Данте
- «Справедливость — ваш щит, вера — ваша броня, ненависть — ваше оружие. Отриньте свой страх, гордитесь, ибо мы — сыновья Сангвиния, защитники человечества!»
- – Данте, магистр ордена Кровавых Ангелов
Воин, который позже станет великим Данте, начинал свою жизнь как и любой другой Кровавый Ангел.
Он родился и вырос в загрязнённых радиацией пустынях Ваала Секундус. Вторая луна Ваала — вовсе не гостеприимный дом для тех, кто влачит на нем своё существование. В одиннадцать лет по стандартному терранскому летоисчислению рост Данте, как и рост большинства его сверстников, был остановлен недоеданием, а его кожа стала рябой от воздействия радиации.
Говорят, что он ничем не выделялся среди тех, кто достиг Места Состязания. Он не был самым свирепым, и на его счету не было большого количества убийств, однако юноша выжил и стоял среди победителей, освещаемый лучами палящего заката. Он заслужил своё место среди претендентов, которых перевезли в крепость-монастырь Кровавых Ангелов на Ваале.
В защищенном соборе ордена, под тяжёлым взором статуй героев Кровавых Ангелов, Данте принял сангвинарную чашу и испил синтезированную кровь девятого примарха. Он впал в ритуальный годовой сон, необходимый для имплантации генного семени и был помещен в благословленный саркофаг.
Именно там мальчик впервые привлёк внимание сангвинарных жрецов. Все спящие кандидаты переживают видения жизни и смерти своего примарха, однако Данте безостановочно выкрикивал имена падших примархов, Тёмных Богов и давно изгнанных демонов на протяжении всего года, балансируя на грани между сном и пробуждением. Многие претенденты погибают в саркофагах — такова жизнь. Слабые терпят неудачу, даже в самом начале. Но после таких страданий не выживал никто.
Все жрецы обратили внимание на следы отчаянных попыток выбраться, оставшиеся на внутренней крышке саркофага. Однако сотворённый заново в образе ангела Данте являл собой образец здравого рассудка и спокойствия, он был готов начать предстоящее обучение.
Некоторые из сангвинарных жрецов были уверены, что знамение предсказывало скорое погружение в безумие Красной жажды и Чёрной ярости. Другие считали, что, хотя Данте и пережил больше страданий, чем любой другой, из саркофага он вышел в идеальном состоянии — и это предвещает величие.
Сын Сангвиния
Никому, кроме Кровавых Ангелов и их ближайших наследников, не известно, что Данте не был кандидатом на должность командора. Легендарный воин в сверкающей броне был всего лишь рядовым офицером, который занял высший пост в один из самых мрачных для ордена периодов.
Кровавые Ангелы не раз стояли на грани уничтожения. Во время Призрачной войны в последних десятилетиях M37 орден был сломлен, разорён Чёрным Легионом на планете Макан. Впервые в истории один из самых гордых и благородных орденов Первого Основания оказался на грани вымирания, хотя в последующие столетия Кровавые Ангелы восстановили свою численность.
Почти три тысячи лет спустя Кровавые Ангелы вновь окажутся близки к исчезновению. После Каллиусского восстания выжил только каждый десятый космодесантник, а офицеры погибли почти в полном составе. Три полные роты, включая 8-ю под командованием молодого брата-капитана Данте, нанесли сокрушительный удар по планете Пристань Каллиуса и её зависимым мирам, чтобы помочь Ангелам Божественным (ордену-наследнику, который из-за своего символа больше известен как Кровавые Орлы).
Мир за миром восставали против Империума, пока волнения не распространились по всему региону, а затем охватили и субсектор. Населения целых планет и наспех собранные флоты шли в бой под предводительством космодесантников-предателей из бесчисленного множества военных группировок. Ангелы оказались вовлечены не только в затяжные конфликты и окопную войну, но и в еретический заговор. Месяц за месяцем и год за годом все больше Кровавых Ангелов прибывало, чтобы отбить, наказать и очистить повстанческие миры.
