Дисциплины гемункулов
- «Величайшее вдохновение исходит из чернейшей тьмы»
- – Нотрак Гнулл, надирист Эбенового Жала
Сообщество гемункулов не обходят стороной новомодные веяния Тёмного города. Один ковенит может специализироваться в ваянии плоти, другой быть экспертом в области сеяния страха, а третий и вовсе пытаться обрести власть над смертью. И всё благодаря тому, что в Комморре неформально существуют разные научные школы, развивавшиеся тысячелетиями.
Описание
Тёмные ремёсла помогают гемункулам справляться со скукой, которая неизменно преследует всех, над кем не властно время. Иногда называемые дисциплинами, эти практики позволяют ковенитам сосредоточить своё непостоянное внимание на какой-либо одной области познания на достаточно долгое время, чтобы добиться в ней высот. Чем-то это напоминает эльдарские Пути, однако тогда как жители искусственных миров придерживаются одной линии поведения из-за страха пасть в пучину невоздержанности, гемункулы идут на это, чтобы прочнее укрепить свою власть над царством смертных. Гемункулы считают, что правила и ограничения нужны только трусливым детям, но сами ни за что не признаются, что ограничены рамками своей профессиональной специализации, равно как и не согласятся, что, возможно, избрали неверный путь во время грехопадения эльдар. Если однажды гемункул устанет от работы в своём направлении или среди коллег заработает репутацию самоповторяющегося мастера, он без раздумий переключит своё внимание. Однако это нисколько не умаляет былых заслуг властелина ковена, ибо тот, кто опрометчиво выскажет сомнение по этому поводу, рискует в полной мере познать разносторонние таланты гемункула.
Несмотря на многообразие изучаемых ковеном предметов, к каким-то периодически возвращаются по прошествии эпох, и нередко они вливаются в или вбирают в себя схожие учения. Их последователи охотно проводят совместные грандиозные «выставки» в реальном пространстве, стараясь превзойти друг друга на поле боя. Однако не все дисциплины совместимы: противоположные взгляды могут привести к затяжной вражде и срыву представлений как в самой Комморре, так и за её пределами.
За тысячелетия подобного рода свободные союзы стали негласно приветствовать, если и вовсе не закреплять в правилах. Ковену, имеющему специалистов в разных областях, значительно проще отвечать на нужды Тёмного города. Например, если в ковен приходит комморрит, желающий стать бичевателем, его без промедления направляют к мастеру апофеоза. А если клиент хочет обескровить скромные империи людей или орков, ему посоветуют обратиться к Незримому наблюдателю. Так гемункулы наилучшим образом служат коллективным интересам, теша своё эго напыщенными титулами, при этом по большей части никак не пересекаясь и не мешая друг другу.
Всем гемункулам нравится думать, что они не изменяют своим принципам, но в действительности они столь же капризны, как и другие их сородичи. Одно столетие может пройти под знаком возрождения движения аппарициев — гемункулов, что делают себе логова в зеркалах и любят забирать тщеславных, а уже в следующем на первый план выйдут заносчивые вилеты, назвавшиеся так в честь одного из тёмных муз — Вилета, которые соизволяют присоединиться к рейдовой группе только для того, чтобы доказать своё превосходство. Сейчас, когда заканчивается 41-е тысячелетие, новый подъем переживают репугноманты, которых, несмотря на их смертельные сюрпризы, старейшие гемункулы считают довольно грубоватыми. Учитывая постоянные перемены судьбы, что отличает общество ковенитов, можно не сомневаться лишь в одном — за какую бы дисциплину массово не взялись гемункулы, остальной Галактике это не сулит ничего хорошего.
Галактическое полотно |
И хотя гемункулы покинули реальный мир много тысяч лет назад, все они рассматривают материальное измерение как свою собственность, с которой они вольны делать, что захотят. Владения людей, орков, тау и некронов для них не более чем совокупность игровых площадок, банкетных залов и выставочных галерей. Ни один ковенит не верит по-настоящему, что царства низших рас представляют какую-либо угрозу. Даже в тех случаях, когда грубые орки или зловонные космодесантники пробивались сквозь пространственную пелену и наводняли Тёмный город, гемункулы наблюдали за происходящим с невозмутимым любопытством, праздно беседуя между собой о лучших сторонах физиологии непрошеных гостей. На самом же деле различные герои, чудовища и даже рядовые солдаты убивают гемункулов и их миньонов чаще, чем им хотелось бы признавать. Тёмных эльдар привлекает разнообразие методов нести смерть, практикуемых обитателями Галактики, поскольку в Комморре, пусть и овладели миллионом способов умерщвления противника, всегда хотят узнать больше. Погибнуть в реальном пространстве — сущее бедствие для воинов-кабалитов, занимающих низкое положение, однако для старейших ковенитов — это всё равно что увлекательная забава. Если только враги гемункула не сговорились помешать его воскрешению, в скором времени он обязательно вернётся ради изощрённой мести. С приближением конца 41-го тысячелетия частота гемункульских рейдов в реальное пространство увеличилась. Они стремятся не просто забить свои логова как можно большим количеством жертв, которых могут поймать, но нарисовать собственную кровавую картину на звёздном холсте. В конце концов, какой уважающий себя ковенит пропустит конец света? |
Немезидовцы
Одни из самых смертельно опасных дисциплин, практикуемых в тёмных недрах ковенов, изучают немезидовцы — гемункулы, ищущие самые действенные способы убийства каждого существа в материальной вселенной и за её пределами. Немезидовцы стараются разгадать тайны смерти всех разумных созданий: от самых крошечных тиранидских организмов до колоссальнейших пустотных китов и даже демонов варпа. Если жизнь можно оборвать, значит, властелин ковена в глубинах Тёмного города однажды узнает, как это сделать эффективнее всего. Воинства немезидовцев включают множество машин боли и загадочных артефактов, которые помогают наилучшим образом расправляться с противником.
