
English: 
So, welcome to Maps of Meaning. So the first
question I guess I might have is, what, why
are you here? Anybody got an interesting reason?
>>[Student answers: Uh, I want to be able
to manipulate reality to my best interests.]
>>That's a good plan.
>>[Student answers: Yeah.]
>>Except for the manipulate part.
[Laughter]
>>[Student answers: Maybe my wording is off?]
>>It's okay.
>>It's better to work with reality, generally,
than to manipulate it cause it tends to hit
back. Anyone else? Yeah.
>>[Student answers: Uhh, my friend took this
class a couple years ago and he kind of threatened
me to take it.]
>>Oh yeah.
>>[Student answers: Cause apparently he said
that the course actually changes like�]
>>For the, for the better?
>>[Student answers: Yeah.]
[Students' laughter]
>>That's good.
>>[Student answers: You made him write a short
story or something, and made him want to become
an author. Now he's a published author.]
>>Really?
>>[Student: Yeah]
>>Is he any good?
>>[Student answers: I never read his book
actually.]
[Students' laughter]

German: 
Also: Willkommen bei Maps of Meaning. Ich vermute meine erste Frage ist, warum
seid ihr hier? Hat jemand einen interessanten Grund? [Student: Ich möchte die Realität
in meinem Sinne manipulieren.]
Das ist ein guter Plan.
[Student: Ja.]
Mit Aussnahme der Manipulation.
[Gelächter]
[Student: Vielleicht habe ich mich falsch ausgedrückt?] Ist schon OK.
Es ist besser mit der Realität zu arbeiten als sie zu manipulieren, denn sie schlägt
gewöhnlich zurück. Sonst jemand?Ja. [Studentin: Ein Bekannter hat diese
Vorlesung vor einigen Jahren besucht und mich praktisch gezwungen herzugehen.]
Oh, ja.
[Studentin: Er hat gesagt der Kurs würde tatsächlich das Leben verändern.]
Zum Besseren? [Studentin: Ja.]
[Gelächter] Das ist gut.
[Studentin: Er musste eine Kurzgeschichte oder etwas in der Art schreiben. Daraufhin wollte er
ein Autor werden. Sein Buch wurde verlegt.]
Wirklich?
[Studentin: Ja.] Ist er gut?
[Studentin:Ich habe das Buch nie gelesen.]
[Gelächter]

Russian: 
Итак, добро пожаловать на Картографию Смыслов. Я бы хотел спросить вас зачем
Вы здесь? У кого нибудь есть интересный ответ? [Студент отвечает: Ну, я хочу научиться
манипулировать реальностью в своих интересах.]
Отличный план.
>>[Студент отвечает: Да.]
Ну кроме части про управление ей.
>>[Студент отвечает: Может я не совсем правильно сказал?] >>Все нормально.
Ну вообще лучше работать с реальностью, чем манипулировать, потому что она обычно дает сдачи
Кто нибудь еще? Да. >>[Студент: Ну, мой друг проходил
этот курс пару лет назад и он уговорил меня взять его
О да.
>>[Студент: Ну он сказал, что этот курс изменил его]
>>В лучшую сторону? >>[Студент: Да.]
Ну это хорошо.
>>[Студент: Вы вдохновили его написать небольшую историю и
он решил стать писателем. Недавно он выпустил свою книгу.] >>Правда?
>>[Студент: Да] >>Хорошо пишет?
>>[Студент: Ну если честно - я не читала.]
 

German: 
Ihr seid ja Freunde. Kein Wunder, dass er dich gezwungen hat.
[Student: Ich habe den Kurs vor sechs Jahren besucht, und er hat die Art und Weise
verändert, auf die ich die Welt sehe. Ich wollte sehen was der Kurs nach sechs Jahren bewirkt.]
Möchtest du wissen ob du dich zurück veränderst?
[Gelächter]
Das ist gut.
Also warum hast du dich entschieden, ah, warum hast du dich nach all der Zeit entschieden den Kurs nochmal zu besuchen?
[Student: Ich habe mir in den vergangenen Jahren Gedanken zu den Themen des Kurses gemacht
und jetzt, es ist etwas her und ich wollte mein Wissen auffrischen und, wissen Sie,
mit allen neuen Erfahrungen die ich gesammelt habe und allem was ich gelernt habe, auf welche Weise
ich jetzt von dem Kurs profitieren kann.] Ja, das ist sehr engagiert
und hoffentlich sinnvoll.
[Student: Ein Freund hat mir gesagt, dass er ein spirituelles Erweckungserlebnis hatte, weil er
diesen Kurs besucht hat.] Oh Gott, ich hoffe ich habe das nicht gesehen. Hat er das, ja?
[Student: Ja.] Hat er dir das irgendwie  genauer beschrieben?
Ist es mit einem Epileptischen Anfall eingergegangen? [Gelächter]
[Student: Er hatte einige Visionen, soetwas in der Art.]

English: 
>>Ooh. Some friend you are. No wonder he threatens
you. Yeah.
>>[Student answers: I audited this course
six years ago, and the course changed the
way I see the world. So I want to see after
six years what happens now.]
>>You want to see if it'll change back?
[Students' laughter]
Well that's good.
So why did you decide, why, uh, why after
all this time did you decide to come back?
>>[Student answers: Well I thought about the
things you discussed in the class over those
six years, but now, um, it's been awhile and
I want to refresh myself and see, you know,
with the new experience I've had, and the
new things I've learned, how and what I can
take from it now.]
>>Hmm, hmm. Well that's very, um, dedicated
and hopefully useful.
>>[Student answers: My friend said that he
had a spiritual awakening from taking this
course.]
>>God, I hope I didn't see that. He did, eh?
>>[Student: Yeah]
>>Did he give you any, any, like, any, description
or? Was it associated with an epileptic seizure?
[Students' laughter]
>>[Student: It was associated with a lot of
like, visions]

