Война Паука
- «Возможность, способность и воля.
Многие полагают, что первое им неподвластно: слабые и беспомощные, они сетуют на своё положение и сокрушаются о жестокости Галактики, которой плевать на их посредственность, и лишь избранные осознают, что возможность необходимо создать. Освободить. Возможность нужно вырвать с кровью, и те, кто не способен на это, навеки обречены оплакивать её отсутствие.
Способность же, напротив, понятие строго определённое — человек либо обладает ею, либо нет. Старайтесь, трудитесь, лезьте вон из кожи, дабы перековать себя в нечто большее, чем обещала вам случайность рождения — все это не имеет значения. Истинно одарённые не стремятся овладеть своим искусством — они просто идут в ногу с ненасытными аппетитами своего гения. Для подобных существ все остальные — лишь смертная глина, из которой можно лепить то, что угодно их желанию. Таково их право и таково призвание.
Воля — наиболее простой компонент из трёх перечисленных. Воля — наличие силы там, где все вокруг проповедуют слабость. Воля — это мужество вопреки, трусости твоих собратьев. Воля — длань, что бесстрашно тянется сквозь пламя, взгляд, который направлен лишь вперёд. Воля — это ум, постигший истину о том, что добро и зло — это ничто иное, как смехотворные конструкты, созданные лишь для того, чтобы отсечь слабых. Воля делает запретный шаг, воля высказывает запретную мысль, открывает запретную дверь... Воля велит делать то, что вам должно, в то время как все вопят, что этого делать нельзя.
Воля — это могущество.
Возможность, способность и воля. Этими тремя вещами я разорву оковы мироздания. Этими тремя вещами я овладею тайнами жизни и смерти.
Этими тремя вещами я стану богом...»- – Фабий Байл, отрывок из «Mysterius Vitalis Exacto» — размышлений о Ключе к Вратам Жизни и Смерти
Война Паука (англ. War of the Spider) — кампания Фабия Байла против Гвардии Смерти и Империума в разрушенных войной Кадианских Вратах, проходившая вскоре после образования Великого Разлома.
История
Великий Разлом заставил Империум содрогнуться. Повсюду бушуют безумие и мутации, и армии Императора ведут отчаянные войны за выживание против тварей из самых страшных кошмаров.
Хаос восходит — и кое-где гораздо стремительнее, чем среди пламени Кадии...
Долгое время мир-крепость Кадия противостояла нападению Абаддона Разорителя и его 13-му Чёрному крестовому походу. Но планета не могла сопротивляться вечно — в конце концов Абаддон оставил Кадию разбитой вдребезги. По мере того, как он продвигался к новым мирам, варп-воронка, известная как Око Ужаса, расширялась вслед за его поступью. День ото дня Око Ужаса пожирает всё больше территорий Кадианских Врат, и по мере того, как щупальца варпа распространяются, подобно крови по бурлящим водам, всё большее число населения звёздных систем подвергается психическим мутациям и эпидемиям безумия.
Ядро сил Чёрного крестового похода Абаддона, возможно, и сопровождало своего полководца к зоне боевых действий, развернувшейся у Вигилуса, но кишащие орды еретиков, отступников, демонов и некоторых ксеносов всё ещё охотятся на изолированные имперские анклавы. Волны анархии и кровопролития проносятся через зону боевых действий вокруг Кадии, предоставляя некоторым великолепную возможность осуществить свои собственные хитросплетённые планы.
Фабий Байл — один из подобных спекулянтов страданий. Выбравшись, наконец, из своей твердыни глубоко внутри Ока Ужаса, Паук плетёт новую паутину жестокости и лжи. Продвигая свои планы через марионеточных военачальников и подопытных, он завлёк врагов как из Гвардии Смерти, так и из элитных агентов Империума, стремясь пожать богатый био-урожай из собравшихся врагов и осуществить свои коварные планы. И всё же выбранные Байлом объекты эксперимента — это действительно опасная добыча. Его превосходят числом, и Пауку потребуется вся его изощрённая хитрость, чтобы выйти победителем из войны, которую он начал...
Сближение хищников
Кампания Фабия Байла против Гвардии Смерти и Империума проходила в разрушенных войной Кадианских Вратах. Однако семена хитрого плана Паука были посеяны и в других регионах: таких, как, например, погружённые во тьму Бедственные Звёзды или же на кровавой почве мира Хасседур.
Падшие Драконы
Хасседур издавна был домом ордена Медных Драконов. Благородные и самоотверженные защитники человечества, они сражались во имя Его уже более 5 000 лет. Впрочем, всё изменилось в темноте Ноктис Этерна... Некоторые считают, что магистр ордена Аргенто Кориан годами скрывал психические способности. Другие же утверждают, что они проявились в результате пагубного влияния Великого Разлома. Как бы то ни было, к тому времени, когда Ноктис Этерна закончилась, Кориан и более половины его ордена перешли на путь предательства.
Рассказы о жестокой гражданской войне, которая последовала за этим, могли бы заполнить целую книгу: как Кориан стал именовать себя Просветителем Верных Учеников, как их война с бывшими братьями-лоялистами разгорелась так, что поглотила целиком 3 имперские системы, и как, наконец, Медные Драконы были побеждены оперативной группой «Факелоносцев», которым было поручено доставить генную технологию Примарис к некогда верным космодесантникам.
Просветитель и потрёпанные остатки его воинов скрылись от возмездия. Они направились к Рукаву Нахмунда в стремлении найти убежище за его пределами — на территориях, где царило беззаконие. В ответ факелоносный флот под командованием щит-капитана Атала Тивара из Адептус Кустодес уничтожили генотех Медных Драконов и истребили горстку направленных к предателям воинов из Серых Щитов, дабы и по их венам не пробежала зараза ереси. Тогда Тивар поклялся, что его флот будет охотиться за Просветителем до самого края Галактики, и пустился в яростную погоню. Но он даже не подозревал, что весть об измене Медных Драконов уже достигла Терры по секретным каналам, и теперь Империум мобилизовал элитные силы, дабы выследить Кориана и убить его...
Новые интриги
Путь Фабия Байла сошёлся с дорогой Просветителя случайно — то было в глубине раздираемого войной пространства Кадианских Врат. Прародитель всегда был авантюристом, и вскоре обратил случайность в свою пользу.
