Дело было году эдак в 92-м. Учились мы в Рязанском мединституте, и была в нашей группе патологическая любовь к еврейскому вопросу. В том плане, что все - и мальчики и девочки - неустанно подкалывали друг друга, безбожно коверкая фамилии (добавляя к ним окончания -штейн», «-ич», «-ман». Ну, и розыгрыши всякие. Скажем, на 23 февраля все пацаны получили в подарок путеводители по Израилю и сделанные из картона «визы». А девчата в ответ получили на 8 марта в подарок настоящие корочки - красные с золотым тиснением, а на них выгравировано - Секс-звезда Давида». И звезда соответствующая. Внутри - фото, имя, фамилия, отчество на иврите и подпись - «Работает только за шекели» (помню, даже словарь большой купили, чтоб, значит, грамотный перевод сделать). Это преамбула. А вот и история. По традиции самым главным, достойным всяческого уважения, евреем был у нас, естественно, староста группы по имени Герман (сейчас он работает в Липецке - хирург, таки!) Для начала вся группа скинулась и подписала втихаря его на «Еврейскую газету» Танкреда Голенпольского. И ждали с нетерпением первого январского номера. А незадолго до этого решил я дополнить розыгрыш и отправился на почту, откуда и отправил телеграмму следующего содержания: «ПРИГЛАШАЕМ ОТКРЫТИЕ СИНАГОГИ ТЧК АБРАМ». На следующий день Герман, придя на занятия, выложил на стол бланк телеграммы и безошибочно посмотрел на меня: «Твоя работа?» А после рассказал, как все это происходило. Ждал он, оказывается, телеграмму. Только не от мифического Абрама, а от своей тещи. Та обещала сообщить, когда приедет, или посылку отправит, сейчас уже и не помню. Так вот, когда в дверь позвонили и сообщили «Вам телеграмма», Герман, не подозревая ни о каком подвохе и свято веря, что телеграмма как раз от тещи, выразил по этому поводу бурную радость, типа, «Ну, наконец то, дождался. А то уж беспокоился, что совсем не придет или затеряется где». Как он нам сам потом рассказывал, почтальонша среагировала на эту бурную радость как то странно - отводила почему то глаза, неловко переминалась. Короче, неуютно ей было. Только закрыв за ней дверь и прочитав содержание, Гера понял, где собака порылась. «Ладно, - добавил он в конце рассказа, - может, догадается, что розыгрыш. А не догадается, - и фиг с ней. Забудет со временем». А мы, помня о заветном подписном купоне, веселились и знали наверняка - не забудет...