НА ЧУЖОЙ ОГУРЕЦ... Чистая правда. Сейчас напишу, а сосед вам запулит. Сам не только видел, но даже держал ту доску, о которой и речь пойдет. Лет десять назад работали и жили в командировке, на селе. Самогонки - хоть обосрись. Два часа монтаж, двадцать три активный отдых. Практически все деньги вкладывались в мутную суспензию, а на закусь порой оставался или просаленный рукав с «Примкой», или что-нибудь, предварительно скомунизженное на колхозном, или частном огородике. Но вот, как-то поступает предложение запастись закусью впрок. Все - за! Хорошо. Наш водила (у нас был свой ГАЗон-51-й бортовик), в какой-то деревне высмотрел приличное поле с огурцами. Решили брать. Разработали план операции. Он был до гениальности прост, - под покровом ночи, с выключенным светом, подъезжаем, выставляем стрему, и затовариваемся «по плешку». Так и сделали. Нас 9 человек. Операция. Все идет путем, все тихо, носим огурцы в оттопыренных майках. Но вот появились и подводные камни: так как налетчики, к этому времени находятся уже в полуготовом» состоянии, то в наступивших сумерках их производительность далека от ударной. Да представьте, что вам самим, с глазами, хаотично вращающимися в орбитах, в полной темноте, с полным подолом еще теплых огурцов, пытаетесь не просто удержать равновесие, но и найти верный азимут. В прибор ночного видения они вероятно напоминали бригаду Вицыных, с горшками наперевес в поисках туалета. Вот и шлепали наши горе - гангстеры, шаг вперед, два назад,и то лбами, то носом, то на жопу. Ну, естественно, и шепот в эти моменты переходил в непередаваемую игру слов. И тут, как выстрел, крик: - Шухер!!! Пи#дец нам! Деревенские с колами бегут! - это по дороге отступает наш дозорный. Водила уже - чих, чих, чих,- заводит свою Лорен-Дитрих. Вся пьянь «кидается» к машине, пытаясь определить направление на нее, по издаваемым ей характерным звукам пернувшего слона. Я бегу тоже. Падаю через кого-то, еще пару раз, но добегаю до машины и хватаюсь за уже тронувшийся борт. Подтянувшись, залажу. В кузове уже чьи-то тени, их не сосчитать, кто успел, кто нет, хрен разберешь. Паника, скажу - страшная штучка. А тут еще дорога в гору, и Антилопа лишь по чуть-чуть набирает обороты. Мы в ужасе! Шум толпы приближается, он уже почти рядом! (Мы уже почти трезвые) И вот в темноте вижу два первых светлых пятна от рук, взявшихся за борт! Падлы! Я хватаю какую-то, валявшуюся в кузове доску и бью туда, где по идее должна быть голова. Еблысь! Еблысь! Оттуда доносится протяжный, жалобный вой: - Ребят, не бейте, это же я, Коля Прохорчук! Прости, и будь всегда здоров, Коля Прохорчук!