Дьявольский союз
Байл трудился, следуя новому великому плану, который он придумал ещё тогда, когда Галактика корчилась в муках, терзаемая открытием Великого Разлома. В Оке Ужаса и за его пределами гуляли слухи о том, что планирует Паук: очередную попытку клонирования или создания своего собственного примарха, создание новой армии мутантов, разработку оружия, способного уничтожить Робаута Жиллимана или любое другое богоподобное существо...
Сам же Байл ничего не рассказывал о своих замыслах даже ближайшим помощникам, но он упорно двигался вперёд сквозь хаос и ужас Империума Нигилус.
Первой целью Фабия стала кража могущественного артефакта, дарованного Гвардии Смерти никем иным, как самим Великим Нечистым Ротигом. Названный «Ковчегом Рога Изобилия», этот ужасный дар Нургла полнился варп-болезнью, которая вызывала катастрофическую и неконтролируемую регенерацию тела его жертв. Для уже неестественной физиологии Гвардии Смерти это было благом, так как гнилостные отходы «Ковчега» позволяли им залечивать повреждения быстрее, чем их враги успевали их наносить. Для любого другого существа, однако, реликвия была смертоносна: за кратчайший срок она могла превратить даже самого могучего воина в вздымающуюся гору больной плоти и разорванных рыхлых внутренностей.
Какую пользу Байл хотел извлечь из этого опасного и отвратительного артефакта, не было известно никому. Как бы то ни было, во главе разношёрстного альянса флотов отступников Фабий смело встретил опасности недавно завоёванных Бедственных Звёзд и успешно удрал с «Ковчегом», укрыв его в стазисном поле. Однако эта кампания стоила Байлу всего флота — он сохранил лишь горстку своих последователей. Теперь же Паук бежал назад в Око Ужаса, сквозь бурлящие варп-штормы Империума Нигилус, а по пятам за ним следовал сам Тифус...
Байл не мог явиться в своё логово под Оком Ужаса и не навлечь на него гнев Гвардии Смерти. Ему были нужны новые союзники, которые могли бы помочь ему отвлечь преследователей, прежде чем он успеет скрыться.
Судьба или, возможно, Тёмные боги послали ему Просветителя.
Аргенто Кориан не сидел сложа руки с тех пор, как достиг зоны боевых действий Кадии. Он захватил запятнанный ересью испорченный мир-крепость Дессах, обустроив там новую базу, и перековал Медных Драконов в банду, называющую себя Отпускающие Грехи — воинство, что ныне сражалось под знамёнами Чёрного Легиона. И всё же Кориан прознал о преследовании его флота мстительными имперцами, и даже когда Фабий Байл увидел в Отпускающих Грехи армию, которой он мог бы остановить идущую по его пятам Гвардию Смерти, бывшие Медные Драконы верили: дарами Прародителя они станут достаточно сильны, дабы сокрушить силы Империума, что шли за их головами.
То был дьявольский союз взаимного недоверия, и Байл смог обратить существующие обстоятельства в свою пользу...
Конфронтация на Лимаксисе
- «+++Вокс лихорадит+++
+++Настойчивый сигнал+++
...повторяю, все вокс-контакты с повелителем Тифусом потеряны! Гниль и разруха, такой взрыв, нам нужно...
[Сигнал обрывается]
...дрянные бесформенные слизняки! Проклятые извивающиеся трусы! Это засада! Развернитесь и дайте отпор этим потеющим язвам, пока они не прижали нас к стенам их собственного корабля! Трелгхус, веди своих воинов в передний отсек и найди...
[Сигнал обрывается]
...Гхол, тяжёлая огневая поддержка на четырнадцатый вектор. Вражеские танки проходят по насыпи из мусора, чтобы пробиться к...
[Сигнал обрывается]
...жив он или нет, но Странник будет гордиться этим днём, мои мерзкие братья! Пустите ржавые корни глубже, выдержите их слабую энтропию и заражайте каждым выстрелом! Во имя Тифуса и Чумного Отца, гоните их назад!»- – Передача визуализированного терминала
Выскользнув из-за укрытия щитов ночи украденного и переоборудованного корабля рабовладельцев Комморры, 4 боевых звездолёта Отпускающих Грехи нырнули в самую гущу ничего не подозревающего Чумного флота Тифуса. Чёрные Легионеры наказали своих врагов за неосмотрительность, и мрак пустоты озарился мерцающим огнём лэнсов и периодическими вспышками бортовых залпов. «Плач» был полностью уничтожен — корабль развалился, и его пылающие обломки заполнили небо Лимаксии полосами огня. «Отмирающий», «Зловонный Дар» и «Гнилой Клинок» были сильно повреждены. Понимая, что положение становится безнадёжным, 3 оставшиеся нетронутыми чумных судна, посылая залпы заражённых снарядов, покинули орбиту и устремились в открытое пространство, надеясь перестроиться и начать решительную контратаку.
Десантные капсулы «Грозный Коготь» и боевые корабли устремились вниз, вырвавшись из пусковых отсеков крейсеров Отпускающих Грехи, и отправились на войну Байла, Кориана и их последователей. В то же самое время передовые отряды тератов — воинов, изувеченных чудовищными манипуляциями Паука — высадившиеся на планету накануне и ранее продвигавшиеся под покровом магии, бросились на оборонительные позиции Гвардии Смерти. Грохот болтеров и тяжёлой артиллерии эхом разнёсся по зловонным болотам. Силы Тифуса обратились в бегство. Изменённые сыновья Мортариона падали, корчась и извергая кипящий ихор, в то время как их израненные тела распадались. «Грозные Когти» врезались в болота, извергая отделения Чёрных Легионеров. Они ударили по Гвардии Смерти на ближней дистанции, а затем атаковали их позиции под вой цепных мечей. Сам же Просветитель воспарил над рампой своего транспорта: окружённый яркой психической короной, он перемещался по полю боя, разя врагов пучками хищной варп-энергии из своих глаз. Тем временем Байл следовал за своим марионеточным военачальником. Следуя его обрывистым приказам, отряды изменённых воинов отгоняли чумных космодесантников, которые, судя по всему, готовились идти на прорыв.
Позиции Гвардии Смерти отодвинулись назад и уплотнились, словно раненый моллюск. Чумные культисты погибали сотнями, безжалостно загоняемые на огневые точки Отпускающих Грехи, дабы дать своим хозяевам возможность организовать тактическое отступление.
Используя обломки «Несчастного» в качестве укрытия, воины Тифуса закрепились на своих позициях и продолжали отстреливаться. Остальные его силы, возможно, бежали или были захвачены врасплох, когда Отпускающие Грехи усилили атаку, но Гвардия Смерти издавна славилась упорством, и они готовы были продемонстрировать его врагу...
