{"word_count": 559, "character_count": 4330}
Защитил кандидатскую диссертацию в 2003 г. Преподавал во Франции и Англии. Руководил двумя международными исследовательскими проектами: «Французы в России 18 в.» и «Франкоязычная пресса в России». В 2011-2013 гг. работал над научным проектом о социальной истории французского языка в России в Бристольском университете. С 2013 г. - научный сотрудник Германского исторического института в Москве. Член редколлегий научных исторических журналов «Ежегодник французских исследований» и «Vivliofika».Основные темы исследований: история воспитания дворянства в Европе; история изучения языков в России XVIII века; социальная история французского языка в России и в Европе в целом; географическая мобильность специалистов в Европе в XVIII в.Публикации, связанные с темой конференции:European Francophonie. The Social, Political and Cultural History of an International Prestige Language, eds. Vladislav Rjéoutski, Derek Offord and Gesine Argent, Oxford, Peter Lang, 2014.Apprendre la langue de l’Europe: le français et d’autres langues dans l’éducation en Russie au XVIIIe siècle, eds. Vladislav Rjéoutski, Derek Offord and Gesine Argent, Vivliofika, Duke University, n°1 2013.Le Précepteur francophone en Europe. XVIIe-XIXe siècles, eds. Vladislav Rjéoutski and Alexandre Tchoudinov, Paris, L’Harmattan, 2013.Франкоязычные гувернеры в Европе. XVII-XIX вв. Под ред. А.В. Чудинова и В.С. Ржеуцкого. Ежегодник французских исследований. М., 2011.(совм. c А.В. Чудиновым). Русские «участники» французской революции // Ежегодник французских исследований. М., 2010.vladislav.rjeoutski@dhi-moskau.org&#160;Идеал воспитания дворянина в России: pro et contra В течение XVIII в. российское дворянство усваивает целый комплекс идей о том, каким должно быть воспитание дворянина. Пока трудно сказать, насколько глубоко вглубь дворянства проникли идеи о «стандарте» дворянского воспитания. Скорее всего, они были знакомы высшему и части среднего дворянства. Вопрос о проникновении этих идей в разные слои дворянства сам по себе заслуживает пристального внимания, однако на нынешнем уровне наших знаний на него вряд ли можно ответить определенно. В то же время на основе целого ряда документов можно дать усредненное описание идеала дворянского воспитания в среде аристократии. К таким – если не обязательным, то распространенным – чертам можно отнести идеи воспитания «учтивого человека» (honnête homme), «гражданина», определенный набор предметов (включавший иностранные языки, историю, географию, арифметику, хорошие манеры, танцы, верховую езду и некоторые другие), практику «Grand Tour» и традицию обучения в или при иностранном университете...Однако, эта общая модель периодически натыкалась на сопротивление, которое исходило с двух сторон: со стороны самих воспитателей и со стороны их воспитанников или их родителей. В докладе я обращу главное внимание именно на рассмотрение таких «диссидентских» тенденций в воспитании дворянина. Это сопротивление, вероятно, редко носило полностью осознанный характер. Воспитатель или воспитанник мог не идти сознательно против тех черт воспитания, которые он ассоциировал с дворянством как социальной группой. Речь, скорее, шла о личном взгляде воспитателя на полезность тех или иных воспитательных практик, а иногда, без сомнения, и о недостаточно хорошем представлении о том, что было необходимо дворянскому отпрыску. Однако, с распространением идей радикального Просвещения как среди тех, кто занимался воспитанием дворянства, так и среди самих дворян, особенно ближе к концу XVIII в. и в начале XIX в., случаев сопротивления распространенной модели дворянского воспитания становится больше.В докладе я на конкретных примерах покажу, какие именно практики вызывали неприятие воспитателей и/или родителей воспитанников, как это сопротивление выражалось, и какую критику оно могло вызвать среди адептов ортодоксального дворянского воспитания. В этой полемике лучше видны не только понятия о «правильном» воспитании дворянина, но и те узловые точки дворянского воспитания, которые были знаковыми для русского аристократа. Материалом для доклада послужили документы разного рода (договоры с воспитателями, переписка, воспитательные планы и т.д.), в большинстве своем неопубликованные, из архивных фондов нескольких русских аристократических семей (Голицыны, Строгановы, Воронцовы, Щербатовы, Барятинские…).