Анклавы Зоркого Взгляда
- «Я видел то, во что сложно поверить: целые миры, охваченные пламенем, вереницы сверхновых на грани небытия, бездонные дыры в космосе. Я изменился и теперь изгой...»
- – Из личных записей командующего О'Шовы
Анклавы Зоркого Взгляда — независимое государство отделившееся от Империи Тау, возглавляемое одним из величайших командующих тау в истории — О'Шовой.
История
О'Шова стал причиной самого загадочного события во всей истории расы тау за все время её становления. В обществе, прославленном своей преданностью и чувством долга, он бросил вызов правящей касте, аун или эфирным. Впрочем, несмотря на запрет эфирных на любое упоминание имени командующего-оступника, для многих в Империи он продолжает оставаться тайным кумиром и героем. Здесь будет рассказано о том, что побудило одного из величайших представителей своей расы стать отступником и предателем Высшего Блага.
Прирождённый воин
Путешествие О'Шовы к звёздам началось из септового мира Виор'ла. Его обитатели известны пылкостью нрава, но в груди юного бойца полыхал огонь, пламя которого однажды охватит всю Империю Тау.
Головокружительно быстрое восхождение О'Шовы по карьерной лестнице началось в тренировочных куполах Монт'ира. Согласно правилам для юных представителей касты воинов, он был зачислен в одну из малых академий планеты, как только начал ходить. Во время обучения мальчик быстро показал себя серьёзным и целеустремлённым кадетом с неутолимой жаждой новых знаний. Его ровесники также были одарёнными детьми, но в юном Шове сияла искра гениальности, выделявшая будущего Зоркого Взгляда среди всех тау того поколения. Всего за несколько дней наставники поняли, что им достался не просто очередной воин Огня.
Даже в детские годы Шова выделялся отчаянной независимостью. Пока шёл первый тау'кир базового обучения, юный кадет несколько раз осуществлял рейды «по сбору информации» в вербовочные центры тренировочных академий Монт'ира. Когда охранники комплекса наконец поймали маленького проныру и его однокурсников, Шова выпятил грудь и потребовал, чтобы наставники рассказали ему о «кодексе огня». Подобное повторялось ещё трижды, и всякий раз паренька сурово наказывали за нарушение дисциплины. После четвёртого случая уставшие преподаватели сдались, и кадета включили в программу испытаний под боевым куполом.
Для мальчика указанные тренировки начались на три года раньше запланированного срока. Для воина, впоследствии ставшего О'Шовой, с этого поступка начался путь, на котором он станет причиной нескольких ожесточённых войн, дорого обошедшихся расе тау, а также едва не покончит с Высшим Благом раз и навсегда.
Боевой купол Монт'ир
Ещё до того, как юный виор'ланец получил имя Шова, его воинственный нрав вызывал немало разговоров среди руководителей академии. Физическое развитие кадета было заметно выше среднего (верховное командование заранее предупредило об этом наставников, поскольку в обществе тау крайне редко рождаются дети с незапланированными показателями), но поистине впечатляющей оказалась способность мальчика извлекать огромные объёмы информации из всего, что случалось с ним.
Начинающий воин Огня впитывал и запоминал всё, что окружало его в тренировочном комплексе, будь то академические тексты, обстановка, соперники, оружие, каким сражались ученики, симуляции зон военных действий в боевом куполе Монт'ир или правила, которым они подчинялись. Кадет мог без запинки процитировать любую строчку из заветного «кодекса огня», а также с тихим наслаждением устраивал болезненные демонстрации выученных там приёмов ближнего боя соученикам, бросавшим ему вызов. Он даже расшифровал армейские коды и сигналы, применявшиеся наставниками, и пользовался этим для перехвата их секретных сообщений, когда те беспечно «разговаривали» такими шифрами в присутствии мальчика. Его умение оценивать и предсказывать действия окружающих на основании сведений, извлекаемых из прежнего опыта, было просто пугающим, и за него юный боец получил прозвище Шох, что на языке тау означает «внутренний свет».
Хотя кадет был на несколько лет младше остальных тау в боевом куполе, благодаря эйдетической памяти и жёсткой целеустремлённости он несколько раз подряд завершал учебные симуляции с идеальными результатами. Тренировочные сессии стали наиболее яркими событиями в повседневной жизни юного воина. Оказавшись посреди сложного ландшафта зоны боевых действий, созданной наставниками, Шох всегда находил укрытие и в течение нескольких секунд изучал окружающую среду и доступные ему возможности. После этого мальчик с максимальной эффективностью вёл свою команду к исполнению поставленной задачи, применяя только самые необходимые тактические приёмы. Процент «потерь» в его отряде был беспрецедентно низким, а самого Шоха враждебные симпризраки не могли пометить как жертву даже в пресловутых джунглях Тысячи Глаз.
Когда обучение юноши перед вступлением в ряды касты Огня подошло к концу, легендарный военачальник Чистый Прилив ещё считал необходимым лично принимать на действительную службу как можно больше новых рекрутов. Знаменитый командующий находился на Виор'ла по служебным делам и, к великому удовольствию воинов Монт'ира, согласился присутствовать на очередной церемонии. Среди множества поклонов и расшаркиваний учителя сообщили Чистому Приливу о кадете по имени Шох, покидавшем в тот день стены академии — первом тау, который поступил к ним в столь юном возрасте.
Присваивая молодым дарованиям тау звание шас'ла, командующий спросил Шоха, как тому удавалось постоянно предугадывать даже самые хитроумные ловушки и планы действий, задуманные наставниками. Юноша вежливо объяснил, что обычно ставил себя на место учителя, которому требовалось проверить команду кадетов, и изобретал различные схемы испытаний, а затем придумывал, как лучше всего им противостоять. Собравшиеся сановники обменялись многозначительными взглядами, но развивать тему тогда никто не стал.
Двумя ротаа спустя наставники уже наблюдали за тем, как весь курс Шоха, выпущенный из академии, отправляется на передовую текущей кампании тау. Будущему Зоркому Взгляду и его соученикам, ставшим полноправными членами касты Огня, предстояло сражаться в одной зоне боевых действий. Всем им не терпелось отправиться в бой против арахенов, вторгшихся на территории Западной Завесы. В это время командующий Чистый Прилив и его помощники обсуждали за закрытыми дверями тактические навыки и иные выдающиеся способности Шоха, оправдавшие все их ожидания. Однако юноше ещё предстояла настоящая проверка — испытание духа, а не разума.
Путь наверх
Появление шас'ла Шоха имело серьёзные последствия для боевого духа виор'ланских солдат, размещённых в Завесе. Согласно установленному порядку, первые четыре года молодые тау служили в команде воинов Огня, наименьшей боевой единице охотничьего кадра. Однако у бывших наставников юноши имелись старые друзья в командовании, бойцы одного с ними поколения. Один из учителей, а именно неистовый Ша'кан'тас, не мог простить молодому выпускнику насмешливой лёгкости, с которой тот преодолевал его испытания. Преподаватель принял меры, чтобы во время каждой кампании Шоха направляли на участок самых тяжёлых боев, причём обязательно на передовую. Если одарённый воин действительно рождён для славы, он справится с подобным вызовом и восторжествует ради Высшего Блага. Если же он погибнет, что ж — вся монт'ирская история вскоре превратится в отдалённое воспоминание.
Молодой тау более чем достойно показал себя во время длительных зачисток арахенов, проводившихся кастой Огня. По пути к зоне боевых действий Шох выучил все факты, которые дипломаты касты Воды сумели установить во время общения с эстротайновидицами расы этих многоногих созданий. Тщательно собрав крупицы информации, посланники затем передали их воинам Огня в тот же день, когда чужаки формально отказались присоединиться к Высшему Благу. Команда юноши ещё не выпустила ни единого заряда из импульсных винтовок, но Шох уже всецело изучил боевую доктрину клинконогих арахенских самцов и осмыслил их странные воинские умения почти так же ясно, как понимал навыки товарищей.
После четырёх лет войны в качестве рядового шас'ла молодой тау стал известен каждому воину своего кадра. Умение пользоваться импульсной винтовкой на крайне малой дальности помогло ему отразить несколько внезапных атак арахенов, и Шох никогда не упускал возможности развить достигнутый успех. Боец быстро завоевал доверие командира шас'уи Мон'ока, а впоследствии и его уважение. После битвы за Великую Паутину это чувство сменилось вечной благодарностью: Шох спас старшего офицера из расставленного арахенами «цепкого силка», избавив от знакомства с яйцекладами самок и последующей жуткой смерти.
К концу его службы в команде Мон'ока подавляющее большинство боевых планов отряда уже создавались на основе «советов» юноши. Шас'уи, твёрдо веривший в Высшее Благо, при первой же возможности рекомендовал подчинённых для прохождения начального Испытания Огнём. Его командир, кадровый Огненный Клинок, с радостью дал на это согласие, и уже вскоре молодого Шоха сотоварищи отправили обратно на Виор'ла для возможного повышения.
Испытание Огнём оказалось травмирующим переживанием. Для тестов на зрелость, применяющихся в касте воинов, характерен высокий уровень сложности, но некоторые работники академии помнили, что Шох невольно стал причиной понижения в должности их бывших коллег, и устроили ему даже более серьёзную проверку. Молодой солдат оказался в кромешной тьме купола для упражнений в стрельбе, где его и остальную команду атаковали бесчисленные и безымянные ужасы, не поддающиеся ни классификации, ни пониманию. Даже всегдашняя находчивость почти не могла помочь юноше, и в результате его судьбу решил огонь, пылающий в душе. Когда нечто рычащее, с челюстями и щупальцами, бросилось на шас'уи с намерением растерзать его, Шох ринулся врагу наперерез и тот порвал его в клочья.
Воин тау умер в тот день, но не в последний раз. Когда юношу пробудили от сим-комы, наставники сообщили ему, что лишь «погибшие» во время испытания бойцы команды прошли проверку и получили звание шас'уи. На вопрос молодого воина о том, что случилось с провалившими тест товарищами, последовало холодное молчание. Хотя некая скрытая частичка души Шоха вскипела от ярости, он был счастлив, что выжил и исполнил самое пылкое своё желание, поэтому на время воздержался от дальнейших расспросов. Как-никак, вместе со званием шас'уи он удостоился чести, о которой всегда мечтал — права пилотировать боескафандр.
Мантия героя
Хотя Шох вернулся в Западную Завесу, чтобы набраться опыта в качестве шас'уи отделения воинов Огня, меньше чем через цикл его ввели в состав одоспешенной элиты армий тау. Командирам и самому юноше было одинаково любопытно узнать, каким образом его исключительные тактические способности и талант воителя будут сочетаться с искусством управления бронекостюмом. Старшие офицеры разочарованы не были; к сожалению, того же нельзя сказать о молодом тау.
Анализируя записи с дронов слежения, на которых присутствовал Шох, его виор'ланское начальство отметило явную склонность — даже стремление — юного воина Огня вступать в ближний бой. Командующие, наблюдавшие за его развитием, хотели обучить бойца самоконтролю и концепции оказания поддержки. Поэтому, как только молодой талант доложил в шас'ар'тол, главный штаб тау, что заступает на службу, его немедленно прикрепили к пилотам-специалистам команды в БСК «Залп». Под наблюдением ветерана-стрелка шас'вре Об'лотая Шоху предстояло освоить управление боескафандром, и, в процессе этого, научиться некоторой сдержанности.
Оказавшись вдали от передовой сражений с арахенами, юноша поначалу внутренне пал духом. Он всегда мечтал пилотировать боескафандр «Кризис», хотя тщательно это скрывал. Тем не менее, в глубине души Шох понимал, что военные интересы Империи важнее его личных стремлений. Полностью обратив свой исключительный разум на изучение систем XV88 «Залп», молодой тау поглощал технические данные и отчёты о результатах операций каждую секунду, проведённую вне пилотской матрицы БСК. И всего лишь через цикл после начала тренировок он уже стрелял из тяжёлой рельсовой винтовки бронекостюма дальше и точнее, чем сам Об'лотай.
Сразу же после завершения необходимой программы обучения кадр поддержки, возглавляемый ветераном-шас'вре, был спешно направлен в Завесу. Там команда Шоха разнесла в клочья множество толстобрюхих эстротайновидиц, и одарённый воин заслужил новое прозвище — Юный Палач. Но хотя из посторонних это заметил только наставник Об'лотай, четыре года боев из тыла охотничьего кадра оказались самыми тяжёлыми в жизни молодого тау. Теперь Шох обладал доспехом и оружием, основанным на самых передовых технологиях, и всё же вместо него на передовой сражались более юные воины в менее прочной броне. Этот опыт стал для будущего Зоркого Взгляда пыткой, которую он не желал повторять.
Спустя четыре года и одно головокружительное Испытание Огнём мечта Шоха сбылась. Поскольку воин прослужил достаточно долго и славно, чтобы получить звание шас'вре, ему доверили новейший боескафандр XV8 «Кризис». От него требовалось быстро овладеть системами вооружений БСК, так как командующая Камень Рассвета планировала лично возглавить армии Виор'ла в последних сражениях войны в Завесе. Ей необходимы были лучшие бойцы, каких только могла собрать родная планета.
Вскоре на территориях Западной Завесы началась серия исключительно свирепых битв, оставивших шрамы на душе и теле Шоха. Он потерял большую часть левой ноги, когда рой мельтешат проник в повреждённый участок «Кризиса». Он видел, как многие верные товарищи погибали особенно ужасной смертью — громадные пращуры арахенов в буквальном смысле разрывали их боескафандры на куски. Впрочем, благодаря проворству и мастерству пилота талантливый воин быстро стал известен в штабе Камня Рассвета. Повышенный до звания саз'нами, Шох занял место рядом с одним из своих прежних наставников в качестве телохранителя командующей.
Молодой офицер десятикратно оправдал оказанное ему доверие во время битвы с жуткой Троицей арахенов, от которой зависел исход всей кампании. Пробравшись по геометрическим лабиринтам гнёзд чужаков, Шох провёл командующую Камень Рассвета в шёлковое сердце вражеского корабля-кокона. Там два воина тау, проведя атаку «монт'ка», уничтожили всю Троицу и навсегда изгнали арахенов из Западной Завесы.
Во время обратного перелёта к Виор'ла произошла трагедия. Оказалось, что на флагман командующей, состыкованный с кораблём-коконом, перебрались мельтешата арахенов. Теперь рои паразитов, вылезавшие из вентиляционных отверстий и трубопроводов, наводнили залитые голубым светом палубы. Возможно, это было последним коварным приёмом проигравшего врага. Так или иначе, вторгшиеся насекомые застали руководящий совет воинов Огня во время совещания, причём безоружные командующие были одеты только в полевую форму. Шох удерживал паразитов, изо всех сил прикрывая собой вход в зал, пока командующая и её помощники спасались бегством. Он удерживал позицию, несмотря на приступы мучительной боли; ядовитые клыки мелких тварей вновь и вновь пронзали кожу телохранителя, и, наконец, его измученное тело содрогнулось в последний раз.
Шох пробудился в медицинском отсеке, за окнами которого виднелись знакомые окрестности боевого купола Монт'ир. Тело воина покрывали психосоматические волдыри, но необратимого вреда он не получил. Сама командующая Камень Рассвета, которая ждала у постели саз'нами, сообщила ему, что атака мельтешат в действительности была Испытанием Огня, а всё произошедшее — симуляцией. Как она и надеялась, телохранитель превосходно исполнил свой долг, даже не имея боескафандра. После такого успеха молодого тау повысили до шас'эля — «будущего командующего». Больше того, Шох так замечательно проявил себя, что почтенный Чистый Прилив согласился лично обучать его искусству войны.
Ученики мастера
Новоиспечённого шас'эля переправили на Дал'ит-Прайм, где он добрался до вершины горы Канджи — «кафедры» Чистого Прилива. Поскольку по дороге наверх можно было рассчитывать только на собственное упорство и сообразительность, сам подъем оказался изнурительным испытанием. Но, используя самодельную блочную систему с противовесом в виде туши канджийской снежной рыси, которую Шох убил из самодельной пращи, он всё же поднялся по опасному склону, миля за утомительной милей.
Достигнув высочайшего пика, шас'эль вскоре нашёл командующего Чистого Прилива в глубокой медитации. Скрестив ноги, отшельник восседал на простом антигравитационном троне. Его древние мышцы атрофировались, но военачальника всё равно окружал ореол несгибаемой гордости. Шох слышал, что мудрец получил тяжёлую травму позвоночника, когда инспектировал колонии по ту сторону Дамоклова залива, но вежливо воздержался от расспросов, ведь он пришёл сюда учиться, а не искать партнёра для тренировки. Впрочем, на вершине горы Канджи для него нашлись товарищи, соперничество с которыми определило судьбу юноши на много лет вперёд.
Погруженные в сосредоточенные размышления, перед Чистым Приливом сидели два юных воина тау. Одна из них позже представилась как Шасерра, — она тоже готовилась вступить в ряды командования касты Огня, — второй же оказался скупым на слова, но одарённым молодым бойцом по имени Каис. Пройдя ждавшие их испытания, трое кандидатов стали так близки, словно соединились узами та'лиссера, но при этом жестоко состязались за одобрение престарелого мастера.
Все ученики Чистого Прилива придерживались разных стилей и философий войны. Шох, с его пылающей страстностью и стремлением безоглядно врываться в пламя битвы, склонялся к стратегии монт'ка, или «смертельного удара», тогда как Шасерра тщательно и методично практиковала кауйон, «терпеливого охотника». Каис, замкнутый и странный индивидуум, искал знаний об искусстве войны монат, что было необычно. Он стремился стать идеальным одиноким воином, армией из единственного тау, способного выйти победителем из любой ситуации, пользуясь лишь подручными средствами. И хотя в тренировочных симуляциях регулярно выигрывал Шох, соученики не слишком отставали от него. Соперничество заставляло их так же истово стремиться к успеху, как в любой настоящей кампании, и за время испытаний между всеми тремя возникло взаимное уважение.
Командующий Чистый Прилив давно и досконально изучил все дисциплины военной науки тау, но не ограничился ими. На протяжении нескольких лет он оттачивал навыки подопечных, пока не довёл их до почти сверхъестественного уровня, при этом непрерывно стараясь заставить их принять альтернативные стратегии, доступные мудрому командующему. Когда учеников просили сразиться в манере одного из товарищей, они показывали себя достаточно неплохо, но в действительности старались просто «для галочки», лишь бы заслужить одобрение наставника. Каждый из них следовал по собственному пути и не желал далеко отклоняться от него.
Один за другим воины Огня покидали Чистого Прилива, узнав всё, что могли изведать за ограниченный срок. Они уходили с пика горы Канджи, приняв новые имена и титулы: командующий О'Шох, командующая О'Шасерра, монат-командующий О'Каис. Хотя их ждали разные театры военных действий, разбросанные по Империи Тау, всем трём последователям Чистого Прилива суждено было оставить след в истории.
Аркунашская война
Первым настоящим заданием О'Шовы в должности командующего стало оказание помощи тау, населявшим Аркунашу. На этот мир впервые обрушились зеленокожие захватчики, и вскоре после вступления в бой крупных сил касты Огня по его оксидным дюнам потекли реки крови.
Ржавая планета |
Аркунаша была колонизирована в ходе Второго сферического расширения. Несмотря на то, что её поверхность представляла собой бесплодные оксидные пустыни, на красной планете имелось значительное население тау. Достигнуть этого удалось благодаря неустанному труду инженеров и учёных касты Земли: в результате их усилий Империя Тау стянула мир двумя «ожерельями» биокуполов, расположенных в самых умеренных областях мира на равном удалении от экватора. Из космоса планета напоминала кроваво-красный шар, увитый двумя цепочками биолюминесцентных огней, которые пульсировали синевой, будто бока какого-нибудь глубоководного создания. В ходе предварительных исследований, проведённых во время самых ранних экспедиций на поверхность Аркунаши, каста Земли сделала настораживающее открытие. Пытаясь определить причину возникновения оксидных пустынь, устилавших мир, учёные обнаружили огромное разнообразие в составах и даже источниках происхождения различных частиц. Казалось, что планету когда-то в далёком прошлом целиком покрывали металлические строения, теперь уже давно и окончательно растёртые в пыль. Учитывая глубину остаточного оксидного слоя, эта древняя цивилизация должна была располагать несколькими рукотворными городами величиной с горные хребты. Исследователи касты Земли сыпали теориями о всемирной катастрофе, полностью уничтожившей все объекты на поверхности планеты. Хотя тау не имели представления ни о причинах впечатляющей гибели Аркунаши, ни о былых её обитателях, в действительности они впервые столкнулись с примером разрушающей планеты мощи Империума Человечества. |
Waaagh! Дока
Орочий крестовый поход насилия, известный как Waaagh! Дока, появился вблизи Аркунаши без причины или предупреждения. Космос к галактическому востоку от планеты пустовал в течение многих лет, но однажды в равноденствие разразилась странная солнечная буря, которая словно бы разрисовала небо диковинными символами. Когда шторм утих, наблюдатели касты Земли заметили нечто, не поддающееся логическому объяснению. Они вновь и вновь проверяли и перенастраивали свои приборы, но результат всегда оставался прежним: восточную бездну теперь испещряли сотни энергетических сигналов. Каждый из этих объектов испускал столько излучения, что просто не мог быть создан руками тау. Ещё сильнее учёных встревожило то, что все незваные гости лежали на курсе, ведущем к столкновению с Аркунашей.
Через несколько недель весь мир уже дрожал от полномасштабной войны. Огромные силы вторжения зеленокожих обрушились на красные дюны, и гигантские астероиды-крепости сотрясли планету ударами тектонической мощи. Орков спасла примитивность их штурма: оборонительные орудия, стреляя по наводке касты Земли, могли бы разгерметизировать или уничтожить обычные корабли, не позволив им достичь орбиты, но в атакующей армаде всё было необычным. Даже тяжёлые рельсовые установки, которыми ощетинились биокупола тау, оказались почти беспомощными против пористых каменных шаров и груд хлама, несущихся к поверхности.