Их вера была вознаграждена, ибо вскоре отвратительный гул наполнил воздух, и, окружённый демоническими насекомыми Разрушительного Роя, Тифус вывел выживших Владык Погибели из пылающих обломков. Обгоревший, раненый, но всё ещё невероятно живучий, Странник собрал вокруг себя бронированный кулак из демонических машин, а затем использовал тактику «острие копья», уничтожив более 20 тератов и остановив наступление Чёрного Легиона.
Пока враг молотил по позициям его воинов изматывающим огнём и выискивал слабые места, Тифус воспользовался колдуном-рабом и связался с капитанами чумных кораблей на орбите. То, что он узнал, укрепило дух воинов Гвардии Смерти. Перегруппировавшись, звездолёты Странника «Гнусный Негоциант», «Противное Проклятие» и «Прокажённая Кровь» отогнали корабли Отпускающих Грехи, повредив при этом «Длань Тьмы» и «Окровавленный Коготь».
Капитаны Тифуса просили разрешения продолжить атаку, дабы разбить меньший по размерам и измотанный вражеский флот, но Странник отказался от этой затеи. Вместо этого Тифус приказал наименее повреждённым кораблям образовать барьер, чтобы удерживать Отпускающих Грехи на расстоянии. Тем временем «Отмирающий» и «Гнилой Клинок» опустились глубже в атмосферу Лимаксиса и начали тщательно спланированную заградительную бомбардировку. Когда лучи лэнс-орудий и чумные бомбы с визгом обрушились на планету, дальние укрепления Байла внезапно оказались в эпицентре разрушительного огненного шторма. Загнанные на наковальню обстрелом с орбиты, Фабий и его войска оказались зажатыми между взрывами бомбардировки сзади и грохочущими орудиями Гвардии Смерти впереди.
Ситуация осложнилась и высадкой новой волны Гвардии Смерти: легионеры Странника обрушились на планету среди огненных бурь к северу, юго-востоку и юго-западу от бойни. С их кораблей неумолимым потоком спускалась заражённая чумой оспенная нежить: ухмыляющиеся, стонущие мертвецы высыпали из десантных кораблей, словно рвота, вырвавшаяся изо рта, и окружили Чёрный Легион, подобно горькой неизбежности, что приходит с изнуряющей болезнью.
Устроивший засаду паук оказался в собственной колючей паутине.
Наступление на Лимаксис не планировалось как смертельная схватка, и Байл с Корианом оказались лицом к лицу с непредвиденными обстоятельствами. Их вокс-сигналы были отслежены на пути к северу — туда, где в ржавом имперском ангаре ждали 3 «Громовых Ястреба» Медных Драконов и «Громовая Птица» давно забытых Детей Императора. Предусмотрительный Байл не просто так заставил своих рабов-клонов перенести «Несчастный», и заросли и маскировочные завесы из листьев сгорели под мощью двигателей 4-х кораблей. Пролетая мимо самой северной посадочной площадки Гвардии Смерти, транспорт направился к громаде затонувшего жилого блока, который был обозначен как место эвакуации Чёрного Легиона.
Возглавляемые Корианом и последними выжившими тератами первой волны, уцелевшие силы Паука прорубили путь через стонущую оспенную нежить, и добрались до разрушенного жилого модуля. Могучие воины едва не были сброшены вниз и погребены под массой ухмыляющихся живых мертвецов: доспехи слезали с их тел, глазные линзы были разбиты, а пальцы нежити вонзались в шары глазных яблок. Усиленные воинами Байла, поражающими врагов на переднем краю атаки, и психическими возможностями Кориана, превращающего полосы чумного воинства в пепел, Чёрный Легион достиг своей цели.
Паук лично повёл своих воинов на прорыв к ангару, увитому ползучими растениями, взобрался по лестницам жилого модуля и первым достиг уже опущенного посадочного трапа своей «Громовой Птицы».
Тифус остановился посреди бурлящего болота и смотрел, как вражеские боевые корабли уносятся в пасмурное небо. Горечь, словно рвота, поднялась к его горлу. Байл избежал его возмездия. «Ковчег» был потерян. Но хуже всего было то, что теперь Тифус узрел ловушку, которую устроил Паук: осмотревшись вокруг, он не мог поспорить с тем, что Байл и глупцы, которые теперь служили ему, нанесли Гвардии Смерти огромный ущерб.
- «Ты слишком торопишься, слишком горишь желанием опозорить своего генетического отца... — бормотал себе под нос Тифус. — Ты должен был понять это за много лиг отсюда, прогнивший глупец...
Игнорируя недоумённые взгляды своих терминаторов — Владык Погибели, — Тифус подозвал Флюкслея. Раб-колдун заковылял вперёд, и его жёлтые глаза настороженно поблёскивали под тенью рваного капюшона.
— Я желаю говорить с чумным капитаном Спутимием, — проворчал Тифус.
Флюкслей поморщился, затем кивнул и начал переплетать перед лицом когтистые руки. Колдун пробормотал заклинания через густые от слизи губы, и Разрушительный Рой Тифуса загудел от возбуждения, когда энергия варпа пришла в движение. Затем Флюкслей с болезненным стоном откинул голову назад, и голос чумного капитана Спутимия сорвался с его губ...
— Чем могу служить, лорд Тифус? — прохрипел Спутимий со своего трона на борту «Гнусного Негоцианта».
— Чумной капитан, наш трусливый враг намеревается сбежать с поля боя. Захвати цели с орбиты и уничтожь их всех.
— Это невозможно, господин, — хрипло вымолвил Спутимий. — В бой вступил ещё один корабль противника: боевая баржа с командой, лишь недавно вставшей на путь предательства. Мне неведомо, откуда она взялась — мгновение назад её не было, а затем... затем она уничтожила «Отмирающий». На данный момент мы больше не можем сделать ничего, что могло бы сдержать объединённую вражескую флотилию. Ауспик показывает, что боевая баржа движется к транс-атмосферной точке на соединение с челноками, о которых вы говорили.
Гнев Тифуса заклокотал в груди. Его Разрушительный Рой яростно гудел, и на мгновение ему пришла в голову мысль приказать своим капитанам продолжать атаку.