Russian: 
>>Ну вы и друзья, не зря он уговаривал тебя пойти курс
>>[Студент: Я был на аудите этого курса 6 лет назад, и этот курс изменил
то, как я смотрю на мир. Ну и я хотел посмотреть, изменится ли что-то через 6 лет.]
Ты хочешь узнать изменится ли он назад?
Ладно, это хорошо.
Так зачем ты решил вернуться после столь долгого времени?
>>[Студент: Ну я подумал о тех вещах, которые вы успели узнать за эти
6 лет, но теперь прошло немного времени, я хочу освежить память и узнать
с тем опытом, который я накопил и с теми новыми вещами, о которых я узнал, как и что я могу
узнать из курса сейчас.] >>Хм, ну это очень преданно
и надеюсь полезно.
>>[Студент: Мой друг сказал, что у него случилось духовное пробуждение, после этого
курса.] >>Боже, я надеюсь не прямо на лекции. Прямо пробудился?
>>[Студент: Да] >>Ну он как-то описал это Вам?
Это случайно с эпилептическим припадком не связано?
>>[Студент: Ну он связывал это со снами и видениями]

Russian: 
Правда? Это интересно. Ну да, что-то такое может выйти из под контроля
Нет, это действительно интересно. Я имею в виду, одна из вещей, которые я извлек
из своего обучения, когда узнал о тех вещах, о которых мы с вами поговорим
это очень радикальное увеличение частоты и ясности моих снов. И это не что-то приятное
кстати. Но это полезно. Вообще большинство полезных вещей не так приятны.
Значит ты решил прийти за тем же проклятьем, такой у тебя план, да?
 
>>Хорошо, еще кто нибудь? >>[Студент: Ну у меня есть личный
интерес в экзистенциальной психологии. Ницше, Юнге и т.п. Ну и я подумал, что это хорошее место
чтобы обсудить это и я брал ваш предыдущий курс, "Личность".]
 
Когда вы брали его?  >>[Студент: Пару лет назад.]
Да? Ну это хорошая подготовка к этому классу. Так, теперь есть ли здесь кто нибудь
Кто вообще не представляет о чем этот класс и пришел просто потому что

English: 
>>Oh really, eh? Oh that's interesting. Yeah
that can get out of hand, that sort of thing,
you know. No, that's, that's interesting.
I mean, one of the things that I experienced
when I started to learn some of the things
that I'm going to talk to you guys about is
a very radical increase in the intensity and
clarity of my dreams. It wasn't pleasant,
by the way. But, it was useful. Most useful
things aren't that pleasant. So you're in
for some of the same punishment, I guess that's
the plan, is it?
[Student answers]
>>Alright, alright, anybody else?
>>[Student answers: I sort of have an independent
interest in Existential Psychology. Nietzsche,
Jung, etc. This seemed like a good place to
discuss it, and I took your previous class,
personality.]
Personality?
>>[Student answers: I liked it a lot.]
>>When did you take that?
>>[Student answers: Couple years ago.]
>>Yeah? Yeah, well it's a good preparation
for this class. Now, is there anybody here
who doesn't have any idea what this class
is about, and more or less showed up because

German: 
Tatsächlich? Das ist interessant. Ja, solche Dinge können aus dem Ruder laufen
weisst du. Nein, das ist wirklich interessant. Ich meine, als ich begonnen habe mich
mit den Dingen zu beschäftigen, die ich euch erzählen werde, hatte ich
plötzlich viel intensivere und klarere Träume. Das war übrigens nicht
angenehm. Aber nützlich. Die meisten nützlichen Dinge sind nicht besonders angenehm. Also auf euch
wartet jede Menge Unangenehmes. Ich denke das ist der Plan.
[Student:Ja.]
Ok, Ok. Sonst noch jemand? [Student: Ich habe sozusagen ein spezielles interesse an
Analytischer Psychologie. Nietzsche, Jung etc. Dieser Kurs scheint mir diesbezüglich
der richtige zu sein, und ich habe bereits Ihre andere Vorlesung über Persönlichkeit besucht.]
Persönlichkeit? [Student:Ja, die hat mir sehr gut gefallen.]
Wann hast du die Vorlesung besucht? [Student:Vor ein paar Jahren.]
Ja? Ja, das ist eine gute Vorbereitung auf diese Vorlesung. Nun, gibt es hier auch
jemanden, der keine Ahnung hat, worum es in der Vorlesung geht. Jemand der nur da ist, weil

Russian: 
время было подходящее или что-то подобное? Так, то есть Вы вообще не предствляете во что
вы ввязали себя?
[Студент отвечает]
Ладно, тогда давайте перейдем сразу к делу? Значит мы поговорим с вами
Примерно 2 часа, потом будет перерыв, потом я скажу вам что
вам нужно будет делать в этом курсе. Но к тому времени вы уже узнаете хотите ли вы брать курс или нет
Потому что вы будете знать интересно ли вам о чем я говорю.
Я записываю видео лекции - я всегда это делаю. Поэтому предыдущие видео будут в сети
даже предыдущих годов. Так что надеюсь это будет полезным ресурсом.
Надеюсь в следующий раз настройка камер не займет столько времени. Я все еще привыкаю к оборудованию.
Итак, я хочу рассказать вам о том, к чему вся эта лекция.

