч её не смог пробить стену терминаторской брони и ревущих пилокулаков. Снова и снова Огненный Меч сталкивался с Дракнийеном, и Целестина уже не могла атаковать, уйдя в защиту. И защита её ослабевала с каждым ударом сверхчеловеческой силы. В конце концов, Абаддон подсечкой поставил Святую на колени.
Крид увидел падение Целестины. Он понял, что с её смертью исчезнет всё, за что они так упорно сражались эти дни. Он выкрикнул приказы, направляя Восьмой Полк, Личный Полк Лорда-Кастеляна в последнюю отчаянную атаку. Дракнийен опустился по широкой дуге. Целестина исторгла крик боли и ужаса и сползла на землю в конвульсиях. Абаддон занёс свой меч для нового удара, и Целестина замерла с мечом руках для последнего блока. Рука её прикрывала зияющую рану, но взгляд её всё так же был полон праведного гнева.
Целестина не испытывала ни доли страха, глядя прямо в чёрные, как ночь, глаза Абаддона. Видать, такова была Воля Императора в сей час. Он подхватит её, когда она падёт, как Он делал это ранее.
- — Ты не сможешь победить! Человечество будет свободно от твоих тёмных хозяев!
- Бледное лицо исказилось в усмешке.
- — Свободы нет!
- И Драк'нийен опустился.
Агония вспыхнула где-то глубоко в голове Абаддона. Жгучая боль разлилась по его конечностям. Нейроны вспыхивали и отмирали, поглощённые пси-атакой, направленной через исчезающие потоки Имматериума. Его клинок, направленный прямо в сердце Целестины, замер в воздухе.
Катарина Грейфакс стиснула зубы, направляя в свою пси-атаку всю ярость, которую она могла собрать в себе с момента пробуждения. Хотя она испытывала отвращение к Тразину и его словам, он оказался прав — её приоритеты изменились. Долг инквизитора — хранить Империум и людей, живущих в его лоне, пренебрегая даже собственной жизнью. Более того, хотя всякая ересь должна была быть выкорчевана с корнями, некоторые проступки и еретики заслуживали приоритета. Она принесёт искупление фальшивой «святой» — в чём у Грейфакс сомнений не было — но грехи Абаддона были несравнимо страшнее.
Оглушённый и остановленный, Абаддон пытался ответить на внезапную атаку, воля его была достаточно сильна, чтобы остановить психический огонь, и более того, перенаправить его назад. Катарина, без того ослабленная борьбой с напором Пилонов, всё же разорвала связь и открыла стрельбу из болтера.
Болты забарабанили по нечестивой броне Абаддона, но всё же он бросился к Целестине снова. Его встретила стена штыков. Восьмой отчаянно встал на защиту почтенной святой, не считаясь с собственными жизнями. И они умирали, по десятку за раз, разрезаемые Абаддоном на части, разрываемые когтями и сминаемые ударами кулаков, пока тот пробирался к раненной Святой. Но кровь кадийцев купила ценное время.
Пещера содрогнулась в очередной раз. Узловой пилон вспыхнул с новой силой. Архимагос Коул переключил энергопотребление с боевых аугментаций на аналитические и обратился к своим сервиторам, собиравшим данные. Всё работало. Невероятное происходило прямо перед его механическими глазами. Кадианские Пилоны, спавшие тысячи тысяч лет, проснулись, работали, разрывали связи и ослабляли влияние варпа. По всей пещере, демоны замирали и поглощались чёрным свечением древних технологий, не оставляя после себя даже звука.
Далеко на орбите, многочисленные навигаторы теряли сознание и ориентацию в пространстве. Кадианские Врата, легендарный пролив в море потоков варпа, известный с самых ранних дней Империума, беззвучно разрастался, превращаясь в огромное озеро. Многослойные пустотные щиты «Фаланги» истончались и исчезали, когда терялась связь технологий с Имматериумом. Телепортационные реле также замолкли, наведённые «коридоры» исчезли. На мостике «Фаланги» коммодор Трево принимал потоки тревожных донесений, среди экипажа началось волнение. Далеко впереди, корабли Чёрного Флота покинули укрытие обломков Чернокаменной Крепости и отступали к безопасности огромных орудий основной группировки. По мере приближения «Громовых Ястребов», посланных в разведку, Трево внимательно всматривался в голо-карту, нарисованную по данным радаров и ауспексов. Его подсознание кричало о неизменной скорой опасности, но его холодный разум не видел ни единого признака для беспокойства. Опасаясь возникновения ситуации, которую он не сможет контролировать, Трево продолжал ждать новых данных и анализировать полученные.
Абаддон стоял, подобно волнорезу, об который ломались волны из плоти и крови. Его меч собирал кровавую жатву с каждым взмахом. Разоритель и раненная Святая взяли на себя внимание всех присутствовавших в пещере — каждый, будь он лоялистом или проклятым, понимал, что весь исход битвы зависит теперь от жизней этих двоих. Терминаторы Чёрного Легиона встали за своим хозяином, поддерживая напор, но лишь для того, чтобы попасть под перекрёстный огонь пробивных лазвинтовок. Востроянцы пали, разорванные контратакой Избранных. В битве возник временный паритет. Но это была даже не битва, это была бойня, столь кровавая, что могла бы удовлетворить неистовый аппетит Кхорна, если бы только Повелитель Войн смог бы узреть всё это сквозь мёртвую зону пилонов.
Постепенно в северном районе сражения наметился перевес. Массированный огонь манипул Коула отогнал терминаторов от порядков Каппа-Орлов. Грейфакс стремилась использовать каждый момент, и её рявкающие приказы заставили бойцов под её началом перестроить порядки для атаки. Орлы боялись гнева инквизитора больше, чем оружия Чёрного Легиона, и они начали продвижение.
Крид так же перешёл в атаку, взяв командование над выжившими касркинами. Лорд-Кастелян не имел иллюзий по поводу исхода столкновения с Абаддоном один на один, но Имперская Гвардия была обучена превосходить качество количеством. И то и другое сейчас было на их стороне.
Тразин же наблюдал за битвой с каменного уступа где-то наверху. Его стремление к славе и смене истории увяло, и вернулся инстинкт вора. Его направляла жажда схватить самый ценный сувенир на память об этом дне. Видимо, воровство было всё же его истинной сущностью. Его металлические пальцы игрались с поверхностью тессеракта, но его причудливые измерения ныне могли бы захватить только один объект. Но какой трофей будет наиболее ценным? Так много живых ценностей, которые станут новой жемчужиной его коллекции... Внезапный залп кулеврины заставил сталагмит под ногами некрона пошатнуться. Хорошо. Тессеракт подождёт. Каков бы не был новый сувенир, его ценность будет только расти с ходом битвы.
- Крид вскинул свой пистолет и выстрелил в аккурат в исполненный ненависти глаз терминатора. Прямо перед ним, поток нечестивого пламени испепелил целое звено касркинов. Из пламени выступила чёрная фигура, чьи глаза не пылали, но напротив, словно поглощали окружающий свет. Он взмахнул Когтем Хоруса и последние из телохранителей Крида пали на землю.
- Никто не подхватил его крик.
- Сквозь какофонию бою прорвался громыхающий смех. Крид вскинул пистолеты, посылая заряд за зарядом в Абаддона. Один из них рассёк бледный лоб Разорителя. Остальные отскочили от его старинной брони.
- — Кадия мертва! — прогремел Абаддон, — Прямо сейчас грядёт её погибель!
- Чудовищные силовые когти взметнулись вперёд. Крид упал среди мертвецов, кровь хлестнула из рассечённой руки, электрические всполохи побежали по его броне. Его пистолеты исчезли — один был отбит ударом когтей, другой выскользнул из руки вместе с отрезанными пальцами. И всё же Крид не испытывал страха, лишь непокорность и своеволие.
- — Кадия жива, пока хотя бы один её солдат продолжает сражаться!
- Потрескивающие когти сомкнулись на шее Крида, с лёгкостью поднимая его в воздух.
- — Я привёл в движение судьбу этого мира ещё до того, как высадился на планету. Если бы не гордыня, моя нога никогда не ступила бы на эту землю. Ваши игры с пилонами лишь усилили ошибку!
- Крид вцепился здоровой рукой в когти. Они словно были высечены из камня.
- — И что же теперь? — прогремел Абаддон. — Невеста Трупа сбежала. Воля Кадии сломлена. Империум проследует за ней. Я окажу тебе честь, ведь ты станешь последним, кто падёт от моей руки. Найди утешение в том, что этот сумрачный мир ненадолго переживёт тебя, — Абаддон сжал когти, лишая Крида возможности говорить. — Кадия пала!
