Конрад Кёрз
- «Если музыка питает душу, то что питают крики?»
- – Конрад Кёрз, Ночной Призрак
Конрад Кёрз (англ. Konrad Curze, в официальных источниках переведён как Конрад Курц. Конрад Кёрз — устоявшийся перевод, который используется на вики) — был одним из двадцати примархов, созданных Императором Человечества на заре Империума, сразу после окончания Эры Раздора. Как и его генетический брат, примарх Сангвиний, Кёрз обладал способностью видеть будущее. Ночной Призрак и Великий Ангел были могущественными псайкерами-оракулами.
История
Прозванный Ночным Призраком людьми его родного мира Нострамо, Конрад Кёрз с самых ранних дней имел мрачную славу. Возмужавший на улицах погружённого в ночь города, где властвовали преступники, а развращённые господа наслаждались красивой жизнью, Кёрз вершил своё собственное кровавое правосудие. Ночной Призрак навёл порядок на Нострамо, установив власть ужаса над тиранами и преступниками. Когда наконец прибыл Император, Кёрз уже предвидел свою жизнь, свою роль примарха и свою неминуемую гибель. Его сознание никогда не оставляли мрачные видения ужасов, которые вскоре захлестнут Галактику.
Получив под командование VIII легион, который он назвал Повелителями Ночи, Кёрз принялся распространять свои исключительно грандиозные идеи порядка и правосудия по всей Галактике. Мир за миром сдавались кровавым завоевательным кампаниям Ночного Призрака. Примарха так боялись, что одного упоминания о его прибытии часто было достаточно, чтобы подавить восстание и устранить неповиновение. Набор рекрутов из сильнейших представителей населения Нострамо наводнил ряды легиона убийцами, столь же жестокими, как и их примарх. Его завоевания всё больше были направлены не на избавление от предрассудков об ужасах Эры Раздора, а на пролитие крови тех, кто, по его мнению, этого заслуживал. Тем временем о предательстве Воителя стало известно потрясённому Империуму Человечества. Конрад Кёрз и его легион уже по сути были отступниками и балансировали на грани осуждения самыми высокопоставленными чиновниками владений Императора.
Ночной Призрак и его мрачное семейство полностью скомпрометировали себя, раскрыв своё предательство в зоне высадки на Истваане V. Жажда правосудия Повелителей Ночи была оценена трагически неверно, когда они по приказу Императора высадились во второй волне легионов, которым было поручено призвать к ответу Сынов Хоруса, Гвардию Смерти, Пожирателей Миров и Детей Императора за их предательство. Кёрз уже сделал выбор в пользу Воителя Хоруса, и его жестокий гнев был направлен не на предателей, а на собственных братьев и их легионы. Посреди развернувшейся резни в самый пик бойни, Конрад Кёрз лицом к лицу сошёлся со своим ненавистным братом Кораксом из Гвардии Ворона, и только благодаря капризу судьбы смерть обошла стороной второго сына Императора на проклятой земле Истваана V.
Ночной Призрак
- «— Ты думаешь, что умеешь держать свой гнев под контролем, потому что один раз столкнулся с ним, стал бороться и победил. Может, ты прав, брат. Может, ты действительно подчинил монстра, который сидит во всех нас. Жиллиман с ним никогда толком не сталкивался. Его дорогая старушка Ойтен всегда была рядом и держала за ручку, когда он боялся. Он прятал страсть под пластом льда и расчетов, пока мамочка гладила его по голове. Хоть кто-нибудь позаботился о Ночном Призраке, когда он дрожал в темноте? Меня вышвырнули одного в темный ад. — Его голос звенел от эмоций. — Я испытывал нужду, которая тебя бы уничтожила. Я видел, как сильные истязают слабых. Насилуют, калечат, пожирают. И я бился, бился в ярости, я пытался, Сангвиний. — Он протянул к нему руку. — Я так пытался все это исправить. — Рука сжалась в кулак. — Пока не осознал, что сражаюсь против истинного порядка вещей во Вселенной. Поняв, что не могу победить страдание, я также понял, что меня создали, чтобы я довел его до совершенства. Мы рождаемся, страдаем и умираем. Мы не можем это изменить и не можем выбирать, какими нам быть. Все было определено с самого начала, давным-давно. Как ты не понимаешь эту простую истину?»
- – Ночной Призрак в диалоге с Сангвинием (Гай Хейли, «Фарос»)
Ребёнок, который впоследствии стал известен под именем Конрада Кёрза, впервые был замечен на месте крушения модуля на ночной планете Нострамо. В коре планеты находилось большое количество адамантия, который широко использовался в местной промышленности и приносил планете доход. Большая часть населения жила в крайней нищете, работая на шахтах; богатые, в то же время, беспощадно их эксплуатировали. Преступления оставались без расследования, масштабно росло количество самоубийств, которые сдерживали чрезмерный рост населения.
В отличие от многих примархов, Конрад Кёрз не был найден местными. Он был вынужден обеспечивать себя пищей, охотясь на диких зверей, выживая лишь благодаря сверхчеловеческой силе и выносливости. Множество животных как раз обитало в огромном заброшенном городе Нострамо Квинтус. Кёрза постоянно преследовали видения самого мрачного развития событий, которые стали его проклятием на протяжении всей жизни.
