Помнится я был кадетом, то бишь, курсантом ВМУ. Почти все офицеры, преподаватели и командиры рот, у нас были списаны со флота, кто по здоровью, кто за распи... разгильдяйство. Конечно, их личные дела мне видеть не приходилось, по-этому, за что каждого из них списывали, я не знаю, но байки среди кадетов ходили. Дубизма армейского у нас хватало, когда кто-нибудь рассказывал, как кто-то из офицеров что-то ляпнул, начинаешь верить в байки о том, как списывали этих офицеров. (Дисклеймер: как устроены подлодки, я не знаю.) Так вот, был у нас капитан-лейтенант, скажем, Петров (фамилию забыл) командир роты, его, рассказывают, списали после того, как под его командованием умудрились пришвартовать подлодку в подводном положении, итог: загнали под пирс. Капитан-лейтенант, скажем, Иванов, преподаватель, списан после того, как матросы под его командованием умудрились зарядить торпеды в торпедные аппараты не тем концом. Капитан-лейтенат Полевой, кличка Лошпак, за что его списали история, т.е байки, умалчивает, но про него рассказывают другую байку. Лошпак, когда я учился слегка заикался и шепелявил, получалось что-то вроде: "Т-т-т-товарис курьсанть! П-п-п-п-присьтавить ногу!" Заикаться и шепелявить он начал после того, как был в ДВВИМУ командиром роты. Курсанты его, мягко говоря, недолюбливали, шел как-т Лошпак под окнами своей роты, сверху на него прилетела гиря, полпуда... Упала рядом. А надо сказать, у него в роте почти в каждом кубрике были гири и гантели, даже у него в кацелирии была парочка, так рассказывали, мол, рота какая-то спортивная была. Лошпак, с этой гирей бегом в роту, но, конечно, кидавших не найти. Тогда Лошпак каждую гирю пронумеровал и сделал список, из какого кубрика какая гиря. Как-то он опять идет под окнами своей роты, опять летит гиря, опять ему, можно скажать, повезло - гиря попала по козырьку фуражки, но именно после этого он стал заикаться и шепелявить. Хватает Лошпак гирю, быстренько в роту, в канцелярию, давай сверяться со списком, из какого же кубрика гиря прилетела, оказалось из его же собственной канцелярии. Говорят, этих ребят-приколистов, что гирю скинули, вроде бы нашли... По их объяснительной выходило, что они сидели в кубрике, готовились к занятиям, окно было открыто, гиря стояла под кроватью, кто-то открыл дверь, и гирю ветром вынесло в окно. И, наконец, капитан второго ранга Пыркин, преподаватель, известен тем, что стырил цветок из приемной начальника училища, списан был со флота просто и с вкусом: ему попало каким-то тяжелым люком на подлодке по голове.