- Хватка Абаддона стала крепче. Шейные позвонки Крида заскрежетали друг об друга. Когда тьма начала смыкаться вокруг него, он испытал лишь стыд. Кадия гордо стояла, стояла десять тысяч лет, только чтобы пасть в его дозор. Унижение от невыполненного долга было хуже любой смерти.
- Рёв боли вырвал Крида из тьмы. Золотая фигура, бледная как смерть, стояла за спиной Разорителя, её меч глубоко погрузился в его спину. Когти разомкнулись, и Крид упал.
- — Император защищает, — произнесла Целестина.
- Абаддон отшатнулся от Целестины, её меч выскользнул из его тела. Рана горела огнём. Он не получал таких ранений уже несколько тысячелетий, и его дух вскипел, желая отомстить. Но когда остатки Восьмого бросились вперёд, чтобы забрать своего любимого генерала, Абаддон понял, что у него нет времени, чтобы излечить пострадавшую гордость. Последние остатки варпа отступали перед загадочной энергией пилонов. Если он хотел уйти, ему нужно было уходить сейчас. С неохотой, не отрывая взгляда от Целестины, Абаддон приказал отступать.
Когда заработали телепортационные маяки «Мстительного Духа», благородный воин, каким когда-то был Абаддон, оценил подвиг, совершённый защитниками Кадии. Они проиграли, хотя ещё не знали об этом. Но они и выиграли. Он хотел сломить дух Кадии, послать покорённые души её гарнизона в варп. Ему этого не удалось. Кадия cтоит.
Полуночный звон
Смерть сопротивления
Перед удивлённым взором защитников по всей пещере заплясали светло-голубые разряды телепортационных лучей, и все выжившие Чёрные Легионеры растворились в пустоте. Крид с гневом отогнал от себя штабного медика, пытавшегося оказать ему первую помощь, стараясь отогнать картину, что всё так же крепко стояла перед глазами. «Я привёл в движение судьбу этого мира ещё до того, как высадился на планету», — фраза Абаддона не выходила из головы. Лорд-Кастелян желал, чтобы эти слова были всего лишь пустой бравадой и устрашением, но его многолетний опыт считал иначе.
Воспользовавшись неожиданным перерывом, Коул метнулся к информационным экранам проверить работу пилонной сети. Удовлетворившись исправной работой, он окончательно выключил боевой режим и перешёл к проверке состояния своих войск. Грейфакс продолжала сражаться с варповым вакуумом, который пытался словно вырвать её разум и душу. Тразин спрятал тессеракт обратно под плащ и с грустью подумал, что Абаддон был бы отличным дополнением его коллекции. Но не в этот день, увы. Целестина же молча уставилась наверх, словно пытаясь рассмотреть что-то за пределами пещеры, где-то далеко в небесах, с видом, будто только она понимает, что должно произойти дальше.
На поверхности же, силы предателей начали полномасштабное отступление. Или вернее, бегство. Выжившие «Громовые Ястребы» Багровой Резни и искажённые посадочные транспорты подбирали все возможные демонические машины и всех Тёмных Братьев, которые могли вместиться. Культисты и низшие еретики же, как обычно, были предоставлены собственной судьбе, будучи не более чем живым щитом и пушечным мясом. Тор Гарадон собирал всех выживших Имперских Кулаков. От Третьей Роты осталось пара десятков братьев, готовых к бою, но и из их числа многие были тяжело ранены. От Первой Роты остался и вовсе один сержант Фуран. Гарадона поразила ирония произошедшего. Его рота осталась на «Фаланге» только лишь потому, что была признана неготовой к крестовому походу Мщения. И выжившие в этой бойне оказались достойны своего примарха и ордена — само из выживание было лучшим доказательством. В противоположность собиравшимся Кулакам, Чёрные Храмовники Амальриха и не думали останавливаться — они преследовали отступавших, ворвавшись в крупный десантный корабль и вырезая экипаж до того, как те успели оторваться от земли, и ещё несколько транспортов были сбиты ракетным огнём. И даже без учёта ярости Храмовников, далеко не все Чёрные Легионеры прибыли в точки назначения. Будучи пойманными меж завихрений нестабильного варпа и полем Пилонов, многие оказались разорваны на части или разложены на частицы прямо в атмосфере непокорной планеты. Но Абаддон выжил, покрытый кровью и объятый яростью поражения. С мостика своего флагмана, он зазвонил в колокол погибели Кадии. Где-то глубоко среди обломков «Воли Вечности» варп-кузнецы услышали приказ Абаддона. Повсюду среди крупнейшего из обломков, чей размер был не меньше луны, заработали наспех установленные плазма-двигатели. Корпус Чернокаменной Крепости задрожал, когда двигатели начали бороться с орбитальной инерцией. И вот, сначала медленно, почти незримо, но с нарастающим ускорением, огромная торпеда вошла в зону притяжения и устремилась к поверхности. По всему Чёрному Флоту заплясали огоньки маршевых и маневровых двигателей, уводя корабли дальше от орбиты. С капитанского мостика «Мстительного Духа» Абаддон взглянул на сине-зелёный шар Кадии в последний раз. Десять тысяч лет этот мир-крепость был его личным врагом в той же степени, что и его гарнизон. Но больше ничто не сможет остановить волю Хасоа. Больше ничто не сможет остановить его волю. С небольшой тёмной усмешкой, Разоритель налил чёрного вина в кубок, сделанный из черепа последнего клона Хоруса и насладился победой над одним врагом из останков другого. На мостике «Фаланги» коммодор Трево наконец понял смысл манёвров крейсеров Хаоса среди руин «Воли Вечности» и незамедлительно отдал приказ всем доступным батареям открыть огонь по объекту, не считаясь с возможными перегрузками. Но в смерти Чернокаменная крепость сопротивлялась огню куда лучше, чем при жизни. От цельного куска из древнего металла отваливались крупные и мелкие части, но основная масса уже была втянута в планетарный гравитационный колодец. Всё, что мог сделать Трево — отправить срочное сообщение на поверхность Кадии. По мере падения остова Чернокаменной, его силуэт становился красным, разогретый трением атмосферы. Но Воля Вечности создавалась для того, чтобы выдерживать куда большие температуры. Остававшиеся внутри варп-кузнецы горели заживо в огромной духовке, а огромный осколок продолжал падать и набирать скорость, подобно огненному шару, выпущенному из рук самого Абаддона. Все остававшиеся на поверхности живые существа услышали приближение Чернокаменной. Свист и грохот её падения оглушал, а сама горящая громадина перегружала немногие оставшиеся термальные датчики и ветряки. Защитники разбросанных повсюду гарнизонов одновременно с ужасом и восторгом смотрели за огромным шлейфом, разрезающим небеса. Сначала это было принято за взрыв реактора у какого-то корабля на ближней орбите. Но с каждым моментом, по мере роста огненного шара, становилось понятно, что грядёт куда более глобальная опасность.
Падение Кадии
С грохотом расколовшейся земли, сотрясая планету неистовой ударной волной, искусственный метеорит упал на Кадию.
Кадия затряслась. Невероятная сила столкновения просто-напросто изменила орбиту планеты. У немногочисленных защитников, оставшихся на руинах Кадии Терциус, едва ли было время на крики ужаса. Люди, оказавшиеся в месте падения и на многие километры вокруг, просто испарились, когда раскалённый ветер ревел в их ушах, отделяя плоть от костей и обращая кости в пепел.
Останки Чернокаменной ударились о поверхность и неистовая ударная волна несколько раз обогнула Кадию. Величественные горы крошились и обваливались. Реки и моря закипели, исторгая плотные потоки пара. Тектонические плиты заходили ходуном, порождая ужаснейшие землетрясения, которых Кадия не видала со времён своего зарождения среди пустоты.
Ударная волна шла, сопровождаясь огромными цунами и ревущими ветрами. Прибрежные бастионы, чудом пережившие множество атак и орбитальных бомбардировок, поглощались потоками, будучи просто-напросто вырванными с основанием. Остров Ран Сторн, покрытый взлётно-посадочными площадками, мгновенно погрузился в кипящую пучину. Далеко в глубине материка Кадии Секундус, наконец пал величественный Каср Варк, похожий на город-улей, сломленный волнами Кадукадского моря. Леса, что были старыми уже тогда, когда человечество впервые ступило на поверхность планеты, сгорали как спички. Сама плоть этого непокорного мира горела, а кровь — кипела. Пробудились давно уснувшие вулканы в Россварских Горах, и потоки лавы присоединились к симфонии разрушения. Великие поля Тирок, место восхождения Крида к славе, раскололись на части и исчезли в потоках магмы, поглощённые муками приговорённого мира.