Всё больше и больше орочьих кораблей устремлялось с небес и врезалось в песок — так продолжалась чудовищная высадка, которую жители Аркунаши стали называть гхоро'ха, или «смертельный град». Охотничьи и защитные кадры спешно выдвигались в район каждого крушения, но бурлящие толпы орков выплёскивались из ударных кратеров вокруг астероидов, словно вода из закипевшего котелка.
Боленачальник |
Военачальник, возглавлявший Waaagh! Дока, когда-то служил лечилой в свите зеленокожего тирана Дрогбага. Деспот на протяжении нескольких лет не замечал, что после каждой операции он становится чуть меньше, а лекарь Жубопасть при этом делается немного больше. Когда обиженный им гретчин-санитар всё-таки настучал Дрогбагу, что Док всякий раз «срезает капельку сверху», было уже поздно. В последующей схватке за лидерство лечила в буквальном смысле разрезал повелителя на куски парными убойными пилами, заполучив таким способом власть над племенем. С этого и начался воистину необычный Waaagh!. Отныне в любом клане или племени, вставшем под знамёна Жубопасти, лечил превозносили как царственных особ. Каждого орка заставляли пройти как минимум небольшую кибернетическую модификацию, после которой обнаруживалась необъяснимая пропажа зубов и оружия. Если же пациент оставался чем-то недоволен, на помощь хирургам приходили банки-убийцы в фартуках санитаров. Так ватага доков боленачальника Жубопасти постепенно завладела почти всем богатством и снаряжением банды. Влияние бывшего лечилы распространилось на всю планетную систему, и уже скоро Waaagh! Дока на всех парусах отплыл в море небесных светил. Набившись в захваченные астероиды, спешно переделанные в примитивные боевые корабли, зеленокожие направились к огромному звёздному скоплению, которое называли Ба'шущей Кружащей Фигнёй. Орки рассчитывали пограбить и разрушить всё, что лежало за ним. Варп-разлом привёл армаду боленачальника к Аркунаше и войне, где любовь чужаков к сражениям подверглась испытанию на прочность. |
Народ куполов
Когда флот под началом командующего О'Шовы вышел на орбиту Аркунаши, планета была практически захвачена. За исключением нескольких высокомобильных ударных группировок в глубине пустыни, все вооружённые силы тау на поверхности погибли в нескольких катастрофически неравных боях. Остальное население укрылось в прозрачных биокуполах, опоясывающих мир: зеленокожие быстро уничтожили большую часть соединяющих построек, но ещё не нашли способ пробиться через метровые панцири обитаемых зон. Каждая из них стала островком в море захватчиков, окружённым варварскими ордами созданий, что с криками ярости колотили по толстому прозпластику, отделявшему их от добычи. Находившиеся внутри тау имели прекрасную возможность изучить своих гонителей вблизи, но ресурсы куполов заканчивались, а их гарнизоны никоим образом не могли отбросить орков. Если бы не фермы по сбору росы, регулярно поставлявшие колонистам воду, все аркунашцы умерли бы через считанные недели.
К огромному удивлению О'Шоха, флот контрудара добрался до поверхности планеты без единого повреждения. Все до последнего неповоротливые корабли-астероиды зеленокожих высадились на Аркунашу, не оставив на орбите ни сторожевой группы, ни даже станций наблюдения. Казалось, захватчики были слишком заняты охотой на местных жителей, чтобы беспокоиться о таких пустяках, как неприятельские подкрепления. Командующий покачал головой, придя в замешательство от самонадеянности врага. О'Шоху ещё предстояло разобраться в орочьем образе мыслей (причём даже слишком хорошо), и тогда военачальник не знал, что зеленокожие не стали бы мешать его высадке, даже если бы могли.
Командующего подробно проинформировали о ситуации с тау, оказавшихся в ловушке внутри биокуполов, поэтому он мог разработать оптимальный план атаки для грядущего сражения. От ржавчинных бурь следовало уклоняться при помощи тщательного мониторинга суборбитальной дронной сети касты Земли: если тау будут обходить штормовые фронты достаточно далеко, жертв наверняка удастся избежать. С орками дела обстояли совершенно иначе. Согласно данным авиаразведки касты Воздуха, по пустыням теперь блуждало даже больше агрессивных военных банд чужаков, чем в первые недели вторжения. Ещё более странные отчёты дронов подтвердили то, что эфирные изначально списывали на слухи, порождённые страхом — отдельные враги, проверявшие на прочность оборону биокуполов, медленно увеличивались в размерах. До сих пор звероподобные пришельцы отвергали или игнорировали все попытки связаться с ними либо начать переговоры, и у посланников касты Воды опускались руки. Казалось, что зеленокожие скоты желают только воевать.
Погрузившись перед битвой в медитацию, О'Шох осознал, что подобное можно сказать и о нем. Командующий слишком долго практиковался в искусстве войны при помощи симуляций или томился в забытье межзвёздных перелётов. В глубине души он наслаждался мыслью о том, что снова будет рисковать жизнью ради Высшего Блага. Война манила его, словно яркое представление — шумом, блеском, и, если быть честным с собой, даже кровопролитием. Подобные раздумья стали первым шагом на пути к пониманию орочьего менталитета, достижению, которое изменило ход войны за Аркунашу.
Хотя прежде тау вступали в бой с целыми инопланетными цивилизациями и одерживали победы, практически в любом из этих вторжений каста Огня держала ситуацию под контролем. Здесь же, на ржавой планете, военную машину Империи ждала проверка в едва ли не самых неблагоприятных условиях за всю её историю. В тренировочных симуляциях всегда разыгрывались сценарии, при которых враги превосходили тау числом вплоть до десятикратного перевеса. Но дюны Аркунаши кишели миллиардами врагов! После анализа моментальных снимков дронов, сделанных при входе в атмосферу, выяснилось, что зеленокожие превосходят силы контрнаступления в живой силе почти четыреста к одному.
Получив сводку последних наблюдений касты Воздуха во время спуска, командующий О'Шох весомо кивнул и сказал, что кадрам нужно будет применять силу разума, а не кулака — только подобная стратегия действенна против диких зверей. Когда ученика Чистого Прилива попросили объяснить его замысел, воин взял со стены один из декоративных мечей, пробил им подлокотник трона управления и разломил клинок надвое. В последующие месяцы эта метафора получила широкую известность среди воинов касты Огня.
Путь сломанного меча
Цель первых столкновений с зеленокожими состояла в освобождении путей снабжения, а также проверке на прочность обороны противника и определении его возможностей. Крайне индивидуалистичные орки не имели ни униформы, ни знаков различия, поэтому командующий был вынужден ещё основательнее заняться разбором их образа мыслей перед продолжением кампании. Его охотничьи кадры по-прежнему сновали над поверхностью Аркунаши в транспортниках «Рыба-дьявол» и летающих боескафандрах, уклоняясь от сближения с убийственными вихрями. В каждом уголке мира они с дальней дистанции расправлялись с чужаками, в количествах достаточных, чтобы разрозненные ватаги оказывались на грани паники, но практически всякий раз порядок восстанавливал самый крупный зеленокожий в группе. Военная иерархия врагов оказалась настолько проста, что поначалу её суть упустили из виду. Для орков сила означала власть и только.
Затем О'Шох сделал ещё одно наблюдение: когда его бойцы атаковали беспорядочно бродящие армии зеленокожих и скрывались из виду, чужаки почти тут же, невзирая на отсутствие неприятеля, начинали драку. Разведывательные полёты стелс-дронов подтвердили подозрения командующего — орки нападали друг на друга по любому поводу. Неповиновение вожакам, похищение собственности, даже неосторожные замечания перерастали в побоища. Собранные записи тем временем направлялись в оборудованный О'Шохом мобильный штаб — дискообразный командный пункт, который постоянно бороздил дюны на подушке антигравитационной энергии.
Вслед за этим начался годичный период, названный Великим Прореживанием. Будущий Зоркий Взгляд приказал передовым стелс-контингентам и командам в БСК «Невидимка» патрулировать дюны, выслеживать и истреблять снайперским огнём крупнейших чужаков в каждой ватаге, а затем бесследно исчезать. После этого оставшихся орков неизбежно охватывала лихорадка насилия: сначала они метались в поисках палачей, а затем обращались друг против друга. Любое убийство сопровождалось реками крови, ведь орки начинали сражаться между собой за лидерство, и счёт погибших врагов непрерывно рос.
От следящих дронов поступали всё новые отчёты главному командованию, и О'Шох изучал каждый доклад со спокойным восхищением. Вскоре он расшифровал не только примитивную систему глифов, заменявших чужакам письменность, но и гортанный язык зеленокожих. Через некоторое время командующий уже заранее рассказывал помощникам, что должно произойти на очередной записи. Офицеры шутили, что он, видимо, просматривал файлы до них, но все прекрасно знали, что в действительности О'Шох просто научился понимать врага. Сотрудники штаба постепенно стали обращаться к нему по новому прозвищу — О'Шова, или «прозорливый».
Информация, полученная из перехваченных сообщений, начинала понемногу менять военную доктрину касты Огня. Заметив глиф «ваивода», «механа» или «дока» на транспортном средстве неприятеля, охотничьи кадры указывали его как приоритетную цель для сосредоточенного огня «Залпов» и «Рыб-молотов» поддержки. Таким образом, время, необходимое зеленокожим для ответных действий, значительно возрастало. Далее, хотя тау не могли выговорить звуки чужой речи, союзники командующего из касты Земли нарезали аудиодорожки с орочьими вызовами и оскорблениями, после чего передавали их на устройства связи, украденные захватчиками у погибших тау. Благодаря нужным фразам, произнесённым в подходящий момент, О'Шох вбил клин между всеми кланами и племенами, которые рыскали по пустыне, причём из-за разногласий между ними вспыхнули несколько маленьких войн. Через год после начала вторжения зеленокожее чудище на Аркунаше вцепилось в собственный хвост. Действия командующего настолько успешно отвлекли противников, что подразделения Империи сумели доставить пищу и воду жителям осаждённых куполов. Кроме того, к ним примкнули выжившие бойцы местных гарнизонов, что укрепило ряды касты Огня на планете.
Зверь вскидывается для удара
Хотя многие в центральном штабе тау вполголоса поздравляли друг друга с отлично проведённой кампанией, большинство захватчиков ещё оставалось в живых. К тому времени и население Аркунаши, и бойцы группировки контрудара называли своего лидера не иначе как О'Шова, или командующий Зоркий Взгляд. Но несмотря на такой почёт, ученик Чистого Прилива не был доволен достигнутым и знал, что война ещё далеко не закончена.
Орки из более организованных племён начали систематически подбирать средства связи, оружие и броню с тел погибших тау, разбросанных по ржавым дюнам. Если пылающий остов, некогда бывший скиммером тау, висел над пустыней на ещё работающих репульсорах, то зеленокожие тушили пламя вёдрами красного песка, а затем приспосабливали машину для своих нужд — устанавливали двигатели, изрыгающие дым, и пушки для стрельбы твердотельными снарядами. На записях дронов-наблюдателей представители касты чужаков, известной как «механьки», заставляли рабов из подвида своей расы копать глубокие шахты в дюнах, чтобы добыть металлолом. Тау никогда бы не опустились до использования подобного сырья, но захватчики находили его невероятно полезным. По мере того как враги покрывали всё больше своих машин броней из окислённого металла (или даже целиком собирали их из него), орочьи орды начинали сливаться с пустыней. Обшивка дополнительно служила им камуфляжем.
Хуже того, начали учащаться внезапные атаки зеленокожих армий. Каста Воздуха вскоре установила причину этого: чужаки-ветераны, сражавшиеся на Аркунаше с начала вторжения, обросли толстой, заскорузлой шкурой, которая защищала их тела от обдирающего воздействия ржавчинных ураганов. Всякий раз, когда банда таких созданий вступала в шторм, красные торнадо подхватывали и убивали нескольких пришельцев, но остальные продолжали идти в относительной безопасности ока бури, недосягаемые для прочёсывающих пустыню охотничьих кадров. Когда фронт достигал одной из баз тау, подобные бродячие стаи элитных орков вырывались из круговорота облаков со злобной яростью, достойной разъярённого кнарлока.
Командующий Зоркий Взгляд ожидал, что зеленокожие окажутся сообразительными, но не полностью осознавал преимущества, дарованные им необыкновенной физиологией. Количество чужаков на Аркунаше не уменьшалось за счёт постепенного истребления, а возрастало! О'Шове и его повелителям-эфирным пришлось задаться вопросом о способах воспроизводства орков (темой, к которой не пристало обращаться цивилизованным созданиям). Самый доверенный советник командующего из представителей касты Земли, юный гений О'Веса, верил, что в генетическом строении зеленокожих присутствует некий грибковый компонент. Учёный отстаивал идею, что споры, постоянно сбрасываемые чужаками, прорастали в оксидных пустынях. Согласно его теориям, каждое утро влажные от росяной плёнки ржавчинные барханы содрогались и обрушивались, являя свету выводки новорождённых дюнных орков — созданий низкого технологического уровня, но с тягой к сражениям.
Просочившаяся информация о том, что число захватчиков на самом деле увеличивается, подорвала боевой дух не хуже мегатонной бомбы. Эфирные из состава экспедиции утверждали, что направить дополнительные подкрепления на Аркунашу невозможно, и находящиеся здесь тау должны одолеть врага имеющимися силами. Но как воины Огня могли победить неприятельскую армию, солдаты которой превосходили их в ближнем бою и непрерывно пополняли свои ряды даже в ходе войны?
Зоркий Взгляд вынужден был прервать программу устранения вожаков и обратить внимание на собственный лагерь. Моральное состояние войск опустилось до опасного уровня, из-за чего тау могли потерять все шансы отвоевать планету.
Триумф духа
С момента прибытия на Аркунашу О'Шова несколько раз возглавлял атаки ударных команд на передовой. Огнём импульсной винтовки «Кризиса» он убил больше орков из правящей страты, чем любой иной воин Огня. Пор'о'Каис, посланник касты Воды, сопровождавший экспедицию, максимально полно использовал победы Зоркого Взгляда; в каждом биокуполе и мобильной базе крутили пропагандистские ролики с его участием, но решимость тау продолжала слабеть. Если даже превосходное оружие и отличные стратегемы не помогают сократить количество врагов, как можно надеяться на успех?
После глубокомысленных бесед с пор'о'Каисом командующий пришёл к заключению, что одним из главных преимуществ расы орков является их воинственный дух. Зеленокожие практически не тратили жизненных сил на растравление души или паранойю — вместо этого они целиком отдавались поискам драк и участию в них. Войска чужаков жертвовали множеством бойцов, гоняясь за попавшимися им на глаза быстроходными отрядами тау, но даже при девяностопроцентных потерях уцелевшие захватчики способны были одолеть охотничий кадр грубой силой. Критическая проблема состояла в том, что в ближнем бою воины Огня не могли противостоять ордам свирепых верзил.
Тяжёлая кампания продолжалась, и графики в командном центре тау, отображающие достигнутый прогресс, всё отчётливее ползли вниз. Именно в это время Зоркий Взгляд завершил труд, ставший определяющим для познания орочьего склада ума. Копию «Книги Зверя», как её назвал О'Шова, передали всем кадровым Огненным Клинкам, шас'уи в боескафандрах и формирователям круутов на Аркунаше. Тактическая гениальность, воплощённая на её страницах, поражала воображение. Пособие учило думать, как зеленокожие, понимать их язык и даже сражаться с яростью самих чужаков, если потребуется. И прежде всего «Книга Зверя» говорила воинам, что их командующий хорошо знает врага и что тау ещё могут победить.
За следующие несколько лет силы Империи изменили подход к битве за Аркунашу. Солдаты касты Огня больше не рыскали вне зоны досягаемости противника, вступая в ближний бой лишь при крайней необходимости. Напротив, военная машина тау встала на реверс: теперь после того, как прочёсывающие дюны следопыты обнаруживали орков, ударные команды и боескафандры разносили зеленокожих на куски, подойдя вплотную. Если чужаки бросались в очередную грозную атаку, защитники планеты держали позиции на месте засады и накрывали приближающихся тварей гибельным прикрывающим огнём, совмещая сектора обстрела там, где неприятель продвигался дальше всего. Если где-то неприятелю удавалось прорваться через смертоносную сеть, он оказывался в буре ослепительного света, созданной отложенными взрывами фотонных гранат. При необходимости уцелевших орков расстреливали в упор или даже забивали до смерти стволами импульсных винтовок — ошеломлённые вспышками зеленокожие не могли сопротивляться мстительным тау.
Это была опасная тактика, возможно, излишне опасная. Однако она вдохнула новую жизнь в касту Огня, сражающуюся за Аркунашу. Многие ученики О'Шовы приняли новый устав с особенным рвением, и в первую очередь — любящий битвы командующий Яркий Меч. Однажды кадр под его командованием разгромил атакующих чужаков в ближнем бою, и посланник пор'о'Каис озаботился, чтобы запись этого сражения увидела вся планета. До сих пор тау не занимались почти ничем, кроме защиты биокуполов; теперь же они смаковали идею полномасштабного контрудара. Зоркий Взгляд разжёг в сердцах своих воинов пламя, которое уже не погаснет.
По всему миру с новой яростью заполыхали битвы. В замысловатых лабиринтах каньонов на экваторе Аркунаши О'Шова заманивал колонны орочьей техники в ржавой броне во все более узкие проходы. Затем, после уничтожения машин в голове и хвосте группы, пойманных в ловушку зеленокожих забивали, будто скот на бойне. В считанных милях оттуда вёрткие «Пираньи» направляли вражеские даккалёты и смертолёты в головокружительном танце через ущелья, нанесённые на карты дронами, и неуклюжие пилоты орков один за другим врезались в скалы, погибая в облаках пламени.
Крууты-наёмники Зоркого Взгляда ежедневно насыщались плотью дюнных орков. Они приспосабливались к окружающей среде до тех пор, пока их кожа не стала прочной настолько, что могла выдержать даже красную бурю. Вместе со стайными кнарлоками посланцы Печа рыскали по пескам и, стоически превозмогая потери от ржавчинных торнадо, проникали внутрь штормов, чтобы застать врасплох скрытых там орочьих нобов. Оптимизированные стелс-команды выискивали и уничтожали злобных зеленокожих разведчиков, которые прокладывали дорогу каждому племени. После этого основные силы любого вражеского отряда безнадёжно блуждали под жестоким солнцем пустыни и в конце концов с досады набрасывались друг на друга. Везде и всюду учения «Книги Зверя» находили применение в войне. Пока охотничьи кадры овладевали методиками командующего, О'Шова вёл свои армии против орочьих орд, уступая им в числе сто к одному, и добивался триумфов. Медленно, но уверенно, графики в командном центре начали менять направление.
Резня в Вурдалачьем ущелье
Во время этого беспрецедентно успешного отрезка кампании на Аркунаше жителей ряда биокуполов эвакуировали в естественные крепости на высокогорье. Они оказались вдали от домашнего комфорта, но в достаточной безопасности, чтобы пережить бушующую под ними войну. Охотничьи кадры, проводя серии безжалостных ударов «монт'ка», всё так же прореживали и затем уничтожали армии зеленокожих, скапливающиеся в дюнах. А затем орки, продемонстрировав нечто новое, ещё раз изменили ход борьбы.
Хотя Waaagh! сократился более чем вчетверо, пустыни до сих пор кишели врагами. С каждым рассветом дюнные орки выбирались из-под красных песков, а лечилы, возглавлявшие поход, непрерывно сшивали павших бойцов по кусочкам, чуть ли не возвращая их из мёртвых. Стойкость зеленокожего войска поражала воображение, но в конечном счёте тау лишились своего главного преимущества из-за действий механьяков — чужеродного аналога представителей касты Земли.
Вурдалачье ущелье, названное так после каннибальского бесчинства, учинённого двумя соперничавшими кланами круутов, представляло собой громадный открытый каньон, в котором выли свирепые пустынные ветры. Сражение там началось с того, что крупная зелёная орда попыталась прорваться через ущелье к расположенным за ним биокуполам. В центре толпы двигался огромный шагоход, вооружённый бурами для вскрытия прозрачных панцирей над домами тау — в равной мере языческий идол и орудие войны. Зоркий Взгляд не собирался просто наблюдать, добьётся ли противник успеха. Подведя свои команды вплотную, командующий начал расстреливать зеленокожих сверху, пока они оставались в «бутылочном горлышке» прохода. Но как только с небес хлынул плазменный дождь, над каждой ватагой вспыхнули мерцающие «пузыри», подсвеченные каскадами разрядов, что растекались по их поверхности. Даже великана с бурами защищал силовой купол, и снаряды тяжёлых рельсовых винтовок, выпускаемые в него командами «Залпов» О'Шовы, просто исчезали при соударении.
Последующая битва оказалась непростой для тау под началом Зоркого Взгляда. Они не могли бросить подопечных в биокуполах, но их оружие было почти бессильно против сверкающих энергетических «пузырей» орков. Тогда юный и порывистый командующий Яркий Меч, облачённый в боескафандр, вступил в ближний бой с тыловой ватагой чужаков; в процессе схватки его отряд быстро установил, что единственный способ преодолеть защиту — войти внутрь поля, туда, где их и поджидали зеленокожие.
Так началась Резня в Вурдалачьем ущелье, самая ужасная на тот момент битва Аркунашской войны. Всякий раз, когда тау прорывали силовые щиты, чтобы обстрелять укрытых под ними неприятелей, орки стремглав бросались на них, паля из всех стволов. Ближние бои вспыхивали по всей длине ущелья, и узость прохода, специально выбранного воинами Огня для засады, теперь мешала им быстро отходить после нанесённых ударов. Хотя Зоркий Взгляд лично провёл рискованную вертикальную атаку и обездвижил лязгающего толстобрюхого гиганта в центре чужацкой орды, он вынужден был приказать кадрам отступить во избежание неоправданных потерь. Сам командующий неохотно вышел из боя и направился в мобильный штаб, чтобы переосмыслить свою стратегию.
