Рогал Дорн
- «Сомнение — величайшая слабость. Оно может разрушить самую крепкую стену без единого выстрела и свалить самого могучего чемпиона, прежде чем он выхватит меч»
- – Рогал Дорн, примарх Имперских Кулаков
Рогал Дорн — был примархом легиона Имперских Кулаков, одним из двадцати «сыновей» Императора, которых тот создал на заре Империума, сразу после окончания Эры Раздора. Дорна, как и его братьев, в скором времени после рождения разбросало по галактике. Примарх попал на один из удалённых миров человечества, где он вырос и возвысился став для своего народа великим лидером и символом надежды в окружающем мраке.
Известно, что Дорн обычно носил отполированный доспех цвета золота и меди со стилизованными крыльями орла, особо заметными на наплечниках, и красный вельветовый плащ. Он обладал суровым и неулыбчивым лицом, а его короткие волосы были пепельно-белого цвета.
История
Грозовое рвение внутри и каменное поведение снаружи — так описывают примарха VII легиона. Рвение стало огнём сына, который безоговорочно и без вопросов верил в мечту отца об Империуме. Для Рогала Дорна величайшей и единственной целью существования Легионес Астартес было объединение человечества и распространение идеалов Империума. Этот идеализм всегда вёл Дорна и его легион вперёд без всяких компромиссов и без малейшего пренебрежения любым аспектом долга. Каменная душа позволяла ему вынести всё, что требовал от него отец, а непреклонный характер сделал его как мастером оборонительной войны, так и непоколебимым бойцом в атаке. Если примархи преломляли характер Императора, как призма белый свет, то многие учёные Имперского Двора говорили, что с этой точки зрения Рогал Дорн был неумолимым учеником Императора в стремлении, чтобы цель обрела плоть, бескомпромиссным существом, чья верность и долг стали его такой же неотъемлемой частью, как кровь и дыхание.
Возможно, по этой причине ещё до предательства Хоруса Император провозгласил Дорна Преторианцем Терры и приблизил к себе, удалив от Воителя и недавно созданного командования. Некоторые из братьев-примархов восприняли это всего лишь как передислокацию Дорна и его легиона, а те, кто видел грехи высокомерия и упрямства в несомненных упорстве и гордости примарха VII легиона восприняли это восхваление, как ещё одну причину для беспокойства и раздора.
Рогал из дома Дорн
В то время как характер легиона можно разглядеть в плоти и крови его рекрутов, ещё лучше его видно в его примархе. Правда, созданные из семени человечества примархи — не люди. Они — трансцендентны и несут в себе частицу совершенства и непостижимости. Все черты, которые хорошо заметны в воине легиона, присущи ещё сильнее, ещё глубже и ещё острее его примарху. Похоже, в нём усилены и сконцентрированы качества, дарованные легиону геносеменем. Поэтому встреча примарха и его легиона часто становится моментом, после которого характер легиона может претерпеть изменения. В случае с Имперскими Кулаками обнаружение их примарха и планеты, на которой он вырос, только усилили черты, которые VII показывал начиная с основания.
Инвит — мир смерти и холода. Его звезда стара и угасает, из последних сил источая из ядра холодный красный свет. Он приливно захвачен умирающей звездой, поэтому бесконечная тьма поглотила половину планеты, а бледный солнечный свет освещает другую. Лабиринты расселин, ледяные горные хребты и равнины холодных дюн покрывают тёмную сторону планеты. Это — Расколотая Земля, она и крадущиеся в её глуши звери формируют тела и веру цепляющихся здесь за жизнь людей. Под ледяной корой медленно влекут свои воды мутные моря, в которых бледные слепые существа охотятся, реагируя на вибрации и необычный вкус крови. Высоко над этим запустением сквозь вечные полярные сияния на скованный холодом мир смотрят огромные и древние космические станции и верфи. Созданные в утраченном прошлом пустотные цитадели наблюдают за Инвитом дольше, чем любые записи или легенды могут вспомнить. В то же время на освещённой половине планеты не намного комфортнее, чем на тёмной. Это земля неторопливых покрытых соляной коркой морей и редких лишённых растительности скал под неустанным взором красного солнца.
