Ловушка на Сигнусе
- «Зачем Император, в Своей бесконечной мудрости, сотворил ангелов — если сам Он не верил, что однажды Ему придётся противостоять демонам?»
- – Артор Каланакс, учёный и теоретик Имперского Двора
Ловушка на Сигнусе, также известная как Сигнусская кампания (англ. Signus Campaign) — сражение времён Ереси Хоруса в системе Сигнус между Империумом Человечества в лице легиона Кровавых Ангелов и силами Хаоса. Ценой огромных жертв, Кровавые Ангелы смогли очистить систему Сигнус от присутствия демонических сил, а также вырваться из западни и вернуться в имперское пространство.
История
- «Кто желает избегать демонов, не должен верить в ангелов»
- – Приписывается летописцу Игнацию Каркази
Ни один из известных доселе случаев не сумел бы в полной мере рассказать о всей пагубности Ереси Хоруса и истинной злокозненности мерзких союзников Воителя, которым он с такой ярой готовностью отдался, как вечная загадка Сигнусского конфликта. Нередко это сражение сравнивается с трагедией, что постигла Калт. В предпринятом тогда ритуале во имя достижения недолгого стратегического преимущества над рассеянными силами лоялистов безжалостное пренебрежение страданиями жертв обернулось настоящей катастрофой. И всё же Сигнус стал чем-то гораздо большим, чем очередным ходом в великой игре Хоруса против своего отца. Это был не просто обман, затеянный с целью получения исключительно военной выгоды, но кульминационный всплеск злобы, веками гноившейся тайной, что была взращена теми, кто называл себя союзниками Воителя. В отличии от триумфального завершения истваанской операции, увенчавшейся гибелью Ферруса Мануса, Хорус изначально планировал ход кампании на Сигнусе так, чтобы унизить и уничтожить единственного из братьев, которого считал лучше себя.
Хоруса нередко восхваляли как за его воинское мастерство, так и за таланты государственного деятеля. С тех самых пор, как Император вырвал его из ям Хтонии, владыка XVI легиона за несколько веков создал себе блестящую репутацию. Желая привлечь внимание своего отца, а также заслужить уважение и верность братьев, Хорус усердно трудился на бесчисленных театрах военных действий, пережил годы тайных совещаний и блистательных триумфов. И всё же образ Сангвиния, с непринуждённой лёгкостью пускавшего в ход те же самые умения, наполнял воспоминания хтонийца о годах былой борьбы особенной горечью. Но самым острым гвоздём, пронзившим сердце будущего Воителя, была зависть тому чувству восхищения, что Ангел вызывал среди братьев и смертных граждан Империума. Там, где ступал Хорус, голоса умолкали в страхе и уважении, но там, где появлялся Сангвиний, начиналось время грандиозных празднеств. Должно быть, в подобных ситуациях Хорус видел подрыв своих усилий и отсутствие уважения к его авторитету. Эта застарелая, но казавшаяся давным-давно исцелённой рана всё ещё причиняла боль, манипуляции посторонних могли легко разбередить её. Быть может, эта злоба стала одним из нарывов в душе Воителя, заставивших его отвернуться от Империума. Она пролегла очередной трещиной в его верности, позволив предательству просочиться и угнездиться в его сердце, но правду об этом мы не узнаем уже никогда. Тем не менее, при разработке планов конфликта на Сигнусе и его последующем осуществлении эта горечь, обернувшаяся ненавистью, полностью заглушит логику и стратегическое мышление.
Неприязнь Воителя к своему ангельскому собрату ни в чём не проявилась так же сильно, как в выборе средства его уничтожения. Хорус стремился отвратить от Ангела его же собственных сыновей; он жаждал забрать себе души Кровавых Ангелов. Для этого он натравил на них существ из царства эфира, которых некоторые называли «демонами». Кое-кто пытался возложить вину за подобное колдовство исключительно на Лоргара и легион Несущих Слово, утверждая, что Хорусом, как и другими верными примархами, просто-напросто манипулировали. Однако в свете событий на Сигнусе подобные заявления звучат абсурдно. В той битве заблудшие аколиты Лоргара служили всего лишь орудиями — проводниками ненависти Хоруса, источником пищи для его гнева и сущностей, с которыми связал себя Воитель. Хорус прекрасно знал, что именно он высвободил, когда спустил с поводка охотничьих псов Эмпиреев. Воитель отдал Сигнус и всё его население на растерзание сущностям из царства варпа в обмен на убийство брата и порабощение его воинов. Эта кровавая, принесённая во имя ненависти и ревности жертва оставила чудовищный шрам на самой ткани бытия — шрам, что не поддаётся излечению и продолжает гноиться даже после смерти Хоруса.
Здесь, на Сигнусе, Хорус возложил свою длань на дверь, что никогда не должна была открыться. Здесь он навеки разрушил Имперскую Истину и грандиозные планы Императора.
Здесь он высвободил демонов из их темницы.
Долгая дорога к погибели
На завершающих этапах Великого крестового похода находившиеся на пике боевой мощи Кровавые Ангелы считались одним из наиболее крупных и успешных легионов. В то же время их былой союзник, Хорус, завидовал могуществу своих соперников и рассчитывал избавиться от них. Облачённые в алое воины были распределены между несколькими зонами боевых действий, в первую очередь в системе Кайвас, на Нартабе, Инконну и Бальхауте, поскольку с распространением Великого крестового похода по внутренним регионам Галактики возможность действовать в качестве единой силы стала неслыханной роскошью, доступной лишь немногим легионам. Сам же Сангвиний командовал крупнейшим из этих воинств, отправленным на подмогу Альфа-Легиону. Вместе им предстояло очистить обширные астероидные поля Кайваса от присутствия захватчиков-оркоидов, сбежавших после Улланорского разгрома. Пускай это задание и не входило в один из планов Хоруса, оно на славу послужило его целям, удерживая крылатого примарха подальше от Воителя с его махинациями, вдобавок лишая IX легион славы, которую тот жаждал так страстно.
Кровавым Ангелам не суждено было снискать особой славы в пустынном секторе Кайвас. Пока Альфа-Легион участвовал в основных сражениях в глубинах астероидных полей, составлявших центральное скопление системы, кораблям Сангвиния было приказано удерживать позиции и перехватывать стремившиеся удрать из зоны боевых действий орочьи корабли. Кровавые Ангелы издавна считались идеальными штурмовыми десантными войсками, готовыми ради победы и сохранения жизней своих союзников бросаться в самое горнило вражеской атаки, однако в системе Кайвас им пришлось вступить в войну, к которой они не привыкли. Остававшимся в резерве и временами патрулировавшим окраины системы легионерам приходилось отвечать на нападения своих врагов-зеленокожих, втягивая их в затяжные пустотные сражения или устраивая кровавые абордажные операции. В любом случае, Кровавые Ангелы проявили величайшую доблесть, не позволив ни одному из рейдеров-ксеносов вырваться из западни Альфа-Легиона. Потери личного состава легиона и материальных ресурсов оказались минимальными, восполнить их не составляло труда. И всё же на протяжении 13 месяцев стоявший на страже окраин Кайваса легион страдал от недугов иного рода.
Гордыня стала ядом, пропитавшим беспомощно болтавшийся в пустоте над Кайвасом IX легион. Бесконечные недели ожидания, сменявшиеся спорадическими боями, заставляли беспокоиться воинов Сангвиния, так отчаянно желавших принять участие в войне, соответствующей их положению, статусу и навыкам, войне, в которой они могли бы претендовать на причитавшуюся им славу. После 13 месяцев гнетущей тоски и напряжённого ожидания война в глубинах Кайваса завершилась. Львиную долю почестей заслужил Альфа-Легион, предоставивший Сангвинию лишь немногословную благодарность в знак уважения за оказанную помощь. Многие из его командиров чувствовали себя униженными подобным обращением со стороны «незначительнейшего из примархов». Во всех уголках Галактики другие легионы праздновали небывалые победы. Активно распространялись слухи о том, что Воитель готовится к новой масштабной кампании — но Кровавым Ангелам досталось лишь мучительное бездействие, пока XX вёл свою скрытую войну среди астероидов. Когда корабли Альфа-Легиона покинули систему, воины IX замерли в напряжённом ожидании: страсть к триумфальным восхвалениям и любовь к пышным триумфам, некогда венчавшим тяжёлые кампании во имя Императора, так и не получила выхода. Когда эмиссары Воителя прибыли, чтобы призвать легион к оружию, среди истосковавшихся по ратной славе Кровавых Ангелов лишь немногие посмели усомниться в правильности нового приказа.
Пронзая покров легенд
Тем не менее, даже эти меры не могут гарантировать стопроцентной правдивости записанной информации — большая часть известных нам сведений полна противоречий или настолько причудлива, что не вызывает доверия. События, запечатлённые на подлинных боевых пиктах, изъятых из записывающих устройств брони Легионес Астартес и транспортных средств, демонстрировали неоднозначные, противоречащие друг другу картины событий — без сомнения, этот эффект являлся результатом воздействия варпа на планету и всех, кто сражался на её поверхности. Спорным остаётся даже вопрос о точном времени начала сражения: Кровавые Ангелы, как известно, отправились в систему Сигнус в начале 005.М31 и не появлялись в пределах Империума вплоть до 010.М31. Ввиду перечисленных сложностей Ваш покорный слуга был вынужден строить некоторые догадки при составлении данного тома, поскольку имевшейся информации было недостаточно или же она была недостоверной. Тем не менее, мы предприняли максимум усилий ради подтверждения и проверки этой истории. В случаях, когда имевшиеся сведения отличаются или противоречат установленным фактам, мы решили следовать хронике событий, зафиксированной магосом-доминой Шурол из Легио Кибернетики, чья частично аугментированная кора головного мозга, по всей видимости, не сильно пострадала от влияния варпа.
Скрытый изъян
Избранные Хорусом в качестве глашатаев эмиссары оказались самой настоящей диковинкой — вместо курьера-астропата или отряда собственных легионеров Воитель отправил Несущих Слово, пылких крестоносцев Лоргара. Прибывшие в скором времени после заключительных сражений в системе Кайвас, воины XVII легиона под командованием одинокого претора Крида вручили Сангвинию свитки с приказами Воителя. Хорус велел своему брату провести всеобщий сбор IX легиона и отправиться к отдалённой системе Сигнус, дабы положить конец вторжению ксеносов в пределы имперских владений. Это был шанс, на который надеялись многие легионеры — возможность сулившей славу открытой битвы будоражило кровь сыновей Сангвиния, хотя кое-кого из них раздражала необходимость отправиться так далеко во имя освобождения одной-единственной системы. Тем не менее, большая часть флота пребывала в радостном настроении: ведь их ожидала настоящая война, где IX легион сумеет продемонстрировать свою истинную мощь.
Колебался один лишь Сангвиний — приказы Хоруса требовали тотального истребления врага, а не спасения имперских граждан. По мнению Ангела, подобная задача куда больше подходила некоторым другим легионам. Необычно было то, что главнокомандующий Великого крестового похода диктовал примархам условия войны точно так же, как когда-то это делал сам Император. Примархи вели свои легионы туда, куда считали нужным, в поисках сражений, где их потенциал раскрывался наилучшим образом, навыки использовались рационально, где они могли достойно послужить на благо Великого крестового похода. Впрочем, этот шаг вовсе не был чем-то уникальным — утвердившись в новой роли, Хорус издал ряд схожих приказов, отправив Белых Шрамов в систему Чондакс, велев Ультрамаринам собраться на Калте и послав Тёмных Ангелов на Восточную Окраину. Как и другие его братья, Сангвиний склонился перед волей Воителя, отбросив любые возможные опасения. Он полностью доверял своему брату и командиру, вверяя его воле весь IX легион.
Однако существовала ещё одна причина, из-за которой Сангвиний с готовностью исполнял желания Хоруса, фактор, долгое время хранившийся вдали от глаз посторонних и засекреченный в официальных отчётах о сражении в системе Сигнус. Дело в том, что Кровавые Ангелы были охвачены генетическим недугом. Медленное вырождение, пробуждавшееся под воздействием самых чудовищных травм или глубокой интоксикации, позволяло поражённым избежать цепких объятий смерти, но плата за жизнь была слишком высока. Легионеры становились жертвами безумия, бессмысленной ярости и жажды крови. Сангвиний и его старшие офицеры с давних пор скрывали этот изъян и в то же время продолжали искать средство, способное или справиться с этим дефектом, или уменьшить его влияние на легион. Командование IX не останавливалось ни перед чем ради сокрытия информации о своём тайном грехе: они фальсифицировали списки погибших и даже модифицировали десятину отправляемого на Терру генетического материала. Хорус был одной из немногих душ за пределами легиона Кровавых Ангелов, знавших об этом недостатке: истина открылась ему во время совместной с Сангвинием кампании на Мельхиоре. Луперкаль пообещал брату хранить молчание и помочь с поисками лекарства.
Ангел чувствовал, что в лице Воителя он обрёл союзника в борьбе против тьмы, угрожавшей его легиону. Вот почему его доверие к Хорусу было практически безграничным. Однако теперь Луперкаль и его тёмные союзники, с которыми он поделился секретом брата, намеревались обратить гордыню Кровавых Ангелов и их скрытый изъян против них самих. Они страстно желали добиться того, что так стремился избежать Сангвиний. Капеллан Эреб из Несущих Слово задумал воспользоваться влиянием генетического недуга, многократно усиленным с помощью варп-колдовства в системе Сигнус, чтобы заставить Кровавых Ангелов — и в первую очередь их примарха — принять сторону Хоруса и его господ, Тёмных богов. Однако Хорус, личность которого к тому времени уже исказилась под действием тёмных сил, якобы удерживаемых им в узде, и банальной ревности, попытался разрушить этот план с помощью своих давинитских слуг. Он уготовил своему брату иной конец. Хорус даровал повелителю IX легиона крупицу надежды, утверждая, что поработившие Сигнус ксеносы обладали некоей тайной технологией, способной исправить изъян Кровавых Ангелов, и напомнил брату о данном некогда обещании помочь в час нужды. Возможность спасти легион в совокупности с проявившимся в неподходящий момент слепым доверием к Воителю укрепили решимость Сангвиния. Крылатый примарх изгнал прочь все свои сомнения и приступил к разработке стратегии.
Кольца Змеи
С учётом известной ныне информации о целях и планах Хоруса, мы в курсе, что к тому времени Альфа-Легион уже присягнул на верность предательскому делу Воителя. XX легион выделил силы для подготовки операций по сдерживанию и уничтожению лояльных легионов в системах Чондакс и Алакксес, став одним из первых открытых сторонников Хоруса Луперкаля в развязанной им войне. Вполне вероятно, что кампания в системе Кайвас была ещё одной операцией подобного рода. Если эта теория верна, то Альфарий, по всей видимости, стремился удержать владыку IX легиона на одном месте, пока планы Хоруса в отношении системы Сигнус не начнут воплощаться в жизнь. К моменту, когда закончился последний этап приготовлений, Кровавые Ангелы будут отправлены прямиком в расставленную ловушку. Внимательное изучение докладов, полученных после конфликта в системе Кайвас, позволяет выявить ряд разрозненных фактов, которые в какой-то степени подтверждают эту теорию — особенно в связи с присутствием Альфа-Легиона. Принимая во внимание общепризнанный стратегический гений Воителя, следовало ожидать настолько тщательной подготовки, большая часть которой была начата задолго до событий в системе Истваан.
Флотские приготовления
Первым шагом Сангвиния стало воссоединение рассеянного по всей Галактике легиона. Находившиеся поблизости Экспедиционные флотилии IX получили сигнал об общем сборе напрямую с флагмана легиона, «Красной Слезы». Некоторые подразделения Кровавых Ангелов на протяжении многих лет сражались порознь, в связи с чем каждая далёкая флотилия стремилась присоединиться к операции, которую Луперкаль поручил их генетическому отцу. Они страстно желали поддержать это великое начинание, дабы в очередной раз с гордостью явить Империуму и Воителю своё мастерство. В предельно сжатые сроки Сангвинию удалось собрать примерно 4/5 своего легиона — общая численность войск вместе с подразделениями поддержки, давно сражавшимися плечом к плечу с легионерами IX, составила более 100 000 воинов. Незадействованными в грядущей кампании оказались в общей сложности около 20 000 легионеров. В их число входили гарнизоны Ваала, Сайфа и Канопуса IV, а также подразделения в составе настолько далёких Экспедиционных флотилий, что отозвать их не представлялось возможным. Помимо Кровавых Ангелов и их давних союзников, Сангвиний предоставил место в экспедиции претору Криду и его роте Несущих Слово с «Тёмной Страницы» — эти воины действовали в качестве избранных эмиссаров Воителя.
Хотя Кровавые Ангелы редко участвовали в совместных походах с Несущими Слово, они хорошо помнили о порицании XVII легиона в Монархии. «Чёрная метка» — такая ассоциация родилась у легионеров IX по отношению к своим облачённым в серое кузенам. В корабельных журналах «Красной Слезы», выполнявшей роль командного судна объединённого флота, хранились свидетельства того, что претора Крида редко приглашали в покои Ангела или предлагали принять участие на заседаниях стратегических советов. Несомненно, даже это завуалированное оскорбление Крид сумел обратить в свою пользу: Несущие Слово в полной мере осознавали серьёзность угрозы, ожидавшей Кровавых Ангелов в системе Сигнус. Претор тщательнейшим образом скрывал собственные мотивы от Сангвиния и его сыновей, а его изменившиеся воины оставались надёжно спрятанными от посторонних глаз. Но Несущие Слово оказались не единственными чужаками, принятыми в состав экспедиции. Перед окончательным отбытием к Сигнусу объединённый флот IX легиона успел пересечься с несколькими быстроходными курьерскими кораблями.
Первым стал крейсер нёсший на борту «Громовую Птицу», изукрашенную тотемической геральдикой VI легиона, Космических Волков. Сангвиний принял эту неожиданную делегацию с равной смесью радушия и осторожности: визиты мрачных сыновей Фенриса редко становилось поводом для торжества. Ведь именно они заслужили репутацию императорских палачей, к которым Двор Терры обращался в тех случаях, когда требовалось открыто выразить своё недовольство как союзникам, так и противникам. На тот момент Сангвинию и его сыновьям было невдомёк, что остальные Космические Волки уже держали путь на Просперо, чтобы обрушить гнев Императора на родной мир Тысячи Сынов и самих воинов Магнуса. Космические Волки скрыли от Великого Ангела и его легионеров не только это, но и другие, не менее важные сведения. Командир прибывшей группы, тан Хелик Красный Нож, поведал лишь о том, что они были приписаны к флоту в качестве наблюдателей согласно прямому приказу Малкадора Сигиллита. При этом сам Красный Нож ступил на борт флагмана Ангелов лишь в сопровождении почётного караула и волчьего жреца, исполнявшего роль советника, в то время как большая часть его людей оставалась на борту «Громовой Птицы», не показываясь никому на глаза.
Отдельные элементы мозаики собрались вместе в точке варп-передачи близ пульсара Кржемин, где объединённый флот мог с лёгкостью оседлать эфирные течения и совершить варп-переход к далёким окраинам галактического востока. Спустя каких-то 3 месяца после призыва Хоруса флот был полностью собран и подготовлен к походу. Армаде предстояло долгое путешествие: кораблям требовалось совершить не менее восьми отдельных переходов через завесу варпа. Необходимость сохранения единства войск во время путешествия стала по-настоящему непростым испытанием — флотские ветераны-навигаторы отдавались выполнению своих задач до предела, чтобы ни один корабль не отклонился от пространственных и хронологических целей. Записи, оставленные в корабельном журнале «Красной Слезы» представителями командного состава, свидетельствуют, что лорд Сангвиний дал сигнал к началу кампании в 327005.М31, после чего громадный объединённый флот нырнул в варп. В последующие 5 лет ни одна живая душа в пределах Империума больше его не видела.
Планы внутри планов
Некоторые командиры IX легиона, получив скреплённые печатью Воителя приказы Сангвиния, внезапно вывели свои подразделения из нескольких активных зон боевых действий, дабы присоединиться к флоту своего отца. Из-за этого другим легионам пришлось взять на себя дополнительные обязанности, чтобы завершить работу должным образом. Количество жертв в определённых случаях станет куда больше, чем изначально предполагалось стратегами Дивизио Милитарис, в связи с чем на помощь окружённым флотилиям Великого крестового похода пришлось отозвать часть резервных подразделений, стоявших на страже отдалённых систем.
Так, в системе Инконну выход из боя отрядов Кровавых Ангелов вместе с тяжёлым крейсером «Искупитель» привёл к тому, что оставшиеся на поверхности силы Гвардии Ворона полностью лишились войск, способных выступать в роли тяжёлой штурмовой пехоты. В итоге потери сынов Коракса на завершающем этапе кампании оказались на треть больше изначально ожидаемых. На Бальхауте обладавшие наибольшим опытом в орбитальных высадках бойцы «Золотой Чаши» внезапно покинули зону боевых действий. После этого командир Имперских Кулаков, возглавлявший проведение осадных операций, выступил с официальным протестом — он был возмущён, что теперь для завершения осады требовалось больше времени, а эффективность и стремительность действий существенно снизились. Впрочем, во всех этих случаях небольшого вмешательства со стороны Воителя было достаточно, чтобы заставить замолчать голоса любых несогласных. По прошествии какого-то времени стало ясно, что Хорус извлёк немалую выгоду из вызванной среди легионов неразберихи, ведь именно эти войска со временем будут сражаться против него.
Флот возмездия Сигнуса
Флот возмездия Сигнуса, собранный за короткое время с учётом оговоренной в приказах Хоруса срочности, представлял собой пример одной из наибольших концентраций сил отдельно взятого легиона космодесанта за последние годы Великого крестового похода. После Улланорского триумфа подавляющее большинство легионов были разделены на субформации, насчитывающие не более 10 000 человек. Эти группы нередко сражались плечом к плечу со значительно превосходившими их по численности силами Имперской Армии. Однако теперь своим приказом Хорус невольно возродил воспоминания о славе ранних кампаний Великого крестового похода, когда легионы нередко сражались в качестве неделимого, монолитного единства, что позволяло успешнее противостоять вселяющим ужас древним чужацким королевствам и падшим человеческим империям, что противились свету Императора. Возможно, общий сбор легиона должен был стать для Сангвиния и его сыновей «первым звоночком», предупреждавшим о намерениях Воителя, но те оставляли без внимания тревожные сигналы, сопутствующие предстоящей кампании, ибо в те дни вероятность предательства одного из примархов всё ещё казалась немыслимой.
Ядром армады стал флагман IX легиона «Красная Слеза» и закреплённые за ней корабли эскорта — в общей сложности около 100 пустотных кораблей различных типов, и приблизительно от 30 000 до 50 000 бойцов легиона. В скором времени к ним присоединились оперативные группы во главе с «Игнисом» и «Золотой Чашей», численность которых была примерно одинаковой, после чего объединённый флот был готов отправиться в путь.
Командный состав
- Сангвиний, повелитель IX легиона.
- Претор Танус Крид из XVII легиона.
- Архимагос-домина Эрейн Шурол, госпожа боевой когорты «Капита Аквилэ»
- Тан Хелик Красный Нож из VI легиона (присоединился к флоту «Красной Слезы» уже после получения приказов Воителя, доставленных его избранным эмиссаром претором Кридом).
- Префект Калимак Себран, виндекс минор Имперского Двора (присоединился к флоту «Красной Слезы» уже после получения приказов Воителя, доставленных его избранным эмиссаром претором Кридом).
Флотский контингент
- 287 капитальных пустотных кораблей IX легиона, включая чрезвычайно большое число тяжёлых крейсеров и линкоров, а также приблизительно 400 лёгких ударных кораблей и судов поддержки.
- Крейсер XVII легиона «Тёмная Страница» (без сопровождения). На этом корабле прибыли все принимавшие участие в Сигнусской кампании силы Несущих Слово, включая кабальную ауксилию. Доступ на борт был ограничен на протяжении всего периода кампании.
- Транспортный ковчег Легио Кибернетика «Сигма-954». Боевые автоматоны «Орлиные Черепа» (выс. готик «Капита Аквилэ») издавна служили во флоте примарха Сангвиния, и их корабль одновременно нёс на своём борту и шестерню Механикума, и кровавую каплю — символ благосклонности Великого Ангела.
Силы легионов
- Приблизительно 100 000 воинов IX легиона: Кровавые Ангелы выставили для участия в кампании 85% общей численности легиона, оставив контингент из 3 000 в качестве гарнизона Ваала, в то время как ещё 10 000 — 15 000 продолжали службу в малочисленных дальних гарнизонах, на кораблях флотилий Великого крестового похода и в зонах боевых действий.
