Пробуждение Иннеада
- «Вурдалакам сродни, тьмою влекомым, нечестивцев трагедия соберёт. Предостережения, в одну эру данные дважды, заглушены гордыней и ненавистью.
Рана Дандры забрезжит заря, и фатума нити натянутся туго. Смерти громада нависнет тогда, но сдвинуть и отвратить её засияет надежда.
Тропой разветвлённой пройти предстоит, из правды тройной, сплести клубок дабы, открывающему Седьмого Пути, врагу заклятому Той-Что-Жаждет.
Души умерших давно столпятся за древних времён возрождением, испивая, но не поглощая; вбирая, но порождая.
В жарком горниле Кхейна гнева скорбь нашу перекуют. А в горькой участи оружие для убийства богини найдут.
Зажжённая огнём неправосудных войн, луна, где голосам нет счёта, из шара бледного звездою обернётся. То тигель будет душ и снов.
В одном месте столпившись, похищенные провидцы мёртвых притянут, чей сонм поплывёт по пескам, голосом единым вещая.
Пламя дрожащее до света маяка разгорится, и звон похоронный поднимается в ответ на вестника крик. Щит почерневший станет мечом, и бездны зёв обратится дорогой.
И слышно, как шёпотом сильным, горячим, бог мёртвых взывает ко всем. Могуч его голос настолько, что в вечной тиши звёзды грозит утопить.»- – Кисадурас Анахорет, пророчество о Сокрытом Пути
Ритуал пробуждения Иннеада, бога мёртвых в мифологии эльдар, произошедший на кристаллической луне Порт-Демеснуса, имел судьбоносные последствия не только для эльдарской расы, но и для всей Галактики.
История
Битва за Порт-Демеснус была конфликтом между космодесантниками Караула Смерти и арлекинами из труппы театра Полночной Грусти, происходящей на Когерии, кристаллической луне имперского мира Порт-Демеснуса. Труппу арлекинов возглавлял не кто иной, как верховный ясновидец Ультве Эльдрад Ультран. Используя нападение на Порт-Демеснус в качестве отвлечения, Эльдрад и его союзники арлекины провели ритуал, который должен был пробудить в Имматериуме бога мёртвых альдари — Иннеада. Впоследствии, ритуал был сорван до своего завершения силами Караула Смерти во главе с капитаном Караула Артемисом из ордена Мортифакторов. Впрочем, несмотря на вмешательство имперцев, эльдар удалось частично пробудить бога мёртвых. Амбициозный замысел потерпел фиаско, но с одной оговоркой — крупица потустороннего разума пересекла космос и проникла в Тёмный город Комморру. Не больше осколка метеорита, но обладающая невообразимым потенциалом, частица сущности Иннеада пронеслась по Комморре в направлении «Крусибаэля», словная падающая звезда, и врезалась в Иврайну, которая в дальнейшем открыла Седьмой Путь и дала новую надежду всей эльдарской расе.
Сокрытый Путь
Из потаённых долин и подземных гротов явились воинства искусственных миров Сейм-Ханн и Ультве. Они хлынули на планету через древние врата Паутины и по туннелям замысловато сплетённого измерения обошли все линии обороны. Затем силы эльдар напали на население мира, и какофонию громадных промышленных комплексов Порт-Демеснуса заглушили вопли перепуганных и умирающих людей.
За несколько часов вся планета пришла в боевую готовность. Были активированы старинные вокс-протоколы, и по Эмпиреям пронеслось эхо мысленных воплей астропатов портового мира. Из холодных глубин космоса начали стягиваться разрозненные имперские подразделения, но они, слишком медленные или слишком далекие, не могли защитить важнейшие области планеты. И потому в первую же ночь десяток ключевых укрепрайонов оказался в руках эльдарских захватчиков, одетых или в непроглядно-чёрное, или в кроваво-красное.
Придя в ярость, главное командование сектора ответило в ожидаемо грубой манере. Империуму «начистили нос» во время их смены, и возмущённые офицеры решили показать силу, в чём эльдар и не сомневались. Преодолевая туман войны, садились в гуще боёв громоздкие транспорты, и земля вздрагивала от их грохота. Батальоны солдат покидали их бездонные недра, полки надёжных и грубых бронемашин месили гусеницами грязь. Поначалу действия Империума выглядели лишь как демонстрация мощи: подкрепления не отличались проворством, и чужаки успевали покинуть те зоны боевых действий, куда прибывали человеческие армии. Но маховик войны раскручивался, и поверхность мира понемногу скрывалась под бесконечным приливом имперских соединений. Вскоре ксеносам уже некуда было отступать — войска людей сошлись с ними вплотную, и три из четырёх континентов Порт-Демеснуса вспыхнули огнём тотальной войны.