Во время молодости примарх быстро вверг себя в разрушительный цикл преследований и убийств, в основном преступников из числа населения Нострамо. Он начинал с малого, занимаясь расследованием событий, которые, по его мнению, были неправильными, но быстро переходил всякие границы и начинал жестоко преследовать всех сопричастных, а потом уничтожать их.
Позже пропало несколько высших коррумпированных чиновников, а следом за ними многие лидеры преступных организаций начали исчезать при схожих обстоятельствах. Некий жестокий садист разрезал тела преступников на части, и затем выставлял их на всеобщее обозрение. Вскоре трупов стало так много, что они перегородили городскую канализацию. Множество пострадавших были так сильно избиты и искалечены, что идентифицировать их не представлялось возможным.
В течение года количество преступлений около Нострамо Квинтус упало практически до нуля. Общество изменилось, большинство граждан добровольно стали законопослушными, а матери пугали своих детей-бандитов, что если они продолжат совершать преступления, то Ночной Призрак придёт за ними. Это прозвище стало общепринятым для обозначения тёмного создания, которое постоянно пребывало в городе и потрошило всех, кого считало порочным, острыми когтями.
Ночной Призрак принёс надежду на справедливость жителям своего мира, но в то же время был объектом постоянного страха и ненависти. Когда пришло время, он открыто явился аристократии и стал правителем города, Тёмным Королём Нострамо и Последним Судьей. Основной своей задачей Ночной Призрак поставил сбор знаний, и прослыл мудрым и великим правителем. Но спокоен он был лишь до тех пор, пока не слышал о какой-либо несправедливости. Тогда он восставал словно тень и преследовал преступников, жестоко лишая их жизни. Все жители планеты начали следить за соблюдением закона, опасаясь, что рано или поздно Кёрз придет за ними.
Прибытие Императора
Вскоре после прихода Ночного Призрака к власти, Великий крестовый поход достиг звёздной системы Нострамо. Прибытие Императора Человечества было предсказано в мифологии этого мира. Местные жители верили, что приход сиявшего существа означает скорое падение планеты.
Император высадился на Нострамо и возглавил пешую делегацию, прибывшую в столицу планеты. Население Нострамо Квинтус, привыкшее к постоянной и всеобъемлющей тьме, не могло даже посмотреть на сиятельного Императора. Люди страдали, когда Его великий свет отражался от луж и дождя, который вечно ниспадал на Нострамо. Но Ночной Призрак стоял у своего дворца, ничего не боясь, и ожидая, прибытия делегации. Когда же те подошли, на него накатило столь страшное и мощное видение, что в неподдельном страхе он возжелал выбить себе глаза, лишь бы не видеть ужасающее, внушающее страх жуткое видение, но Император унял боль. Подойдя к сыну Он назвал его Конрадом Кёрзом и успокоив сказал, что пришёл забрать его с собой.
- «Армия разом остановилась, все четверть миллиона солдат замерли в один миг. Четверо гигантов выступили вперед. Их возглавляло сияющее божество.
Первый полубог, облаченный в кованое золото, склонил беловолосую голову в величественном жесте признания. Король приветствовал равного себе.
— Я — Рогал Дорн, — произнес он.
Ночной Призрак не ответил. У него перед мысленным взором стояла сцена смерти гиганта. Его опрокидывала наземь сотня убийц в темном туннеле. Ножи и мечи были влажными от крови воителя.
На втором гиганте был узорчатый серый доспех, покрытый гравировкой из десятков тысяч слов, словно некий ученый исписал камень пером. Воин кивнул выбритой татуированной головой, также покрытой надписями — золотыми буквами на загорелой коже.
— Я — Лоргар Аврелиан, — сказал он. Голос Дорна был размеренным, величавым и требовательным, его же звучал, будто гимн. — Мы искали тебя, брат.
В его доброжелательных глазах была скорбь — скорбь при виде темного города, его болезненных жителей и свидетельств их бесцветного и изнурительного существования.
Ночной Призрак снова промолчал. Он видел, как воин кричит в пылающие небеса, увенчанный психическим пламенем.
На третьем из гигантов был клепаный черный доспех. Его руки были из твердого серебра, однако обладали таким рельефом и подвижностью, словно являлись живыми конечностями. Голос скрежетал сталью, словно недра завода.
— Я — Феррус Манус, — произнес он. Его глаза были темными, однако в них отсутствовала холодность.
Ночной Призрак продолжал хранить молчание. Он видел, как голову воина держат за пустые глазницы закованные в броню чужие пальцы.
Броня последнего колосса была раскрашена в фиолетовый цвет чужеродного заката. У воина были длинные серебристые и прекрасные волосы. Он был единственным, кто улыбался, и единственным, кто встретился с Ночным Призраком глазами с теплотой во взгляде.
— Я — Фулгрим, — сказал этот последний из властителей. — Рад, наконец, встретить тебя, брат.
Ночной Призрак все еще молчал. Он видел лишь мимолетный образ этого гиганта. Тот постоянно смеялся и ускользал, никогда не показываясь полностью.
Бог шагнул вперед, широко раскрыв объятия, и набрал воздуха, чтобы заговорить.
— К...
Первый же звук поразил Ночного Призрака, словно вонзившееся в сердце копье. Он рухнул на колени, судорожно силясь вдохнуть. На оскаленных зубах повисли нитки слюны. Кровь хлынула из разорванного сердца, равно как и из перерезанного горла. Сжимающиеся на шее руки не могли сдержать струю. Вся его жизненная сила хлестала наружу текучим потоком, который обжигал холодные пальцы. Изнутри на глаза обрушивались образы убийств.