На Элизионских Полях, на другой стороне планеты, люди слышали рёв ветров и видели облака пыли и пепла, затмившие солнечный свет. Кто-то успел кинуться в немногочисленные укрытия из обломков пилонов и огромных машин, но многие присоединились к судьбе своих товарищей с другой стороны, разорванные на части яростью Абаддона. Молитвы и Сестёр и культистов были перебиты громогласным дыханием смерти планеты и не доходили до своих покровителей. Далеко в пещере, в которой ковалась судьба Кадии и всего Империума, по стенам и потолку поползли трещины, засыпая выживших камнями и сталактитами.
Сила ветров росла, сдвигая стены укреплений и швыряя тяжеленные танки по всей поверхности, сминая тех, кто надеялся найти укрытие. И наконец, древние Пилоны Кадии дрогнули и начали разваливаться, падая, подобно срубленным деревьям. С падением монолитов, пучок тёмного света, устремившийся прямо в Око с Элизионских Полей, померк и растворился в воздухе. Отступление Имматериума приостановилось, и медленно он начал возвращаться назад.
Смертельный шторм продолжался всего несколько минут, растянувшихся на мучительную вечность, но и он, наконец, распался на потоки ураганных ветров. Они обдували навсегда изменённый мир. Кадия Терциус исчез, разорванный силами природы. Кадия Прайм частично затонул, и его некогда прекрасные горы, покрытые хвойными лесами, стали лишь островками посреди бушующего океана. Кадия Секундус, последний оплот человечества на планете, пережил ужасы разрушения планеты, оказавшись напротив, несколько приподнятым за счёт смещения других континентов. Но это не имело значения. Кадия была уже мертва.
- Коул почувствовал собственным телом, как сеть пилонов стремительно распадалась. Немногие оставшиеся пилоны даже в теории не смогли бы сдерживать напор Имматериума. Где-то фоном в сознании, он услышал треск камня пещеры и грохот сдвигающихся плит. И он переключил всё внимание на обстановку вокруг.
- Группа аугментаций Коула на лету переводила шёпот на инопланетном языке в стройный поток статики Лингвы Технис. В потоке уравнений и математических выражений стали возникать провалы, тут и там появлялись новые, непереводимые выражения, пылавшие зелёным огнём на контрольных панелях. Коул такого не встречал никогда ранее. Всё это только подтверждало растущую нестабильность всей сети.
- Нет! Неудача недопустима! Только не сейчас, только не здесь!
- Пока третичный разум Коула старательно переводил и анализировал незнакомый код, его первичное тело вцепилось в контрольную панель с невероятной силой, словно бы он мог удержать стабильность сети своей собственной хваткой. Его оптические аугментации просканировали пещеру в поисках Тразина — но некрон, верный своей природе, просто исчез. Будь он проклят! Будь проклята ведьма эльдар, направившая его на этот путь! Десять тысяч лет трудов — и всё насмарку!
- Ярость захлестнула в строенный разум Коула, и осознание собственных ошибок поглотила самообладание. Пилоны не были детищем Омниссии. Никогда не были. И всё же, ослепленный гордыней, Коул хотел заставить их работать для своих целей. И он осквернил себя союзом с ксеносом, он осквернил себя, залезая в богохульные технологии, и это была его расплата за грехи.
- Потоки бинарного кода обратились в прах по воле Коула. Уравнения проносились через его голову, скорее теперь чужеродные, нежели понятные. Он почувствовал конвульсии центральной энергосистемы, последние связи были разорваны, когда критические пилоны пали, тёмная тлетворная масса захлестнула поверхность Кадии, необузданная, непреклонная. Когда последние бинарные потоки покинули его разум, Коул наконец осознал свою ошибку.
- Дверь, которую он пытался закрыть навсегда, распахнулась шире, чем когда-либо. C содрогающимся тройным разумом он отключил себя от умирающей энергосистемы.
- — Кадия потеряна, — выдохнул он.
Не будь Пилонов, Имматериум поглотил бы Кадию ещё очень давно. Давно мёртвые строители, которые некогда возводили пилонные поля на планете, вряд ли могли предугадать появление Ока Ужаса, и вряд ли могли знать, что их работа окажется настолько важна для всей остальной галактики. Но сейчас, с падением последнего пилона, щупальца варпа обволакивали непокорную планету, и демоны Тёмных Богов лились рекой в реальность. И это были не те демоны, что несколько дней назад, сражавшиеся с самим фактом существования, ослабленные тенью пилонов. Это были полноценные звери, находившиеся практически в родной среде, подпитанные чистой сущностью Хаоса. Сперва они появились на затопленном материке, где само падение Чернокаменной образовано рваную рану в реальности. Но по мере того, как Око забирало всё больше пространства под свой контроль, тут и там стали появляться грязные разрывы и трещины, засасывающие обречённый мир в недра Имматериума.
С небес раздавался эхом тёмный мрачный смех, когда их затянуло сплошной изменчивой пеленой. Немногие уцелевшие псайкеры, получившие мгновения передышки, когда влияние пилонов ослабло, подверглись новым атакам, на сей раз из варпа. Большинство из них пало от рук бывших товарищей, действовавших для их же собственного блага, и тела разрывало попаданиями болтов и выжигало залпами лазвинтовок, когда стали проявляться хаотические мутации. Лишь немногие, чей разум был достаточно крепок, сдерживали демонов, что крались к их разумам, и только одна Катарина Грейфакс нашла в себе силы полностью отогнать демонов от себя.
И всё же, даже в этот темнейший час, вернулась надежда, поскольку восстановление влияния Имматериума вдохнуло новые силы в вознесённую Целестину. Свет Императора засиял с новой силой, и она повела выживших в катакомбах наверх, к пустошам, некогда бывшим планетой Кадией. Никто не узнавал пейзаж, открывшийся взору. Горячая магма растекалась по тому, что когда-то было траншеями защитников, огибая павшие пилоны, сжигая на пути трупы врагов и друзей, поглощая металл так же легко, как и плоть. И повсюду на этом инфернальном пейзаже возникали демонические огни, предвещающие приход новой порции демонов в этот мир.
И пока немногочисленные защитники собирались вокруг маяка Целестины, подобно светлячкам, стремящимся к свету, Восьмой Кадианский в который раз собирался вокруг своего Лорда-Кастеляна. С самого первого дня, когда он только присоединился к рядам Белых Щитов, никто не мог превзойти его в лидерских качествах. И сейчас, Крид смотрел на руины своей родины и видел только отчаяние повсюду.
Посчитав, что Крид на данный момент неспособен с должной эффективностью вести людей, и опасаясь, что Целестина направит выживших на верную смерть, Катарина Грейфакс приняла командование на себя. Используя остатки планетарной вокс-сети, она отдала приказ на эвакуацию. Кадия пала. И даже если она пережила страшный удар Чернокаменной, она вскоре будет поглощена варпом. Победа для Империума действительно могла бы быть оправдана потерей тысяч, может даже, миллионов, душ, но инквизитор понимала, что никакой победы на Кадии больше быть не может. Всякая живая душа, что останется на планете, станет лишь ещё одним подношением Тёмным Богам. Грейфакс ожидала, что Целестина начнёт оспаривать приказ, что она начнёт принуждать выживших к последнему обречённому противостоянию, но вместо того, Живая Святая молча направилась навстречу завывающим ветрам с клинком в руке, устремляясь к горстке выживших Адепта Сороритас, сражавшихся с демонами. И так начался Великий Исход с Кадии. Люди искали для спасения всякую воздушную и десантную технику, способную летать, росчерки плазменных двигателей устремились к безопасной тени «Фаланги» и окружавшего её защитной формацией флота Адептус Механикус.
Не все достигали своих целей. Перегруженные двигатели, измученные ураганными ветрами атмосферы, выключались на пол-пути, обрекая экипажи и пассажиров с ужасом и замиранием сердец наблюдать за собственным падением на землю. Некоторые транспорты подвергались атакам крылатых демонов и демонических машин, и взрывались в полёте от атак и следовавшей декомпрессии. 27-й полк исчез, когда пилот их транспорта, столь успешно уводивший судно от атак демонов и турбулентности, оказался одержим демонами, сошёл с ума и сам направил судно в неуправляемый штопор.