Но при всех смертях и разрушениях на планете истинная суть конфликта была ещё более скверной. Вторжение служило всего лишь отвлекающим манёвром, который спланировали наиболее дальновидные стратеги эльдар, и важнейшая их цель находилась в другом месте. Успех этого предприятия был настолько важен для чужаков, настолько критичен для судьбы всей их расы, что они рисковали невосполнимыми потерями, бросая десятки тысяч сородичей в полномасштабную кампанию-обманку.
- «Артемис наблюдал, как лавина обломков несётся в его сторону через окраины столичного улья Демесния. Трущобы огромного города давно уже пришли в запустение, и теперь их руины быстро рассыпались под безжалостными планетарными ударами ксеносов. Захватчики жёстко ударили по поверхности мира, и их совмещаемые атаки не позволяли имперским силам наладить взаимодействие. Капитан Караула не слышал о нападениях на Схоластику Псайкана, но предполагал, что она может оказаться целью врага. По его опыту, эльдар никогда не стремились к захвату территории или материальных ценностей. На кону наверняка стояло нечто более таинственное, поэтому дозорный и гнал «Чёрную звезду-Корвус», чтобы добраться до комплекса псиоников раньше неприятеля.
Буря пыли и золы накрыла караульную группировку Артемиса с шумом, похожим на завывание погубленных душ. Прочно стоя на ногах, командир роты выискивал посреди удушливого вихря силуэты врагов. Бионические сенсоры оперативника засекли в рукотворном полумраке прерывистые движения: кто-то прыжками и кувырками преодолевал безумную круговерть. Вот в поле зрения Артемиса появился воин-танцор чужаков, затем ещё один; оба сверкали, будто солнечные лучи в каплях дождя.
— Контакт, — произнёс дозорный. — Арлекины. Караульные, выдвигаемся по моей команде. И оградите свои чувства, эти создания — воплощённый обман.
В углах его визора мигнули значки подтверждения, и отряд зашагал прямо в бурю. Ярость её ослабевала — свирепый порывистый ветер словно бы поник перед твёрдой решимостью бойцов. Почтенный дредноут Нигилус только метнул в сторону врагов потрескивающий шар губительной плазмы, как за ним тут же последовали грохочущие раскаты болтерных очередей. Углядев многоцветную вспышку, Артемис выстрелил и сам. Где-то вдали брызнула кровь, и оперативник приготовился к контратаке, но её так и не последовало. Пройдя вперёд, он обнаружил на земле ксеноса в ярком наряде, с длинными руками и ногами, а также дырой в груди размером с артиллерийский снаряд. Вместо лица у издыхающего чужака была окровавленная маска, но его миндалевидные глаза смотрели на луну Порт-Демеснуса. Нахмурившись, космодесантник быстро обдумал увиденное. Часто случалось, что умирающие последним в жизни деянием выдавали ценные секреты, и это было особенно верно для такой лживой расы, как эльдар.
— Они уходят, капитан, — заметил стоявший рядом ветеран Корденос.
— Мы должны соединиться с главными силами, — голос дредноута Нигилуса скрипел, будто ржавые шестерни. — Караульный командующий Морделай приказал нам сокрушить военный совет ксеносов.
Артемис помедлил всего секунду, но этого хватило, чтобы все оперативники повернулись к лидеру с немым вопросом.
— Нет, — кратко ответил он. — Истинная битва пройдёт не здесь. Готовьтесь к отбытию — арлекинов привела сюда не планета... а её спутник.»- – Артемис раскрывает истинную цель эльдар
Театр масок Полуночная Грусть
Однако даже среди этого радикального ансамбля есть такие, кто сам себе на уме. Самыми правыми, вероятно, можно назвать арлекинов, что следуют за Духом Инриама — жутким Шутом Смерти, который известен своеобразным пониманием вселенских причуд. В настоящее время они ведут тайную войну в Паутине между искусственными мирами; в том числе они присутствуют на озаряемых пожарами полях сражений сектора Демеснус. Их план хитёр, но обладает колоссальным потенциалом, и только Эльдрад Ультран знает все детали, поскольку именно выдающийся гений ясновидца его и породил. Смеющийся бог Цегорах с давних пор считается заклятыми врагом Слаанеш, и он, без сомнения, высоко оценивает дерзость и грандиозность замысла Ультрана. Однако те, кто относятся к судьбе Галактики куда серьёзнее, найдут его для себя шокирующим. Если сородичи-эльдар узнают о рискованном предприятии членов Полуночной Грусти, они, вероятнее всего, назовут их сумасшедшими и тотчас прогонят. Быть может, так оно и правильно, ведь в завершающем акте арлекины намереваются развязать войну на Когерии и использовать души эльдар в качестве оружия. Они сделали беспрецедентную ставку космического масштаба, и никто не знает, сыграет ли она.