Он ощутил, как на голову легла рука. По этому сигналу боль мгновенно прошла, и в миг милосердия к нему вернулся рассудок. Ему не перерезали горло. Сердце не разорвалось. Ночной Призрак взглянул вверх и увидел, как безликий и неподвластный времени золотой бог меняет облик на человеческий. Лицо человека-божества могло принадлежать любому мужчине с любого из миллиона миров. Оно одновременно принадлежало им всем. Апофеоз Человека.
— Успокойся, Конрад Керз. Я пришел, и намереваюсь забрать тебя домой.
Ночной Призрак поднял руку и отбросил с изможденного лица потные волосы.
— Меня зовут не так, отец. Мои люди дали мне имя, и я буду носить его до самой смерти.
Он поднялся на ноги, не желая стоять на коленях.
— И мне очень хорошо известно, что ты готовишь для меня.»- – Аарон Дембски-Боуден, «Принц воронья»
Великий крестовый поход
После прохождения обучения у Фулгрима он возглавил VIII легион, который Конрад Кёрз назвал Повелителями Ночи. Легион быстро отметился во многих битвах, и многим стало понятно, какой тактики придерживается примарх. Повелители Ночи использовали для достижения своих целей ужас и запугивание; там, где другие шли напролом, Повелители Ночи использовали тактику диверсий и психологической войны, нападая из тени и уволакивая во тьму одного врага за другим.
Конрад Кёрз поощрял желание своих сынов отметить броню символами, которые должны были внушить страх врагам. Подобная тактика оказалась крайне эффективной. Достаточно часто хватало одних лишь слухов о предстоящем прибытии на планету Повелителей Ночи, чтобы местные власти прекратили все преступления, уничтожили всех мутантов и предполагаемых изменников.
После обретения примарха Повелители Ночи восполняли потери рекрутами, которые отныне набирались из числа жителей Нострамо, но в отсутствие своего беспощадного правителя многие его обитатели вновь пали в преступность и деградацию, так сильно довлевшую над ними до прибытия примарха. Представители криминалитета были единственными, кто сохранял достаточную физическую силу и здоровье, позволявшие пройти возвышение в Легионес Астартес. Подобное положение вещей не могло не отразиться на духе легиона. Из-за падения дисциплины Конрад Кёрз начал терять над ним контроль, а вновь навалившиеся страшные видения, постоянно увеличивавшие давление и мощность, делали примарха все более отстраненным. В конечном счёте, Повелители Ночи уничтожили Нострамо, сбросивший ярмо порядка навязанного Ночным Призраком.
Видение мрачного будущего: проклятие предвидения Повелителя Ночи
Конрад Кёрз был проклят даром предвидения. Во снах, видениях и образах пророчеств он мог увидеть, как суждено умереть другим, как будет полыхать будущее, и как всё сущее обратится в руины. Это было не простое понимание причин и следствий, но немилосердное прикосновение пророчества. Он видел проблески будущего, погружаясь в них в кровавых снах и видениях наяву. Путь между настоящим и будущим был скрыт от него, подобно далекому острову ужаса на горизонте времени. Смерть и разрушение тревожили его взор: смерть друзей, братьев и сыновей, кипящих в крови и пламени. Он видел собственную смерть и знал, что умрёт от руки отца. Кёрз вполне успешно скрывал своё проклятие, и до нас дошло лишь то, что случайно проскальзывало в рассказах других, в том числе Фулгрима, которому Кёрз доверял. Можно предположить, что именно отсутствие надежды толкнуло его на путь предательства.
Сколько его преследовали видения, столько он стремился к пониманию. В частности, его занимало нострамское гадание на картах; в бесконечных раскладах он высматривал путь между настоящим и будущим, которое он видел.
Ересь Хоруса
- «Я видел тьму, смотрел на неё в своих снах. Я стою на краю бездны. Мне не спастись, моя судьба мне известна. Ибо таково будущее, и ничто не может его предотвратить. А потому я делаю шаг вперёд и приветствую черноту»
- – Конрад Кёрз, Ночной Призрак
Ужасающие деяния Повелителей Ночи разложили души космодесантников и сделали их восприимчивыми к зову Хаоса. Действия Повелителей Ночи становились всё менее законными, кампании устрашения оставляли за собой множество разрушенных миров по всей Галактике. Легион больше не вел Великий крестовый поход во имя Императора, но продолжал сражаться ради удовлетворения собственных садистских наклонностей. Император был вынужден отозвать Конрада Кёрза с фронта, так как на действия VIII легиона поступало слишком огромное количество жалоб. Но, прежде чем Повелители Ночи вернулись на Терру, начался новый кризис.
В то время, как Ересь Хоруса вскрылась, словно воспалённый нарыв, Ночной Призрак присягнул Воителю Хорусу. Предательство Кёрза открылось во время Резни в Зоне Высадки, когда Повелители Ночи атаковали верные Императору легионы Гвардии Ворона, Саламандр и Железных Рук.