German: 
er gerade Zeit hat oder so in der Art? Also du hast keine Ahnung was auf
dich zukommt?
[Studentin unverständlich]
Ok, also dann fangen wir an, warum denn nicht? Ich werde jetzt etwa zwei Stunden sprechen
dann bekommt ihr eine Pause und dann erzähle ich euch
was von euch in dieser Vorlesung erwartet wird. Aber dann wisst ihr schon, ob ihr die Vorlesung besuchen werdet
weil ihr dann schon wisst, ob euch das was ich euch erzählt habe interessiert.
Ich nehme die Vorlesung auf - ich mache das immer. Die Videos stelle ich online. Man kann die
Vorlesungen der letzten Jahre auch online finden. Ich hoffe das ist eine Nützliche Quelle. Das sollte
beim nächsten mal nicht mehr so viel Vorbereitung benötigen wie heute. Ich kämpfe immer noch mit der Technik.
Also, ich möchte euch erzählen warum ich euch erzähle was ich euch erzähle. Als ich

English: 
the time is right or anything like that? So
you don't really have any idea what you're
in for?
[Student answers]
Alright, well I'm gonna jump right into it
because why not? So I'm gonna talk to you
for about two hours, and then you can have
a break, and then I'm gonna tell you what
you have to do in the class. But, by that
time you'll know if you wanna take the class
because you'll know whether or not you were
interested in what I told you about. So I'm
going to video the class - I always do that.
So the videos will be online, ones from previous
years are online as well. So hopefully that'll
be a useful resource. It shouldn't take me
as much setup time the next time as it did
me today. I'm still getting used to this equipment.
So, I wanna tell you why I'm telling you the
things that I'm going to tell you. When I

German: 
etwa in eurem Alter war, vielleicht ein bisschen älter, wenn ich mich nicht täusche,
Ihr seid so um die 21, ich war wahrscheinlcih ein paar Jahre
älter. Mein erstes Jahr an der Hochschule. Das war
1985, ich war also 23.
Das war 1985 und damals befand sich der Kalte Krieg
auf einem seiner Höhepunkte. EWin andere Höhepunkt war 1957
Ich glaube es war 57. Ich hoffe ich täusche mich nicht. Als Stalin verkündete,  dass er
die Wasserstoffbombe entwickelt hat. Ich weiss nicht wie viel ihr über Wasserstoffbomben wisst, aber
alles, was man über Wasserstoffbomben wissen muss, ist, dass sie eine Atombombe als Auslöser benutzen.
Sie sind also ziemlich gewaltige Waffen und sowohl die UDSSR als auch die Vereinigten Staaten bauten einige sehr sehr grosse.
So grosse, dass die Bombe von Hiroshima dagegen wie Dynamit wirkt.

English: 
was approximately the same age that you people
are, probably a little bit older as I imagine
you guys are around 21 or something like that.
I was probably about your age and a couple
years older. First year I was in graduate
school, in particular, which I guess was in
1985, so I was 23 then.
That was in 1985, and there are a couple of
times in the late 20th century where the Cold
War really came to a peak. And one time, I
guess, was probably in about 1957 when, I
think it was 57. I hope I have my dates right.
Whenever Stalin announced that he had developed
a hydrogen bomb, and I don't know how much
you guys know about hydrogen bombs, but all
you really need to know about a hydrogen bomb
is that they use atom bombs as a trigger.
So they're quite the weapon, and the USSR
and the US made some very, very big ones.
They're big enough to make the thing that
was dropped on Hiroshima look like dynamite.

Russian: 
Когда мне было примерно столько же лет, сколько и вам, наверное я был чуть старше
вам ребята наверное 21 или что-то около. Ну мне было примерно как вам
плюс еще пару лет. Первый год я был в высшей школе, наверное в 1985
значит мне было 23, да
Ну вобщем это было в 1985 году, и пару раз во время второй половины 20 века
Холодная война действительно была на пике. Однажды, я думаю это было примерно в 1957, когда
Да, думаю это был 57. Надеюсь по датам не ошибся. Короче когда Сталин объявил, что они закончили
разработку водородной бомбы. Не знаю насколько вы в теме, ребята, но все что вам надо знать
это то, что в водородной бомбе атомная бомба используется как запал.
Вобщем серьезное оружие, СССР и США сделали парочку очень больших бомб.
Они были такими большими, что заставили бы Хиросиму выглядеть как взрыв динамита.

Russian: 
Сотни и сотни раз больше, может даже тысячи, я уже давно не узнавал про новые.
 
Ну и потом в 1962 был кризис в Кубе - у меня есть об этом история.
где-то 10 лет назад я отправился в Тусон, Аризону, там была конференция по теме "Сознание".
Ну и там часто проходит эта конференция. Вообще довольно популярная
хотя мне кажется мы так ничего нового про сознание и не узнали
с тех пор как начали конференцию. Ну и Тусон довольно интересный город
находится в середине пустыни, крутой пустыни, с такими кактусами вдоль дорог.
Еще там очень сухо, ну это конечно ожидаемо
все таки это пустыня. Ну и одна из вещей, которую американцы делают в Тусоне, это хранят старые боевые самолеты
Вобщем там есть музей аэронавтики, удивительное место. Содержит примерно 500

German: 
Also aberhundertmal gösser, wahrscheinlich abertausendmal. Es ist einige
Zeit her, dass ich nachgesehen habe.
Und 1962 war dann die Kuba-Krise - ich habe eine gute Geschichte dazu. Also,
vor etwa zehn Jahren war ich in Tucson Arizona auf einer Konferenz zum Thema "Bewusstsein".
Die Konferenz fand häufig statt und es war eine ziemlich beliebte Konferenz
auch wenn ich mir nicht sicher bin, dass wir nach der Konferenz mehr über das Bewusstsein wussten
als davor. Tucson ist auf jeden Fall eine interessante Stadt. Mitten in
der Wüste, in einer kühlen Wüste, mit diesen Saguaro road runner Kakteen. aber
es ist dort auch extrem trocken, was nicht besonders aussergewöhnlich ist, nachdem
es eine Wüste ist. Eines der Dinge, die die Amerikaner mit der Wüste tun ist, sie lagern alte Kampfflieger
dort. Und daher gibt es ein Flugzeug Museum, ein toller Ort. Dort gibt es etwa 500