Некоторые Хелдрейки рискнули отлететь от зоны безопасности Чёрного Флота, рискнули влететь в штормовые потоки, лишь для того, чтобы иметь возможность пролить ещё больше крови во имя своих повелителей. В небесах над потерянной Кадией разразились сцены воздушных боёв прямо среди песчаных бурь, когда с «Фаланги» на защиту эвакуирующихся вылетели перехватчики. И всё же, численное преимущество было на стороне врага, и пилоты Имперских Кулаков надеялись лишь сдерживать вражеские истребители так долго, как они смогут. Не более.
К сожалению, эвакуация шла не так гладко и по иной причине. Подобно тому, как Имматериум пришёл поглотить Кадию, страх пришёл поглотить её население. Некоторые полки, к их чести, соблюдали порядок. Но многие, к сожалению, превратились в неуправляемую вооружённую толпу, отчаянно сражающуюся друг с другом за места в эвакуационных челноках. В районе Касра Лютен и Касра Горск, офицеры отдали приказ взводам касркинов открывать огонь по толпе в случае необходимости, и беспорядки переросли в полноценный бунт.
На Элизионских Полях, эвакуация обернулась организованным отступлением, которое распалось на множество отдельных стычек, защитники вели бои с голодными до душ демонами за каждую единицу техники, которая чудом уцелела. К северу, Целестина и её Сёстры медленно отступали, но каждый отбитый дюйм Полей стоил их врагу огромных потерь. На юге картина была схожей — не потерявшие самообладания гвардейцы встали в ряд с выжившими космодесантниками, но так же медленно сдавали линию за линией. Стало понятно, что рано или поздно Элизионские Поля будут утеряны. Способных к полёту единиц техники было слишком мало, и с каждым моментом наступления демонов, становилось ещё меньше. Очевидно, придётся пожертвовать некоторыми жизнями, чтобы спасти хоть кого-то.
И именно тогда Крид наконец вырвался из пучины отчаяния и нахлынувшей депрессии. Собственный Полк Лорда-Кастеляна будет держать свою планету. Они купят своими душами необходимое время, которое нужно Кадии, своей плотью и кровью.
Кровь Кадии — топливо войны.
Крид раздал приказы, и их значение дошло до разума каждого их бойцов. Но Восьмой не дрогнул перед лицом неминуемой гибели. Каждый из солдат Кадии чувствовал холодную хватку самой смерти на своём горле, но никто не дезертировал, никто не не показал и тени сомнений. Крид был всем тем, что значила для них Кадия. Крид был честью и славой Восьмого. Он вёл свой полк через огонь и смерть, и всегда выводил их к победе там, где другие бы исчезли. Не было в рядах Восьмого человека, который бы не был обязан своей жизнью Лорду-Кастеляну, и каждый счёл, что вернуть сей долг было бы справедливо.
Под звуки последних уходящих на орбиту кораблей и транспортов, Восьмой сражался и умирал среди руин своей родины. Сёстры ордена Пресвятой Девы-Мученицы и Чёрные Храмовники Амальриха отлетали самыми последними: окровавленные, но уцелевшие волей Императора, они погрузились в ангары десантных кораблей, предназначенных для Рыцарей Дома Таранис. Грейфакс уходила с ними, не спуская глаз с Целестины.
- Но когда захлопнулись гермодвери и загудели двигатели, Катарина отчётливо услышала грозный боевой клич, столь громкий, столь ясный, что он перекрыл грохот пушек и рёв ветров. Это был столь знакомый мужественный голос, искажённый страхом, но не сломленный — непокорный до последнего вздоха...
- «— КАДИЯ СТОИТ!..»
- С содроганием, защитная линия Восьмого вжалась ближе к взлётно-посадочной полосе. Ветер поднялся с новой силой, перерастая в очередную песчаную бурю. И внезапно, Крид остался один. За ним потянулась огромная тень, испускающая пламя, на борту которой виднелась шестерня с вписанным черепом, символ Адептус Механикус. Огонь ручных орудий не оставлял и царапин на многослойной броне, провоцируя крики ярости и огорчения демонов и культистов где-то далеко в глубине шторма. Двигатели взревели, и транспорт устремился к небесам. Последний транспорт. Кадия была теперь не более чем огромным могильником, полным мертвецов и упрямцев.
- Крид споткнулся. Несмотря на все усилия медиков, раны его кровоточили. Он чувствовал, как его силы вытекают из него вместе с тем, как кровь хлестала на броню и плащ. Одно усилие. Потом он получит вечный отдых. Одно последнее усилие...
- Шторм разошёлся. Но не перед демоном, перед металлической фигурой в изодранном плаще. Ветер поглотил единственный неточный выстрел Крида. Из раскрытой ладони фигуры в плаще возник пучок света, и сверкающие многоугольники начали чарующую пляску вокруг предмета, скрытого в руке.
- «Урсакар Крид...» — голос металлического гиганта звучал с тяжестью надгробных камней, — «Конец твоих дней — не сегодня. Тебя ожидает вечность...»
- И под саркастический смех пленителя, Крид погрузился во тьму.
В пасти шторма
На борту кораблей не было ликования, не было и доли радости, несмотря на все перенесённые события. Слишком многие пали до того, как Грейфакс отдала приказ об эвакуации. И те, кому посчастливилось найти место на эвакуационных транспортах, улетали с планеты, слушая обрывки отчаянных переговоров обречённых оставшихся. К началу Тринадцатого Чёрного Крестового Похода, на Кадии было 850 миллионов душ. Личный состав уцелевших едва насчитывал 3 миллиона. Легенда о Кадии будет жить в историях, которые будут передаваться из поколения в поколение, но сейчас... она истекла кровью.
Переход через варп в подобных условиях был подобен вальхалльской рулетке — выжившие навигаторы были словно бы ослеплены, а генераторы полей Геллера работали на износ. С падением пилонов, знаменитый путь, Кадианские Врата, в Имматериуме превратились в ужасающий шторм. И всё же, это давало хоть какой-то шанс на выживание, нежели остановка под прицелом кораблей Чёрного Флота.
«Фаланга», командование которой вновь взял Тор Гарадон, возглавила исход, и один лишь вид её грозных орудийных батарей рассеивал корабли предателей на пути. За ней шли единичные выжившие корабли Имперского Флота, в защитном построении вокруг гражданских судов, что пережили Падение Кадии. Замыкающими шла боевая группа Механикус под командованием Коула. Адепты Марса прибыли последними в обречённую систему, и их корабли совсем не пострадали в эти дни.
Зная, что варп-прыжок в пределах влияния Ока Ужаса приведёт к несомненной погибели, самые горделивые из капитанов Чёрного Флота вступили в погоню, подобно хищникам, учуявшим раненного зверя. Бездна зацвела множеством вспышек, когда быстроходные корсары подошли на дистанцию боя к кораблям Адептус Механикус, в надежде набрать ценнейших трофеев. Конечно, флот Коула отвечал исключительно точным и мощным огнём, и множество хищников сами превратились в жертвы. Но каждое попадание, каждая новая пробоина, замедляли служителей Омниссии.
Спустя 20 часов непрерывного отступления, пал «Диктатор», «Длань Сатараэля», став бездушной могилой для десяти тысяч верных душ среди бескрайней пустоты космоса. Ещё через два часа, два фрегата и один лёгкий крейсер встретили ту же судьбу. Коул стойко переносил сообщения о новых потерях, считая это наказанием за свои ошибки и высокомерие на Кадии, и заклинал сервиторов работать сверх их возможностей.
На сороковом часу погони, у грузового корабля «Честь Святого Керефоса» перегрелись и отказали плазменные двигатели. Столкнувшись с выбором между спасением всего флота и спасением одного несчастного корабля, Гарадон с тяжёлым сердцем приказал оставить обречённых на немилость победителей, однако, успев многих эвакуировать и принять к себе на борт. Капитаны «Ярости Императора» и «Доминус Виктора» не разделили прагматизм Гарадона, и развернули свои корабли на помощь «Чести».
Их выбор был очень благороден, но крайне глуп. Менее половины бойцов, бывших на борту «Чести Святого Керефоса» успели пересесть на боевые корабли, когда авангард Чёрного Флота их догнал и окружил. «Ярость Императора» пал, даже не успев отстыковаться, разорванный в клочья множественными бортовыми батареями. «Доминус Виктор» распался на две части, изрыгая потоки демонического огня с командного мостика, однако, двигатели его заработали на полную мощность. Если бы удача была на их стороне, они бы имели шанс достигнуть арьергарда группы Коула, несмотря на потерю капитана и всех командующих офицеров. Объятый паникой, старший помощник истерично отдал приказ на экстренный варп-прыжок, не отдавая себе отчёт в безумии такого поступка. Что же случилось с ними, навсегда останется загадкой, но и по сей день «Доминус Виктор» так и не вышел из Имматериума. Таким образом, ещё четверть миллиона душ легли на алтарь подношений Абаддону и Тёмным Богам. Цена ошибки и проявления слабости.