Великий эдикт
На консультации с советниками-эфирными О'Шова вновь уважительно попросил о подкреплениях с Виор'ла. Он утверждал, что исход кампании висит на волоске, но решительный штурм ключевых орочьих позиций может изменить положение на всей планете в пользу тау. После долгого молчания эфирные ответили, что из родного септа, действительно, должен прибыть корабль. Ничего разъяснять по этому поводу они не стали.
Одинокую «Косатку», которая спускалась на Аркунашу, встречали лично Зоркий Взгляд и его ближайшие помощники, пришедшие на огромное естественное плато высокогорья Аграп. Силуэт десантного судна на мгновение рассёк розовое солнце планеты, а мгновение спустя челнок уже коснулся земли в облаке ржавой пыли, словно подводный скат, ложащийся на дно океана. С шипением гидравлики открылся люк в носу корабля, и наружу вышли обещанные подкрепления: два церемониальных почётных стража и единственный эфирный.
О'Шова сумел подавить удивление и негодование, вскипевшее у него в груди. Один эфирный? Да, их присутствие, несомненно, хорошо влияло на боевой дух, но такое подкрепление сложно было назвать внушительным. И уж точно вновь прибывший не мог заменить вспомогательные охотничьи кадры, на которые надеялся командующий. В смятении он повернулся к собственным советникам-эфирным, но придержал язык. И правильно сделал, поскольку за действиями Зоркого Взгляда наблюдали поистине пристально.
Гость представился как Аун'Ши с Виор'ла. Он был ветераном десятков сражений, на что указывали многочисленные шрамы, и держался с уверенностью военачальника. Когда вновь прибывший подошёл к О'Шове, тот низко поклонился, следуя формальным правилам приветствия эфирных, но напряжённость жеста заставила Аун'Ши помедлить. Он осторожно и тщательно изложил Зоркому Взгляду, что Верховный Совет эфирных на Т'ау, ведомый мудростью самого Аун'Ва, нашёл иное место для применения его исключительных полководческих талантов.
Эфирный спокойно объяснил, что в течение ближайших нескольких лет каста Огня полностью отступит с Аркунаши, забрав с собой максимально возможное число поселенцев. За эвакуацией будет наблюдать лично Аун'Ши. Не будет больше ни атак, ни решающих ударов — только оборона. Плато, на котором сейчас стоят тау, превратится в их цитадель, и они будут защищать её до последней капли крови, пока все граждане Империи не покинут планету. Всё это ради Высшего Блага; приказ вступает в силу немедленно.
Зоркий Взгляд резко кивнул, услышав новости, после чего низко склонил голову в знак повиновения. Но в потайной части его души шевельнулось некое тяжелейшее беспокойство. Как могли тау оставить этот мир, когда победа наконец-то была у них в руках? Впрочем, высокопоставленный эфирный сказал своё слово. Простой командующий не мог и надеяться проникнуть в грандиозные планы Верховного Совета.
В течение следующего года О'Шова неукоснительно исполнял решения Совета эфирных. Собрав гражданское население в нескольких поспешно возведённых куполах на плато Аграп, командующий оборонял естественную цитадель с применением всех видов оружия и тактических уловок, имевшихся в его распоряжении. Хотя за это время Зоркий Взгляд лишился тысяч хороших солдат, он ещё сильнее проредил армии Waaagh!, стекавшиеся к позициям тау. Кроме того, подопечный Чистого Прилива продолжал ослаблять командную структуру зеленокожих — он истреблял механьяков, лечил и военачальников, пока их совершенно не осталось на Аркунаше. Жадные до боя орки упорно и поспешно бросались на позиции защитников комплекса, и в горных долинах стало тесно от трупов. Чужакам не хватало ума или проницательности, чтобы отступить, и О'Шова безжалостно уничтожал всех, кто прорывался через его кордоны.
Многие из учеников Зоркого Взгляда требовали отмщения за павших, и громче всех звучал голос Яркого Меча. Они выдвинули идею последнего удара перед отлётом, планируя раз и навсегда уничтожить орков. Командующий мрачно покачал головой: волю эфирных, ответил он, следует исполнять независимо от собственного мнения или положения дел. О'Шова с трудом произносил это, но слова его были искренними.
Вот так поселенцы были эвакуированы с Аркунаши, и каста Огня отправилась с ними. Когда флагман Зоркого Взгляда покидал систему, командующий смотрел в космос из наблюдательного купола в своих покоях. Планета, где сражались и умирали тысячи его воинов, уменьшалась до тех пор, пока не превратилась в маленькую точку среди множества безразличных звёзд.
Каста Огня вернулась на Аркунашу в следующем году. Располагая исчерпывающими данными, которые собрали картографические дроны О'Шовы, и следуя урокам «Книги Зверя», бойцы быстро разделались с остававшимися там зеленокожими. Впрочем, Waaagh! уже был фактически разбит у плато Аграп — чужацкая орда уменьшилась более чем в сотню раз с того момента, как ступила на красные пески.
Охотничьи кадры зачистили планету и вернули её тау менее чем за год. Они вновь заселили колонистов в купола, которые один за другим приводила в рабочее состояние каста Земли. Вскоре Аркунаша опять заискрилась среди звёзд, будто драгоценный камень, но командующий Зоркий Взгляд не видел этого: предназначение направило его в другое место. Империю Тау осаждал новый враг — Империум Человечества.
Дамоклов крестовый поход
Столкновение с человечеством |
Первые контакты тау с Империумом происходили в форме искусного проникновения во владения человеческой расы, но позже, когда повелители человечества узнали об этой подрывной деятельности, разразилась буря насилия. Последовавшая война вышла за пределы Дамоклова залива и перенеслась на центральные территории Империи Тау. Если бы не действия командующего Зоркого Взгляда, септовые миры вполне могли бы исчезнуть. |
Выступления эфирного Аун'Ва, Мастера Неугасимого Духа, несомненно, вдохновляли любого, кто слышал их. Этот тау, выше которого в иерархии стоял лишь сам Аун'Вей — Хранитель Нашёптанной Мудрости, с непоколебимым энтузиазмом поддерживал ускорение завоевательных походов. Именно благодаря его страстной поддержке Империя присоединяла один мир за другим в годы Второго сферического расширения. И в военное, и в мирное время Аун'Ва демонстрировал почти сверхъестественную политическую хватку. Многие его сторонники заявляли, что Мастер мог бы одними речами достичь всего, чего каста Огня добилась силой.
Такие утверждения впервые зазвучали после того, как тау сумели пересечь зияющую космическую аномалию, известную под названием Дамоклов залив. Данный регион, расположенный по направлению к центру Империи, долгое время являлся для неё символом непонимания и гибели. Внутри залива бурлили, словно океанские течения, неизвестные силы, поведение которых не удавалось предсказать и даже отследить традиционными научными методами. Однако новое изобретение касты Земли, ускоритель «ЗФР-Горизонт», совершило революцию в звездоплавании. Благодаря нему корабли теперь могли перемещаться почти со скоростью света, избегая тем самым худших последствий злобного внимания аномалии.
«Бархатные» завоевания
За несколько лет, прошедших после создания двигателя «ЗФР», тау успешно пересекли Дамоклов залив и начали изучать скопление миров, расположенных на другой его стороне. Отказавшись от идеи захватить их военным путём, что дорого обошлось бы Империи, Аун'Ва спланировал длительную и хитроумную кампанию ассимиляции. Хотя она заняла целые десятилетия, тау сумели внедриться в человеческие цивилизации этих планет. Используя в качестве оружия торговлю, дипломатию и, прежде всего, терпение, они без единого выстрела превратили владения людей в аванпосты Высшего Блага.
Но межзвёздный великан, что зовётся Империумом Человечества, при всей своей неповоротливости весьма могуч и мстителен до безумия. До Высших Лордов Терры в конце концов дошли сообщения, что миры, находившиеся под их властью в субсекторе Тимбра на Восточной Окраине, больше не платят имперскую десятину. Хуже того, планетарные губернаторы скопления оказались во власти расы ксеносов. Подобное нельзя было оставлять безнаказанным, поэтому Империум ответил — медленной, но неотвратимой атакой.
Многообещающее расширение тау в Дамокловом заливе окончилось серией ужасных войн, в результате которых Империя вынужденно отступила с недавно приобретённых территорий к септам Первой сферы. Хуже того, флоты людей не собирались просто так отпускать врагов. Их боевые корабли-соборы пересекли огромную аномалию, используя какую-то загадочную, неописуемую технологию создания порталов в материи самого космоса. Вскоре воины Империума уже высаживались на центральных планетах цивилизации чужаков, осмелившихся посягнуть на их суверенные владения.
Первой крупной целью, определённой людьми, оказался септ Дал'ит, процветающая и высококультурная система, основанная в ходе Первого сферического расширения. Захватчики поочерёдно сокрушили оборону внешних колониальных миров — Хидасса, Си'л'келла и Висс'эла. Звездолёты Империума, снабжённые носовыми таранами, в блеске залпов прорывались через территорию септа, а возглавляли армаду боевые корабли Адептус Астартес. Никогда прежде тау не сталкивались с такой грандиозной флотилией. Колоссальные и почти лишённые изящества космолёты напоминали украшенные мрамором склепы, которое похитили с кладбища при каком-то запретном подводном храме и извергли в родные края Империи.
Появление группировки звездолётов человечества стало для тау полной неожиданностью. Хотя защитники септа собрали все имеющиеся корабли с Дал'ита, Прай'ена и Дал'ира, скопление летающих великанов значительно превосходило их по тоннажу. Гигантские военные космолёты Империума напоминали бронированных китов в сравнении с ярко раскрашенными стайками истребителей касты Воздуха, которые вгрызались и врубались в их борта, почти не нанося урона.
Пока продолжалась эта странная битва, адмиралы с обеих сторон изучали возможности противника. И те, и другие пришли в замешательство. Да, с крупнейшими военными суднами Империума не могли справиться даже ракетные эсминцы «Манта» и перехватчики типов «Хранитель» и «Звёздный Поток», но и несравненная манёвренность кораблей тау позволяла им уходить от любых снарядов и абордажных торпед, выпущенных в их сторону. В целом, пока флот Империи собирал мощные силы контрудара из соединений линейных крейсеров, расположенных в доках кор'ваттры на краю системы, Дал'иту предстояло обороняться своими силами.
Когда люди пробились через орбитальные линии обороны Прай'ена и направились прямиком в септ Дал'ит, решительно намереваясь любой ценой совершить высадку на родных планетах тау, в битве началась стадия беспрецедентного смятения и неразберихи. Командующему О'Шове доложили о ситуации и сообщили, что его силы при отражении атаки Империума будут действовать совместно с соединениями О'Шасерры, старой соперницы времён обучения у Чистого Прилива. В тот момент Зоркий Взгляд поклялся, что или очистит септовый мир от человеческого отребья, или погибнет в блеске славы. На этот раз отступления не будет — только победа или смерть.
Дал'ит |
До появления тау эта планета цвета индиго обладала буйной экосистемой из темно-синей растительности и ползучих сегментированных тварей. Мир обуздали уже давно, ещё во время Первого сферического расширения, и с тех пор развили до колонии уровня «Прайм». Поскольку значительную долю его населения составляли представители касты Воды, Дал'ит наслаждался множеством чрезвычайно выгодных торговых соглашений и с недавних времён считался одним из Девятнадцати Чудес Империи Тау. Большая часть его поверхности скрыта под шестиугольной мозаикой городов и субгородов, соединённых с ближайшими поселениями широкой идеально правильной сетью труб-путепроводов. Чистейше белые магнорельсовые поезда стремительно перемещают пассажиров взад и вперёд, расторопно подхватывая вагоны «на лету» и никогда не останавливаясь. Хотя планета усеяна холмами и даже гигантскими шестиугольными резервуарами, при взгляде с орбиты кажется, что тау заселили её со скрупулёзностью учёного касты Земли, моделирующего новый атомный феномен. |
Огонь в небесах
Пилоты касты Воздуха Дал'ита знали, что от их усилий будет зависеть исход войны, готовой поглотить родную планету. Во время приближения флота людей они невозмутимо медитировали, но в сердце каждого тау пылала искорка предвкушения битвы. Из этих огоньков возгорелось пламя, когда О'Шова, прибывший на пик Западного Ветра, обратился к лётчикам с исторической речью, в которой равно взывал к их гордости, патриотизму и умениям. Воинам касты Воздуха предстояло провести массовую контратаку под началом доверенного союзника Зоркого Взгляда, адмирала кор'о'Ли'Мау'Тенг.
Империум обрушился на Дал'ит с таким кровожадным неистовством, что за первую неделю вторжения небеса планеты почернели от дыма, выбрасываемого двигателями. Первыми спускались нелепо огромные десантные корабли, выкрашенные в серо-оливковые тона Имперской Гвардии. Они приближались к поверхности по двухэтапной схеме, на первой стадии исполняя функцию авианосцев, а после приземления — механизированных перевозчиков, из которых в огромных количествах выгружались пехотинцы и бронетехника. В вышине над гексокуполами Дал'ита вскоре раздавалось лишь жужжание и рёв турбин примитивных истребителей и транспортников людей.
Небеса покрылись шрамами войны задолго до того, как прозвучал первый выстрел на фиолетовых лугах под ними. Одновременно с высадкой армий Империума с верхних панелей гексокуполов по всей планете поднялись многочисленные стаи «Барракуд», «Акул-бритв», «Тигровых акул» и бомбардировщиков «Солнечная акула». Связав сенсорные модули в сеть обмена данными, они встретились над землёй и сформировали эшелонированные заслоны, каждый из которых поддерживали тучи сетевых дронов. Машины с жужжанием следовали за самолётами, будто послушные насекомые. Любой противник, угодивший в эту паутину, был бы мгновенно сбит.
Над городскими ландшафтами крупнейших куполов проносились зигзагами «Громы» Империума, пытаясь ускользнуть из гибельных силков, раскинутых тау по небу. Почти каждый летательный аппарат людей, попавший в них, оказывался под перекрёстным огнём истребителей и уносился к земле, объятый пламенем. Когда же под огненными волнами перехватчиков касты Воздуха оказывались бомбардировщики «Мародёр», то на равнины Дал'ита падали оторванные рудиментарные крылья и обломки тупоносых фюзеляжей этих тяжёлых машин.
За «Валькириями», «Вендеттами» и летательными аппаратами десятков других типов охотились стремительные истребители «Акула-бритва», которые прошивали толстобрюхие самолёты людей точечными залпами ионных винтовок. Рыскавшие далеко внизу «Небесные скаты» из наземных кадров ПВО О'Шовы посылали ввысь самонаводящиеся ракеты, сбивая немногочисленных врагов, что ещё оставались в атмосфере.
Но прежде чем пилоты тау сумели достичь полного превосходства в воздухе, боевые космолёты с орлами на носах, висевшие на низкой орбите, начали вершить отмщение. Убийственные бомбардировки обрушивались на сухопутные войска Империи, а ударные крейсера выбрасывали смертоносный груз, который устремлялся по вертикали к Гел'брину, крупнейшему из гексокуполов Дал'ита. Эти бронированные капсулы неслись к земле плотными группами во вспышках от разрывов зенитных снарядов, а перед соударением опирались на вырывавшиеся из тормозных двигателей колонны пламени. Зоркий Взгляд вынужденно признал, что впечатлён: такой способ развёртывания отличался похвальной прямолинейностью и отвагой. Командующий решил, что поведёт в зону новой атаки собственную группировку быстрого внедрения из команд в БСК «Кризис».
Тактика прочёсывания неба, применяемая кастой Воздуха, была невероятно эффективна против примитивных самолётов Имперской Гвардии, но всё изменилось, когда усеянные бойницами ударные крейсера выпустили в бой собственные эскадрильи. Огромные военные машины, выкрашенные в яркие геральдические цвета, врубали форсаж и атаковали с почти отвесных векторов, сопровождаемые с обоих бортов короткокрылыми истребителями сопровождения. Когда дроны слежения отыскали эмблемы, нанесённые на фюзеляжи этих аппаратов, стало ясно, что в сражение вступили космодесантники. Их самолёты с грубыми корпусами внешне напоминали кулаки бойцов и практически не отличались от них по способу применения.
Ревущие эскадрильи десантно-штурмовых кораблей Адептус Астартес, паля из всех орудий, на головокружительной скорости неслись в ловчую сеть касты Воздуха. Невероятно, но облачённые в тяжёлую броню рулевые этих машин словно бы шли на таран — снижаясь под весьма острым углом, они летели прямо на упорядоченный заслон истребителей тау. Пилоты Империи вынуждены были нарушать строй и отходить, совершая извилистые манёвры уклонения. Как их враги могли вести себя столь безрассудно, даже самоубийственно? Неужели их вера в какое-то примитивное божество, которому они поклонялись, была так сильна, что неприятели считали себя бессмертными?
Зоркий Взгляд наносит удар
Руководя командами боескафандров, что выпрыгивали из элегантных ракетных эсминцев «Манта», и наземными отрядами, которых во множестве перевозили по сетям магнорельсовых дорог Дал'ита, О'Шова имел возможность с впечатляющей быстротой реагировать на вертикальное развёртывание космодесантников. Согласно данным целеуказания, собранным по ту сторону Дамоклова залива, эти ударные войска Империума располагали крайне прочными доспехами, поэтому Зоркий Взгляд распорядился оснастить каждый БСК «Кризис» под его началом парой плазменных винтовок.
Его решение оказалось верным. Масс-реактивные снаряды, которые выпускали отделения космодесантников, появлявшиеся из каждой штурмовой капсулы, были поистине страшным оружием, но немногие из них пробивали бронированные оболочки устремлявшихся с небес боескафандров. Согласно строгим распоряжениям О'Шовы, каждый повреждённый «Кризис» должен был выходить из битвы, уступая место полностью функциональному собрату. Волна за волной опускались на землю команды в боевых спецкостюмах, в таком количестве, что издали казалось, будто на Дал'ите разыгралась виор'ланская семенная буря. Сотни плазменных винтовок изрыгали огонь в ряды захватчиков; их разряды проплавляли керамит и прожигали тела насквозь, а затем опаляли почву под ними. Человеческих воинов не столько расстреливали, сколько потрошили — через шипящие дыры в их туловищах виднелись горелые внутренности.
Невероятно, но многие из упавших космодесантников продолжали сражаться: лёжа на земле, они палили из мощного ручного оружия и ревели вызывающие кличи, даже истекая реками крови. Подобная изумительная картина стойкости и решимости пред лицом сокрушительной огневой мощи глубоко впечатлила Зоркого Взгляда, как и отвага медиков в белых доспехах, которые помогали раненым братьям. Но храбрость не могла их спасти, и к моменту прибытия кадров поддержки от проникших в Гел'брин врагов остались только дымящиеся останки.
Марш на Гел'брин
Пока в небе над Дал'итом разворачивалась тотальная война, монструозные гусеничные транспорты Имперской Гвардии и гигантские шагоходы, ступавшие в их авангарде, просто не обращали внимания на яростное противодействие касты Воздуха. Их потрескивающие щиты и толстые корпусы не могло пробить ничто, кроме снаряда из рельсовой пушки, и люди это знали. За ними в огромных облаках струящегося пара садились металлические десантные суда колоссальных размеров; выпуская широкие и плоские языки пандусов, они изрыгали наружу всё новые и новые полки солдат.
Навстречу захватчикам выдвинулись ударные группировки тау, но, где бы ни появлялись охотничьи кадры, титанические шагоходы Империума, которые прикрывали с боков каждую рампу, отгоняли их мощнейшим обстрелом. Эти грандиозные машины были полубогами битв, и каждая представляла собой аватару разрушения в масштабах, недоступных воображению даже самых амбициозных конструкторов боескафандров из касты Земли. В них воплощалось воинственное божество человечества — точно так же, как идолы-шагоходы примитивных орков изображали их собственных агрессивных кумиров.
Под защитой таких богомашин маршировали бесчисленными рядами солдаты людей, которые казались насекомыми рядом с великанскими охранителями. В других местах тысячи массивных танков Империума с грохотом занимали места в атакующем строю, обращая луга цвета индиго в густую грязь. Охотничьи кадры О'Шовы были готовы к бою, но даже самые опытные Огненные Клинки вынужденно признавали, что им выпала невероятно трудная задача. За один-единственный день захватчики расчистили на Дал'ите целый ряд плацдармов, не имея почти ничего, кроме веры и грубой силы. Несмотря на тяжёлые потери от подавляющей стрельбы из дальнобойных орудий, они медленно приближались к столичным гексокуполам, расположенным в центре восточных жилых регионов планеты.
С наступлением сумерек Зоркий Взгляд созвал экстренный совет командующих, ещё не вступивших в сражение. Космодесантники, осмелившиеся напрямую атаковать Гел'брин, были нейтрализованы, но до боя с основными силами Империума пока не дошло. Наступление врага удалось замедлить эшелонированными ракетными ударами с холмов вокруг столицы, а оптимизированные стелс-команды перебили их охранение, но прочное ядро армии уцелело. Битва за Дал'ит только началась.
- «Молоты Дорна всегда в точности следовали Кодексу Астартес, но в данном случае стандартная тактика планетарной высадки оказалась неразумным решением. Всё закончилось настоящей бойней.
Апотекарий Анталох подобрался к павшему боевому брату. В груди умирающего воина виднелась дыра, куда мог поместиться кулак самого медика. Сняв с раненого нагрудник, апотекарий погрузил редуктор глубоко в шею товарища. Раздался густой клокочущий звук, показавшийся в грохоте битвы не громче ворчания, и Анталох извлёк прогеноидные железы, после чего упаковал их в контейнер вместе с десятками других, уже собранных сегодня. Когда апотекарий начал читать отходную, раздался шум приземления: боевой костюм ксеносов, с глухим стуком опустившийся перед ним, приставил ствол энергетической винтовки к шлему космодесантника. Анталох замер; чужак-убийца, монументальный и смертоносный, заполнил всё его поле зрения. Терминатор показался бы небольшим рядом с таким созданием.
— Непонятно, — произнёс великан на высокопарном имперском готике. Голос, доносившийся из невидимых динамиков, казался неестественно реальным. — Ты должен осознавать, помощеоказатель-аналог-медика, что он уже мёртв.