English: 
So, hundreds and hundreds of times bigger
- maybe thousands of times. It's been awhile
since I looked into it.
And then in 1962, there was the Cuban Missile
Crisis - I have a good story about that. So,
about ten years ago, I went down to Tucson,
Arizona to a conference on consciousness there.
And they have that conference fairly frequently
in Tucson. It's become quite a popular conference
even though it isn't clear to me that we know
anything more about consciousness than we
did before the conference started. And, Tucson's
kind of an interesting town. It's in the middle
of the desert, the cool desert, with the big
sort of Saguaro road runner cactuses. But
it's also extremely dry there which is, of
course, what you'd expect given that it's
a desert. So one of the things that Americans
do with Tucson is store old fighter planes
there. And so there is an airplane museum,
which is an amazing place. It has maybe 500

Russian: 
cамолетов, включая самолет Джона Ф Кеннеди, на котором он пролетел вокруг земли
Там кстати даже душа не было
Это интересно потому что снаружи он выглядит как современный самолет, а внутри
он выглядит как будто из Второй Мировой войны, потому что 1962 намного ближе к войне
чем мы сейчас во многих вещах. Даже ракета, на которой полетели на луну
выглядела так, как будто ее строили используя технологии Второй Мировой войны
Там было полно ламповых транзисторов, механических переключателей, довольно простая вещь. Вобщем кроме музея
Который очень интересный, там есть бомбардировщик Б-52 и вообще много разных штук.
Огромные такие самолеты. Там еще есть кладбище самолетов, где они хранят старые боевые истребители
И их там очень много, акры, акры и акры, тысячи
и тысячи старых, законсервированных самолетов стоящих в пустыне
это вообще даже круто, в своем странном смысле, но там была одна вещь, на которую мы отправились посмотреть

German: 
Flugzeuge, inklusive John F Kennedys Air Force One. Die Maschine mit der um die
Welt flog - übrigens ohne Dusche.
Es ist interessant, weil der Flieger von aussen wie ein moderner Jet aussieht. Innen aber
sieht er noch immer aus wie aus dem Zweiten Weltkrieg. 1962 ist auch wesentlich näher am Zweiten Weltkrieg
als an heute, in allen möglichen Aspekten. Sogar die Raketen mit denen sie auf den Mond flogen
haben ausgesehen, als wären sie mit Weltkriegstechnologie gebaut - die waren voller
Schaltkreise, mechanischer Schaltkreise, ziemlich primitiv. Auf jeden Fall gab es dort das
Flugzeugmuseum - einen sehr interessanten Ort - mit B-52 Bombern und ähnlichen Dingen.
Diese Flieger sind riesig. Es gibt auch einen Flugzeug-Friedhof wo alte Kampfflugzeuge gelagert werden
und haufenweise alte Kampfflugzeuge also Quadratkilometer voll von abertausenden
eingemotteten Kampfflugzeugen mitten in der Wüste. Das ist auf eine seltsame Art cool..
Aber ers gab dort unten noch etwas, das ich mir angesehen habe:

English: 
planes including John F Kennedy's Air Force
One, which is the jet that he used to zoom
around the world - it didn't have a shower
by the way.
It's funny because on the outside it looked
like a modern jet, but on the inside, it looked
pretty much like it was from World War Two
because 1962 is a lot closer to World War
Two than it is it now, in all sorts of ways.
Even the rockets that went to the moon looked
like they were built by people who were using
World War Two technology - they were full
switches, mechanical switches, and it's pretty
basic. Anyways, as well as the airport museum,
which is a very interesting place - there's
B-52 bombers there and all sorts of things.
Those things are huge. There's also an airport
graveyard where they store old fighter jets
and there's a lot of old fighter jets so there's
acres, and acres, and acres, and thousands
and thousands of old mothballed fighter jets
lined up in the desert. So that's kind of
cool in a strange way, but there was one other
thing down there that I went and saw which

Russian: 
это была списанная база хранения ядерных ракет, там была межконтинентальная баллистическая ракета
их построили в 50-ых и ранних 60-ых, и они были
огромными ракетами. Я думаю что хранилище
было намного больше диаметром, чем эта комната.
Думаю в два раза больше этой комнаты, так что можете представить, что за ракета
это не ваша "бабушкина ракета". Это была ракета из высшей лиги
их хранили под землей, глубоко внутри, потому что не хотели
чтобы кто-то взорвал их, если начнется бомбардировка, так что они зарыли их глубоко
вниз и чтобы попасть туда, надо было пройти сквозь огромную стальную дверь, которая была
похожа на большую дверь от сейфа, ну кроме того, что она была раз в десять больше и толще.
Ну и все место было обтянуто колючей проволокой

German: 
eine stillgeleggte Atomraketenbasis. Das war eine Interkontinentalraketen-Abschussrampe.
Die wurden in Ende der Fünfziger, Anfang der Sechziger Jahre gebaut und das waren gigantische
Raketen. Ich denke der Raketensilo, wir konnten nämlich in den Silo hineingehen, der war sicher
im Durchmesser grösser als dieser Raum.
Ich denke er war wahrscheinlich zweimal so gross wie dieser Raum. Ihr könnt euch also die Grösse der Rakete vorstellen.
Das war also nicht die Rakete eurer Grossmutter. Das ist eine wirklich gigantische Waffe.
Und an der Oberflöche - diese Dinger waren tief unter der Erde, um sie vor Bombardements
zu schützen, darum haben sie sie tief unter der Erde
vergreben und um hinein zu gelangen musste man massive Stahltüren - so wie eine Safetüre
nur zehnmal so gross und dick - passieren. Und oben waren
Zäune und Stacheldraht und die Raketenhaube.

