Первая стена (роман)
«Первая стена» (англ. The First Wall) — третий роман серии «Осада Терры».
Аннотация
Ожесточённая война за судьбу человечества продолжается. Хотя внешние оборонительные системы уже пали, стены Дворца стоят нерушимо благодаря стратегическим талантам Рогала Дорна, Преторианца Терры, и силам обороны удаётся сдерживать неисчислимые армии Хоруса. В лице Пертурабо, осадного мастера предателей, Дорн сталкивается с противником равного таланта. Начинается ужасная война на истощение, и в центре этого противоборства — решающая битва за космопорт Львиных Врат. Овладев им, предатели смогут доставить на поверхность Терры свои самые мощные и разрушительные орудия. Примарх Имперских Кулаков знает, что войска лоялистов обязаны удержать космопорт любой ценой, но враги атакуют со всех сторон, а теперь к резне присоединяются и нерождённые. Смогут ли защитники Империума выстоять?
Послесловие
Вы только что прочли мой 40-й роман для Black Library. Прежде всего, спасибо, что прочитали его и все остальные. Я до сих пор испытываю удивление и гордость, достигнув подобного рубежа, и думаю, что моя жизнь благословлена не только возможностью писать и проектировать игры для жизни, но и тем, что мне также представилась возможность делать это в одном из тех мест, которые я люблю с юности.
Хотя я пробовал многие системы Games Workshop в подростковом возрасте и позже, игра, которая привлекла меня больше всего, была Adeptus Titanicus/Space Marine. Ересь Хоруса существует в том виде, в каком она существует, благодаря старой игровой системе Epic и прагматической необходимости, чтобы ради снижения стоимости коробочной игры титаны и космодесантники сражались друг с другом. Удивительно представить, что если бы у старых GW было немного больше денег, чтобы добавить в некоторые 6-миллиметровые литники орков, история вселенной Warhammer 40,000 могла бы быть совершенно другой! От Space Marine до оригинальной истории Билла Кинга и судьбоносных иллюстраций Адриана Смита в настольной игре Horus Heresy, Ересь Хоруса стала основополагающим мифом Империума.
И вот теперь, 32 года спустя, я пишу об этой поворотной войне.
Сейчас, когда книга закончена, я чувствую, что предыдущие 39 романов были подготовкой к ней. Всё дело в давлении и ожиданиях в отношении серии «Осада Терры». Проверка, которой подвергнут мои слова, будет огромной. Это также часть повествования, которое включает в себя более 60 романов, множество аудиопроизведений, рассказов и большое количество повестей. Как обнаружил каждый пришедших в проект, огромное количество информации, которую нужно усвоить как писателю, — это что-то впечатляющее. Отдавать должное персонажам и сюжетным линиям, которые создавались годами, одновременно заботясь о том, чтобы каждая книга обладала своими собственными достоинствами, независимо от того, что происходит до или после, это воистину сложная задача.
Поначалу я думал, что, возможно, мне будет легко, по сравнению с Джоном Френчем, которому пришлось вызвать в воображении масштаб Солнечной войны, или Гаем Хейли, которому досталось раскрутить захватывающую историю из 60 дней постоянных бомбардировок. Мне предстояло охватить 3 различные, но связанные темы на нашей временной шкале: предатели в имперских рядах (присутствие Альфа-Легиона); падение космического порта Львиные Врата; первое прибытие/вызов/проявление демонов.
Легко, правда? Опыт подсказывает мне, что 3 повествовательные нити — это огромное количество для романа из 90 000-100 000 слов, каждый из которых примерно соответствует повести по сложности и длине. Падение космического порта Львиные Врата позволяло поставить хорошую заключительную точку, связав все 3 нити вместе, а также предоставляло базу для интенсивной войны, чтобы сохранить общую атмосферу Ереси Хоруса сильной во всём.
Как оказалось, романы «Осады Терры» очень похожи на сюжет Альфа-Легиона: ничто не бывает таким простым, как кажется на первый взгляд.