- Приблизительно 45 воинов VI легиона: присоединившийся к флоту отряд Космических Волков состоял из хускарлов роты Красного Ножа и подразделений поддержки. Большинство из них предпочитали оставаться на борту своей «Громовой Птицы», и лишь хускарлы Красного Ножа передвигались свободно (присоединились к флоту «Красной Слезы» уже после получения приказов Воителя, доставленных его избранным эмиссаром претором Кридом).
- 3 420 воинов XVII легиона: Несущие Слово 8-й роты ордена Незримой Длани.
Вспомогательные силы
- 36 Легио Кустодес палаты Вигил Магна Виридиум, включая несколько эскадрилий перехватчиков модели «Равноденствие» и отряды палачей-эфоров (присоединились к флоту «Красной Слезы» уже после получения приказов Воителя, доставленных его избранным эмиссаром претором Кридом).
- Два полка Нартекс Калла, отрядов Ополчения Империалис, связанных кабальной службой XVII легиону. Эти отряды оставались изолированы на борту «Тёмной Страницы» вплоть до самого прибытия армады на Сигнус-Прайм.
- Корабельные бойцы флота Кровавых Ангелов, сопоставимых по численности приблизительно с 3 стандартными полками Ополчения Империалис. Вооружённые преимущественно для перестрелок на коротких дистанциях, эти солдаты по большей части несли охранную службу.
- 58 манипул когорты «Капита Аквилэ» из Легио Кибернетика. Эти манипулы были главным образом укомплектованы боевыми автоматонами класса «Кастеллакс», в то время как львиная доля имевшихся «Танатаров» оставалась в качестве резерва или же исполняла роль мобильной артиллерии.
О воинствах IX легиона
Вместе с примархом Сангвинием в крестовый поход к системе Сигнус отправились приблизительно 5/6 от общей численности легиона, в то время как разбросанные по всей Галактике небольшие роты и воинства общей численностью немногим более 20 000 космодесантников продолжали исполнять свои прежние обязанности. На протяжении практически 10 лет эти подразделения не получали ни единой весточки от своего повелителя — легионеры IX испытывали при этом не меньшие страдания, чем их собратья из легионов Гвардии Ворона и Железных Рук, которые понесли катастрофические потери в самом начале войны. И всё же незадействованным в операции легионерам в какой-то степени повезло — они не столкнутся с бессмертным голодом Сигнуса, не познают позора, охватившего их братьев, и не увидят падения своего возлюбленного отца. Со временем эти воины, получившие своеобразное прозвище «Нечистокровные», останутся в стороне от своих братьев — и даже те, кто сумел добраться до Терры, будут казаться ветеранам Сигнуса совершенно чужой породой, всё ещё сохраняющей незапятнанную гордость ушедшей навеки эпохи.
Ниже приведён список наиболее крупных и известных подразделений, избежавших ужасов Сигнуса — однако стоит отметить, что помимо них существовало несколько десятков меньших отрядов, прикреплённых к другим флотам Великого крестового похода или несущих службу на небольших форпостах по всей Галактике.
Ваал
Среди всех оплотов легиона Кровавых Ангелов важнейшим по праву считался Ваал — планета, ставшая домом для воинов IX, в равной степени значимый символ и место сосредоточения крупнейших производственных мощностей. На поверхности Ваала и по всей системе были размещены около 3 000 легионеров-стражей, а также значительный контингент вооружённых слуг и других ауксилариев легиона. Спустя несколько коротких месяцев после непосредственного начала Ереси Хоруса Ваал окажется наводнён остатками разбитых легионов, сражённых на Истваане — после чего души защитников начнут терзать опасения о возможной утрате своего собственного отца. Позднее окружённый войсками мятежного Воителя Ваал будет вынужден пережить годы изоляции и 2 вражеские попытки покорить систему штурмом, прежде чем до его защитников дойдут известия о том, что лорд Сангвиний жив.
Канопус
Уступая размерами и важностью одному лишь Ваалу, Канопус по праву считался одним из ключевых владений IX легиона. На поверхности этого мира был размещён гарнизон из 2 полных рот и нескольких тысяч ауксилариев, в то время как производственные мощности планеты были эквивалентны объёму производства малого мира-кузницы. В скором времени после начала восстания планета оказалась под ударом вероломных Сынов Хоруса. Последнее сообщение защитников Канопуса, прерывистый сигнал об отчаянном сопротивлении и не подлежащих подсчёту вражеских ордах, было получено верными Терре бойцами в 008.М31. Когда лояльные силы достигнут системы вскоре после окончания битвы за Терру и начала Великого Очищения, их взору откроется удручающая картина развалин и пепла без малейшего признака уцелевших, при этом многие из очевидцев выскажут предположение, что сыновья Сангвиния решили уничтожить свои мануфактории самостоятельно, дабы те не попали в лапы изменников.
Анвиллус
Кровавые Ангелы с давних пор поддерживали дружеские отношения с механикумами мира-кузницы Анвиллус — более того, на поверхности планеты постоянно находился небольшой почётный караул легионеров IX, бывший живым воплощением заключённого между Всеблагим Сангвинием и лордами Анвиллуса договора о сотрудничестве. Со временем это подразделение увеличилось до размеров полуроты, чей арсенал служил наглядным свидетельством всего могущества оружейных дел мастеров Анвиллуса — эти воины по праву считались одними из лучших в IX легионе, оставаясь грозной силой, невзирая на малую численность. К сожалению, их судьба остаётся неизвестной и по сей день, поскольку все связи между этими воинами и Ваалом оборвались с началом гражданской войны между различными раскольническими группировками Механикума Анвиллуса — конфликта, спровоцированного и финансируемого самим Хорусом. Хотя могущественным повелителям Анвиллуса в конечном итоге удастся восстановить порядок, магосы этого мира предпочтут хранить молчание в отношении судьбы Кровавых Ангелов, когда-то служивших живыми гарантами дружбы между Механикумом и Ваалом. Однако с тех самых пор несущая цвета Анвиллуса варп-баржа ежегодно прибывает в систему Ваал аккурат в годовщину начала собственной внутренней борьбы, предоставляя Кровавым Ангелам особую дань, ровно наполовину состоящую из драгоценных старинных доспехов и оружия боевых рот Легионес Астартес.
Сайф
Планету Сайф зачастую упускали из вида, считая её не более чем простой вербовочной площадкой, где бесконечные войны примитивных племён снабжали плотью IX легион. Гарнизон этого мира состоял из горсточки верных Кровавых Ангелов под надзором Анастора Кендрала, ветерана битвы за Кий-Буран. Когда Пожиратели Миров прибыли на Сайф с целью оккупации планеты, они не обнаружили ни малейших следов контингента Кровавых Ангелов и предположили, что их кузены просто сбежали. Легионеры XII оставили на поверхности свой собственный гарнизон, после чего приступили к операции по сбору юношей Сайфа ради восполнения потерь в ранних кампаниях восстания. Тем не менее, Пожиратели Миров получили за свои труды незначительную награду — их усилиям помешала жестокая партизанская война, развязанная скрывавшимися на Сайфе Кровавыми Ангелами. Свирепость легионеров IX и их союзников из племён Сайфа была настолько ужасающей, что в конечном итоге Пожиратели Миров будут вынуждены начать эвакуацию и полностью покинут мир к 012.М31.
106-й Экспедиционный флот
Крупнейший среди всех Экспедиционных флотов IX легиона, которые не были отозваны ради воссоединения с армадой примарха после Кайваса, 106-й состоял из 5 полных рот Кровавых Ангелов при поддержке аналогичного по численности контингента облачённых в серую броню Несущих Слово. Отправившийся в долгий поход к дальнему галактическому западу 106-й не играл никакой роли в первых сражениях Ереси Хоруса; многие в лагере лоялистов не без оснований полагали, что вероломная измена Несущих Слово положила конец Кровавым Ангелам в составе флота — трагедия, ставшая ничем не примечательной и привычной горькой истиной той поры. Тем не менее, в 010.М31 сторожевые заставы Несущих Слово на Саркоссе и близлежащих мирах, защищавших подступы к Колхиде, начали гибнуть и погружаться во тьму, что ознаменовало собой возвращение потерянного 106-го Экспедиционного флота. Теперь Кровавые Ангелы, сохранившие едва ли половину своей первоначальной численности, буквально прорубили себе путь к ближайшему анклаву Медузы и нашли убежище среди Железных Рук, превратившись в бельмо на глазу предательских армий, удерживавших отдалённые западные сатрапии Империума в кольце блокады.
Загадки Сигнуса
Путешествие через варп продлится около 9 стандартных терранских месяцев — что оказалось значительно меньше сроков, первоначально заявленных флотскими навигаторами. По пути к цели армада Кровавых Ангелов несколько раз на короткое время выйдет из варпа, чтобы пополнить припасы, провести необходимое техническое обслуживание, получить новые позиционные данные и обновить звёздные карты. Последней их остановкой перед Сигнусом стала абсолютно непримечательная система Анкарора. Здесь эскадрильи и боевые группы, вырвавшись на свободу из цепкой хватки Имматериума, начали сложный процесс перегруппировки в боевой порядок. Кровавые Ангелы были уверены, что по прибытии в пункт назначения их ожидает столкновение с чужацким флотом, поэтому представлялось разумным спокойно занять боевое построение в реальном пространстве, нежели пытаться совершить такой манёвр в глубинах варпа. Как только флотские стратеги и капитаны кораблей доложили о завершении создания сложной формации, Сангвиний приказал совершить заключительный варп-прыжок в систему Сигнус. То, что открылось их взору по прибытии в систему, оказалось совсем не тем, чего все ожидали. Процветающей системы Сигнус, запечатлённой на звёздных картах, больше не существовало, не было и следов яростного пустотного сражения, о котором говорил Хорус. Вместо этого Кровавых Ангелов встретило кладбище.
Вырвавшись из бурлящего моря варпа в холодную пустоту системы Сигнус, флотские соединения Кровавых Ангелов не увидели ни единого следа ожидаемого вражеского флота. Взору потрясённых легионеров предстала безмолвная армада мертвецов: дрейфующее облако фрахтовщиков, грузовых барков и шаттлов ближнего радиуса действия. Двигатели каждого из кораблей либо выгорели, либо лишились энергии, а экипажи не подавали никаких признаков активности и жизни в целом. На корпусах не было заметно повреждений, полученных в результате обстрела какой бы то ни было известной орудийной системы, ничто не говорило и об отчаянном побеге от захватчиков или героическом последнем бое. Напротив, казалось, будто многие корабли разорвало изнутри — или же они попросту разломались на части среди ледяных окраин системы Сигнус. Громадные облака корабельных обломков — вот и всё, что осталось от транспортников местных жителей. Проложив маршрут мимо внешних миров и разогнав до предела примитивные двигатели своих судов — на этот казавшийся самоубийственным шаг их толкал инстинкт выживания, полностью затмивший всякое подобие здравомыслия. Тем не менее, авгуры «Красной Слезы» и сопровождавших её кораблей не зафиксировали ни единого признака ужасающей угрозы, что спровоцировала бы обитателей системы на такой полёт. Вокруг, вместо какофонии вокс-сигналов, были только трупы и прерывистое шипение фоновой радиации. Смерть уже побывала в системе Сигнус и покинула её — судьба местных жителей решилась задолго до прибытия Сангвиния.
Вынырнувшая из варпа на самой окраине системы армада Кровавых Ангелов оказалась достаточно далеко от столичного мира системы — Сигнуса-Прайм. Ближайшим обитаемым объектом на пути флота был холодный мир, носивший имя Форус. Эта замороженная сфера, расположенная во внешней области местной двойной звезды, двигалась по вытянутой орбите мимо кораблей IX легиона. Согласно доступным экспедиции картам, Форус был домом для 90 000 имперских граждан. Не желая оставлять ничего на волю случая, Сангвиний приказал своему флоту в полной боеготовности приблизиться к Форусу. Приняв боевой порядок для стандартного планетарного штурма, ведущие эскадрильи подошли к тихому планетоиду, но не обнаружили никаких признаков активности ни на поверхности, ни в околопланетном пространстве. Не было ничего — ни малейших признаков движения, ни энергии в источниках питания, ни вокс-сигналов. Ещё более мрачные известия принесли запущенные с ближайших боевых кораблей разведывательные зонды. Терраформирование Форуса, предназначенное сделать атмосферу и ландшафт подходящими для обитания человека, проходило медленно, этот процесс длился десятилетиями. Однако некая неизвестная сила одним ударом обратила в ничто плоды этой работы. Поверхность планеты была обуглена дочерна, все следы жизнедеятельности человека на ней оказались уничтожены неведомой силой. Не осталось ничего, кроме опустевшего каменного шара; подтверждением тому служили как многочисленные записи капитанов кораблей, так и данные банков-когитаторов с результатами предварительного сканирования и авгур-исследований дальнего радиуса действия.
Флотские авгуры оказались не в состоянии отобразить последующие события с достаточной чёткостью, в то время как важные подробности в свидетельствах различных членов экипажа и пассажиров сильно отличались. Но одна из немногих совпадавших деталей пугала больше всего — в показаниях утверждалось, что сам Форус начал следовать за флотом. Вопреки всем известным законам движения небесных сфер планета развернулась к кораблям своим южным полюсом. И это была не единственная аномалия на Форусе — некоторые из наблюдателей сообщали о возникновении на поверхности обширной сети глубоких разломов и трещин, другие — о разноцветных световых узорах, сохранявшихся в тонкой атмосфере планеты, третьи — о движении утёсов и скал, формирующих некий рисунок. Никто из очевидцев не смог вспомнить, что за символ проступил на мёртвом теле Форуса, пока оно висело в пустоте и внимательно наблюдало за флотом. Мало кто оказался способен рассказать о произошедшем, не испытывая физической боли и страданий. Экипаж, вне зависимости от облика увиденного, испытал шок, и этот факт задокументирован в судовых журналах.
Реакция на произошедшее во флоте Кровавых Ангелов оказалась различной: от молчаливого неверия до внезапной и невероятно сильной паники. На миг всю армаду охватило волнение — однако порядок был быстро восстановлен благодаря заверениям командного состава IX легиона и вмешательству вооружённых отрядов на борту каждого из кораблей. Таким образом, экипажи не заметили первоначальных симптомов ещё более невероятного события — их увидели лишь после того, как прозвучал сигнал тревоги. По всему флоту начали темнеть экраны — звёзды потускнели и погасли, а все до единого межсистемные сигналы в мгновение ока оборвались и исчезли. Тёмная завеса опустилась на систему Сигнус, изолируя её от всей Галактики, оставляя Сангвиния и его сыновей отрезанными от великого Империума, за который они сражались. Внезапная потеря связи с Империумом потрясла легион даже сильнее, нежели участь Форуса — но в ещё большей степени она ошеломила его слуг и служащих. Легион, вынужденный в одиночку противостоять выпавшим на его долю испытаниям, оказался в затруднительном положении — однако ни один из Кровавых Ангелов не решился бы отказаться от выполнения задания, порученного самим Воителем.
Исследователи последующей эпохи, изучавшие инцидент при Сигнусе, предполагают, что этот противоестественный саван служил не просто средством для блокировки световых и вокс-волн, но и для манипуляции привычными процессами в пространстве и времени. Некоторые теории заходят настолько далеко, что на полном серьёзе утверждают, будто эта «пелена», как её назвали Кровавые Ангелы, сама по себе была карманной областью великого эфирного царства. По словам очевидцев, «Гелиос» — одиночный корабль, выведенный из состава армады для исследования «пелены» — был потерян вместе со всем экипажем в скором времени после пересечения границы аномалии на расстоянии примерно в 6,3 световых дня от окраины системы. Эта утрата стала очередным тяжёлым испытанием для и без того беспокойной души примарха Сангвиния, положив конец дальнейшим попыткам изучения загадочных явлений. И всё же произошедшее доказывало, что покрывающая систему «пелена» — вовсе не какое-то сложное поле для создания помех, оно представляло гораздо более существенную угрозу. Кровавых Ангелов отрезал непроницаемый барьер, не позволявший пройти даже крупным звёздным крейсерам Империума.
Медленная смерть Сигнуса
Погибель обрушилась на Сигнус не во внезапной катастрофе и не под ударом боевого флота чужаков. Местным жителям не позволили принять милосердие быстрой смерти. Из-за махинаций Воителя их судьба была решена задолго до того, как Сангвиний и его сыновья появились в пределах системы. Используя данные из нескольких боевых рапортов Кровавых Ангелов, свидетельства немногочисленных уцелевших граждан Сигнуса и записи изменников, попавшие к нам в руки после битвы за Терру, сегодня мы можем воссоздать достаточно точную картину смерти Сигнуса.
Первые шаги к грядущей судьбе Сигнуса были предприняты в 933.М30[1], приблизительно за 70 лет до битвы за Сигнус-Прайм и спустя десятилетие после разрушения Монархии, когда скопление отдалённых миров под обозначением Ультима-XZ114 было приведено к Согласию. В довольно типичном для позднейших завоеваний XVII легиона стиле Несущие Слово стремительно подавили сопротивление в нескольких разбросанных населённых пунктах и навязали местному населению быстрое и жестокое Согласие, после чего переименовали систему в Сигнус и спустя считанные месяцы отправились дальше. В этой официальной трактовке опущен ряд любопытных фактов, в частности, содействие Несущих Слово продолжающемуся процессу колонизации покорённой системы. Более того, легионеры XVII даже привлекли к участию в этом деле несколько своих миров-клиентов, которые предоставили им свои собственные флотилии новопоселенцев. Известно, что сам примарх Лоргар препятствовал усилиям Дивизио Милитарис и нескольких других учреждений Имперского Двора в области переписи населения данного звёздного скопления, постоянно ссылаясь на «проведение в соседних системах военных операций Великого крестового похода, создающих опасность при посещении нового мира для высокопоставленных лиц». Вся эта неразбериха создавалась для особых целей: во-первых, чтобы позволить Несущим Слово посеять среди местных жителей зёрна оккультных учений, во-вторых, гарантировать полное соответствие чертежей строящихся городов и шпилей определённым символам оккультного значения, и, наконец, в-третьих — способствовать дальнейшему развитию и росту цивилизации Сигнуса по тому пути, что был выгоден XVII легиону.
Финальная стадия исполнения этих планов начнётся лишь в 004.М31, в скором времени после полученных Хорусом откровений на Давине. Цель, ради которой плелись интриги Лоргара, подвергнется корректировке, и в порочных планах Воителя родится новая ужасная идея. Представляется вероятным, что как только Хорус отдался своему предательству всей душой, гибель Сангвиния стала одной из первых и наиболее желанных целей Воителя. Похоже, что злость на брата затмила разум Воителя, в связи с чем другие, более важные в стратегическом смысле задачи отошли на второй план, а немалый процент оккультных и материальных ресурсов очень быстро был направлен на подготовку ловушки в системе Сигнус. Выдержки из записей Несущих Слово свидетельствуют, что сыны Лоргара начали творить могучие заклинания для активации скрытой сети культов и тайных символов, ставших частью популяции и общей структуры цивилизации скопления Сигнус. Начало их колдовства совпало по времени с первыми сообщениями о загадочных явлениях в пределах системы, сообщениями, что были надёжно скрыты тайными агентами Воителя. Таким образом Сигнус, одинокий и лишённый какой-либо помощи, был брошен на милость Хаоса. На протяжении нескольких месяцев местные жители страдали от бесконечной череды стихийных бедствий, необъяснимых смертей, дождей из пепла и крови, а также внезапно пробудившихся садистских культов. Всё это было направлено на дальнейшее погружение системы в безумие.
Несколько месяцев спустя Хорус втайне подготовил к отправке на Сигнус оперативную группу, контингент которой состоял из давинитских жрецов и воинов в сопровождении небольшого отряда бойцов XVI легиона, дабы приступить к реализации очередного этапа своих планов. Эти войска должны были взять под контроль оставшиеся правительственные структуры скопления Сигнус и использовать свои силы для ускорения тайных процессов, вызванных колдовством Несущих Слово. Записи о последующих событиях становятся менее точными, а показания выживших — менее понятными. Не вызывает сомнений тот факт, что население системы планомерно довели до безумия, а затем — принудили к поклонению тёмным силам или собрали в качестве сырья для последующего этапа трансформации системы. Масштабы порождённого ужаса и смертей выходят за пределы привычного понимания: миллиарды жизней в семи мирах подверглись медленному и целенаправленному уничтожению. Оставшиеся в живых рассказывали о жестоких правительственных чистках и гигантских лагерях для интернированных, откуда никто и никогда не возвращался. Тем не менее, мучившие Сигнус всё это время загадочные явления только продолжали усиливаться. Внезапные эпидемии уносили тысячи жизней и исчезали в течение нескольких дней, некогда наполненные жизнью океаны закипали, небеса становились чёрными от пепла, а в самых диких землях можно было увидеть страшные вещи.
Сведения о последних днях Сигнуса практически не отражены в записях. Немногочисленные уцелевшие уже бежали, но из их показаний можно понять одно — к тому времени не осталось никакого централизованного правительства. Горстка уцелевших отрядов ополчения сражалась за своё выживание — многие солдаты, обеспечивая безопасность режима эвакуации, обратили своё оружие против тех, кого поклялись защищать, в то время как другие безуспешно пытались захватить власть над своими мирами. Нечестивые культы бродили по городам, а бросавшие вызов логике существа ползали и летали среди руин некогда гордой цивилизации Сигнуса. Миры сгорали, когда ракетные системы планетарной обороны обращались против падших городов, за контроль над последними космопортами велись короткие, но кровопролитные бои, и ни в одном уголке системы невозможно было спастись от безумия. Одинокий и изолированный во тьме космоса Сигнус разорвал на части самого себя, и никакие действия Кровавых Ангелов не сумели бы изменить его судьбу.
Кровь Ангелов
Сангвиний и его сыновья оказались одни, однако Великому Ангелу не хотелось оставлять порученную ему миссию — не только из-за секретов, которые, как утверждал Хорус, хранил Сигнус, но и во имя спасения выживших, которые всё ещё могли скрываться среди рассеянных миров звёздного скопления. Не обращая внимания на советы своих наиболее осторожных офицеров, примарх повёл армаду вглубь системы. Следующей целью, отмеченной на картах, был планетоид, носивший имя Холст. На поверхности этого мира раскинулись многочисленные, густонаселённые города-ульи, и всё же при приближении флота Кровавых Ангелов Холст встретил их тем же безмолвием, что и Форус. Планета сохраняла гробовое молчание даже после того, как десантные корабли нырнули в её атмосферу. То, что было задумано как быстрая разведывательная операция, стремительно превратилось в бойню. Подобно Форусу, Холст в скором времени встретил пришельцев ещё более пугающей чередой жутких аномалий. В предоставленных спустя несколько дней после боевого контакта искажённых сообщениях говорилось о голодных городах, о призраках из металлического лома и пепла, об уничтожении ветеранов Легионес Астартес и об исполинских безмолвных мегаполисах, усеянных бесчисленными телами мертвецов.
Из 26 спустившихся на поверхность Легионес Астартес обратно прибыли меньше половины, их возвращение осложнилось внезапным запуском массивных трансатмосферных снарядов. По всей видимости, эти снаряды были сформированы из фрагментов коры самого Холста — аналогичной защитной системой с глубокой древности пользовались и некоторые из миров Механикум, в особенности Мезоа. Тем не менее, на поверхности Холста не было ни механизма, ни источника энергии достаточной сложности или мощности, чтобы запустить на орбиту многотонные куски камня и железа. Кое-кто во флоте строил догадки, что всему виной какое-то необычное природное явление, вызванное сокрытыми силами ксеносов — по их мнению, чужаки всё ещё сохраняли незримое присутствие в системе — либо на планете произошло нечто таинственное и непостижимое, как и ранее на Форусе. Однако ни одна теория не могла объяснить очевидной злонамеренности в траектории движения этих импровизированных снарядов, которые, похоже, были нацелены прямиком на занявшие позицию на низкой орбите соединения крейсеров с явным намерением их повредить или уничтожить. «Светлый Рыцарь» был уничтожен прямым попаданием одного из них, в то время как «Гермия» и «Виктус» доложили о тяжёлых повреждениях.
К тому моменту потери в этом небольшом сражении превысили несколько сотен Легионес Астартес, а также около тысячи ауксилариев и смертных членов экипажа. Однако флот так и не обнаружил ни единого признака реального присутствия врага. Перед лицом столь невероятных событий Сангвиний никак не мог изменить происходящее, так что ему оставалось лишь безмолвно наблюдать за страданиями и гибелью тех, кто доверял ему. Однако в глубине души примарха росла холодная ярость — и он не замедлил обрушить её на виновника произошедшего. В гневе своём Великий Ангел отдал единственный приказ, сделав шаг навстречу бурлящей алой преисподней, которую чувствовал в самом сердце. Один маленький жест, способный смягчить чувство вины за тех, кто принял мученическую кончину на Холсте. Сангвиний обрушил на поверхность проклятой планеты — или того, во что она превратилась — убийственную ярость Экстерминатуса Экстремис, и объединённый артиллерийский залп всей армады разорвал мир на куски.