English: 
was a decommissioned nuclear missile site
and it was an intercontinental ballistic missile
site and those were built in the fifties and
early sixties, and they were major league
rockets, those things. I think the silo, cause
we could go into the silo, and it was certainly
farther across in diameter than this room.
I would think probably twice as large as this
room, so you can imagine how big a missile
that would be - it's not your grandmother's
missile. It's a major league piece of armament,
and out on the grounds - these things were
underground, deep underground, because they
didn't want them to get blown up if they were
bombed, so they buried them quite a long ways
down and to get into it, you had to go through
this massive steel door that was like a huge
safe door except, you know ten times as big,
and ten times as thick. Out in the yard of
the nuclear missile site, there were fences
with barbed wire on them of course, and there

Russian: 
Еще там была головка ракеты. Ну носовая часть ракеты. Некоторые из этих ракет имели
одну боеголовку, которой хватило бы чтобы полностью уничтожить город, а некоторые имели несколько
боеголовок, чтобы их можно было вывести в космос и потом на Землю
ну и они бы распались на много маленьких ракет и разбомбили
все что вообще можно, а не только один город.
Ну и вобщем эта боеголовка лежала там во дворе и выглядела довольно пугающе
Реально большая штука. Пимерно 6 футов в высоту, и наверное
столько же в диаметре. Она была сделана из пластика, ну какой-то вид пластика
который в толщину три четверти дюйма, он должен расплавиться
при возвращении в атмосферу, как я и говорил их запускали в космос, что вообще немного обескуражевает
серьезно. Значит мы были в этом ракетом отсеке и вы знаете, я упомянул
"бабушкину ракету". И не просто так, это была такая аналогия

German: 
Also die Spitze der Rakete. Manche der Raketen hatten einen einzigen
Sprengkopf der ausgereicht hätte um eine Stadt zu zerstören. Andere hatten mehrere
Sprengköpfe. Die konnte man in das Weltall schiessen und beim Wiedereintritt
wären sie zerbrochen und mit den einzelnen Sprengköpfen kann man
alles dem Erdboden gleichmachen und nicht nur eine Stadt zerstören.
Diese Raketenhaube war also da oben und war ein ziemlich seltsam aussehendes Ding.
Ich sage es euch. Es war riesig. So etwa zwei Meter hoch und auch ungefähr in diesem
Durchmesser. Es war aus Plastik, ein buntes Plastik,
Etwa zwei Zentimeter dirck und beim Wiedereintritt würde es
schmelzen, weil die Dinger ja in das Weltall hinausgeschossen werden. Das war ziemlich
beunruhigend, ich meine das ernst. Wir waren also auf dieser Raketenrampe und wisst ihr, ich habe
die Rakete eurer Grossmutter erwähnt. Dafür hatte ich tatsächlich einen Grund. Ich habe etwas vorgegriffen.

English: 
was a missile cap. It'd be the nose cone of
the missile. Some of these missiles had single
warheads, which were more than sufficient
to demolish a city and some of them had multiple
warheads, so they would shoot out into space
and then come back into Earth and then they
essentialy break apart or disperse into multiple
missiles and then you can really bomb the
hell out of whatever you were going to bomb
instead of just destroying one city.
And so, the nose cone was sitting out there
and that was a pretty freaky looking thing,
I'll tell you. Like it was big. It was about
seven feet high I would think, and maybe about
the same amount across. It was made of this
plastic, kind of variegated plastic material
that was about three-quarters of an inch thick
and then it would melt off, of course, on
re-entry because as I said these things shot
out into space, and so that was kind of unnerving
really, in a serious way. So we're at the
missile site and you know, I mentioned your
grandmother's missile. There was actually
a reason for that. It was a bit of foreshadowing

Russian: 
это было очень забавное место, потому что перед бункером с ракетами
был такой самодельный музей, ну вы знаете, там были фотографии Рейгана и Горбачева
потому что они списали свои ракетные бункеры когда произошло разоружение
ну и когда началась перестройка и Советский Союз начал распадаться, в общем там были все эти фотографии
Рейгана и Горбачова из 1984 года и этот музей был своеобразной капсулой времени
1984 года, и люди, которые управляли этим местом, были такими Аризонцами на пенсии
ваши бабушки и дедушки, ну если представить что ваши бабушкии дедушки были Аризонцами
Но они были очень дружелюбны и с радостью показывали свой музей ядерных ракет
ну это как побывать в их реконструированном прошлом, только с учетом, что это место запуска ядерных ракет
и они были гостипреимны и это странно, знаете.
Ну странно приглашать людей в место запуска ядерных ракет. Это просто не логично и довольно забавно
и обескураживающе и смущяюще, ведь в 1980 году это место было закрытым

English: 
because it was a very funny place because
at the front of the missile site there was
sort of this museum set up, you know, and
it had pictures of Reagan and Gorbachev on
it because they decommissioned the missile
sites when detente occurred and then when
Perestroika hit, and the Soviet Union started
to collapse, and so there were all these pictures
of Reagan and Gorbachev from 1984 and so the
museum was kind of like a time capsule of
1984, and the people who were running it were,
like, retired Arizonans. And they were like
your grandparents, assuming you have retired
Arizonans for your grandparents.
But they're real friendly and they're pretty
happy to show you their nuclear missile museum
and it was sort of like being in their rec
room, except that it was a nuclear missile
site and they were hospitable and it was weird,
you know. It's like welcome to - you don't
welcome people to a nuclear missile site.
It's just not reasonable and so it was very
disconcerting and it was disconcerting that
it was locked in the 1980's and then it was