Рассказ об истощении
Потенциальная ловушка при работе над историей с устоявшимися событиями и в целом заданным сюжетом — Ересь Хоруса, Пришествие Зверя, Молот войны: Конец времён — это то, что смысл истории теряется из-за попадания всех предопределённых ударов. Перемещение персонажа А в место D во время события X рискует превратить проект в логистическое упражнение и ничего больше. Повествование, которое заставляет историю двигаться, упускается.
Понятно, что я не хотел, чтобы это случилось с тем, что, вероятно, станет моим самым важным романом в Black Library. Это означало, что нужно было преобразовать события во что-то более связное, а затем снова собрать их в историю. Я начал с того, что остановился на теме для каждой из сюжетных нитей: тема, которая добавила бы что-то к общей дуге и масштабу «Осады Терры». Этой темой стало истощение.
Осады — это обычно сражения, иногда длившиеся месяцами или годами; но замки и города, которые осаждались в нашей истории, не имеют ничего общего с той кампанией, которая ведётся за Императорский Дворец. Сооружение настолько большое, что оно затмевает многие современные национальные государства, настоящая континентальная агломерация. Хотя происходящее можно назвать битвой за Императорский Дворец, на самом деле это полномасштабная война. Война с фронтами, линиями снабжения и логистикой перемещения больших групп войск. Это война, которая настолько разрушительна, что от вовлечённых в неё сил в конце останутся лишь разрушенные остатки их былой славы.
Как только я начал размышлять над идеей истощения — идеей, тесно связанной с Железными Воинами, которая будет центральной в сражении за космический порт Львиные Врата, — я начал думать о различных типах истощения, которые могут иметь место.
Я придумал 3: физическое, моральное и духовное. Боевые силы медленно разрушаются, теряя огневую мощь и людские ресурсы, способность и готовность сражаться, а также веру в дело, за которое они сражаются, или в лидеров, за которыми они следуют. Учитывая, что у меня было 3 «удара» на временной шкале для изучения, мне показалось правильным, что каждая сюжетная линия должна освещать свой тип истощения.
- «— В арсенале победителей три оружия. Стойкость, убеждённость и верность»
- – Монито сан Васталл, 1-й генерал-максимус Чёрных Люциферов
Физическое — история космического порта
Как я уже вкратце упоминал, Железные Воины (печально) славятся своей жестокой, бескомпромиссной доктриной. Имперские Кулаки, напротив, бесстрашны и непокорны. Что может быть лучше для изучения физического истощения, чем противопоставить друг другу непреодолимую силу и непоколебимый монолит Ереси Хоруса. Вот как Пертурабо несколько нескромно, но не неточно излагает это:
— Дорн расставил для меня ловушку, и я намерен использовать Кроагера, чтобы её захлопнуть. Преторианец Императора создавал свои планы с коварством и терпением, несомненно, пытаясь предугадать каждый мой шаг, заранее противодействуя каждой моей стратагеме, хитрому ходу и тактике, которые он почерпнул из моих предыдущих работ. Будь уверен, Форрикс, что каждый камень, заложенный в этом Дворце, учитывал моё появление. Также как наши враги были уверены, что Хорус однажды достигнет Терры, мой брат также был уверен, что именно мой разум, моё искусство осады станет испытанием его обороны.
Ранн высказывает похожую точку зрения, но гораздо короче:
— Вот почему мы здесь. Вот для чего мы были созданы.
В этот момент я должен упомянуть о масштабах «Осады Терры». Есть буквально десятки сюжетных линий, которые сходятся в Императорском Дворце со всех предыдущих произведений. Некоторые из них закончатся во время этих событий. Другие являются ступеньками или предвестниками историй, которые продолжатся в последующем Великом Очищении.