— Да, — прорычал апотекарий, — и всё же его долг необходимо вернуть ордену.
— Несмотря на то, что ты сам рискуешь получить смертельный урон.
— Именно так, — ответил Анталох, борясь с порывом прикрыть драгоценные сосуды с геносеменем. На какое-то время оба замолчали.
— Ты стоишь в защитной позе, но причиной тому не инстинкт самосохранения, — заявил пришелец в бронескафандре.
Прежде чем апотекарий успел ответить, между огромных реактивных двигателей врага разорвались болт-снаряды. Установленный на его плече бластер с жужжанием развернулся и прямым попаданием уничтожил подбегавшего сзади космодесантника. Энергетическая винтовка так и не отрывалась от шлема Анталоха.
— Теория: во время погребального ритуала ты забираешь вещество или информационный код, который ваша каста воинов считает жизненно важной.
Апотекарий поднял взгляд на огромную фигуру, но ничего не сказал.
— Занимательно, — произнёс великанский чужак. — В таком случае, всенепременно продолжай.
Подняв винтовку в кратком приветствии, боевой костюм устремился в небеса на парных языках пламени.
Недоуменно моргая, Анталох включил вокс.
— Капитан Руманн? Нам нужно поговорить, когда всё это закончится.»- – Встреча О'Шовы с апотекарием Адептус Астартес
Воинское братство
Когда О'Шова подводил совет к единогласному решению о полномасштабной атаке, в комнату влетела атлетически сложенная женщина-тау. Пока она шагала к командному мостику, высоко подняв голову, все неизбежно обращали внимание на её выдержку и холодную красоту. Встав спиной к Зоркому Взгляду, гостья загородила командующего от зала и хладнокровно обрисовала свой план. Резервы касты Огня должны были присоединиться к её охотничьим кадрам в череде стелс-нападений, а затем, пользуясь темнотой, заставить неприятеля растянуть силы в погоне за ними. Только после этого начнутся истинные контрудары. Далее женщина отдала конкретные приказы офицерам, не входившим в контингент О'Шовы, и один за другим военачальники кивнули ей в ответ. Не сказав ни слова Зоркому Взгляду, командующая вышла из зала, и за ней последовала половина членов экстренного совета.
О'Шова крепче сжал рукоять меча, но сохранил хладнокровие. Обратившись к словам мастера Чистого Прилива, воин напомнил себе, что, хотя они с командующей были очень разными, но служили одним целям. В тот вечер Зоркий Взгляд успокоил себя поглощением и анализом информации, собранной с начала вторжения людей. Ему предстояло узнать многое.
Считанные часы спустя пришли доклады о серии разрушительных атак, осуществлённых под покровом тьмы. Тактика, применяемая О'Шасеррой; О'Шова распознал бы её где угодно. Огромные фаланги Империума слепо били в ответ по всем направлениям, пока их боевые машины на внешнем краю позиций гибли одна за другой под фузионным огнём в упор. Как только примитивные смотровые датчики людей полностью раскрылись, чтобы прозреть дал'итскую ночь, будущая Тень Солнца применила вспышки многоспектрального света, который ослепил её добычу даже эффективнее, чем непроглядный мрак равнин.
Бойцы на периметре каждой вражеской колонны приходили в смятение, когда тщательно рассчитанные подрывы боевых машин приводили к остановке целых моторизированных рот. Головные отряды грузно ползущих боевых танков и сверхтяжёлых САУ при первой возможности отрывались от главных сил и огнём прокладывали себе путь через туннели магнорельсовой дороги, пытаясь догнать «призрачные» сигналы новой угрозы. Зоркий Взгляд улыбнулся про себя — он знал О'Шасерру. Людям повезёт, если они зацепят хоть один боескафандр.
На протяжении следующих нескольких месяцев разворачивалась война, где ученики Чистого Прилива в громадных масштабах применяли свои непохожие стратегии, рисуя планы кровью на холсте битв Дал'ита. Там, где тактика проникновения в тыл и дезориентация Тени Солнца ослепляла бронированного левиафана Имперской Гвардии, в бой врывались космодесантники, которые при помощи грубых, но надёжных технологий и генетически усовершенствованной физической силы одолевали стелс-команды и заставляли их отступить. Как только элитные бойцы людей увязали в битве, О'Шова с головными командами в бронекостюмах обрушивался на них с небес, подбивал их транспорты выстрелами «Залпов» и сражал окружённых выживших в череде жестоких схваток лицом к лицу.
В небесах вели войну пилоты кор'о'Ли'Мау'Тенга, наносившие огромный урон врагу — даже сам адмирал присоединился к сражениям на специально настроенной под него «Барракуде», и охотился за десантно-штурмовыми самолётами Адептус Астартес, будто огромный золотой ястреб, гоняющий стаю воронья. Юный наследник первого командующего Яркого Меча превосходно показал себя, несколько раз вступая в ближний бой во время битвы за врата Вар'исар. Этому пилоту БСК даже удалось в одной из атак одолеть лидера вражеских воинов, носившего череполикий шлем, а затем растоптать его в бесформенную массу керамита и сплющенной плоти. Кроме того, Зоркий Взгляд поручил своему гениальному союзнику из касты Земли, О'Весе, разработать новые виды оружия, способные пробивать толстую броню человеческих танков. Команды учёных трудились день и ночь, при первой возможности отправляя свои разработки с бойцами-курьерами касты Воздуха.
Космодесантники, однако, в какой-то момент нанесли мощный ответный удар и провели настолько свирепый штурм Гел'брина с применением десантных капсул, что крыша гексокупола раскололась, и произошла утечка атмосферы. Даже О'Шова вынужден был отступить, когда на центральную площадь столицы телепортировались воины Империума в аналогах боескафандров. По улицам струилась кровь тау, а бронетанковые соединения окружали город, отрезая защитникам пути к бегству от элитных солдат человечества, разорявших кварталы на периферии. До конца кампании подобная история повторилась ещё в пяти городах, поскольку для каждой такой атаки враг использовал роту Адептус Астартес — силу, с которой непросто было совладать даже лучшим кадрам под началом Зоркого Взгляда.
- «Помню, что гуэ'рон'ша явились в великом числе. Среди зелени мелькали вспышки багрянца и охры. Я и мои сородичи убегали. Костюм-танк, прорвавшись через деревья, уже навёл на нас руку-орудие, но тут появился великий командующий Зоркий Взгляд!
Коснувшись земли, он пригнулся и закрыл нас генератором щита. Силовой купол засиял белизной в буре шума и света. Выстрелив из бластера, О'Шова рассёк костюм-танк надвое в поясе. Враг повалился, и я сумел спастись, как и мои товарищи. Наш спаситель исчез, прежде чем мы успели объяснить, что теперь вечно благодарны ему. Надеюсь, что ещё когда-нибудь встречу его.
Всяческого процветания командующему Зоркому Взгляду!»- – Великий наставник пор'о'Те'Фау'Мах после событий на Дал'ите
Приспособиться и уничтожить
- «Сначала люди, целиком закованные в доспехи, затем боевые машины с символикой, потом обычные танки. После, и только после этого, можете атаковать простую пехоту»
- – Командующий Зоркий Взгляд, распределяя цели перед битвой за врата Виа'Меш'ла
Жестокая война за Дал'ит велась не только открыто; её также отличала лихорадочная гонка за информацией о противниках. Обе межзвёздные империи старались не только одолеть друг друга, но и понять слабые стороны. Империум сменил тактику после битвы за Виа'Меш'ла, где превзойдённые в огневой мощи полки Астра Милитарум успешно атаковали стрелковые позиции тау и, невзирая на тяжёлые потери, одержали кровавую победу ударами одних лишь штыков и сапог. С тех пор захватчики неизменно старались при первой возможности переходить в ближний бой.
О'Шова, со своей стороны, упорно изучал войска людей. Он беспрестанно совершенствовал стратегии, контрстратегии и очерёдности поражения целей, переправляя всем подчинённым ему командующим программы-руководства, загружаемые в дроны. Империум располагал собственным тактическим пособием — Кодексом Астартес — и применял его доктрины в каждом новом столкновении с тау. Молоты Дорна с особенной эффективностью классифицировали угрозы со стороны неприятеля и отвечали на них со всей мощью, поскольку глубоко чтили работу Робаута Жиллимана и никогда не отклонялись от наставлений примарха, чего бы им это ни стоило. Таким образом, в подходе людей к ведению войны появлялись заметные шаблоны, которые весьма интересовали Зоркого Взгляда — он делал относительно них обширные заметки и по мере развития кампании даже проводил уточняющие экспериментальные симуляции.
Армии Империума, похоже, более всего ценили бронетехнику: их машины были настолько тяжёлыми, что даже боевым кораблям «Рыба-молот» с трудом удавалось истреблять цели в требуемых количествах. В качестве прямого ответа О'Шова придумал особую конфигурацию вооружения боескафандров и дал ей название «Солнечная кузня». Благодаря этому команды «Кризисов» могли спрыгивать на добычу с эсминцев «Манта», поражать танки с малой дистанции залпами парных фузионных бластеров и вновь устремляться в небеса, чтобы транспортник подобрал их на обратном пролёте.
О'Шасерра тем временем держала свои стелс-кадры в ночной полосе Дал'ита, постоянно двигаясь по вращению планеты — таким образом ей удавалось проводить все налёты под покровом тьмы. Зоркий Взгляд следил за успехами союзницы не по открытым линиям связи, а по грудам дымящихся остовов, которые отмечали её путь.
Когда военачальник ордена Повелителей Шрамов прорубил кровавую тропу через туннели магнорельсовой дороги в правительственном округе Дал'ита, О'Шова дал разрешение пилоту-одиночке Ша'ко'вашу выдвинуться на перехват. Монат в боескафандре прорвался в сердце ударной группировки противника, но там его одолели телохранители вожака, облачённые в аналоги бронекостюмов. Последним рывком Ша'ко'ваш бросился к командиру людей и активировал прототип страховочного стазис-устройства. Повелитель Шрамов занёс клинок над головой, но в тот момент оба воина неподвижно застыли в решающем мгновении схватки. С тех пор прошли сотни лет, однако могучие противники всё ещё заключены в возникшей тогда сфере безвременья. Они возвышаются около восстановленного центра собраний Дал'ита, являя собой главнейший монумент Высшему Благу.
Кулаки Дал'рю |
Разработки оружейных лабораторий касты Земли, начатые по требованию Зоркого Взгляда, принесли плоды во время битвы за плоскогорье Чёрного Грома. Расположенный там Дал'рю был городом, который каста Воды считала жизненно важным для морального состояния тау, поскольку там находилось множество центров обучения молодёжи. Купол на протяжении многих дней подвергался обстрелам дальнобойной артиллерии и мог пасть в любой момент, хотя главное командование Дал'ита не желало этого признавать. Кадры ответного удара командующего Отважного Шторма несколько раз выдвигались для отражения атак бронетанковых рот, заползавших на плоскогорье, но из-за страшной нехватки боеприпасов их усилия оказывались бессмысленными. Безжалостно прагматичная О'Шасерра уже списала защитников города со счетов. Именно тогда по магнорельсовой трассе в Дал'рю прибыла капсула размером не больше БСК «Кризис». Контейнер, помеченный знаками высочайшего уровня секретности, перевезли в командный пункт касты Огня и немедленно доставили командующему Отважному Шторму. Внутри обнаружились двенадцать громадных перчаток, дрожащих от невероятно мощного энергетического заряда. Сам Отважный Шторм и его наиболее доверенные шас'вре установили творения касты Земли на свои боескафандры, увеличив их силу перед последней решающей атакой. Снова отправившись на плоскогорье Чёрного Грома, воины Огня высадились из транспортных кораблей посреди вражеских танковых полков. Затем Отважный Шторм с командами «Кризисов», вокруг которых рвались снаряды боевых пушек, атаковали человеческую бронетехнику. Используя энергетические перчатки, тау пробивали борта неприятельских машин и в буквальном смысле вырывали их силовые установки. Выйдя против сверхтяжёлого танка «Роковой молот» под названием «Терранский Нож», бесстрашный воин Ша'релл вскрыл его корпус на корме и вручную подорвал боекомплект. Последующий взрыв за долю секунды уничтожил самого шас'вре и машину противника, а также повредил несколько оказавшихся рядом единиц бронетехники. Укрываясь за остовами уже подбитых танков, пилоты БСК постоянно меняли позиции и наносили огромный урон неприятелю, причём потери тау оставались относительно небольшими. Всё могло поменяться, когда на поле боя выступили две гигантские богомашины, принявшиеся без разбора накрывать сгрудившуюся бронетехнику ураганным огнём из турболазеров. В последовавшем хаосе сгинули десятки членов экипажей, но принёсшие их в жертву титаны добились желаемого. Всех до единого бойцов из команд Отважного Шторма разорвало на куски в апокалиптической огненной буре, и обломки «Кризисов» перемешались с горелым металлом человеческих танков. Гигантских шагоходов удалось оттеснить, когда адмирал кор'о'Ли'Мау'Тенг направил к Дал'рю ракетные эсминцы «Манта» — иначе подвиг Отважного Шторма оказался бы бессмысленным. Затем бойцы поисково-спасательных отрядов, пришедшие в ужас от масштабов учинённой Империумом резни, прочесали завалы тлеющих остовов на плоскогорье. Отважный Шторм, единственный уцелевший, цеплялся за жизнь в критически повреждённом БСК; некогда яркий корпус бронекостюма опалило до угольной черноты. Невероятно, но командующий и поныне сражается в армии Зоркого Взгляда, хотя его тело представляет собой бесформенную обгоревшую массу. Новый боескафандр, предоставленный ему после битвы за плоскогорье Чёрного Грома, является в равной мере смертоносным орудием войны и устройством жизнеобеспечения. |
«Мечи Чистого Прилива»
Несмотря на все усилия Зоркого Взгляда и О'Шасерры, подчинённые им отряды не могли оказываться во всех местах одновременно. Империум был поистине могучим противником, и в отличие от варварских орков его военачальники, похоже, умели вырабатывать стратегию действий в любой боевой обстановке и противостоять каждой тактике, изобретаемой тау. Каста Огня вдохновенно обороняла Дал'ит, однако люди постепенно, но неотвратимо продвигались вперёд. Овладев несколькими городами, они вырезали всех находившихся там чужаков и превратили повреждённые войной здания в опорные пункты. Эфирные, осуществлявшие общее руководство кампанией, не могли смириться с такими потерями. Тау шли на всё более отчаянные меры, чтобы задержать наступление захватчиков, но, пока с каждого мира в септе и из-за его пределов тянулись подкрепления, полевые командующие шли на самые радикальные решения.
К тихому ужасу Зоркого Взгляда, начались хирургические операции по имплантации в головы кадровых Огненных Клинков и пилотов БСК экспериментальных нейрочипов, содержащих записанные стратегические идеи его давнего наставника. Эти воины, так называемые «Мечи Чистого Прилива», пользовались огромной популярностью среди простых солдат, а устройства-прототипы позволяли им действовать как истинным военачальникам, схоже мыслить и приспосабливаться к любой ситуации — по крайней мере, в теории. На деле же, когда Империум вывел на поле битвы странных осунувшихся шаманов, способных крушить бронекостюмы пассами морщинистых рук, произошла катастрофа. В памяти прооперированных лидеров не имелось соответствующих записей, и, пока они пытались собраться с мыслями, чтобы найти ответ на эту новую угрозу, погибли сотни тау.
Кризис/контркризис
- «Клянусь Высшим Благом, у этих гуэ'ла просто полно танков...»
- – Шас'гра во время осады Рала'таса
Когда казалось, что оборона планеты разваливается, по системе маглевитационных дорог были переброшены тысячи наёмников-круутов, которые устремились туда, где войска людей смогли прорваться в комплексы туннелей, пересекавших Дал'ит. Словно кровь из вскрытой артерии, плотоядные бойцы хлынули наружу, атакуя оказавшихся рядом солдат Империума. Над ними проносились сотни связанных единой сетью дронов-стрелков, которые истребляли массы врагов залпами из импульсных винтовок, оставаясь при этом недосягаемыми для снарядов и клинков. Благодаря этой стратегии армии человечества удалось сковать на срок, достаточный, чтобы кадры Зоркого Взгляда или О'Шасерры выдвинулись к брешам в туннелях и отомстили за круутов, павших ради защиты Империи.
Следующий шаг в развитии тактики Зоркого Взгляда произошёл во время осады Рала'таса, города-купола, знаменитого своими скульптурами из живого света. Пока самые даровитые командующие тау сражались на другой стороне планеты, десантное судно Империума приземлилось в считанных милях от врат поселения. Через несколько часов его окружила бронетехника людей, включая несколько рот сверхтяжёлых танков, способных пробить дыры в городских стенах. Если не считать круутских кланов, поселившихся в широких лесных районах Рала'таса, его оборонял только маленький гарнизон воинов Огня, явно неспособный справиться с армией из более чем тысячи боевых машин. Командир защитников, кадровый Огненный Клинок по имени Шас'гра, передал О'Шове экстренное сообщение с просьбой о помощи. Командующий не мог отправить ему подкрепления, но сказал, что обдумает вопрос. Меньше чем через минуту Зоркий Взгляд связался с Шас'гра, после чего тот отдал необходимые распоряжения умельцам из касты Земли. И как только войска Империума, пробив стены, начали продвигаться внутрь городского периметра, Рала'тас целиком погрузился во мрак.
Внезапно каждая световая скульптура на улицах поселения разразилась электромагнитным импульсом — фузионные решётки и генераторы кодов извергли свою потенциальную энергию в форме разрушительной волны. Эми-шторм затопил когитаторы всех неприятельских танков и шагоходов, находившихся в пределах мили от городских стен, и машины немедленно замерли. В тот же миг изо всех проходов ринулись многочисленные отделения плотоядных круутов, вприпрыжку несущихся на врагов. Их гончие загоняли тех, кто пытался бежать, а круутоксы тем временем отрывали крышки люков и двери затихших бронемашин, давая свирепым сородичам возможность пробраться внутрь. Последующий жуткий пир никогда не транслировали по общественным каналам тау, но говорят, что О'Шова посмотрел запись несколько раз.
Дал'ит в огне
- «Несомненно, они принимают наш отход за бегство проигравших. Ха! Пусть наслаждаются передышкой, пока могут. Мы вернёмся и сокрушим их мелкую империю — разотрём её в пыль»
- – Комиссар ван дер Гаст, прикомандированный к Виридийскому 16-му полку
Хотя Империум нанёс тау огромный урон, а половина Дал'ита опустела или превратилась в дымящиеся развалины, атаки людей медленно теряли напор. Защитники планеты с огромной эффективностью использовали все знания, полученные за время войны, и применяли спасший Рала'тас эми-эффект, чтобы разделять человеческие армии и уничтожать их по частям.
За счёт этого они также выиграли достаточно времени для прибытия подкреплений с остальных септовых миров. Приток новых кадров касты Огня не прерывался ни на один день, и флот Империума вынужден был отступить, столкнувшись с превосходящим в численности врагом. Что до космодесантников, то их в итоге погубила догматичная приверженность ограниченному набору готовых тактических и стратегических решений. Действуя совместно с О'Шасеррой, Зоркий Взгляд спланировал несколько крупномасштабных наступлений, во время которых командующая выманивала элитные части людей на открытое место, где О'Шова обрушивался на них со своей знаменитой быстротой и яростью.
Так продолжалось неделя за неделей, и в итоге руководители крестового похода нехотя признали, что излишне растянули имеющиеся у них силы. К тому же теперь, когда тау организовали пути снабжения, они могли рассчитывать на почти бесконечное пополнение ресурсов, да и через Дамоклов залив поступали астропатические сообщения о новой ксеноугрозе, обрушившейся на Империум. Полк за полком, рота за ротой, войска человечества начали покидать Дал'ит.
Милость эфирных
- «Вера — действительно могучая сила, это так. У нас есть собственная вера — не в кого-то из нашего рода, вознесшегося к божественности, а во всеобщее предназначение, которое невозможно отрицать»
- – Командующий Зоркий Взгляд
Зоркий Взгляд и его помощники уже были готовы окружить и уничтожить отступающие армии людей, когда командующих посетила с официальным визитом группа дипломатов касты Воды. Когда следом за ними в двери зала главного штаба вошли трое эфирных, О'Шова ощутил нечто странное. Он почувствовал, что здесь разделяются пути, ведущие в будущее, к его предназначению.
После соответствующих моменту формальных приветствий от дипломатов трио гостей огласило своё послание. Солдатам Империума не следовало чинить препятствий к бегству. Было получено коммюнике от некоего капитана Севальяка из Молотов Дорна, который принял соглашение о перемирии, предложенное кастой Воды от имени Империи Тау. По тону ответа, продолжили эфирные, стало очевидно, что подобные жесты крайне редки для человеческой касты воинов. Капитан особенно отметил, что подобное стало возможным лишь по причине благородного поведения тау на ранних стадиях кампании и необходимости отразить вторжение с галактического севера.
Посланники касты Воды решили не спорить с этими заявлениями, поскольку знали, что Империум пока обращал против тау лишь крошечную частичку своей мощи. В любом случае, хотя уверенность адептов Высшего Блага в их неоспоримом превосходстве серьёзно пошатнулась, в итоге они одержали победу и многое узнали о государстве людей.
Человеческие армии отступили не только из септа Дал'ит, но и из всего пространства тау. Они вернулись на ту сторону Дамоклова залива в той же странной манере, что и появились. За собой люди оставили горы сломанной и брошенной техники, каждый фрагмент которой был найден и скрупулёзно изучен кастой Земли. По большей части военные машины и устройства Империума были признаны устаревшими и бесполезными для Высшего Блага, но О'Веса, трудившийся в недрах своих лабораторий, совершил несколько поразительных открытий в отношении эзотерических технологий, применявшихся неприятельским флотом.
Что касается командующих, прозванных Мечами Чистого Прилива, то все имплантированные им энграммы были принудительно удалены. После этих инвазивных процедур все прооперированные военачальники Дал'ита превратились в слюнявых идиотов, что стало прискорбной потерей для Империи. Впрочем, представители касты Воды терпеливо разъяснили, что порой цена триумфа оказывается болезненно высокой.
