{"word_count": 844, "character_count": 6992}
By Siarhei Hruntou (National Academy of Sciences of Belarus) Летняя академия «After Violence» в Днепре собрала специалистов из разных областей гуманитарного знания и находящихся на разных этапах академической карьеры. Во время чтения лекций и докладов и последующего их обсуждения они пытались понять различные аспекты последствий насилия и травмы для общества, обсуждали возможности их преодоления и формы мемориализации. Важной частью Академии было знакомство с городом Днепр при помощи лекций и экскурсий, которые помогали понять его сложное прошлое, отразившееся в необычном, похожем на мозаику городском пространстве.Интересным дополнением программыАкадемии было проведение полевых исследований тремя группами на трёх выбранныхплощадках города. Таким образом участники получили возможность проверить напрактике полученные знания о городе. Целью полевой практики было научится«читать» и понимать городское пространство, его значение в прошлом и настоящем,как через обычное наблюдение, так и при помощи интервью с местными жителями.Такой подход носил ещё и экспериментальный характер, поскольку большинствоучастников в группах впервые были в Днепре, а некоторые не знали ни русского,ни украинского языка. Тем не менее, такая дистанция даёт возможность обратитьвнимание на те культурные коды, которые могут быть невидимы, неразличимы дляместных жителей в силу ежедневного столкновения с ними и из-за неизменнойперспективы, с которой воспринимается пространство. Таким образом, предложеннаяпрограмма исследования трёх точек города с одной стороны позволила нам лучшепонять и узнать город, с другой – поразмышлять над нашими собственнымиисследовательскими методами и границами их возможностей при работе вмалознакомой культурной среде. Группа B проводила полевыеисследования на территории паркового пространства “Сквер Героев” и прилегающихтерриторий. Осмотр пространства, наблюдение за поведением людей и разговоры сними позволили прийти к общему представлению об устройстве места, его значении.Особое внимание было уделено мемориальным пространствам. Всё пространство можно условноразделить на две зоны - административно-мемориальную (северо-западную) ирекреационную (юго-восточную). Первая зона концентрируется вокруг большихзданий Облсовета и Обладминистрации. С правой стороны находится длинная стена изметаллических конструкций, которая посвящена памяти “Небесной сотни” и другихлюдей, погибших в ходе столкновений 2014 г. Мемориал выглядит полуофициальнымпо своему устройству: в нём сочетаются как распечатанные информационные щиты,так и отдельные фотографии, тексты, стихотворения, прикреплённые близкимипогибших. Это пространство сильно нагружено эмоциями и травматическим опытом. Внижней части памятника систематически расставлены около сотни лампад (видимо,оставшихся после официального траурного мероприятия) и присутствуют живыецветы.Привлекает внимание то, что напротивописанного мемориала также присутствует другой, тоже устроенный в форме стены -стены почёта советского типа, на которой представлены герои Украины, получившиеэто звание за руководство городскими предприятиями и достижения на этомпоприще. Третий, также вытянутый в линию мемориал находится между зданиямиОблсовета и Обладминистрации. Это серия каменных стел с портретами выдающихсяуроженцев города в виде бронзовых панелей с барельефами; с обратной стороны настелах таблички с указаниями выдающихся событий в истории города. Обращает насебя внимание, что две панели и две таблички уже были демонтированы в силуидеологических соображений, при том, что мемориал был поставлен только менеедесяти лет назад.В юго-западной части исследованнойзоны расположены установленные в качестве памятников ракеты - по уверениюопрошенных прохожих, использовавшиеся для полётов в космос. Рядом находится“информационно-выставочный центр”, на котором размещён большой экран, накотором в непрерывном режиме показывают информационные исторические фильмы (сгромко включённым звуком) - в период нашего нахождения там, о Второй мировойвойне и роли в ней УПА. Рядом, а также на самой высокой ракете вывешены красно-чёрныефлаги УПА. Таким образом, всё место используется для интенсивной идеологическойпропаганды. Нужно отметить, что за всё время нашего нахождения там, мы неувидели никого, кто остановился бы перед экраном.За мемориалом “Небесной Сотни”располагается мемориал героям АТО, созданный на манер информационных стендов сбольшими фотографиями и надписями на разных языках мира. Он носит официальныйхарактер и слабее нагружен эмоционально, чем мемориал Небесной Сотни. Замыкаетмемориальное пространство парка памятник Чернобыльской трагедии, поставленныйещё в 1980-е гг. Это арка с колоколом и скульптурным изображением глухаря передним. Колокол, со слов прохожих, был несколько лет назад украден, новосстановлен при помощи собранных населением средств, что свидетельствует отом, что памятник не утратил своё значение для горожан.Вторая часть парка не нагруженамемориалами и используется исключительно в рекреационных целях. Будучи наиболееудалённой от основных зон власти, она всё ещё сохраняет не подвергшуюся декоммунизациисимволику: пятиконечные звёзды, а также серп и молот на фасадеадминистративного здания 1950-х гг. Также наше внимание обратило на себя то,что вокруг административных зданий сохраняются посадки голубых елей -непременного атрибута территории прилегающей ко многим административным зданиямв советскую эпоху. Пространство парка активноиспользуется как рекреационная зона. Здесь сидят компаниями или спят на траве,проводят свадебные фотосессии. Согласно нашим наблюдением, на поведение этихлюдей никак не влияет соседство мемориалов. Также и прохожие, не задерживаютсяи не уделяют им никого внимания, воспринимая как естественную, повседневнуючасть городского ландшафта.Эти сухие сведения возможнодополнить и личными впечатлениями от полевой практики. Впервые мне довелосьработать в городском пространстве, столь сильно насыщенном различнымимемориалами и знаками памяти. Некоторые из них имеют сильное, «давящее»психологическое воздействие, которое в свою очередь вызывало у меня вопросыэтического свойства к самому себе. Требовалось некоторое усилие, чтобыпоставить себя исключительно в исследовательскую позицию по отношению к такимобъектам. Вероятно, это связано с тем, что ранее мне в основном доводилосьработать с мемориалами 19 – первой половины 20 века, не связанными с «живой»,длящейся травмой. Мой опыт постоянного проживания в соседней постсоветскойстране (Беларуси) позволил мне легко прочесть многие коды, которыеорганизовывают пространство, но с другой стороны я чётко осознал и многиеразличия белорусского и украинского материала, особенно в том, что касаетсяистории последних десятилетий, интерпретировать которые я мог, только полагаясьна пояснения местных жителей и проводников. Кроме того, это был интересный опытвзаимодействия в команде международных участников с различными культурнымиперспективами, которые несомненно помогли расширить и мой собственный взгляд наизучаемое пространство.