Уничтожение планеты мало что изменило в настроении, царившем как во флоте, да и в душе самого примарха. Ввиду продолжительного отсутствия какого-либо организованного сопротивления Сангвиний погрузился в задумчивое молчание, распространившееся среди воинов его ближайшего окружения — а в скором времени и по всему легиону. В выдержках из многочисленных корабельных журналов и ежедневных отчётов говорится о растущем чувстве разочарования и дискомфорта, что приводило легионеров в бешенство и способствовало росту мрачной агрессии в их рядах. Малейшие обиды провоцировали вспышки гнева и приводили к дракам — которые, само собой, быстро подавлялись, но остановить разговоры о странности происходящих событий было невозможно. Однако сильнее всего эффект от происходящего проявился среди простых членов экипажа армады: на большей части кораблей происходили ежедневные ссоры и даже самоубийства.
Вопросы без ответов
Шансы на получение ответов и высвобождение сжигающей душу ярости Кровавые Ангелы обрели среди миров Сколтрум и Та-лок. Покинув малонаселённую внешнюю область без особых происшествий и войдя в пределы внутренних миров, где располагалось сердце сигнусской цивилизации, Сангвиний санкционировал экспедиции на Сколтрум и Та-лок. Согласно картам Дивизио Милитарис и данным когитаторов армады, обе планеты в своё время приняли миллионы имперских колонистов и обладали развитой гражданской инфраструктурой для приграничных колоний. Учитывая отсутствие каких-либо авгурных контактов или вокс-перехватов — ни в космосе, ни на поверхности — Великий Ангел предположил, что его враг затаился в засаде или же каким-то образом укрылся от посторонних глаз, так что разведка боем могла стать отличной возможностью выманить неприятеля из его логова. Прежде чем начать атаку на Сигнус-Прайм, 2 оперативным группам предстояло исследовать другие внутренние миры. Каждая из них обладала достаточно крупными размерами, чтобы успешно противостоять контратакам, и в то же время была достаточно компактной, чтобы двигаться быстро и незаметно.
Сангвиний отправил на Сколтрум 24-ю роту Кровавых Ангелов под командованием архейна Накира при поддержке нескольких манипул боевых автоматонов, погрузившихся на лёгкий крейсер «Аластор». К тому времени 24-я пребывала в полной силе — 500 боевых братьев и вспомогательные когорты, бойцы роты превосходно действовали в тандеме со связанными клятвой автоматонами когорты «Капита Аквилэ», испытывая недостаток разве что в тяжёлой бронетехнике. Это подразделение хорошо подходило для быстрого и планомерного проникновения на неизведанную территорию и борьбы с неизвестным врагом, но главное — 24-й ротой командовал капитан-ветеран, которому Сангвиний мог доверять. Сопровождать экспедицию вызвалась и сама магос-домина Шурол, прибывшая в сопровождении дополнительно аугментированных сервиторов — посланница Механикум стремилась продолжить исследования загадочных явлений, с которыми флот столкнулся на других мирах системы Сигнус.
Начальные этапы операции на Сколтруме прошли без инцидентов, ударная группа отправилась на задание в сопровождении всего лишь нескольких наиболее быстрых крейсеров. Капитаны кораблей получили чёткий приказ выйти из боя в случае столкновения с любыми сверхъестественными явлениями планетарного масштаба — наподобие тех, что были замечены на Форусе и Холсте, после чего Великий Ангел обрушил бы на головы загадочных врагов всю огневую мощь своей армады. Тем не менее, на тот момент подобные меры казались излишними — заражение на Сколтруме не проявлялось в таком масштабе, хотя следы сражения и смертей остались хорошо заметны. Обширные пожары бушевали на большей части поверхности планеты, её города обратились в руины, а громадные агротуристические здания были заброшены и прогнили. Приближающиеся корабли Кровавых Ангелов не сумели найти практически никаких признаков жизни, за исключением одинокого сигнала бедствия — единственного следа уцелевших граждан Империума.
Аварийный маяк на Сколтруме обнаружился среди обломков системного фрегата «Обнажённый Кинжал». Расколовшийся корпус пустотного корабля оказался разбросан по просторам обширных сельскохозяйственных равнин западного континента, по большей части в виде небольших кусков обугленного металла, не поддающихся идентификации. Некоторую целостность после крушения сохранили лишь 3 отдельные части корабля — его нос, корма и большая часть средних палуб, каждая из которых вполне могла стать приютом для уцелевших людей. К сожалению, корма рухнула прямиком в океанические воды, средние палубы понесли наибольший урон во время спуска, но массивная бронированная оболочка носа сумела поглотить большую часть энергии удара. Архейн Накир лично возглавил основные силы 24-й роты в ходе исследования отправной точки аварийного маяка в носовой части корабля, в то время как архимагос-домина Шурол и её боевые автоматоны получили приказ оцепить второстепенную цель в средней секции погибшего фрегата.
Несмотря на катастрофический ущерб, нанесённый «Обнажённому Кинжалу» загадочным оружием, непохожим ни на один известный образец вооружения Империума или ксеносов, Кровавым Ангелам удалось обнаружить небольшую группу уцелевших, запертую в глубинах разрушенного носа фрегата. По какой-то неведомой причине это открытие совпало по времени с первым подтверждённым боевым столкновением с вражескими силами в системе Сигнус. В сильно искажённом голосовом отчёте говорилось об убийстве ксеноса неизвестного вида боевым братом из прорывного отделения 24-й роты, обеспечивавшего безопасность зоны высадки. Сразу же после этого силы неведомого происхождения совершили несколько нападений на десантный корабль, каждое из них удалось отразить, но не без потерь. Враг появлялся практически из воздуха, при этом понять способ его проникновения в зону боевых действий так и не удалось — более того, передовые разведывательные группы вообще не нашли ни единого признака вражеской активности. В течение нескольких минут каждое из подразделений оперативной группы архейна Накира вошло в боевой контакт с противником — за исключением боевых автоматонов, на которые враг по неизвестной причине вообще не стал обращать внимания.
Несмотря на то, что Кровавые Ангелы вели интенсивные бои на протяжении часа, выполняя тактическое отступление к зоне высадки вместе со спасёнными гражданскими лицами, записи об обнаруженном противнике остаются крайне фрагментарными. Ведущие свои собственные записи боевые братья 24-й роты оставили более чем противоречивые описания своего врага на Сколтруме — большинство из них не совпадают ни с одной из известных рас чужаков, зато имеют много общего с образами из древних мифов Древней Терры, существовавших задолго до прихода Императора и провозглашения Имперских Истин. Понимая, что боевые автоматоны, по всей видимости, целенаправленно избегались странными ксеносами, магос-домина приняла решение незамедлительно провести изучение врага, ибо информация о его природе стала бы гораздо более важной в стратегическом плане, нежели оказание поддержки попавшим в переделку Кровавым Ангелам. И всё же несмотря на обилие доступных автоматонам «Капита Аквилэ» устройств записи и авгуров, достоверных данных было получено крайне мало. Встреченные существа в равной степени обманывали не только чувства простых людей, но и логику Механикум и его слуг. Изучив полученные данные, магос-домина сумела сделать один-единственный вывод — искусственный образ её воинов был неприятен врагу, хотя в кровавом водовороте битвы против таинственных «чужаков» автоматоны оказались не менее эффективны, чем воины IX легиона.
Разбитые надежды
Располагавшаяся по соседству со Сколтрумом планета Та-лок в значительной степени отличалась от своего гораздо более земного кузена — большую часть её поверхности покрывали мелководные океаны, а плотность местного населения была существенно ниже. На сей раз Великий Ангел поручил выполнение задания объединённым силам 11-й и 94-й рот под командованием архейна Молгрена. Этого молодого офицера, получившего столь высокую должность в скором времени после кампании на Алеф-Карине, считали фаворитом Сангвиния и восходящей звездой легиона, а сама 11-я рота была удостоена множеством высочайших боевых наград. В отличие от этого блистательного воинства 94-я рота не так давно лишилась своего командующего, архейна Малаки, сложившего голову во время кампании на Инконну. 94-я с давних пор несла тяжёлые потери посреди безжалостных жерновов войны, а её бережно сохраняемые значительным числом терранских и канопских ветеранов стратегические доктрины во многом были идентичны тем, что когда-то использовались в старом IX легионе. Тем не менее, благодаря высокому уровню подготовки разведывательных и истребительных отделений 94-я стала идеальным выбором для выполнения поставленной задачи.
Последующие события на Та-локе развивались по тому же сценарию, что и на Сколтруме. Десантировавшимся легионерам 11-й и 94-й рот не удалось обнаружить ни малейших признаков вражеской активности — вокруг лежали лишь давно опустившиеся на планету обломки и остывшие руины, в которые так быстро обратился целый мир. Зная, что примарх наблюдает за ним, уверенный в своём лёгком успехе архейн Молгрен направил прикомандированные отделения 94-й роты исследовать полуразрушенные развалины некогда процветающих городов Та-лока, в то время как сам повёл воинов-ветеранов 11-й в одинокий шпиль, продолжавший, казалось, функционировать посреди заболоченных глубин. Показания с поверхности быстро были идентифицированы как призрачные сигналы и вокс-эхо, однако это открытие совпало по времени с неожиданным появлением врага. Как и на Сколтруме, атаковавшие элиту 11-й роты существа возникали будто бы из ниоткуда, пробивая защитные кордоны и надёжные переборки так, словно бы заграждений не было вовсе.
Когда перед бойцами 11-й роты разверзлись врата самой Преисподней, архейну Молгрену пришлось распорядиться об отступлении. Легионеры оказались в ловушке примерно на 40 этажах ниже уровня земли, каждый коридор и лестничная клетка на пути к свободе кишели аберрантными чудовищами, которые жаждали истребить Кровавых Ангелов — в ответ боевые братья 11-й сомкнули ряды и обнажили клинки. Не имея ни малейшего представления о ситуации на поверхности, 11-я рота была вынуждена зачищать коридор за коридором в стремлении проложить путь наверх, и каждый метр отвоёванного пространства был куплен ценою крови братьев по оружию. 8 часов спустя легионеры вновь ступили на землю Та-лока. Зоны высадки кишели ордами подобных летучим мышам существ, однако лишь у немногих легионеров 11-й оставалось больше нескольких болт-зарядов. После экстренной эвакуации выживших крейсеры IX легиона приступили к локальной бомбардировке, направленной на уничтожение живой силы противника — впрочем, на позднейших пикт-записях с поверхности наличие останков врагов не подтверждалось.
Результаты сражения на Та-локе серьёзно подмочили репутацию архейна Молгрена, и он не замедлил возложить львиную долю вины за провал операции на центуриона 94-й роты Астера Крона, не сумевшего обеспечить безопасность входов в шпиль и своевременно предупредить собратьев о приближении противника. Тем не менее, его слова полностью игнорировали как необъяснимую способность вражеских воинов появляться в зоне боевых действий буквально из ниоткуда, так и упорную оборону зоны высадки бойцами 94-й роты, сумевшими удержать посадочные площадки достаточно долго для эвакуации обоих отрядов. Несмотря на всё это, лишь немногие воины Первой cферы IX легиона или из окружения примарха осуждали действия того или иного офицера, но вместе с тем подобные обвинения усиливали растущее в рядах Кровавых Ангелов чувство гнева и недовольства. Как бы ни старались ангельский примарх и его сыновья, но спасти им удалось всего лишь горстку жителей звёздной системы, некогда бывшей домом для миллиардов людей. Хуже того, легион всё ещё располагал минимумом полезной информации относительно численности, возможностей или даже целей таинственного врага.
Блуждая во тьме
Ситуация на кораблях армады стремительно приближалась к критической точке. Легион полностью лишился связи с Империумом; среди людей расходились слухи о невиданных доселе кошмарах, с которыми встретились Кровавые Ангелы, вдобавок каждого из участников похода — за исключением разве что боевых автоматонов Механикум — преследовало незримое, но вместе с тем по-настоящему сокрушительное чувство недомогания. Рассматривая все эти события по отдельности, можно было бы с лёгкостью назвать их самыми что ни на есть мелкими будничными проблемами, однако в сочетании с затянувшейся сверх всякой нормы неспособностью флота отыскать врага и устрашающим молчанием Великого Ангела, в котором даже самый грубый из странников звёздных морей видел надежду, они представляли собой самую серьёзную угрозу делу Сангвиния из всех, с чем когда-либо сталкивался IX легион. Тем не менее, примарх отгородился ото всех в своём санктуме на борту «Красной Слезы», пытаясь разгадать истину, способную повернуть ход кампании в его пользу. В это время его сыновья и последователи словно бы на время осиротели, и каждый из них с ужасом пытался осознать, насколько тяжёлому испытанию подверглась их армада.
Следуя примеру Сангвиния, многие из командующих экспедицией решили воспользоваться полученными крохами информации и попытаться понять, что за нездоровая ситуация сложилась в системе Сигнус. На борту громадного боевого ковчега Механикум «Сигма-954» магос-домина Шурол исследовала воздействие загадочных сил внутри системы на управлявших её кораблём слуг, желая выяснить причину и отыскать возможное средство противодействия с помощью кровавых операций и нейрокортикальных перестроек. Величайшие командиры Кровавых Ангелов, считавшиеся одними из лучших стратегов в Империуме Человечества, стремились воссоздать истинную картину действий противника, разгадать его намерения и планы. Тем не менее, даже такие прославленные воины, как 1-й капитан Ралдорон или Элай Джаннус из 202-й роты, прозванный «Багровым Оракулом» за свою проницательность, не сумели найти ни малейшего намёка на то, с чем придётся столкнуться Кровавым Ангелам в ближайшем будущем.
Другие легионеры продемонстрировали более простой и действенный способ к избавлению от метавшихся по всему флоту пораженческих настроений. Капитан Амит и легионеры 5-й роты вошли в тренировочные клетки; на фоне их безудержного гнева невероятный страх, охвативший смертных членов экипажа, стал ещё более заметным. Себастор Молгрен вместе с наиболее выдающимися героями IX легиона, людьми чести и примерами для подражания, выступили с открытыми заявлениями на борту каждого из кораблей армады, чтобы провозгласить праведность своего дела и стать оплотами надежды в эти тёмные времена. В свою очередь, наделённые гораздо более необычными способностями легионеры стремились найти уединённые места, где могли бы обратить свои удивительные таланты на пользу собратьям. Лишённые былого статуса адепты распущенного Библиариума Кровавых Ангелов в обстановке глубочайшей секретности разыскали друг друга и поделились терзавшими их души варп-видениями, в то время как Астер Крон из 94-й и другие из орденов судий и моритатов прочёсывали наименее посещаемые палубы в поисках лазутчиков и шпионов.
Ответов никто так и не нашёл, и Великому Ангелу не оставалось ничего другого, кроме как выдвинуть флот в направлении Сигнуса-Прайм. Когда-то эта планета была столичным миром системы — она в любом случае должна была стать центром ксенозаражения. Именно здесь легион Кровавых Ангелов рассчитывал найти ответы, однако в условиях недостатка информации о противнике грядущее столкновение вполне могло завершиться крайне неблагоприятно для экспедиционных сил Империума. Однако откладывать нападение на вражескую твердыню и заниматься поисками ответов в других местах было нельзя — в таком случае флотские соединения рисковали окончательно утратить боеспособность, и если Легионес Астартес из числа Кровавых Ангелов, Космических Волков и Несущих Слово поддерживали себя в должной форме, смертные члены экипажей флота страдали и становились слабее с каждым прошедшим днём. Столкнувшись с постоянно растущим числом самоубийств, травм и механических поломок оборудования, Сангвиний созвал командующих легиона и объявил им о своём решении. Великая армада IX легиона прошла мимо Та-лока и легла на долгий внутрисистемный курс в направлении Сигнуса-Прайм.
Око бури
- «Война — ад»
- – Виллам Текумсах Ширмун, «Восстановленные Писания Эры Предшествующей Ночи», приблизительно М7
В прежние времена Сигнус-Прайм представлял собой сверкающий и величественный мир, будучи центром значительных усилий по колонизации и развитию расположенной на галактическом фронтире системы Сигнус. Однако теперь планета подверглась пугающим переменам — едва изящные разведывательные крейсеры Кровавых Ангелов показались на орбите, глазам легионеров открылась воистину ужасающая картина. Узнать некогда процветающую столицу системы Сигнус едва ли представлялось возможным — полученные при сканировании пикт-снимки демонстрировали гнойно-жёлтую сферу, задушенную густыми грозовыми облаками. По какой-то неведомой и жуткой причине нависшие над поверхностью тучи формировали диковинные узоры, бросавшие вызов всем известным законам метеорологии. Ещё более тревожным обстоятельством стало исчезновение обеих лун, некогда вращавшихся вокруг третьей планеты системы Сигнус. Согласно первоначальному предположению бригад авгуров, обнаруженные на низкой орбите Сигнуса-Прайм обширные мусорные кольца содержали куски вышеупомянутых спутников, однако в ходе более тщательного сканирования удалось выяснить истинную природу происхождения уродливых обломков, загрязняющих космическое пространство близ планеты. То были остатки оборонительных флотилий Сигнуса, а также всевозможных орбитальных станций, некогда располагавшихся в небесах над столичным миром. Многие из объектов представляли собой разорванные обломки металла и замёрзшие, дрейфующие в холодной пустоте части тел — всё, что осталось от корабельных экипажей, ставших жертвами последних, безнадёжных боёв за свободу Сигнуса-Прайм. Людей, сражавшихся и умерших в одиночестве и изоляции задолго до того, как примарх Сангвиний вообще узнал о существовании системы Сигнус.
Ни единого сигнала не поступало с поверхности планеты, в растущих городах-ульях и фермерских анклавах которой совсем недавно жили 3 миллиарда имперских граждан. Сигнус-Прайм погрузился в безмолвие и смерть, и произошло всё это задолго до прибытия Кровавых Ангелов в пределы системы. Хорус отправил IX легион на освобождение процветающей цивилизации, оказавшейся под ударом хорошо известного врага — и всё же во всей обширной системе, от далёких окраин до самого сердца Сигнуса, воины Сангвиния не обнаружили ни малейшего объяснения загадочной судьбы его граждан, ни единого следа ксенозаражения. Всё указывало на то, что Сигнус встретил свой рок уже довольно давно, что приводило к самому главному вопросу: неужели Воитель умышленно отправил легион Великого Ангела в мёртвую и заброшенную систему, и если это было так — зачем он это сделал? Быть может, Хорус и сам был обманут — или же кто-то дезинформировал его об истинном положении дел в системе Сигнус?
Сангвиний поклялся в верности Воителю безоговорочно, не испытывая ни малейшей зависти к его возвышению над остальными примархами. Сама мысль о том, что Луперкаль мог целенаправленно заманить своего собственного брата и его легион в ловушку, чтобы проредить их ряды или уничтожить, была отвратительна Великому Ангелу. Если бы Хорус попросил Сангвиния пожертвовать своей жизнью или сыновьями во имя Императора и Великого крестового похода — Архангел Ваала охотно прошёл бы сквозь гибельное пламя, убеждённый в том, что его страдания оправданы и служат благой цели. Вероятно, даже тогда, даже после того, как Сангвиний узрел страшную судьбу обитателей Сигнуса, он по-прежнему сопротивлялся растущей уверенности в том, что его предали. Ввиду блокирующей астропатические передачи незримой пелены у Сангвиния не оставалось ни малейшей возможности провести очную ставку со своим братом — как и озвучить терзавшие душу вопросы. Будучи лидером, который гордился своей порядочностью и кодексом чести, Сангвиний просто-напросто не мог отказаться от принесённых клятв верности.
Когда могучая армада Кровавых Ангелов повисла на высокой орбите Сигнуса-Прайм — вместе с примархом, отвлечённым последствиями полученных приказов, судьбой Сигнуса и намерениями Воителя — IX легион постигла новая трагедия. Бессловесный вопль нечеловеческого ужаса, родившийся где-то посреди окутавшего планету мрака и каким-то образом пробившийся сквозь защищавшие легионную вокс-сеть шифровальные печати, обрушился на человеческий персонал флота. Проливаясь из вокс-решёток, консолей когитаторов и даже переговорных устройств слуг-сервиторов, пронзительный вопль был услышан каждой живой душой на борту каждого из кораблей, хотя записывающее оборудование не зафиксировало ни малейшего следа входящей передачи. Весь личный состав боевых кораблей, от окружённых пультами управления командных экипажей мостика до корабельных пехотинцев, дежуривших в герметичных реакторных отсеках, содрогнулся от боли и шока. Кровавые Ангелы оказались в западне, в самом сердце угнездившейся в системе Сигнус тьмы — и испытали болезненный удар по своему высокомерию, ибо атаковавший их неприятель оставался безнаказанным. Истинная битва за Сигнус-Прайм и души IX легиона должна была вот-вот разразиться.
Война в небесах
Багряные корабли IX легиона звенели от мучительных криков тех, кого Кровавые Ангелы поклялись защищать — и оказались не в силах выполнить свой долг. Архивные записи прикреплённых к экспедиции медикэ свидетельствуют, что в тот момент, когда на армаду обрушился сверхъестественный вопль, погибло порядка 50 000 мужчин и женщин — сравнительно небольшой процент рассеянных по всему флоту Кровавых Ангелов смертных. Пережившим первоначальный шок повезло лишь немногим больше — многие из них, поражённые кровоизлиянием в мозг или же внезапной, сокрушительной амнезией, безмолвно рухнули прямо на своих постах, в то время как других лишила рассудка захлестнувшая их психическая волна. Терзавшие людей страхи, сомнения и неуверенность, вызванные превращением Сигнуса в чудовищное кладбище, хлынули наружу — внутренние барьеры человеческих разумов словно бы ослабли под воздействием какого-то психического триггера, и палубы кораблей IX легиона погрузились в хаос. На борту некоторых из них толпы обезумевших членов экипажа отдались во власть бездумной ярости, разбивая и разнося на части хрупкое оборудование, на других они вступали в бешеные рукопашные схватки со всеми, с кем сталкивались на своём пути, а в ряде случаев корабли и вовсе оказывались охвачены полномасштабным мятежом.
Подразделения космодесантников на борту каждого из кораблей всеми силами пытались сохранить порядок, однако Легионес Астартес, превосходные воины и завоеватели, были плохо подготовлены для действий в роли полицейских. Сангвиний научил Кровавых Ангелов придавать особое значение жизням своих смертных союзников, в связи с чем легионеры оказались в крайне затруднительном положении. Враг мог ударить в любой момент — и пока на палубах бушевал бунт, IX рисковал остаться беспомощным перед вражеским ударом. Наиболее быстрым методом восстановления порядка могло бы стать применение силы, способной подавить наиболее сильные проявления ярости или паники, и некоторые другие легионы — в частности, сыны Пертурабо из IV — не стали бы колебаться ни на секунду. Впрочем, на борту некоторых кораблей отдельные командующие IX легиона действительно призвали подчинённых к оружию. Так, архейн Молгрен велел 11-й роте обезопасить командную палубу «Сияющего Рассвета» от объятой убийственной яростью толпы матросов, и, хотя на протяжении всего кризиса корабль оставался на боевом посту, в результате исполнения приказа Молгрена погибли 111 членов экипажа. Даже на борту флагмана примарха Сангвиния, «Красной Слезы», не обошлось без жертв среди личного состава, более того в результате так называемых «действий по сдерживанию» в наиболее пострадавших от последствий зловещего вопля участков корабля несколько Кровавых Ангелов получили ранения.
Впрочем, нескольким судам всё же посчастливилось избежать вездесущей анархии. На борту «Инфернального Джинна» не было зафиксировано ни единого случая гибели членов экипажа от руки своих сослуживцев или Легионес Астартес, однако команда корабля лишилась 18 человек после того, как обслуживающий персонал мостика впал в кататонию и фрегат столкнулся с крейсером «Магна Веридия». Постоянное повторение Литургии Крови архейном Элаем Джаннусом из 202-й роты, транслировавшееся по всему тяжёлому крейсеру «Ифрит Девять» с максимальной силой, позволило подавить беспорядки без кровопролития. На борту ковчега Механикум «Сигма-954» произошли всего лишь несколько поломок среди палубных сервиторов низшего порядка, каждый из них вскоре заменили недавно активированными единицами, хотя в ходе сканирования коры дремавших боевых автоматонов и был отмечен едва заметный тремор. Единственным кораблём, сумевшим полностью избежать последствий психического крика, стала прикреплённая к армаде «Тёмная Страница» Несущих Слово, сохранявшая полную боеготовность на протяжении всего периода загадочной атаки с Сигнуса-Прайм.