На Инвите мало ценного: моря погребены подо льдом или безжизненны, в горах нет богатств, а фауна жестока. Тем не менее, есть одна вещь, которую производил этот суровый мир, благодаря которой завоевали звёздное скопление и выстояли островной империей порядка в Эру Раздора — это его люди. Хотя они и были варварами, но вовсе не были глупцами.
Воины Инвита воспитываются, чтобы терпеть и выживать. Родная планета учит их никогда не расслабляться и что цена слабости — смерть, как своя, так и всех родственников. Смерть на Инвите приходит множеством способов: в ледяных штормах, которые могут заморозить и засыпать человека за несколько секунд; в когтях хищников, которые бродят в Расколотых Землях; и в утрате концентрации, которая позволит холоду проникнуть за тепловые печати убежища. Благодаря этому сформировался определённый тип людей: сильных, мрачных и сосредоточенных на выживании всех, а не только своём. Большинство населения — кочевники, они перемещаются между подземными ледяными ульями, чтобы торговать оружием, топливом и технологиями. Конфликты среди бродячих кланов нередки и молодые воины начинают учиться защищать свой клан от врагов в том же возрасте, что и выживать в смертельных прикосновениях беспощадного холода Инвита. Они знают, как учиться, и обладают врождённым умением распознавать важность вещей, а главное — у них есть сила покорить тех, кто обладает знаниями, которых у них нет.
Давно, когда приход Императора был мечтой даже на окутанной ночью Терре, люди Инвита начали строить собственное королевство среди звёзд. Каждый присоединённый мир они ассимилировали, перестраивали и укрепляли. С каждым завоеванием их культура и знания росли, но сам Инвит даже став центром империи оставался неизменным. Ледяные ульи и споры между кланами никуда не ушли, и пускай планета создавала звёздные корабли и её окружали кольца орбитальных боевых станций, её правители следовали старым путям, путям, которые создали их силу. Воители и матриархи, командующие армиями среди звёзд, жили не намного лучше, чем их вассалы. Так было и так будет.
Здесь возмужал Рогал Дорн и стал править владениями растущей империи, как император. Почти все его ранние годы окутаны тайной или, по крайней мере, о них мало говорят. Вот что известно: мальчик, названный приёмной семьёй Рогалом, поднялся из холода и тьмы Инвита и возглавил дом Дорн Ледяной Касты, а затем и Инвитское скопление. Его качества отлично подходили для Инвита: он расширил свою империю дальше, чем кто-либо другой, направлял и обучал её армии и обустроил космический корабль, подобного которому не видели прежде. Когда истинный Император воссоединился с Рогалом Дорном, он нашёл не только потерянного сына, но и мощь подчинившего звёзды общества, выкованного в орудие войны.
Великий крестовый поход
Дорн был искренне предан Императору и никогда не искал за свою верность награды. Он служил образцом правдивости, и не лгал даже тогда, когда обман мог бы пойти ему на пользу. Благодаря таким качествам примарха, скульптура Дорна — один из четырех памятников, окружающих статую Робаута Жиллимана, примарха Ультрамаринов, на Макрагге.
Дорн управлял своим легионом и Экспедиционными флотами с непревзойденной самоотдачей настоящего военного гения. Говорят, что он являлся лучшим стратегом из всех примархов, обладавшим дисциплиной и спокойствием Робаута Жиллимана, отвагой Льва Эль'Джонсона, и при этом был склонен к вспышкам фанатичного рвения и вдохновения, которые были присущи Леману Руссу и Джагатай Хану. По слухам, сам Воитель был такого высокого мнения о Дорне, что однажды заметил, что если бы Имперские Кулаки, выдающиеся мастера обороны, защищали бы крепость против него и Лунных Волков, то битва в итоге пришла бы к вечному пату.
