Нострамо
История
Нострамо — мир-улей, окутанный вечной тьмой. Родная планета легиона Повелителей Ночи и их примарха Конрада Кёрза. Был окончательно разрушен самим Кёрзом в начале 31-го тысячелетия во время орбитальной бомбардировки флотом Повелителей Ночи после того, как жители Нострамо предали идеалы примарха и вернулись к своей преступной жизни.
Планета тьмы
Нострамо был мрачным миром-ульем, постоянно темным из-за загрязненной атмосферы и того факта, что он вращался вокруг медленно умирающей звезды, свет которой не мог проникнуть через эту дымку, чтобы достичь поверхности. В полдень мир освещался едва ли лучше, чем в полночь. Пелена вечной тьмы, создаваемая огромным количеством токсичного смога, окутывала планету тусклыми серыми и глубокими черными пятнами. Только богатые жители могли позволить себе нострамские средства освещения, которые были немногим больше, чем тусклые голубые полосы света, размещенные в потолках роскошных жилищ правящей иерархии в шпилях городов-ульев планеты. Адамантий пронизывал кору планеты, главный экспорт Нострамо в соседние миры, были тысячи металлоконструкций и химических реагентов, которые оставляли шрамы на ландшафте планеты и душили воздух ядовитой грязью. Подавляющее большинство населения существовало в крайней нищете в качестве литейщиков, в то время как богатые жили в достатке, тесня или просто убивая всех, кто осмеливался им противостоять. В нострамском обществе было много убийств, воровства и вымогательства. Преступность не контролировалась, и самым простым жестом правоохранительных органов была ужасающая жестокость, с которой наемные головорезы правящей иерархии нападали на тех, кто осмеливался им противостоять. Депрессия была неизбежным образом жизни для большинства нострамцев, а перенаселение предотвращалось не войной, болезнями или законодательством, а уровнем самоубийств.
В мире было пять крупных городов-ульев, расположенных по обе стороны обитаемого узла планеты, названных последовательно от Нострамо Прайм до Нострамо Квинтус. Каждый город-улей функционировал как автономная промышленная система. Благодаря синхронности орбит Нострамо и Тенебора, луна находилась между Нострамо и его умирающим солнцем, эти города переживали эквивалент земной ночи даже в середине нострамского лета. Его города были каменными и железными норами. Километровые дымовые трубы указывали на вечную ночь. Мосты из черного металла пересекали узкие овраги переулков и улиц. Особняки, соборы и фабрики росли из леса трущоб, крыши кишели горгульями. Смог лежал на всем, как плащ, наброшенный на умирающего человека, превращая то немногое, что светило из окон или ламп, в болезненные ореолы. Пыль, дым и вонь химикатов наполнили воздух и проникли в плоть каждого мужчины, женщины и ребенка, урезая их годы так, что лучшее, что могла предложить им жизнь, была смерть, никогда не видя блеска надежды или тепла истинного счастья.
Геология Нострамо была бесценной, поскольку необычная земная кора имела беспрецедентное количество природного адамантия. Наличие такого обильного количества этого ценного металла означало, что города Нострамо наслаждались очень прибыльной торговлей со своими соседними мирами, хотя хорошо известно, что эти миры продавали металл по гораздо более высокой цене торговцам Империума Человечества, которые только начинали входить в эту область галактики. Весь слой земной коры состоял из этого ценного металла, и считается, что планета имела очень изменчивое и нестабильное ядро, поэтому ее массивный взрыв последовал за орбитальной бомбардировкой.
Разрушение Нострамо
Проблеск надежды, подаренный гражданам Нострамо с прибытием Императора, был жестоко отнят у них, когда Он ушел с их монархом, чтобы продолжить Великий крестовый поход. Поначалу многие радовались, что Ночного Призрака забрали из их общества, чтобы они могли говорить и действовать свободно, не опасаясь кровавого возмездия. Но, несмотря на номинальное присутствие бюракратов Империума, нострамское общество вскоре вновь выродилось в бурлящее болото коррупции и преступности.