Пока армада Кровавых Ангелов оставалась во власти безумия, вестей от Сангвиния не поступало. Официальная хроника кампании не содержит ни единого упоминания о примархе за весь период действия психического вопля, однако личные дневники иных участников похода в систему Сигнус свидетельствуют, что произошло нечто важное — и упоминание об этом возможном инциденте было опущено намеренно. Из подробнейших записей Херувимов — Алых Паладинов, стоявших на страже покоев Ангела и основных палуб «Красной Слезы» — вырезаны данные о событиях 18 минут наивысшего безумия, что развернулось на борту многочисленных кораблей армады. Не стоит и говорить, что подобный акт мог быть санкционирован исключительно в соответствии с прямым приказом примарха. Журналы Серафимов, Сангвинарной Гвардии, также указывают на вспышку волнений именно в тот час, когда Ангел изолировался внутри своего санктума в сопровождении 1-го капитана Ралдорона, магистра Сангвинарной Гвардии и 1-го среди Икисат Азкеллона, а также ещё 3 младших членов его ордена. Обширные труды архейна Ралдорона о Ереси Хоруса — сухая, но вместе с тем исчерпывающая хроника — по большей части молчат о действиях примарха как во время, так и сразу же после психического вопля.
Записей о событиях последующих 18 минут фактически не существует — Кровавые Ангелы лично вычистили практически все свидетельства о произошедшем из своих архивов. Единственные намёки на то, что примарх оставался в изоляции на протяжении всего периода безумия, охватившего его флот — это извлечения из обновлённых протоколов безопасности Икисат, как старейшие из Кровавых Ангелов именуют Сангвинарную Гвардию, а также выдержка из заявления капитана Ралдорона, данного им много лет спустя. Сразу же после того, как поразившее флот сумасшествие сошло на нет, Икисат по прямому указанию Азкеллона начали ограничивать число илотов-слуг, которым дозволялось войти в личные покои Ангела, до 2 человек — дабы «минимизировать живую массу, доступную для эфирного вторжения», более чем любопытный речевой оборот стоического Сангвинарного Гвардейца. Согласно инициированным протоколам защиты санктум примарха требовалось снабдить гексаграмматическими оберегами, что являлось прямым нарушением границ запретов Имперской Истины против суеверий. Подобные меры получили наибольшее распространение в позднейшие годы, и ныне они нередко используются для защиты небольших территорий от демонических вторжений. Предположения об использовании столь необычных мер в какой-то степени подтверждаются словами самого Ралдорона, который заявил конклаву бывших слуг Малкадора следующее: «Ни одна крепость и ни одно святилище не в силах устоять перед атакой демонов, и я лично видел доказательство тому как на Сигнусе, стоя рядом с моим господином, так и в иных, более мрачных местах». Поскольку очевидцы данного инцидента молчат о каких-либо возможных происшествиях, за исключением гибели приблизительно 6 высокопоставленных слуг легиона, мы можем предположить, что если демоническое вторжение и в самом деле состоялось, его целью была отнюдь не примитивная бойня. Напротив, врагу удалось удержать Сангвиния вдали от его сыновей в самый критический момент, вне всяких сомнений, действуя с помощью изощрённой лжи и полунамёков, хотя мы не в силах узнать, какими словами обменялись Великий Ангел и чуждый демонический разум. Впрочем, воздействие данной ситуации на армаду задокументировано гораздо лучше. Лишившись руководства примарха Сангвиния, каждый отдельно взятый корабль оказался посреди хаоса, пытаясь подавить вызванные эфирным криком панику и волну насилия. Неприятель нанёс идеально выверенный, мстительный и коварный удар по слабейшему месту IX — простым людям, которых так лелеяли Кровавые Ангелы. Человеческий экипаж присягнул IX легиону, смертные принесли клятвы верности и служения сыновьям Сангвиния, в то время как сам Великий Ангел оказался жертвой искусного обмана и не сумел их защитить.
Плотные боевые порядки Кровавых Ангелов начали рушиться, когда корабли потеряли управление — или, в нескольких случаях, сознательно изменили курс, некоторые ради того, чтобы избежать опасности, другие же — в стремлении сражаться. Именно здесь, в момент наибольшей уязвимости армады IX легиона, коварный враг явил своё лицо. Из-за плотного пояса обломков, скрывавших отравленный шар Сигнуса-Прайм, внезапно появилось великое множество кораблей — словно ожившие трупы, вырвавшиеся из разрытых могил. Казалось, что некоторые из них когда-то были пустотными кораблями из оборонительной флотилии системы Сигнус, однако их бронированные корпуса облезли, а металл превратился в грубое подобие крыльев, хватательных конечностей и когтей. Другие представляли собой перекрученные сгустки булыжников и металлического лома, захваченных какой-то неведомой силой и принявших образ мерзкой пародии над звёздными кораблями Империума. Каждое из вражеских судов казалось невозможным, неспособным существовать в соответствии с известными человечеству законами вселенной, и всё же они прыгали или плыли по космосу, словно ведомые одной лишь навязчивой идеей — сразиться против одной из мощнейших армад, когда-либо собранных слугами Империума. Глазам немногочисленных членов экипажей, продолжавших работать с сенсорами-авгурами своих кораблей, явилась сцена, возникшая прямиком из ночных кошмаров — ад, с давних пор отрицаемый Имперской Истиной, открылся пред их взором и обрушился на беспомощных людей. Демоническое воинство наконец-то обрело свою форму, и ему можно было противостоять в открытом сражении — теперь никто не мог отрицать существования демонов, но даже те, чья воля оказалась достаточно крепкой для противостояния эфирному крику, дрогнули при виде атакующего врага.
Разрыв времени и пространства
Как только армадой овладел хаос, а корабли-трупы вышли из поля обломков, по всему флоту Кровавых Ангелов отсчитывающие время атомные хронометры внезапно застыли вопреки всем известным законам молекулярной физики на отметке в 666666666.М31 и продолжали оставаться неподвижными до тех пор, пока IX легион не покинул систему Сигнус окончательно. Последняя нормальная временная отметка перед этим загадочным явлением остановилась на дате 365329005.М31 — так что по прибытии в Царство Ультрамар в 010.М31 Кровавые Ангелы установили, что оставались заперты в скоплении Сигнус на протяжении 5 долгих лет.
Таким образом, отметка 365329005.М31 представляет собой поворотный момент, после которого любые внутренние показания корабельных авгуров IX легиона перестают считаться надёжными, а все без исключения журналы характеризуются огромным количеством искажённых данных и помех. Даже личные записи членов экипажа становятся трудными для восприятия — многие из них беспорядочны и бессвязны, в то время как другие противоречат друг другу в важнейших деталях. Присутствие некоторых ключевых членов экипажей отмечается в нескольких разных местах одновременно, в то время как упоминания о других и вовсе отсутствуют. По крайней мере в 19 различных эпизодах Кровавые Ангелы, считавшиеся мёртвыми на протяжении многих лет, отмечены в качестве активных участников боевых действий. Похоже, что какое-то зловредное воздействие исказило восприятие действительности большей части личного состава, что в немалой степени напоминает о событиях последней битвы за Просперо. Среди всех участников похода только примарх Сангвиний, несколько его ближайших офицеров и магос-домина Шурол остались незатронутыми данным безумием, и именно свидетельство этих людей составляет основу заключительной части настоящего трактата.
«...и Ад следовал за ними»
Флотилия железных трупов обрушилась на рассеянную армаду Кровавых Ангелов, поливая корабли IX потоками эфирного пламени, способного гореть даже в вакууме, и орудуя раздирающими когтями из стали и костей. Дрейфующие вдали от флота или намеренно вышедшие из строя суда стали одними из первых жертв свирепой атаки. Двигательные отсеки «Пылающей Гривы» оказались во власти полномасштабного бунта, в связи с чем этот корабль, разорванный на куски стальными псевдоподиями и каменными клыками, стал первой — но отнюдь не последней — жертвой разгорающегося сражения. В общей сложности 8 кораблей капитального класса и около дюжины меньших штурмовых судов были уничтожены, прежде чем Кровавые Ангелы сумели перегруппироваться. Общий счёт потерь мог бы оказаться ещё выше, если бы тяжёлый крейсер «Ифрит Девять» не врезался в наступающую массу адских кораблей, используя свою колоссальную тушу для защиты повреждённых звездолётов на флангах армады. «Ифриту Девять» удалось выстоять благодаря поддержке ковчега Механикум «Сигма-954», чьи копья тёмного огня разили врага без жалости и сожалений, а экипаж оставался на своих местах, невзирая на утечку кислорода с нескольких палуб.
Тем не менее, принесённые в жертву безжалостной арифметике войны члены экипажей «Ифрита», «Сигмы» и нескольких других кораблей позволили основной массе флота восстановить контроль над ситуацией. Перед лицом непосредственной угрозы и продемонстрированного соратниками мужества Кровавые Ангелы и их смертные слуги быстро сплотились воедино. Меньшие силы оказались бы сокрушены безудержной свирепостью вражеского натиска, тем более адские корабли полностью игнорировали собственную безопасность и заботились исключительно об уничтожении боевой силы противника, однако даже в условиях подобного хаоса Легионес Астартес было не так-то просто сломить столь примитивной атакующей тактикой. Высшие командиры на борту наиболее крупных и мощных линейных кораблей использовали любые средства, чтобы добиться повиновения своих заблудших подчинённых и совместными усилиями формировали из раздробленных эскадрилий могучие оборонительные формации. «Красная Слеза», «Завет Ваала», «Игнис», «Золотая Чаша» и другие капитальные корабли класса «Ультима» обратили огонь своих орудий против наступающей орды; каждый из этих кораблей был грозной пустотной крепостью, за которой следовали меньшие корабли армады.
Артиллерийские батареи линкоров IX легиона накрыли адский флот завесой безудержного разрушения; Кровавым Ангелам удалось отразить первый удар чудовищного врага, так что на высокой орбите Сигнуса-Прайм мало-помалу начало образовываться второе кольцо из колоссальных обломков уничтоженных кораблей-трупов. И всё-таки даже убийственной мощи «Красной Слезы» и её могучих собратьев оказалась недостаточно, чтобы остановить казавшийся бесконечным рой атакующих живых кораблей и уродливых крылатых химер.
На корабли меньших размеров, линейные крейсеры и стремительные эскортники, легла обязанность по организации точечной обороны — во многом по той причине, что их командующим удалось довольно быстро восстановить полный контроль над своими экипажами. Блокирующие поля артиллерийского огня стали надёжным щитом для линкоров и других кораблей, оказавшихся в уязвимом положении. Настолько сложная трёхмерная тактика пустотных сражений могла показаться невероятно сложной стороннему наблюдателю, однако для закалённых экипажей IX легиона она давным-давно стала привычной рутиной — благодаря сочетанию укоренившегося в их душах опыта боевой подготовки и участия в бесчисленных сражениях суровые звёздные моряки сумели избавиться от поразившего их шока и неестественного страха. Флотские соединения Кровавых Ангелов постепенно начали восстанавливаться в качестве единой боевой силы; казалось, что объединённая огневая мощь армады сумеет сдержать наступающую лавину адских кораблей. Однако эти порабощённые суда оказались далеко не единственным оружием, обращённым против примарха Сангвиния — и, конечно же, далеко не самым смертоносным.
В самый разгар сражения, когда львиная доля боевых кораблей армады стремилась удержать врага на расстоянии даже при минимальном числе боеспособных членов экипажа, «Тёмная Страница» незаметно открыла брешь в сложной оборонительной формации, защищавшей сердце флота — флагман Кровавых Ангелов «Красная Слеза». Это предательство оказалось практически незамеченным в хаосе битвы, и даже после того, как оно свершилось, многие из Кровавых Ангелов отказывались признать, что их собратья космодесантники повернулись к ним спиной — по мнению легионеров, «Тёмную Страницу» могло постигнуть какое-то бедствие, однако последующие события подтвердили вероломство сыновей Лоргара. Орудия «Тёмной Страницы» хранили молчание; её экипаж с интересом наблюдал, как адские корабли проходят сквозь открытую Несущими Слово брешь в обороне. Большинство других кораблей, находившихся в непосредственной близости от «Красной Слезы», были заняты защитой своих собственных участков, а потому не могли оказать флагману существенной поддержки; единственным исключением стал «Ифрит Девять», чьи орудия главного калибра всё ещё оставались неработоспособными после тяжёлых повреждений на ранних этапах столкновения. По приказу архейна Джаннуса двигатели «Ифрита» активировались и взревели в полной боевой готовности, после чего повреждённый тяжёлый крейсер резко рванул вперёд, врезавшись в одно из громадных демонических судов, угрожавших «Красной Слезе». Потеряв управление, сцепившиеся корабли начали своё долгое падение, затянутые в тиски гравитационных сил Сигнуса-Прайм, однако на подмогу благородному Джаннусу и его воинам тут же отправились спасательные капсулы IX легиона. Второй из агрессоров пал жертвой тяжёлых орудий флагмана, однако третьему удалось-таки добиться своей цели — корпус уродливого судна изогнулся и раскололся, зажав в своих клещах «Красную Слезу» и извергнув орду извращённых тварей внутрь корабля.
На нижних палубах «Красной Слезы» бушевала грозная битва против ползучих ужасов, в то время как не ведающие жалости порождения ночных кошмаров бродили по коридорам, оставляя за собой груды мёртвых тел. Флагман Кровавых Ангелов был домом для нескольких тысяч лучших воинов легиона, однако они были рассеяны по всему громадному кораблю и лишь немногие оказались готовы к коварному удару врага. Благодаря отважному самопожертвованию ближайших к разрыву воинов Кровавым Ангелам и их союзникам удалось усилить оборону и сохранить судно в относительной целости. Несмотря на проявленную сынами Сангвиния доблесть, их потери продолжали расти: легионеры изо всех сил старались очистить корабль от чужаков и спасти тех, кто не мог защитить себя сам. Несколько отрядов, сражавшихся в переполненных ранеными отсеках экипажа, оказались отрезаны от поддержки своих товарищей и окружены мерзкими отродьями варпа; неожиданное спасение пришло к ним в облике воинов-эфоров Легио Кустодес, чьи несравненные боевые навыки быстро повернули ход сражения в иную сторону. Нижние палубы удалось спасти благодаря прибытию Космических Волков под командованием тана Красного Ножа; грозные воители Фенриса сумели запечатать пробоину в корпусе флагмана. Действуя как единое целое, разрозненные силы на борту «Красной Слезы» обратили в бегство демоническую орду — но в скором времени поняли, что изворотливому противнику всё же удалось воплотить в действие свой чудовищный замысел.
Пока облачённые в алый, золото и цвет штормового неба герои бились и умирали в тёмных корабельных трюмах, поворотные для дальнейшей истории события разворачивались на командном мостике «Красной Слезы». Сила, определившая исход данного сражения, заключалась не в огне и стали, а в воле и разуме. Психическое воздействие на разум командования кораблём оказалось поистине разрушительным по своей мощи — и то, что произошло с могучим флагманом Кровавых Ангелов, толкнуло легионеров и их слуг к краю пропасти. В будущем легионеры IX озаботились тем, чтобы скрыть имя ответственного за произошедшую катастрофу офицера, однако факт остаётся фактом — некто из командного состава «Красной Слезы» впал в отчаяние, перебил собственных товарищей и уничтожил основные приборы управления кораблём. Неуправляемая «Красная Слеза» рухнула с орбиты подобно сломанному ангелу, крылья яркого пламени озарили траекторию его падения сквозь атмосферу Сигнуса-Прайм. Гравитационные силы планеты однозначно разорвали бы на части любой корабль меньших размеров, однако «Красная Слеза» представляла собой один из немногих оставшихся в строю пустотных левиафанов из флота самого Императора. Будучи заложенным на орбитальных верфях Юпитера и улучшенным с помощью уникальных знаний марсианских адептов, этот корабль во стократ превосходил другие корабли своего класса. Пускай спуск на поверхность стал суровым испытанием, пускай корпус флагмана почернел и лишился изрядной части своей бронированной обшивки, спрятанные в самом сердце могучего корабля основные отсеки остались неповреждёнными даже после того, как нос «Красной Слезы» врезался в искажённую поверхность Сигнуса-Прайм.
Крушение «Красной Слезы»
В своём огненном падении с орбиты «Красная Слеза» высекла колоссальный шрам на поверхности Сигнуса-Прайм, но если её внешние покровы были изуродованы и разорваны, внутренняя структура корабля избежала повреждений. Все первичные функции флагмана оставались нетронутыми и готовыми к работе, однако вместе с тем практически 80% его вторичных функций оказались неработоспособными — некоторые после прямого повреждения, другие после каскадной перегрузки силовых и вентиляционных систем. Несмотря на то, что внутренние переборки, вокс-сети и 4 внешних блока авгуров продолжали функционировать, основные орудийные батареи полностью вышли из строя, и только 7% оборонительных орудий могли вести огонь. Что ещё хуже, двигатели флагмана получили критические повреждения, и без значительного объёма ремонтных работ великий корабль был обречён навеки остаться на поверхности Сигнуса — бесславный конец для гордого боевого корабля.
Личный состав экипажа «Красной Слезы» и прикомандированные отряды Легионес Астартес, согласно свидетельствам очевидцев, понесли тяжёлые потери. Многие из них погибли, другие получили травмы различной степени тяжести, и немногочисленные медпункты, остававшиеся в рабочем состоянии, уже в скором времени были переполнены страдающими, израненными людьми. Лорд Сангвиний лично велел отдавать приоритет в спасении смертному экипажу, в то время как Легионес Астартес приходилось полагаться на собственную сверхчеловеческую стойкость, дабы компенсировать переломы конечностей и менее серьёзные травмы внутренних органов. В общей сложности на борту «Красной Слезы» оставалось 734 полностью боеспособных космодесантников и ещё 912 воинов, чьи ранения были не слишком значительны и не помешали бы им сражаться. Кроме того, вступить в бой были готовы 36 уцелевших Космических Волков и 34 кустодия, а также сам примарх и несколько старших офицеров IX легиона, находившихся на борту во время крушения. Наконец, к числу потенциальных защитников флагмана следовало добавить около 3 000 выживших членов флотских экипажей, однако лишь 600 из них были обучены сражаться и могли представлять собой хоть какую-то ценность в открытом бою.
В целом, несмотря на полученный ущерб, «Красная Слеза» оставалась хорошо защищённой крепостью и идеальным плацдармом для любого наземного наступления. Её внешний корпус представлял собой барьер, равный любой из стен могучего бастиона, и воины внутри могли удерживать этот оплот против любого привычного врага до тех пор, пока не разгромят его. Если бы не природа противостоящего Кровавым Ангелам противника и не обращённое против них оружие, история вполне могла бы пойти по совершенно иному пути.
Рождение проклятий и легенд
Конфликт в небесах над Сигнусом-Прайм практически достиг своего апогея. Сангвиний угодил прямиком в самое сердце тщательно расставленной западни Лоргара, будучи отрезанным от колоссальной огневой мощи армады, в то время как его легион оказался в крайне уязвимом положении. Изменникам оставалось всего лишь перейти к заключительной части уничтожения Сигнуса, загнав Кровавых Ангелов в угол и высвободив тёмный потенциал легиона, что Лоргар и его союзники узрели в душах сыновей Великого Ангела — и всё-таки некоторые из кусочков мозаики оказались совсем не на своих местах. Падение «Красной Слезы» должно было стать смертельным ударом по боеспособности и боевому духу IX легиона, и всё же этого так и не произошло — утрата флагмана, казалось, только сплотила уцелевших яростной решимостью, и война в небесах продолжилась с новой силой. Сангвиний и его сыновья на борту «Слезы» всё ещё держались своих убеждений о победе в честной борьбе, однако будущее готовило для Кровавых Ангелов ещё более страшные испытания. Действия легиона в решающей битве, равным образом как и поразившие его изменения, определят исход всей кампании — а возможно, и судьбу всего Империума.
Само сражение уже давным-давно увековечено в эпической поэме «Падение Ангела», написанной летописцем Александром Понтифом спустя годы после прорыва осады Терры. Поговаривают, что досточтимый летописец воспользовался свидетельствами из сочинений усопшего примарха, однако этот фантастический рассказ по большей части фиксируется на символизме и знамениях, а не на деяниях Великого Ангела. Хотя эти события, вполне заслуживающие именоваться бессмертными в нашу эпоху, действительно сыграли решающую роль в исходе сражения и дальнейшей судьбе легиона в целом, важны отнюдь не только они, ибо история каждого из легионов не ограничивается одним лишь примархом. Отдельные судьбы простых легионеров во время финальной битвы — вот наиболее полное сказание об ужасном проклятии, что обрушилось на легион во время боёв за Сигнус-Прайм, и именно благодаря жертвенности и победам Кровавых Ангелов определилось будущее как самого легиона, так и его повелителя.
Когда Сангвиний завершил осмотр нанесённых его флагману повреждений, он собрал выживших ради продолжения борьбы — примарх сознавал, что новый удар врага не заставит себя долго ждать. Легионеры сплотились вокруг своего отца и господина в полной готовности к грядущему испытанию их воли, мужества и решительности. 1-й капитан Ралдорон воззвал к командованию кораблей на орбите — в первую очередь к тем, кто мог выйти из боя без значительного ослабления общей мощи армады IX легиона. Хотя адские корабли над Сигнусом-Прайм не прекращали своих атак, недостатка в добровольцах не было. Более того, отдельные капитаны трёхсот рот отчаянно боролись за возможность оказаться в числе избранных, достойных встать плечом к плечу со своим примархом в его благородном походе во имя освобождения Сигнуса-Прайм, однако ни один из командиров, оставшихся на своём посту ради обеспечения безопасности флота, не вздумал жаловаться на судьбу и критиковать приказы вышестоящих. Это были не импульсивные Волки Фенриса и не бунтарские сыновья Конрада Кёрза, и хотя каждый из облачённых в алый воинов обладал не меньшим пылом, чем любой из собратьев по легиону, все они понимали, что во имя благородной победы порой приходится пожертвовать своими желаниями ради общего блага.
Пока в небесах Сигнуса-Прайм сражались воплотившиеся кошмары из камня и плоти, привычный способ орбитального десантирования был бы равносилен самоубийству. В связи с этим флотские командиры приняли иное решение — наиболее скоростные и лёгкие крейсеры армады организовали то, что со стороны казалось попыткой прорыва сквозь рой окружавших их адских кораблей, отчаянным манёвром в стремлении пробиться сквозь вражеский строй и достичь открытого пространства за орбитой. Жестокость схватки поражала воображение — во многом по той причине, что многие члены флотских экипажей IX всё ещё оставались небоеспособными. Избежать повреждений не удалось ни одному из отправившихся на прорыв кораблей, «Чешуя Дракона» и «Круг Зодиака» понесли настолько серьёзный урон, что были вынуждены выйти из боя, несмотря на острую потребность в способных сражаться боевых единицах. Этот исполненный великой жертвенности шаг позволил нескольким крупнейшим кораблям армады прорваться сквозь ослабевшие вражеские силы на низкой орбите и выбросить в болезненно-жёлтые небеса Сигнуса-Прайм множество десантных капсул и штурмовых шаттлов.
Там, на поверхности, взору упавших с небес космодесантников было явлено зрелище, воодушевившее каждого из сыновей Сангвиния. За каких-то несколько коротких часов искорёженный корпус «Красной Слезы» превратился в могучую крепость, и кроваво-красное знамя Сангвиния воспарило над разбитой командной палубой. Именно там собрались 80 000 Кровавых Ангелов, сжимавших в руках знамёна практически каждой роты и ордена IX легиона. Сопровождали их небольшие отряды Хранителей и Космических Волков, которым посчастливилось уцелеть. Началось составление плана последующих действий — разведчики обнаружили крепость аккурат напротив «Красной Слезы», и именно она была выбрана в качестве цели последующей атаки. Хотя природа данной твердыни не поддавалась простому описанию, её явно построили не без участия существ, жестоко унизивших Кровавых Ангелов в многочисленных ловушках по всей системе, в то время как на стенах её развевались стяги вероломных Несущих Слово. Одного этого хватило, чтобы избрать цитадель в качестве первоочерёдной цели. Более того, сам Сангвиний повелел сокрушить этот гнусный вертеп, не обращая ни малейшего внимания на советы нескольких своих лейтенантов, считавших, что разумнее было бы укрепить подступы к «Красной Слезе» и ожидать, когда флотские соединения возьмут контроль над небесами планеты. И всё же правосудие Архангела Ваала не могло откладываться вечно, как не мог вечно сдерживаться и гнев его — по одному-единственному слову лорда Сангвиния Кровавые Ангелы наконец-то собрались для войны, дабы получить со своих врагов кровавую плату за весь тот вред, что те причинили Империуму.