Фигуры расставлены
Война за Порт-Демеснус не знала границ. Она обладала всеми чертами решающей кампании, в которой определяется судьба столичного мира и целой звездной системы: огонь изливался с небес, многолюдные города сгорали дотла, а по улицам текли реки крови. Но для Эльдрада Ультрана и актёров Полуночной Грусти сражения были всего лишь необходимым злом, постановкой, отвлекающей внимание от главного дела — судьбы Когерии, спутника планеты.
Когерия
Этот блистающий планетоид когда-то служил вспомогательной базой для флотов Порт-Демеснуса, сухим доком, в котором проходили обслуживание колоссальные звездолёты Империума. Но даже благородные контр-адмиралы, что правили спутником, не подозревали о сказочном богатстве у них под ногами — минеральном песке, который покрывал всю его поверхность, а многочисленные чужеродные шпили на горизонте казались им просто развалинами никчёмной ныне империи. Но люди серьезно ошибались. Да, поначалу они не обращали внимания на странные психические феномены, сопровождавшие вихри психоактивной пыли, а шепчущие голоса погубленных душ не могли пробиться сквозь грохот заводов, напряжённо трудящихся на десятину. Но со временем Когерия взяла своё, и имперские граждане начали массово терять рассудок. Когда бунты безумцев участились настолько, что капитаны Порт-Демеснуса не решались заходить в доки луны, её объявили зоной отчуждения и полностью эвакуировали население. Теперь же на спутник вернулись эльдар, чтобы завоевать его — силой или обманом.
Хотя население Порт-Демеснуса исчислялось десятками миллиардов, люди на протяжении многих поколений не появлялись на его луне, поскольку считали этот поблескивающий белый шар проклятым. Любого, кто пытался поселиться на Когерии в прошлом, доводили до умопомрачения слабые, но непрерывно шепчущие голоса, которые днём и ночью звучали на пределе слышимости. Вряд ли кто догадывался, что белые пески луны, сверкавшие звёздными ночами подобно снежному насту, в действительности представляли собой мелкую крошку психоактивного кристалла, чьи драгоценные осколки за несчётные эпохи выветривания стёрлись в порошок. И уж точно никто из ныне живущих не знал, что спутник в час рождения Слаанеш находился у самого края древней Империи Эльдар и пропитался псионическими отголосками той катастрофы. Бесчисленные кристаллические зёрнышки покрывали всю Когерию, и поглощённая ими психическая энергия оказалась неимоверно огромной. В массовом сознании переживших грехопадение эта луна долго считалась утраченной, но ближе к концу 41-го тысячелетия её вновь открыли Иллик Ночное Копьё и странствующие меж звёзд изгои мира-корабля Алаиток. Сообщив о находке советам провидцев, они запустили последовательность событий, отозвавшихся во всей Галактике.
Когда Эльдрад Ультран с искусственного мира Ультве узнал о диковинных песках Когерии, в бездонных глубинах его разума проросло семя давней идеи. Мысленно бросив его в океан возможностей, ясновидец проследил за странствием ростка по мерцающему сплетению вариантов грядущего. Ему открылась «физическая угроза», поскольку руна, которая обращалась вокруг узловой точки судьбы и рассекала полотно бытия на несколько нитей вероятности, обозначала жестокий Империум, и, хуже того, элитных космодесантников человечества. Обсудив известия с Кисадурасом Анахоретом, ясновидцем-философом, что давно уже скрылся от сородичей за стенами призрачной кости в сердце Ультве, Эльдрад решил лично разведать обстановку на спутнике. Но действовать ему требовалось незаметно, и с помощниками. Вспомнив, что сотни лет назад он имел дело с Шутом Смерти по имени Дух Инриама, древний ясновидец потянулся сознанием к мрачному союзнику и попросил его о помощи.
Хотя театр масок, оборонявший Чёрную Библиотеку от колдуна Аримана, нуждался в помощи своего Шута, арлекины благосклонно ответили на призыв Ультрана, и ещё до конца года кочевая труппа Полуночной Грусти провела Эльдрада к цели через туннели Паутины. После того как Дух Инриам выслушал план ясновидца, в его разуме словно бы зажглась руна новой надежды. Замысел псайкера оказался столь амбициозным, столь схожим по грандиозности с трудами эльдар минувших эпох, по воле которых вспыхивали звёзды, что перед его притягательной силой не устоял ни сам воин-танцор, ни его соратники.