German: 
Es war wirklcih ein seltsamer Ort, vor dem Bunker war eine Art
Museum, wisst ihr. Dort waren Bilder von Reagan und Gorbatschow.
Weil die die Raketenbunker abgebaut haben als
die Perestroika angefangen hat, und die Sowjetuniun  anfing zusammenzubrechen. Da waren also die Bilder
von Reagan und Gorbatschow aus dem Jahr 1984 und das Museum war eine Art Zeitmaschine in das Jahr
1984, und die Leute die das Museum betrieben haben waren in Pension und kamen aus Arizona. Die waren wie
eure Grosseltern, wenn man davon ausgeht dass ihr Pensionisten aus Arizona als Grosseltern habt.
Die waren sehr freundlich und glücklich, dass sie ihr Nuklearrakete-Museum herzeigen konnten.
Es war wie in ihrem Wohnzimmer. Abgesehen davon dass es eine Atomraketen-Abschussbasis war.
Sie waren sehr gastfreundlich und es war seltsam. Es ist wie - man ladet keine Menschen
auf eine Atomraketen-Abschussbasis ein. Das ist einfach nicht realistisch. Es war
sehr befremdlich und es war befremdlich dass man sich plötzlich in den 80ern befand und

Russian: 
ну и смущяло что все там такие дружелюбные и гостепреимные, ну и знаете, они с гордостью показывали
это место и были рады, что находятся там. Ну и когда спускаешься в само место с ядерными ракетами
в центр управления, это как в Стар Треке, ну знаете, из 1966 или 1967
только еще примитивнее. Я не помню были ли консоли управления Стар Трека сделаны по моделе
консолей с мест запуска ядерных ракет или наоборот, ну я подозреваю
что все таки не наоборот, но в целом все было таким, как из 50-ых
все место было покрашено таким пастельно-зеленым, ну знаете, как в ранних 50-ых
или 60-ых людям нравилось.
Ну и там была такая, знаете, эстетика 50-ых.
И вы бы даже не подумали, что место запуска ядерных ракет будет иметь эстетику, но она там есть
ну и все было по самым высоким технологиям 1957 года. Дальше они приводят вас в комнату управления

German: 
es war befremdlcih dass die Leute so freundlich waren und wisst ihr, sie waren so stolz das alles
herzuzeigen und dort sein zu dürfen und wenn man in den Silo hinabstieg
das Kontrollzentrum, das war wie in Star Trek in den sechzigern.
Vielleicht etwas primitiver. Ich weiss nicht mehr ob die Star Trek Brücke
den Atomraketen-Kontrollzentren nachgebaut war oder umgekehrt, aber ich habe den Verdacht
dass die Brücke nachgebaut wurde. Das war wirklich 50er Jahre Style.
Der ganze Bau war in diesem Pastelgrün gestrichen, das, ihr wisst das bestimmt, in den späten 50ern und frühen
60ern wirklich beliebt war.
Und es war diese 50er Jahre - wie sagt man - Ästhetik. Und man würde nicht unbedingt
annehmen, dass eine Atomraketen-Abschussbasis eine eigene Ästetik hat, aber das hat sie und sie hat nach
50er Jahre Hochtechnologie ausgesehen. Also man wurde in den Kontrollraum gebracht und die

English: 
disconcerting that it was friendly and hospitable
and, you know they were kind of proud to show
it off and happy to be there, and then when
you went down into the nuclear missile silo
proper - the control center, it's sort of
like Star Trek, you know, from 1966 or 1967
except more primitive. I don't remember if
the Star Trek control command area was modeled
after the nuclear missile site control systems
or if it was the other way around but I suspect
it was that they were modeled after the nuclear
controls but that was really 1950's - like
the whole place was painted in that pastel
green that, you know, late fifties and early
sixties people really liked.
And it had this 1950's - what would you call
it - aesthetic. And you wouldn't necessarily
think that a nuclear missile site would have
an aesthetic but it does, and it looked like
high tech 1957 technology. So they brought
you into the control room and the control

German: 
Steuerkonsole war etwa - also das Steuermodul oder wie man es nennt - war etwa dreimal so lang wie
das - vielleicht viermal. Es war eine ziemliche beeindruckende Maschine und die Art eine Rakete zu
starten war nicht allzu sicher, wenn ihr mich fragt. Einer der Typen hatte also einen
Schlüssel um den Hals hängen. Und ein zweiter Typ ebenso.
Um die Rakete abzufeuern, musste man die beiden Schlüssel gleichzeitig einstecken und die waren
soweit voneinander entfernt, dass nicht einer alleine das bewerkstelligen konnte. Das war der Hightech-Teil an dem
Ganzen. Wenn also beide Schlüssel steckten, dann mussten sie für zehn Sekunden umgedreht werden.
Ok, und eine Sache die ihr vielleicht über Balistische Raketen wisst ist, dass sie
keine Cruise Raketen sind. Wenn du diese Dinger startest, kommen sie nicht mehr zurück. Sie funktionieren wie Gewehrkugeln.
Darum nennt man sie Ballistisch. Wenn man eine Feuerwaffe auf jemanden richtet und abdrückt,
und sich dann umentscheidet, nachdem man die Kugel auf ihren Weg geschickt hat,
ist es etwas zu spät, weil du der Kugel nicht befehlen kannst umzukehren.

Russian: 
И пульт управления, ну или модуль или как его там называют - он был примерно в три раза длиннее
этой кафедры, может в 4 раза. Довольно впечатляющая машина
И то, как запускались ракеты, было не совсем продуманным, по моему скромному мнению. Значит как это происходило -
какой-то человек носил ключ на шее. И другой человек тоже носил ключ на шее.
И чтобы запустить ракету надо было засунуть оба ключа в скважины одновременно
и они были в далеке друг от друга, достаточно чтобы не дотянуться рукой, ну знаете, такая высокая технология
Ну и значит нужно было засунуть ключи в скважину и подождать 10 секунд
Окей и знаете, еще одна вещь про баллистические ракеты, не уверен понимаете ли вы это
но они работают не как крылатые ракеты. Как только запустишь эту штуку, пути назад нет. Они - пули.
Вот что делает их баллистическими. Ну знаете, если направишь оружие на кого-то и выстрелишь,
и потом на пол пути решишь, что это была не очень хорошая идея
уже немного поздно, потому что назад пулю уже не вернешь.