— Отступите, — сказал Странник. — Изведи их, но дай уйти. Мы должны сохранить те силы, которые у нас остались, если мы хотим, чтобы наша охота увенчалась успехом...»- – Тифус решает продолжать охоту за Байлом, чтобы вернуть «Ковчег»
Смерть на Байрштене
Непосредственная угроза была устранена, и у Отпускающих Грехи появилось время, чтобы восстановить силы и спланировать дальнейшие действия. Однако в союзе между Байлом и Просветителем уже появились трещины.
Планы внутри планов
- «Я чувствую, как оно растёт внутри меня. Чувствую, что меняюсь. Становлюсь сильнее, быстрее... больше, чем когда-либо прежде... Я жажду смерти... резни... Смерть! Бойня! Сила! Гххх дааааа!»
- – Вокс-запись субъекта 22/4 Дельта
В дни, последовавшие за триумфальным возвращением из Лимаксиса, Отпускающие Грехи продвигались ещё увереннее. Они перехитрили и, как им казалось, одолели самого Тифуса. Увидев, как яростно сражаются тераты, космодесантники закрыли глаза на гибель братьев, а у Байла больше не было недостатка в подопытных для его операций. Отряды Отпускающих Грехи уходили в варп на скоростных фрегатах, каждый раз возвращаясь со всё более неудачным «сырьём» для эликсиров и экспериментов Фабия. Паук усердно работал день и ночь.
Но Аргенто Кориан от успехов Байла был не в восторге. Просветитель остро сознавал, что день ото дня его авторитет падает всё ниже. Но по венам Кориана текли стимуляторы Паука, и он не мог заставить себя пойти против паразита, которого сам пригласил к себе в крепость. Однако Аргенто мог напомнить своим последователям, кто их настоящий хозяин. Это он и решил сделать.
Авгуры и демонический шёпот дали понять, что имперские силы возмездия теперь находятся всего в нескольких коротких варп-прыжках. Провидцы Кориана сообщили ему, что враг остановился в системе Корона Белис и в настоящее время располагается на орбите планеты Байрштен-Прайм. Кориан объявил остальному флоту, что не будет прятаться и ждать, пока имперцы схватят его в собственном логове. Просветитель собрал все силы флота, кроме резерва, необходимого для отступления, и сразу же направил войско в систему Корона Белис. Байл отправился вместе с ним во главе последней партии изменённых воинов, но театральное представление Кориана он не поддерживал. У Паука были свои планы на Байрштен-Прайм...
На враждебных течениях
Щит-капитан Тивар повёл «Факелоносцев» по истерзанному войной Рукаву Нахмунда, через границы военной зоны Вигилуса и дальше, к самому краю Ока Ужаса. Он и его боевые товарищи были сильны, решимость — непоколебима, но путь был действительно опасен. Даже с полным составом Сестёр Безмолвия, рассредоточившихся по кораблю, каждый варп-прыжок через штормы Империума Нигилус давался очень нелегко. Снова и снова враждебные силы нападали на Флот Возмездия. Имперские силы несли потери. Теперь, когда добыча была совсем близко и момент истины практически настал, щит-капитан Тивар отдал приказ перевооружить и восстановить уцелевшие силы флота, прежде чем загнать добычу на поверхность.
Надежды Тивара на переоборудование на корабельных доках Короны Белис разбились вдребезги: эта могучая крепость была осаждена огромным количеством врагов, и те ресурсы, которыми она располагала, требовались для поддержания боеспособности её собственных флотов. Тогда оперативная группа Тивара обосновалась на высокой орбите над Байрштен-Прайм в надежде, что магосов, управлявших знаменитыми дюралиевыми шахтами, удастся уговорить произвести ремонт.
Но, приблизившись, «Факелоносцы» обнаружили этот мир покинутым и в руинах. Какая именно катастрофа настигла Байрштен-Прайм, было неясно, но на каждой частоте вокса циркулировали обновляющиеся предупреждения, умоляя всех услышавших избегать этого проклятого мира во имя Омниссии. Однако Тивар был не в настроении, чтобы прислушиваться к подобного рода предостережениям: не тогда, когда ауспик подтвердил огромное количество очищенного дюралия, томящегося в ржавых бункерах комплекса, обозначенного как «очистительный завод-16». Оставив техножрецов завершить первичный ремонт, щит-капитан повёл войска на поверхность. Силы Флота Возмездия пробирались сквозь яростные электрические бури, дабы заполучить драгоценные ресурсы.
И в тот же миг Просветитель вырвался из варпа в систему Корона Белис. Имперские военные корабли были превосходно вооружены и быстроходны, но они находились на ремонте. Транспортные корабли бороздили пустоту, перемещаясь между кораблями на орбите и очистительным заводом на поверхности планеты. Оказавшись перед внезапной угрозой флота Чёрного Легиона, корабли щит-капитана Тивара могли лишь отбиваться от еретиков огнём батарей и делать всё возможное, чтобы защитить уязвимые шаттлы с рудой.
Однако Просветителя мало интересовали имперские корабли: его добыча находилась на планете внизу, ибо он поклялся перед своими воинами, что убьёт Атала Тивара в поединке. С вражеским флотом можно будет разобраться позже, когда воины, которых он нёс в себе, будут убиты. По приказу Кориана с посадочных палуб его крейсеров взлетели боевые корабли. Сопровождаемые «хель-драконами» Чёрного Легиона, Отпускающие Грехи пронеслись над экваториальными шахтёрскими равнинами Байрштена и изолированными жилыми зонами без признаков жизни вокруг очистительного завода-16.
Ведущие корабли предателей были встречены яростным зенитным огнём. Тивар активировал сервиторов орудийных башен «Икар», турели ходили из стороны в сторону, отстреливая корабли еретиков, орудия грохотали, в очередной раз выпуская волны зенитных снарядов по спускающимся корабля. «Хель-драконы» лишались крыльев и падали, поглощаемые языками пламени. Тяжёлый посадочный модуль взорвался в воздухе, обрушив на очистительный завод дождь из обломков и горящих тел. Именно Байл приказал Отпускающим Грехи перенаправить атаку, отправив их корабли к небольшому промышленному космопорту в миле к югу.
3 таких порта обслуживали очистительный комплекс; прочные и практичные сооружения посадочных площадок и прочих пристроек были соединены с очистительным заводом магнитными рельсами на насыпях, обустроенных высоко на скалах. Щит-капитан Тивар поставил отряды кустодиев для защиты каждой из них. Однако по мере того, как боевые корабли Отпускающих Грехи один за другим обрушивались на южный порт, стало понятно, что перевес слишком велик даже для воинов Адептус Кустодес. Отстреливаясь копьями стражей от шквала снарядов, кустодии отступили и на реактивных мотоциклах двинулись вдоль рельсов.