- «Нас формируют не великие свершения в битвах и не мудрые слова, произнесённые в мирное время — нас определяют сокрытые вещи, которые мы творим во мраке, когда никто нас не видит»
- – Надпись, выцарапанная на стенах тюремной камеры Конрада Кёрза в системе Шерат
История эта приключилась в скором времени после долгого и кровопролитного приведения к Согласию планеты Шерат. В ходе кампании войска Детей Императора, Имперских Кулаков и Повелителей Ночи объединились ради того, чтобы заставить склониться пред властью Империума одну особенно упорную ветвь человеческой расы. Присутствовали все три примарха, что было редкостью в те беспокойные дни завоеваний и экспансии, однако Дорну и Кёрзу было непросто найти общие точки соприкосновения. На завершающем этапе военных действий зверские методы Кёрза и беспорядочная бойня, учинённая им ради умиротворения побеждённого населения Шерата, довели и без того натянутые отношения между двумя братьями до точки воспламенения. Конфронтация между примархами быстро переросла из гневных слов в настоящую схватку, по итогам которой Дорн был тяжело ранен.
Воины, ставшие свидетелями этого события, поклялись хранить молчание — в то время как Ночного Призрака поместили под стражу до вынесения приговора со стороны его братьев. Тем не менее, Королю Ужасов удастся избежать как суда, так и Искупительного крестового похода — вместо этого примарх Повелителей Ночи вырвался из заключения, оставив после себя лишь изуродованные трупы. Между легионами пролилась кровь, а в нерушимом братстве, что казалось способным выдержать испытание временем, пролегла трещина. Кёрз устремился к Нострамо, чтобы обрушить смерть на свой приёмный мир. Это деяние станет символом его непокорности по отношению к собратьям — а также акцией устрашения, призванной вернуть его владениям некое подобие порядка, после чего примарх намеревался раствориться среди пограничья Великого крестового похода.
Ни единой вести об этом безмолвном мятеже так никогда и не достигнет Империума, ни единого приказа об осуждении или приговоре не последует ни со стороны Совета Терры, ни от карательных флотилий, отправленных на поиски заблудшего примарха. Служившие в иных Экспедиционных флотах подразделения Повелителей Ночи избежали осуждения, и сам Ночной Призрак оставался за пределами границ звёздных карт, убивая и завоёвывая, как и прежде. Великие и могучие придавали гораздо большее значение единству крестового похода Императора среди звёзд, нежели открытому наказанию допустившего ошибку военачальника — вероятно, из опасений перед тем, что они могли развязать попыткой силового принуждения Конрада Кёрза. Впоследствии они решили прибегнуть к более изощрённому наказанию, прекратив поставки снабжения в удерживаемые Повелителями Ночи сектора и фактически изгнав их из рядов авангарда Великого крестового похода. К началу нового тысячелетия Совет Терры сочтёт это наказание исполненным и издаст приказ об отзыве Ночного Призрака, предоставив ему почётное место во флоте, отправленном на подавление внезапной измены Хоруса Луперкаля.
Трамасский крестовый поход
Повелители Ночи были легионом, давным-давно ступившим на путь к собственной погибели. Истоки избранного ими пути можно найти на далёкой Терре и в загадочных планах Императора, однако горькая развязка для VIII легиона наступила среди тусклых звёзд Восточной Окраины. Как и положено легиону со столь дурной репутацией и ужасающим обликом, Повелители Ночи не станут мириться с предначертанной им судьбой и не примут её без кровопролития. Первые признаки ожидающего их рока проявятся среди сумятицы и разрушений Ереси Хоруса — на что укажет даже сам Ночной Призрак, и легион обратится к оргии насилия в стремлении освободиться от проклятья своего примарха. Однако это был не конец, уготованный для легиона и увиденный Конрадом Кёрзом в тысячах проклятых грёз, а всего-навсего преддверие грядущего ужаса. Несмотря на весь мрачный пыл Повелителей Ночи, они расходовали его попусту, обвиняя посторонних в поразившей бойцов порче и стремясь обрушить свой гнев на невинных. Однако порча, которой они стремились положить конец, таилась в самом сердце VIII легиона — гноящийся нарыв, сотворённый рукой Самого Императора во имя планов, непостижимых умам простых смертных. И болезнью этой был сам Конрад Кёрз.
Поражённый проклятьем предвидения — фрагментарным даром, которым был наделён и его генетический отец — Конрад Кёрз узрел мрачную долю, ожидавшую его самого и всех его сыновей по ту сторону Ереси Хоруса. В прежние времена он стремился бороться с этими вероятностями, противостоять грядущему в надежде, что его тёмные видения рассеются, что пролитой им крови и отобранных его рукой жизней будет достаточно, чтобы хоть немного изменить дорогу к грядущей эпохе. Конрад Кёрз жаждал, чтобы терзавшие его разум образы тёмного и ужасного будущего исчезли без следа и позволили ему обрести место в империи среди звёзд, которую стремился построить его Отец. К сожалению, даже после того, как Хорус разрушил планы Императора и изменил судьбу всего Империума, видения Кёрза остались неизменными, а проклятье, в которое он уверовал всей душой — неизбежным и не подлежащим изменению. Борьба, которую Ночной Призрак вёл так долго, и бесчисленные смерти — всё это оказалось совершенно напрасно, и осознание этого стало истинной катастрофой для разума примарха, более опасной, чем любая рана, и ни один хирургеон был не в силах исцелить этот недуг. Таким образом, к началу Трамасского крестового похода повелитель VIII легиона был полностью готов принять свою судьбу, упиваясь тщетностью своего существования и пугающей правдой, которая, как казалось примарху, открылась перед ним.