Эльдрад давно уже поверил в возможность пробудить новое божество своего народа — Иннеада, покровителя мёртвых. Во многом предчувствующий скорую трагедию провидец считал, что проснувшийся Иннеад уничтожит Слаанеш, дьявольскую силу Хаоса, которая жаждала поглотить души всех эльдар. Но, согласно легендам, это должно было случиться лишь после того, как последний эльдар в Галактике выйдет из цикла смертного бытия. Ультран цеплялся за надежду, что сумеет призвать Иннеада раньше и спасти часть своей расы, достаточную, чтобы его сородичи затем медленно восстановили прежнюю численность, не страшась зловещего голода Слаанеш, из-за которого эльдар вынужденно жили в обстановке аскезы или же постоянных пыток.
Чтобы совершить задуманное метафизическое чудо, требовалось пожертвовать великим множеством жизней, и возможные последствия не давали Ультрану покоя. Дремлющий бог, сбрасывая оковы сна, мог разорвать Галактику на части — Эльдрад прекрасно помнил об этом, поскольку именно грехопадение его народа и привело к рождению Слаанеш. Кроме того, подавляющее большинство эльдар посчитали бы массовое убийство сородичей невероятным кощунством. Весьма немногие дальновидные мыслители — в том числе сам Ультран, Кисадурас, Дух Инриам и Йанна Ариеналь с Йандена — обсуждали пробуждение Иннеада не только как отвлечённую теорию. Но лишь Эльдрад с ближайшими сподвижниками готовился провести ритуал на практике.
На любом ясновидце, прожившем непредставимо долгий срок, сказывается постоянное прозревание. Когда кости Ультрана начали кристаллизоваться, он впервые краем «третьего уха» услышал пульс триллионов сердец спящего Иннеада – отголосков каждого из эльдар, чья душа нашла спасение в камне-хранителе или бесконечной цепи искусственного мира. Узнав, что Когерия покрыта уникальным песком, очень похожим по составу на жилы, прорастающие в его скелете, Эльдрад ясно увидел собственное будущее: теперь он или предотвратит гибель, нависшую над его народом, или неотвратимо ускорит её наступление.
Ультран начал действовать, чувствуя, как время утекает струйками песка меж его пальцев. Чтобы освободить Иннеада от дрёмы, ясновидцу требовались псайкеры с громаднейшим опытом и силой. Ни один из ныне живущих провидцев искусственных миров не последовал бы за Эльдрадом в небытие, поэтому он отыскал помощников из числа мертвецов. По поручению Ультрана несколько актёров Полуночной Грусти выкрали с каждого мира-корабля мерцающие статуи — останки наиболее одарённых ясновидцев эльдарской расы. Эти артефакты не только сохраняли духовное эхо самых могучих псайкеров Галактики, но и поддерживали гиперпространственную связь с бесконечными цепями их родных миров. Точно так же и посох Ультамара, которым владел Эльдрад, соединял его с далеким Ультве.
Когда вспыхнула война за Порт-Демеснус, ясновидец и его союзники-арлекины уже подготовили на Когерии всё необходимое для ритуала. По распоряжению Ультрана они с глубоким почтением составили из мёртвых тел огромный рунический круг — совет кристаллических провидцев. Воспользовавшись их доступом к бесконечным цепям разных искусственных миров, Эльдрад намеревался заполучить энергию каждой души внутри них — а там, по сути, пребывали сущности почти всех эльдар, умерших за последние десять тысяч лет. Затем он собирался переправить собранную мощь в крохотные песчинки кристаллов на поверхности луны наподобие того, как отлетающая душа впитывается в камень-хранитель. Итоговый психический импульс, в который вольются все призраки со всех миров-кораблей, ненадолго оказавшиеся в одном месте и времени, превратит сверкающий спутник в пси-маяк, настолько яркий, что свет его поднимет даже мёртвых — или, точнее говоря, бога мёртвых. В результате метафизического резонанса бесчисленное множество фантомов эльдар усилят абстрактную душу Иннеада по аналогии с тем, как духовидец впускает павших в призрачные конструкции, только в гораздо большем масштабе. Но за столь феноменальный успех придётся очень дорого заплатить. Воины, посланные на битву за Порт-Демеснус, станут недобровольными жертвами: души убитых, словно пламя, подожгут растопку из сознаний, собранных Ультраном на Когерии. Но и это ещё не все — в апогее ритуала каждый искусственный мир на время погрузится во тьму, превратится в безжизненную скорлупу. Жителям колоссальных космолётов останется лишь верить в успех Эльдрада, который вернет их к прежнему величию. Если обряд пройдёт удачно, луна кратко вспыхнет, как пси-звезда, и затмит поддерживаемый Императором Человечества Астрономикон, словно огонь топки — свечу. Последствия будут катастрофическими: серьёзно пострадают флоты эльдар по всей Галактике, а бессчётные армады людей сгинут в безразличных пучинах варпа. Ультран считал всё это болезненной необходимостью, но, с другой стороны, высокомерие не слишком хорошо сочетается с вдохновенным желанием изменить будущее.