Было убито столько врагов, что чернила залили свитки почестей, но Кровавые Ангелы понесли потери, несовместимые с дальнейшим поддержанием фронта. Когда на помощь начали прибывать десятки полков Имперской Гвардии и ордены космодесанта, Ангелы вышли из конфликта с гордо поднятыми головами. Однако самый страшный удар был еще впереди. Во время сбора остатков флота на орбите Пристани Каллиуса, из варпа вырвалась армада предателей, желающая уничтожить орден.
Последующая битва в космосе длилась три дня. На счету Данте и его воинов были семь захваченных и уничтоженных крупных кораблей. Когда Кровавые Ангелы, наконец, одержали победу и оценили потери, оказалось, что в живых осталось меньше двухсот космодесантников в красных цветах ордена. На совете оставшихся сангвинарных жрецов и капелланов последний выживший капитан был избран магистром.
Данте принял титул Повелителя Ангельского Воинства в запятнанной кровью, разбитой броне. Он был избран не за свои заслуги, а только потому, что был последним выжившим.
После этого дня его доспех навсегда был окрашен в священный золотой.
Старейший сын Ваала
Командору Данте принадлежит суровая честь возглавлять Кровавых Ангелов в заходящие дни Империума. Данте олицетворяет все достоинства и благородные идеалы Кровавых Ангелов, однако под золотой маской скрывается его тёмная сторона — Повелитель Ангелов также несет на себе бремя тайн ордена.
Во многих архивах Адептус Терра Данте упоминается как старейший из живущих в Тёмном тысячелетии космодесантников. Согласно имперской истории, он управляет Кровавыми Ангелами уже больше тысячи лет, прослужив ордену ещё несколько столетий до этого. Он один совершил больше подвигов, чем целые ордены, основанные в конце 41-го тысячелетия.
Однако даже в официальных летописях Империума свободно переплетаются легенды и правда. Факты искажаются временем, ошибочными пересказами и осознанным мифотворчеством. В империи из миллионов миров не существует объективной правды.
Возможно, Данте понимает, что на заре Конца Времён человечеству нужны герои, и не препятствует разрастанию легенд вокруг себя. Или, быть может, он настолько сосредоточен на защите Империума, что исполнение долга ему важнее того, как его вспомнят историки.
Титул Архангела
Тысячелетие, прошедшее с момента избрания Данте магистром ордена, стало самым славным для Кровавых Ангелов со времён Очищения.
Возможно, Космический Волк Логан Гримнар считается самым любимым среди простого люда, а Марнея Калгара из Ультрамаринов называют наиболее уважаемым другими командирами космодесанта. Командор Данте пользуется похожей репутацией. Однако тогда как Великого Волка почитают как за его умение вести войну, так и за его мудрость, Повелитель Ангелов предстает как далекий, сияющий спаситель — оживший герой легенд. Властитель Макрагга — собранный, необычайно умелый фронтовой генерал, восхищающий как проницательностью, так и умением сражаться, в то время как Данте, Приносящий Свет, выступает как ангел отмщения, первым нисходящий с небес, чтобы нанести удар.
Ни один верный слуга Трона не стал бы сравнивать этих благородных героев, ведь все равны перед Богом-Императором. Однако тысяча лет безупречной службы говорит сама за себя.
Деяния Данте уже становятся мифами. Каждый удар его топора сражает владыку-демона, каждое сошествие с небес прерывает восстание.
Многие из этих историй могут быть мифами, но большая часть — правда.
У врат Пандемониума под ударами Данте пал Скарбранд, Принц Ярости, Изгнанный Сын Кровавого бога. После изгнания демона его армии потеряли связь с реальностью и вскоре отправились в варп вместе со своим побеждённым повелителем.
В начале 41-го тысячелетия на планете Терион Данте вел Ангелов в битву против нечестивого союза Повелителей Ночи и банды предателей, известной в имперских архивах как Братство Тьмы. Спустя столетия мир был воссоздан и стал раем для его жителей, а единственным напоминанием о войне осталась статуя Данте, высеченная из мрамора. Колоссальный монумент изображает Повелителя Ангелов с вытянутой рукой, указывающей на горизонт, дарующего прощение предкам жителей Териона.
Армагеддон — мир, поглощённый войной, является местом самого известного триумфа Данте. На этой проклятой планете Кровавые Ангелы сплотили защитников осаждённых ульев Ахерон и Тартар, а командование Данте принесло победу над орочьими полчищами, рыскавшими по планете. С того времени сменилось целое поколение, но Повелителя Ангелов всё ещё вспоминают с благоговением. В его честь названа одна из космических станций слежения Армагеддона.