Во время Трамасской кампании Кёрз столкнулся с Львом Эль'Джонсоном в серии кратких молниеносных сражений. В конце концов Ночной Призрак бросил ему вызов на планете Тсагуальса. При личной встрече, Ночной Призрак попытался предупредить своего брата-примарха о грядущем предательстве на Калибане, но Лев решил, что Кёрз окончательно обезумел. После недолгого разговора между примархами и их легионами началась страшная битва. В ходе сражения Кёрз смог ранить Льва в горло, но получил удар в спину от Тёмного Ангела Корсвейна, который спас своего повелителя от смерти. В следующий раз примархи встретились, когда Первый Легион организовал засаду против Повелителей Ночи и Лев самолично нанёс 12 страшных ран Ночному Призраку, смертельных для космодесантника, но, как оказалось, недостаточных для такого существа как примарх. Кёрз выжил, хоть и впал в кому. В то время пока его повелитель пребывал без сознания, Севатар принял на себя командование над легионом, разделив его на 6 флотов, каждый из которых имел своего командира. Во время разделения Повелителей Ночи их снова атаковали Тёмные Ангелы и как раз в это время у Севатара получилось вывести из комы своего примарха. Придя в себя и исцелившись от ран, Кёрз смог пробраться на «Непобедимый Разум», флагманский корабль Первого Легиона, и принялся за то, что у него получалось лучше всего — распространять хаос и террор. Ночной Призрак скрывался там неопределённо долгое время, несмотря на все попытки Льва выследить своего брата.
Ночной Призрак на Макрагге
Когда корабль Тёмных Ангелов достиг Макрагга, Ночной Призрак совершил побег и высадился на планету. Затем Кёрз устроил террор в столице Макрагга, истребляя всех, кто попадался ему на пути и ускользая от поимки. После убийства Фрата Августона, магистра 1-го ордена Ультрамаринов, в часовне крепости Геры, Кёрз сразился с Робаутом Жиллиманом и Львом Эль'Джонсоном. Сумев выстоять в бою против обоих примархов, он раскрыл свою ловушку и привёл в действие взрывное устройство, заложенное в часовне. В последовавшем хаосе Ночному Призраку удалось скрыться, а Лев и Жиллиман выжили только благодаря вмешательству Барабаса Дантиоха, который телепортировал их на Соту с помощью «Фароса». Посчитав, что оба верных примарха мертвы Кёрз отбился от стаи выслеживавших его Космических Волков и собирался убить Тарашу Ойтен, «мать» Жиллимана, когда его настиг Вулкан, ранее попавший на Макрагг вырвавшись из плена Ночного Призрака. Кёрз, пребывая в потрясении из-за отсутствия Вулкана в своих видениях, вступил в бой с примархом Саламандр. Их поединок прервал убийца из тайной организации «Кабал» Джон Грамматикус, который заколол Вулкана «Фульгуритом» — древним артефактом способным окончательно убивать вечных. Увидев «Фульгурит» в действии, Ночной Призрак пожелал завладеть этим оружием, и когда он напал на Джона Грамматикуса, его товарищ — другой вечный Деймон Пританис — использовал пойманного демона, чтобы изгнать Кёрза в варп. Пробыв в ловушке Имматериума, как ему показалось, несколько недель, Повелитель Ночи сумел выбраться и вновь появился в реальном мире перед столицей Макрагга.
Преследуемый видениями о смерти Сангвиния на борту «Мстительного Духа», Ночной Призрак проник в тронный зал «императора» Империума Секундус на Макрагге. Тяжело ранив Азкеллона и использовав его в качестве заложника, Кёрз рассказал Великому Ангелу, что предвидел не только его смерть, но и свою собственную. Он считал, что рассеивание примархов по Галактике, жизнь на Нострамо, Ересь Хоруса и его смерть от рук Официо Ассасинорум — всё это было частью грандиозного плана Императора Человечества. Ночной Призрак хотел узнать, почему Сангвиний решил остаться «рабом» Императора и не принял предложение демонов на Сигнусе-Прайм стать их чемпионом. Когда Сангвиний рассказал о своей непоколебимой вере в их отца, Кёрз дал Ангелу шанс сразить его, но Сангвиний отказался и вместо этого обратился к Ночному Призраку с мольбой о том, чтобы он воспользовался своим последним шансом присоединиться к лоялистам и добился искупления. Однако Кёрз заявил, что восстание Хоруса ничто в сравнении с истинной сутью вещей, после чего активировал взрывную ловушку и сбежал из тронного зала.