Некоторые представители этой школы, как, например, гемункулы из ковена Изменённых, расширяют сферу своей деятельности. Они в широких масштабах устраивают рейды в реальное пространство, систематически истребляя целые виды исключительно для проверки своих способностей. Другие желают положить конец более абстрактным вещам, чем жизнь. Те, кто называет себя илиннеадхс, заклятыми немезидовцами, устраняют эфемерные понятия вроде надежды или счастья в целых секторах, стирают прогрессивные знания и просветительские учения с просторов Галактики и ликвидируют мечтателей-утопистов и великих предводителей, дабы задушить раздражающие их идеи, прежде чем они придут кому-либо на ум.
Чёрные изобильщики
Дисциплина Чёрных изобильщиков опирается на концепцию, которая гласит, что вся реальность принадлежит им. Самые предприимчивые из всего рода гемункулов, эти профессиональные мародёры и расхитители зачастую являются зачинщиками крупномасштабных налётов, которыми отмечены последние годы 41-го тысячелетия. С недавних пор они стали подражать мастеру-гемункулу Уриену Ракарту, постоянно отправляя на задания ячейки похищающих органы «Талосов», чтобы забить свои карманные измерения достаточным количеством жертв и пережить столетия изоляции.
Надиристы
Надиристы всецело принимают греховность и моральное разложение, даже искреннее, чем их собратья. Порочность для них — одновременно и цель, и средство. В отличие от своих соперников, мастеров апофеоза, они стремятся обрести божественность не за счёт сотворения зловредных ангелов, а путём прохождение через надир чувственного восприятия, чтобы превратиться в воплощение зла. Они верят, что, если в достаточной мере зальют тьмой ткань реальности, они вознесутся над тварным миром и станут чем-то куда более зловещим.
Многие нынешние надиристы начинали свой спуск по нисходящей спирали, следуя заветам тёмных муз, фольклорных антигероев из мифов Комморры. Старейшие из надиристов похожи на иссохших живых духов, которым приходится устраивать страшные зверства, чтобы не исчезнуть совсем, вследствие чего их обычно постоянно сопровождают машины-паразиты «Кронос». На прочих гемункулов надиристы смотрят как на малодушных слабаков, а к аскетическим эльдар с миров-кораблей они и вовсе питают бездонную ненависть.
Фенекс
Фенекс — тайное ответвление заклятых немезидовцев, желающее возродить эльдарскую расу, истребив весь свой род: комморритов, жителей миров-кораблей, арлекинов, пиратов и экзодитов. Они верят, что, когда эльдар вымрут, пробудится бог мёртвых Иннеад, и душевная тревога эльдар навеки исчезнет. Фенекс — самое тайное братство из всех, ибо рвение, направленное на уничтожение собственных сородичей, легко их погубит, если станет известно об их намерениях. Ходят слухи, будто их странная философия распространена и вне Комморры. Некоторые вообще утверждают, будто целые бродячие труппы арлекинов и даже духовные лидеры более чем одного мира-корабля разделяют мнение членов Фенекса. Когда эльдар будут готовы к перерождению, последователи этого странного учения собираются управлять всем процессом, чтобы из угасающей искры судьбы их расы вновь разжечь мощный пожар.
Алые эпикурейцы
Алые эпикурейцы, возможно, являются ближайшими духовными наследниками тех эльдар, чей гедонизм привёл к рождению Слаанеш. Эти ковениты и их преданные развалины наслаждаются каждой каплей чувственного опыта, которую могут выжать из тела Вселенной. Некоторые из таких разнузданных маньяков атакуют войска реального пространства, чтобы испробовать доселе неизвестные виды смерти, смакуя каждую последнюю секунду, прежде чем их жизнь угаснет. Опьянённые собственной агонией, словно вином, они умирают счастливыми. После их воскрешают в недрах Комморры, и они снова идут искать новые ощущения, мчась навстречу необычной и пленительной кончине.
Источник
Кодекс: Тёмные эльдар (7-я редакция). Дополнение к кодексу: Ковены гемункулов