Огонь в небесах
Падение «Красной Слезы» изменило темп сражения на орбите, хотя отнюдь не ознаменовало собой его конец. Выход из боя могучего линкора и очевидное предательство тех, кого легионеры IX считали своими братьями, способствовали смене тактики обеими сторонами. Для Кровавых Ангелов происходящее превратилось в священную битву во имя воссоединения со своим примархом, в то время как их враги, казалось, только приветствовали возможность удержать армаду на высокой орбите. Противник не просто превосходил Кровавых Ангелов в численности — его резервы казались поистине неисчерпаемыми. Каждый из отдельно взятых кораблей под стягом примарха Сангвиния по всем параметрам превосходил сражавшееся против них демоническое отродье, однако с каждой минутой флотские силы IX продолжали слабеть, в то время как бесчисленные «адские корабли» не ведали усталости. Новым флагманом армады стал «Завет Ваала» под командованием архейна Хальбета из 14-й роты — этот воин славился своей осторожной стратегией, однако в его компетентности сомневаться не приходилось. Согласно его приказу, важнейшим приоритетом для кораблей Кровавых Ангелов должно было стать единство флота; в условиях численного перевеса со стороны неприятеля следовало перейти к обороне. Тяжёлые крейсеры и линкоры должны были создать нерушимый заслон вокруг менее защищённых кораблей с помощью своей могучей артиллерии, в то время как более лёгкие суда вставали на стражу заранее отмеченных секторов, стремясь обезопасить своих более крупных собратьев от самоубийственных атак наиболее мелких адских кораблей. После битвы за Сигнус-Прайм отдельные критики обвинили архейна Хальбета в излишней осторожности и поставили ему в вину тяжёлые потери в бою на поверхности; по их мнению, лобовая атака могла сокрушить вражеский строй и позволить армаде пролить смерть на бесчисленные полчища внизу. Сегодня мы не в силах дать однозначный ответ на вопрос о справедливости высказанных претензий. Гораздо важнее другое — невзирая на подавляющее превосходство врага и его нечеловеческую жестокость, армада Кровавых Ангелов завершила битву на орбите, потеряв менее 10% своей активной боевой мощи. Если бы командование над флотом принял более свирепый офицер, он бы не замедлил поспешить на помощь Сангвинию, возложив на алтарь спасения примарха большую часть кораблей — что с учётом предстоящих испытаний вполне могло обречь IX легион на полное уничтожение в последующие годы.
В пасть Преисподней
Поверхность Сигнуса-Прайм, призванная стать ареной для возмездия Кровавых Ангелов, представляла собой не более чем обширные поля зловонной грязи и битых камней. Вокруг не было ни малейших признаков погибшей цивилизации, более того — легионеры не наблюдали никаких реальных ориентиров, в то время как с небес изливался дождь из серы и пепла, уменьшающий видимость до нескольких десятков метров во всех направлениях. Первоначальные попытки произвести картографию территории между «Красной Слезой» и Собором Знака по большей части потерпели неудачу ввиду аномальной тектонической активности мёртвого мира: поверхность под ногами космодесантников менялась и сдвигалась, не обращая ни малейшего внимания на любые попытки зафиксировать её. Таким образом, первоочередная задача грядущей кампании заключалась в том, чтобы привести некое подобие порядка в постоянно меняющийся окружающий ландшафт, нанести секторную сетку на пустынные равнины и сформировать на основе полученных данных план грядущего противостояния.
В качестве цели первоначальной атаки были выбраны центральные сектора, от Дельты-05 до Эты-08. Этот участок казался наиболее удобным плацдармом для последующего штурма расположенного напротив «Красной Слезы» колоссального собора, однако Кровавые Ангелы понимали — любой мало-мальски разумный враг приложит максимальные усилия на организацию эффективной обороны. Таким образом, основным силам собравшейся на поверхности Сигнуса-Прайм армии предстояло захватить этот район и укрепить позиции перед решающим штурмом; мало кто из великого множества Кровавых Ангелов сомневался в скорой победе, учитывая присутствие примарха и лучших его сыновей. Двигатели тысяч бронетранспортёров взревели вокруг превратившегося в крепость флагмана IX легиона; Кровавые Ангелы в приподнятом настроении начали строиться в боевые порядки, ожидая быстрой и решительной победы, невзирая на недавние события, что привели их к этому моменту. Повсюду звучали аплодисменты и боевые песнопения, заглушавшие собой даже рёв моторов бронетехники. Величественный Сангвиний лично отдал приказ к наступлению, расправив сверкающие белизной крылья и занеся серебряный клинок над отравленным горизонтом.
Собор Знака
Сложно поверить, что настолько громадное сооружение могло остаться незамеченным — и всё же ни результаты предварительной разведки, ни даже орбитальные снимки не смогли воспроизвести структуру объекта вплоть до момента его проявления на широкой равнине приблизительно в 70 километрах от «Красной Слезы». Расположение объекта казалось столь же подозрительным, как и его внезапное появление; дислокация Собора не имела никакого стратегического значения и служила одной-единственной цели — продемонстрировать заманчивую цель для неприятеля, стремящегося обрушить свою ярость на вражьи головы. Любой компетентный военачальник с самого начала счёл бы это самой очевидной ловушкой, и всё же Сангвиний принял решение отдать приказ о полномасштабной атаке.
Великий Ангел ясно видел намерения врага, незаметные большинству Кровавых Ангелов. Противник знал — на Сигнусе Ангел будет сражаться не просто ради повторного завоевания падшей во тьму звёздной системы, но во имя будущего IX легиона и всех своих сыновей. Собор Знака был прямым вызовом — вызовом, проигнорировать который было нельзя.
Бронированный клин готовых к бою «Лендрейдеров» и «Сикаранов» устремился прямиком во мрак, пронзая окружающую тьму пылающими фарами и рассеивая ужасающую скверну, покрывавшую поверхность Сигнуса-Прайм. Передовой отряд из нескольких разведывательных и сталкерских подразделений IX легиона изучил подходы к цели перед атакой и обнаружил на удивление незначительное число укреплений или следов оборонительных линий, предназначенных для отражения удара Кровавых Ангелов. Не встречая сопротивления, бронированный наконечник копья IX легиона должен был достигнуть Собора Знака в течение стандартного часа, однако случиться этому было не суждено — на пути Кровавых Ангелов возник последний из уцелевших осколков былого Сигнуса-Прайм. Из-за пелены пепельного дождя с дикими воплями вырвались последние обитатели планеты, спасения которых так жаждал примарх Сангвиний — они незамедлительно атаковали легионеров, не переставая визжать даже перед лицом смерти. У этих оборванных дикарей было мало общего с гордыми гражданами Империума: одетые в лохмотья и вооружённые лишь дубьём да камнями, они казались скорее животными, чем людьми. То была лишь крошечная толика громадного населения прежнего Сигнуса, и всё же орда насчитывала десятки тысяч дикарей, которые без колебаний обрушились на Кровавых Ангелов, остановив продвижение бронетанковой колонны собственными телами.
Воздух содрогался от грохота орудий IX легиона, однако Легионес Астартес оказались не в силах остановить атаковавшую их орду. Падшие граждане Сигнуса словно бы жаждали принять смерть от рук своих спасителей — нам неведомо, какие муки они познали после опустошения своей родины, но обрушившиеся на жителей испытания полностью сломили их, лишили былой человечности и заставили связать свои тела и души с завоевателями. Сангвиний был вынужден отступить, не в силах убивать тех, кого поклялся спасти, и бронетанковый клин Кровавых Ангелов увяз в развернувшейся резне. С тяжёлым сердцем примарх остановил наступление и приказал выдвинуться вперёд колоннам пехоты. Расчистить дальнейший путь предстояло легионным разрушителям, известным под именем Слёз Ангела. Мрачные обликом и всегда решительные в своих действиях, Эрелимы в серебряных масках обрушили на Сигнус-Прайм новый круг ада.
Массивные болтеры пехоты Кровавых Ангелов вместе с огнемётами и роторными пушками Эрелимов отбили первую атаку, оставив после себя лишь трупы и даровав погибшим безумцам окончательный мир в жестокой смерти. Увы, это была всего лишь временная передышка — IX легиону пришлось противостоять практически непрерывным атакам, в связи с чем продвижение вперёд замедлилось до предела ввиду колоссального количества врагов. Впрочем, неприятельские действия скорее преследовали цель сорвать наступление легиона и разделить отдельные колонны авангарда для последующего удара, нежели нанести Кровавым Ангелам серьёзный урон. Когда наиболее медлительные части воинства наконец-то достигли переднего края наступления, в бой вступили эскадроны линейных танков «Кратос» из резервных арсеналов «Красной Слезы». В своё время «Кратосов» вытеснили более скоростные и универсальные машины наподобие вездесущего «Хищника», и всё же они продолжали оставаться неплохим средством поддержки пехоты, так что тяжёлые орудия танков-ветеранов сумели быстро расчистить дальнейший путь легионерам. Праведная ярость Эрелимов и вспомогательных пехотных эшелонов в сочетании с буквально косившими нападавших картечными снарядами «Кратосов» позволили авангарду Кровавых Ангелов продолжить наступление.
За неполные 3 часа битвы Кровавые Ангелы пожали множество жизней, но продвинулись вперёд меньше чем на 40 километров. Кровавый след из чудовищно изуродованных тел отмечал их путь — в равной степени символ успеха и неудачи, поскольку каждый из погибших представлял собой очередную потерю в миссии по спасению Сигнуса. Пожалуй, это было наиболее жестокое оружие из всего, что когда-либо обращалось против крылатого примарха — необходимость заставила его сынов превратиться в самых что ни на есть обыкновенных мясников, и каждый болтерный выстрел, каждый предсмертный крик ранили примарха больнее любого клинка. В глазах Сангвиния триумфальное продвижение легиона омрачилось кровью многих невинных, в связи с чем владыка Ваала провёл большую часть боя в уединении вдали от линии фронта, однако уже в скором времени положению дел суждено было измениться. Да, волны порабощённых людей ослабли перед лицом огневой мощи и твёрдой решимости Кровавых Ангелов, но среди них уже начали проявляться новые враги. Эти извращённые существа были очень похожи на тех, с кем легион уже сталкивался на Та-локе и Сколтруме; каждое из них представляло собой монструозную химеру, порождённую мифами и суевериями Древней Терры и дюжины других миров. Поначалу они были немногочисленны и невелики ростом, не доставляя особых проблем космодесантникам, однако по мере дальнейшего продвижения твари становились всё больше и больше — пока, наконец, Кровавые Ангелы не остались наедине уже не с кое-как вооружённой ордой рабов, а с роем воплотившихся кошмаров, многие из которых возвышались даже над самыми могучими боевыми машинами IX легиона.
Именно тогда Великий Ангел явил себя вновь — облачённый в броню холодной ярости и со сверкающей сталью в руках. Его враг наконец-то оказался на расстоянии удара, и примарх дал выход первым порывам своего гнева, орудуя мечом с удивительным мастерством и неся погибель даже самым крупным варповым великанам. Возвращение ангелокрылого владыки на передовую воодушевило его сыновей сражаться с новой силой, и со смертью каждой новой твари боевой дух легионеров возрастал. Они оказались в хорошо знакомой им битве — против врага, с которым можно сойтись клинком к клинку, врага, которого можно было уничтожить. Сыны Ангела верили, что теперь они смогут биться на своих условиях и одержать победу. Одна за другой роты рвались вперёд, соревнуясь в возможности пробить кровавую тропу к сражавшемуся на пике наступления примарху. Сражавшиеся в терминаторских доспехах воины 5-й и 9-й рот израсходовали столько боеприпасов на пути к заветной цели, что их боекомплекты начали иссякать, и даже отточенные до бритвенной остроты боевые клинки 5-й роты притупились. Архейн Молгрен и гордые бойцы 11-й роты бились плечом к плечу с ветеранами 24-й, непоколебимые в своей преданности Великому Ангелу даже после того, как сама земля вокруг них пошла трещинами и раскололась, извергнув наружу новые рои омерзительных тварей.
Сражавшиеся в окружении громадных толп чудищ, выродков и зверей Кровавые Ангелы не обращали ни малейшего внимания на численное превосходство своего противника и ни на секунду не замедляли темпа наступления. Более того, упорство вражеского сопротивления лишь сильнее разжигало их праведную ярость и побуждало сражаться с ещё большей самоотдачей. Каждый из раздувшихся троллей, врезавшихся в линейные танки «Кратос» и бронетранспортёры «Лендрейдер», являл собой всего лишь очередной трофей, ожидавший сбора; каждая из ревущих стай химер уничтожалась безо всякого сожаления, и всё же это не приносило удовлетворения жажде мести за истреблённых людей Сигнуса. Доблесть и мастерство IX легиона были воистину неподражаемы — несмотря на ярость схватки, число погибших оставалось небольшим, раненые настаивали на своём праве продолжать биться в авангарде, в то время как получившие наиболее серьёзные ранения были отправлены к «Красной Слезе» на борту вышедших из строя после повреждений транспортов. Спустя 6 часов после начала битвы Кровавые Ангелы во главе с примархом Сангвинием наконец-то достигли координатной сетки Зета-07 в самом центре поля брани между «Красной Слезой» и Собором Знака. Именно там они столкнулись с тёмным, крылатым и гротескным отражением Великого Ангела — чудовищной тварью, ожидавшей начала кровавой работы среди вершин окрестных холмов, словно жестокое божество резни. В каждом из отчётов о последующей битве описание этого кошмарного создания немного отличается, однако все они сходятся в одном — едва Сангвиний шагнул вперёд, чтобы встретить чудовище с клинком в руках, морду твари исказила торжествующая улыбка.
Авангардное воинство
Основные силы легиона Сангвиния были собраны ради главного наступления — решающего удара прямиком в сердце вражеских сил. В его рядах можно было найти когорту величайших героев Великого крестового похода и опытнейших ветеранов среди всех Легионес Астартес — то было воинство, воистину достойное легенд. В общей сложности авангард Кровавых Ангелов насчитывал около 50 000 бойцов, организованных в 43 отдельные роты и несколько специальных отрядов — каждый из них гордо ступал под величественными стягами и сверкал полным набором геральдики и регалий. Они маршировали плечом к плечу с самим лордом Сангвинием, а потому ни один из воинов не упустил возможности облачиться в наилучшие из доспехов, найденных в арсеналах «Красной Слезы», и вооружиться соответствующим образом. Ниже приведено краткое описание воинства, действовавшего на основном из фронтов Сигнуса-Прайм.
Командный эшелон
На первых этапах сражения за Сигнус-Прайм общее руководство битвой осуществлялось верховным командованием легиона, координирующим свои действия с помощью уцелевших вокс-сетей «Красной Слезы».
- Сангвиний — примарх IX легиона.
- Азкеллон — 1-й среди Сангвинарной Гвардии.
- Ганциэль — 1-й среди Слёз Ангела.
- Ралдорон — 1-й капитан IX легиона.
Авангард
Авангард наступления Кровавых Ангелов состоял из львиной доли механизированных сил легиона, бронетехники и тяжёлой пехоты. Прикреплённые пехотные соединения по большей части шли в бой на борту войсковых транспортов «Носорог», «Лендрейдер» или «Мастодонт», либо были оснащены прыжковыми ранцами, дабы поддерживать единый темп наступления. Следующие роты Кровавых Ангелов действовали в полном составе: 1-я, 2-я, 4-я, 5-я, 7-я, 9-я, 10-я, 11-я, 14-я, 16-я, 24-я, 33-я, 34-я, 39-я, 57-я, 72-я, 88-я, 111-я, 131-я, 133-я, 144-я, 148-я, 155-я, 156-я, 158-я, 164-я, 211-я, 232-я, 244-я, 246-я, 251-я, 253-я, 259-я, 266-я, 267-я, 269-я, 270-я, 271-я, 282-я, 288-я, 291-я, 294-я, 295-я, 299-я.
Кроме того, вместе с ними сражались отряды существенно меньшей численности, представлявшие большую часть остальных рот IX легиона, каждая из которых стремилась продемонстрировать собственную символику рядом со своим примархом.
Воинство Левого Крыла
Будучи собранным для использования в качестве простых сил прикрытия основного наступления, левое крыло оказалось наименьшим из собранных для решающего сражения войск. Его командующие никогда не входили в когорту легендарных героев Империума Человечества, и воины под их началом не смели надеяться на что-то большее, кроме как горькая слава выполненного долга — в то время как легионеры из иных рот сражались в полной уверенности, что память об их деяниях останется вечной.
Командный эшелон
Хотя на начальных этапах сражения левый фланг сохранял вокс-связь с авангардными силами, воинство Левого Крыла действовало достаточно независимо, а его командиры принимали большую часть тактических решений самостоятельно.
- Эрейн Шурол — архимагос, прайм-локус «Капита Аквилэ».
- Астер Крон — центурион, временный командующий 94-й роты и прикомандированных на период кампании подразделений.
Левый фланг
53 уцелевших манипулы «Капита Аквилэ», состоявших из большого числа различных по классу и модификации боевых автоматонов, начиная от скромной разведывательной модели «Колеоптера» и заканчивая громоздкими осадными «Танатарами». 300 легионеров 94-й роты вместе с ещё 400 воинами других рот, чьи командиры сражались в небесах над Сигнусом-Прайм (включая большое количество почтенных дредноутов, пробудившихся ото сна во чреве «Красной Слезы»).
Воинство Правого Крыла
Действующим на правом фланге IX легиона силам, практически полностью состоявшим из медлительных артиллерийских машин наподобие танков «Медуза» и «Василиск», более мелких мобильных батарей «Рапира» и дредноутов «Дередео», была поручена важная задача — занять сектор Гамма-10 и обеспечить наступающим силам огневую поддержку. За этими силами был закреплён отряд пехоты, получивший приказ защитить технику в случае вражеского нападения и предоставить точные данные для стрельбы в случае отсутствия связи с кораблями на орбите.
Командный эшелон
- Бетрик Сизаль — архейн, командующий артиллерийским резервом.
- Хамона — почтенный дредноут-херувим, в прежние времена лорд Штормовых Ветров и принципал Алых Паладинов.
Правый фланг
Основные силы на правом фланге были разделены на 18 отдельных батарей, состоявших из мобильной артиллерии и могучих дредноутов — в совокупности около 300 тяжёлых машин, 518 «Рапир» и иных лёгких артиллерийских платформ, а также 73 древних. Воинство Правого Крыла сопровождали остатки 146-й и 19-й рот, каждая из которых понесла тяжёлые потери в ходе орбитального побоища и последующей высадки, в результате чего их совокупная численность не превышала 900 воинов. Уцелевшие бойцы 146-й роты оказались в основном тяжеловооружёнными отделениями огневой поддержки, в то время как 19-я по большей части состояла из прорывников и иных специалистов по боям в зонах морталис.
Резерв
Выбранные посредством жеребьёвки арьергардные силы получили задание охранять «Красную Слезу» — в равной степени ради защиты важнейшей реликвии IX легиона и для обеспечения безопасного укрытия на случай отступления войск. Тем не менее, потенциальным защитникам флагмана предстояло лишиться возможности полноценного участия в важнейшем из всех сражений за всю историю легиона, так что оставшимся в резерве бойцам приходилось утешиться мыслью о том, что на их плечи легло тяжкое бремя, необходимое для общей победы. В дополнение к одной-единственной 221-й роте на борту «Красной Слезы» осталась большая часть поклявшихся защищать чертоги примарха Алых Паладинов вместе с несколькими присоединившимися ко флоту воителями Легио Кустодес.
Командный эшелон
- Барбиэль — 1-й среди Алых Паладинов.
- Джерик Хальбет — архейн, командующий 221-й роты.
- Калимак Себран — префект, эфорой Легио Кустодес.
Контингент
Насчитывающая к началу сражения порядка 400 воинов, по большей части — линейных пехотинцев и отделения поддержки, 221-я рота сформировала костяк резервного воинства. Её командующий, архейн Хальбет, пользовался репутацией надёжного, пускай и лишённого воображения лидера, которому можно было доверить защиту «Красной Слезы» любой ценой. Наряду с линейными подразделениями в состав резервных сил вошли ориентировочно 300 Алых Паладинов, воинов одного из благородных орденов Первой сферы, служивших столь же надёжными стражами покоев примарха, как Серафимы — телохранителями его светлейшей персоны. Эти грозные бойцы, также известные как Херувимы, действовали вне основной командной структуры IX легиона и продолжали прилежное исполнение своих обязанностей, невзирая на состояние «Красной Слезы». Последними из защитников флагмана были кустодии, державшиеся в стороне от других воинов — хотя каждый из них доблестно бился против наступающих орд. Интересно отметить, что среди всех стражей «Красной Слезы» именно Легио Кустодес меньше всего удивились раскрывшемуся естеству своего врага.
Награда за службу
Над далёким левым флангом поля брани возвышалась тёмная и непроходимая завеса невысоких деревьев и искривлённого терновника. Не представляющие угрозы сами по себе, эти заросли служили идеальным прикрытием для вражеских сил, которые могли попытаться укрыться от приближающегося к Собору Знака авангарда — тем более что нездоровая аура Сигнуса-Прайм сводила на нет любые попытки орбитального сканирования. Будучи оставленными без внимания, искажённые рощи могли представлять серьёзную угрозу для операции против главного оплота врага, однако немногие из Кровавых Ангелов обрадовались бы своей доле оказаться в стороне перед лицом предстоящей битвы. В связи с этим эта неблагодарная участь выпала собравшемуся перед «Красной Слезой» контингенту воинов, не обладавших ни гордостью, которую можно было бы уязвить, ни потребностью в мести.
Безмолвные ряды боевых автоматонов «Капита Аквилэ» ожидали сражения на борту 3 чёрных транспортёров класса «Магаддон», созданных на далёком Анвиллусе. Энграммы искусственной коры их головного мозга не считали позором исключение из состава участников генерального сражения — более того, магос-домина Шурол прекрасно осознавала стратегическую необходимость подобного шага. Металлические бойцы Легио Кибернетика сформировали манипулы и двинулись вперёд практически в полном безмолвии и безо всякой помпы, сопровождавшей боевой выход основных сил Кровавых Ангелов. Рядом с ними маршировали мрачные воины 94-й роты, находившиеся под временным командованием центуриона Крона и всё ещё страдавшие от стигмат неудачной операции на Та-локе. Специализацией 94-й были перестрелки на близкой дистанции и разведывательные операции, в связи с чем легионеры данной роты отлично подходили для действий в качестве фланговых сил прикрытия. Впрочем, у репутации бойцов Крона была и гораздо более тёмная сторона — будучи пережитком старого, IX Несмертного Легиона, в глазах многих командующих из ближнего круга Сангвиния 94-я рота оставалась живым символом позорного прошлого.
Ступая под пологом тёмных и искривлённых ветвей, 94-я рота очень быстро осознала, что окружающий их лес столь же опасен, как и любая вражеская армия. Легионеры продвигались вперёд со значительными усилиями, словно сражались против как следует закрепившегося врага; ожившие древесные корни хватали бойцов и рвали их на части, в то время как шипы пронзали даже закалённый керамит. От скрытности и скорости быстро пришлось отказаться — фланговые силы были вынуждены воспользоваться огнемётами и большим количеством громоздких боевых автоматонов, чтобы проложить себе путь вперёд. Невзирая на сопровождающие продвижение через лес трудности, войско так и не встретило бесконечных вражеских орд, с которыми довелось биться авангарду Кровавых Ангелов. Ни один из падших жителей Сигнуса не бродил по лесу — только искажённые твари, словно рождённые из древних суеверий и мифов, да и то лишь небольшими группами. Они набрасывались на Кровавых Ангелов из засады, нисколько не заботясь о собственном выживании и причиняя легиону серьёзный урон, однако по какой-то неведомой причине выбирая своей целью только облачённых в алый Легионес Астартес и практически не обращая внимания на автоматоны, за исключением сражавшихся в ближнем бою металлических гигантов.
Руководствуясь неопровержимыми законами логики, требовавшими сохранения боевых единиц для последующих расходов, магос-домина Шурол приказала «Капита Аквилэ» выдвинуться вперёд и обезопасить линию фронта. В преддверие масштабного наступления осадные автоматоны «Танатар» обрушили на лес огненный шквал плазменных взрывов, сжигавших демонические деревья до состояния тлеющих угольков и превращавших в пепел всех и каждого, кто пытался укрыться в подлеске. Тем временем бесстрастные воители-автоматоны «Кастеллакс» сражались плечом к плечу с отделениями 94-й роты, защищая их от любых вражеских атак, а стремительные «Вораксы» с бритвенно-острыми косами вместо рук присоединились к разведывательным отрядам на рубеже атаки. Объединившиеся силы Легионес Астартес и Механикум стремительно продвигались вперёд среди бушующих пожаров и нечеловеческих воплей гибнущих деревьев, быстро опередив наступление Сангвиния и основных сил легиона на грязевых равнинах.