Ночной Призрак продолжал распространять ужас и террор по Макраггу до тех пор, пока не был пленён Львом Эль'Джонсоном после жестокой битвы. Кёрз был взят под стражу и отдан под суд «императора» Империума Секундус — Сангвиния. Во время суда Кёрз сознался в своих деяниях, но отказался признавать вину, потому-что его заставили так поступать, а значит они не были преступными. Затем Ночной Призрак рассорил Жиллимана со Львом, обвинив примарха Тёмных Ангелов в тайных от братьев орбитальных ударах. Не выдержав этих обвинений, Лев попытался убить Кёрза, но был остановлен другими примархами. Сангвиний и Жиллимана решили, что Лев должен покинуть Империум Секундус и сложить с себя полномочия его лорда-защитника. Затем, к удивлению Ночного Призрака, они вынесли ему смертный приговор и Сангвиний собирался привести его в исполнение под крики Кёрза, что он не может здесь умереть, но вмешался неожиданно вернувшийся Лев, который попросил Сангвиния остановиться. В комнату вошли войска, требуя от Льва сдаться, но он ответил, что Кёрз способен видеть будущее, и попросил их задуматься над его словами о том, что он умрёт от рук убийцы, которого пришлёт Император. Для Льва это служило доказательством того, что Повелитель Человечества всё ещё жив. Обдумав слова Льва, примархи согласились с его выводами и каждого из них посетили собственные тяжёлые мысли обо всём случившемся — они находились в Ультрамаре создавай свой новый Империум, когда Император возможно был ещё жив и ему нужна помощь. Лев, в знак своего покаяния перед братьями, согласился стать тюремщиком Ночного Призрака.
Неотвратимость судьбы
Кёрз вернулся на «Непобедимый Разум», но уже закованным в кандалы. Лев время от времени навещал его, чтобы попытаться использовать пророческие видения и проницательность Ночного Призрака для помощи лоялистам. Однако примарх Повелителей Ночи, восстановившийся после травмы позвоночника, редко оказывался достаточно сговорчивым и продолжал дразнить Льва. «Непобедимый Разум» находился в составе объединённого флота Жиллимана, Льва и Сангвиния, который пытался пробиться через Гибельный шторм и достичь Терры. Получив видение, что его судьба ждёт на Давине, Сангвиний поднялся на борт «Непобедимого Разума» и забрал с собой прикованного Кёрза, надеясь не только использовать его пророческий дар, но и показать ему, что судьбу можно изменить. Высадившись на Давине 4 примарха отправились в храм, где был совращён Хорус. Внутри храма Кёрз осознал, что не видел этого в своих пророчествах и впал в ярость — его уверенность в том, что судьба предопределена подверглась сомнению. Когда Великий Ангел исчез в демоническом портале Мадаила Неделимого, Кёрз сломался и, как казалось, искренне беспокоился за Сангвиния. Жиллиман и Лев попытались заставить Кёрза предсказать способ спасения Сангвиния, но Ночной Призрак в отчаянии заявил, что не знает как ему помочь, ибо он не может предвидеть происходящие на Давине события. В последующей битве между силами Хаоса и Империумом, слуги Императора одержали победу и доставили Кёрза обратно на борт «Непобедимого Разума».
После битвы на Давине путь к Терре был свободен, но блокирован флотами Хоруса. Жиллиман и Лев согласились отвлечь флоты предателей, пока Сангвиний и Кровавые Ангелы стремительно продвигались к Терре, как им и было предначертано. Великий Ангел взял под стражу Кёрза и доставил его на «Красную Слезу», объявив, что примарх-предатель предстанет перед судом Императора. Однако на борту корабля Сангвиний запер Ночного Призрака в стазисной капсуле и сказал Кёрзу, что если он так уверен в неотвратимости будущего, тогда пусть идёт по предопределённому пути. После этого Сангвиний вышвырнул в открытый космос замороженного в стазисной капсуле примарха Повелителей Ночи.
Спустя несколько десятилетий после окончания Ереси Хоруса саркофаг Кёрза обнаружил небольшой грузовой корабль мусорщиков, пытавшихся найти что-то ценное в космической пустоте. Экипаж корабля полагал, что нашёл «золотую жилу», но пробудил кошмар подняв стазисную капсулу на борт.
- «В помещении царила темнота. Это вполне могла быть тюремная камера, хотя на самом деле таковой не являлась. Бронированная дверь за спиной Сангвиния была заперта. За ней ждали Азкеллон с целым отделением Сангвинарной Гвардии. Командир телохранителей не хотел оставлять примарха наедине с Кёрзом.
— Его путы достаточно крепки, — сказал Сангвиний, — и скоро станут ещё крепче.
У дальней стены стояла стазисная капсула. Открытая и наклоненная назад, она ждала своего обитателя. Подключённый к ней генератор напоминал пьедестал в мавзолее. Энергетические катушки искрили, сдерживая накопленную мощь, но готовые в любой момент активировать поле.
Ночной Призрак равнодушно стоял перед этим подобием гроба.
— Думаешь, твоя вера будет вознаграждена? — спросил он.
Сангвиний помедлил с ответом.
— Я думаю, что ты говоришь о себе, — сказал он наконец. — Ты, должно быть, рад. Мы же оба идём к той смерти, о которой знаем. Ничего не изменилось.
— Ничего не могло измениться.
— Правда? Я думаю, на Давине ты так не считал.
И снова появилось беспокойство — чувство, которое смотрелось неестественно на лице Ночного Призрака. Кёрз попытался скрыть его, оглянувшись на стазисную капсулу. Когда он снова посмотрел на Сангвиния, все эмоции уже скрылись за привычной маской презрения.
— И теперь ты хочешь забрать меня к отцу, — сказал он.
— Ты должен ответить за свои преступления.
— Он не станет меня казнить. Мы оба это знаем.