Самое главное, это история об Императоре, о том, чего Он пытался достичь и как Хаос помешал Ему. Центральное место здесь, конечно, занимает номинальный враг — Хорус. Это даёт нам первое препятствие, которое необходимо преодолеть, поскольку устоявшийся фон диктует, что Хорус встретится с Императором только в самом конце. Здесь нет двух путей, нет уловок, факт состоит в том, что примархи изо всех сил сражаются за Дворец. Несмотря на это, мы должны сохранить конфликт между Хорусом и Императором в центре любой истории о Терре.
Дополнительным обстоятельством является возвышение Абаддона. Насколько это история конца эпохи Имперской Истины, настолько же это события, которые укрепят роль Абаддона в будущем. Хотя остальные и не столь важны с метафизической точки зрения, не меньший интерес для читателей представляют эволюции таких персонажей, как Кхарн, Сигизмунд, Форрикс, Ариман, Локен, Гарро, Киилер и многие, многие другие. Персонажи, знакомые нам по самым ранним книгам, многие из которых вели себя очень тихо в течение некоторого времени.
И есть небольшие, но столь же значимые истории о персонажах, которых видят впервые или чьи путешествия только начинаются, как Вольк. Они добавляют некоторое своеобразие среди устоявшихся главных персонажей.
Джон Френч проделал огромную работу, показав Императора и Хоруса в 1-й книге. Задача для остальных из нас состоит в том, чтобы найти способы продолжить эту тему, не повторяя её из раза в раз, как по содержанию, так и по форме изложения. Книга за книгой должны добавлять слои к непрекращающейся битве между Императором и Его самым одарённым сыном, пока их кульминационная битва не решит судьбу Галактики. Но эта битва не может вестись изолированно, просто добавляя интриги к происходящему; духовная война между Императором и Хорусом также должна быть неотъемлемо связана с повествованием.
И это является микрокосмосом проблемы, представленной огромным и непрерывным повествованием. Перед каждым романом стоит почти невыполнимая задача передать более широкую осаду, личные истории вовлечённых персонажей, шаги вдоль существующих событий временной шкалы и добавить других; всё для аудитории, которая, могла следить за ним почти десятилетие или только присоединилась с «Солнечной войной»...
И, возможно, самой большой проблемой было решить, что следует отложить в сторону. Я и в самом деле люблю писать о Сангвинии, но не было ни места, ни возможности включить его в повествование — он получит больше времени по мере развития осады. Точно так же в истории демона с Сёстрами Безмолвия мог содержаться целый отдельный сюжет, но мне, вероятно, придётся оставить его для небольшого рассказа, если тот вообще будет написан.
Учитывая всё это, я должен был расставить приоритеты. Первыми в списке стояли Пертурабо и его Железные Воины. Хотя они не получили львиную долю в количестве слов, они, тем не менее, являются фокусом, движущей силой главного события книги. После этого я просто хотел добиться как можно большего, не жертвуя глубиной и вкусом того, чтобы было абсолютно необходимо, чтобы рассказать истории, которые я должен был рассказать.
Духовное — история демона
Демоны казались вполне подходящими для духовного истощения. На наших встречах было много разговоров о психическом щите Императора и о том, как он сдерживает Хоруса, силы Хаоса и их демонов. Это центральный принцип веры в 41-м тысячелетии: только волей Императора человечество защищено, Его жертва поддерживает Империум.
На протяжении всей «Осады Терры» задача, которую авторы возложили на себя, состояла в том, чтобы найти историю, стоявшую за этими событиями. Строка в хронологии, которая говорит о появлении первых демонов, может быть показана по-разному. Мы уже обсуждали это в связи с появлением Ангрона в «Заблудших и проклятых» и прибытием других испорченных Хаосом персонажей, таким образом, поиск нюанса того, что означало это утверждение, заключался в раскрытии стоявшей за ним истории.
Мы обсуждали идею о том, что Хорус — боги Хаоса через Хоруса — разрушают защиту Императора с самого начала осады. Что, если этот щит был подорван изнутри? Существует много возможностей для Несущих Слово, Альфа-Легиона и других выполнить ритуалы и тому подобное — и в самом деле семена для этих событий были заложены в предыдущих историях.