Декорации расставлены, актёры заняли свои места. Всё было готово. Но к Когерии уже приближался Артемис, и ярость его, что пылала подобно раскалённым докрасна угольям, грозила сжечь замыслы Эльдрада дотла.
- «— Все системы освящены, – произнес караульный капитан Артемис. — Взлетаем.
«Чёрная звезда-Корвус» под названием «Задуманное Убийство» вздрогнула и прянула в небеса. Оперативники, прижатые к стенам отсека жёсткими фиксаторами, плотно зажмурились и стиснули челюсти, чтобы не лишиться сознания из-за громадных перегрузок и безумной тряски при вертикальном взлёте. Аугметический глаз Артемиса засбоил на секунду, но тут же показал в своём потоке данных идентификатор «Чёрного Кулака» — ДШС «Грозовой Ворон», принадлежащий караульной группировке. Оба летательных аппарата прорывались через затянутую сажей удушливую атмосферу планеты. Спустя несколько секунд содроганий корпуса и выворачивающего наизнанку давления наступило спокойствие стратосферного полёта. Соединение Караула Смерти покинуло зону боевых действий Порт-Демеснуса без потерь.
— Караульный капитан Артемис, — раздался из вокса сухой голос караульного командующего Морделая, — вы отбываете без разрешения. Возвращайтесь немедленно.
— Никак нет, командующий, — ответил Мортифактор, внутренне заледенев при мысли о том, что скажет дальше. — Дело не в войне, на кону стоит нечто большее. Я уверен в этом.
— У вас есть задание, капитан, — тон Морделая звучал угрожающе и напоминал звон стального клинка, в ночи вытягиваемого из ножен. — Именем Императора, я приказываю вам вернуться и выполнить его.
— Я прекрасно знаю, чего хочет от меня Император, — возразил Артемис, — и при всем уважении, командующий, у Него больше власти, чем у вас. Конец связи.
Вокс потрещал и умолк. Никто из боевых братьев Артемиса не проронил ни слова. В десантном отсеке «Чёрной звезды» повисла долгая многозначительная тишина, которую нарушал только рёв турбин.
Достигнув Когерии, транспорты Караула Смерти пронеслись на бреющем полёте над её слабо светящейся поверхностью, выискивая ауспиками следы жизни. Теоретически спутник был мёртв: хотя его поверхность усеивали факторумы, принадлежащие ВКФ, и корпусы недостроенных звездолётов, пока что корабли ордена не засекли и мельчайшего движения. Но всё же капитан не мог избавиться от чувства, что здесь пребывает нечто ужасное и страшно терпеливое. Гнетущее ощущение присутствия некой громадной сущности, ждущей момента, чтобы выйти из тени, не покидало его.
На горизонте вырастала слегка изгибающаяся арка, вокруг которой клубился туман, пронизанный мерцающим светом. То было творение не имперских зодчих, но эльдар, скрывавших поганую натуру под внешней красотой.
— Здесь, — сказал Артемис, ставя значок «боевые действия» на когитаторной карте. — Всё закончится здесь.»- – Артемис нарушает приказ командования и вместе со своим истребительным отрядом прибывает на Когерию
Путь разделяется
«Задуманное Убийство», содрогаясь, нёсся через разреженную атмосферу спутника. На горизонте давно покинутого планетоида торчали жалкие руины жилблоков, выстроенных древними поселенцами с Демеснуса. И хотя над одним из участков поверхности закручивалась необъяснимая дымка, похожая на замедленный ураган, прозревающие авгуры «Корвуса» подтвердили, что воздух пригоден для дыхания. Следом пришла ещё одна хорошая новость — барханы мелкого кристаллического песка, заменявшие Когерии почву, выдержат самолёты оперативников.
Караульный капитан Артемис и его боевые братья крайне внимательно изучали символы вражеского присутствия на краю экрана когитатора. Когда сканеры подтвердили наличие гуманоидов, но не имперцев, бойцы убедились — на луне находятся эльдар. Дополнительное подтверждение пришло из информационной сети «Грозового Ворона», который высадил неподалеку почтенного Нигилуса. Решение Мортифактора покинуть зону боевых действий Порт-Демеснуса почти оправдалось; теперь, если ксеносы творят здесь некие гнусные деяния, и караульная группировка успеет вовремя перебить их, то, вероятно, у дозорных ещё есть шанс вернуться в Таласу-Прайм с победой, а не позором.