English: 
desk was probably - or the module or whatever you might
call it - was about three times as long as
this - maybe four times. It was a pretty impressive
piece of machinery and the way you launch
the missiles was not too secure in my humble
opinion. What happened was, one guy wore the
key around his neck. And then another guy wore the key around his neck.
In order to launch the sites, you had to put
the keys in the same time, and they were far
enough apart so nobody could stretch their
arms, you know, which was kind of the high-tech
part of it. So, and, he had to put a key in,
and you both had to turn the key for 10 seconds.
Okay, so, and one thing you may know about
ballistic missiles or you may not, is they're
not cruise missiles. Once you set those things
off, they're not coming back. They're bullets.
That's what makes them ballistic. You know,
if you aim a gun at someone and you shoot,
and you decide halfway, when the bullet's halfway
there, maybe that wasn't a good thing to do,
it's a little late because you're not telling
that bullet to come back.

English: 
And it's the same with ballistic missiles,
and those things are going a lot faster than
bullets, you know, like a 22 bullet goes about
the speed of sound, but a ballistic missile,
that thing has to go around 7 miles a second
to get out of the gravity o f the earth. Now
i'm not sure they go quite that fast because
that's escape velocity right, You need to do
that to get out of the gravitational well.
But to get out there into space, you have
to be damn close to 7 miles a second. So it's
a bullet, a very large bullet with a very
explosive head on it going 7 miles a second.
And once you turn those two keys man, that's
it. There's no turning back. That's that.
And so they took us through a simulated launch
which still kind of, it's still an uncanny
feeling remembering that, you know, because
it's a hell of a thing to apprehend. And then
they told us that the keys were in once. Right.
So we were ten seconds away. Now they wouldn't
tell us when, but we know when. It was during
the cuban missile crisis.

German: 
Und genauso ist es bei Ballistischen Raketen, nur dass die wesentlich schneller fliegen als
Kugeln. So als ob eine Kaliber 22 Kugel mit Schallgeschwindigkeit fliegt. Aber eine Ballistische Rakete,
die fliegt mit 11 km pro Sekunde um aus der Erdanziehung zu gelangen. Jetzt
bin ich mir nicht ganz sicher ob sie so schnell fliegt weil das die benötigte
Geschwindigkeit ist um aus der Erdanziehung zu gelangen, aber um in das Weltall zu gelangen
muss man knapp 11 km pro Sekunde fliegen. Es ist also eine gewaltige Kugel mit einem
ziemlich explosiven Kopf die mit 11 km pro Sekunde fliegt. Und wenn man einmal diese zwei Schlüssel in ihren
Schlössern gedreht hat, gibt es kein zurück. Das wars. Sie haben uns dann einen simulierten start
vorgeführt, was immer noch ein ziemlich unangenehmes Gefühl auslösen kann. Das lasst
sich nicht leicht begreifen. Und sie haben uns erzählt, dass die Schlüssel einmal in den Schlössern gesteckt haben. ja.
Wie waren also zehn Sekunden entfernt. Sie haben uns nicht verraten wann, aber wir können es uns denken. Es war
während der Kubakrise.

Russian: 
Ну и с ракетами точно так же, и эти штуки летают намного быстрее пуль.
22 калибр пули летит со скоростью звука, но баллистическая ракета
эта штука летит 7 миль в секунду чтобы вылететь из гравитационного поля Земли.
ну на самом деле не уверен, что они летят так быстро, ведь это скорость выхода на орбиту
Но чтобы вылететь в космос
нужно быть очень близко к 7 милям в секунду. Так что это пуля, очень большая пуля
с очень взрывоопасной головкой которая летит 7 миль в секунду. И как только ты повернул ключ
Это все, друг мой. Пути назад нет. Ну вот. Значит они показали нам симуляцию запуска
и это было очень неуютным чувством, ну знаете
это вообще странно полностю осознать. И потом они сказали нам, что ключи были в замочной скважине один раз. Да.
Так что мы были в 10 секундах от конца. Ну они не сказали нам, когда это было, но мы знаем. Это было
Во было во время Кубинского кризиса.

English: 
So, you know, there are a couple of times
in the latter part of the 20th century, where
we made it through the eye of a needle, we
barely bloody well made it. And, the cuban
missile crisis was one of those points. But
in the early 80's, things were heating up
pretty badly too. In about 1984, there was
a movie that came out, called The Day After.
You guys probably don't know about The Day
After. But it was the most watched movie that
had ever been broadcast on TV at that point.
And basically what it showed was, what a city
would be like, the day after the United States
had been bombed into total desolation by a
Soviet missile attack. And you know, it was
a pretty hair raising movie. And one of the
things that was quite interesting about it
was that Ronald Reagan later said that he
watched that movie and that was actually part
of the reason that he entered into Detente
talks with the Soviets.
Now you know, Reagan had been basically been
scaring the hell out of the Soviets. He had