Спустя несколько коротких часов они достигли самого сердца леса, как и приказывал Великий Ангел. Позади них оставались лишь пепел и угли, цель была достигнута с таким жестоким усердием, что магос-домина Шурол сочла понесённые потери вполне приемлемыми. Хотя легионеры по-прежнему подвергались атакам существ, собиравшихся в небольшие стаи вокруг сражавшейся против Сангвиния великой орды, левые фланги легиона теперь были в безопасности. Безмолвные ряды автоматонов и рыскающие среди деревьев Кровавые Ангелы стояли на страже против любой сокрытой орды чудовищ, что могли угрожать генеральному удару Сангвиния. Как только центурион Крон передал по вокс-связи сообщение о своём успехе, его спутники узрели алое зарево со стороны холма, в направлении которого их генетический отец и повелитель направил свои силы — ужасающее сияние, которому суждено было сделать их триумф бессмысленным.
Незримая Длань
Вдали от основного центра боевых действий, на правом фланге великого воинства Кровавых Ангелов раскинулось множество скалистых образований: расколотые и раздробленные, они были буквально вбиты в пологие холмы какой-то невообразимой силой. Учитывая великолепный обзор широких равнин и высоких башен Собора Знака, стратеги IX легиона сочли данную позицию идеальным выбором для использования в качестве основной артиллерийской позиции и развёртывания частей огневой поддержки. Таким образом, медлительные бронетранспортёры и самоходные артиллерийские установки, извлечённые из арсеналов «Красной Слезы» и признанные неспособными поддерживать темп основного наступления, получили возможность принять участие в битве за Сигнус-Прайм. Получив приказ занять высоту и закрепиться, артиллерийские части при поддержке отдельных пехотных подразделений двинулись в бой.
Начальная стадия наступления развивалась столь же стремительно, как и у воинств, действующих на иных направлениях фронта — впрочем, гораздо более тихоходная самоходная артиллерия и дредноуты не могли сравниться с темпами продвижения основных сил примарха Сангвиния, действовавшими на центральном направлении. Как и в случае с авангардом, правое крыло в скором времени окружили обезумевшие остатки населения Сигнуса-Прайм — впрочем, число их было существенно невелико, что позволило тяжеловооружённым отделениям поддержки и неуклюжим дредноутам с лёгкостью отразить нападение. Однако неистово вопящие рабы представляли собой всего-навсего расходный материал, обыкновенное пушечное мясо, от которого требовалось не истребление Кровавых Ангелов, но их задержка — ведь для отражения атаки наиболее медлительным боевым единицам конвоя пришлось остановиться, чтобы открыть огонь. Не обращая внимания на колоссальную огневую мощь самоходных батарей «Рапира» и тяжёлой артиллерии, неприятель продолжал атаковать позиции Кровавых Ангелов без малейших колебаний и сомнений, в полной уверенности, что его действия позволят удержать легионеров на одном месте.
Волю Великого Ангела нельзя было игнорировать, словно приказы какого-то смертного генерала — сыновья Сангвиния всё ещё были живы и сохраняли волю к борьбе. Первую попытку прорыва возглавили воины 19-й роты: двигаясь за стеной из керамитовых щитов и болтеров, они прокладывали себе путь сквозь массу человеческих тел. Слабо вооружённые отбросы — последнее, что осталось от населения Сигнуса — не сумели сдержать удар легионеров, однако попытка контратаки была остановлена новым препятствием. На пути Кровавых Ангелов встали столь же массивные, как и сыны Ангела, фигуры в гранитно-серых доспехах, ответившие на наступление IX легиона серией ударов и засад, в результате которых несколько танков и самоходок были уничтожены. Несущие Слово явили свою суть, и на сей раз их верность была очевидной — отродье Аврелиана растоптало клятвы своим братьям и обратилось к служению тем, кто погубил Сигнус-Прайм и его народ.
Закованных в серый керамит изменников было гораздо меньше, чем их облачённых в алый собратьев, и всё же ни один из Кровавых Ангелов не сумел скрыть потрясения перед лицом необходимости сражаться против своих сородичей-космодесантников, действующих по приказу монстров, и их атака заставила сыновей Сангвиния дрогнуть. Наступление с правого фланга замедлилось и затормозилось, сменившись перестрелками на ближней дистанции и попытками связать боем атакующего врага, и в результате полностью остановилось в предгорьях сектора Бета-09. Несущие Слово всеми силами стремились удержать артиллерийский парк лорда Сангвиния вдали от главного сражения, а Кровавые Ангелы не обладали достаточным числом бойцов, чтобы отразить удар своих вероломных кузенов без значительных потерь со своей стороны. Когда Великий Ангел сошёлся лицом к лицу с тёмным князем Сигнуса-Прайм, легионерам на правом фланге оставалось лишь наблюдать со стороны, как тёмные, потрескивающие облака пепла и ужасающие молнии собираются на горизонте.
Мечты, обращённые в пепел
Ожидавшее легионеров в самом центре поля битвы существо являло собой невообразимый кошмар, воплощённый образ чистейшего безумия, преследовавшего многих Легионес Астартес алого воинства в лихорадочных снах за время кампании в скоплении Сигнус. Оно проявилось в облике гиганта, закованного в бронзовые латы и увенчанного чёрными рогами, каждый взмах его крыльев вызывал с небес ливень из прогорклой крови, а следом за ним двигалась орда меньших по размерам существ, чья багровая и бронзовая расцветка полностью соответствовала внешности их вождя. Численность нечистой орды была столь велика, что демонические отродья заполонили равнины до самого горизонта. То, с чем Кровавые Ангелы сражались прежде, было лишь малой толикой ожидавшего их сонма демонов. И всё же Великий Ангел и его сыновья не дрогнули — каждый из них верил в праведность своего дела, верил в то, что разгоревшийся в их сердцах гнев приведёт легион к победе, пускай все шансы и обернулись против них.
Кровавые Ангелы атаковали врага с рёвом, не уступавшим по своей ярости битве в небесах; вёл их самолично примарх Сангвиний, сражавшийся в окружении золотых фигур своих телохранителей и любимых капитанов. Упорядоченные колонны основных сил легиона Кровавых Ангелов продвигались вперёд под прикрытием шквала болтов и ракет, отбивая атаки неорганизованных вражеских полчищ словно нерушимая скала, сдерживающая удары волн; в скором времени авангард IX легиона был вынужден широко растянуться по всему фронту. Интенсивность наступления сынов Сангвиния позволила им пробиться вглубь демонической орды, в то время как сам примарх прокладывал путь прямиком к ожидавшей встречи зловещей фигуре демонического генерала, вошедшего в историю под именем Ка'Бандха.
Жестокость ближнего боя была поистине феноменальной — колоссальные орды врага теснили боевые порядки IX легиона со всех сторон. Нескладные, кричащие ужасы рубили ряды Кровавых Ангелов громадными тесаками из чёрного железа, рогатые твари прыгали средь сражающихся, гогоча и убивая, в то время как исполинские раздутые монстры крушили бронетехнику и боролись с дредноутами. Многие из легионеров встретили свою смерть, но другие продолжали сражаться, медленно, но верно укрепляя свои позиции и сохраняя уверенность в возможной победе. Сангвиний наблюдал за падением бесчисленных цивилизаций и руководил истреблением опаснейших ксенорас по всей Галактике — и покуда он возглавлял легион, пока он был готов вести его вперёд, к новым триумфам и бессмертной славе, ни один легионер не сомневался в успехе их борьбы. Но затем Ангел предстал перед архидемоном, и всё изменилось.
Сражение, бушевавшее прежде, оказалось не более чем прелюдией к тому, что последовало за встречей Сангвиния с архидьяволом Сигнуса-Прайм — ни одно из разрушений, нанесённых стрелковым оружием, клинками или когтями демонов, и близко не могло сравниться с тем, на что были способны Сангвиний и его злобный противник, а любой, кто пытался вмешаться в это титаническое противостояние, становился не более чем сопутствующей потерей. Когда два полководца сошлись в бою, ярость их ожесточённого противостояния побудила легионеров к ещё более самоубийственным подвигам, и прежде дисциплинированные отряды Кровавых Ангелов начали биться в твёрдой решимости сойтись с врагом лицом к лицу, как их примарх, и одолеть чужеродную скверну в ближнем бою. Обширные равнины Сигнуса-Прайм превратились в арену для практически первобытного способа ведения боя: алые Ангелы бились с бронзовыми демонами в топкой грязи Сигнуса-Прайм, клинки и закованные в керамит длани против костяных когтей и острых клешней. Ни одна из сторон не задумывалась ни о защите, ни о стратегии — только о резне и смерти, а в небесах над их головами белые крылья столкнулись с чёрными.
В тот день бушевали битвы, продолжительность которых не мог определить никто — Сигнус-Прайм оставался во власти таинственной временной аномалии, и оба воинства продолжали биться под зловещим взором осквернённого светила. Никто из участников сражения, сумевших пережить эту кровавую мясорубку и рассказать об увиденном, так и не сумеет вспомнить, как долго они дрались и убивали — но каждый прекрасно помнит момент, когда всё вокруг остановилось. На один-единственный страшный миг каждый из Кровавых Ангелов прекратил борьбу, будучи застигнутым аккурат посреди удара — глаза легионеров не могли оторваться от страшного зрелища, бросавшего вызов здравому смыслу. То был момент, когда победа отвернулась от них, когда надежда покинула поле брани, когда сама Галактика лишилась всяческого смысла. Момент, когда Великий Ангел пал и больше не двигался.
Ангел и демон
Этому столкновению суждено было указать путь обеим сторонам на долгие тысячелетия вперёд. В отличие от множества других сражений, оно решалось не одной лишь примитивной силой оружия. Два существа, каждое из которых было гораздо могущественней простого смертного, обменивались ударами, способными расколоть лучшие из доспехов и обрушить окружавшие их скалы — и всё же нанесённые каждым из них раны не имели серьёзного значения. Под давлением исполинского демонического зверя Сангвиний был вынужден перейти к сражению в небесах, девственно-белые перья Ангела и чёрные когтистые крылья архидемона рвали и терзали неприятельскую плоть, но ни один из противников так и не сумел нанести другому смертельный удар. Небеса вокруг сражавшихся гигантов дрожали, и едва они пали с небес на землю, до предела измотанные битвой и многочисленными ранами, сама поверхность планеты вокруг них пошла трещинами и раскололась — и всё же заклятые враги нашли в себе силы подняться, дабы продолжить свой судьбоносный поединок. Однако разрешиться этому конфликту было суждено не клинками, но силой слов.
Увесистый бронзовый топор и разящий кнут князя варпа не могли ранить Сангвиния сильнее, чем произнесённые им слова, слова, разбившие вдребезги сердце ангелокрылого примарха — «Хорус тебя предал». Опасения насчёт измены брата преследовали владыку Ваала с тех самых пор, как его армада прибыла в систему Сигнус, но услышанная истина поразила его до глубины души, хотя сама по себе она вряд ли позволила бы Ка'Бандхе победить Сангвиния. Однако тварь сумела разумно распорядиться представившейся возможностью, поставив Великого Ангела на колени и нанеся ему решающий удар. Отвратительный демон хорошо знал, куда стоит бить, а потому наградил Великого Ангела не простой раной, от которой проливается кровь и которая со временем способна исцелиться и зажить, но поразил саму его душу. Ка'Бандха стоял над поверженным примархом, ожидая, когда его сыновья бросятся на защиту своего повелителя, наблюдая за тем, как Сангвиний узрит преданность своих сыновей, их великую веру в своего отца и доблесть, которую проявлял каждый во имя его. Дьявол ждал, пока Сангвиний не обратит внимание на каждого из тех, кто пытается прийти ему на помощь — после чего уничтожил их всех одним-единственным ударом и бросил душу примарха в глубокую и непроглядную тьму. Много лет прошло со времён той великой битвы, и всё же тьма продолжает царить на Сигнусе-Прайм, и прогнать её, по всей видимости, не удастся уже никогда.
Последнее пристанище
Ангел пал. Едва осознание этого страшного зрелища прокатилось среди Кровавых Ангелов, как некоторые воины застыли, как вкопанные, а другие целиком отдались во власть бездумной ярости, что поглотила космодесантников без остатка и разожгла тёмное пламя в их сердцах. Ближайшие к месту трагедии легионеры, ведомые в равной степени гневом и горем, бросились на торжествующего князя демонов и все как один пали жертвами одного-единственного удара его топора, который обрёл ещё большую силу благодаря обагрившей его крови примарха. Этот удар оборвал жизни сотен Кровавых Ангелов и разжёг поглотившую легион тёмную ярость, разорвав сковывавшие воинов цепи рациональности и дисциплины. Только сильнейшие из воинов IX легиона сумели сдерживать своё желание сражаться и убивать до тех пор, пока вокруг не останутся только трупы — и именно эти немногочисленные воители, многие из которых были облачёнными в золото паладинами Икисат, образовали нерушимую стену вокруг тела поверженного примарха.
На поле боя оставалось лишь одно место, где можно было помочь Великому Ангелу — превращённая в крепость «Красная Слеза», находившаяся в секторе Альфа-01. Вплоть до этого момента защитникам рухнувшего флагмана приходилось иметь дело лишь со стремительными перепончатокрылыми хищниками и огромными змиями с крыльями летучих мышей, понеся довольно-таки незначительные потери. Более того, похороненные в самом сердце корабля телепортационные камеры всё ещё сохраняли достаточный уровень энергии для одной-единственной операции, что позволило телохранителям погрузившегося в кому примарха вынести его из хаоса битвы. К сожалению, ни превосходное оборудование медицинских отсеков, ни блестящие навыки присутствующих апотекариев ничем не смогли помочь Сангвинию — Великий Ангел оставался недосягаемым, в то время как само присутствие примарха привлекло внимание противника к «Красной Слезе».
Воспользовавшись беспомощностью повелителя Кровавых Ангелов, погружённого в сон где-то в глубинах флагмана, и охватившей его сыновей безудержной яростью, враг выдвинул свои силы на уничтожение ангельского примарха. Прежние атаки на импровизированную цитадель IX легиона казались не более чем проверкой боем, удерживавшей защитников корабля на месте и при этом недостаточно опасной для вызова подкрепления, то теперь на «Красную Слезу» обрушился целый рой крылатых кошмаров. Их было так много, что небеса проклятого Сигнуса-Прайм окрасились в чёрный цвет — не вступая в главное сражение, летучие твари устремились вниз, чтобы обрушиться на стражей «Красной Слезы» подобно ужасающему дождю, бесконечному и неудержимому. Занимавшие боевые посты на крыльях некогда гордого корабля воины 221-й роты ответили ураганным огнём с укреплённых позиций и боевых башен, на благородных воителей обрушились целые реки чёрной демонической крови. Обезумевшие от ярости и горечи легионеры бросились на гнусную вражью орду, начисто позабыв о тактике и дисциплине. Увы, численность демонов было такова, что никому не удалось бы остановить её — разве что задержать на какое-то время.
Спустя час жестокого побоища бойцы 221-й израсходовали большую часть боеприпасов и были вынуждены встретить врага клинками и кулаками прямо на открытом корпусе разбитого линкора, бушующий в их душах гнев придавал легионерам сил для продолжения битвы. Кровавые Ангелы гибли, но каждый из умирающих воителей в алом и золоте уносил с собой в объятья смерти множество врагов. Увы, вечно это продолжаться не могло — измотанная битвой 221-я рота буквально таяла с каждой новой атакой, в то время как демоническая орда казалась бесконечной. Архейн Хальбет бился на передовой вместе со своими воинами, его глефа выкашивала целые ряды атакующих мерзостей до тех пор, пока раздутый и гниющий хищник не поднял в воздух благородного капитана. Немногочисленные уцелевшие воины 221-й роты продолжали сражаться за свою жизнь, однако организованному сопротивлению уже пришёл конец, и лишь небольшие анклавы окружённых со всех сторон воинов продолжали сопротивляться неизбежному. Висевшего в когтях мерзости Хальбета атаковал рой меньших крылатых тварей; благородный воин продолжал отважно биться за свою жизнь, рассекая тех, кого могла достать его глефа, и нанося колотые раны схватившему его зверю. В конце концов израненный монстр выпустил своего пленника, и тот рухнул вниз с огромной высоты — падение завершило то, чего не сумел сделать враг, и архейн Хальбет больше не поднялся.
Бойцы 221-й роты были уже не в силах сдерживать натиск неприятеля; завывающий сонм демонов устремился сквозь прорехи в корпусе «Красной Слезы» прямиком во внутренние коридоры флагмана в явном стремлении отыскать путь к самому сердцу великого корабля и беззащитному примарху. Грандиозный капкан, расставленный Хорусом на своего брата и весь его легион, сработал на совесть — его зубья с неумолимой силой зажали обречённую жертву, однако одно-единственное, последнее препятствие не позволяло отправить добычу прямиком в вечность. У каждой пробоины, у каждой дыры в корабельном корпусе пришельцев встречали готовые к бою Алые Паладины — грозные стражи, чьи клятвы во имя примарха были гораздо сильнее, чем охватившая их души ярость; среди сверкающих рядов терминаторов мелькали монументальные фигуры воителей Легио Кустодес. Их щиты и боевые клинки образовали непреодолимый барьер, позволивший раз за разом отбрасывать врага прочь, но, к превеликому сожалению, даже такие могущественные воины, как Херувимы, не могли противостоять демоническим легионам вечно. Спустя несколько коротких часов в строю осталось меньше половины защитников «Красной Слезы».
Пока сыновья Великого Ангела яростно сражались за «Красную Слезу», в недрах громадного корабля развернулась ещё одна битва: несколько собравшихся вместе адептов Библиариума объединили силы, стремясь пробудить своего генетического отца и повелителя. Каждую из многочисленных палуб флагмана наполняли какофония битвы и крики умирающих, трупы людей и чудовищ забивали контрольно-пропускные пункты и переборки. Даже эфир содрогался под воздействием отголосков борьбы бывших библиариев за пробуждение примарха от его мрачных снов о крови и разрушениях. Многие из защитников «Слезы» попали в тиски этого проклятия; воины сходили с ума от ярости или горя, убивая всех, кто попадался им на пути. Отчаяние накрыло поле битвы, словно погребальный саван.
Наиболее сильные и волевые воины сохраняли стойкость даже несмотря на ярость, кипевшую в их сердцах — все они прекрасно понимали, что земле, на которой они стояли, суждено стать их могилой. Защищавшие вход во внутренние залы Херувимы и Кустодес сплотились вокруг могучей фигуры Барбиэля, с огромного молота которого стекал ихор уничтоженных демонов, в то время как снаружи, на корпусе флагмана, последние из воинов 221-й роты сформировали нерушимую стену вокруг тела своего погибшего капитана. Шансы на победу становились столь же эфемерными, как и просачивающийся сквозь пальцы пепел, возможности выжить у легионеров практически не оставалось, а поражённым демоническим безумием было не суждено даже принять благородную смерть воинов. Пробил смертный час IX легиона, ибо каждый из присутствующих знал: даже если какое-то чудо позволит сохранить им жизнь, ни один из сынов Сангвиния больше никогда не будет прежним.
Из глубин самого Ада
По возвращении на «Красную Слезу» тело примарха Сангвиния было покрыто настолько пёстрым гобеленом всевозможных ран, что любая из них давным-давно прикончила бы любого смертного воина, однако ни одна из ран сама по себе не могла представлять смертельной опасности для одного из примархов Самого Императора. Чем бы демонический генерал Собора Знака ни поразил Великого Ангела, этот вред был нацелен вовсе не на тело лорда Сангвиния, но на его душу — с подобным недугом были не в силах справиться даже опытнейшие из легионных целителей. Сангвиний томился в состоянии, более близком к смерти, чем к жизни — повсюду бушевала яростная битва, апотекарии всеми силами стремились оживить своего генетического отца, а защитники «Красной Слезы» — сдержать наступающих тварей, однако примарх оставался неподвижным и безмолвным.
Пробудить к жизни Великого Ангела сумели не навыки ткачей плоти и не отвага храбрецов, но своеволие отверженных. Погрузившая примарха в забвение рана была нанесена не в царстве смертных, но в области души, и среди всех выдающихся умов IX легиона воины-учёные расформированного Библиариума лучше всех понимали, каким образом бороться с подобными недугами. Так в самом сердце «Красной Слезы» началась третья битва, в которой за душу примарха сражались те, кого он когда-то отверг по велению своего отца.
Кодицил 03.23
На кровавых равнинах Сигнуса-Прайм правили бал смятение и хаос — не поддающиеся подсчёту враги бесчисленных форм не ведали усталости, и множество доблестных космодесантников погибли в бессмысленной резне. Низкорослый мутировавший лес на левом фланге недолго оставался во власти Кровавых Ангелов: в скором времени он оказался наводнён кошмарами. Их было так много, что центурион Крон обратился ко всё ещё способным воспринимать его приказы бойцам 94-й[2] роты с призывом покинуть оборонительные позиции и приступить к организации подвижной обороны, избегая окружения и захвата. Будучи ветеранами множества аналогичных кампаний задолго до обретения Сангвинием власти над легионом, Творцы Саванов снова вернулись к старой доброй методике войны: жестокому ритму ударов, перегруппировок и повторных ударов. Легионеры сражались со всей горечью и злобой, на которые были способны; ловушки, засады, притворные отступления — каждая из стратагем в их арсенале была обращена против омерзительного врага, каждый удар был рассчитан на то, чтобы вцепиться в него как можно глубже и яростнее.
Закодированные инграммы металлических воинов «Капита Аквилэ» были изолированы от воздействия демонической ярости, однако даже эти неукротимые конструкты плохо справлялись с такой массой врагов. Из-за серьёзного падения дисциплины в рядах Творцов Саванов и своей собственной низкой мобильности не ведающие ни сомнений, ни усталости боевые автоматоны были вынуждены перестроиться в оборонительные порядки, в то время как Кровавые Ангелы вели смертельную игру «ударил-отступил» среди окружающего леса. Многоногие ужасы разрывали броню автоматонов, раздутые слизняки извергали на них потоки живого пламени, и даже лишившиеся рассудка Кровавые Ангелы набрасывались на стальные когорты «Капита Аквилэ», однако бесстрастные автоматоны продолжали держать строй. В самый разгар битвы толпа громадных звероподобных демонов, увенчанных ореолами из рогов и шипов, прорвалась сквозь ряды залитых кровью роботов — и, хотя некоторые из них пали жертвами стальных кулаков и ревущих орудий несокрушимой «Капита Аквилэ», строй железных солдат был разорван и сломлен. Будущее балансировало на краю пропасти, в одном шаге от падения в бездну, из которой нет возврата. Если бы нечистым тварям удалось подавить сопротивление Кровавых Ангелов на левом фланге, основные силы сынов Сангвиния оказались бы уязвимыми перед возможным окружением и методичным истреблением вражескими силами, что ознаменовало бы конец IX легиона.
Прямиком в этот водоворот нырнула магос-домина Шурол: размахивая боевым молотом на длинной рукояти, она стремилась сплотить верных Трону воинов и превратить вероятное поражение в блистательную победу. Воительница Омниссии возглавила яростную контратаку против лавины монстров, способных разорвать на части дредноут. Хотя отвага госпожи «Капита Аквилэ» стоила ей ног, отрубленных жестоким ударом демонических когтей, разорвавших провода и аугметические компенсаторы, ей удалось остановить вражескую атаку, а после вмешательства Астера Крона и элитных отделений Творцов Саванов — повернуть ход схватки в иную сторону. На какое-то время левый фланг погрузился в спокойствие, нарушаемое только криками умирающих, далёким рёвом сражения и бессловесным гневом, кипевшим в сердцах каждого легионера Кровавых Ангелов.
Без учёта павших или отдавшихся тёмной ярости, 94-я рота уменьшилась до менее чем 100 боеспособных воинов, немногим лучше шли дела и у «Капита Аквилэ», львиная доля немногочисленных боеспособных автоматонов лишилась конечностей и оружия. На равнинах за их позицией продолжала бушевать жестокая битва, не утихающая ни на мгновение; издалека основное сражение казалось бесконечным полем призрачных форм, убивающих и умирающих настолько быстро, что со стороны было практически невозможно определить верность отдельных фигур какой-то из сторон. В глубине леса вражеские силы снова собрались в достаточном количестве, чтобы смести выживших защитников и обрушиться на осаждённое войско Кровавых Ангелов внизу. Центурион Крон и его союзники один раз уже отбросили их назад, пускай и дорогой ценой, однако вторая такая победа уже не представлялась возможной.
Под скрюченными кронами пропитанного кровью леса собрался поспешный военный совет; потрёпанный центурион 94-й и его уцелевшие сержанты встретились с искалеченной Шурол и её магосами. Кровавые Ангелы едва могли сдерживать свою ярость после падения Сангвиния, в связи с чем представляли немного ценности в качестве стратегов, вдобавок ресурсы маленькой армии были крайне ограничены. Собравшимся воинам казалось, что последняя надежда на победу покинула их, и растущее отчаяние только усилило хватку жестокого гнева в их сердцах. Внутренний процессор и аугметические имплантаты магоса-домины Шурол, передвигавшейся с помощью осадного автоматона «Танатар», делали её невосприимчивой к власти эмоций, а потому она оценила ситуацию следующими словами: «Запасы боеприпасов минимальны, потери среди активных боевых единиц достигли критического уровня. Остаётся лишь один вариант действий. Атакуем».
