Эйдолон
- «— Разве не восхитительна та дрожь, которая охватывает тебя, когда ты преступаешь границы того, что большинство называет моралью, когда наслаждаешься тем, что прочие называют беспутством? — спросил Эйдолон, выдыхая клубы крепкого кальянного дыма ему в лицо. — Все мы нарушили самую священную из своих клятв, так что же с того, если мы нарушим еще одну? Или еще десять?»
- – Эйдолон «Разделённая Душа»
Эйдолон — один из одиннадцати лордов-командующих легиона Детей Императора во времена Великого крестового похода и Ереси Хоруса. В настоящее время чемпион Слаанеш и один из самых могущественных лордов Хаоса.
История
- «Воин становится известным благодаря своим свершениям, одержанным триумфам и побеждённым врагам. Воин ничего не добился, если никто не знает его имени или не слышал о его славных деяниях»
- – Лорд-командующий Эйдолон из Детей Императора
Когда-то лорд-командующий Эйдолон почитался за образец всего, к чему стремились Дети Императора. Сам Фулгрим повысил его до капитана роты, а впоследствии Эйдолон достиг такого совершенства, что стал выдающимся лордом-командующим III легиона. Если у него и был какой-то изъян, то это чрезмерное высокомерие, и со временем эта черта характера принесёт воистину гнилые плоды. Стремясь к совершенству, воплощённому в его примархе, лорд-командующий отдался в руки апотекария Фабия и получил биологические аугментации, позволявшие ему издавать психозвуковой вопль, не уступающий по мощи любому оружию. Врождённые навыки и обретённые способности Эйдолона проявились в полной мере средь кровавых песков Истваана V, где он обрушивал на лоялистов настоящий какофонический шторм, одновременно рассекая их на куски мастерски выверенными ударами.
Во время Ереси Хоруса заносчивость Эйдолона достигла невиданных прежде высот и настолько разозлила Фулгрима, что тот обезглавил лорда-командующего собственным клинком. Впрочем, через какое-то время примарх признал, что был слишком суров с Эйдолоном, и приказал Фабию вернуть его к жизни. Для Фабия, гениальность которого шла рука об руку с безумием, это была хоть и трудная, но выполнимая задача.
После поражения предателей на Терре легион Детей Императора распался на самостоятельные группировки, и Эйдолон стал одним из самых могущественных предводителей этих банд.
Лаэранская чистка
- «Только лишь человечество истинно прекрасно, и любые технологии ксеносов не могут идти ни в какое сравнение с теми, что созданы человеком. Лаэране будут уничтожены!»
- – примарх Фулгрим (Грэм Макнилл, «Фулгрим»)
После восполнения своих рядов, III легион начал собственный крестовый поход. Первыми ксеносами, с которыми они столкнулись на своём пути, была раса лаэр — тайных приверженцев Слаанеш.
- «Первый контакт с лаэранами произошел вполне стандартно: один из разведывательных кораблей 28-ой Экспедиции обнаружило признаки ксеноцивилизации в приграничной системе двойной звезды. Полученные данные позволили классифицировать её как «незначительно развитую технически».
Первоначально ксеносы не проявляли враждебности к имперским силам, но стоило Фулгриму отправить разведгруппу из нескольких легких кораблей к родному миру лаэран, как та немедленно подверглась прямому нападению.
Небольшой, но превосходно вооружённый флот ксеносов атаковал имперские суда в глубине системы, уничтожив их все до последнего и не понеся потерь.
Обработав обрывки информации, которые успели передать разведчики, механикумы пересмотрели свое мнение о вновь открытой расе. Оказалось, что технологии лаэран как минимум не уступают имперским, а то и превосходят их.
Далее выяснилось, что подавляющее большинство ксеносов проживало на гигантских коралловых атоллах, свободно парящих в небе Лаэра, планеты, полностью покрытой океаном. Вероятнее всего, возник он в результате быстрого таяния полярных шапок, и теперь лишь вершины высочайших гор оставались над водной гладью.