Кориан со своими воинами следовал за ними по пятам. Байл, в свою очередь, держался позади, периодически восполняя силы тератов, прежде чем осторожно сделать шаг за Просветителем. Прибытие Фабия пришлось как нельзя кстати, так как на полпути вдоль насыпи по предателям ударил отряд вертус-преторов. Они летели низко, умело используя горный ландшафт для маскировки, кустодии внезапно появились на поле боя. Сопровождаемые воем мощных двигателей, они подвергли Отпускающих Грехи карающему залпу ракет. И в то же мгновение ранее отступавшие кустодии развернулись и полетели в обратную сторону. Снаряды кромсали еретиков предательского ордена. «Хищник» Отпускающих Грехи разорвало на куски, и его обломки закружились в вихре огня.
Отчаянные проклятья Просветителя эхом разнеслись по плоскогорьям, сверкающим от взрывов. Воздух задрожал от напряжения варпа, и колдун выпустил яростный шторм психических энергий прямо на насыпь. Даже мощности хвалёной Эгиды Иператора было недостаточно, чтобы остановить всплеск примитивной психической силы, сбросившей 3 кустодиев с дамбы и отправившей 2 «Рассветных орла» на скалистое дно пропасти.
Уцелевшие имперские войска опять отступили, и Отпускающие Грехи заново бросились в погоню. Байл в который раз задержался среди основной массы штурмующих насыпь, наблюдая с отстранённым интересом, как Кориан и его избранные воины добираются до станции снабжения в тени башен очистительного завода. Здесь имперские войска ударили снова; отряды нуль-дев устроили засаду на войско Просветителя, поддерживаемые рёвом болтеров и огнемётов. Даже Байл отпрянул от нуль-ауры, которую излучали Сёстры Безмолвия, а Кориан — центральная фигура атакующей линии предателей — взвыл в агонии от внезапного подавления своих варп-способностей.
Атака еретиков могла бы прерваться, но в этот момент Паук прошипел предателям собственные приказы. Изменённые воины и мотоциклисты с искажённой плотью пробивались вперёд и яростно налетали на превосходящего числом врага. Но это было ещё не всё: отряды Тивара заметили драконьи тени — на поле боя вернулись уцелевшие «хель-драконы», дабы изрыгнуть пламя войны на врагов.
В боевом порядке имперские войска отступили вновь, оставив изрешечённые болтами и горящие трупы павших на склоне. В этот раз Просветитель решил остановиться. Он занял плацдарм на скалистом плато, где располагался очистительный завод, но лишь благодаря оперативному мышлению Байла. Сознавая, что из его рук ускользает контроль, а вместе с ним, возможно, и рассудок, Просветитель изо всех сил старался мыслить ясно и продумывать каждый шаг новой стратегии. Следующим приказом он разбил оставшихся в живых воинов на несколько меньших отрядов, каждый из которых поддерживался облитераторами и демоническими машинами, которые, в свою очередь, были подкреплены отрядами в бронетранспортёрах «Носорог». Они быстро среагируют на возможную засаду, пока Отпускающие Грехи продвигаются вперёд. Ауспик показывал, что большая часть вражеских сил собралась вокруг макро-бункеров в сердце очистительного завода, и потому Отпускающим Грехи пришлось пробираться через лабиринт ржавых сооружений, скрипящих кранов и заброшенных зданий комплекса.
Однако Байл отозвал свои небольшие силы от основного наступления. Кориан был только рад его уходу, напоследок приказав Байлу, чтобы тот не путался у него под ногами. Паук, со своей стороны, тоже был доволен, так как ему представился редкий случай собрать прекрасные образцы для своей великой работы. Он исчез в мрачных переулках между высокими зданиями очистительного завода, взяв с собой несколько отрядов наиболее сильно изменённых последователей, а также группу бормочущих послушников, одетых в прорезиненные хирургические костюмы.
И снова имперские войска ударили по Отпускающим Грехи. Теперь, нужно отдать им должное, космодесантники-еретики встретили их дисциплинированным огнём и жёсткими контратаками, которые заставили отступить даже Адептус Кустодес. Наконец в буре психических энергий Кориан повёл их к центру очистительного завода. Там Отпускающие Грехи встретили главные силы имперских войск, и, будь их повелитель в здравом уме, предатели, возможно, переосмыслили бы свою атаку. Щит-капитан Тивар собрал вокруг себя грозные силы кустодиев и нуль-дев, сопровождаемых «Лендрейдерами» и почтенными дредноутами модели «Контемптор». Но извращённая хирургия Байла сотворила нечто ужасное с Просветителем и многими его последователями. Не в силах сдержать свою психотическую жажду битвы, Отпускающие Грехи бросились в безумную атаку, и битва началась. В пылу сражения никто не заметил тёмный силуэт, согнувшийся средь ржавых переходов макро-бункера высоко наверху. Фигура оставалась неподвижной, как смерть из мифов Древней Терры, с длинной винтовкой в руках.
Издали Байл слышал звуки битвы: приглушённый гром выстрелов и лязг клинков эхом отдавались в переулках, где его воины крались в тени. Они обогнули очистительный завод, пока не достигли насыпи, соединявшейся с другим космопортом комплекса. Как и надеялся Байл, за этой точкой был закреплён единственный кустодий и малочисленный отряд нуль-дев. Воины Империума жаждали присоединиться к битве, но долг заставлял их контролировать сервиторов, всё ещё перевозящих грузы дюралия в ожидающие транспорты, а оттуда к шаттлам, пришвартованным в космопорте.
Байл был только рад предложить врагам небольшую битву, в которой им было отказано, и выпустил на насыпь тератов. Изменённые воины рванулись вперёд с безумными воплями, уворачиваясь от прямых попаданий болт-снарядов и психосиловых клинков. Имперские воины яростно рубили и кромсали мутантов; деформированные конечности и головы несчастных созданий разлетались по сторонам.
Однако монстры Байла были неумолимы; они не чувствовали ни боли, ни страха. Их налитые кровью глаза выпучивались, а конечности дрожали, когда они окружали жертв, ранили их, и, наконец, валили на землю. Когда перевес оказался на стороне Паука, тот зашагал вперёд, постукивая «Жезлом Пыток». С хирургической точностью Паук стрелял в каждую жертву по очереди, целясь в уязвимые суставы брони и обнажённую плоть. Его игольник «Ксиклос» шипел, словно змея, выплёвывая один за другим дротики, каждый из которых был заряжён невероятно мощными парализующими ядами собственного производства Байла. Скрюченные помощники Паука набрасывались и утаскивали в тень каждого упавшего воина Императора.