После Улланорского крестового похода, Император вернулся на Терру для обустройства столицы, достойной править миллионом планет, Дорн отправился вместе с ним. Он всегда выделялся умением строить крепости, и потому ему было поручено спроектировать защиту Императорского Дворца, и последующие события доказали его гениальность в деле обороны. Фулгрим однажды спросил, считает ли Дорн, что сможет устоять перед осадой Железных Воинов, и чистосердечный утвердительный ответ Рогала так взбесил Пертурабо, что спустя годы они чуть не убили друг друга в бою. Позднее, по зрелому размышлению, Дорн посчитал, что его соперничество с Пертурабо является одной из его немногих личных слабостей. Также известно о стычке Дорна с Конрадом Кёрзом: Фулгрим рассказал Рогалу о видении будущей Ереси, которое посетило Кёрза, и во время выполнения одного из совместных заданий Кёрз узнал о том, что Фулгрим раскрыл Дорну его секрет. Это так разъярило Ночного Призрака, что он напал на своего брата и исполосовал его лицо своими грозовыми когтями. Если бы не уникальная физиология, которой наградил своих примархов Император, Дорн бы несомненно умер.
Ересь Хоруса
- «Когда примарх, зайдя внутрь, увидел изуродованное тело Императора и съёжившийся в доспехе труп Воителя, душу его стиснул ужас. Дорн проклял себя за то, что слишком долго пробивался через орды Хаоса. Теперь он понимал, почему их атаки прекратились и звездолёт успокоился. Хорус был мёртв. Так думал, надеялся, знал Имперский Кулак, он должен быть мёртв, потому как иной исход Рогал боялся себе даже представить. Но Император, что же с ним?
— Жив ли он? Наш повелитель, жив ли он? — выкрикивали кустодии, подбегая к сражённому Императору.
Дорн помедлил мгновение. Примарх не был уверен, как ему поступить в случае гибели возлюбленного отца и господина. Он не мог вообразить себе такое будущее, состоящее из одной лишь тьмы и отчаяния.»- – Рогал Дорн находит тело Императора на «Мстительном Духе» (Алан Меррет, «Образы Ереси»)
До того, как Имперские Кулаки смогли в полном составе собраться на Терре, началась Ересь Хоруса. Задержавшийся в результате разразившихся сильных варп-штормов флот Имперских Кулаков встретил сильно поврежденный «Эйзенштейн», фрегат Гвардии Смерти, и от его команды узнал о предательстве Хоруса. Вначале Рогал Дорн не захотел верить в это ужасное известие, но в конце концов капитан Натаниэль Гарро и Мерсади Олитон смогли убедить примарха в том, что его брат Хорус поднял полномасштабное восстание против Императора. После этого Дорн отправил большую часть своего легиона в систему Истваан, а сам со своими ротами ветеранов вернулся на Терру, чтобы лично сообщить о произошедшем.
Дорну было приказано повторно укрепить защиту Императорского Дворца, и, несмотря на то, что Рогал чувствовал, будто своей работой он портит его красоту и совершенство, он сделал все, что было необходимо. Пока Император неотрывно занимался своим проектом в Паутине, Дорн управлял военными силами лоялистов, а Малкадор Сигиллит занимался политическими заботами. Во время битвы за Терру, на Дорна были возложены обязанности по защите Императорского Дворца, и он командовал обороной из Небесной Крепости. В решающий момент осады Дорн присоединился к Императору и Сангвинию для атаки «Мстительного Духа», флагмана Хоруса. Рогал Дорн вернул тела Императора и Сангвиния обратно на Терру, он же был одним из тех, кто получил последние напутствия от Императора перед его подключением к Золотому Трону.
После Ереси
После смертельного ранения Императора, Дорном овладело горе. Считая себя виновным в гибели Императора, Дорн направил Имперских Кулаков в искупительный крестовый поход и принял активное участие Великом Очищении — кампании по истреблению остатков предательских сил в Империуме после Ереси Хоруса. На Терру он вернулся лишь после того, как Робаут Жиллиман провозгласил о создании Кодекса Астартес, разделяющем легионы на ордены. Первоначально Дорна оскорбило данное предложение, так как он посчитал, что Империум винит его за падение его братьев-космодесантников. Но после того, как осознал, какой вред может принести еще одна междоусобная война, согласился с Жиллиманом.
О последующих событиях в жизни Дорна мало что достоверно известно. Совершенно ясно, что Имперские Кулаки не могли быть также легко разделены на ордены, как Ультрамарины: в каждого космодесантника была намертво вбита верность своему легиону, и многие не желали становиться частью другого военного формирования. Однако, Дорн нашел выход из данной ситуации путем медитации с использованием устройства, известного как Перчатка Боли. Вызванные болью видения, посетившие его, говорили о том, что легион должен быть оправдан в глазах Императора, и единственный путь для этого — боль и самопожертвование.
