КАК Б.МАТРОС ПУПКИН ВОДОЧКИ ПОПИЛ С ДРУЗЬЯМИ И ДЕВЧОНКАМИ Вот какая у меня история, земляне. Я ее сам слышал. Бывший матрос Пупкин после службы в гости ходил нечасто. И вот друзья по техникуму пригласили его на вечеринку. Друзей было трое, четыре девушки, Пупкин мелко трясся от предвкушения. За это его послали за водкой и закуской. Наказали купить побольше яиц, потому что. И Пупкин пошел. Яиц он купил сотню, потому что знал — яйца лишними не бывают. Купил водки, хлебошка и вприпрыжку приближался к подъезду. Тут со второго этажа ему крикнули друзья, вышедшие покурить: Пупкин, ептыть, хули ты, как трупяк тащишься? Вот такие у Васи были друзья. И вот он, радостный, предвкушая обильную трапезу, аккуратно, ногой открывает дверь подъезда, в ушах еще звучит призыв друзей поторопиться... Пупкин к лифту, а тот отрыгивает неопрятную даму средних лет, которая тут же и застряла в проеме. Пупкин бросается по лестнице вверх. И так спешит, что наступает на пакет с яйцами. Нога у него пробуксовывает (а вы помните, что Пупкин вышел из дому в роскошных резиновых тапочках) и тапочек летит в голову застрявшей даме. А Пупкин летит вверх, вперед, одновременно пытаясь поднять пакет, в который упирается ногой. Пакет, ясное дело, по шву, и все содержимое — сто куриных коричневых яиц — забрызгивает стену и друзей Пупкина, курящих у окна. Пупкин был далеко не акробат, и равновесия не удержал. Видели, как люди на льду поскальзываются? Так и Пупкин второй рукой сделал резкий взмах, чтобы устоять, да куда там. Он просто с огромной силой швырнул второй пакет — с тремя бутылками водки и буханкой хлебца — опять же в сторону своих друзей, которые, хоть и обтекали, но нечеловечески быстро пригнулись. Благодаря этому страшный снаряд не снес кому-нибудь из них голову, а безопасно вылетел в открытое окно, круто спланировав, так сказать, на стоявшую внизу "девятку". Пацаны в "девятке", которые терли о своем, пацанском, расслабили сфинктеры. Что удивительного, если вокруг никого, а в следующий момент их товарища очень больно ударяет по голове крышей. Но пацаны многое повидали, потому выхватили верные тэтэшники и помчались в сторону окружной дороги собирать людей. "Девятка" еще не успела стартовать, а Пупкин уже ударил лицом в ребро ступеньки. Слыхали ли вы такое идиоматическое выражение — глаза вылезли на лоб? не такое уж большое преувеличение, доложу я вам. И вот, судари дорогие, Пупкин бьется в преждевременных конвульсиях, ребята у окна посылают его на, лифтовая дама скрылась с тапком, а из кравтиры выбергают девчонки, все такие возбужденные. Кто стрелял, говорят, где рвануло? Тут они увидали море кровищщщщи, которое подтекало из-под Пупкина и все разом завизжали, заорали, побежали за бинтами. А соседи были весьма недоброжелательно настроены к хозяину квартиры, и этих соседей можно понять — не каждый сумеет затопить твою квартиру, если вы на одной лестничной клетке. Это история отдельная, хоть и поучительная. Так вот, соседи не преминули позвонить в милицию, красочно расписав, что у них в подъезде сосед-тунеядец что-то взорвал, а в квартире у него притон и все они наркоманы. Милиция согласилась приехать. В Пупкина в это время тыкали ватой, он ничего не соображал. Надо его в травму везти, сказал кто-то. Все быстро повезли Пупкина в травму. Остались в квартире одни девчонки, которые от расстройства стали что-то печь и тут же это съедать. Тут к ним заглянула соседка и обрадовала их скорым приездом милиции. Девчонки жутко испугались — могли ведь и по месту учебы с жительством прислать благодарность — и из квартиры убежали. Надо было им из духовки забрать свой дурацкий рыбный пирог, потому что он стал испускать невероятно густой и пахучий дым. Соседка, принюхивающаяся к входной двери, решила, что в отместку девки-проститутки решили поджечь весь дом. Она тут же вызвала пожарных и скорую, а сама затаилась в своей прихожей, неотрывно глядя в глазок. Пупкина тем временем положили на липкую кушетку, а три его друга, все в пупкинской кровище, ждали его в холле. Наконец, к ним вышел врач и меланхолично сказал: Не ждите его. А что такое, заволновались друзья. Он спит, сказал врач, я сделал ему укол. Оставьте телефон, мы вам позвоним, когда его забрать можно. Ребята дали телефон и пошли домой. Идти-то недалеко, дворами. В это время менты выломали дверь и ворвались в квартиру. Там было не продохнуть. Видел, в подъезде полный дестрой, сказал старшина лейтенанту. Ага, ответил тот, и кровищи скока. Опять жмур, небось. Тут подоспели пожарные. Пока они разбирались с милицией, кто кого вызывал, соседка, мелко пританцовывая, приговаривала: Ага, вот вам так и надо. Очень хотелось в уборную, но она мужественно терпела. Тут и ребята пришли. Их сразу повязали и начали блиц-допрос. Ты его резал, ты, сука, — ревел лейтенант, нависая над Пашей. Кого резал, канючил Паша, никого я не резал! Что ты мне дуру гонишь, ты на себя глянь, весь в кровище. Да это не моя кровища, кричал Паша. А мы знаем, что не твоя, зловеще сказал лейтенант и всех увезли в застенок... Через день все выяснилось. Пупкина предъявили милиции и понятым, жизнь снова вошла в привычную колею. Но Пупкина больше в гости никто не приглашал, пока он не стал колдуном. Но это, опять же, другая история.