Когда Аун'Ва с почётной стражей явился за старым товарищем Зоркого Взгляда по отряду, командующим Ша'Вастосом, чтобы доставить ветерана на запланированное извлечение нейрочипа, то не нашёл воина в его покоях. На вопрос об исчезновении соратника О'Шова печально ответил, что тот погиб в последнем сражении за Дал'ит, а тело его обуглилось до полной неузнаваемости. «Такова цена победы», — объяснил ученик Чистого Прилива, скорбно опустив голову. Эфирный очень долго смотрел ему в глаза, после чего резко развернулся и зашагал прочь. Церемониальный эскорт вышел следом.
Стазис-запись |
Через несколько лет после Дамоклова крестового похода радость от триумфа на Дал'ите омрачилась трагедией. Здоровье командующего Чистого Прилива быстро ухудшалось, и столь велика была его мудрость, что ни одна обычная энграмма, ни один ученик не могли целиком воспринять учения военачальника. Мастер-эфирный Аун'Ва постановил, что ради воплощения Высшего Блага великий мудрец должен продолжать жить в как можно большем разнообразии форм. Хотя на публике политик вместе со всеми оплакивал смерть Чистого Прилива, за закрытыми дверями он приказал подвергнуть труп командующего обширному мозговому сканированию и переделать его препарированный разум в нетривиальный искусственный интеллект. Впоследствии данный ИИ был инсталлирован в голотрон на вершине горы Канджи. На случай, если идея по сохранению гения Чистого Прилива технологическими средствами не сработает, Аун'Ва распорядился поместить самых многообещающих учеников военачальника в полупостоянный стазис. Этих виртуозов войны следовало пробуждать лишь в те моменты, когда Империя Тау будет нуждаться в них больше всего. Среди тех, кто подобным образом застыл во времени, оказались О'Шасерра и О'Каис. На О'Шову у Верховного Совета эфирных были другие планы; следуя им, Зоркий Взгляд впоследствии поднялся к вершинам славы и в конце концов попал в немилость. |
Экспедиция Зоркого Взгляда
Военная машина Империума отступила из пространства тау, чтобы сразиться с новой угрозой — тиранидами флота-улья Бегемот. Вследствие этого миры Дамоклова залива остались под защитой минимальных гарнизонов. О'Шова получил приказ вернуть утерянные планеты, но столкнулся с неожиданными осложнениями, которые навсегда изменили его судьбу.
Час Неуверенности
Империя Тау встретилась с безумно сильным противником и взяла над ним верх, но цена победы и в самом деле была высока. Все территории, заселённые ими по ту сторону Дамоклова залива, были захвачены Империумом на первых этапах крестового похода, а один из главных септовых миров страшно пострадал. Концепция о естественном превосходстве тау во вселенной пошатнулась до основания.
Мастер-эфирный Аун'Ва считал, что этот период сомнений может иметь серьёзнейшие последствия. Он доложил Верховному Совету, что каста Огня впервые в истории потерпела значительные поражения, а тот факт, что Империум при этом использовал лишь небольшую часть своих сил, являлся крайне обескураживающим. Кроме того, политик имел основания считать, что вера народа тау в собственное предназначение править галактикой начинает давать трещины. Подобного нельзя было допустить — без амбиций и веры Тау'ва угаснет и сгинет.
Аун'Ва не сомневался, что для предотвращения этого следует не только вернуть потерянные миры на дальней стороне Дамоклова залива, но и построить больше баз и орбитальных станций, чем когда-либо прежде. Только тогда жители Империи убедятся, что война с людьми была просто помехой на дороге, а не первым знаком неизбежной гибели. Политик заклинал верховного эфирного Аун'Вея, дни которого уже подходили к концу, наделить его правом начать отвоевание планет за аномалией. Старик увидел мудрость в словах Аун'Ва и, после долгих раздумий, неохотно согласился не только с планами экспедиции, но и с предложением, что её должен возглавить О'Шова. Тау снова направятся к звёздам, а их оптимизм и веру в себя вновь разожжёт лучший военный ум поколения. Поддерживать же его своей мощью будут все касты, включая эфирных.
Герой Империи Тау
Истории о невероятных способностях и ратном таланте Зоркого Взгляда разнеслись по всем владениям тау. После отвоевания Аркунаши и успешного изгнания Империума с Дал'ита командующему О'Шове салютовали при встрече воины Огня всех уровней, а к его советам прислушивались все касты, разве что кроме эфирных.
Решение поставить Зоркого Взгляда во главе экспедиции отвоевания нелегко далось Аун'Ва, но, окончательно определившись, мастер начал оказывать командующему полную поддержку. За первые несколько недель после этого О'Шову возвысили от героя до восхваляемого спасителя. Используя навыки убеждения касты Воды, эфирный развернул пропагандистскую кампанию, в результате которой истории о боевых успехах Зоркого Взгляда превратились в звучащие отовсюду легенды. В каждом из крупных боевых куполов, производственных комплексов и океанских портов на планетах Первого сферического расширения воздвигли монументы его величию. Воины Огня всех мастей обзавелись портретами или голообразами О'Шовы (иногда изображаемого рядом с Аун'Веем и Аун'Ва). Самому командующему такое внимание казалось странным и неприятным. Ежедневно ему так часто приходилось отвечать на «охотничьи приветствия», что он опасался заработать проблемы с локтем ещё до начала похода. Тем не менее военачальник стоически выносил неудобства, понимая, что империи нужны герои.
Великое отвоевание
В Совете эфирных возникли сомнения относительно того, удастся ли О'Шове соответствовать образу, рождённому пропагандой. Во второй раз миры Дамоклова залива не падут перед хитроумными дипломатами; теперь атаки на каждый из них придётся возглавить касте Огня. Судя по войне за Дал'ит, сопротивление Империума будет мощным и прольётся немало крови, а на спорные планеты начнут прибывать немалые подкрепления. Понимающе улыбнувшись, Аун'Ва развеял тревоги коллег.
В итоге усилия каст завершились мобилизацией величайшего флота в истории Империи Тау. Количество собранных в коалицию линкоров, боевых кораблей разных классов, судов сопровождения, колониальных транспортников, круутских сфер, грав-импульсных буксиров, десантных модулей и патрульных катеров казалось совершенно невероятным. По завершении приготовлений Аун'Вей выступил с одной из последних в жизни речей, и флот Великого отвоевания с грандиозной помпой направился в сторону Дамоклова залива. О'Шову не покидало какое-то странное ощущение, но внешне он оставался образцом благородного командующего. Если Империи нужен был покоритель миров, Зоркий Взгляд станет им.
Взломанный Кодекс
Во время странствия через залив О'Шова посвятил часы, проведённые вне стазиса, сбору всех доступных отчётов о боевых операциях и фрагментов записей с дронов, оставшихся после сражений за Дал'ит. При помощи командующего Яркого Меча и старого союзника О'Весы Зоркий Взгляд постепенно выстраивал исчерпывающую картину военной доктрины Империума. Днём и ночью он сосредоточенно изучал, как действовали и реагировали армии людей во всевозможных ситуациях и на разных театрах военных действий; определял, как они высаживались на планету, как можно было спровоцировать неприятеля и что требовалось для победы над ним. Некоторые подразделения человеческих войск, в особенности Молоты Дорна, почти фанатично придерживались заранее определённых методик. Они с такой точностью и усердием следовали этим догмам, что, изучая их, командующий сумел выписать соответствующие требования к тактике в виде набора строгих приказов. Когда коалиция преодолела Дамоклову аномалию, О'Шова уже сложил воедино большую часть головоломки, которую он с помощниками называл «схемой войны людей». Зоркий Взгляд считал, что солдаты Империума используют данный Кодекс при любом положении дел. Кроме того, за время работы командующий обнаружил немало пробелов в традиционной военной доктрине тау и начал расширять собственный багаж стратегий, чтобы компенсировать подобные недочёты.
Когда войска Империи вновь появились на дальней стороне пролива, О'Шова с поразительной эффективностью использовал только что приобретённые знания о людях. Кроме того, так как большую часть их соединений в этом регионе космоса перебросили для отражения атаки флота-улья Бегемот, в последующей череде кампаний Зоркий Взгляд получил дополнительное преимущество.
Хотя численность гарнизонных СПО, охранявших миры сектора Тимбра, порой превышала сотню миллионов бойцов (в частности, на Веспертине и Утрене, авангардные отряды тау последовательно расправились с ними в «подставных войнах»). Раз за разом они выманивали защитников налётами немногочисленных отрядов, заставляя людей вытянуться для обороны направления, которое они ошибочно считали важным. Как только это происходило, остальная часть группировки О'Шовы устремлялась с небес и наносила решающий удар такой эффективности, что поразился бы и сам Чистый Прилив.
Вновь и вновь прозорливость командующего играла ему на руку, и Империя Тау радовалась каждому последующему триумфу. Сочетая военный гений, тяжёлый труд и яркость исполнения, Зоркий Взгляд оправдывал завышенные ожидания, возложенные на него в результате кампании эфирных. Мир за миром, битва за битвой, он возвращал Дамоклов залив прежним хозяевам.
Завоевания четырёх ключевых миров на дальней стороне аномалии дались немыслимо большой кровью. Невероятная способность О'Шовы разгадывать замыслы врагов помогла ему одержать целый ряд впечатляющих побед, но, пока сектор погружался в анархию сражений, Империум также нанёс экспедиции великое множество ран. Когда флот достиг последней системы в пределах ранее колонизированных территорий, в коалиции осталось меньше половины кораблей от начального количества. Зоркий Взгляд остро ощущал любую утрату — для него они были не просто боевыми потерями, но также эмоциональными и духовными травмами. Помимо этого, советники-эфирные чётко давали понять, что на таком расстоянии от Империи подкреплений ждать не стоит.
Переброской человеческих армий воспользовались не только тау — к моменту прибытия коалиции астероидный пояс на востоке от анклавов был наводнён орками. Флот О'Шовы провёл серию молниеносных рейдов, имея целью изгнать зеленокожих пиратов с отвоёванной территории. Каждый из них завершился победой, но после разведывательного облёта космических дронов открылась кошмарная правда: почти любой достаточно крупный планетоид кишел чужаками. И, если полученные данные были верны, астероидный пояс являлся всего лишь форпостом империи зеленокожих, которая растянулась до следующей звёздной системы.
Экспедиция Зоркого Взгляда стояла на пороге полного триумфа, но присутствие орков весьма обеспокоило командующего. Он в течение нескольких часов обдумывал новую информацию и, вернувшись на капитанский мостик флагмана, отдал приказ, последствия которого сотрясли Империю Тау до основания. О'Шова объявил, что уничтожение зеленокожих более приоритетно, чем завершение похода отвоевания; он предпримет все усилия для истребления вредоносных пришельцев и атакует каждую заражённую ими планету в этой системе и в соседней. Никогда прежде тау, какой бы статус он ни имел, не ослушивался прямого распоряжения Совета эфирных. Решение командующего стало немыслимым нарушением субординации, но для будущих анклавов Зоркого Взгляда на недавно возвращённых территориях всё только начиналось.
Анклавы Зоркого Взгляда
В ходе Второго сферического расширения Империей Тау на дальней стороне Дамоклова залива были основаны несколько перспективных колоний, которые соседствовали с цивилизациями легко адаптирующейся расы двуногих существ, называвших себя людьми. Затем, отреагировав на постепенное расширение владений чужаков, безжалостные и сокрушительные армии человечества перешли в атаку и вытеснили тау в септовые миры Первой сферы. Затем командующий О'Шова отвоевал территории, потерянные в Час Неуверенности, и, в свою очередь, отбросил силы Империума. Вернув планеты за Дамокловым заливом, он вдохнул в них новую жизнь во имя Высшего Блага. С тех пор эти миры превратились в содружество, отделённое от прочей Империи Тау — автономное сообщество, называемое анклавами Зоркого Взгляда.
На каждом из них установлен демократический строй под наблюдением одного из старых союзников командующего О'Шовы. Все эти планеты тесно взаимодействуют между собой и работают в команде, чтобы контролировать и поддерживать колонии-отпрыски, вращающиеся неподалёку от них на схожих орбитах.
Хотя на любой из них живут представители каст Земли, Воздуха и Воды, а также имеется значительное присутствие воинов Огня, Зоркий Взгляд счёл необходимым поспособствовать тому, чтобы каждая из страт обрела новый дом в мире, более всего соответствующем её нуждам. Исключением, разумеется, являются эфирные. Престарелый уникум Аун'Ши — единственный представитель этой касты, которому рады во всех анклавах О'Шовы.
Луб'грал
Луб'грал — планета шпилей сероземлистого цвета, которые пронизаны внутри бессчётными милями туннелей, сверкающих белизной и серебром, и где на каждом шагу видны новейшие технологические достижения. Большая часть населения мира относится к касте Земли, и эти тау никогда, ни на мгновение не прекращают строительства. Цикл за циклом они добавляют к комплексам, заполняющим ячеистые шпили, новые обсерватории, исследовательские центры, подземные оружейные полигоны, дороги для магнитопланов, хозяйственные блоки и лаборатории для разработки опытных образцов. Однако полярные шапки на поверхности мира испещрены лишь сотнями тысяч чисто-белых овалов, что служат мемориалами воинов, павших под началом Зоркого Взгляда. Никто из них не будет забыт, поскольку О'Шова считает гибель за идею квинтэссенцией Высшего Блага и стремится отмечать подобную жертвенность везде, где она имеет место.
Виор'лос
Воины касты Огня любят говорить, что у планеты Виор'лос яростное нутро, как у самого Зоркого Взгляда. Обуздав здешние вулканические цепи, каста Земли сумела овладеть такими объёмами геотермальной энергии, что мир превратился в важнейший стратегический ресурс анклавов О'Шовы. По слухам, именно внутренняя мощь планеты привлекла Зоркого Взгляда, когда тот решил поселиться на ней. Хотя Виор'лос может похвастаться тёплым, солёным и полным жизни океаном, основным тренировочным полигоном и самым поразительным природным богатством мира является его сплошной континент. На каждой из цепей огнедышащих гор, идущих вдоль многочисленных тектонических разломов, находится военная академия. В анклавах утверждают, что Виор'лос, название которого примерно переводится как «сын Виор'лы», располагает таким же, если не большим, количеством бойцов, что и его «прародительница».
Тинек'ла
Этот кристаллический многогранник размером с планету чрезвычайно приятен эстетически настроенным представителям касты Воздуха, которые населяют летающие над ней жилые комплексы и орбитальные станции. Тинек'ла представляет собой гигантскую минеральную структуру, столь близкую к абсолютной прозрачности, что она словно бы искрится проникающим звёздным светом. Не устояв перед сложной и интересной задачей, местная каста Земли смела плоскостными акустическими излучателями тонкую расколотую метеоритами кору планеты и обнажила геометрически правильную поверхность ядра. В процессе работы они превратили мир из лабиринта потрескавшихся кристаллов в блистающий многогранный монумент величию Империи Тау. Орбитальные станции планеты, исполненные в форме самой Тинек'ла, вращаются вокруг прекрасного монолита, словно электроны какого-то колоссального атома.
Салаш'хей
Салаш'хей — скорее не планета, а скопление громадных тягучих шаров жидкости, каждый размером с небольшую луну. Эти массивные сфероиды единой группой обращаются вокруг Эмон'хай, солнца системы. Всякий раз, когда через один из них проносится метеор или астероид, жидкость с величавой неторопливостью разделяется на более мелкие скопления шаров. Если же космические силы сталкивают их между собой, сфероиды сливаются воедино с линзовым эффектом, отбрасывая многоцветные сверкающие лучи. Представители касты Воды на Салаш'хее — часть великого содружества О'Шовы — погружены в глубокие медитативные размышления о том, что изменчивая природа океанического облака может рассказать тау о вселенной и других расах, обитающих в ней. Философы с огромной радостью и при первой возможности обращаются к этой теме, поскольку более всего любят обучать и просвещать тех, кто, по их мнению, менее продвинут в познании истины.
Зверь возвысившийся
Возвращение орочьей угрозы |
Зоркому Взгляду оставалось отвоевать единственный мир, чтобы завершить свою миссию, но он покинул анклавы Дамоклова залива ради погони за старым врагом — орками. Поступив так, О'Шова начал всесистемную войну, которая вырвалась из-под контроля. В результате командующий оказался отступником, а всё, чего он достиг в качестве лидера тау, едва не сгинуло. |
Пока остальные касты экспедиции Зоркого Взгляда начинали новое заселение колоний, его воины Огня готовились к сражению. Оставив лишь небольшой гарнизон для защиты анклавов, О'Шова направился к астероидному поясу Ворак, чтобы зачистить его от зеленокожих. Он планировал использовать большую дальнобойность орудий своей армады, чтобы расстрелять чужаков на расстоянии, вообще не рискуя жизнями бойцов. Хотя идея была разумной, план командующего вскоре рассыпался.
Дистанционное сканирование выявило невероятную правду: вражеский флот не прятался среди астероидов, астероиды были вражеским флотом. На задних частях этих гигантских бесформенных обломков, покрытых слоями брони и рядами орудий, зеленокожие укрепили примитивные двигатели размером с биокупол. Зоркому Взгляду не пришлось тратить время на сравнения резных символов, покрывавших корабли, с записями о вторжениях чужаков, терзавших септовые миры в прошлом. Несомненно, данные орки уже проникали в Империю много лет назад и пиратствовали на космических путях возле Дал'ита. После короткой войны их угрозу объявили нейтрализованной. «Похоже, несколько поторопились», — решил О'Шова; очевидно, зеленокожие бежали на окраины территорий тау. Они надеялись поохотиться на вновь основанные колонии, будто хищник в саванне, промышляющий юной и менее сильной добычей.
Невероятно раздосадованный таким открытием, Зоркий Взгляд выработал детальный план по уничтожению орочьих кораблей-астероидов. Лучшие пилоты адмирала кор'о'Ли'Мау'Тенга сформировали головные отряды, и тау с головокружительной скоростью обрушились на неуклюжую армаду зеленокожих. Громадины едва успевали повернуть орудия на атакующих, когда лётчики касты Воздуха уже взрывали их двигатели. Такое представление повторялось в течение недель, и за успехами О'Шовы можно было следить по цепочке пылающих точек, зажжённых им в небесах.
Единственной реальной защитой для чужаков было огромное количество их баз. Принятой тактике истребления орочьих вожаков (после чего следовал всплеск анархии в их рядах) не находилось применения, и хуже того, пока Зоркий Взгляд методично разрушал один оплот зеленокожих за другим на краю пояса Ворак, сотни расположенных дальше кораблей-астероидов ускорялись по направлению к мирам соседней системы.
Когда большинство этих «космолётов» удалось разрушить или прогнать, О'Шова доложил тройке советников-эфирных, что орочья угроза значительно ослаблена, и он может направить половину флота обратно в анклавы. Руководители глубокомысленно кивнули, но, когда триумфатор уже собирался уходить, сообщили ему о гибели кор'о'Ли'Мау’Тенга. Пока адмирал наблюдал за ходом уничтожения чужаков, его корабль атаковали с замаскированной ракетной базы. Командующий на мгновение сузил глаза, но затем низко поклонился и попросил разрешения идти. После медитации в личных покоях к Зоркому Взгляду вернулась решимость. Коалиция не станет возвращаться — пока что. Зеленокожих будут преследовать и выжгут всех до последнего.
Гордость воина
О'Шова не знал, что своей атакой на пояс Ворак начал войну с неприятелем, который не только сражался до этого с Империей и выжил, но и сумел, в свою очередь, понять касту Огня. Грог Железножубый, вождь Алсанты, на своей шкуре изведал, что пушки тау в космосе стреляют дальше, поэтому задумал выманить их из анклавов и атаковать в ближнем бою на планетах с самой пересечённой и сложной местностью, какие только удастся найти. Там будет много укрытий и незаметных местечек, откуда получится начать то, что зеленокожий считал «честной дракой».
Уцелевшие корабли-астероиды Ворака, приблизившись к системе Магов на окраинах Дамоклова залива, разделились на две флотилии. Коалиция Зоркого Взгляда по возможности отслеживала их, и тау установили, что одна армада направилась к заброшенному миру Артас Молох, а другая — к принадлежащей Империи колонии Атари-Во, причём в центре второй группировки летел крупный кинжаловидный астероид. Поразмыслив над этой странностью, О'Шова заключил, что космолёт в форме оружия должен служить флагманом орочьему вожаку. Командующий приказал взять курс на Атари-Во и не ошибся: громадный «кинжал» действительно принадлежал главарю врагов.
Схождение Грога
Связавшись с тау, которые заселили Атари-Во в ходе Второго сферического расширения, Зоркий Взгляд приготовился к высадке. Для отражения неизбежной атаки чужаков он собирался объединить силы с кастой Огня на планете. Атарийцы, как и пришедшие им на помощь дал'итцы, поспешно собирали флот для борьбы с астероидной угрозой, когда услышали леденящее кровь сообщение О'Шовы: скалы не замедлятся перед снижением. Зеленокожие планировали врезаться в поверхность с максимально возможной силой. Повторится штурм Аркунаши, только на этот раз целью будет мир, полный городов и садов, а не покрытый безбрежной пустыней.
Поначалу колонисты, сбитые с толку появлением Зоркого Взгляда на их стороне Дамоклова залива, отмели предупреждение командующего, но жуткое осознание его правоты обрушилось на них с первыми метеорами. Астероиды падали на главный континент планеты, Во'хай, и каждый удар уносил миллионы жизней. Кинжаловидный флагман, летевший в центре флота, глубоко вонзился в столицу — Тау'рота'ша, жемчужину белостенных поселений Атари-Во. Последовавший взрыв за несколько секунд превратил её в кратер.