- ««Чёрная звезда» приблизилась к цели, и Артемис напрягся в фиксаторах. Эльдар... Уже скоро он будет убивать их, вдыхать смрад их крови, наслаждаться хрустом их тонких костей.
— Отступи, — голос, раздавшийся в голове капитана, словно уколол его тысячью крохотных игл. — Твой замысел смертельно ошибочен.
— Прочь из моего разума! — прорычал Артемис, изо всех сил пытаясь мысленно вытолкнуть чужака, но тот не желал уходить.
Завывая, «Корвус» снизился к поверхности. Под рёв сирен и лязг освящённой гидравлики распахнулись передние люки.
— Мы противостоим Тёмному богу, тень которого накрывает обе наши цивилизации, — продолжил чужак. — И мы не воюем с тобой, Артемис с Посула. Я прошу о переговорах. Давай объединим усилия против общего врага.
Дозорный вдавил кнопку включения на силовом мече.
— Не выйдет, — ответил он, спрыгивая на песок во главе своих бойцов. — Караульные, порвите их в клочья!»- – Отчаянно стремясь избежать прямого столкновения с караульной группировкой Артемиса, Эльдрад Ультран заклинает капитана оперативников внять голосу разума, а не слепо исполнять протоколы истребления ксеносов
Через долю секунды после приказа об атаке ветераны Артемиса оказались под плотным огнём. С севера и юго-востока к ним устремились сверхскоростные сюрикены, увлекая за собой завитки сгущающегося тумана. Некоторые диски были не шире эльдарского запястья, но иные могли снести голову с плеч космодесантника. И все они отличались невероятной остротой. Попадая в цель, сюрикены рассекали керамит, оставляли кровоточащие раны, срезали пальцы с кистей и отрубали конечности. Меткий диск лишил боевого брата обоих глаз в фонтане осколков визорного стекла и мутных брызг; из дымки тут же донесся чей-то безрадостный смех.
Караульные Смерти уже стреляли в ответ, даже тяжелораненые бойцы непрерывно палили от бедра. Болты «Кракен» уносились в полумрак, где на краю видимости кувыркались длинноногие создания. То здесь, то там раздавался приятный слуху хлопок, с которым взрывались снаряды, попавшие в нечто плотное.
Прорываясь вперед, Артемиc на бегу выпускал один болт за другим и пытался не упустить во мгле ясновидца в высоком шлеме. Авангардные ветераны неслись рядом с ним под рычание турбин прыжковых ранцев. Вдруг дозорных окружил вихрь многоцветного сияния, туман вспыхнул сотней оттенков, и рослый чужак исчез. Из дымки вырвались актиничные молнии и переплелись в электрический узор — на сетчатке отброшенного разрядом капитана отпечатались рунические символы, а сам он вкатился на боку в бархан кристаллического песка. Арлекин в красном чулке наступил ему на шлем, готовя добивающий удар, но Артемис вертикальным выпадом пронзил чужака насквозь. Вскочив на ноги, Караульный выдернул силовой меч, подхватил падающее тело и сломал врагу хребет, одновременно прикрываясь им от ослепительного лазерного луча, направленного из сумрака. Труп распался на куски в облачке крови.
Обтекаемый штурмовой гравилёт, заложив вираж через клубы мерцающей взвеси, добавил к общей неразберихе свои лазерные и сюрикенные очереди. Оперативники, понимая, что оставаться на месте смерти подобно, уже разбились на пары и действовали независимо. Столкновение боевых порядков переросло в скоростную взаимную охоту посреди тумана, и Артемис заворчал от досады. В соревновании по ловкости все козыри были на руках у эльдар.
Но внезапно раздался шумный вздох пламени, и огромный участок поля битвы охватил плазменный огонь. Тощие ксеносы задёргались в лихорадочном танце и сгорели дотла в звёздном горниле. Их убийца, почтенный Нигилус, подходил с запада и палил из штурмболтера, стараясь зацепить пролетающий мимо гравицикл. Воин-акробат проворно взмахнул клинком на длинном древке и разрубил ленту подачи снарядов, но дредноут не в первый раз сражался против эльдар и к тому же хорошо помнил скорость охлаждения своей плазменной пушки. Вторая вспышка ослепительной энергии — и от гравицикла с его наездниками в ярких костюмах осталось лишь облако пепла, гонимое ветром.
Чаша весов в битве склонялась то в одну, то в другую сторону: люди и ксеносы пытались окружить друг друга, но сами попадали в засады. Мгла сгустилась пуще прежнего; низкие хлопки разрывов и высокие вопли умирающих арлекинов звучали одинаково странно, словно издалека. Выкрикивая краткие приказы сражаться до последнего бойца, Артемис углубился в самую плотную часть дымки, чтобы отыскать её источник. Он твердо намеревался убить всех эльдар на Когерии, пусть даже ценой собственной жизни.