Администраторы Совета Терры предложили начать мирные переговоры о переходе Лаэра под протекторат Империума, указывая на неминуемые сложности, ожидающие Детей Императора при попытке поставить на колени столь продвинутую и необычную расу.
Фулгрим просто-напросто отмахнулся от этой идеи...
Так началось очищение Лаэра.»- – Грэм Макнилл, «Фулгрим»
Именно здесь были заложены первые семена предательства, когда Фабий получил возможность для вскрытия трупов лаэр и узнал, что те проводили над собой обширные генетические модификации, стремясь улучшить свой вид и создать множество различных каст, дабы наилучшим способом служить своему обществу. После своих экспериментов Фабий привёл свои доводы примарху: лаэр не так сильно отличались от Детей Императора в своём стремлении к совершенству; Фабий предположил, что если они взглянут на собственную плоть, то смогут улучшить её, приблизив к совершенству. Говоря откровенно и не боясь смертной казни за свои взгляды, Фабий озвучил цель своей жизни — разгадать секреты Императора по созданию Астартес, дабы продвинуть свой легион на пути совершенства. После этого на почву предательства упало новое зерно — Фулгрим разрешил Фабию его эксперименты, дав ему неограниченные ресурсы.
С окончанием Лаэранской чистки поток раненых и умирающих замедлился, и у Фабия появилось больше времени на свои исследования. Чтобы обеспечить секретность своих исследований, Фабий поселился в мало используемом исследовательском центре на борту «Андрония» — ударного крейсера под руководством Эйдолона. Первоначально он использовал стандартное оборудования апотекария, но позже, с благословения Эйдолона создал множество необычных медицинских инструментов.
Лорд-командующий проявил личную заинтересованность в работах Фабия: он открыто заявил, что после исполнения своих трудоёмких обязанностей, Фабий будет обязан начать свои эксперименты на нём: благодаря этому Эйдолон намеревался стать триумфом Фабия, более быстрым и смертоносным, чем когда-либо прежде. Он мечтал стать незаменимой правой рукой примарха.
«Убийца»
- «Но это не обязательно. В мести нет необходимости. Здесь свили гнездо ксеносы, безжалостное и чуждое зло, которое, отвергает любые цивилизованные переговоры с представителями человечества. Этого достаточно. Как с самого начала Похода учил нас всеми возлюбленный Император — любая угроза должна быть устранена ради дальнейшего процветания человечества. Ты со мной?
Мы вместе убьём Убийцу, — ответил Хорус»- – Диалог Сангвиния и Хоруса (Дэн Абнетт, «Возвышение Хоруса»)
Эйдолон покинул 28-й Экспедиционный флот, чтобы принять участие в очищении Урисаарха совместно с Кровавыми Ангелами. Эту планету открыл капитан Кровавых Ангелов Хитас Фром, который передал с орбиты сигнал всем имперским силам держаться подальше, так как этот мир смерти населяли чудовищные и крайне агрессивные ксеносы — мегарахниды. Благодаря огромной турбулентности все десантные капсулы Кровавых Ангелов были рассеяны по планете, благодаря чему подразделения Легионес Астартес оказались отрезаны друг от друга, также атмосфера негативно сказалась на вокс-связи, но всё же некоторые сообщения с просьбой о немедленной помощи пробились сквозь помехи; последняя передача произошла от самого Хитаса Фрома: «Этот. Мир. Убийца». Именно это название и дали миру. В этот моменты силы Эйдолона прибыли на помощь Кровавым Ангелам, но совершили ту же ошибку, не учтя особенности местной погоды: их десантные капсулы были рассеяны по всей поверхности планеты.
Боевая группа Саула Тарвица обнаружила подобную скале структуру, которая имела вид «дерева». Уничтожив данную структуру, Тарвиц заметил, что небо над ней прояснилось, и тогда он понял, что эти сооружения использовались для контроля погоды на планете и были ответственны за тяжёлую турбулентную атмосферу. Как будто узнав об успехе Саула, мегарахниды направили все силы для уничтожения его отряда и множество славных воинов пало в тот день и пал бы весь отряд, если бы не подоспевшие Лунные Волки. Мегарахниды были рассеяны.