Такой болью для всего легиона, по решению Дорна, должна была стать крепость Железных Воинов — Железная Клетка. Пертурабо построил огромное количество укреплений для того, чтобы высмеять Имперских Кулаков, и Дорн возглавил своих непоколебимых воинов во время осады, продлившейся несколько недель. Последователи Железных Воинов утверждают, что Имперские Кулаки потерпели там сокрушительное поражение, и что легион Дорна был бы полностью уничтожен, если бы не вмешательство Ультрамаринов.
В имперских записях говорится обратное. Имперские Кулаки всегда были мастерами осадной войны, и даже оказавшись в заведомо проигрышных условиях, они сражались с непоколебимой решимостью. Рогал Дорн, словно гигант, возвышался среди своих воинов, впервые за годы сомнений и вины обретя чёткую и ясную цель. В отличие от легиона Дорна, Железные Воины не были готовы пожертвовать своими жизнями для того, чтобы уничтожить Имперских Кулаков, а прибытие Ультрамаринов ознаменовало окончание войны и легион Пертурабо скрылся в Оке Ужаса.
Остатки легиона были разделены на ордены. Самые фанатичные космодесантники стали Чёрными Храмовниками. Новички и более рациональные воины стали Багровыми Кулаками, а наиболее преданные своему примарху и легиону остались Имперскими Кулаками. Тогда же были созданы Образцовые Кулаки и Обдиратели. Последующие двадцать лет Рогал Дорн провел восстанавливая и реформируя свой орден, приводя его в соответствие с Кодексом Астартес.
Смерть
Рогал Дорн стал одним из последних примархов сражавшихся за Империум. Со смертью или исчезновением каждого из братьев его всё сильнее одолевала скорбь. Он стал свидетелем того, как многие примархи стали рассматриваться народами Империума в качестве полубогов и становились объектами религиозного благоговения. Рогал Дорн всячески порицал это явление, заявив, что только Император может быть достоин такой преданности, ведь каждый из его сыновей подвёл его, в той или иной степени.
Рогал Дорн пал в одиночестве в неравной битве с невообразимым количеством врагов на мостике линкора Хаоса «Меч Святотатства» во время 1-го Чёрного крестового похода Абаддона Разорителя в 781.М31. Несмотря на то, что гибель примарха оплакивается всеми, кто носит на себе его геральдику, тот факт, что он сражался, защищая обречённые миры, практически без шансов на собственное выживание, вызывает только глубокое уважение. Рогал Дорн погиб единственной достойной для космодесантника смертью — защищая человечество.
Снаряжение
- «Зубы Шторма» — основным оружием Рогала Дорна был огромный цепной меч, известный как «Зубы Шторма», который по слухам был создан на Инвите ещё до прихода Императора.
- «Глас Терры» — орудием дальнего боя примарху служил богато украшенный болтер «Глас Терры», подаренный ему Легио Кустодес в честь назначения Дорна Преторианцем Терры.
- «Золотая броня» — говорят, её выковали из того же содержащего золото адамантиевого сплава, что и доспех самого Императора.
- Копьё Душ — после принятия Кодекса Астартес и разделения легионов на ордены, копьё Рогала Дорна под названием «Копьё Душ» перешло к ордену Испивающих Души и стало их главной реликвией.
- «Этос Диос» — специальный «Громовой Ястреб» Рогала Дорна на котором он совершал перелеты после нескольких покушений на свою жизнь во время Ереси Хоруса.
Галерея
Источники
- Ересь Хоруса, книга 3 — Истребление
- Кодекс: Адептус Астартес (6-я редакция). Дополнение к кодексу: Стражи Терры
- Алан Меррет, «Образы Ереси»
- Ересь Хоруса (серия)
Лоялисты | Вулкан • Джагатай Хан • Корвус Коракс • Леман Русс • Лион Эль'Джонсон • Рогал Дорн • Сангвиний • Феррус Манус • Робаут Жиллиман | |
---|---|---|
Предатели | Альфарий • Ангрон • Конрад Кёрз • Лоргар • Магнус • Мортарион • Пертурабо • Фулгрим • Хорус |