Проблема состояла в том, что у нас уже было 2 великих ритуальных момента в серии: комета, которая открывает разрыв варпа в «Солнечной войне», и великая октограмматическая бойня, которая происходит в «Заблудших и проклятых». Рисковал повториться ещё один ожидаемый ритуал Хаоса.
Требовался другой подход. Он брал начало в одной из главных тем всей серии — утраты рациональной Имперской Истины и погружения в суеверия и религию Имперского Культа.
Вопрос был прост. Что, если истинная вера в Императора — то самое, что Он пытался искоренить, — стала Его ахиллесовой пятой?
Это не просто сюжет, это история.
Точно так же, как Джон Френч вернулся к самому началу, к Мерсади Олитон, имело смысл довести до конца историю Эуфратии Киилер. Она стала взглядом со стороны за расцветавшим Лектицио Дивинитатус.
Потребовалось немного больше времени, чтобы придумать её союзника/антагониста, но история о кустодии, защищавшем Дворец, подходила на все 100. Амон — первый кустодий, которого мы встретили в раннем рассказе Дэна Абнетта «Кровавые игры» — стал ещё одной отсылкой к заложившим основу историям серии. Это короткое событие показало нам Дворец, претерпевавший трансформацию. Амон — идеальный наблюдатель за результатами этих изменений, и, вспоминая Монархию, когда Император сравнял с землёй воздвигнутый в Его честь город, он стал совершенным фоном для веры Киилер.
Именно благодаря вере Киилер я смог решить проблему того, как мы будем продолжать показывать конфликт между Императором и Хорусом. Её видения предоставляли возможность для превращения метафизической битвы в видимую метафору.
Её путь пролегал через журчащий ручей и дальше на широкое пастбище, где её взору предстало самое большое дерево, которое она когда-либо видела. То, что она не замечала его раньше, противоречило логике, но она знала, что это место веры, а не разума, и принимала его таким, какое оно есть.
Дерево простиралось за облака, его раскинутые ветви упирались в сам небесный свод. Ветви дрожали от жизни, сгибаясь под тяжестью своей ноши, и от этого раздавался страшный скрип. Она прислушалась, пытаясь расслышать голос Императора в шуме дерева.
Моральное — история армии
Предателям в рядах Имперской Армии предстояло воплощать третий из моих видов истощения. Моральная усталость от войны. К этому моменту я уже прочитал «Заблудших и проклятых» и передо мной стояла превосходная картинна Гая о бедной и несчастной жизни имперского призывника. Он также показал нам несколько ярких проблесков жизни в армии предателей. Поскольку я знал исход — герои станут предателями, — я решил взять читателя в совершенно другое путешествие и исследовать моральное истощение гораздо глубже.
Со всеми этими существующими сюжетными линиями и эволюциями персонажей я должен быть сумасшедшим, раз собрался посвятить почти 1/3 книги новому персонажу, не так ли? Так.
Но иногда безумие — лучший из возможных вариантов. В этом случае перед нами стоял простой выбор, и он заключался в том, чтобы показать подразделения армии предателей либо как сюжетное событие, либо как полноправную эволюцию персонажа. То, что «поворот» произошёл вне книги, казалось глубоко неправильным.
В подобных ситуациях иногда полезно вернуться к исходному материалу. В данном случае это фактически означало настольную игру Ересь Хоруса — у меня, конечно, она есть. Игрок за предателей может использовать специальную карту, которая называется «Культисты Хаоса». Вот что на ней написано:
Сбитые с пути нашёптанными обещаниями богов Хаоса, когда-то верные граждане восстали против Империума.
Далее говорится, как разместить дополнительные подразделения культистов, самое главное:
...включая районы, которые находятся за линией фронта на имперской территории.
Что будут шептать боги Хаоса? В контексте осады на данном этапе и штурма космического порта Львиные Врата, что могло бы оказать существенное влияние, не умоляя усилий Имперских Кулаков и Железных Воинов?