— Действительно, — согласился Сангвиний. Ему внезапно пришла в голову новая возможность. Он раз за разом прокручивал её в голове, прежде чем понял, что это не просто мечты. Мысль появилась не как внезапная вспышка, а словно солнце, медленно встающее из-за горизонта. Это была надежда, рождённая во тьме, закалённая в отчаянии, тонкая, как лезвие ножа... Но как же она могла послужить делу света! Она могла стать настоящим спасением.
Среди всей лжи и манипуляций Мадаила скрывалась правда. Выбор был. Можно было изменить судьбу. Вопрос в том, только ли на Давине представлялась такая возможность.
Сангвиний решил испытать свою идею.
— Отец тебя не убьёт, — сказал он. — Я думаю, что надо бы, но ты прав. Он не станет.
— В тюрьме будет очень скучно, — прошипел Кёрз. — Мне будет не хватать наших бесед.
Сангвиний пропустил издёвку мимо ушей.
— Отец может поступить ещё хуже, — продолжил Ангел, внимательно следя за выражением лица брата. — Он может тебя простить.
Удар попал в цель. Маска презрения, за которой прятался Кёрз, исчезла. Вернулось беспокойство. Глаза, неподвижные, как у рептилии, расширились, как будто видели место, где судьба может разветвиться. В буре эмоций, которые воплощались в микроскопических подёргиваниях лицевых мышц Ночного Призрака, Сангвиний увидел гнев и сомнения. Он увидел ужас, который его мятежный брат испытывал при мысли о том, что Вселенная на самом деле не такая, какой он представлял её. Что всё то, во что он так истово верил, может оказаться ложью. И наконец, Сангвиний увидел то, что хотел, — самую редкую эмоцию, которая могла мелькнуть в глазах Ночного Призрака. Он увидел надежду.
Именно это ему и было нужно. Ангел получил своё подтверждение.
Он толкнул Кёрза в стазисную капсулу. Ночной Призрак упал в неё и беспомощно замер.
— Он может тебя простить, — повторил Сангвиний. — Но я не могу. Ты не можешь получить ещё один шанс. Я не позволю. Продолжай верить в свою судьбу. Ты получишь то, чего хочешь. Я не повезу тебя к отцу.
— Но и убить меня ты не сможешь. Я умру от рук подосланного им убийцы.
— Я и не собирался. Я выброшу твою капсулу в космос. Убийца найдёт тебя, когда придёт время. Может, через несколько тысяч лет.
Надежда навеки исчезла с лица Кёрза, и на её место пришёл какой-то особенный ужас.
— Ты говоришь, что судьбу изменить нельзя, — продолжил Сангвиний. — Да будет так. Твоя судьба должна быть такой, как ты говоришь.
Ангел отступил на шаг и нажал на клавишу в боковой стенке капсулы, активируя поле. Кёрз замер в безмолвном крике.
Сангвиний отвернулся от брата и двинулся к двери, но открыл её не сразу. Прежде чем взглянуть в глаза Азкеллону или кому-либо из своих сыновей, он вспомнил о своей судьбе и надежде.
Он встретится с Хорусом на борту «Мстительного Духа». Ангел принял неизбежность этого. Но ещё он понял, что судьбу можно изменить. Может, был ещё один выбор, меняющий пути, просто его должен был сделать кто-то ещё.»- – Дэвид Аннандейл, «Гибельный шторм»
Смерть
После поражения сторонников Хоруса в битве за Терру, Повелители Ночи не бежали в Око Ужаса как прочие легионы-предатели. Они продолжили воевать с Империумом, но от их тактики ощутимо веяло саморазрушением и крайним отчаянием. Ночной Призрак продолжал терять самоконтроль и в последние дни впал в абсолютное безумие, оставившее от его разума разрушающееся тленное тело, прорывавшееся садизмом, непоследовательностью и злобой. Сам Император, желая прекратить существование Повелителя Ночи, направил половину ассасинов храма Каллидус с заданием устранить обезумевшего примарха VIII легиона.
Считается, что ассасину М'Шен сознательно дали проникнуть в построенный из живых тел гротескный дворец Конрада Кёрза на планете Тсагуальса. Ожидавшая боя с многочисленной стражей и верной свитой, убийца с удивлением не нашла никого в залах из плоти и кости. Встроенный в барочные наручи М'Шен видеожурнал хранится в стазисе в сердце самого священного святилища храма Каллидус, и в нём запечатлено последнее противостояние между обезумевшим примархом и ангелом возмездия.
Среди густых теней на троне из сплавленных костей жертв сидит сам Ночной Призрак, а к его скрюченным голым ногам стелется ковёр из кричащих лиц. От примарха исходят волны безумия и ненависти, ощутимые на записи даже спустя тысячелетия. М'Шен замирает, когда падший примарх поднимает голову, и её лицо отражается в его безучастных, чёрных как ночь глазах. Проходит долгое мгновение. Затем полным боли и презрения голосом Ночной Призрак говорит: «Твоё появление не удивляет меня, убийца. Я знал о тебе, едва твой корабль вошёл в Восточную Окраину. Почему же я не покончил с тобой? Потому что твоя задача и то, что ты сделаешь, подтвердят истинность всего, что я когда-либо делал или говорил. Я лишь карал согрешивших так же, как теперь твой Ложный Император карает меня. Смерть — ничто по сравнению с оправданием всей жизни».
Затем видеоряд расплывается на долю секунды, когда М'Шен прыгает вперёд. Последним изображением являются тёмные пронзительные глаза, в которых горит безумие, и безгубая улыбка, после чего запись по необъяснимым причинам прекращается. Последние слова Ночного Призрака считаются одной из величайших загадок в истории Империума.