- Красная сфера Кадии была подобна искорке среди бескрайней черноты окружавшего пространства. Прошло чуть более суток, и всю её поверхность жадно облизывали голодные языки Имматериума, изменяя на свой лад. Абаддон решил, что из неё выйдет славный демонический мир, если только непрерывное движение тектонических плит не развалит планету на части. Но это уже не имело значение, в любом случае. После десяти тысяч лет подготовки, он наконец-то встал на Путь Крови, что приведёт его к триумфу. Единственным вопросом оставалось проложить наиболее впечатляющий Богов курс к Терре, но теперь у него было достаточно времени подумать.
- Он отвернулся от смотровой панорамы, когда двери мостика с шипением открылись. К нему бодрой походкой шёл верный Зарафистон, клацая своими когтистыми ногами по изъеденной ржавчиной палубе.
- — Лорд Абаддон, почему мы не участвуем в преследовании?
- Абаддон нахмурился, подаваясь вперёд на обсидиановый стол перед ним. Наглый вопрос. Слишком наглый для раболепного Зарафистона. — Лоялисты разбиты. Пусть падальщики Чёрного Флота поглумятся над их трупами. Большего они не заслуживают!
- Колдун приблизился к смотровой панораме, его взор внимательно изучал кроваво-красный шар Кадии, но он смотрел словно куда за неё.
- — Один корабль несёт в себе исключительную ценность
- Абаддон усмехнулся. — На борту «Фаланги» нет ничего ценного, кроме черепов нескольких лоялистов.
- Зарафистон моргнул своим третьим глазом. Его губы искривились в усмешке существа, знающего нечто, чего не знает никто иной.
- — А я и не говорю о «Фаланге». Я говорю о ковчеге Механикус. Реликт, что покоится в его стазис-поле...
- Беспокойство завладело Абаддоном. — Что ты видел?! Что провидение сказало тебе?!
- Зарафистон произнёс одно имя.
- Имя, которое Абаддон не слышал очень давно. Имя, которого он не слышал со времени, когда нога Хоруса ступила на поверхность Давина.
- Объятый нечеловеческой яростью, Разоритель ударил кулаком по столу, расколов его на части. Зарафистон же отступил в темноту, и улыбка исчезла с его лица.
В целях свести к минимуму дальнейшие потери, Гарадон приказал замедлить ход «Фаланги», дабы снизить нагрузку на изношенные двигатели прочих кораблей конвоя. Гражданские суда, находившиеся в критическом состоянии, были пристыкованы к «Фаланге» или размещены в исполинских ангарах нижней палубы, однако же, входы и выходы в эти ангары были надёжно заперты, в целях защитить боевых братьев от возможных скрытых предателей и излишне любопытных глаз. Гарадон не раз рисковал доверенной ему крепостью в эти дни, и не хотел испытывать судьбу сейчас — особенно если учесть, что грозные орудия «Фаланги» сейчас были единственным сдерживающим фактором, не позволявшим врагу подойти к конвою слишком близко.
И всё же, потери продолжались. На отступающих напали усталость и истощение, не менее опасные и смертельные, нежели корсары Чёрного Флота. Для многих сон стал лишь приятным воспоминанием, — экипажи боевых кораблей, находящиеся в неусыпном дозоре на своих боевых постах, отгоняли сон с помощью военных химикатов, добавляемых в сухпаёк, а бойцы, успевшие покинуть поверхность, казалось, уже никогда не смогут уснуть, будучи в жестоком плену кошмаров. Спустя два дня от исчезновения «Доминус Виктора», сонный и расслабившийся экипаж «Токсра Клавиуса» проморгал приближение нескольких мелких кораблей на опасную дистанцию, и когда на судне забили тревогу, было уже слишком поздно — почтенный крейсер раскололся на части под ураганным кинжальным огнём в упор. Спустя несколько часов после этого инцидента, псайкер на борту «Аида» сошёл с ума и впустил в своё тело неконтролируемые энергии варпа. Его тело разорвало на куски, когда из смертной оболочки вышел Хранитель Секретов, прямиком в ряды 79-го полка, не ожидавшего удара в спину. Полк, сформированный пару недель назад как полк Белых Щитов, ныне мог по праву зваться ветеранским — столь многое перенесли эти храбрецы. Кадианцы сумели быстро перегруппироваться и уничтожить демона, однако, Гарадон отдал приказ о карантине «Аида» и отделении его от остальной группы в целях всеобщей безопасности. Так продолжалось ещё несколько часов, пока Ковчег Механикус, под командованием инквизитора Катарины, не разнёс «Аида» в щепки, стоило от него поступить сигналу бедствия и сообщениям о проступающих мутациях среди личного состава.
Спустя сто двадцать часов погони, Кадия окончательно превратилась в демонический мир, и все знаки присутствия некронских технологий и человечества были стёрты с её лица. Тогда же, отступающий флот, наконец, достиг Клайсуса — заснеженной луны Касра Хольн. Навигаторы «Фаланги» наконец-то рапортовали, что флот вышел из шторма Имматериума и путь был достаточно безопасен для спасительного прыжка. От 29-ти кораблей, покинувших Кадию, в строю осталось 16, и на борту оставалось не более двух с половиной миллионов верных душ.
И в этот же час, линейные крейсеры Чёрного Флота потеряли страх перед батареями «Фаланги». Десяток крупных кораблей вышло из варпа прямо в зону огневого контакта с кораблями эвакуационного флота, и возглавлял их флагман Абаддона — «Мстительный Дух». Чёрный Флот взял курс к арьергарду группы Механикус, которые спешно начали перестроение для отражения атаки. Абаддон лично пришёл собрать богатые трофеи, и сам ад простирался за его кораблём.
На мостике «Фаланги» затрещали вокс-передатчики, полные паникёрских рапортов, и суда эвакуационного флота стали один за другим нырять в относительную безопасность варпа. Крейсеры, тяжёлые транспорты, грузовики, шахтёрские транспорты — все спешно уходили из обречённой системы, полные радости от успешного бегства с умирающей планеты, и полные страха того, что ждало впереди. С губ Гарадона соскочило древнее проклятие на терранском наречии, когда «Фаланге» пришлось последовать за остальными. Со скрипом и визгом древнего металла, почтенная боевая крепость отпустила якоря, удерживавшие её в реальном пространстве, и так же ускользнула в Имматериум. Флот Коула, прикрывавший безопасное отступление остальных, остался в одиночестве.
И вот среди построения флота адептов Марса начали разрываться первые снаряды. На подобной дистанции, о точности не могло быть и речи, и всё же, следуя некой проклятой неудаче, один мощный снаряд угодил прямиком в корму Ковчега Механикус. Попадание вывело из строя кормовые щиты, и хуже того — перегрузило несколько маршевых двигателей и генератор поля Геллера. Это означало невозможность прыжка в варп для корабля. Коул, и все живые души на борту, были обречены.
Коула объял страх потери Священного Груза и он приказал лечь на курс уклонения. И пока флагман флота Механикус искал любое возможное спасение, остальные дружественные корабли построились вокруг него сплошной стеной щитов, капитаны каждого из них ни на минуту не сомневались, что все их жизни — ничто по сравнению с важностью Груза. Последние выжившие перехватчики покинули ангары. Первые ответные залпы устремились в пустоту, выцеливая приближающиеся крейсеры и эсминцы. Из всех кораблей флота Коула, лишь флагман — «Железный Призрак», мог бы выйти на артиллерийскую дуэль с линкорами Чёрного Флота один на один. И даже он не шёл ни в какое сравнение с мощью «Мстительного Духа». И всё же, нападающим необходимо было сперва приблизиться, и огневое превосходство оставалось пока что за Коулом.
Один залп за другим достигали своих целей среди Чёрного Флота, разбивая щиты и проламывая обшивку. Экипажи, целиком состоявшие из сервиторов, работали с механической эффективностью. Они наводили орудия с восхитительно точным упреждением и заряжали орудия с исключительной чёткостью и ловкостью, что было бы недоступно даже лучших их экипажей, что состояли из простых людей. Взрывы заполняли неукротимо уменьшающееся расстояние между флотами, и где-то в этой пустоте, заполненной огнём и смертью, шли напряжённые бои между перехватчиками Механикус и «Адскими Когтями» Хаоса. Засверкали лучи лазерных орудий, и жидкий адамантий потёк слезами по обшивке кораблей Марса. Один из крейсеров врага наконец остановил натиск, когда меткий торпедный залп вырвал с корнем носовое орудие и заклинил рули управления. И всё же, абсолютное численное превосходство было на стороне Абаддона и наступление продолжалось.