Караульных Смерти со всех сторон окружали удивительно знакомые им лица: видения мертвецов, сестер или братьев, ненавистных врагов или героев, давно ставших легендами. Они сливались воедино, смеялись, плакали, вертелись в бредовом калейдоскопе картин, разделённых резкими вспышками резни. Так как арлекины носили искажённо вытянутые маски, а над полем боя клубился странный зеркальный туман, бойцам караульной группировки приходилось полагаться на одно чутье — слушаться сердца, а не разума.
Так авангардное отделение дозорных атаковало самое крупное скопление чужаков. Космодесантники размахивали громовыми молотами и силовыми булавами, но неприятели просто уходили от выпадов, выполняя прыжки и пируэты, будто показывали давно отточенный танец. Но двое ветеранов, сняв с маг-замков на поясах осколочные гранаты, метнули их в скачущих врагов. Трио арлекинов сбилось с ритма, застигнутое нежданным взрывом, и этого хватило оперативникам Караула. Тяжёлые молоты, описав дугу, превратили контуженых противников в бесформенные груды сломанных костей и лопнувших мышц. Хлынувшая кровь окрасила чёрные доспехи алым.
И тогда среди них явился зловеще хохочущий Шут Смерти. Очередью в упор он рассёк броню и прошил тело: сюрикены безжалостно разорвали плоть, а от яда, что покрывал их, вздулись и лопнули внутренние органы. Взмахом клинка-косы пересмешник отрубил Караульному челюсть, и боевой клич его оборвался на единственном булькающем слове — «смерть», когда Дух Инриам втолкнул плазменную гранату в изуродованный рот бойца. Тут же брат Галатаэль мощным пинком отбросил Шута в сторону, и тот, прокатившись по песку, исчез во мгле.
Артемис, отвлекаемый сотней раздражителей, всё равно сражался с первобытной яростью. Внутренний голос твердил капитану, что он снова окружен дикарями, стремящимися пожрать его — теми же кровожадными сородичами, которых воин перебил на Посуле. В тумане вырастали громадные голодные личины эльдар. Дозорный кружился и рубил, бил и топтал, ударил одного арлекина шлемом в маску и двинул локтём в шею другому. Он дрался, словно пойманный зверь, гордый и свирепый, но ксеносам почему-то удавался каждый ответный выпад. Вот изогнутый клинок вонзился в поясницу Караульного, другой обрушился на запястье, чтобы отсечь кисть... но лишь гулко лязгнул о металл бионической руки. Страдая от жгучей боли, Артемис резко повернулся и вырвал из хватки чужака меч, что застрял у него в спине. С силой оттолкнув врага, Мортифактор взвёл стазисную бомбу и швырнул её в сторону пляшущих теней.
Последовал взрыв, вызвавший головокружение, и противники Артемиса застыли, окутанные пеленой неподвижности, словно внутри невидимого ледника. При детонации странное устройство развеяло дымку и открыло взору шестерых ухмыляющихся эльдар. Стазис сковал арлекинов на последнем акте представления, которое им уже никогда не закончить. Гравилёт в форме наконечника стрелы, неловко отвернув в сторону, избежал попадания в замершую область пространства-времени, но оказался прямо на пути у дредноута. Нигилус с заметным удовольствием врезал противнику наотмашь громадным силовым кулаком и превратил машину в груду обломков. Капитан ликующе воскликнул — одним броском он изменил ход битвы.
Сокрушительный удар
Псайкер с Ультве принял в расчёт каждую вероятность, какую ему только удалось прозреть в событиях на Когерии — все, кроме одной. Он предвидел атаку имперцев, замедлил их наступление липкой паутиной слов и расставил для них западню из клинков, но всё же остался вариант грядущего, не попавший в замысел Эльдрада. В своих размышлениях верховный ясновидец заметил складку на полотне бытия, возмущение стохастического хронопотока. Под ним скрывалась нить предназначения, что уходила в сторону от тщательно спланированных Ультраном причинно-следственных связей. Но, изучив темпоральную аномалию, ясновидец счел её ложным видением, поскольку не представлял, как люди, эти низменные и отсталые создания, могут повлиять на ход самого времени.
В миг подрыва стазисной бомбы сама судьба резко свернула с дороги, намеченной для неё Эльдрадом. Караульные Смерти вырвались из развеивающейся на глазах психоделической дымки и начали сражаться в полную силу. Арлекины наконец явились во всём их великолепии, и танцоры, не пойманные в поле безвременья, с новой яростью бросились в атаку. Верховный ясновидец Ультве был не в силах помочь им — он, целиком поглощённый кульминацией куда более важного дела, мог защитить только самого себя.