После сражения Эйдолон поссорился с Тариком Торгаддоном, который обвинил Эйдолона в стремлении заработать славу ценой жизни подчиненных. Десять рот Лунных Волков, остатки Детей Императора и титаны Легио Мортис расчистили передовой плацдарм для высадки войск, когда неожиданно прибыл новый посетитель: примарх Сангвиний спустился на поверхность планеты, дабы лично почтить память и собрать останки погибших Кровавых Ангелов. Сангвиний и его войска стали сражаться плечом к плечу с Воителем: тысячи мегарахнидов покинул свои убежища в недрах планеты, наступая бесконечной волной. Спустя шесть месяцев войска с примархами во главе практически уничтожили всех ксеносов, но вскоре, после прибытия корабля интерексов, кампания по ксеноциду «Убийцы» была остановлена.
Эволюция
После зачистки Двадцать Восемь-Четыре, Эйдолон подвергся «улучшению» гением Фабия Байла:
- «Эйдолон, мало что понимая, нервно впился глазами в линии, прыгающие на экранах мониторов, и на его лбу выступили крупные капли пота.
— Похоже, вы так и не успокоились, несмотря на всё просьбы, мой лорд, — покачал головой Фабий, и холодный свет блеснул на лезвиях скальпелей хирургеона.
— А что тут странного? — через силу, с искажённым от злости лицом выкрикнул Эйдолон. — Ты же хочешь перерезать мне горло и засунуть туда орган, о предназначении которого я так ничего и не знаю!
— Это — модифицированный имплантат трахеи, который, соединившись с голосовыми связками, позволит вам издавать нервно-паралитический вопль, подобный тому, что вы могли слышать, сражаясь на Лаэре. Так кричали некоторые существа из их касты воинов.
— Ты хочешь запихнуть мне в глотку часть ксеноса?! — в ужасе дернулся Эйдолон.
— Отнюдь нет, — во весь рот улыбнулся Фабий, — хотя, не скрою, в нём присутствуют цепочки чужеродного ДНК, но они объединены с геносеменем Астартес в ходе контролируемой мутации. Это всего лишь незначительное изменение, которое, вместе с тем, может спасти вас в бою.
— Нет! — почти плакал Эйдолон. — Я не хочу, не желаю, чтобы эта ксеносская грязь попала внутрь меня!
Байл огорчённо покачал головой.
— Боюсь, слишком поздно идти на попятный, мой лорд. Мои исследования одобрены примархом, да и вы сами, если помните, требовали, чтобы я начал улучшать Детей Императора с вас. Как же вы тогда сказали? Ах да, вспомнил: «Я хочу стать совершенным воином, самым быстрым, самым сильным, самым смертоносным из всех Астартес!»
— Нет! Нет! Оставь меня, апотекарий! Я больше ничего не хочу!
— Извини, Эйдолон, — спокойно ответил Фабий. — Просто расслабься, наркотики всё равно сейчас тебя обездвижат. Я не допущу, чтобы образец, на которой затрачено столько труда, просто так погиб — а это непременно случится, если не поместить его в тело носителя.
— Я убью тебя, скотина! — лорд-командующий из последних сил пытался освободиться, но его мускулы уже были ослаблены транквилизаторами, и металлические крепления прочно прижимали Эйдолона к столу.
— О нет, ты и пальцем ко мне не притронешься, — отмахнулся Байл. — Во-первых, очнувшись, ты поймёшь, что и правда стал сильнее, смертоноснее и так далее. Во-вторых, жизнь воина полна опасностей, и до конца Великого крестового похода ты, Эйдолон, ещё не раз окажешься на операционном столе. Моём столе. Подумай, разумно ли угрожать мне, и засыпай. Очнувшись, ты поймёшь, что наш любимый легион в твоём лице сделал огромный шаг к совершенству.