«Кулак Строккора» оказался ослеплён, когда меткие залпы уничтожили его массив радаров и был вынужден остановиться и поддерживать наступление неточными дальними выстрелами. «Апокалиптика» и «Мстительный Дух» также понесли незначительные потери, но были готовы к кровавому ближнему бою. Зажатый между двух бортовых батарей, «Фобос» расплавился, как лёд на солнце под энергетическим огнём и в конце концов, его реактор взорвался, оставив шар раскалённой плазмы на месте почтенного крейсера. «Ксанф» и «Эверос Монд» выдержали первые удары, но лишь затем, чтобы исчезнуть под превосходящим огнём мелких кораблей, сумевших подойти вплотную. «Цербер» погиб в отважной дуэли с линкором, вдвое его превосходящим, огрызаясь до самого последнего момента, пока исполинский бортовой залп не сломил его пополам. «Звёздный Камень» потерял все свои батареи и направился на таран своего обидчика, в конце концов подорвав реактор и забрав вражеский линкор с собой в объятия смерти. «Альфа» же, потеряв весь собственный флот перехватчиков, подвергся атаке абордажными капсулами. Капитан призвал к последнему отважному противостоянию, но абордажные команды самого Чёрного Легиона прогрызлись через палубы и отсеки, вырезав экипаж и захватив гордый корабль, спущенный с верфей самого Марса, как трофей.
Один за другим, корабли Механикус погрузились в вечную тьму или превратились в шары чистой плазменной энергии...
Жертвы не были напрасными. Каждая секунда, выигранная храбрецами, давала время на починку поля Геллера и маршевых двигателей «Железного Призрака». Но на хвост флагману сел сам «Мстительных Дух», полностью проигнорировавший бой вокруг и устремившийся за ценным призом. Абаддон приказал не открывать огонь, и направить всю доступную энергию в системы двигателей. Ничто не должно замедлить погоню. Мало помалу, линкор приближался к своей жертве.
Распознав угрозу, исходящую от «Мстительного Духа», Коул перевёл все системы своего корабля на работу сверх возможных безопасных пределов. Сверхгорячий пар зашипел из охладительных труб. Сирены истошно вопили по всему машинному отделению, извещая об опасности нарушения техники безопасности. Но это не имело значения. Несмотря на то, что Архимагос выжал всё что мог, до последней капли, из двигателей почтенного корабля, «Мстительный Дух» был быстрее. Уже через несколько минут корабли сравняются и начнётся кровавая артиллерийская дуэль бортовых батарей. Раз за разом Коул начинал заново пересчёт вероятностей выживания. И всякий раз, его сложнейшие вычисления выдавали ему ноль.
- Любопытство привело Архимагоса на Кадию. Гордыня удержала его на ней. А теперь... «Железный Призрак» будет утерян вместе с ценным грузом.
- Он подвёл. Подвёл Омниссию. Подвёл всё человечество.
- — Двигатели работают на семьдесят процентов выше допустимого предела. — Мостик «Железного Призрака» содрогался, пока его экипаж по приказу Коула выжимал из корабля все соки.
- Грейфакс не надо было даже использовать телепатию, чтобы ясно читать мысли Коула о бесполезности его приказов. «Железный Призрак» был обречён. Но был и секрет, который бы она никогда не узнала, если бы не залезла в разум Архимагоса. Обязательство, чувство невыполненного долга, застрявшее болезненной иглой в его разуме — но были видны лишь очертания мысли, и ни единой детали.
- — Мы не можем убежать от судьбы, — произнесла Целестина.
- Амальрих встрепенулся, и в его голосе появился нескрываемый вызов: — Неужто ты предлагаешь нам отдаться Разорителю без боя?!
- Живая Святая отвернулась от иллюминатора. — Я предвидела это во снах. Реки крови, омывающие звёзды. Чем яростнее мы сопротивляемся, тем тяжелее будет наша судьба. Мы должны искать... иные пути.
- Грейфакс почувствовала как старая ярость наполняет её разум: — Не будет спасения в ереси, на которую ты обрекаешь нас. Если...
- Её речь оборвалась резким вмешательством Коула. — Обстоятельства обязывают нас рассматривать все возможные варианты действий и исходы. Даже самые невероятные и невозможные.
- — Она погрязла в ереси! — прошипела Грейфакс. И снова остановилась. Она припомнила, что культ, к которому принадлежал Коул, появился ещё задолго до основания Инквизиции, частью которой являлась она. И инквизитор не мог просить подчинения адепта Омниссии одним лишь словом и званием.
- — Сильное заявление, — прошипел в ответ Коул, — Наглое заявление из уст той, чья кровь отравлена созданиями некронов. И не думай отрицать этого. Я чувствую копошение наномашин под твоей кожей.
- Грейфакс почувствовала резкую перемену настроений на мостике. Выражение лица Амальриха изменилось, выдавая нескрываемое подозрение, напоминая инквизитору о безоговорочных вере и чистоте Чёрных Храмовников.
- — Я остаюсь неосквернённой!
- Коул внимательно изучал её всеми доступными чувствами. — Это всего лишь твои слова. Впрочем, я могу избавить тебя от этой скверны. Но для того, нам сперва надо выбраться из этой неблагоприятной ситуации. — Он перевёл взгляд на Целестину. — Что ещё показало твоё видение? Что нам надлежит делать?
- Святая ткнула пальцем на изображение Клайсуса на голо-карте. — Мы найдём спасение среди льдов. И наш крестовый поход начнётся заново.
- Амальрих склонил голову. — Ваш крестовый поход, миледи. Но мы пойдём следом, покуда силы не покинут нас.
- Грейфакс же отвернулась в отвращении. Поход Целестины? Сама мысль о подобном вызывала мурашки по коже.
Итак, по указанию Целестины, «Железный Призрак» взял курс к ледяной луне Клайсус. Двигатели Ковчега, давно работающие на износ, легко изменили его курс, открывая корабль для бортового безответного залпа по преследующему «Мстительному Духу». Флагман Чёрного Флота, не ожидавший крутой смены курса, не успел начать манёвр уклонения от торпед, устремившихся, подобно хищным рыбам, к его носу. Щиты распались, и броня проломилась. Носовые орудия сорвало с креплений и огромная восьмиконечная звезда, служившая носовой фигурой «Мстительного Духа», разлетелась на части. Но проклятый корабль перенёс осаду самого Императорского Дворца — он переносил раны куда более страшные, чем в принципе мог нанести «Железный Призрак». Этого было совершенно недостаточно для того, чтобы сойти с дистанции.
Какое бы спасение не ожидало экипаж «Железного Призрака» на холодной луне, корабль теперь находился во власти основных орудий «Мстительного Духа». Абаддон приказал оставить курс преследования и пойти на бортовое сближение и борт его корабля расцвёл огнями лазерных батарей, когда они начали грызть корпус Ковчега Механикус. Не имея возможности уйти с линии обстрела, «Железный Призрак» делал что мог: превозмогал, встречая ярость Абаддона один на один.
Два боевых корабля обменивались неравноценными ударами почти час, пока блеклый диск Клайсуса рос всё больше. Макро-пушки Марса огрызались в преследователя. Торпедные шахты изрыгнули свои последние снаряды. Экипаж исчезал сотнями с каждым метким попаданием по бортам, и тела экипажа наполнял коридоры и служебные ходы Ковчега Механикус, или же их уносило в безмолвную пустоту космоса жестокой декомпрессией целых отсеков.
На борту «Мстительного Духа», отступники устремлялись к десантным модулям, пробираясь через развалины, возникшие от ответных ударов «Железного Призрака». Разоритель желал лично забрать свой приз с борта убегающего корабля, или, хотя бы, увидеть, как он сгорает в тонкой атмосфере луны. И вот, «Железный Призрак» содрогнулся в очередной раз, теряя последние защитные батареи, Когти Ужаса, десантные капсулы времён Великого Крестового Похода, устремились к своей цели через пустоту.
Когда на мостик поступили первые рапорты об абордажных командах, устремившихся к «Железному Призраку», Коул решил, что корабль уже потерян. Но он исполнил своё предназначение — два корабля на этот момент уже курсировали по ближней орбите Клайсуса, и относительная безопасность ледяных штормов луны была уже в считанных минутах хода. Коул передал командование Ковчегом избранным из экипажа, и устремился в самые сокровенные недра корабля, в стазис-хранилище.