Данте удалось вернуть Кровавым Ангелам единство во время внутренней войны, не известной остальному Империуму. Целые флоты предателей были уничтожены в огне орудий кораблей ордена. На счету командора сотни побеждённых чемпионов тёмных богов, чьи осквернённые артефакты он заключил в стазис, чтобы никто не смог занять место павших предателей. Легенда Данте живет.
Тёмное время
Во время атаки главных сил флота-улья Левиафан на Ваал Кровавые Ангелы и их наследники защищали свою родину в апокалиптической битве с ксеносами. Даже собранные вместе сыны Сангвиния не могли остановить вторжение такого масштаба. Когда они приготовились принять последний бой, пришло спасение. Робаут Жиллиман и его Неодолимый крестовый поход пришёл на подмогу потомкам Великого Ангела. Войско крестоносцев разгромило остатки флота-улья и спасло Ваал.
После победы примарх объявил Данте регентом Тёмного Империума. Расползающаяся тьма по галактике от Великого Разлома становится все ужасней. Кровавые Ангелы стоят на пути этой тьмы, трон Терры за их спинами и они будут сражаться, как никогда раньше.
Вместе с новым долгом появилась и новая надежда, которую принесли космодесантники Примарис, потомки Сангвиния не погаснут словно свет свечи во мраке. Кровавые Ангелы ещё не видели своего повелителя таким воодушевленным, несмотря на все страшные невзгоды перед лицом которых они оказались. Регент Тёмного Империума поклялся очистить его от Хаоса, даже если на это ему понадобится ещё тысяча лет. Ведь посреди самой тёмной ночи золотые ангелы сияют ярче всего.
Из «Пророчеств плакальщика», написанных Саргоном Эрегешем, Штормовым Оракулом Чёрного Легиона
« В конце времён воинство Мёртвого Ангела в последний раз пойдёт в бой. Оно взмоет ввысь на ревущих крыльях и настигнет нас подобно шторму. Во главе их будет Последний Архангел. Для нерождённых он будет Парящей Смертью. Для нас — смертным, несущим лик его павшего отца. Для Империума Человека — он будет надеждой. Воин бесконечной отваги. Солдат бессчётных горестей. Берегитесь золотой маски, льющей слезы из застывшего золота, что вечно смотрит и никогда не улыбается».
Внешний вид и характер
Внешность 
Глаза Данте имеют цвет бледного янтаря, в то время как его когда-то золотые волосы давно побелели (о чем говорит новелла «Данте» Гая Хейли).
Возраст Ангела отражает его лицо — оно покрыто глубокими морщинами, которые заостряют его черты до хрупкости, а глаза запали в глазницы (это — основная причина, почему Данте никогда не показывает свое лицо на публике; его раскрытие разрушит тайну бессмертного золотого героя). В одноименной новелле Гая Хейли Данте возвращает себе силы (за исключением цвета волос, которые так и остаются седыми), испив крови своего старого слуги, поставившего его в положение нарушения клятвы исполнения последнего желания умирающего или нарушения клятвы, данной самому себе века назад — никогда больше не вкушать крови.
В романе Джеймса Сваллоу «Deus Encarmine» Данте описан как человек с «ястребиным лицом», с выдающейся челюстью и носом. Он похож на хищника, находящегося в состоянии покоя.
Характер
Данте входит в «Большую тройку» магистров орденов космического десанта совместно с Логаном Гримнаром и Марнеем Калгаром, где Гримнар является любимой фигурой в эпосе народов Империума, Калгар — величайшим из магистров, Данте же занимает позицию героя, бессмертного золотого воина, чьи поступки стали легендой ещё при его жизни.
«Мои историки изо всех сил пытались создать краткую историю твоей жизни». — Возродившийся Робаут Жиллиман в разговоре с Данте.