Скальпели хирургеона опустились к горлу лорда-командующего.»- – Грэм Макнилл, «Фулгрим. Образы предательства»
Позднее Эйдолон воспользовался новой способностью во время кампании на Истваане III (проводимой совместно с Гвардией Смерти), когда капитан Натаниэль Гарро был оглушён Девой Битвы: противник был сметён чудовищной звуковой волной.
- «Остальные слова Гвардейца Смерти потонули в финальном душераздирающем вопле сверху. Все, кто мог, инстинктивно зажали уши ладонями, чтобы не слышать последней, предсмертной ноты Девы Битвы. Подняв голову, Дециус увидел на вершине пирамиды две фигуры в пурпурных доспехах, увидел, как разрубленная фигура в воздушном одеянии упала и, кувыркаясь, покатилась по крутому склону.
— Эйдолон! — закричали рядом космодесантники. — Эйдолон её убил! Разбойница мертва!»- – Джеймс Сваллоу, «Полёт «Эйзенштейна»»
В свете этого Эйдолон может считаться первым в истории шумовым космодесантником.
Предательство на Истваане III
Истваан III стал ещё одним шагом в падении Эйдолона в Хаос после того, как Хорус приказал очистить ряды заговорщиков от «неугодных». В то время, как войска штурмовали столицу Истваана III Воитель распорядился об орбитальной бомбардировке города. К счастью, Саул Тарвиц смог при помощи Натаниэля Гарро бежать с «Андрония» и предупредить братьев-лоялистов о предательстве. Выжившие в сражении укрылись до того, как на поверхность планеты обрушились вирусные бомбы. Гражданское население, около 12 миллиардов человек, не получило никакой помощи и умерло в страшных мучениях от вирусного оружия в течении нескольких минут.
Около трёх месяцев шли бои с выжившими лоялистами, и они продержались бы ещё если бы не предательство Люция, который обеспечил предателям открытый доступ к восточному флангу лоялистов; силы Детей Императора ворвались в крепость. С особой изощрённостью Эйдолон убивал раненых, особенно верных Детей Императора. Разразилась битва без цели и направления, где каждый лоялист был за себя перед огромным числом противников. Последующая за этим орбитальная бомбардировка окончательно сломила сопротивление лоялистов, но они погибли, зная, что тоже забрали немало жизней тех, кого прежде называли боевыми братьями.
Резня в Зоне Высадки
Окончательная победа предателей на Истваане III была куплена множеством жизней, но они были готовы заплатить ещё большую цену, чтобы захватить контроль над Империумом. Отступникам пришлось готовится к неизбежному ответу, который пошлёт им Император. Воитель поручил Фулгриму занять Истваан V и с помощью сил Тёмных Механикус организовать там систему обороны. Лоялисты атаковали двумя волнами под командованием Ферруса Мануса: в первую волну включались Железные Руки, Саламандры и Гвардия Ворона, вторая волна — Альфа-Легион, Повелители Ночи, Железные Воины и большой контингент Несущих Слово. Битва превратилась в резню, когда вторая волна раскрыла свое предательство.
Зажатые в клещи между двумя армиями врагов верные Терре космодесантники были беспощадно истреблены: каждая схватка стала бойней и все очаги сопротивления лоялистов встречались с подавляющим огнем неприятеля. Лишь немногим Астартес из верных легионов удалось спастись.
В это время Эйдолон с Люцием сражались на переднем крае сражения, но вскоре кровопролитие закончилось и почти вся сила трёх преданных легионов осталась на чёрных песках Истваана V.
Судьба Эйдолона
После резни на Истваане V Воитель приказал Фулгриму отправиться на Марс, но меркантильный примарх предпочёл нанести удар по миру Призматика V в скоплении Призматика. Не в силах противиться своей натуре, Эйдолон раскритиковал приказ примарха. Последовавшие за этим слова извинения уже не были нужны: Фулгрим одним взмахом снёс голову своего сына одним ударом Анафема. Позже кровь из отрубленной головы Эйдолона была использована в качестве добавки к вину, которое выпили все старшие офицеры III легиона.