Сёстры Битвы устремились занять оборону в уцелевших ангарах, а Маршал Амальрих дал торжественную клятву, что он, и его боевые братья, убедятся, что «Железный Призрак» умрёт несломленным и непокорным.
Грейфакс же протестовала против таких решений. Она полагала, что разум Коула находится в жёсткой власти Целестины, и инквизитор хотела иметь лояльных ей, и только ей, союзников под рукой. Лишь Амальрих сопротивлялся — гордость Маршала пострадала от долгого отступления, и он всем своим естеством жаждал ответного боя. И лишь демонстрация инквизиторской печати склонила его на сторону Катарины.
Транспорты покинули обречённый корабль и устремились к поверхности, к указанной точке, неся ценнейший из грузов. Убегающие использовали массивный корпус «Железного Призрака» как прикрытие, и последние уцелевшие истребители как эскорт.
Наконец, почтенный Ковчег Механикус, «Железный Призрак», спущенный с верфей Марса, начал распадаться на части под гнётом многочисленных взрывов, а первые «Хель-драконы» с визгом устремились в погоню. Но конвой беженцев уже был укрыт пеленой снежного шторма поверхности.
Снега Клайсуса
Бураны, терзающие замороженную луну, возможно, на некоторое время ослепили преследователей, но погоню они не остановили. Объятый яростью, что его добыча вот-вот ускользнёт, Разоритель спустил все доступные к полёту транспорты на преследование, приказав прочесать каждый метр поверхности.
И без того непростой переход через ледники превратился в боевое отступление, и беглецы то и дело бросались в укрытия среди промёрзших камней и скал, когда «Хель-драконы» совершали новые и новые заходы. Но вела их скорее надежда, а не стратегия и тактика — сложно было укрыть Конвейер Триарос, вместивший в себя ценнейшую для Коула реликвию, и так же сложно было бы укрыть громыхающих Рыцарей Дома Таранис. Но всё же, первое время после приземления, удача была на стороне лоялистов. Стойкие в своей вере, Адепта Сороритас упрямо шли навстречу бурану за светом Целестины, даже не задаваясь вопросом, по какому пути она их ведёт и к какой цели. Здесь же были и немногие выжившие штурмовики Каппа-Орлов — ледяные ветра словно вгрызались в их плоть, но они не думали показывать слабину перед лицом Сестёр. Инквизитор Грейфакс с Чёрными Храмовниками шли в арьергарде, мрачные, как сама смерть.
Коул упорно следовал за Целестиной сквозь завывающий ветер. Но с каждым шагом в нём росли сомнения, знает ли вообще Целестина о цели, к которой она вела — сомнения, которые он нёс с собой слишком долго. И если всё было верно, возможно, всё это было частью плана Силандри — не только раскрыть секреты пилонов, но и привести Коула к концу задуманного пути. Живая Святая несомненно была сосудом тройственной воли Омниссии, и её цель должна была стать его целью. Вера Коула возвращалась к нему, и в сознании его засела мысль, что весь его поход с Эриада IV был паломничеством, испытанием веры. Он проклинал себя за то, что сомневался в Воле Омниссии и продолжал путь.
Затем буря прекратилась.
И вернулись летучие машины, каждый их заход оставлял за собой кроваво-красные прожилки раненых и убитых среди бескрайней белизны льдов. Две демонические машины были сбиты ещё до снижения на заход, меткими выстрелами ракетниц. Третья же опустилась на морозную землю, по пути разорвав формацию штурмовиков когтями и зубами и сорвав кусок брони с Триароса до того, как тяжёлый топор архимагоса расколол на части череп из варп-метала.
С этого момента, не было ни секунды тишины, ни секунды покоя. Место обнаружения беглецов быстро разлетелось среди банд Чёрного Легиона, которые тут же устремились со всех мест в точку сбора. Ярость битвы раскалывала древние льды, звуки эха от схваток в разных местах перекрывали друг друга — стоило замолчать орудиям в одном месте, грохот раздавался в новом. Опустошители обрушивали огонь с высот перевалов. Рапторы обрушивались в ближний бой с безоблачных небес, и их нечеловеческие визги вселяли страх в мужчин и женщин, без того деморализованных длительным отступлением. Мотоциклы заходили с флангов, входя в зону ведения огня лишь тогда, когда они были убеждены, что внимание защитников отвлечено на что-то иное.
В пламени битвы исчезали и друзья, и враги. Серафимы проносились над полем битвы, паря с утёсов, и потоки прометия плавили льды, сложившиеся за долгие тысячи лет. Залпы лазерного огня очищали небеса, а могучие пушки Рыцарей Тараниса очищали ледяные поля от мотоцклистов Абаддона. Но за каждую уничтоженную дюжину возникала новая дюжина — ряды атакующих беспрерывно пополнялись, в то время как эскорт Коула уменьшался с каждым часом. Всё больше людей падало, сражённых ранами, и живые сплачивались вокруг Триароса. Проецируемые им пустотные щиты давали некоторую защиту тем, кто стоял рядом, но вместе с тем, каждая лояльная душа понимала свою ответственность и долг, в защите ценнейшего груза. Радиопереговоры давали понять, что защитники были окружены, и петля сжималась. Но не осталавалось иного решения, кроме как идти дальше — прорвать окружение и купить ещё несколько часов передышки.
Целестина продолжала свой неустанный поход, ведя бойцов, ставших паломниками, выше и выше в горы. Штурмовики вокруг неё падали замертво, их кожа темнела и глаза замерзали, подобно льдинкам. Грейфакс уже забросила попытки выяснить у Целестины конечную точку пути. К тому же, сколь закалённой не была бы инквизитор, силы её не могли сравниться с генномодифицированными Адептус Астартес, и все силы её были направлены на то, чтобы просто продолжать идти.
Чёрный Легион продолжал натиск, рёв плазменных двигателей десантных кораблей раздавался непрерывным эхом среди горных перевалов. Когда разношёрстная компания приблизилась к обрыву, Грейфакс увидела своими глазами колонну танков предателей, бескрайнюю, похожую с этой высоты на рой насекомых.
Когда, наконец, Коул с эскортом достигли полуразрушенных врат некоего древнего строения, они обнаружили, что те защищались группой чародеев. Силы лоялистов имели преимущество, и врата были быстро заняты, но облака чёрного дыма, потянувшиеся из разбитого «Хищника» выявили их позицию лучше всякого маяка. Ещё до того, как пал последний из магов, из долины послышался неистовый рёв заводящихся моторов.
- — Что ты видишь? — спросила Живая Святая, стоя чуть поодаль от инквизитора на краю обрыва.
- Вопрос был чисто риторический, подумала Грейфакс. Сложно было бы не заметить чёрное пятно бронетанковых сил Чёрного Легиона, контрастирующего с белоснежной яркостью ледников. — Я вижу нашу смерть, — ответила она с печалью.
- — Нет, — произнесла Целестина, — нас ждёт не смерть, но спасение.
- Сжимая зубы в ярости, Грейфакс резко отвернулась от обрыва. — У меня уже нет сил терпеть твою ложь, ложный идол!
- Как и ранее, Живая Святая не подала вида, будто её как-то зацепили слова: — Ты служишь Императору. Ты веришь Императору. Почему ты не способна поверить, что Его рука направляет меня?
- Грейфакс приблизилась. — Я не верю что что-то ведёт тебя. Ты — еретик, обманывающая доверчивых. Я должна была позволить Разорителю убить тебя. Не была бы ты окружена своими последователями, я бы самолично вонзила в тебя клинок!
- Целестина улыбнулась. — Тогда я должна бы убить тебя первой, имей я возможность?
- — Да, — пожала плечами Грейфакс.
- Улыбка пропала с лица Живой Святой, — У Него есть планы и на тебя, Катарина. Я видела это.
- Сказав свои слова, Целестина повернулась и расправила крылья. Катарина Грейфакс заняла своё место в колонне. Её настрой был всё так же мрачен, но всё же, где-то в глубине, сердце её начало оттаивать от слов Ложной Святой.
Маршал Амальрих поставил половину своих выживших боевых братьев на защиту перевала в тылу основной группы. Погоня, которая сейчас шла за ними, уже не была неорганизованной массой банд, соревнующихся друг с другом за трофеи, это была колонна, скоординированная и подготовленная к ведению полновесной войны. Некоторые братья пойдут на жертву ради остальных, и задержат преследование, покупая своими душами время для остальных.