Уцелевшие жители надеялись, что орки, применившие эту безумную тактику, погибли. Они были жестоко разочарованы: чужаки, спасённые мощными щитовыми реакторами, которые имелись в каждом корабле, теперь изливались агрессивными волнами в развалины снаружи. Там, где защитники планеты атаковали их, зеленокожие отвечали потрескивающими энергетическими лучами и выстрелами из трофейного оружия тау. Никогда прежде войска Империи не сталкивались с такой плотностью огня, а воронки, образовавшиеся при высадке, хорошо укрывали захватчиков от ответных залпов гарнизонных бойцов.
Группировка О'Шовы пристыковалась к «небесным станциям» планеты и присоединилась к битве, разворачивающейся на планете внизу, но вскоре стало ясно, что им противостоят орки совсем иной породы, чем примитивные создания на Аркунаше. Здоровенные вожаки в расписанных глифами шинелях палили из многоствольных пушек ослепляющими потоками зелёного света, способными пробить боескафандр насквозь. Из астероидов вылетали захваченные «Рыба-молоты» и «Небесные скаты» со стальными клыками на корпусах, и, плюясь плазменными очередями, врывались в ряды прежних владельцев. Жужжащие винтолёты зеленокожих изрыгали шквалы огня, заставляя воинов Империи искать укрытия, а из брешей появлялось всё больше чужаков. В десятках мест падений бои непрерывно усиливались, и кровь тау текла среди руин, перемешиваясь с черноватой жидкостью, сочащейся из убитых неприятелей.
Избавление в итоге принесла не каста Огня, а её воздушные собратья. В сражение были брошены целые стаи «Барракуд» и «Тигровых акул», впереди которых летели косяки «Пираний», подрезавшие ватаги прячущихся орков из скорострельных пушек. Ракетный эсминец «Манта» под названием «Ор'эс пор'кауйон» залпами рельсовых орудий истреблял зеленокожих в окрестностях разбитого кораблякинжала, а устремлявшиеся с низкой орбиты «Солнечные акулы» окончательно зачищали развалины каскадами плазменных бомб. Всё новые пилоты вступали в бой, и чужаки вынуждены были спасаться в кратерах, оставшихся после приземления. Обратив неприятеля в бегство, Зоркий Взгляд развил наступление: он лично повёл один из своих кадров через край воронки с флагманом в центре и обрушился на орков внизу. Лишь тогда открылось истинное коварство Грога.
Тысячи зеленокожих высыпали из корабля и сомкнулись на формировании О'Шовы, будто клещи. Тау не могли прикрывать огнем все направления, поэтому через несколько минут после того, как ловушка захлопнулась, они просто утопали во врагах. Эта решающая схватка превратилась в резню, когда огромный, пышно разряженный военачальник лично бросился в атаку. Стараясь не поддаваться эмоциям, Зоркий Взгляд приказал командам в боескафандрах запустить реактивные ранцы и выйти из ближнего боя. Улетая ввысь, они стреляли по оркам и на прощание перебили многих, но это не отменяло того факта, что тау безрассудно попались в западню.
Воины Империи, которым удалось спастись, оставили противнику поля боев вокруг астероидов и воссоединились на «небесных станциях», где обсудили планы всемирного контрудара. О'Шова, приниженный поражением в кратере, ограничивался в последовавшей войне ролью советника. Чтобы искупить вину перед множеством тау, которых он обрёк на гибель, командующий вновь и вновь рисковал жизнью, но не мог смыть пятна со своей репутации. Защитники планеты разделили и в конце концов уничтожили захватчиков после долгой и тяжёлой кампании. Когда сомнений в победе не осталось, ученик Чистого Прилива покинул Атари-Во, поклявшись больше не совершать подобных ошибок. Но, углубившись в самоанализ, командующий вновь недооценил хитроумие ваиводы Грога...
Битва за анклавы Зоркого Взгляда
Когда коалиция Империи вновь появилась из Дамоклова залива, перед ошеломлённым О'Шовой предстали миры, охваченные полномасштабной войной. Он приказал флоту идти на сближение с Виор'лосом, самым густонаселённым из них, и сообщения по дальней связи подтвердили худшие подозрения Зоркого Взгляда: рассеянные, но не уничтоженные корабли-астероиды рухнули на уязвимые планеты анклавов. Как и в прежних атаках, скалы использовались в качестве оружия, и ночные небеса, где прежде сверкало ожерелье пояса Ворак, теперь опустели. Поскольку большая часть армий тау вела кампанию в другом месте, гарнизоны колоний оказались скованы отчаянной борьбой за выживание.
О'Шова встретился с подчинёнными командующими в новом штабе касты Огня, громадном городе-диске, что в относительной безопасности парил над океаном Виор'лоса. В соседних мирах, Луб'грале и Тинек'ла, положение дел было практически аналогичным, и даже по водной планете Салаш'хей рыскали орочьи линкоры с железными корпусами. Зеленокожие свирепствовали по всем анклавам, и полководцы тау уже разработали планы перемещения уцелевших жителей в зоны эвакуации.
Ровным и сдержанным голосом Зоркий Взгляд спросил, как можно было довести ситуацию до такого. Командующие доложили, что война шла с переменным успехом, пока не появился огромный орк-властелин, объединивший вражеские армии. С тех пор тау быстро утрачивали территории. Осознав произошедшее, О'Шова сжал кулаки: ваивода, за которым он гнался до Атари-Во, сбежал, чтобы вернуться обратно и ударить по беззащитным мирам анклавов, пока их лидер увяз в другом месте.
Приказав помощникам остаться и сражаться вместо него, Зоркий Взгляд быстро вышел из штаба главного командования, забрался в кабину своего БСК «Кризис» и направился в сторону горизонта.
Тянулись месяцы, и битва за анклавы продолжалась. Хотя сподвижники О'Шовы достойно управляли его войсками, всё, что они могли — не позволять бесчисленным ордам зеленокожих одержать окончательную победу. В дальних уголках анклавов начались приглушенные вспышки недовольства и даже гнева — как мог их лидер бросить свой народ в час величайшей нужды? Неужели великий мыслитель, одолевший орков на Атари-Во, действительно покинул сородичей?
Медитация и отмщение
Потрясённый собственными неудачами, Зоркий Взгляд твёрдо решил тщательно обдумать события, приведшие его к нынешнему моменту. Традиционная война, основанная на мобильности и терпении, не принесла бы триумфа: чужаки уже почти окончательно погубили анклавы и аромат неизбежной победы так сильно пьянил их, что даже убийство военачальника не остановило бы орду.
О'Шова пытался найти способ использовать против врага сами планеты, как он уже делал на Аркунаше, но в этот раз сражения были куда масштабнее. В поисках озарения командующий пронёсся над поверхностью солёного океана Виор'лоса, а затем нырнул в волны и погрузился на самое дно, где царила тьма. Там Зоркий Взгляд вошёл в транс и просидел, скрестив ноги внутри «мантии героя», семь долгих циклов. Из трещин в коре рядом с ним поднимались пузырьки, в которых кружили ночные акулы и выпуклые блеск-рыбы, а ученик Чистого Прилива искал вдохновения в холодных истинах воды.
Завершив придонную медитацию, О'Шова взмыл из океана в небеса, и тень его боескафандра промелькнула по волнам в направлении главного континента Виор'лоса, в центре которого находились гигантские вулканы. Отрабатывая двигателями против ветров, «Кризис» неподвижно повис над кратером спящего О'реса. После этого Зоркий Взгляд распахнул кабину, закрыл глаза и, ощущая кожей потоки воздуха, постепенно разгадал его тайны.
Выйдя из транса, командующий вновь отправился в странствие и погрузился в глубокое ущелье у самого сердца горной цепи. Он проник в сернистые туннели, что испещряли нижнюю часть мировой коры, где и улёгся среди ядовитых паров и змеившихся вокруг ручейков лавы. Там О'Шова достиг единения со стихиями земли, научив себя мыслить в духе медленно горящего, но невероятно могучего и гневного ядра планеты.
Напоследок Зоркий Взгляд прилетел в пылающий ад, который воцарился среди сухостойных лесов Виор'лоса, подожжённых войной, что бушевала на поверхности. Он опустился под жгучую завесу пламени, на экранах БСК вспыхнули красные тревожные сигналы, а внешние слои покрытия нагрелись до критических уровней. О'Шова чувствовал, как пекло опаляет его плоть, и запах жарящегося мяса понемногу заполнял кабину. Кожа воина, бронзово-серая, как у любого виор'ланца, начала обугливаться, становясь насыщенно-чёрной, но он не издал ни звука. Когда командующий наконец поднялся над лесным пожаром, его «Кризис» сиял, словно раскалённый уголь, проносясь по ночному небу.
На протяжении следующих нескольких недель произошла серия поразительных событий, изменивших ход войны за анклавы Зоркого Взгляда. Всё началось над кристаллическими равнинами Тинек'ла, где элегантные истребители тау уже месяцами сражались с тысячами тупоносых орочьих самолётов. Появившись словно из ниоткуда, О'Шова приказал всем пилотам в небе перейти на ручное управление и выпустить потоки газообразного топлива, чтобы создать облако взрывоопасных выбросов строго определённой формы. Затем командующий поджёг его очередью из плазменной винтовки, и по планете прокатился гигантский пламенный ураган. Лётчики Империи сожгли остатки горючего, спасаясь от него, а затем возникшие тепловые потоки унесли их от фронта громадного огненного шара, поглотившего неуклюжие машины зеленокожих. Одновременно с этим на опалённой поверхности сгорели сами чужаки и их споры.
В водном мире Салаш'хей Зоркий Взгляд снова погрузился на дно морское, где тщательно разместил «подарки», подготовленные по его запросу кастой Земли. Старый друг О'Веса не подвёл товарища: глухие удары дисковидных модулей сейсмических колебаний пробудили ярость подводных жерл. Вскоре волны на поверхности сменились такими чудовищными цунами, что бороздившие их орочьи линкоры перевернулись все до последнего. Океанские бритвокиты в ту ночь наелись до отвала, а О'Шова уже отправлялся дальше.
Пришла очередь коричнево-серых краёв Луб'грала. Под его поверхностью каста Земли выстроила сотни овальных жилых модулей, безопасно укрытых между высокими остроконечными скалами. Миллиарды орков, рыскавших по планете, осадили все эти комплексы, и тау уже страдали от голода. Зоркий Взгляд приказал всему флоту Тинек'ла занять крайне низкую орбиту и эвакуировать жилблоки с помощью магнитных подъёмников. После этого О'Шова сбросил несколько сейсмических устройств О'Весы в Б'огхал, Великую Бездну. Вскоре весь мир затрясся, будто от негодования, и все изящные шпили рухнули, похоронив зеленокожие орды под сорока метрами прочного камня. Поднятые в атмосферу модули были опущены на новую кору Луб'грала; всего за неделю они вернулись на прежний уровень производства.
Напоследок Зоркий Взгляд вернулся на Виор'лос, ставший ему новым домом, и первым делом провёл там масштабный связующий ритуал та'лиссера, возродив почти угасший боевой дух своих солдат. Теперь, когда на других планетах анклавов не осталось захватчиков, а касты вновь объединились вокруг О'Шовы, он поочерёдно истребил орков во всех округах столичного мира, используя безжалостно действенную военную стратегию. Затем, применяя рукотворные огненные смерчи, командующий стерилизовал поверхность Виор'лоса. Очень немногие виды местных животных и растений пережили истребление, учинённое им, но при этом в пламени не погиб ни один тау.
Итак, Зоркий Взгляд пугающе эффективными методами выжег зеленокожих из анклавов, и единственное, чего он ещё желал — устранить вождя чужаков, Грога Железножубого. В конце концов О'Шова отыскал ваиводу в оке пылающей бури, где тот набрасывался на собственных подчинённых, пытаясь восстановить порядок. Говорят, что командующий одолел зверя в поединке, хотя свидетелей тому не имелось. Сейчас о Гроге напоминает только переливающийся шар с его пеплом, на прозрачной поверхности которого выгравированы названия всех планет анклавов.
Хотя О'Шова одержал ряд великих побед и вернул себе славу героя вновь укреплённых колоний, орочья угроза пока не была устранена. Если до зеленокожих в галактике доходили слухи, что где-то идёт хорошая драка, они всеми племенами и кланами отправлялись туда, просто чтобы поучаствовать. Войскам анклавов Зоркого Взгляда ещё не раз приходилось сражаться с этими опасными чужаками, и самая достопамятная битва состоялась на Артас Молохе.
Артас Молох |
Этот «артефактный» мир уныл и заброшен, словно склеп. Его земли уставлены тысячами полуразрушенных капищ и диковинных безликих статуй, созданных раньше основания любой из цивилизаций Империума. Кроме того, поверхность Артас Молоха изломана и покрыта трещинами, поэтому кажется, что сама планета давным-давно умерла; то, что на ней нельзя отыскать ни единой зелёной травинки или клочка мха, только усиливает сложившееся впечатление. Ни одна живая душа не зовёт её своим домом, хотя на алебастровых стенах гробниц виднеются смазанные тёмно-коричневые следы кровопролитий, а там, где руины сдвигаются плотнее, попадаются выжженные в кладке неясные тени. Но, пусть мир и гол, как обглоданная кость, для мысленного взора создания, обладающего пси-способностями, он засверкал бы подобно золотой жиле в свете факела. Артас Молох суть ковчег, полный артефактов древнего и загадочного происхождения, каждый из которых — бесценное сокровище, брошенное в пыли. |
Молохская трагедия
Инцидент на Артас Молохе |
За отвоеванием анклавов последовали десять лет карательных операций, в ходе которых кадры О'Шовы выслеживали грозных чужаков и истребляли их везде, где находили. Воины Зоркого Взгляда, облачённые в красные доспехи, одну за другой предавали огню заражённые орками планеты. Среди них оказался и мир под названием Артас Молох, но в его развалинах Зоркий Взгляд отыскал не только зеленокожих... |
Ещё во время погони О'Шовы за флотом кораблей-астероидов, летящих к Атари-Во, часть этих странных космолётов откололась от армады и взяла курс на далёкий Артас Молох. Неудивительно, что, приблизившись к древней планете, экспедиция Зоркого Взгляда поймала характерные сигналы орочьего заражения из застроенных районов. Патрули касты Воздуха внимательно осмотрели поверхность, но не засекли почти никакой активности. Зеленокожие либо успели полностью истребить туземные формы жизни, либо вторглись в уже мёртвый мир. Командующий, стоя на мостике флагмана, растянул губы в мрачной улыбке: чужакам недолго осталось скучать в одиночестве.
Артас Молох оказался последним в длинной череде планет, испытавших на себе гнев О'Шовы. Разделённые и зачастую лишённые вождей, здешние зеленокожие медленно, но неотвратимо погибали под ударами кадров истребителей орков. Однако в храме с восемью колоннами, который каста Воздуха окрестила «площадкой Великой Звезды», битва приняла странный и необъяснимый оборот: падение каждого убитого чужака на запылённые камни сопровождалось причудливой вспышкой яркого света. Зоркий Взгляд, который лично участвовал в этой стадии зачистки и прикончил десятки неприятелей выстрелами из винтовки, поражённо наблюдал за феноменом. В итоге над площадкой начал формироваться пылающий диск многоцветного сияния, и тени зеленокожих, толпившихся под ним, задвигались как живые.
Внезапно из круга, словно струя крови изо рта умирающего, хлынул поток энергии. Когда свечение ослабло, обнаружилось, что на камне в форме звезды стоит множество рогатых чужаков с багровой кожей, совершенно неизвестных О'Шове. Эти создания с вытянутыми конечностями принялись рубить орков мечами, — настолько черными, что клинки показались командующему дырами в реальности, — а из-за их неразборчивых боевых кличей в БСК Зоркого Взгляда сработали аудиофильтры.
Из сверкающего диска вылетели десятки новых сгустков энергии. Коснувшись площадки, они превратились в розовых существ, которые принялись скакать и кувыркаться вокруг. Воздев к небесам комически длинные руки, они послали струи многоцветного огня в воздушных наблюдателей Империи. У Зоркого Взгляда расширились глаза от изумления, когда пламя, расплескавшись по носу «Пираньи», превратило её кабину в осколки калейдоскопического стекла. Машина рухнула в гущу рукопашной схватки; последовали новые «залпы», и тау, ставшие их жертвами, обернулись камнем, водой или статуями из вопящей кости.
О'Шова скомандовал отступление и приказал своим отрядам как можно скорее взмыть в небо. Бойцы немедленно повиновались и без раздумий рванулись прочь от сюрреалистического кошмара площадки Великой Звезды. Единственным, кто обернулся, был сам Зоркий Взгляд. Когда он посмотрел сверху на потрескивающий круговорот над храмом, портал посмотрел на него в ответ — хотя полководец и знал, что это невозможно. Вихрь становился всё больше и больше, пока окончательно не заполнил поле зрения тау. Ему показалось, что он видит некую титаническую пустоту, ошеломляюще громадный разрыв в материи реального мира на месте вырванного сердца галактики. Внутри него извивался триллион ужасных смертей, каждая из которых звала командующего по имени.
Этот момент навсегда изменил О'Шову. Пред ним предстала угроза куда более страшная, чем расы арахенов, орков или людей. Световой диск был вратами в иное измерение, и оно отчаянно пыталось ворваться сюда. Затем из шио'хе между глазами тау потекла кровь, и он потерял сознание. Боескафандр, войдя в штопор, рухнул с размаху внутрь затянутой паутиной гробницы, а его сбоящие автоматические системы едва смогли удержать Зоркого Взгляда на грани комы.
Битва за площадку Великой Звезды
Лежащего в беспамятстве О'Шову переправили в медицинский отсек флагмана. Когда командующий пришёл в себя, советники доложили ему, что положение дел на Артас Молохе стало критическим. Хотя на планете ещё оставались тау, все они готовились к эвакуации. Повинуясь любви к сражениям, орки тысячами спешили к площадке Великой Звезды; по счастью, они ввязывались в бой с загадочными краснокожими пришельцами, вследствие чего стремительно уменьшались в численности.
Хотя у Зоркого Взгляда раскалывалась голова, а каждый сустав и мускул в его стареющем теле пронзала боль, полководец отменил приказы, данные в его отсутствие. О'Шова сказал, что тау не будут эвакуироваться — они каким-то образом пробудили этот странный кошмар и теперь обязаны покончить с ним. Эфирные, прикреплённые к совету, согласно кивнули и настояли, что должны лично пронаблюдать за вновь обнаруженной угрозой. Получив необходимые распоряжения, каста Огня приготовилась вернуться на площадку Великой Звезды в огромном числе.
Эскадрильи десантных «Косаток» одна за другой опускались к расколотым амфитеатрам и мавзолеям, что выстроились вокруг огромного храма Артас Молоха, а «Манты» высаживали охотничьи кадры в кишащие орками некрополи внутренних районов. Одно крупное соединение тау занималось отслеживанием диковинных созданий, которые толпами вырывались из разлома, ещё двум были даны инструкции уничтожать оставшихся зеленокожих с как можно большего расстояния.
Волны кипучей резни, начавшейся на площадке Великой Звезды, прокатывались взад и вперёд, пока всё новые и новые орки присоединялись к битве. Когда Зоркий Взгляд и эфирные, назначенные в экспедицию, приблизились к сияющему кругу на дистанцию сканирования, из него во вспышке алого света вылетела пара существ величиной с два «Кризиса» каждое. Твари понеслись прямо на тау, хлопая красными крыльями. За ними спешили иные воздушные создания: одни оперённые, вроде виор'ланских рухов, другие с кожистыми перепонками, как у летучих мышей, по которым стекали струйки крови, капавшие на бойцов внизу.
Разделившись на две группы, меньшие летучие ужасы направились в пустошь. Рассекая воздух, они ревели и визжали на языке, который О'Шова не желал даже слышать, не то что переводить. Первыми по огромным алым чудищам, несущимся в их сторону, открыли огонь команды «Залпов». Снаряды тяжёлых рельсовых винтовок врезались в изукрашенную медную броню передового существа и оторвали ему крыло, после чего враг, кружась, рухнул на землю. К обстрелу добавились самонаводящиеся ракеты и плазменные болты, заставившие вторую тварь поспешно отвернуть за древний храм и скрыться из виду.
Внезапно третье крылатое создание пробило осыпающийся фасад здания и набросилось на воинов Огня, укрывшихся там. Громадный чужак размахивал медным топором, каждым ударом разрубая надвое нескольких тау. В этот раз Зоркий Взгляд разобрал грохочущий боевой клич существа — оно использовало архаический вариант военного наречия, на котором общались космодесантники Империума. Раскаты его рокочущего голоса отражались от разбитых статуй и святилищ заколдованного мира. «Кровь! — рычал великан, раскидывая ошмётки плоти по алебастровым стенам. — Кровь для Кровавого бога!»
Тут же вторая огромная тварь ринулась с небес и ударом нижней когтистой лапы отбросила О'Шову назад, в обломки старинного памятника. Выстрел из плазменной винтовки командующего попал ей ниже подбородка и заставил отступить, но мгновение спустя извивающийся кнут чудовища хлыстнул и оторвал руку «Кризиса». Встроенное в боескафандр сканирующее устройство тут же различило позади похожий на оружие предмет — меч, который сжимала статуя, окончательно поваленная при падении командующего.
Зоркий Взгляд метнулся за разбитый монумент, и долю секунды спустя тот превратился в мраморную пыль под ударом гиганта. Изогнутый клинок выпал из руки памятника. Ринувшись вбок, командующий плавным движением подхватил оружие и мощно взмахнул им, целясь твари в живот. Противник легко ушёл от атаки, взмыв над землёй и приземлившись за спиной тау. Преследуя чудовище, О'Шова увидел, как оно занесло топор над головой и обрушило на близлежащий фонтан с такой силой, что раздался резкий треск каменных плит под ним. За миг до того, как воин Огня догнал неприятеля, тот поднялся в небеса и умчался вдаль.
Борясь с желанием пуститься в погоню, Зоркий Взгляд скомандовал всем уцелевшим отрядам собраться на его позиции и перестроить боевые порядки. Многие воины Огня уже пали, убитые кувыркающимися тварями из портала, но погибали они благородно, сражаясь до последнего, и битва ещё продолжалась. Но на месте последней атаки крылатого великана О'Шову ждало жуткое зрелище, от которого полководца охватила удушливая паника. Эфирный Аун'Лос лежал, разрубленный от макушки до паха, и его кровь хлестала в разбитый фонтан из ещё подёргивающихся половинок хрупкого тела.