В момент раскаяния Фулгрим приказал Фабию оживить Эйдолона: к счастью, единственным повреждением на теле было место идеального отсечения головы. Используя свои выдающиеся навыки, старший апотекарий смог восстановить нервные кластеры у основания шеи.
- «— Я знаю о своём легионе всё, Люций. Всегда это помни. Забудешь — и последствия будут суровы. Верно, Эйдолон?
Сначала Люцию показалось, что он ослышался. Имя, которое примарх только что произнёс, не могло прозвучать. Должно быть, Фулгрим присвоил имя покойного лорда-командующего кому-то другому.
— Узрите Воскресшего! — воскликнул Фулгрим, скидывая капюшон с закутанного существа, вошедшего вместе с Фабием. По Гелиополису пронесся коллективный вздох изумления, когда глазам предстало изуродованное, с вытянутой челюстью, лицо воина, которого считали павшим от руки самого примарха.
Лорд-командующий Эйдолон сбросил плащ, представ перед всеми в броне, блестящей и раскрашенной в немыслимые цвета. С его наплечников свисала грубая ткань, нанизанная на шипы проволоки, и тяжёлый молот висел на ремнях, перекинутых через грудь. Идеально ровная линия ещё не зажившего шва пересекала шею.
Его кожа была цвета старого пергамента, а глаза — чёрные и стеклянные, мёртвые, как у куклы. Он прохромал к Люцию, и безгубая ухмылка сделала неестественно широкий рот ещё шире. При виде ходячего мертвеца по коже Люция, охваченного одновременно отвращением и восторгом, побежали мурашки.
— Удивлён встрече, мечник? — пробулькал Эйдолон.
— Я видел, как ты умер, — ответил тот. — Я пил вино, смешанное с твоей кровью и ликвором.
– Однако я жив.
Люций засмеялся в ответ.
— Это жизнь? Ты едва ходишь, и если я решу обнажить меч, я зарублю тебя прежде, чем ты успеешь достать свой здоровенный молот.
— Мне теперь не нужен молот, чтобы убивать ничтожеств вроде тебя, — сказал Эйдолон. — Теперь я способен на такое...
Последние слова не успели ещё слететь с губ Эйдолона, как Люций обнажил оба меча и, скрестив их, опустил на плечи лорда-командующего.
— На этот раз я отрежу тебе голову окончательно, — сказал Люций.
— Тише, сыны мои, — сказал Фулгрим, с явным удовольствием наблюдая за воссоединением старых врагов. — Эйдолон жив, потому что я так хочу.»- – Грэм Макнилл, «Ангел Экстерминатус»
Позднее Эйдолон сопровождал примарха во время его путешествия по Йидрису вместе с Пертурабо и его Железными Воинами, и стал участником Апофеоза Фулгрима и его вознесения в демон-принцы Слаанеш.
После этого Дети Императора рассеялись по Галактике. Эйдолон принял на себя командование третью из них, которая развязала охоту на Белых Шрамов. Во время охоты он убил командира кешигов Цинь Са, а позднее объединился с Мортарионом. Вместе они могли уничтожить практически весь легион Белых Шрамов, если бы не героическое самопожертвование Таргутая Йесугея. После этого Мортарион приказал Эйдолону отследить первого капитана Гвардии Смерти Каласа Тифона и вернуть его обратно.
Позже лорд-командующий Архориан встретился с Эйдолоном в мире Хорвия, чтобы обсудить будущее легиона. Архориан подготовил западню, чтобы убить Эйдолона, но тот совместно со своими какофонами создал звуковую волну колоссальной силы, которая стерла с лица земли Архориана и его терминаторов Феникса.