Командиры основных сил были слишком далеко, ещё меньше из них сохранили разум посреди смертельной схватки — жестокая резня не оставляла ни малейшей возможности услышать последнюю передачу 94-й роты, и никто не сумел ни отметить их храбрость, ни оценить благородство самопожертвования, пускай оно и казалось тщетным. Крохотный ало-серебристый клинок вслепую бросился в самое сердце тьмы посреди мрачного леса в стремлении задержать врага до тех пор, пока хотя бы один легионер центуриона Крона продолжал дышать.
Сломленные Ангелы и сгинувшие Волки
Ересь Хоруса породила множество мрачных легенд и историй о дурных предзнаменованиях — историй, которые некоторые из переживших этот конфликт легионов предпочли бы забыть. Первое место среди них по праву занимает битва за Сигнус-Прайм — Кровавые Ангелы редко говорят о том, что произошло на поверхности этой проклятой планеты, о том, что оставило тёмное пятно на их чести и на их душах на долгие века. Некоторые винят в произошедшем влияние тёмных сил или манипуляции Несущих Слово, и всё же известные нам истории повествуют о мрачном прошлом легиона, которое Сангвиний давно пытался похоронить.
Мы знаем, что падение Ангела в битве за Сигнус-Прайм привело к тому, что практически каждый из сражавшихся воинов IX легиона в радиусе километра утратил свой разум. Проверенные свидетельства очевидцев говорят о том, как воины покидали свои позиции и бросали тяжёлое вооружение ради возможности сойтись в рукопашной схватке с ближайшим противником, начисто игнорируя дисциплину и заранее разработанную стратегию. Известно немало историй о легионерах-одиночках, бросавшихся прямо в толпу кровожадных ужасов и использовавших свои болтеры в качестве примитивных дубинок — все они гибли в одиночестве в тщетных попытках отомстить за своего повелителя. В ряде случаях разрывающему душу отчаянию поддались целые подразделения — они кидались на врага, не думая ни о чём, кроме его уничтожения, и начисто игнорируя опасность, которой подвергались брошенные на прежних позициях отряды поддержки.
Однако наиболее пугающие истории рассказывают о Кровавых Ангелах, которые набрасывались друг на друга или даже на союзников и безоружных гражданских. По некоторым данным 5-я и 11-я роты под командованием капитанов Амита и Молгрена связаны с таинственным исчезновением прикомандированного к воинству контингента Космических Волков. Ни в одном из отчётов о погибших в бою не найти имён тана Красного Ножа и его людей, однако один-единственный факт известен точно — в последний раз их видели как раз на позиции между 5-й и 11-й ротами. Если бы они приняли благородную смерть в бою, Кровавые Ангелы воздали бы должное их доблести, и всё же о Космических Волках, что сражались в тот день плечом к плечу с примархом Сангвинием, не говорит никто.
Легионеры, находившиеся ближе всего к примарху во время его падения и принявшие на себя всю мощь удара тьмы, высвобожденной демоническим генералом, пострадали от худшей из форм безумия наиболее сильно. Немногим из них будет суждено пережить тот день — воины полностью отдались самоубийственной ярости, однако урон, который они нанесли врагу в обмен на свою жизнь, был воистину впечатляющим. Сражавшиеся на более далёком расстоянии, казалось, пострадали в меньшей степени — многие из тех, кто бился на окраинах поля брани, смогли сохранить рассудок и продолжить сражаться как воины, а не бездумные убийцы. Однако даже те, кому удалось противостоять тёмному призыву на полях смерти Сигнуса-Прайм, останутся навеки отмечены его пятном, а отголоски произошедшего будут преследовать их вплоть до самого конца Ереси Хоруса и даже позднее.
В роте смерти
Смерть правила бал повсюду: надежды на спасение не оставалось даже в самых дальних уголках поля битвы. На правом фланге тяжёлые подразделения и артиллерийские дивизионы медленно перемалывались на куски, Несущие Слово направляли стаи демонов на орудия IX легиона и одного за другим убивали сынов Сангвиния, которые впали в отчаяние и лишились контроля над своим разумом. Один из младших демонических князей пробил дыру в баррикаде из бронетехники, следом за ним в разлом нырнули ассасины Несущих Слово. Окружённый и отрезанный от своих воинов убийцами в серых доспехах и с проклятыми клинками, архейн Сизаль пал — его доспехи были разорваны на части, а в жилах бурлил демонический яд. Гибель командующего оказалась последним ударом для действовавшего на правом фланге воинства: множество легионеров поддались гневу, грозившему забрать последние остатки их разума, и бросились на врага в неистовой жажде крови и смерти.
Древний Хамона был почитаемым воином братства Алых Паладинов. Даже посреди этого катастрофического побоища он не посрамил себя нарушением данных столетия назад обетов. Вокс-модули почтенного проревели слова вызова, и Хамона врезался в ряды воинов ордена Незримой Длани, могучие удары его бронированных ног превратили ассасинов Несущих Слово в разорванные куски мяса. Однако следом на пути старого дредноута встал один из вожаков демонической мерзости — когти нечестивого князя были достаточно острыми, чтобы рвать закалённый керамит. Почтенный Хамона отреагировал практически мгновенно, его пушка изрыгнула дождь раскалённой плазмы. Выстрел в упор разорвал звероподобного монстра на части, но правая рука древнего превратилась в искорёженный, дымящийся обрубок, и дредноут взревел от боли и ярости, окружённый со всех сторон трупами и останками артиллерийского парка IX легиона.
Некогда гордые 146-я и 19-я роты навеки ушли в мир иной, за исключением толп вопящих убийц и крохотных горсток отчаявшихся воителей, которые пытались удержать свои позиции. Упрямый акт неповиновения почтенного Хамоны выиграл всего лишь несколько минут выживания для сыновей Сангвиния, поскольку Несущие Слово и их мерзкие союзники отошли на перегруппировку, и по возвращении на поле битвы их численность существенно возросла. Превратившиеся под воздействием тёмной ярости в зверей легионеры попадали в ловушки Несущих Слово и гибли, их жизни и жажда мести растрачивались впустую и только развлекали вражеских воинов; оставшиеся позади и сохранившие разум Кровавые Ангелы крепче сжали оружие и старались не слушать рёв монстров в темноте. Он был настолько силён, что сломленные Ангелы и гибнущие Волки поначалу практически не обратили внимания на новый звук, раздавшийся на поле брани — то был не гортанный рык демонов и не омерзительные насмешки на колхидском, а прекрасно знакомое каждому из IX легиона пение, которое с каждой секундой становилось всё громче и громче.
Кричащие ужасы и покрытые шипами порождения варпа устремились вперёд, готовые смести уцелевших воителей в алых доспехах, чьи боеприпасы уже давным-давно иссякли — но вместо этого встретили стену Легионес Астартес в угольно-чёрной броне, распевающих ваальские песнопения. Новая сила явилась из обширной пустыни за пределами поля битвы — сила, подобная тени, но под толстым слоем покрывавшего их доспехи пепла цвета глубокой ночи виднелись проблески алого, а также цифра «202». То были Элай Джаннус и пережившие крушение «Ифрита Девять» легионеры; пройдя километры адской пустоши под пепельным дождём, они наконец-то достигли места, где бились их братья. Литургия Крови стала для них щитом от ярости, захлестнувшей сердца IX легиона, в то время как сталь их клинков и болты стрелкового оружия обрушились на врага.
Они ворвались в плотные ряды монстров и изменников, мощные вокс-динамики Хамоны добавили его могучий голос к звукам песни, значительно увеличив её громкость и силу — и враг отпрянул. Сверкали клинки и ревели болтеры, Кровавые Ангелы врезались в ряды шокированных неприятелей и отбросили их прочь; на какое-то время легионеры забыли об отчаянии и ярости, сражаясь за свою жизнь с умением и доблестью, которые привил им примарх. Низвергнув в пыль диаболиста-центуриона Несущих Слово, архейн Джаннус отдал приказ — и двигатели ещё способных к передвижению бронетранспортёров взревели в унисон с рёвом собравшихся воинов. Измученные, окровавленные, но не сломленные Кровавые Ангелы вновь двинулись вперёд.
Гнев Ангелов
Безумие, ненависть и ярость безраздельно господствовали на поле брани — наибольшая концентрация этих тёмных эмоций наблюдалась там, где Ангел рухнул с небес на землю. Свидетелями падения Сангвиния стали около 50 000 его сыновей, и лишь немногим из них удалось укротить безраздельную ярость, овладевшую умами легионеров. Для них больше не существовало понятия «стратегия» — в их головах оставались лишь мысли о морях крови, резне и смерти. Личности тех, кто сражался рядом с ними — будь то чудовища или легионеры — скрывались за непроницаемой кровавой пеленой. Даже величайшие герои IX легиона, находившиеся в непосредственной близости от поражения Сангвиния, оказались разбиты горем — в связи с чем способных пытаться восстановить порядок лидеров оказалось ещё меньше. То, что начиналось как битва, превратилось в банальнейшую затяжную резню, а неминуемая гибель измотанных и дезорганизованных Кровавых Ангелов становилась всего лишь вопросом времени.
Сокрытые глубины Собора Знака извергли бесконечный паноптикум кошмаров и легенд, облачённых во плоть волей Тёмных богов, чьи престолы скрывались внутри. Поле битвы продолжали занимать всё новые и новые ужасы, и для основных сил IX легиона не осталось ни малейшего шанса на перегруппировку или проведение контратаки — их ждала лишь отсроченная, бесславная гибель. На далёком левом фланге поток выходящих из осквернённого леса ужасов замедлился до тонкой струйки, однако не поддающаяся подсчёту орда продолжала беспрепятственно продвигаться через открытые пустоши, окружавшие безобразный собор. Чудовища спешили навстречу авангардным силам воинства Сангвиния, что было рассеяно на дюжине квадратных километров пустоши и поглощено массированной, жестокой рукопашной схваткой — в связи с чем легионеры превратились в лёгкую добычу для демонического войска. И всё же, невзирая на волю Тёмных богов и падших примархов, сила духа многих Кровавых Ангелов продолжала оставаться несокрушимой.
Внезапно над полем битвы взметнулись громадные фонтаны порченой почвы и разорванных в клочья звериных тел, а затем издалека прогремели звуки грохота артиллерийских орудий и ракет дальнего радиуса действия. Изливавшийся из кощунственного собора поток нечистых тварей охватил хаос, едва первые выстрелы разорвали плотно сбитую массу, угрожавшую центру воинства Кровавых Ангелов. Элаю Джаннусу наконец-то удалось прорваться сквозь боевые порядки Несущих Слово и занять позицию на возвышенности с правого фланга, организовав кордон из легионеров в почерневших доспехах вокруг уязвимых артиллерийских орудий и предназначенных для огневой поддержки дредноутов «Дередео», пока те обстреливали вражескую орду. Каждый снаряд обратился в символическую форму возмездия, в воплощение наполнявшей души Кровавых Ангелов ненависти к врагу, и с каждым новым залпом бдительные стражи из числа сыновей Сангвиния возносили гневный рёв в равнодушные небеса над их головами. Вокруг них, посреди окутанного пеплом мрака собирались Несущие Слово со своими отвратительными союзниками, каждая новая атака требовала всё большего и большего напряжения сил стремительно уменьшавшейся роты — но вместе с тем каждая смерть помогала выиграть время для ещё одного залпа, для очередного удара жестокому замыслу судьбы. Каждый из доблестных воинов этой «роты смерти» поклялся дорого продать свою жизнь ради возможности вырвать из хватки рока последний шанс на победу. Каждый из легионеров нанёс на свою броню особые ваальские отметки — кроваво-красный косой крест поверх испачканных пеплом доспехов.
Наступление врага внезапно прекратилось, когда смертоносный дождь из разрывных снарядов обрушился на ближайшие сектора, оставив после себя лишь перемешанную грязь и разодранные куски кошмарного воинства. Следом за этим в очищенное от неприятеля пространство ворвались основные силы Кровавых Ангелов, около 40 000 трансчеловеческих воинов, ведомых только бессмысленной яростью и желанием убивать, стремившихся найти новую добычу ради утоления своего тёмного голода. Впервые после падения Сангвиния Кровавые Ангелы застали врага врасплох — сама жажда крови, которую враг использовал против них, теперь работала в пользу сынов Ангела.
Действуя подобно единой хищной массе, легионеры обрушились на деморализованное войско демонов и атаковали их с неистовой яростью, не оставляя после себя ничего, кроме забрызганных кровью руин. Преследуя неприятеля под убийственной мощью непрерывного артиллерийского обстрела, Кровавые Ангелы загоняли мерзких тварей, словно охотники — свою добычу, не обращая ни малейшего внимания на завывающую вокруг шрапнель и бушующее пламя. Сыновей Сангвиния неумолимо притягивало к нечестивому храму, безмолвно ожидавшему их на далёком горизонте.
Ведомые ненасытной жаждой крови и смертей — жаждой, утолить которую не представлялось возможным — Кровавые Ангелы буквально прорубили себе путь ко вратам Собора Знака. То, что они творили по дороге к цели, нельзя было назвать битвой. Там, под проклятыми небесами Сигнуса-Прайм, бушевала самая настоящая бойня, лишённая какого-либо смысла, за исключением полного истребления врага. В этой бесчестной, кровавой резне среди топкой грязи и пепла нельзя было обрести ни чести, ни славы — только грубое удовлетворение в пролитой вражеской крови во имя самого кровопролития. Путь IX легиона отмечал след из воронок и разорванных трупов — артиллерия Кровавых Ангелов пробивала своим собратьям путь вперёд, но с каждой минутой число обрушивавших ярость с небес орудий IX легиона неуклонно уменьшалось, противник методично истреблял изолированный артиллерийский эшелон на правом фланге. После изматывающего прорыва, показавшегося сынам Сангвиния растянувшимся на целую вечность, основные силы измученных и разрозненных отрядов Кровавых Ангелов наконец-то достигли громадного собора.
Заключительный аккорд в симфонии гибели IX легиона — неизбежная кровавая баня, кульминация коварных планов Хоруса в отношении Сангвиния и его сыновей — должен был вот-вот прозвучать. Кровавым Ангелам предстояло оказаться сломленными на веки вечные, выживших ожидало превращение в нечто большее, и вместе с тем — нечто меньшее, чем то, к чему стремился светлейший владыка Ваала. Такая судьба была уготовлена IX легиону в финальном акте трагедии, спланированной Хорусом многие годы назад — трагедии, сценарий которой до сих пор воплощался в точности. И всё же одному из действующих лиц драмы, которую демонические творцы считали оконченной, предстояло исполнить последнюю роль.
«Багряная Свобода»
Размещённый на борту «Багряной Свободы» ужасающий оружейный арсенал, тем не менее, оказался не в состоянии поразить Собор Знака с высокой орбиты: неведомое колдовство обитателей этого зловещего здания создавало помехи при попытках захвата цели и скрывало её от сторонних наблюдателей. Решение, впрочем, вскоре удалось найти — им стал прицельный маяк, позаимствованный из арсеналов «Красной Слезы». Ударный отряд должен был доставить это устройство непосредственно в зону орбитального удара и защищать его в течение достаточно долгого времени, чтобы удалось установить надёжный контакт. Простую массированную бомбардировку сочли слишком неэффективной в деле целенаправленного уничтожения врага и — как бы это ни было печально — заражённых союзных войск. Следовало позаботиться об уничтожении всех вооружённых сил, действовавших на поверхности планеты на тот момент, а также ключевых сооружений. Приняв командование над «Штормовым Орлом» и принеся обет лично доставить маяк в пункт назначения, 1-й капитан Ралдорон в сопровождении отряда бойцов-ветеранов отправился в путь. Храбрым космодесантникам пришлось с боем прорываться сквозь стаи крылатых ужасов в бурных небесах Сигнуса-Прайм.
«Штормовой Орёл» высадил космодесантников на некотором отдалении от собора — хотя ему навряд ли удалось бы добраться так далеко, если бы не героизм Элая Джаннуса и небольшого отряда, продолжавшего удерживать позиции на далёком правом фланге. Спасти истерзанный корабль от преждевременной гибели удалось исключительно благодаря зенитному огню дредноутов типа «Мортис» и самоходной артиллерии, продолжавших сражаться даже несмотря на угрозу захвата позиции. К сожалению, жертвенность Ралдорона и его товарищей, чья доблесть позволила им прорваться прямиком в Собор, окажется в тени внезапного прибытия примарха, в то время как «Багряная Свобода» будет отозвана для участия в наступательных операциях на орбите. Впрочем, невзирая ни на что, Ралдорон и его люди по-прежнему продолжат играть важнейшую роль в сражении, помогая примарху в последней битве с узурпаторами на Сигнусе-Прайм.
Конец и начало
Едва облачённая в алый буйная масса берсерков, которыми стали некогда дисциплинированные воины, обрушилась на громадный и хорошо укреплённый собор, легион Сангвиния столкнулся лицом к лицу с величайшими из чудовищ Сигнуса-Прайм. На стенах демонической церкви стояли воины Незримой Длани — бойцы 8-й роты Несущих Слово, чьи свинцово-серые доспехи сменили свой цвет на оттенок запёкшейся крови. Непотребные знаки и запретные символы наглядно свидетельствовали о скверне, во власть которой отдались бойцы XVII легиона, которые когда-то были для сынов Сангвиния братьями по оружию. Боевые ряды колхидцев буквально ощетинились смертоносным вооружением: каждый из них был полон решимости истребить тех, с кем они в своё время приносили одни и те же клятвы верности. Между вероломными псами Лоргара и одержимыми жаждой возмездия Ангелами всё ещё стояли существа, отвратительные своим обличьем, и всё же гораздо менее ненавистные для воинов IX легиона, нежели растоптавшие все свои клятвы Несущие Слово.
Потерянных среди багровых грёз о крови и смерти Кровавых Ангелов не заботила ни мощь противника, ни высота его укреплений. Сыновья Сангвиния ударили по собору красной волной, бросаясь на казематы и не обращая ни малейшего внимания на потоки огнемётного пламени и град болтов со стороны противника; легионеры выбивали сколы в толстых стенах и тщетно пытались забраться наверх. Действующие в составе атакующего воинства дредноуты, терминаторы и бойцы отделений поддержки с тяжёлым вооружением пробивали небольшие бреши, лихорадочно прокладывая путь сквозь укрепления или же ломая меньшие боковые ворота, но каждая такая брешь быстро закрывалась. В ряде случаев враг просто-напросто заполнял проломы телами, и защищавшие крепость ужасы с ликованием бросались в объятья смерти, в то время как в других местах стены выделяли ядовитые соединения, способные запечатать пробоины и прикончить незваных гостей. Сами стены нечестивого сооружения превратились в смертоносное оружие — бритвенно-острые лезвия и даже грубые мясистые руки появлялись буквально из ниоткуда, сдерживая продвижение IX легиона.
У основания стен яблоку было негде упасть из-за толп разъярённых воинов в алой броне; давка под шпилями Собора Знака оказалась такова, что некоторые из погибших Кровавых Ангелов продолжали удерживаться в вертикальном положении даже после того, как смерть оборвала их нити. Атакующие легионеры даже не думали об отступлении или попытках перегруппироваться: они превратились в обезумевшую толпу, которая сражалась и пробивала вражескую оборону даже перед лицом неминуемой гибели. Немногие из сохранивших разум подразделений сопротивлялись желанию отступить, ведя отчаянный огонь ради поддержки своих потерянных братьев. Сотни бойцов IX легиона пали в первой атаке, а жестокие укусы врага, ведущего огонь с укреплённых позиций на возвышении, скашивали ещё десятки легионеров с каждым мгновением. Воины-ветераны, побывавшие на полях известнейших сражений Великого крестового похода и завоевавшие бесчисленные почести, гибли в топкой грязи Сигнуса-Прайм, их честь подверглась жестокому поруганию изменниками и их демоническими союзниками.
Подобная бойня сломила бы любую пребывавшую в здравом уме армию — как и силу, менее искажённую ненавистью и слепой яростью, однако орущие и бьющиеся под стенами Кровавые Ангелы больше не были армией, превратившись в безудержную толпу. В этом последнем испытании легионеров вела к победе вовсе не их легендарная дисциплина или мастерство во владении оружием, но скрытая в их душах сверхъестественная ярость, тот самый изъян, который Сангвиний так долго пытался подавить. Громадные, высотой метров в 12, центральные врата Собора, окованные железом, что светилось оттенками красного, словно только-только вышло из кузницы, внезапно оказались сорваны с петель потрёпанным дредноутом модели «Левиафан», чья вокс-система издавала бесконечный басовый рёв бессловесной ненависти. Этот безымянный древний заплатил за свою маленькую победу собственной жизнью, когда состоявшее из одних лишь колышущихся, словно бы бескостных конечностей и вздымающейся чешуйчатой плоти чудовище заполнило брешь своей мерзкой тушей. Вооружённые острыми когтями лапы монстра пробили саркофаг дредноута и выпустили наружу поток амниотической жидкости, хлынувшей через ворота словно околоплодные воды. Саму же тварь постигла не менее гнусная участь, ибо следующие за древним легионеры Кровавых Ангелов набросились на неё и разорвали на части, более того — некоторые из них устроили пир из его нечистой плоти, пожирая мерзость живьём, пока та вопила от экстатической боли.
Как только ворота оказались сокрушены, а Кровавые Ангелы оказались во внутренних залах, на Сигнус-Прайм воистину спустился сам Ад. Каждый из коридоров был залит кровью, каждая башня и каждый чертог — переполнены боровшимися, царапавшимися и кусавшимися формами, в то время как воители в побитых и перепачканных доспехах насыщались плотью убитых. Архейн Молгрен из 11-й роты, практически неузнаваемый из-за покрывающих его лицо потёков грязной крови, забрался на крепостные стены, убивая всех на своём пути и сбрасывая трупы вниз; при этом он не переставал хохотать, словно умалишённый. Одинокий центурион 271-й роты и остальные отставшие от главного наступления заняли позицию у внешних ворот, тщетно умоляя собратьев отказаться от поразившего их безумия, в то время как другие, сохранившие большую часть своих былых личностей, сосредоточили свой гнев на Несущих Слово, загоняя их в коридорах мрачной крепости, словно зверей. На протяжении нескольких минут — минут, которые казались участникам событий целой вечностью — на стенах Собора Знака бушевала бойня, резня, не поддававшаяся логическому осмыслению. В этом кровавом угаре не было ни малейшей толики мести за былые обиды, а только убийство ради наслаждения самим процессом убийства, ради красной, радостной эйфории, что могла даровать одна лишь смерть.
Как только казавшееся бесконечным безумие утихло, вокруг больше не оставалось ни порождённых варпом чудовищ, ни Несущих Слово, ни падших граждан Сигнуса — одни лишь изломанные и неузнаваемые трупы, объединённые разве что степенью истерзанности своих тел. И только в высочайшей из башен всё ещё скрывался враг — наблюдавшие за окружающим безумием тёмные властители Сигнуса. К сожалению, когда Кровавые Ангелы собрались вместе среди залитых кровью залов Собора Знака, они начисто забыли о том, что неприятель ещё не уничтожен — вместо этого они увидели новую добычу друг в друге.
В воспоминаниях уцелевших практически затушенные угли былых обид раздувались ярким пламенем, а вспыхнувшая в их сердцах тёмная ярость превращала братьев в смертельных врагов. Воины вновь обнажили клинки и приготовились к схватке — в этой битве былым товарищам предстояло сражаться друг против друга. Пробил час последнего испытания для Кровавых Ангелов, выигрышем в котором становилась горькая победа над величайшим из врагов. Если бы легиону суждено было остаться в таком диком состоянии и одержать викторию столь варварским способом, выжившие, скорее всего, никогда бы не избавились от поразившего их недуга и остались бы в плену собственной ярости на веки вечные. Однако этого так и не произошло — едва душа легиона сомкнулась в цепких объятьях тьмы, среди стен и высоких башен пронёсся новый крик — не отчаяния и не гнева, но радости. В небесах показались белые словно снег крылья — Сангвиний сумел вырваться из оков смерти. Он вернулся, чтобы качнуть чашу весов правосудия в обратную сторону.