Когда тау, занимавшие позиции для битвы, услышали новость о смерти наставника, их ряды утонули в громких скорбных криках. Зоркий Взгляд, стараясь восстановить порядок, несколькими краткими приказами велел солдатам немедленно сформировать новые полноценные команды. Одновременно он пытался разобраться в запутанных и нечётких сообщениях, которые вмешивались в передачи по его каналам связи.
Согласно им, множество ярко окрашенных существ теснили вторую боевую группу, атакуя её странным призрачным пламенем, но по какой-то причине держались поодаль от одной из потёртых временем статуй к востоку от площадки. Воспользовавшись этим, тау перегруппировались под сенью монумента. В это же время эфирного Аун'Дьемна, который присоединился к третьей боевой группе, выпотрошило существо, похожее на гигантского стервятника. Бойцы О'Шовы пришли в смятение: они оказались в ловушке между орками с одной стороны и неопознанными чужаками с другой. Воины Огня находились на грани паники — чем больше врагов они убивали, тем больше их появлялось, словно с каждым убийством на место павшей твари вставали две новые.
Подключившись к видеопотоку с одного из БСК второй группы, Зоркий Взгляд изучил обстановку вокруг них. Бойцы кадра расположились вокруг огромной статуи в длинных одеяниях, сжимавшей в руках диковинный гексаграмматический медальон. О'Шова заметил в этом объекте нечто странное: каждый раз, когда он смотрел на символ, жгучая боль в голове немного спадала. Положившись на своё чутье, командующий приказал бойцам забрать гексаграмму и нести её в сторону тварей-огнемётчиков. После нескольких напряжённых секунд кто-то из солдат, задыхаясь, доложил, что разноцветные чужаки отступают перед странной вещью. Кадр Аун'Дьемна, оставшийся без лидера, обнаружил аналогичный медальон возле собственной точки сбора и применил ту же самую тактику.
Зоркий Взгляд напряжённо мыслил. Похоже, для победы над новым и необъяснимым врагом им придётся использовать весьма мистические методы. На мгновение командующему вспомнились слова, сказанные ему Чистым Приливом на горе Канджи много лет назад: «Чтобы победить, мудрый должен приспособиться».
Приказав всем трём боевым группам собраться возле его позиции, О'Шова мгновенно поменял план действий. Воины Огня и их команды поддержки атакуют зеленокожих и, окружив площадку Великой Звезды кольцом, будут любой ценой удерживать их от прорыва внутрь. В бой с неизвестными противниками у потрескивающего диска вступят только команды «Кризисов». При обнаружении новых гексаграмматических медальонов их следует доставлять самому Зоркому Взгляду. Но самое главное, повелел командующий, на камни храма не должна пролиться кровь — если пилот боескафандра получит ранение, ему следует немедленно отступить.
Бойцы О'Шовы, ошарашенные такими распоряжениями, тем не менее исполнили их в точности. Зоркий Взгляд со своим кадром бронекостюмов пошёл на штурм площадки Великой Звезды, а пехотинцы окружили её по периметру, не пропуская к святилищу ни одного орка. Команды «Кризисов» с огнемётами дотла сожгли зеленокожих, которые ещё сражались на камне; если же к тау приближались багрянокожие чужаки, БСК немедленно отлетали в сторону.
Когда струи пламени омыли площадку, кровь, покрывавшая каменные плиты, высохла и спеклась в хрустящую плёнку. Странные твари с черными мечами издали удручённый вопль, что подтвердило подозрения О'Шовы: для выживания твари нуждались в кровопролитии. Тут же через площадку разнеслось предупреждение от храброго моната, последнего на тот момент обладателя титула командующего Яркого Меча — он заметил трио громадных крылатых тварей, пикирующих с небес. Гиганты воздели топоры, безоглядно устремляясь прямо на Зоркого Взгляда.
Высоко подняв найденный меч, командующий отсалютовал врагам, а затем резко опустил оружие. Гексаграмматические медальоны, свободно висевшие на клинке, неторопливо полетели по дуге к потрескивающему разрядами диску в центре площадки. За миг до того, как летучие твари обрушились на О'Шову, загадочные объекты влетели в круг сверкающих энергий, и из портала вырвалась обратная взрывная волна колоссальной мощи, повалившая в пыль всех воинов Огня и «Кризисы». Когда тау понемногу помогли друг другу встать, то увидели, что небеса очистились, а все существа из разлома исчезли бесследно.
По завершении этой необыкновенной битвы Зоркий Взгляд и его бойцы зачистили развалины от уцелевших орков. Не было слышно ни триумфальных кличей, ни раскатистых воинских клятв. Солдаты Империи не стали отмечать двойную победу над созданиями, осквернившими Артас Молох, а в молчании вернулись на корабли. Перед этим они нашли обезглавленный труп последнего из своих эфирных, вокруг которого без сознания лежали его телохранители. Потеряв всех троих руководителей, тау лишились направляющей их длани.
Так все духовные лидеры анклавов погибли в одном трагическом сражении, и О'Шова не мог избавиться от ощущения, что это произошло не по воле случая, что убийство эфирных — заговор какой-то неправдоподобной силы против его народа. Хотя всё, чему учили Зоркого Взгляда, как и его могучий интеллект, говорило о невозможности такого предположения, увиденное в потрескивающем портале не оставляло его ни днём, ни ночью, заражая даже более опасными умозаключениями. Во вселенной было ещё кое-что помимо прогресса, единства и предназначения. Нечто рыскало за гранью материального мира, нечто дурное, голодное и неизмеримо злое.
Ростки сомнений
Откровения |
Роковые откровения на Артас Молохе сотрясли анклавы Зоркого Взгляда до основания. О'Шова отстранился от лидерства и ушёл в изгнание, чтобы изведанные им опасные истины не повредили его народу. Но командующего ждал ещё один жестокий поворот судьбы: пока он вёл тяжкие духовные битвы с самим собой, к его владениям приближался извивающийся флот-осколок тиранидов... |
После возвращения экспедиции Зоркого Взгляда анклавы всколыхнули вести о трагедии, произошедшей на Артас Молохе. Хотя тау и до этого были ведомы сомнения, смерть всех троих эфирных коалиции заставила миллиарды душ прийти в смятение и ощутить тревогу. Как О'Шова мог допустить подобное? Как они будут жить без руководства наставников?
Разошлись слухи о диковинных существах, с которыми кадры Зоркого Взгляда сражались в артефактном мире, но для простых тау «молохцы» были всего лишь очередной расой опасных чужаков. Командующий, напротив, подозревал нечто более близкое к правде — что гротескные создания вообще не принадлежали к физическому измерению.
Теория иной реальности, существующей параллельно с материальной вселенной, объясняла очень многое: тварей из разлома, что в мгновение ока появлялись и исчезали на Артас Молохе; бури яркого света, из которых вырывались человеческие корабли во время Дамоклова крестового похода; странных божеств людей и орков, а также внешне разумных «ржавчинных дьяволов» Аркунаши. Больше того, если удастся отыскать возможность путешествовать через этот другой мир, Империя забудет об ограничениях, накладываемых временем или расстоянием. Задним умом О'Шова понял, что эфирные в его экспедиции изначально знали о таких вещах. Но их каста долго скрывала правду от своего народа, держа тау в смиренном неведении.
В голову О'Шове начали приходить раскольнические мысли, и он всё чаще погружался в долгие глубокие раздумья. Под теорией о существовании параллельных измерений скрывалось осознание того, что анклавы — если не считать проблем с моральным состоянием населения — прекрасно существовали и без направляющей длани эфирных. Множество запросов о подкреплениях, отправленных Зорким Взглядом в центральные септы, остались без ответов, но его планеты сумели отразить самые чудовищные вторжения. После уничтожения зеленокожей угрозы все без исключения колониальные миры процветали.
Хотя Зоркий Взгляд не решался открыто говорить об этом, из горького семени подобных мыслей выросли подрывные идеи. О'Шова думал, что кастам, возможно, лучше найти естественную гармонию, без непрерывного обуздания и контроля со стороны эфирных. Их прошлые деяния были почти отвратительны: когда-то бессердечные политические решения и военные преступления наставников казались необходимыми и мудрыми, но теперь, ретроспективно, выглядели позорными. Говорили, что мастер Аун'Ва способен своими речами убедить любого тау в справедливости собственных поступков, неважно, насколько радикальных. Возможно ли, что воздействие эфирных на прочие страты опиралось не только на логику и верность? Чем дольше командующий размышлял над этим, тем чаще ему вспоминались случаи, когда тау в присутствии пастырей действовали с неестественной покорностью. Даже в основополагающей легенде о Фио'тауне, где эфирные явились со звёзд, чтобы за одну ночь заключить мир между воюющими кастами, говорилось скорее о влиянии внешней силы на общество тау, нежели о внутреннем решении проблемы.
Еретические мысли, носившиеся в голове Зоркого Взгляда, почти ввергли его в панику. Раскрыть столь ужасные истины значило потрясти Империю Тау до основания. Хуже того, это наверняка привело бы к повторению Монт'ау, «периода ужаса». С другой стороны, просто не думать о таких грандиозных тайнах и, как прежде, вести за собой свой народ не представлялось возможным.
Тогда-то к О'Шове пришло тошнотворное осознание того, что величайшей угрозой для Империи Тау является он сам.
Оставив свой боескафандр для более преданных поборников Высшего Блага, командующий бежал в выжженные пустоши Виор'лоса и обрёк себя на сумеречное бытие изгнанника посреди сухих пещер и пыли, где единственную компанию ему составляли собственные мрачные мысли.
Империя скорбит
Тау в центральных септовых мирах с каждым годом слышали всё меньше новостей об экспедиции Зоркого Взгляда. Вскоре зонды, направляемые через Дамоклов залив, вообще перестали возвращаться. О'Шову, естественный срок жизни которого давно истёк, официально объявили мёртвым. Вся Империя Тау оплакала уход своего величайшего героя и конец его славного похода, что принёс далёким звёздам свет Высшего Блага.
Истина обнаружилась несколько десятилетий спустя, когда идущий по стандартной орбите разведывательный зонд пролетел мимо анклавов Зоркого Взгляда и вернулся к септам Первой сферы. Оказалось, что колонии вовсе не пусты и безлюдны — они процветали. Очевидно, эти миры нашли в галактике свой путь, не зависящий от решений Верховного Совета эфирных. Изменились даже их септовые цвета и символы.
Аун'Ва пришёл в неистовство. Как мог самый возлюбленный чемпион Империи отвернуться от собственного народа и посчитать личные интересы важнее Высшего Блага? Как он мог сбить стольких тау с пути истинного? Затем раскалённый добела гнев на изменника О'Шову сменился холодной яростью, которая была намного опаснее.
С тех пор, как ушёл из жизни Аун'Вей, мастер Аун'Ва занимал пост верховного эфирного, и теперь использовал всё своё влияние, чтобы уничтожить образ героя, созданный им столько лет назад. Он сообщил Совету о находках дрона, утверждая, что Зоркий Взгляд является опасным мятежником, непокорным авторитетом, которого необходимо заклеймить в ереси во всеохватывающем масштабе. Следовало уничтожить все изваяния и портреты командующего, снести все монументы его славным деяниям и вымарать из истории любые упоминания о нём. Целый регион космоса на дальней стороне Дамоклова залива был переименован в Запретную Зону, закрытую для всех, кроме самых высокопоставленных тау. По всей Империи сторонникам О'Шовы пришлось затаиться: жителей, хорошо отзывавшихся о нём, забирали для выяснения ряда вопросов. Обратно возвращались очень немногие.
Только на Виор'ла, родной планете Зоркого Взгляда, осталось несколько его изображений, поскольку многие обитатели этого мира по-прежнему поддерживали командующего. Уничтожить все следы его существования значило рискнуть серьёзным недовольством народа, и Аун'Ва, даже объятому гневом, хватило мудрости избежать этого. В итоге глава Верховного Совета позволил оставить единственную статую О'Шовы возле боевого купола Монт'ир. Теперь, впрочем, она служила не памятником доблести, а мрачным напоминанием о том, что без наставлений касты эфирных даже самый великий ум может отвернуться от света.
На дальнем краю Дамоклова залива жители анклавов продолжали изменять свои планеты, приводя небесные тела в соответствие с их предназначением. Но поскольку Зоркий Взгляд отсутствовал уже много лет, он и там начал казаться далёким воспоминанием. Поколение за поколением тау рождались, проводили короткие жизни и умирали в четырёх системах, и больше века об их вожде не было ни единой весточки. Время двигалось вперёд без командующего О'Шовы, и он стал всего лишь легендой, передаваемой шёпотом.
Пришествие Великого Пожирателя
Когда 997.М41 подходил к концу, окраин анклавов достигли отчёты средств дальнего обнаружения о странном галактическом облаке. Его параметры не совпадали ни с одной известной энергетической сигнатурой, но мудрый командующий Арра'кон, будучи военачальником четырёх систем на протяжении многих лет, соотнёс их с данными, которые недавно получил от тайных союзников в центральных септах. Главное командование касты Огня погрузилось в молчание, увидев, что означают странные показатели — прямо на них двигались щупальца флота-улья тиранидов.
Тау многое извлекли из двухлетней войны с флотом-ульем Горгона, произошедшей ранее в этом веке. Тираниды оказались уникальным врагом, способным приспосабливаться и размножаться с ужасающей быстротой. Соответственно, необходимо было уничтожить флот-осколок до того, как он совершит высадку на какую-либо из планет анклавов, иначе рои неприятелей принесут смерть всем живым существам, обитающим на ней.
Для перехвата флота-улья со всех анклавов были призваны армады касты Воздуха, которые повёл в космос адмирал кор'о'Кай с Тинек'ла. Избегая ошибок, совершенных в войне против тиранидов Горгоны, его соединения последовательно изолировали и уничтожили передовые элементы каждой биофлотилии. В ходе жестокой битвы, продолжавшейся шесть недель, тау совершали винтовые атаки вокруг отростков роя и разносили чужаков на ошмётки.
В итоге, однако, огромная численность вражеских кораблей перевесила даже усилия виртуозных пилотов касты Воздуха. Три из четырёх скоплений биозвездолётов удалось перехватить и уничтожить, но, пока они связывали все космические силы анклавов, последний рой, встречая относительно слабое сопротивление, вторгся в орбитальное пространство колониального мира Виор'лос. Планету охватила немочь, предшествующая вторжению: атмосфера приобрела тошнотворный оттенок, растения в пустыне распухли и вздулись, и флот-осколок изверг ливень мицетических спор.
Отшельник О'Шова, проживший дольше любого воина Огня в истории, наблюдал за тем, как небо над его убежищем в пустоши окрасилось в фиолетово-серые тона. Кактусы и ползучие стебли, которые обеспечивали тау водой, бесконтрольно разрослись и приняли новые жуткие формы. Нечто атаковало мир Зоркого Взгляда, нечто, изменяющее саму суть его дома в собственных целях. Командующий мог вообразить лишь одну причину, по которой захватчики стали бы увеличивать объем биомассы перед атакой на планету, «откармливая» её, будто молодого грокса перед пиром. Враг пришёл сюда питаться, и ученик Чистого Прилива понял, что сейчас необходим своему народу больше, чем когда-либо.
Среди ужаса и отчаяния, волной накрывших анклавы, на Виор'лосе вспыхнул огонёк радости. Старый темнокожий воин, войдя в Великий Музей планеты, заявил, что он — Зоркий Взгляд, знаменитый герой прошлого, и потребовал вернуть ему почтенный личный боескафандр. После этого тау с достоинством и целеустремлённостью прошёл необходимые генетические тесты, подтвердившие, что О'Шова вернулся к сородичам в час величайшей нужды. Касту Огня охватило огромное воодушевление при новости, что бойцов будет направлять прибывший из пустыни легендарный полководец. Уже вскоре они удвоили усилия по сдерживанию тиранидских роёв, кишевших на равнинах Виор'лоса.
Изучив каждый клочок данных о расе тиранидов, которые смогли собрать подчинённые командующие, Зоркий Взгляд составил новый план боевых действий, опирающийся на завоевание господства в воздухе. Многочисленный головной отряд из восьмидесяти команд «Кризисов» выискивал и уничтожал только крылатых тиранидов, очищая от них небеса залпами ракет большой дальности и оставаясь вне досягаемости наземных тварей.
Убедившись в успехе воздушных атак, виор'лосские воины Огня разместились на антигравитационных стыковочных понтонах, которые О'Шова реквизировал с орбитальных станций планеты, и полетели над равнинами, полными чужаков. Обнаружив крупных тиранидов, тау вступали в бой и, не приземляясь, валили чудищ очередями импульсных разрядов. Применяя стратегию «смертельного удара», командующий надеялся сокрушить командную структуру захватчиков и разорвать мысленную связь, объединяющую отдельные выводки в монолитную армию вторжения.
Неудавшийся «монт'ка»
Снова и снова тварей-вожаков тиранидов находили и истребляли точечными огневыми ударами, но вновь и вновь на их место прибывали другие, обрушиваясь с небес в раздутых мицетических спорах. Каждый день погибали тысячи мирных жителей: коварные захватчики искали бреши в защите любого оплота и поселения, а затем, найдя мельчайшее слабое место, прорывались внутрь волной хитиновых тел и пожирали всех обитателей. Всякий раз, когда Зоркий Взгляд адаптировал свою стратегию и оптимизировал оперативные инструкции, чтобы лучше искоренять врагов, чужаки приспосабливались и усиливались в ответ. Хотя О'Шове тяжело было это признать, его план по отсечению головы монструозного противника не работал.
Созвав чрезвычайный совет, командующий обсудил положение с величайшими умами анклавов. Его старый друг О'Веса, который всё ещё цеплялся за жизнь благодаря смеси замедляющих старение лекарств собственной разработки, предположил: «Если искусство «смертельного удара» не действует, возможно, стоит испробовать «терпеливого охотника»?» Зоркий Взгляд наморщил бровь, но при этом тщательно обдумал идею. Зависший в небе флот-улей тиранидов в любой момент мог поглотить Виор'лос, уже созревший для жатвы. Быть может, не стоит пытаться предотвратить атаку, как бы ужасно это ни выглядело, а, напротив, позволить ей начаться, после чего нанести ответный удар.
Следующей же ночью О'Шова и семь его самых доверенных командующих сопроводили О'Весу в исследовательский центр касты Земли у Фио'ро'тла, расположенного в глубине Пылевой долины. Престарелый учёный верил, что при наличии достаточного времени он с коллегами сумеет разработать средство, которое уничтожит тиранидов перед их окончательным триумфом. Зоркий Взгляд знал, что это последний шанс на победу. Мир был практически захвачен, и командующий приказал всем остальным тау покинуть Виор'лос.
- «Горстка офицеров тау стояла возле центральной консоли пустого аудиториума в унылом молчании. Среди них были: полноспектральная голограмма, хрипло скрипящий боескафандр XV8 со светящимся кулаком, хмурая молодая женщина с татуировками в виде языков огня и серьёзный, мертвенно-бледный воин с узкими длинными шрамами на черепе.
— Я собрал вас здесь, потому что доверяю вам, — произнёс командующий Зоркий Взгляд с командного трона, расположенного между ними. — Я доверяю вашей проницательности, вашим воинским умениям, и, более того, доверяю вам право говорить свободно.
— Тогда, командующий О'Шова, я скажу, что Виор'лос потерян, — ответил шас'о Варг'ха из кабины нового БСК «Быстрина». — Тактика монт'ка подвела нас; печально, но это так.
Подал голос О'Веса, престарелый гений из касты Земли.
— Остаётся ещё одна реальная стратегия — кауйон. Используя научный центр в Фио'ро'тле, мы сумеем обратить самоуверенность врага против него.
— Возможно, — отозвался о'Арра'кон, которого окружил ореол светящихся формул. — Для достижения оптимального результата нам потребуется как можно дольше избегать обнаружения, хотя всё неизбежно закончится тяжёлой битвой.
— Это нам по силам, — ровно ответил Зоркий Взгляд. — Небольшой, но смертоносный отряд... Эвакуировать все контингенты. Мы останемся и выиграем время для учёных, ценой собственных жизней, если понадобится. Ради Высшего Блага!
Командующие неистово вскричали, разом соглашаясь с ним.»- – Зоркий Взгляд соглашается с предложением О'Весы использовать тактику «кауйон»
К концу недели на всей планете осталось только двенадцать тау — О'Шова и семь его командующих в боескафандрах, О'Веса и трое самых одарённых представителей касты Земли с Луб'грала. Используя образцы биомассы ксеносов, собранные на полях битв, ветераны-учёные день и ночь трудились над созданием биологической контрмеры, а их комплекс охраняли шесть бронекостюмов «Кризис», «Залп» и одна из немногочисленных «Быстрин», которые были «случайно» доставлены в анклавы Зоркого Взгляда кораблями, сбившимися с курса в Бухту Му'гулат.
Хотя О'Шова надеялся избежать обнаружения и потому умышленно рисковал, используя для защиты центра минимальные силы, на восьмой день рои чужаков всё равно отыскали их. Тысячи стремительных оружейных тварей со всех направлений рвались к базе через овраги и лощины, и среди них шагали колоссы с клинками вместо конечностей. Уверив почтенных товарищей в своем величайшем уважении, Зоркий Взгляд приготовился ценой своей жизни выиграть для О'Весы несколько драгоценных секунд.
Сражение, развернувшееся затем между командующими в боескафандрах и ордами тиранидов, вошло в легенды. Об'Лотай 9-0 — БСК «Залп» под управлением ии-энграммы лидера старого отряда О'Шовы — с господствующей высоты на крыше исследовательского комплекса укладывал снайперскими выстрелами десятки чудищ-вожаков. Седьмой по счету командующий с именем Яркий Меч размахивал ослепительно сияющими фузионными клинками, прорубаясь через огромных стенобойных монстров, осаждавших ворота базы. Вокруг него испарялся мерзкий ихор, превращаясь в удушливые облака, пока воин заваливал одного неприятеля, устремлялся к следующему и рассекал его. Мудрый Арра'Кон высчитывал сложные огневые решения для защиты каждой новой точки проникновения, координируя испепеляющие залпы Ша'Вастоса и Зажжённой Звезды так, чтобы струи пламени поглощали как можно больше мелких стрелковых тварей, что пытались прошмыгнуть среди скал.