- «Наконец, появился и сам Архориан, наступающий среди дымящихся руин во главе своей армии. Со сверкающим силовым мечом в руке и в сопровождении терминаторов он искал своего соперника. Воздух дрожал от безумных криков и булькающих стонов. Шипела опалённая плоть. Эйдолон встретил его посреди пылающей площадки вместе со своими телохранителями-какофонами. Все они согнулись пополам, не в силах даже стоять, броня дымилась, открытая плоть побагровела. Земля под ногами Детей Императора превратилась в топь, кипящую от жидких ядов, а очищенные токсины Хорвии всё текли и текли, обрушиваясь на них волнами. Химикаты сдирали с доспехов все геральдические знаки, оставляя лишь их расплавленное и искажённое подобие. Казалось, что змеи сбрасывали кожу из позолоты и лака. Волосы первого лорда-командующего выгорели так, что остались лишь чёрные клочья на покрытой струпьями макушке. Архориан навис над ним, подняв меч. Воздух вокруг лезвия дрожал, словно мираж от жара.
— Поднимись, посмотри на меня, и я позволю тебе умереть стоя.
Эйдолон не двигался. Его какофоны словно ослепли, заблудившись в лабиринте страданий, их открытая плоть покрывалась пузырями, а руки дрожали. Но затем они медленно начали вытягиваться в полный рост, дёргаясь, но двигаясь в жутком унисоне, так, словно их направляла невидимая сила, дёргая за нити, как марионеток. Эйдолон выдавил из себя улыбку, измученная кожа вокруг рта разорвалась.
— Ахахахахахаааааа! — безумно захохотал Эйдолон. А затем рассмеялись и его телохранители. Раздались смешки, потом хохот, они ржали, не переставая, смех слился в жуткий нарастающий хор дикого наслаждения. На Детей Императора падал дождь химикатов, опаляющий, разъедающий, проникающий в кровяные сосуды и там сливающийся с мешаниной стимуляторов. Архориан слишком поздно понял, что происходит. Он поднял меч, задохнувшись от отвращения, и это было последним, что лорд-командующий сделал в своей жизни.
Эйдолон открыл рот. По всему полю боя какофоны распахнули свои искажённые и раздувшиеся пасти. Воздух разорвал смертельный вопль, обрушивавший башни, поднимавший в воздух обломки, терзающий гармоническую связь всего вокруг. Ноты, усиленные и отдающиеся в невозможном спектре звука, раскололи броню. Архориана разорвало на части, от тела остались только разлетающиеся кровавые клочья. Легионеров вокруг разнесло на атомы и разбросало, словно ураганом. Поток звука отрывал гусеницы от корпусов «Лендрейдеров» и выжигал их машинных духов. Уцелевшие прежде башни взрывались, а затем из них в растущий пожар текло топливо.
Какофоны продолжали кричать, откинув головы, захлёбываясь кислотным дождём. Глубже всех заглатывал и громче всех выл сам Эйдолон, и крики его срывали плоть с костей. Очищенные его жутким метаболизмом токсины бурлили, жгли лорда-командующего изнутри, и он чувствовал, как всё сильнее раздуваются мускулы, пульсирующие, словно переполненные мешки с ядом.
Легионеры двинулись дальше лишь тогда, когда разрушили всё вокруг. Какофоны пробирались сквозь груды дымящихся трупов, их жажда стала манией, а аппетиты выросли, став ненасытными. Фодеон шёл рядом со своим лордом-командующим, давя останки Архориана, и не замечая этого. Слезящиеся глаза оркестратора сверкали от упоения, и он восхищённо стонал.
— О, даааа... Я чувствую... я ощущаю...
Эйдолон схватил его обеими руками, удерживая на месте, и подтянул лицо ближе к себе. На их доспехах не осталось символов старых Детей Императора, лишь их кошмарные смазанные подобия. Прежний пурпур неистовая химическая реакция сделала кислотно-розовым цветом, мерцающим в дьявольской ночи. Все сочленения брони обгорели, решётки воксов сплавились с плотью. Всё смешалось в восхитительной муке. Эйдолон зашипел, чувствуя, как жжёт его голосовые связки.