Недостатка в добровольцах не было, и сам Чемпион Императора, Гаррейн, повёл братьев в их последний Крестовый Поход через камни и льды.
Но Целестина продолжала движение к одной лишь ей известной цели, всё выше и выше к вершинам. Когда спустилась ночь, утихло последнее эхо битвы из низины. Те Храмовники, что остались со своим Маршалом, на мгновение остановились и преклонили колени. Амальрих своим могучим басом затянул заупокойную молитву по павшим в бою, и слова подхватили остальные братья. И затем они продолжили переход, освобождённые от оков чувства вины. На рассвете снега вернулись, несколько закрывая конвой Коула по линии видимости, но вместе с тем, сильно замедляя движение. Беглецы продолжали движение сквозь боль и пот, но даже свет Целестины словно померк от истощения.
Когда бледное солнце засветило в полную силу, рёв множества двигателей вновь сотряс древние снега. Впереди хищного роя шли «Лендрейдеры», и их зубчатые гусеницы вгрызались в вечную мерзлоту, протягивая тяжёлые машины наверх, к жертвам.
Компания Коула упорно продолжала движение. Рыцари Дома Таранис развернулись, обрушивая залпы безжалостного огня на преследователей, и пехота отступала перебежками, прикрывая друг друга. Боеприпасы были на исходе. Огромные сугробы работали на пользу лоялистов, заставляя буксовать даже совершеннейшие из боевых машин, и погоня ощутимо замедлилась, когда первым машинам пришлось встать на месте. Всё внимание Коула же было приковано к Триаросу, и он не заботился ни о чём, кроме попыток успокоить духов машины и унять её боль.
Нечистые молитвы Хелбрутов и безумный вой рапторов зазвучал в опасной близости. Штурмовая рампа ближайшего «Лендрейдера» упала, и из неё вышел и вытянулся в полный рост сам Абаддон, оглядывая личную гвардию терминаторов за спиной. Появление Разорителя было последним фатальным ударом по штурмовикам. Замёрзшие, находящиеся на грани истощения, Каппа-Орлы дрогнули и стали беспорядочно отступать наверх. Пока Разоритель безостановочно пробирался сквозь снега, Коул сам встал на передовую, в полной готовности умереть за свои пригрешения и свою гордыню.
Но лёд прямо перед его лицом раскололся от сияющего пучка света. Мимо него проскользнули джетбайки, и сюрикенные пушки изрыгали смерть в ряды Чёрного Легиона. Вокруг него сверкали разноцветные вспышки, когда рядом прошли воины с размытыми силуэтами. Гребень, пару минут назад удерживаемый штурмовиками, наполнился грациозными бойцами, облачёнными в броню из великого множества цветов. За ними шли стройные шагатели, и каждый их шаг источал грацию и пластичность, и броня сияла внутренним светом.
Чёрный Легион замедлил наступление и дрогнул от контратаки эльдар. Они готовились добивать истощённого и деморализованного противника, страдавшего от суровой вечной зимы. Вместо того, на них вышла ударная группа Ультве, и за ними шли ведьмы Комморага, воины Биель-Тана и прочих миров-кораблей. Абаддон же шёл прямо в эпицентр битвы, подгоняя Легионеров вокруг себя угрожающими криками. Те, кто пошёл за ним, исчезали на месте, разрубленные пляшущими клинками или бритвенно острыми сюрикенами. Дважды Разоритель поднимал воинов в атаку на Триарос. Дважды эльдар сгоняли с гребня Чёрный Легион потоками их собственной крови. За то время, Коул и его эскорт уходили всё глубже в ряды ксеносов, пока злополучный гребень не скрылся из вида.
Перед ними, в тихой долине среди бескрайних гор, предстали элегантные шпили Врат Паутины, искрящиеся светом необузданных энергий. Целестина застыла перед входом в Паутину, раскрыв руки в беззвучной молитве.
Кадия была утеряна. Но война только началась.
Коул остановился на краю обрыва и внимательно сканировал образы перед ним. Подпрограммы доставали из архивов памяти идентификационные метки, сравнивая с поступающей информацией и распознавая воинов перед ним как эльдар.
Кластер данных из Порта Демес подтвердил присутствие известного колдуна, Эльдрада Ультрана, но как и в случае с остальными, анализ не приводил к выводам. Это было неожиданно. Эльдар были постоянно меняющимися, словно фигуры из песка, меняя личность так же легко, как возможно сменить маску. Что более всего удивило Коула — странный состав ксеносов в единой массе. Он не смог найти в многочисленных личных архивах рапортов о случаях сражений ксеносов двух подвидов в едином строю.
Две фигуры в центре были истинной загадкой. Одна женская, облачённая в изысканное платье, судя по всему, направляла ход битвы, двигаясь со спокойной властностью среди разноцветной бури вспышек и огней. Чуть поодаль неё стояла мужская фигура во всём красном, его облачение одновременно напоминало броню аспектного воина мира-корабля и грубые формы комморагских пиратов. Коул не находил ни одного сколь-нибудь похожей модели в галерее образов.
- Во вспышке света прямо рядом с Коулом возникла ведьма с лицом, закрытом маской с вечно меняющимися образами на ней. Скрытая Вуалью.
- — Что происходит? — спросил Коул, — Куда ты нас ведёшь?
- — К огням нового рассвета, — ведьма склонила голову, словно бы была озадачена таким вопросом, — Хотя, может быть, ты решишь остаться во тьме?
- Архимагос не имел чувства юмора и проигнорировал фразу, которая, как ему показалось, была попыткой пошутить. — У Разорителя целый флот на орбите. Вы не сможете его отогнать.
- — А нам и не требуется, — маска Ходящей-по-покрову озарилась новым цветом, — Конец Времён закончился. Настал час нового Начала. Нас ждут новые переговоры и союз, если у тебя хватит стойкости.
- Теневидец протянула свою руку в сторону центральных фигур.
- С некоторой нерешительностью, Коул проследовал за ней... в будущее.
Последствия
В кульминационный момент Тринадцатого чёрного крестового похода Цикатрикс Маледиктум почти поглотил Кадию. Когда захватнические орды Абаддона низвергли её великие пилоны, ничто больше не сдерживало колоссальный варп-шторм Ока Ужаса, и грозные силы Хаоса изуродовали планету до неузнаваемости. Тем не менее близлежащие миры и системы не сдавались. Если бы планета-крепость не продержалась так долго в совершенно безнадёжной обороне, её соседи почти сразу же капитулировали бы или прекратили сопротивление. Никакой обычный мир не выстоял бы под натиском безумных чудовищных армий, что в пугающих количествах осаждали Врата Кадии. И всё же системы Белис Короны, Агрипинаа и самой Кадии бились насмерть. Как ветеран ведёт за собой простых бойцов к славным подвигам, так и пример планеты-цитадели, возможно, вдохновил жителей окружающих миров защищать каждый свой народ и город до последнего патрона. Или, быть может, им помогали уцелевшие солдаты Кадии, которые пылали жаждой отмщения. Наконец, жертвы эфирной бури могли просто сражаться за выживание. Так или иначе, имперцы отбивали атаки на Врата Кадии, твёрдо решив показать себя достойными памяти великого оплота, как бы ни сложились обстоятельства.
В смятении безудержной войны среди орд Хаоса начали вспыхивать междоусобицы. Хотя преимущество было на их стороне, слуги Тёмных Богов ещё не добились окончательной победы. Однако соперничающие военачальники, как смертные, так и демонические, уже дрались за будущие трофеи, и имперские войска без промедления использовали каждый стратегический промах неприятеля. Многие из оборонявшихся были участниками кампаний на Кадии и знали, как спровоцировать неоднородные армии врага на необдуманные атаки. За расколами последовали разгромы; день за днём воины Империума выцарапывали контроль над ситуацией. Вскоре в зоне боевых действий вновь установилось равновесие: неодолимая решимость Астра Милитарум и мстительная ярость Космодесанта ослабили жуткую хватку Хаоса. На каждой заре прибывали разрозненные транспорты Великого Исхода с отважными пассажирами, преодолевшими шквалы Эмпиреев. Масштабы сражений неизменно возрастали, и пламя войны, испепелившей Кадию, с рёвом разгоралось вновь на других планетах её системы, а также Белис Короны и Агрипинаа.
Коул, Целестина, Грейфакс и немногие выжившие, теперь называвшие себя Целестинским крестовым походом, с помощью Паутины добрались до Ультрамара, осаждённого силами Хаоса. Последующие события Ультрамарской кампании решили судьбу всего Империума.