И лишь теперь, собрав собственный урожай, Фабий развернулся и повёл изменённых воинов обратно на помощь Кориану. Он прибыл как раз вовремя, чтобы помочь окружённым и балансирующим на грани поражения Отпускающим Грехи. Сам Просветитель, однако, парил в вихре колдовского огня. Сверкая глазами и вытянув руки, он поставил на колени щит-капитана Тивара. И как только это произошло, гулкий треск снайперской винтовки прорезал шум битвы. Кориан дёрнулся в воздухе, из его черепа хлынула кровь. Пламя погасло в мгновение ока, и тело тяжело рухнуло на землю.
В этот момент битва закончилась. В последовавшем за этим разгроме лишь остатки боевой мощи Отпускающих Грехи позволили им совершить отступление к десантным кораблям. Среди хаоса и кровопролития тераты Байла унесли с поля сражения дёргающееся тело Аргенто Кориана. Байл, улыбаясь, лично повёл их вперёд, расстреляв нескольких преграждавших путь лоялистов.
- «++Сигнал отправлен++
++Уровень шифрования кармин-альфа++
++Создатель: щит-капитан Геоф Робхисон++
++Загрузка++
Милорды из Официо Ассасинорум, я приветствую вас от имени Императора.
Я снова прошу подтвердить, что у вас есть агенты, действующие в тени оперативной группы моего брата Тивара. После событий на Байрштене-Прайм подобный вывод неизбежен, однако не было предпринято никаких попыток связаться с нами или скоординировать усилия Империума в этой военной зоне. Разве мы недостаточно разделены из-за махинаций наших врагов? Не станем ли мы сильнее, сражаясь единым целым?
Вы должны знать, что это не первое моё послание, предназначенное для ваших ушей. И, подозреваю, не последнее. Воистину, Эмпиреи испытывают талант наших астропатов в этот темнейший час. Я лишь искренне надеюсь, что, в случае, если мои послания останутся без ответа, я не буду вынужден лично сообщить вам о своих опасениях...
++Конец передачи++»- – Шифрованное послание на Терру от щит-капитана Геофа Робхисона
Паутина распутывается
Байл и оставшиеся в живых Отпускающие Грехи отступили к Дессаху, спрятавшись за высокими зубчатыми стенами крепости и прикрывающим огнём артиллерии. Просветитель был, по-видимому, убит, и его бывшие последователи обратились к Фабию за дальнейшими указаниями. Теперь Отпускающие Грехи стали его рабами, как он и планировал с самого начала. Однако угроза поражения росла с каждым днём.
Шедевр Байла
Провидцы Отпускающих Грехи вопили не об одной, а сразу о двух силах, приближающихся к ним с каждым часом. В отчаянии от услышанного, некоторые молили Фабия Байла о помощи, в то время как другие твердили, что Паук уже и так сделал более чем достаточно. Со своей стороны, Байл был удовлетворён происходящим. Фабий не предвидел смерть Кориана на Байрштене и всерьёз опасался его убийц, зато сумел извлечь из неё выгоду. За закрытыми дверями лаборатории Байл сделал огромный шаг вперёд. И теперь он решил бежать.
Байл собрал Отпускающих Грехи в огромном тронном зале Просветителя. Он восклицал о желании раздавить всех врагов — как грязную Гвардию Смерти, так и самонадеянных поклонников бога-трупа. Паук уверял, что сможет сделать это, но ему потребуется полная преданность каждого из Отпускающих Грехи. Однако Байл потребовал слишком многого от ветеранов Аргенто Кориана. Вспыхнуло восстание; верные павшему магистру космодесантники Хаоса упрекали остальную часть банды в том, что те ввели их в заблуждение. Они называли Байла меркантильным упырём, проклиная тот день, когда Паук пришёл на Дессах, и обвиняли последовавших за Байлом собратьев в гибели Просветителя. На это Байл лишь улыбнулся и подал знак помощникам-хирургам, чтобы те раскрыли его последний шедевр.
Аргенто Кориан сильно изменился. Не повреждённые пулей части его мозга были извлечены хирургеоном Байла. У изменённого голема, вошедшего в тронный зал, от Просветителя осталось только имя. Выпученные красные глаза были присоединены проволокой к лицу, испещрённому швами, рубцами и шрамами. Доспех едва сдерживал его мускулистое тело. Непонятные жидкости с булькающим звуком циркулировали по биоканалам и трубкам через доспех и тело Кориана. Окружающее магистра пространство потрескивало от необузданной психической мощи, хотя все, кроме Байла, задумывались о возможности подобного, ведь хирургеон извлёк из черепа Просветителя практически всё.
Те, кто остались верными прежнему Кориану, в гневе обнажили клинки. Просветитель испепелил их лучами психической энергии. Байл вновь попросил верности у Отпускающих Грехи, и в этот раз, стоя над почерневшими и изуродованными останками братьев, они согласились.
Байл планировал изменить каждого оставшегося космодесантника Хаоса. Он приказал всем защитникам собраться в главной крепости Дессаха, частично объединённой с возвышающейся частью горы. Паук велел уничтожить внешнюю линию обороны и заполнить это пространство минами-ловушками в надежде, что враг начнёт наступление через открытую зону. После, когда противник нападёт, Просветитель и Отпускающие Грехи должны были твёрдо стоять в бастионе, заманивая врага внутрь и прижимая его к стенам. И только тогда Байл нанесёт главный удар. Модифицированные «хель-драконы» изрыгнут пары нейротоксина над полем битвы.
Паук заверил последователей, что яд им не навредит, но доведёт Гвардию Смерти и имперских воинов до сумасшествия. После того, как враги потеряют рассудок и истерзают друг друга, Байл и оставшиеся Отпускающие Грехи смогут сбежать на борту скоростного фрегата и ускользнуть в варп.
- «Высоко над Дессахом из варпа выскользнул гладкий чёрный корабль, словно кинжал, вытащенный из ножен. В его тёмных коридорах адепты в чёрной броне упорно трудились под сиянием алых люменов. В другой части корабля четыре чрезвычайно опасных человека готовились действовать: один медитировал, положив винтовку на колени; другой прятался в тёмной камере с плотно закрытым проклятым глазом; третий терпел мучительные анатомические изменения во время принятия усиленной полиморфином маскировки; последний из них рычал и дёргался в паутине кабелей, его смертоносное тело сдерживали химические стимуляторы, в то время как стратегическая информация поступала прямиком в его подсознание.