— Этим мы теперь и занимаемся, братец. Теперь мы такие. Ты хотел рабов? Ты их получил. Мы будем жечь их, свежевать, рвать на части и вновь наполнять эти хранилища. Хорвия — лишь начало. Мы создадим такие яды, что ими подавятся сами боги.
И тогда Фодеон вновь захохотал, а затем закричал, выпустив на волю терзающую лёгкие муку и эйфорию.
— Мой господин, теперь ты владыка легиона! Нет никого, кроме тебя!
Эйдолон выпустил его. Тело Разделённой Души дрожало, его глаза жгло. Шатаясь, он поднялся выше по склону, чувствуя сквозь смрад химикатов запах горелой свинины, свежей плоти. Забравшись наверх, вскарабкавшись по исходящим паром обломкам когда-то величественного шпиля, Эйдолон увидел весь масштаб разрушений, учинённых его легионом.
Всюду бесчинствовали воины, гонимые болью от ядов, которые должны были бы убить их, но изменили благодаря мутациям. Они собирали всё, что осталось в опустошённых хранилищах, с жадностью пили и поили этим схваченных врагов, смешивая всё новые коктейли. Вскоре они разойдутся по развалинам Хорвии, и цикл повторится вновь.
Но наблюдавший за зрелищем Эйдолон знал, что здесь они не утолят своих желаний. Выжившие легионеры будут искать всё более острых ощущений, всё большего разгула. Воины будут двигаться дальше и дальше, никогда не останавливаясь, иначе их убьёт то, чему они с упоением предались. Чтобы утолить подобную жажду потребуется мир, населённый миллиардами, мир, где жило столько людей, что даже у легиона уйдёт век на то, чтобы поймать всех.
И тогда Эйдолон понял. С дарованной наркотическим опьянением ясностью он понял, что нужно сделать дальше. Эйдолон, Разделённая Душа, тот, кто умер, но теперь жил вновь, осознал, что они достигли всего, что могло быть достигнуто, и теперь осталась лишь одна цель. Настал поворотный день. Он посмотрел на звёзды, уже предвкушая, какое насилие свершит его легион, и поморщился, ощутив текущую по щеке едкую слюну.
— Итак, мы отправляемся на Терру. Мы повторим там всё совершённое здесь и сделаем это с благословения самого Воителя.»- – Крис Райт «Разделённая Душа»
После Ереси Хоруса
Имперские архивы говорят, что Эйдолон был жив, по крайней мере, до Осады Терры, а некоторые слухи утверждают, что он существует по сей день, тревожа своими набегами имперские миры. По слухам, он служил Абаддону Разорителю, был консортом королевы Сийлеллы и чемпионом Хранителя Секретов Н'Кари. Ни одному инквизитору не удалось найти подтверждение этих слухов, но без неопровержимых доказательств Инквизиция не может признать Эйдолона мёртвым.
Как говорят, на сегодняшний момент Эйдолон возглавляет самую большую и дисциплинированную банду Детей Императора в Галактике: в основном состоящий из шумовых космодесантников отряд тесно сотрудничает с Абаддоном и его Чёрным Легионом (в частности, они были замечены во время Готической войны).
Снаряжение и некоторые способности
- «Вечная Слава» — излюбленным оружием лорда-командующего был силовой молот мастерской работы, известный как «Вечная Слава», подаренный лорду-командующему самим Фулгримом после повышения Эйдолона до этого звания. Данное оружие является в равной степени произведением искусства и символом статуса, а также жестоким и эффективным оружием войны, чья мощь в умелых руках Эйдолона возрастает многократно.
- Сокрушительный натиск — Эйдолон — надменный и агрессивный воин, привыкший поражать врагов одним презрительным ударом, подобным молнии с небес.
- Вопль смерти — Эйдолон получил ксенотехнологические имплантанты, созданные на основе экспериментов технодесантников легиона и старшего апотекария Фабия. Его вживлённый звуковой ревун способен издать разрушительный вой, крушащий кости и рвущий плоть.