Небеса над Собором Знака внезапно озарил ясный солнечный свет, яркий настолько, что причинял боль глазам. Великий Ангел, вернувший себе здоровье и силы, поднялся ввысь над стенами на своих широких крыльях, в ужасе наблюдая за конфликтом внизу. Лица всех до единого легионеров Кровавых Ангелов внезапно повернулись, глядя в небеса — при этом руки многих из них застыли в воздухе с оружием, готовым обрушиться на собратьев по легиону. Каждый из сыновей Сангвиния был до глубины души потрясён видом своего павшего отца, вернувшегося к ним в сиянии славы. Терзавший воинов IX легиона гнев ненадолго утих и отступил, бойцы один за другим опускали оружие, и по всему Собору, в каждом из его залитых кровью залов, установился шаткий мир — ибо Сангвиний одним лишь своим присутствием сумел купить своим сыновьям недолгую отсрочку от уготованной им печальной участи. Великий Ангел воспарил на своих крылах прямиком к высочайшей из башен Собора Знака — нечестивому святилищу творцов погибели Сигнуса-Прайм, его сверкающий чистейшим серебром в лучах внезапного солнечного света клинок покинул ножны, и примарх пробил себе путь прямиком в сердце зла. Под покровом дождя из стеклянных и каменных осколков Великий Ангел прибыл в то место, которому суждено было стать ареной последней битвы за душу его легиона — или же первой в их последующей истории противостояния мраку в своих сердцах.
Сон Ангела
На дальней окраине поля брани обломки «Красной Слезы» превратились в самое настоящее кладбище. Каждый из её залов и коридоров был буквально забит трупами — защитники сражались до последнего и дорого продавали свои жизни, каждый уносил с собой в мир иной дюжину отвратительных врагов. Барбиэль, чей алый доспех практически наполовину был залит его же собственной кровью, и последние несколько десятков защитников стояли на страже врат во внутренние покои. Внутри находился раненый примарх и те, кто за ним ухаживал — ослабевшие и уязвимые для врагов, с которыми прежде не сталкивался ни один из сынов Императора. Зная об этом, Алые Паладины, кустодии и простые воины легиона, стоявшие на защите своего господина, добровольно пожертвовали жизнью ради него — каждый из них сражался с яростью, над которой демоническая скверна была не властна.
Несколько минут, купленных жизнями защитников упавшего линкора, предоставили библиариям и апотекариям достаточно времени, чтобы вывести примарха из комы и вырвать власть над его разумом и душой из грязных лап повелителей Сигнуса-Прайм. Крылатый владыка IX легиона пробудился от звуков битвы и предсмертных криков своих сыновей — на пороге его покоев лежали тела павших защитников, их кровь обагрила собой внутренние коридоры, а на телах были видны следы свежих ран. Какие тёмные мысли и зловещие сны преследовали примарха, пока он пребывал в неведомом пространстве между жизнью и смертью — никто и никогда больше не узнает, однако в здравомыслии вернувшегося Ангела сомневаться не приходилось. Мало кто удивился бы, если бы проснувшийся среди происходившего на борту «Красной Слезы» кошмара Сангвиний пострадал так же сильно, как и его сыновья — превратившись в одержимого яростью зверя во плоти, управляемого тёмной жаждой крови, в такое же чудовище, как и те, с кем сражался IX легион.
К превеликому счастью для будущего Империума, Сангвинию удалось пройти сквозь горнило Сигнуса-Прайм и остаться незапятнанным, хотя испытания этой адской кампании и оставили на нём свой след. Едва Великий Ангел пробудился, вся полнота его гнева обрушилась на предателей и уродливых тварей этого мира. Пробившись с боем через залы «Красной Слезы», Сангвиний обратил врага в бегство — его холодная, бесстрастная ярость привела Кровавых Ангелов в чувство и сплотила слабеющих защитников. Как только флагман оказался в полной безопасности, владыка Ваала расправил свои крылья и взлетел. Перехватчики кустодиев «Эквинокс» и легионные истребители «Ксифон» спешили убраться с дороги разгневанного примарха — Сангвинию бросили вызов, на который он жаждал ответить и потребовать с врага расплату за кровь павших. Могучие крылья примарха вели его к цели, и даже затянутые пеплом облака не осмелились преградить ему путь.
Венец из пепла и скорби
Итак, декорации заключительного противостояния были расставлены, а с прибытием Великого Ангела все игроки заняли свои места. Взору Сангвиния предстал гибкий рогатый великан, правивший мертвецким королевством Сигнуса — а также закованный в бронзовые доспехи демон, служивший генералом его армий, тот самый монстр, что в предшествующем противостоянии поверг крылатого примарха. То, что произошло дальше, давным-давно обратилось в легенду: пускай немногочисленные свидетели той дуэли судеб неохотно делились её точными подробностями, исход этой схватки в конечном итоге изменит ход всей войны и будет преследовать IX легион и его потомков до конца времён.
Бросив вызов порочным хозяевам Сигнуса-Прайм, неудержимый Ангел скрестил серебряный меч с выкованным в Преисподней топором своего заклятого врага. Ярость этой схватки была такова, что вершину башни буквально разорвало на куски. Подобные поединки — будь то в былые времена или же в последующую эпоху — всегда будут определять ход дальнейшей истории и становиться поворотными в судьбах Галактики. Могучий Ка'Бандха был настоящим исполином, его оружие и доспехи ничуть не уступали лучшим из шедевров воинского ремесла смертных мастеров. Более того, монстр в бронзовой броне прекрасно помнил, как он сошёлся в бою с примархом в прошлый раз, оставив сломленного Ангела лежать в грязи у своих ног. И всё-таки былое поражение не сломило Сангвиния — напротив, оно сделало его сильнее. Сомнения, что сдерживали примарха прежде, его отчаяние после известия об измене Хоруса и страх в отношении поразившего собственный легион проклятья сменились холодным стремлением узреть, как тёмных повелителей Сигнуса-Прайм поставят на колени. Зубья Хорусовского капкана сомкнулись, но оказались не в состоянии удержать добычу, и теперь эта добыча была полна решимости отомстить за свои раны в десятикратном объёме. Разнузданной дикости и воинствующей гордыне демонического генерала Ка'Бандхи противостояла твёрдая решимость Великого Ангела свершить возмездие за жертву, принесённую сынами примарха, пока сам он лежал без сознания. Каждый из ударов меча, оставлявших глубокие раны в покрытой багряным мехом шкуре демона, служил символическим актом отмщения за всех погибших сыновей IX легиона.
Крылатый примарх не ведал пощады по отношению к твари, что посмела угрожать Кровавым Ангелам, и её мерзкому сородичу — напротив, он собирался наказать их столь же жестоко, как эти демонические отродья обошлись с подданными Империума. Отплатив демонам за своё былое поражение, Сангвиний оставил изломанных телом и сломленных духом нечистых владык Собора Знака среди развалин их омерзительного логова в заключительном акте жестокости, положившем конец кошмару, которым была кампания в системе Сигнус. Судьба Ка'Бандхи и других владык варпа, что собирались править Сигнусом вместе, стала мрачным зеркальным отражением первой судьбоносной схватки — разорванные на куски тела чудищ, свершившаяся месть примарха и горькая ненависть, проникшая в самую суть IX легиона и изменившая его навсегда. Великий Ангел всей душой радовался победе, одержанной невзирая на все преграды — однако скорбел в связи с тем, какую форму она приняла, ибо даже после окончательного триумфа на полях смерти Сигнуса-Прайм в крови его легиона останется скверна, что не исчезнет уже никогда.
Предсмертные крики поглощённых пламенем варпа тварей ознаменовали собой окончание битвы за Сигнус-Прайм, но отнюдь не конец начатой там кампании. Немногочисленные демонические отродья, которым посчастливилось уцелеть среди учинённой Кровавыми Ангелами резни, исчезли без следа, словно никогда не существовали, оставив вокруг лишь следы былого побоища и трупы своих пешек. Действующие на орбите адские корабли, взявшие в кольцо блокады флот IX легиона, просто-напросто рассыпались на части, в то время как скрывающая звёзды тёмная пелена растворилась буквально на глазах, открывая дивный гобелен из огней далёких светил. При этом расположение звёзд намекало на время, которое абсолютно не соответствовало показаниям неисправных хронометров армады. Более ничем не сдерживаемые вокс-матрицы на борту каждого из кораблей снова ожили — весть о выживании и триумфе Великого Ангела хлынула с неудержимой мощью внезапного рассвета, омрачённая разве что осознанием причины, что привела их в систему Сигнус и бросила в горнило страшного испытания.
Сангвиний отдал приказ своим сыновьям избавиться от всех следов пребывания Кровавых Ангелов на испорченных мирах обширной системы Сигнус, вплоть до самого ничтожного осколка брони и брошенной гильзы. Ни один из братьев IX легиона не сумел бы обрести вечный покой в проклятых землях Сигнуса-Прайм, и апотекарии со своими жутковатыми дроидами-сервиторами потратили много дней, прочёсывая равнины столичного мира в поисках павших. Большинство погибших были найдены в огромных грудах тел, разбросанных по центральным секторам, в то время как небольшие скопления трупов отмечали места, где последние уцелевшие воины разбитых рот встали спиной к спине и встретили смерть в забытых, но не менее яростных схватках. На далёком правом фланге артиллерийский эшелон практически прекратил своё существование, Элай Джаннус и его рота погибли до последнего человека — но среди груды их тел всё ещё возвышалась безрукая, хромая фигура древнего Хамоны, продолжавшего распевать боевые песни сквозь потрескивающие, сгоревшие вокс-блоки в стремлении восславить последний подвиг 202-й роты. Судьба, которую встретили многие другие мученики IX легиона, навеки осталось неизвестной — никого из свидетелей их последнего подвига просто не осталось в живых.
Даже среди уцелевших лишь немногим удалось избежать ранений, и практически каждый боец легиона унёс с собой кровавые воспоминания о битве. Жестокий конфликт и смертоносное оружие врага собрали немалый урожай среди воинов легиона, однако теперь против Кровавых Ангелов обратилась даже осквернённая природа Сигнуса-Прайм.
Странные инфекции и эпидемии охватили наиболее ослабевших воинов, в связи с чем многие из них были оставлены в карантинных зонах на поверхности, чтобы при встрече с другими бойцами на борту кораблей они не заразили их и не стали причиной дополнительных страданий и смерти. Ещё более ужасной оказалась ситуация, развернувшаяся на крайнем левом фланге, там, где демонический лес превратился в трясину из разлагающегося ила. Даже флегматичные боевые автоматоны и закованные в броню дредноуты были разъедены водами этого мерзкого болота, а немногочисленные найденные трупы совершенно не поддавались идентификации, будучи испорченными до такой степени, что даже их геносемя нельзя было возвращать легиону. Всего лишь паре воинов удалось покинуть тошнотворные топи живыми — спустя 3 дня после окончания осады Собора Знака покрытый многочисленными ранами центурион Крон вышел из мрака с разъеденным едкими испарениями горлом — за собой он волочил сохранивший работоспособность торс магоса-домины Шурол.
После сражения число тяжелораненых оказалось столь велико, что многие из воинов, работавших над поисками уцелевших и расчисткой поля боя, продолжали трудиться с ранениями, способными вывести из строя более слабых воинов. Однако куда более сильную боль легионерам причиняли вовсе не физические увечья, но душевные стигматы — особенно болезненные у тех, кто посреди сражения отдался во власть ужасающей ярости. Многие из них так никогда и не оправились после пережитого — известно, что некоторые из ветеранов бойни на Сигнусе-Прайм внезапно исчезли из рядов IX легиона в скором времени после окончания сражения. По всей видимости, боевые братья этих бойцов даровали им Милосердие Императора вместо того, чтобы обречь их прожить остаток своих лет в цепях, подобно хищным зверям. Другие, обесчещенные собственными деяниями в оковах ярости, оказались в равной степени объектами жалости и стыда. Выдержать подобное испытание для таких горделивых воинов, как Кровавые Ангелы, было гораздо сложнее, нежели вынести боль от простых ранений.
Свидетелями кровавого буйства архейнов Молгрена из 11-й и Амита из 5-й стали многие — эти прославленные воители, причастные к исчезновению контингента Космических Волков, были всего лишь двумя старшими офицерами, стоявшими в авангарде безумия. Стремительное погружение этих командующих в глубины ярости берсерков привело к полному краху линии фронта, поскольку их воины последовали примеру своих лидеров. Несмотря на это вопиющее нарушение дисциплины, вышеупомянутые офицеры избежали официальных санкций — впрочем, разочарование их примарха было для них горше любого осуждения. Отстранённое и холодное поведение повелителя подорвало боевой дух IX легиона, оставив свой тёмный отпечаток над всеми свершениями в этой кампании и затмив героические деяния Кровавых Ангелов. Да, побоище на Сигнусе-Прайм завершилось победой IX легиона, но эта победа была пустой и горькой — то был триумф в венце из пепла и скорби.
Красный Ангел
Хотя именно Сангвиний должен был нанести последний удар по чудовищам, провозгласившим себя хозяевами Сигнуса, некоторые из очевидцев утверждают, что ему так и не удалось положить конец ярости, охватившей его сыновей. Выполнить эту миссию удалось безымянному легионеру — единственному воину, готовому пожертвовать собой ради своего легиона и примарха с полным осознанием того, что история не сохранит его деяний, а его подвиг навеки останется невоспетым. Ни для кого не секрет, что хотя Кровавые Ангелы крайне скупо делятся информацией о Сигнусе и событиях той кампании, они именуют этого человека «Красным Ангелом» — хотя истинный смысл этого имени, по всей видимости, навеки останется загадкой для посторонних.
Этот Красный Ангел, доставленный в центральную башню Собора Знака Ралдороном и его людьми, сумел сдержать источник охватившей легион ярости, освободив Кровавых Ангелов из её когтей ценой своего собственного рассудка. Его дальнейшая судьба неизвестна: во всяком случае, ни в одном из боевых расписаний или меморий в честь павших не найти имени Красного Ангела. Во всех известных хрониках Ереси Хоруса содержится одно-единственное упоминание о похожем воине — в одной из записей личной свиты Воителя в последние годы конфликта. Если обе эти персоны являются одним и тем же воином — представляется очевидным, что его роль как в гражданской войне, так и во внутренней борьбе Кровавых Ангелов была существенно большей, чем нам известно сегодня.
Дьявольский подсчёт
Битва на Сигнусе-Прайм собрала с IX легиона высокую плату за победу. Среди более чем 50 000 легионеров, принимавших участие в заключительном сражении, каждый пятый не вернулся, в то время как практически все выжившие получили ранения, как лёгкие, так и серьёзные. 10 000 Кровавых Ангелов так и не увидели рассвета — в прежние времена ни одна из побед IX легиона не была куплена столь большой кровью. Что ещё хуже, тела многих павших были осквернены врагом и его оружием до такой степени, что геносемя легионеров не подлежало извлечению для последующего использования. Многие бойцы утратили конечности или получили серьёзные внутренние повреждения — для более слабых воинов дни их славы на передовой давным-давно завершились бы, однако в случае Легионес Астартес даже столь серьёзные ранения просто-напросто отложили их возвращение в строй. В совокупности немногим более 22 000 участников сражения сохранили полную боеспособность.
Кроме того, практически 1/3 применявшихся в бою бронетанковых сил была уничтожена — хотя вполне вероятно, что некоторый процент образцов бронетехники мог быть возвращён в строй с помощью замены деталей, снятых с не подлежавших восстановлению машин. Как ни странно, из всего многообразия бронетехники, что отправилось в ад сражения на Сигнусе-Прайм, лучше всего себя проявили устаревшие танки поддержки модели «Кратос», чья тяжёлая броня и предназначенное для боёв на ближней дистанции вооружение помогли им выстоять в хаосе ближнего боя, в то время как иные, более специализированные машины, оказались окружены и разорваны. Единственным классом техники, чьё число после окончания сражения не уменьшилось, а напротив — возросло, стали дредноуты. Воистину беспрецедентное число наиболее тяжко изувеченных героев легиона обрели новое существование в полужизни внутри ходячих бронированных саркофагов. Этот массовый приток новобранцев в ряды древних со временем станет известным как Чёрная Десятина, поскольку многие из ветеранов Сигнуса-Прайм сохранили переполнявший их души гнев даже в своём новом облике и частенько давали ему выход на полях сражений, сея вокруг хаос и разрушение.
IX легион фактически утратил свою боевую эффективность. В то время как большая часть сыновей Сангвиния занималась очищением миров системы Сигнус от следов присутствия легиона, флотские медицинские учреждения изо всех сил боролись за жизни раненых, а мастера-оружейники трудились, не ведая отдыха, во имя спасения как можно большего числа вооружения и техники с полей сражений. Их усилия не пройдут даром — к тому времени, как легион покинет пределы системы Сигнус, Кровавые Ангелы вновь обретут былое могущество.
Об Ангелах и демонах
Спустя ровно 51 день после окончания битвы за Сигнус-Прайм на поверхности этого сумрачного мира расцвело новое солнце — «Красная Слеза» запустила свои громоздкие плазменные двигатели, и поспешно отремонтированный корпус корабля устремился в небеса. Подобно легиону на его борту, раненый линкор уже никогда не станет прежним, ибо нанесённые ему повреждения можно было покрыть новой обшивкой и залатать, но не исправить по-настоящему. «Красная Слеза» неторопливо направилась к точке Мандевилля системы Сигнус, оставив позади цепочку автоматических предупреждающих маяков, каждый из которых был запрограммирован на предупреждение имперских кораблей о приближении к запретной зоне. Примарх Сангвиний погрузился в скорбные размышления в своих некогда блистательных покоях, серьёзно повреждённых при падении флагмана. Душу Великого Ангела терзали неудачи его легиона, предательство возлюбленного брата и мрачные предзнаменования в отношении будущего Империума и своих собственных сыновей.
Несмотря на все свои усилия, в системе Сигнус Кровавые Ангелы не обрели ничего, кроме боли и утрат, и как только пробил час отправиться дальше, Сангвиний отдал приказ избавиться от всех свидетельств присутствия IX легиона в этом проклятом месте. Записи о прошедшей кампании были опечатаны, данные когитаторов и официальные журналы собраны и заперты в хранилище с тройной системой защиты, в то время как отряд Херувимов дал особый обет защищать его ценой собственной жизни. Отдельные бойцы легиона — как обычные воины, так и офицеры — поклялись перед примархом не говорить о событиях на Сигнусе и своём собственном позоре. Ни в одном из залов, ни на одном из церемониальных доспехов IX легиона не появилось нового знака воинской почести в ознаменование успешного завершения кампании. Провалившаяся попытка Кровавых Ангелов спасти Сигнус останется тайной для всей Галактики, равным образом как и обстоятельства побеждённой легионом скверны, дабы правда не разорвала Имперскую Истину и мечты Императора на части.
Сангвиний пока не мог осознать истинные масштабы предательства, что привело его к Сигнусу — вековечную тьму, что хлынула, словно обсидиановое море, в стремлении затушить прерывистый свет Императора и его эфемерной рукотворной Истины. Лишь в одном Ангел был абсолютно уверен — посылая брата в скопление Сигнус, Хорус отправлял его на верную смерть, ради исполнения своих гнусных замыслов Воитель организовал опустошение Сигнуса и погубил миллионы, но причины такого ужасного предательства всё ещё оставались загадкой. Сангвинию было невдомёк, что вот уже на протяжении 5 лет в Империуме бушует гражданская война, что братство примархов давным-давно раскололось и что сама Терра находится под угрозой вторжения. Даже после испытаний, через которые Ангел и его легион прошли с честью, все его действия оказались в конечном итоге ошибочными и напрасными, героизм был растрачен впустую, а все надежды на будущее балансировали на острие ножа.
Армада IX легиона повисла в небесах над Сигнусом-Прайм, подобно созвездию убывающих звёзд — души верных слуг Ангела переполняли сомнения и нерешительность. Получив фрагментарные сообщения с призывом всем верным силам вернуться на Терру, Сангвиний начал поиски дороги, ведущей к его отцу, однако нечестивые отродья бездны хорошо поработали над тем, чтобы помешать ему в этом. Казалось, что сама материя варпа стремилась преградить путь крылатому примарху, взбиваясь и кипя под взором уцелевших навигаторов флота, словно какая-то великая сила в глубинах Эмпиреев жаждала, чтобы Кровавые Ангелы навеки остались заперты в системе Сигнус. Сангвиний не желал рисковать тем, что осталось от его легиона, ради собственной гордыни, в связи с чем откладывал сигнал к общему сбору и отбытию. Кровавые Ангелы завершали прочёсывание Сигнуса, в то время как их повелитель уединился внутри своего санктума, поглощённый вещими грёзами и видениями грядущего. Как и прежде, именно вера и решимость его сыновей наконец-то подтолкнули примарха к действиям.
В скрытых помещениях по всему флоту спорадически возникали маленькие святилища, созданные отдельными легионерами в честь погибших братьев. В глубинах арсеналов скрывались и более крупные мемориалы, вроде воздвигнутого в честь архейна Джаннуса и мучеников из 202-й роты — почтенный Хамона и другие древние встали на стражу вечного сна павших воителей. В тренировочных залах раздавался звон сталкивающихся клинков, Астер Крон вместе с прочими ветеранами разрабатывал и совершенствовал новые стили боя, основанные на своём мучительном опыте сражений на Сигнусе-Прайм, в то время как внутренний круг — воины наподобие 1-го капитана Ралдорона — появлялись на каждом из кораблей флота, укрепляя решимость легиона своим присутствием, пока Ангела не было рядом. Все без исключения Кровавые Ангелы готовились к пришествию грядущей Эры Тьмы, и хотя поразившую их на Сигнусе заразу нельзя было стереть, она была не в силах погасить благородный дух, вспыхнувший в их сердцах благодаря примарху. Оценив преданность и решимость своих сыновей, Сангвиний наконец-то отдал приказ, ознаменовавший вступление Кровавых Ангелов в войну на стороне Императора.
Горделивые боевые корабли двинулись в путь, разрывая небосвод, плотно сформированные клинья флотских сил IX легиона один за другим исчезали в голодном зёве Эмпиреев. Они ушли в боевом строю, ибо варп штормило, а легионы Хоруса рыскали среди звёзд в поисках добычи — Кровавые Ангелы прекрасно осознавали, что к Терре придётся прорываться с боем. Трезво оценивая свои силы, воины понимали: единственное, чего им удастся достичь — это ранить легионы Воителя настолько сильно, насколько это возможно. Однако преодолевшие порог эфирного пространства и вошедшие в самые глубины варпа Кровавые Ангелы узрели ожидавший их яркий маяк — не успокаивающее сияние Астрономикона, а совершенно новый свет в пустоте. IX легион без колебаний двинулся вперёд, устремившись к этому новому свету — у сынов Сангвиния хватило решимости противостоять лежавшей в основе мятежа Хоруса злобе, так что же теперь могло угрожать их решимости?
И всё же то, что их ждало впереди, оказалось куда как более тонкой и коварной угрозой, нежели всё, что было придумано Хорусом; IX легион прибыл в Империум Секундус, на край бездны, которой была Эра Тьмы. Отныне всё должно было измениться.
Астра Инкогнито
После ухода Кровавых Ангелов Сигнус исчез из анналов истории. Его координат нет ни на одной современной звёздной карте, ни в одной хронике не найти информации о его судьбе, и только самый отчаянный или безрассудный вольный торговец решится отправиться на поиски его сокровищ. Кровавые Ангелы сделали всё возможное, чтобы стереть систему с лица Галактики — в равной степени по причине угрозы Империуму и сокрытия пятна на своей собственной чести. На оставшихся после ухода IX легиона маяках не указано названия системы — проходящие мимо корабли всего лишь получают грозное предупреждение, и учитывая убийственную природу ряда применявшихся в годы Ереси вирусных и химических боеприпасов, немногие готовы проигнорировать его ради простого любопытства. Едва Сангвиний покинул пределы системы Сигнус, она фактически прекратила своё существование.
За долгие годы проклятую систему посетила одна-единственная официальная экспедиция, заново открывшая настоящую сокровищницу из мёртвых остовов погибших кораблей, заброшенных городов-ульев и демонических реликвий, которым следовало оставаться нетронутыми. Располагавший фрагментарными сведениями о местонахождении Сигнуса и сопровождаемый эскортом хорошо вооружённых крейсеров флот покинул Анвиллус в хорошем настроении, его капитаны не сомневались в своём успехе. Однако после 6 месяцев молчания близ Анвиллуса появилась флотилия боевых барж и ударных крейсеров Кровавых Ангелов. Они принесли весть о гибели флота — предположительно, из-за катастрофического сбоя варп-привода — и сообщение от повелителей Ваала, звучавшее следующим образом: «Некоторые ошибки не стоит повторять, некоторые могилы не следует тревожить. Пусть они спят вечным сном, что же до вас — страшитесь появляться там, где не отважатся ступать даже Ангелы».
Источники
Примечания
- ↑ Указанная дата порицания XVII легиона Императором Человечества является ошибкой редакторов, поскольку в более ранних книгах (в 5-й книге) Forge World называла дату порицания Несущих Слово 963.М30. Дата 963.М30 указывается в том числе и в 8-й книге Ереси Хоруса от Forge World, где описывается битва на Сигнусе-Прайм.
- ↑ На самом деле в источнике говорится о 95-й роте, что является ещё одной ошибкой редакторов 8-й книги. Центурион Астер Крон командовал 94-й ротой, что отмечалось ранее в этой же книге.