На мостике тайные пси-следовые ауспики тихо подтвердили, что цель находится на мире внизу и — в той или иной форме — она всё ещё жива.
Адепты реагировали с неизменным спокойствием. Они нажимали на руны-кнопки управления, бормоча привычные молитвы и активируя один за другим каждого из карательного отряда. План уже был разработан тёмными мрачными хозяевами корабля. Неудавшееся убийство на Байрштене-Прайм вполне могло навести на мысль о присутствии ассасинов как еретиков, так и имперскую сторону. Утончённость была роскошью, которую они больше не могли себе позволить. Теперь имело значение лишь завершение миссии, и если она будет стоить им жизней, то так тому и быть.
Один за другим небольшие десантные корабли устремлялись в атмосферу, вниз, к битве, бушевавшей на поверхности Дессаха.»- – Адепты Официо Ассасинорум готовятся завершить миссию данную Высшими Лордами Терры
За приказами Байла последовали спешные приготовления, и главная крепость была готова к моменту, когда чумные корабли Тифуса появились над Дессахом. Странник не сидел сложа руки. Рейдерские налёты на соседние системы дали Гвардии Смерти ресурсы для ремонта кораблей. Тифус собрал культистов из 7 разных миров и пополнил истощённые ряды своей армии, призвав многие тысячи оспенной нежити. Странник явился за «Ковчегом Рога Изобилия» и местью.
Штурм Дессаха
Уцелевшие корабли Отпускающих Грехи попытались использовать щиты ночи Байла, чтобы снова внезапно напасть на Гвардию Смерти. Но на этот раз Тифус оказался готов. Он рассредоточил сущности-следопытов по всему флоту и дал каждой из них варп-запах Отпускающих Грехи. Теперь, когда крейсеры Чёрного Легиона атаковали, орудийные батареи Гвардии Смерти были уже заряжены и направлены прямо на них. Бойня флотов в пустоте распространилась по всей орбите над Дессахом. Обломки кораблей падали вниз пылающими метеорами в атмосферу планеты. Боевая баржа «Неистовый Змий» предприняла отчаянную и, самое главное, чудовищно неверную попытку выстрелить по «Терминус Эст», и исход сражения повернулся в пользу Странника. И вскоре ржавая, изрешечённая чумой громада «Неистового Змия» устремилась к поверхности планеты, а чумные космодесантники обрушились на главную крепость.
Силы Гвардии Смерти в огромном количестве высадились по всей территории внешней обороны крепости, и когда неуклюжие толпы оспенной нежити зашагали по поверхности планеты, сработали мины-ловушки. Несмертных было так много, что взрывы оставляли едва заметные воронки. За ними шли отряды Гвардейцев Смерти, сопровождавших батареи чумных самоходок. Демоническая артиллерия обстреливала стены крепости, выпуская грады токсичных снарядов. Довольно скоро они пробили широкую гниющую брешь.
Ползучие орды устремились к зияющей дыре в крепостных стенах, но Просветитель и его Отпускающие Грехи яростно контратаковали. Взрывы психической мощи пронзали оспенную нежить, разбрасывая направо и налево изломанные тела. Изменённые воины Байла рвали неуклюжих мутантов на части за каждого погибшего из тератов, которых оспенная нежить валила на землю и раздирала на куски.
Однако всё это было лишь отвлекающим манёвром. Внизу бушевала битва, но внутри крепости потрескивали нечистые энергии. Тифус и его терминаторы шагнули вперёд. Они пришли за «Ковчегом» и головой Байла: колдовские ауспики в шлемах твердили, что оба объекта находятся поблизости.
Байл был предупрежден об опасности грохотом орудий сервиторов и воем демонических существ-охранников. Он трудился над своей великой работой до последнего, но сейчас забеспокоился: навязчивое желание продолжать эксперименты могло привести его к недопустимой задержке. Хирурги-помощники начали герметизировать био-саркофаги и укладывать образцы в антигравитационные транзитные контейнеры. Но Байл знал, что, если Тифуса не замедлить, то им никогда не выбраться отсюда. К своему сожалению, Пауку пришлось активировать последнюю партию изменённых воинов — лучшее из его творений на Дессахе. Беснуясь и изрыгая пену, искривлённые монстры вырвались из лаборатории и ринулись в бой.
Тивар и его «Факелоносцы» прибыли на Дессах в самый разгар битвы. Действуя оперативно, щит-капитан собрал все доступные ему ауспик и пикт-данные, разработал план действий и повёл своих воинов вниз через атмосферу планеты на борту боевых транспортников. Корабль пронёсся низко, прижимаясь к скалистой поверхности Дессаха, дабы избежать обнаружения. Перед ними развернулось яростное сражение, и большая часть имперских сил направилась в тыл Гвардии Смерти. Позолоченные боевые корабли доставили Адептус Кустодес и Сестёр Безмолвия в руины, где располагались демонические машины, всё ещё обстреливавшие крепость. Кустодии разрубали на куски чумные самоходки. Залпы демонических машин повергали сверкающих героев Империума, но чумные самоходки одна за другой превращались в металлолом.
Когда вражеские орудия окончательно замолкли, Адептус Кустодес и Безмолвное Сестринство развернулись к бреши. Им было приказано прорубить путь сквозь осаждающие орды к месту, где всё ещё сражался Просветитель, и теперь, когда угроза бомбардировки чумными снарядами была устранена, вступить в бой с предательским колдуном.
Тем временем 2 имперских боевых корабля поравнялась с одним из верхних укреплений главной крепости. Они пробили дыру в стене, опустили пандусы и выпустили щит-капитана Тивара с 2 полными отделениями терминаторов-алларус в залы крепости. Воины Тивара установили личность Фабия Байла во время сражения на Байрштене-Прайм, и Тивар знал, что должен попытаться убить ненавистного еретика. Более того, во время той битвы пропало несколько воинов из братства Тивара, и он практически не сомневался, что в этом повинен Байл. Ведя воинов по коридорам крепости на звуки боя, щит-капитан надеялся, что сможет спасти товарищей от позорного служения Байлу.