По мере того, как продолжался Великий крестовый поход, странное поведение Ночного Призрака становилось все более подозрительным для его братьев примархов. Шрамы, оставленные его прежней жизнью на Нострамо, были глубоки. Несмотря на то, что он проводил много времени со своими менее мрачными братьями, примарх держался на расстоянии, никогда не мог присоединиться к их товариществу или разделять их радость. Он все еще впадал в конвульсии, мучимый пророческими видениями своей собственной смерти, судьбы его сыновей, ведущих войну за войной с другими Легионес Астартес. Но, несмотря на беспокойство братьев, он не выдал ничего, кроме темных намеков на причину своего измученного духа. Это чувство изоляции постепенно переросло в настоящую паранойю, и пропасть между Ночным Призраком и братством примархов только расширилось.
Как раз перед Ересью Хоруса, Кёрза постоянно преследовали различные ужасные видения, включая сражение Астартес с Астартес, смерть от руки отца и, что хуже всего, уничтожение его родного мира Нострамо. Конрад поведал своему наставнику Фулгриму о страшных видениях, потрясенный примарх Детей Императора рассказал об услышанном их брату Рогалу Дорну. Дорн возмутился пренебрежительным отношением Ночного Призрака к доброму имени Императора и выступил против него. Точные события, произошедшие между двумя примархами, не зафиксированы в деталях, но Дорн был найден тяжело раненным, а караульные стражи Ночного Призрака полностью вырезаны. Керз вернулся в Нострамо со своими легионом и исполнил одно из своих видений. Он полностью уничтожил темный мир орбитальным огнем своего флота, который пробил кору планеты и дестабилизировал ее ядро, раскалывая его, как яйцо, пока не остались лишь фрагменты, дрейфующие в пустоте. Керз рассматривал это злодеяние как справедливое наказание за возвращение его мира к анархии во время его долгого отсутствия. За это преступление Керза и его Повелителей Ночи отозвали из Великого крестового похода. Но до наказания Повелителей Ночи не дошло, поскольку к этому времени Воитель Хорус уже начал планировать открытое восстание против Императора. Ночной Призрак и VIII легион никогда не чувствовали себя «своими» в царстве Императора, и они присоединились к Хорусу и другим легионам предателей, чтобы уничтожить все, что было им создано.
Остатки
Однако Нострамо оказалась уничтожена не полностью, ибо масса планеты такова, что она не может вся исчезнуть, и поэтому VIII легион сохранил некоторую власть над своим бывшим родным миром. Возможно, над самым главным, единственным спутником Нострамо, луной-крепостью Тенебор, пережившей гнев примарха. Предназначенный для защиты мира-улья от вражеских действий в качестве сторожевого бастиона, Тенебор на пике своей мощи был грозной твердыней, достаточно большой, чтобы вместить половину флота легиона и ощетинившийся пушками, намного превосходил по мощи любой большой военный корабль Империума, за исключением, возможно, легендарной «Фаланги». Способный содержать значительный гарнизон, после Ереси Хоруса в 017.M31, Тенебор был классифицирован как потенциальная угроза имперским командованием и отмечен для немедленных действий. Когда части легиона Кровавых Ангелов прибыли в систему Нострамо во время Великого Очищения они нашли луну-крепость в глубоком запустении. Только часть впечатляющего арсенала луны все еще была в рабочем состоянии, но её инфраструктура пришла в упадок, маленький батальон слуг легиона не мог провести необходимый ремонт. От самих предателей Кровавые Ангелы не нашли никаких следов, только явные признаки великого бедствия. Какая-то неизвестная сила, предположительно Легионес Астартес (и позже опознанная печально известная банда Чёрных Щитов, известная как Пепельные Когти), очистила систему от присутствия Повелителей Ночи несколько лет назад в 011.М31, до того, как прибыли мстительные сыновья Сангвиния.