Снаряжение и некоторые способности
- «Мантия Кошмаров» — боевое облачение Ночного Призрака представляет собой комплект ремесленных силовых доспехов, украшенных кошмарными трофеями его кровавого «правосудия» и содранной кожей тех, чьи грехи он считал наиболее тяжкими и заслуживающими внимания.
- «Милосердие» и «Прощение» — пара смертоносных грозовых когтей неизвестного происхождения — излюбленное оружие примарха Кёрза, получившее среди Повелителей Ночи мрачные прозвища «Милосердие» и «Прощение», хотя до сих пор неизвестно, называл ли их так сам владелец и что в конечном итоге случилось с их создателем.
- «Вдоводел» — основанное на метательных ножах с микрозаточкой, предпочитаемых для фирменных убийств отдельными культами ассасинов Нострамо, это порочное, но высокоточное оружие пользовалось большей любовью примарха Конрада Кёрза по сравнению с более обычным огнестрельным оружием. Используя «Вдоводел» в бою, примарх мог выводить из строя или калечить врага в зависимости от своего желания.
- Владыка Повелителей Ночи — мрачная и пугающая фигура, одержимая смертью и правосудием, непоколебимая в своей вере в фундаментальную подверженность человека к ошибкам и в страх как единственно истинное средство контроля человеческих недостатков, Конрад Кёрз — подобно его легиону — был в равной мере сформированы как террором и тьмой Нострамо, так и генетическим мастерством Императора.
- Король Ужасов — окружающая Конрада Кёрза аура сверхъестественной злобы и зловещих намерений настолько сильна, что наполняет сердца окружающих его людей безотчётным страхом.
Фразы примарха Конрада Кёрза в игре Horus Heresy: Legions
Название | Фраза |
---|---|
Поприветствуй тьму (англ. Welcome the darkness)! | |
Я видел это в своих снах (англ. I have witnessed it in my dreams). | |
Я уже слышал это раньше (англ. I've heard that before). | |
Я видел свою судьбу (англ. I've seen my own fate). | |
Я не стану этой тварью (англ. I will not become that creature)! | |
Скажи мне, каково твоё преступление (англ. Tell me, what is your crime)? | |
Закон есть закон (англ. The law is the law). | |
Не улетай, воронёнок (англ. Do not fly away, little raven). | |
Ты переходишь границы, первый капитан (англ. You overstep your bounds, First Captain). | |
Я принесу покой кладбища (англ. I will usher the peace of the graveyard). | |
Ещё одна твоя неудача (англ. Yet another of your failures). | |
И они называют меня психом (англ. And they say I'm mad)! | |
Милосердие — это слабость (англ. Mercy is a weakness). | |
Посмотри мне в глаза и узри свою смерть (англ. Look into my eyes and see your death). | |
С самого рождения я был верным другом смерти (англ. I have, since birth, been a staunch friend of death). | |
Ты бесстрашен (англ. You're fearless). | |
Я не жду от тебя прощения (англ. I don't expect you to forgive me). | |
Я проклят, Вулкан. Покончи с этим (англ. I am damned, Vulkan. End it now)! | |
Я искуплён (англ. I'am redeemed). | |
Я — Ночной Призрак (англ. I'am Night Haunter). | |
Теперь мы начнём всерьёз (англ. Now we start in earnest)... | |
Покатятся головы (англ. Heads will roll)! | |
Все грехи будут караться смертью (англ. All sins will be punished by death)! | |
Отсюда нет спасения (англ. There is no escape). | |
Я не стану молить о пощаде, но ты будешь (англ. I will not beg for my life — but you will). | |
Ты должен развеять мою скуку (англ. You should relieve my boredom). | |
Полная паранойя — это просто полная настороженность (англ. Total paranoia is just total alertness). | |
Не бывает «чистой» войны (англ. No war is clean). | |
Почувствуй радость от того, что твой страх принесёт справедливость в этот мир (англ. Feel joy that your fear will bring justice to this world). | |
Зачем продолжать бороться (англ. Why keep fighting)? | |
Если бы ты знал хотя бы часть того, что я видел (англ. If you knew even a fraction of what I've seen)... | |
Смерть — ничто по сравнению с оправданием (англ. Death is nothing compared to vindication). |
Галерея
Источники
- Ересь Хоруса, книга 2 — Резня
- Ересь Хоруса, книга 9 — Крестовый поход
- Кодекс: Космодесант Хаоса (8-я редакция)
- Аарон Дембски-Боуден, «Жестокое оружие»
- Аарон Дембски-Боуден, «Принц воронья»
- Дэн Абнетт, «Забытая империя»
- Гай Хейли, «Фарос»
- Гэв Торп, «Ангелы Калибана»
- Дэвид Аннандейл, «Гибельный шторм»
- Гай Хейли, «Конрад Кёрз»
Лоялисты | Вулкан • Джагатай Хан • Корвус Коракс • Леман Русс • Лион Эль'Джонсон • Рогал Дорн • Сангвиний • Феррус Манус • Робаут Жиллиман | |
---|---|---|
Предатели | Альфарий • Ангрон • Конрад Кёрз • Лоргар • Магнус • Мортарион • Пертурабо • Фулгрим • Хорус |