Легенда о деяниях Данте — не просто результат преднамеренной пропаганды Империума. Империум является децентрализованной империей с миллионами миров, и легенда Данте была искажена временем и ошибочными пересказами по всей галактике. Сам Данте позволяет своей легенде расти, потому что он знает, что человечеству нужны герои в Темном тысячелетии. Другое дело, что у Данте есть дела поважнее, чем прислушиваться к словам смертных мужчин и женщин
«Я позволяю моей легенде расти сверх всякой степени правдивости. Я позволяю людям думать, что я непогрешим и могуществен вне моих возможностей. Я с радостью принимаю это за служение человечеству».
Сам Данте остается человеком негордым и приземлённым. Он думает, что он не святой и что ему приходится притворяться тем, кем он не является. По его словам, «... хотя я могучий и мудрый, и из Адептус Астартес, я всего лишь человек. Под моей броней бьется человеческое сердце рядом с тем, которое дал мне Император».
Данте и Империум
В новеллизации Данте изображен осведомленным о мрачных условиях жизни людей Империума. В отличие от большинства имперских командиров, он не согласен разбрасываться жизнями солдат Астра Милитарум (к которым, к слову, он имеет огромное уважение) или любого другого солдата Империума.
Взгляды Данте на бессильное управление Империумом хорошо отражает его цитата: «Я боролся с каждым врагом, с которым человечество должно столкнуться, от явной агрессии орков до размытой бездумной бюрократии».
Данте также задается вопросом, если Сангвиний был героем, почему он оставил луны Ваала в состоянии пустошей, когда он мог легко их восстановить. Он спрашивает, оставил ли Великий Ангел свой народ страдать, чтобы его закаленные дети могли стать хорошими воинами. В конечном итоге Данте отвечает на свой вопрос: «Так было, потому что так и должно быть».
Данте и Имперский Культ
Кровавые Ангелы, как правило, придерживаются Имперской Истины, но почитают Императора и Сангвиния как предков. Данте ежедневно молится Сангвинию в «Deus Encarmine» (причем, чаще всего, в те часы, когда его снедают сомнения), хотя и цинично замечает в повести «Данте», что Сангвиний никогда не отвечал на его молитвы. По своему мировоззрению Данте, скорее, ближе к агностицизму.
Данте и «Кодекс Астартес»
В «Deus Encarmine» боевой брат Корис выражает мудрость Данте, что «Кровавый ангел, который не стремится задавать вопросы, ничем не лучше бессмысленного слуги». Таким образом, можно утверждать, что Данте не является ортодоксальным последователем Кодекса Астартес, или, по крайней мере, не так, как многие другие магистры решили его интерпретировать.
Интересно, что в новеллизации Данте есть сцена, в которой магистр вспоминает о днях славы старых легионов в контексте растущей волны врагов, стоящих перед Империумом Человечества. Таким образом, космодесантник, кажется, не считает свой орден единственной силой, призывая всех потомков Кровавых Ангелов к Ваалу для войны с Тиранидами. Его логика заключается в том, что только полная сила Кровавых Ангелов и их преемников в одной единственной точке действия может дать шанс на успех.
Также, во время Разрушения Ваала, было показано, что Данте поддерживает реформы Жиллимана.
Данте и ксеносы
Данте считает, что его по-праву учили не доверять ксеносам, но он никогда не ненавидел их.
Так, в рассказе Лори Голдинг «Слово Безмолвного Царя» Данте вступает в союз с некронами , чтобы защитить Геенну от тиранидов. Капитан Тихо позже сказал, что главы орденов были объявлены предателями за меньшее, но Данте был готов рискнуть этим ради народа Геенны. По общему признанию, у Данте был запасной план, чтобы впоследствии убить Безмолвного Царя, но он упускает эту возможность, дабы помочь защитить людей. Позже, Данте имеет честь пожать руку самому Безмолвному Царю. Справедливости ради, Кровавые Ангелы действительно сражались с Некронами в начале, и оказалось, что Безмолвный Царь заключил соглашение с Сангвинием 10 000 лет назад. Итак, это оказалось просто обновлением древнего союза. В монологе владыка Некронов Анракир Странственник позже восхищается Кровавыми Ангелами, воздавая честь их мертвецам на Геенне.
Он сочувствует Оррети, умирающей расе ксеносов, которая собирает мусор в мертвых мирах. К сожалению для Оррети, мертвые имперские миры по-прежнему остаются имперскими, и Кровавые Ангелы истребляют их после того, как узнают, что они ответственны за разрушение колоний.