Когда громадный монстр убил шас'о Варг'ха разрядом биоэлектричества, заживо изжарив его внутри «Быстрины», командующий Отважный Шторм, давно уже запертый в бронекостюме жизнеобеспечения, бросился к брюху живого титана. Максимально зарядив перчатку-онагр, воин насквозь пробил грудину тиранида в кровавом салюте павшему товарищу.
Тем временем О'Шова сражался один на один с шипящей тварью-вожаком в центре роя, скрещивая «Рассветный клинок» с кристаллическими мечами порождения улья. В конце концов к схватке присоединился даже О'Веса, который удалённо подключился к интерфейсу подбитой «Быстрины» и вновь запустил её оружейные системы, после чего нанёс смертельный удар приземистому существу-матке, рожавшему мелких тиранидов прямо в коридорах центра.
Неожиданно взметнулось огромное облако пыли, закрывшее противникам обзор — «Ор'эс пор'кауйон», ракетный эсминец типа «Манта», завис над полем битвы. О'Веса передал Зоркому Взгляду, что это он вызвал лучший корабль касты Воздуха для эвакуации: работа внутри комплекса была завершена. Один за другим боескафандры взмывали над землёй и забирались на борт, а исследовательская база внизу скрывалась под телами скачущих тиранидов. Из храбрых учёных касты Земли выжил только старый друг О'Шовы.
На протяжении следующей пары циклов планета Виор'лос лишилась последних остатков биомассы. Ребристые пасти флота-улья опустились для поглощения пищи и жадно втянули из множества пищеварительных прудов размягчённую пасту, останки побеждённых существ. С высокой орбиты за мерзким представлением наблюдали Зоркий Взгляд и его командующие. О'Шова, в груди которого свивались огненные языки печали и гнева, начинал сомневаться в правильности избранного пути. Когда он вопросительно посмотрел на О'Весу, морщинистый учёный только улыбнулся и показал на сами биокорабли.
Поначалу командующий ничего не заметил, но вскоре по хитиновому боку одного из чужацких космолётов начало расползаться тёмное пятно. Минуло всего несколько секунд, а хворь уже перекинулась на второе судно, затем, почти сразу же, на ещё одно и ещё, и так до тех пор, пока злокачественные жилки не разошлись по всей армаде. Биокорабли содрогались и извивались, а тёмные участки продолжали расширяться и в конце концов покрыли их полностью. Один за другим мясистые звездолёты тиранидов начали сминаться, гнить и разваливаться на куски, будто плоды, разлагающиеся за считанные мгновения. Меньше чем за час флот-осколок полностью распался на составные элементы.
О'Веса объяснил, что средство, созданное кастой Земли, представляло собой комплекс самовоспроизводящихся ядов. Гангренозные агенты должны были сработать с задержкой, только после полного их поглощения флотом-ульем. Источником распространения стали тела самих учёных: они приняли дозы токсинов прямо перед гибелью на Виор'лосе. Как только останки тау разложились в пищеварительных прудах, запертые до этого в их клетках бактериальные коды заразили даже воздух планеты. Как и надеялся древний союзник Зоркого Взгляда, тираниды поглотили большую часть её атмосферы, необходимой им как ресурс для последующих завоеваний. Сделав это, чужаки обрекли себя на быструю, но мучительную смерть.
Герой перерождённый
- «Однажды мы сожгли Виор'лос, чтобы искоренить споры орков. Мир был перерождён, возвращён к жизни честным трудом. Сегодня наша планета умерла ещё раз, поглощённая новой угрозой. Но при этом и сами прожорливые твари были съедены огнём нашей непреклонности! Пусть такое же пламя неистово пылает в ваших сердцах, мои сородичи. С ним мы понесём свет и тепло холодным звёздам у нового горизонта»
- – Командующий О'Шова
О'Шова был глубоко тронут поступком коллег О'Весы. Вот в чём на самом деле заключалось Высшее Благо — не в мудрёных политических играх или ведении войн, но в самопожертвовании, благодаря которому другие могли жить лучше. Хотя Зоркий Взгляд часто видел, как его бойцы отдают жизни во имя Империи Тау, пример такого альтруизма среди сородичей из другой касты поразил командующего. Смерть учёных вновь разожгла в его сердце огонь амбиций.
Стараниями О'Шовы мир Виор'лос был отстроен и вновь заселён, а три его главных города названы в честь героев, погибших ради спасения всех остальных жителей анклавов. Голые пустоши и вулканические цепи превратились в новые поселения, уставленные грандиозными монументами. На Луб'грале, любимой планете касты Земли, раскинулись многочисленные поля белых овальных мемориалов в память о тех, кто пожертвовал жизнями во имя Высшего Блага.
Зоркий Взгляд больше не собирался бежать от предназначенной ему судьбы лидера и героя. Он должен был продолжать бой.
Известные битвы, кампании и события
Странствие Зоркого Взгляда от героя к мятежнику продолжается три века, наполненных войнами. За этот огромный промежуток времени вспыхивали битвы, которые меняли путь развития Империи Тау и завершались величайшими победами либо тяжелейшими взаимными обвинениями. Хотя последующая хронология является запретным знанием в центральных септах, самые истовые приверженцы О'Шовы заучивают её наизусть. Даже если командующий погибнет, эти истории будут пересказывать ещё очень долго.
- 711.М41 — боевой купол Монт'ир. Юное дарование Шох принят в тренировочную академию на Виор'ле.
- 715-731.М41 — зачистка арахенов. Растянувшаяся война с арахенами в туманности Западной Завесы забирает множество новобранцев касты Огня. На протяжении шестнадцати лет сражений Шох регулярно получает повышения, хотя немало его товарищей по команде бесследно исчезают после каждого Испытания Огнём.
- 731-733.М41 — просвещение на горе Канджи. Шох, Шассера и Каис обучаются у командующего Чистого Прилива. Наставления легендарного воина открывают всем троим глаза на истины войны, но огни соперничества между ними только разгораются.
- 742.М41 — ужасный новый враг. Применяя хитроумную тактику внедрения, разработанную эфирным Аун'Ва, тау колонизируют великое множество человеческих миров на дальней стороне Дамоклова залива. В результате контрудара Империума огромная боевая группа космодесантников и имперских гвардейцев зачищает сектор от чужаков-поселенцев и прорывается глубоко в сердце Империи Тау.
- 742.М41 — битва за Дал'ит. Военные догмы, на которые опираются человеческие дикари, крайне жестоки и приводят к огромным потерям, но при этом неоспоримо эффективны. О'Шову переводят на Дал'ит, где он вместе с «товарищем по огню» О'Шасеррой сражается против Империума в череде тяжелейших кампаний. Когда тау уже готовы окружить и уничтожить захватчиков, эфирные заключают перемирие, согласно которому армии людей могут беспрепятственно покинуть Империю. После войны Аун'Ва отдаёт приказ удалить путём лоботомии энграммные чипы у героев касты Огня, называемых Мечами Чистого Прилива. Зоркий Взгляд уберегает своего друга Ша'Вастоса от подобной судьбы.
- 745.М41 — час Неуверенности. Изучив Империум и осознав, что тау сражались лишь с малой частичкой его войск, Аун'Ва решает, что для новой фазы экспансии требуется поднять боевой дух народа. В это же время он отдаёт приказ поместить О'Шасерру и О'Каиса в глубокий стазис, чтобы сохранить мудрость Чистого Прилива. Их пробудят и удостоят чести командования, когда в них возникнет нужда во время будущих войн.
- 745.М41 — Великое отвоевание. Зоркий Взгляд неустанно трудится над возвращением миров Дамоклова залива, и, пока основные силы Империума заняты на другом фронте, добивается фантастических успехов. Отныне деяния О'Шовы высечены в граните; командующего восхваляют как величайшего из героев и возводят его статуи по всей Империи. Толпы тау из разных каст радостными криками встречают известия о новых победах, но на запросы о подкреплениях следует только молчание.
- 760.М41 — расходящиеся пути. Экспедиция Зоркого Взгляда отвоёвывает все планеты, захваченные Империумом, кроме одной. Когда уже составлены планы кампании по освобождению последнего мира, Иллюминаса, командующий О'Шова перебрасывает свои войска для отражения налётов из близлежащей орочьей империи. То, что начинается как череда отдельных сражений против зеленокожих, населяющих астероиды, быстро разрастается до непростой войны на широком фронте. Отринув путь, намеченный ему Советом эфирных, Зоркий Взгляд с огромным рвением ведёт новую кампанию. Тем самым он нарушает прямой приказ, и вера наставников в него ослабевает. Со временем О'Шова понемногу приходит в ярость от нехватки подкреплений и новых технологий, которые, по его мнению, должны поступать в распоряжение экспедиции. Командующему начинает казаться, что Империя Тау в целом забыла о нём, и в сердце воина укореняется зерно сомнений.
- 815.М41 — зверь возвысившийся. Пока Зоркий Взгляд занят боями против орков в астероидном поясе, Waaagh! Грога обрушивается на колонию тау под названием Атари-Во, причём ваивода приземляет свой флагманский метеор точно на столицу планеты. Грог — находчивый вожак, и он противостоит огневой мощи Империи целыми ордами наёмных бойцов и горами награбленного оружия. О'Шова, поддавшись собственным амбициям, начинает атаку на зеленокожих, когда они якобы дают слабину. В действительности же армия чужаков сильна как никогда, и война переходит на новый уровень. На протяжении десяти лет она поглощает три из четырёх септовых миров анклавов. Когда вернувшийся Зоркий Взгляд обнаруживает свои колонии в огне, то отправляется познать истины всех стихий, после чего наносит сокрушительный контрудар. Теперь командующий намного лучше понимает материальный мир, хотя царство эфирных по-прежнему остаётся для него загадкой.
- 823.М41 — путь короткого клинка. О'Шова изучает записи дронов, на которых запечатлены сражения ветерана-эфирного Аун'Ши. Подключив нейральную сеть к ячеистому внешнему слою боескафандра, Зоркий Взгляд учится полноценно чувствовать своей «второй кожей» и разрабатывает методику ближнего боя, имитирующую стили старого фехтовальщика. Отточив её на пойманных орках, которых каста Земли удерживала для собственных экспериментов, командующий затем тренирует ближайших сподвижников. В итоге они начинают наслаждаться схватками лицом к лицу.
- 825.М41 — тройное убийство на Артас Молохе. Зоркий Взгляд продолжает зачистки зеленокожих. Они обнаружены вновь, в этот раз на Артас Молохе, артефактном мире на окраине Дамоклова залива. В результате последующего кровопролития появляется воинство эктоплазменных кошмаров, которые неистово прорываются через боевые порядки тау и убивают эфирных экспедиции, а затем исчезают так же быстро, как и возникли. Во время битвы с нечестивыми извергами О'Шова на мгновение заглядывает в варпразлом и обретает видение Ока Ужаса. Благодаря этому командующий осознает зловещую угрозу, нависшую над всей разумной жизнью — древнее зло Хаоса. Он не в силах поверить, что эфирные держали в секрете правду о столь грозной опасности, но доказательства выглядят очевидными. Откровение потрясает Зоркого Взгляда до глубины души.
- 826.М41 — пути перерезаны. События на Артас Молохе становятся болезненным воспоминанием, и тау анклавов ведут свою бесконечную войну против орков уже без руководства эфирных. Начинается новая эра насилия, однако септы О'Шовы по-прежнему процветают.
- 832.М41 — через независимость к просвещению. После глубоких раздумий Зоркий Взгляд приходит к выводу, что народ тау не будет свободен, пока существует каста эфирных. Опасаясь, что его умозаключения повредят Высшему Благу, О'Шова оставляет действительную службу и начинает новую жизнь как отшельник в горах Виор'лоса.
- 834.М41 — Империя скорбит. В Империи Тау широко объявлено о смерти Зоркого Взгляда. Хотя старейшие тау не рискуют открыто выказывать этого, они испытывают боль потери при вести о том, что герой их детства теперь живёт лишь в памяти сородичей.
- 845.М41 — осуждение. Аун'Ва получает доклад о том, что О'Шова всё ещё жив, а его анклавы не только не погибли, но и откололись от Империи Тау, создав собственные владения. Придя в неизмеримый гнев, верховный эфирный отлучает командующего от Высшего Блага. Согласно его приказам, все изображения мятежника следует уничтожать, а любого, кто произнесёт имя Зоркого Взгляда — задерживать для исчерпывающего допроса. Арестованные тау часто исчезают бесследно.
- 975.М41 — пробуждение охотницы. Аун'Ва освобождает О'Шасерру из стазиса и сообщает ей и о предательстве и изгнании О'Шовы, тем самым подталкивая воительницу к столкновению с бывшим товарищем.
- 997.М41 — слово О'Шасерры. Во время речи, побуждающей Империю Тау к новой фазе экспансии, главнокомандующая Тень Солнца уничтожает статую Зоркого Взгляда возле боевого купола Монт'ир из фузионных бластеров. Символизм подобного жеста невозможно не заметить.
- 997.М41 — тайные союзники. В анклавы О'Шовы прибывает неожиданный гость: корабль «Предвидение Аун'Ши», предназначенный для надвигающегося Третьего сферического расширения, но как будто лишённый экипажа. После тщательной проверки на возможные ловушки тау открывают стазис-контейнеры и находят среди «замороженных» пассажиров молодую командующую Зажжённую Звезду. Пробудившись, она объясняет, что в септах у Зоркого Взгляда до сих пор есть старые друзья и сторонники, которые незаконно изменили курс звездолёта перед запуском. В трюме обнаруживается значительная коллекция новейших, ещё не испытанных технологических прототипов, включая несколько XV104 «Быстрина», а также чертежи и схемы множества иных систем.
- 997.М41 — пасть Кракена. Тираниды флота-улья Кракен вторгаются на территорию анклавов Зоркого Взгляда. Война против них вспыхивает на Виор'лосе, самом населённом из четырёх септовых миров. О'Шова прерывает изгнание, чтобы возглавить оборону, и понимает, что сейчас тау как никогда нуждаются в героях. Тактика «монт'ка», излюбленная командующим, оказывается малоэффективной против вражеских орд — у тиранидов так много вожаков, что их истребление становится неактуальным. О'Веса, учёный из касты Земли, уговаривает Зоркого Взгляда испытать «кауйон», стратегию «терпеливого охотника», и тот неохотно соглашается. Обороняя научно-исследовательский комплекс на Виор'лосе, О'Шова выигрывает старому другу достаточно времени для создания биотоксина, который убивает весь флот-осколок.
- 998.М41 — откровение «кауйона». Изведав наконец учения Чистого Прилива в полном объёме, командующий Зоркий Взгляд проникает в замыслы Тени Солнца и Аун'Ва. Он долго и тщательно размышляет над открывшейся ему истиной: война в Дамокловом заливе была одним гигантским «кауйоном», направленным на то, чтобы заманить Империум в пространство тау и нанести жестокий удар его растянувшимся силам. О'Шова снова обретает уважение к верховному эфирному, хотя понимает, что суть его великого плана ни в коем случает нельзя раскрывать народу Империи.
- 999.М41 — восход красного солнца над Дамоклом. После того как Империум бросает в бой крупные силы в связи с началом Третьего сферического расширения, возглавленного Тенью Солнца, главнокомандующей тау грозит сокрушительное поражение в Бухте Му'гулат. Когда членов верховного командования тау загоняют в угол мстительные люди, на спасение приходят армии анклавов Зоркого Взгляда. Несмотря на координацию войск вместе с защитниками септового мира, О'Шова получает холодный приём у Аун'Ва и О'Шасерры, поэтому по окончании битвы он вскорости уводит подчинённых воинов обратно в анклавы, прежде чем они столкнутся со всеобщим порицанием.
Узы единства и славы
С момента объявления независимости от Империи Тау О'Шова носит тёмнокрасную броню в память об оставленном родном мире Виор'ла и в знак почитания героев, проливавших кровь на Аркунаше. Многие воины анклавов следуют этой традиции при выборе опознавательных цветов и обозначений септов, хотя немало бойцов, как и сам О'Шова, по-прежнему носят символ касты Огня.
Восьмёрка
Члены Восьмёрки — величайшие живые легенды анклавов Зоркого Взгляда. Каждый из них является несравненным бойцом и пилотом боескафандра, истинным виртуозом военного искусства. Кроме того, О'Шове нигде не найти более верных телохранителей. Во главе с самим О'Шовой каждый из пилотов боевого костюма в отряде является ветераном десятков сражений. В случае с командиром Отважным Штормом и самим Зорким Взглядом, они привносят почти шестьсот лет накопленного опыта в военном искусстве в уже грозное собрание воинов. В редких случаях, когда они сражаются вместе, они формируют мощную боевую силу на поле битвы, способную победить самых разных врагов; поскольку они — почти неудержимая команда. На данный момент Восьмёрка включает в себя:
- Зоркий Взгляд — имя полководца-отступника касты Огня — Шас'о Виор'ла Шова Каис Монт'ир — часто сокращают до О'Шовы, но ещё шире он известен как командующий Зоркий Взгляд. Для тау из анклавов Зоркого Взгляда О'Шова — единственный истинный лидер, воин, который приведёт свой народ к его великому предназначению.
- Отважный Шторм — после тяжелейших ранений, полученных в битве за плоскогорье Чёрного Грома на Дал'ите, командующий Отважный Шторм погребён в модуле жизнеобеспечения. С того судьбоносного дня обгоревший и изуродованный тау не покидает боескафандра, хотя однажды ему сменили «мантию героя». Теперь основной кокон поддержания жизни пилота установлен в «Кризисе» XV8-02 «Иридиевый». Несмотря на жестокие испытания, Отважный Шторм не утратил ни пылкой веры в Высшее Благо, ни молниеносной быстроты мышления. Он сражается с мастерством и удалью, недоступными многим, поскольку поднялся над страхом и обручился с самой погибелью.
- Яркий Меч — мало кто может нанести решающий удар с такой же смертоносной эффективностью, как командующий Яркий Меч. Вооружённый парой фузионных бластеров, он ведёт за собой группу быстрого внедрения и доказывает в бою, что более чем достоин лидерства. Уже многие знаменитые воины брали себе это имя, и его нынешний обладатель не забывает о наследии, запечатлённом в столь почтенном титуле. На поле сражения Яркий Меч всегда старается первым делом уничтожить самого могучего врага, и пока что никому не удавалось спастись от его фузионных залпов. Командующий уничтожал огромнейшие боевые машины и гигантских чудовищ, а его агрессивный атакующий стиль основан на тактических моделях битв самого О'Шовы.
- Ша'Вастос — этот пилот стал первым воином Огня, получившим нейрочип Чистого Прилива. Но что-то пошло не так, и энграммный прототип быстро сломался. Не желая, чтобы достойный боец подвергся лоботомии, Зоркий Взгляд спрятал его и поместил в стазис до тех пор, пока не удастся найти решение проблемы. Много десятилетий спустя О'Веса сумел перекалибровать нейрочип и шас'о Ша'Вастоса пробудили ото сна. Гениальный тактик, он ведёт свои кадры от триумфа к триумфу, как будто заранее, ещё не шагнув на поле боя, узнает все планы противника.
- Арра'Кон — управляя боескафандром «Кризис» модели XV8-05 «Силовик» с его обширным арсеналом противопехотного оружия, командующий Арра'Кон может в мгновение ока расправиться даже с самым крупным отрядом вражеских солдат. Постоянно выискивая скопления неприятельской пехоты, он с готовностью оставляет более крупные цели Яркому Мечу. Будучи воином с аналитическим складом ума, Арра'Кон призывает остальных пересматривать и критически оценивать все их прежние битвы на голозаписях, ведь его неизменная цель — и дальше совершенствовать свои боевые навыки.
- Об'Лотай — хотя никто, кроме Восьмёрки и их помощников из касты Земли не знает об этом, бронекостюмом шас'вре Об'Лотая 9-0 управляет не пилот из плоти и крови. Данный «Залп» находится под контролем мнемонической ии-энграммы последнего поколения с записью личности настоящего Об'Лотая. Давным-давно в тренировочных куполах касты Огня именно он обучал искусству пилотирования юного воина, который впоследствии стал командующим Зорким Взглядом. Благодаря устройствам слежения за несколькими целями и высокотехнологичным сканирующим системам Об'Лотай 9-0 виртуозно поддерживает товарищей гибельно метким огнём.
- Зажжённая Звезда — замкомандующего О'Шовы. Воительница, дезертировавшая из Империи Тау — самый юный и порывистый пилот Восьмёрки. Вооружённая парными огнемётами виор'ланка бросается в бой с почти безрассудной неудержимостью.
- О'Веса — последний из Восьмёрки — шас'вре О'Веса. В действительности О'Веса никакой не шас'вре, а старый товарищ Зоркого Взгляда из касты Земли, поддерживающий свою жизнь за счёт микродронов собственного изобретения. Учитывая, что О'Шова — традиционалист до мозга костей, его дозволение кому-то не из касты Огня удостоиться великой чести пилотировать БСК, да ещё могучую «Быстрину», многое говорит о крепости уз между двумя тау. В комплекс управления XV104 интегрировано немало ии-модулей, разработанных О'Весой, и теперь плоды его технологического гения превосходно помогают учёному с прицеливанием. Это компенсирует отсутствие тренировок и реальных боев длиною в жизнь, обычно необходимых воинам в бронекостюме.
Когда командир Зоркий Взгляд не действует как часть Восьмёрки, он обычно возглавляет командный отряд, состоящий из семи телохранителей в БСК XV8 «Кризис».
Галерея
Источник
Кодекс: Империя Тау (7-я редакция). Дополнение к кодексу: Анклавы Зоркого Взгляда