Повсюду вокруг Ультрана кристаллические провидцы всё ярче и ярче сияли холодным бесцветным светом, и над сумрачным полем битвы вставала могучая юная заря. Актёры Полуночной Грусти уворачивались от смертельно опасных выстрелов и высокими прыжками уходили от сокрушительных ударов авангардных ветеранов, но рано или поздно ураган человеческого неистовства настигал их. Развивая наступление, оперативники окружили уцелевших арлекинов, скосили очередями одну из трупп и рассеяли остальных плазменным залпом Нигилуса, который подобрался с фланга.
Взбежав на вершину песчаной дюны, Артемис выбросил вперед руку с мечом и обезглавил пилота проносившегося мимо «Заёздного Ткача». Потерявший управление гравицикл закружился и врезался в скопление развалившихся имперских построек. Последующий взрыв осветил создание в маске-черепе — оно прянуло ввысь из своего укрытия в руинах, крутнулось, исполнило сальто и не очень ловко приземлилось в приседе. Капитан, уже подбежавший туда, воспользовался заминкой неприятеля и приставил болт-пистолет к затылку череполикого ксеноса.
Воин Караула мрачно улыбнулся в предвкушении убийства. Он не знал, что скрытый за маской эльдар тоже ухмыляется.
- «Чужак медленно положил на песок длинноствольную пушку. Затем он издал звук, какой обычно издаёт глашатай, решив прочистить горло, и вскинул руку в традиционном жесте «выслушайте заявление».
— Сразите коль меня, сир рыцарь, — произнёс он на чистом высоком готике, — сплетутся судьбы так, что выиграет лишь общий враг.
— Не верь речам эльдар, — слова Артемиса сочились ненавистью.
— Сыны мы Смерти, Вы и я, — продолжил ксенос. — Забвенье мы несём, чтоб Хаос уничтожить. Не следует мешать друг другу нам, покуда враг великий в шаге от победы.
Вокруг ещё ослепительнее вспыхнули кристаллические статуи, и позолоченные костяшки пальцев, что украшали канты арлекинского плаща, заблистали в жёстком свете. Караульный капитан прищурился: точно такие же одеяния носили капелланы Мортифакторов на похоронных празднествах. Удивительно, но этот чужак не казался ему лживым или двуличным.
— Отступи, — сказал Шут, — и нанесён тогда Великому Врагу удар ужасный будет. — Артемис скривился при этом слове, но эльдар не умолкал. — Иль недоверие твоё так глубоко, что смерть моя тебе дороже триллиона душ людских, спасти которых от судьбы кошмарной ещё ты можешь? — В его тоне промелькнул скепсис и что-то ещё. Отчаяние, возможно.
— Да, — ответил Артемис и, нажав на спуск, оборвал жизнь ксеноса»- – Артемис убивает Духа Инриама
Когда ритуал достиг наивысшей точки, Эльдрад Ультран закричал. Повсюду вокруг него ярко засверкали кристаллические пески Когерии. На спутник обрушилась приливная волна духовной энергии, которой отдали частицу своего сознания все обитатели миров-кораблей, умершие после грехопадения. Но жизненно важный голос в псионическом хоре умолк, и благословение Смеющегося бога постепенно теряло силу.
Руны из призрачной кости, что стремительно вертелись вокруг Эльдрада, одна за другой сгорали дотла, пока верховный ясновидец пытался завершить обряд пробуждения. Разум древнего псайкера пылал, и небеса, отзываясь ему, горели яростным оранжевым пламенем. От выплеска пси-энергии планетоид раскалился до вулканических температур. Когерия превратилась в психическое солнце, знаменующее новый рассвет. Где-то в бездонном пространстве душ зашевелился пробуждающийся Иннеад.
Иное солнце вспыхнуло на краю полотна судьбы, намного меньшее, но преисполненное злобы. Открыв один глаз, Ультран увидел, что к нему летит пылающий плазменный шар. Ясновидец направил толику пси-силы в свой рунический доспех, и огненная сфера рассеялась — но это деяние дорого обошлось Эльдраду. Зарождающееся сознание божества раскололось, не успев целиком собраться.
Кристаллические провидцы разлетелись на куски в чудовищном взрыве. Космодесантники бросились к своему штурмовому кораблю, а отшатнувшийся Ультран неуклюже свалился в портал Паутины у себя за спиной. Последним, что он увидел, стало огромное мрачное созвездие — оно распалось, и одинокая яркая точка, покинув его, устремилась в дальние пределы космоса.
Осколок силы дремлющего бога ринулся в Комморру.
Источник
Warhammer 40,000: Death Masque