Единственные, кого Данте искренне ненавидит — это тираниды, которые стремятся погасить саму жизнь.
Данте верит, что «нелюди стремились выжить также, как стремилось человечество».
Конечно, Данте не является идеалистом, выступающим против превосходства человека (в конце концов, он космический десантник). Он жаждет союза всех рас, но только для великой войны против Тиранидов. Тем не менее, Данте признает, что он не мог представить себе истинное единство среди людей, не говоря уже о различных расах.
Друзья, союзники и враги
Во время Второй войны за Армагеддон Данте стал побратимом Магистра Саламандр, Ту'Шана. Чтобы отметить свои прошлые победы и связь между ними, Кровавые Ангелы и Саламандры время от времени встречаются для обмена советами, трофеями войны и обетами дружбы.
- «Между ними стоял воин, такой же благородный и властный, каким я его помнил. Его боевой доспех из позолоченного адамантия и керамита был сделан в виде обнаженной мускулатуры. Среди многочисленных драгоценностей самой крупной была украшавшая грудь рубиновая кровавая капля, от которой раскинулись два ангельских крыла. Лицо воина скрывала золотая маска, так же сделанная в виде обнаженного лица. У бедра висел изящный боевой топор. Как Саламандр я оценил отлично выкованное оружие, с ним немногие могли сравниться.
Прошли годы с тех пор, как они последний раз виделись для исполнения обета. Здесь, на Гекатомбе, в осевшей цитадели, совместный ритуал наших Орденов снова состоится.
Подойдя к Ангелам, я со своими воинами преклонил колени.
– Поднимись, Ту’шан, и остальные тоже, — обратился Данте мелодичным и в то же время сильным голосом, — и знайте, что вы среди друзей.
Когда я поднялся, Данте по воинскому обычаю обхватил мою кисть, и мы обнялись, как братья.
– Добро пожаловать, Ту’шан. — В его голосе слышалась радость от встречи с нами. — Расскажи мне все, что случилось после нашей последней встречи.
– Боюсь, мой рассказ не будет таким же теплым, как твое приветствие.
– Понимаю.
Я отметил, что воины Данте уважительно поклонились, но не стали пожимать руки моим драконам. В этом отношении Ангелы были зачастую сдержанны. И всегда хладнокровны. Я счел знаки внимания Данте в отношении меня особыми.
Владыка Воинств продолжил в том же духе, похлопав по моему наплечнику.
– Что ж, давай поговорим внутри, а не посреди бури. У меня есть теплый хараш с самого Ваала.»- – Ник Кайм, «Бремя Ангелов»
В новелле Ника Кайм, «Бремя Ангелов» Саламандры и Кровавые Ангелы встречаются на планете Гекатомба, на которой Данте однажды победил Чемпиона Хаоса Раэгуса Малефакта. Во время обмена ритуальными обетами библиарий Кровавых Ангелов Абатор стал одержим расколотым клинком Раэгуса, в котором содержалась часть его сущности, что привело к открытию варп-портала и вторжению сотен демонов; и, хотя варп-пешка и «Раэгус — Абатор» были уничтожены, событие вызвало Красную Жажду Данте и Кровавых Ангелов, что привело к сражению между союзниками: Данте против Ту'шана, а Кровавые Ангелы против Саламандр. Саламандры и Ту'шан смогли успокоить Данте и Кровавых Ангелов, обратившись к их человечности. Несмотря на неприятный инцидент, дружба между двумя орденами только окрепла.
Также следует сказать, что величайший из Кровожадов Ка'Бандха, древний враг Данте и Кровавых ангелов, вел кампанию против тиранидов, когда флот-улей Левиафан вторгся на Ваал. Когда пыль сражения улеглась, стало очевидно, что демоны-кхорниты действительно сражались против тиранидов на Ваалинде (Ваал Примус), оставив после себя восьмиконечную звезду Хаоса, сделанную из черепов Тиранидов. Достаточно сказать, что Ка'бандха питает некоторую степень уважения к сынам Сангвиния (а, возможно, Кровавый Отец все еще желает, чтобы Кровавые Ангелы были его чемпионами), и, если кто-то и должен уничтожить Кровавых Ангелов, Ка'Бандха считает, что это должен быть он.