Я решил, что предательство должно быть значительным, но не решающим. Вместо этого я хотел, чтобы сам его момент стал эмоциональным потрясением для читателя, а не просто сюжетным событием. Мне нужно было, чтобы читатель проникся историей этих солдат, пожелал им успеха, а затем изменил это ожидание.
План строился вокруг истории, которая резко отличалась от истории призывников во 2-й книге. Перед нами было подразделение, которое хотело участвовать в битве, потому что, оставаясь неизвестной для читателя, это была их единственная возможность нанести удар по Императору. Нам напоминают, что Император был военачальником, завоевателем Терры до начала Великого крестового похода. Объединение было достигнуто не только добрыми словами. И оно имело последствия.
Это также была возможность показать, что, хотя боевые действия сосредоточены вокруг Императорского Дворца, идёт глобальная война. Идея города-улья, из которого высосали все ресурсы, а затем и людей, выглядела привлекательной, и мне нужно было выбрать место, которое гарантировало бы достаточно длительное путешествие, чтобы познакомиться с некоторыми персонажами. Мы мало говорили об Африке, и её удалённость от Гималазии, казалось, идеально вписывалась в хронологию, которая должна была привести к потенциально поворотному моменту.
Зеноби требовалась сильная и убедительная эволюция. С первоначальными набросками на эту тему были шероховатости, потому что я первым делом написал историю о ней, и она оказалась слишком длинной и слишком часто касалась простых повседневных дел. Было важно, чтобы её история выглядела обоснованной, об обычном человеке с желанием увидеть то, что обернулось выдающимся деянием.
Зная, чем всё закончится и придумав, как сделать предательство значимым, я постарался показать, как можно больше имперских клише. Протокомиссары подавляли инакомыслие, отвергали Лектицио Дивинитатус, боялись проникновения и предательства.
Я также хотел, чтобы история казалась читателю настоящей. Это не попытка обмануть их, а позволить им увидеть другую сторону конфликта. Я не хотел нарушать планы читателя, просто показать, что в истории, которую они читают, есть другая правда. Остаётся ещё много загадок — являются ли вербовщики агентами Хоруса или просто воспользовались возможностью? Кто были космодесантники, атаковавшие перевалочный пункт? Были ли они предупреждёнными лоялистами или Альфа-Легион заметал свои следы?
На момент написания послесловия один человек, который не знал сюжет заранее, прочитал эту историю — коллега — автор Грэм Макнилл, и он связался со мной, чтобы сказать, что ему понравился поворот Зеноби, момент, когда она произносит свои печально известные слова. Я воспринимаю это как хороший знак и надеюсь, что другие читатели получат такое же удовольствие от этой части.
— За свободу! За Аддабу! — закричала она, когда лазерный огонь вспыхнул вокруг неё. Серия резких взрывов эхом прокатилась по базе, фонтаны жёлтого огня взметнулись посреди танковых колонн и артиллерийских батарей от скрытно установленных этим утром подрывных зарядов. — За Воителя!
Картографические дилеммы
Одна из самых больших проблем для всех авторов серии состоит в том, чтобы передать весь грандиозный масштаб осады. Рассказывая о массовых сражениях, писатель может упустить нить эмоций и личных действий; и наоборот, взаимодействие между относительной горсткой персонажей может сделать континентальную войну похожей на битву за городской квартал. Это относится и к космическому порту Львиные Врата, пронзавшему небеса городу-улью, размеры которого не поддаются пониманию.
Эта задача не только для авторов. Франческе Беральд, иллюстратору восхитительных карт для серии «Осада Терры», также приходилось сталкиваться с теми же трудностями. Таким образом, эти карты дают представление о топографии и стиле Дворца, но не предназначены для буквального географического прочтения. Город и космический порт гораздо более сложны и обширны, чем могли бы передать любые иллюстрации, но я думаю, что карта справляется с тем, чтобы одновременно подпитывать воображение и обеспечивать важный контекст для моих слов.
Гэв Торп, Ноттингем, май 2019