Через несколько минут Фабий Байл вышел из лаборатории прямо в гущу перестрелки. Тифус и его выжившие терминаторы обменивались яростными залпами огня с щит-капитаном и терминаторами-алларус, их битва блокировала путь Байла к свободе. Рыча, Байл бросился в бой, и Тифус взревел, узнав его. Байл воспользовался игольником «Ксиклос», осыпав ядовитыми иглами и свалив на землю терминатора из Владык Погибели. Несколько хирургов-помощников Байла были застрелены в момент отчаянного проталкивания гравиреликвариев сквозь жестокий перекрёстный огонь. Сам Байл закряхтел от боли: в него несколько раз выстрелили, хирургеон защёлкал в безумном темпе, пытаясь зашить его раны.
Видя, что добыча вот-вот ускользнёт, Тифус бросился в атаку, собирая урожай жизней «Жнецом Людей». Прежде, чем они бы успели скрестить оружие, Байл и последний из его подчинённых исчезли за бронированной переборкой, с лязгом закрывшейся после побега. В следующее мгновение Тифус оказался лицом к лицу с горящим местью щит-капитаном и его терминаторами.
Бросив взгляд на остатки своей стражи, Тифус осознал, что эту битву ему не выиграть. Выплюнув клятву мести Байлу, он произнёс таинственное заклятье и окутался ревущей бурей чумных мух. Когда туча насекомых-мутантов рассеялась, Странник исчез вместе с ними, оставив последнего из своей свиты наедине с яростью Адептус Кустодес.
- «Как один, «хель-драконы» сорвались со своих насестов на вершине горного пика. Они вопили на воинов, яростно сражавшихся в проломе. Просветитель молотил вражеские орды одним психическим взрывом за другим, Отпускающие Грехи выпускали огненные залпы по чумному воинству, а последние из уцелевших танков стреляли снова и снова.
Тем не менее Гвардия Смерти продвигалась вперёд, сотни оспенников карабкались по телам павших, чтобы самим ввязаться в бой. Несмертные числом валили изменённых воинов, в то время как чумные космодесантники вели непрекращающийся огонь по Чёрному Легиону.
Чуть дальше, среди руин, имперские войска прокладывали кровавый путь к пролому, но инерция их рывка замедлялась перед ликом безжалостных слуг Нургла.
Теперь пришло время спровоцировать ещё большую анархию и кровопролитие. Один за другим «хель-драконы» широко раскрывали пасти и, низко пролетая над полем битвы, выдыхали клубящиеся облака лилового газа. У Байла не было ни времени, ни желания адаптировать токсины для каждого из врагов, но у него было достаточно данных об изменённой биохимии Отпускающих Грехи. И когда облака газа опустились вниз и попали в респираторы и незащищённые рты, именно Просветитель и его воины были доведены до новых высот безумной ярости. Последнее предательство союзников Фабием Байлом; последний трюк, обеспечивающий время для побега.»- – Фабий Байл спасается с Дессаха
Имперское возмездие
Просветитель и его берсерки разорвали и уничтожили столько врагов, что вокруг них выросли горы из трупов. Однако численность Отпускающих Грехи тоже сокращалась с каждой минутой. Настало время карательного отряда. Первым раздался выстрел из винтовки, совершённый с вершины разрушенного шпиля. Голова Просветителя дёрнулась вверх, и он психическим взрывом уничтожил снаряд в воздухе. Однако эмпирический болт издал ревущий звук и вернулся на траекторию выстрела, чтобы с убойной силой войти в тело ассасина. Произошёл взрыв, и разорванная фигура в чёрном рухнула вниз, сгорая в собственном пламени.
Затем настала очередь каллидуса. Трансформировавшись в истинную форму, она внезапно появилась среди потрясённых последователей Просветителя.
Фазовый клинок взвыл, рассекая сначала одного терата, затем второго и третьего. Уничтожив четвёртого, каллидус взмахнула фазовым клинком и обезглавила изменённого воина, а вслед за этим вонзила клинок в грудь Кориана. Колдун взревел от боли, а затем одним психическим импульсом швырнул гибкого ассасина обратно в груду трупов. Последовавший торжествующий рёв более напоминал вопль агонии — по нему ударил луч первозданной тьмы, мгновенно лишив колдуна психических сил. Просветитель поднял глаза и увидел зловещую фигуру ассасина кулексус, приближающуюся к нему. Прежде чем колдун смог восстановить силы, сквозь скопление тератов, словно артиллерийский снаряд, прорвался эверсор в череполикой маске и врезался в Просветителя. Обезумевший ассасин в неистовой ярости набросился на Кориана. Прежде чем вонзить когти глубоко в лицо Просветителя, эверсор отстрелил ему руку из «Палача». Безумный убийца пробил колдуну лицо, проколол глаз, а изменённая плоть почернела от токсинов. Но колдун схватил противника за горло, поднял его высоко над землёй и переломил шею ассасина грубой психокинетической силой.
Просветитель наслаждался моментом триумфа до момента, когда химия крови эверсора достигла критического уровня. Затем тело погибшего ассасина взорвалось с силой подрывного снаряда. Когда пыль осела, разорванный труп Просветителя наконец дёрнулся в последний раз.
Эпилог
Завершив миссию, кулексус и раненая каллидус растворились в анархии битвы. Но на самом деле конфликт был исчерпан. Несколько разрозненных отрядов Отпускающих Грехи остались без лидера, впав в безумие или убегая с поля битвы. Как военная сила они более не представляли значения. Тем временем до Гвардии Смерти дошла весть, что их повелитель вернулся к чумному флоту и приказал отступать. Их жертва опять сбежала. Полные горечи и презрения, чумные космодесантники покинули поле боя.
Менее 1/4 от первоначальных сил щит-капитана Тивара вновь объединились глубоко внутри крепости. Они уничтожили отвратительных созданий, оставшихся в заброшенной лаборатории Фабия Байла. Теперь, когда враги перебиты, а некоторые из товарищей потеряны в когтях Паука, Тивар счёл необходимым донести слухи о том, чему они стали свидетелями, до имперских властей. Это станет его новым долгом. Таким образом, имперские воины собрали своих павших, оплакали их потерю и покинули пространство Кадианских Врат.
Что касается самого Фабия Байла, то его больше не видели на Дессахе — корабль Паука исчез; лёгкий фрегат, словно призрак, проскользнул через поля орбитального мусора и последние вспышки выстрелов пустотной войны, пробился в варп-пространство и таким образом спасся. Прародителя ждала новая работа на Юруме, и он совсем не собирался её откладывать...