German: 
Also wisst ihr, es gab einige Gelegenheiten in der zweiten Hälfte des 20. Jahrhunderts in denen
wir durch ein Nadelör geschlüpft sind. Wir hatten gewaltiges Glück. Und die
Kubakrise war eine dieser Gelegenheiten. Aber Anfang der 80er wurde es brenzlig.
Etwa um 1984 ist ein Film erschienen "The Day After".
Ihr kennt den Film vermutlich nicht. Aber damals war es der meistgesehene File
der jemals im Fernsehen ausgestrahlt worden ist. Und was er gezeigt hat war, wie eine Stadt
aussehen würde, nachdem die Vereinigten Staaten durch die Sowjetunion
in Grund und Boben gebombt worden sind. Und wisst ihr, es war ein Gänsehautfilm. Und eines der
Dinge die Ronald Reagan später über den Film gesagt hat, war interessant. Er sagte, dass
er der Film gesehen hätte und dass das tatsächlich ein Grund war, dass er mit den
Sowjets über nukleare Abrüstung sprach.
Wisst ihr, Reagan hat die Sowjets wirklich das fürchten gelehrt. Er nannte sie

Russian: 
Так что знаете, было парочку раз в 20 столетии, когда
мы еле как проскочили в ушко иголки, клянусь еле как прошли.
И кубинский кризис был одним из таких моментов. Но в начале 80-ых
ситуация тоже была довольно наколенной. Примерно в 1984 вышел фильм, который назывался "День после".
Вы наверное его не видели. Но это был самый популярный по просмотрам фильм
который показывали по телевизору в это время. Ну и там вобщем показывалось, что станет с городом
после того как США разбомбят Советскими ядерными ракетами
Ну и знаете, это довольно будоражащий фильм.
И знаете что было интересно, то что Рональд Рейган позже сказал
что этот фильм повлиял на него, чтобы он включился в пакт о разоружении
с Советами.
Ну знаете, Рейган вообще очень боялся Советов.

Russian: 
Он называл их Злой Империей, и либералы его за это не очень любили
Но советы, друг мой, они реальнь были Злой Империей. В этом вообще можно не сомневаться.
Не совсем точно известно, сколько людей убили советы во время Коммунистической революции и годами позже
Но по примерным подсчетам это от 20 до 60 миллионов. Это очень много людей.
Даже если это только 20 миллионов, это в 2 раза больше людей убитых в холокосте
Вы знали, что советы заморили голодом 6 миллионов украинцев в 30-ых, и это они просто разогрелись
Так что идея о том, что советы это злая империя, взялась не просто так
Но абсолютно точно нет сомнения что это было правдой и чем быльше мы узнаем что случилось
особено в период Сталина, хотя Ленин тоже не был лапочкой. Он в целом создал
Сталинского монстра, который пришел после него.
Чем больше мы узнаем об этом, тем страшнее становится. И Советская система
управлялась экономически, в целом, на рабской силе, если это вообще можно считать экономикой

German: 
ein "Reich des Bösen", was den Demokraten nicht gefallen hat. Aber die Sowjets,
das war ein Reich des Bösen. Es gibt nicht den geringsten Zweifel daran. Auch wenn man nicht exakt
weiss wie viele Menschen die Sowjets während und nach der Revolution umgebracht haben.
Aber die Schätzungen schwanken zwischen 20 und 60 Millionen. Das ist eine Menge. Selbst wenn es nur
20 Millionen sind, das sind dreimal mehr als im Holocaust.
Die Sowjets haben um 1930 sechs Millionen Ukrainer verhungern lassen. Das waren nur Aufwärmübungen.
Es ist also nicht so abwegig die Sowjets als Reich des ösen zu bezeichnen, auch wenn das ein sehr
starkes Wort ist. Aber es gibt keine Zweifel, dass es wahr ist. Und je mehr wir erfahren
speziell über die Herrschaft Stalins. Auch Lenin war kein Weisenknabe. Er hat das
Stalinistische Monster erschaffen.
Je mehr wir darüber erfahren, desto schlimmer wird es.
Das Sowjet-System wurde betrieben,
die Basis der Wirtschaft war Sklavenarbeit, soweit es eine
wirtschaftliche Basis gab. Unter Reagan

English: 
called them an evil empire, which the liberals
weren't very happy about, but the Soviets
man, they were an evil empire. There's absolutely
no doubt about it. It's not obvious how many
people the soviets killed, during their Communist
Revolution and years following that. But the
estimates range from twenty to sixty million.
Now that's a lot of people. Like even if it's
twenty million, that's three times as many
people as were killed in the holocaust. You
know, the Soviets starved six million Ukrainians
in the 1930s and that was just to get warmed
up. So the idea that the Soviets were an evil
empire, it's like, it's a strong word, but
there's absolutely no doubt that it was true
and the more we learn about what happened,
especially during the Stalinist period, although
Lenin was no picnic. He pretty much created
the Stalinist monster that followed him.
The more we learn about it, the more horrible
it becomes. And the Soviet system was operated,
the economy fundamentally ran on slave labor,
for what economy there was. What happened

German: 
begann es dann, zum einen begann die Sowjetunion auseinanderzubrechen.
Weil man
ein sinkendes Schiff nur eine bestimmte Zeit über 
Wasser halten kann. Und etwas so grosses kann zwanzig Jahre
brauchen bevor es untergeht. So ein System kann
lange kaputt weitermachen bevor es zusammenbricht.
Und so, als Reagan gewählt wurde, war das System
bereits ziemlich ausgebrannt
aufgrund seiner inneren Widersprüche.
Aber er hat die Millitärausgaben verstärkt
in einem beeindruckenden Ausmass. Und die Idee dahinter war,
zumindest behaupten das die Republikaner,
und vielleicht ist es auch wahr, die Idee war,
dass sie die Russen
in den Bankrott treiben wollten - und das ist ihnen
gelungen, und das war es für die
Sowjetunion und sie brach 1989 zusammen-
Das war ein guter Tag. Das war wirklich
ein guter Tag. Und das komische ist, dass niemand
das kommen gesehen hat. Und alle waren überrascht.
Gestern gab es die Sowjetunion noch. Und heute ist sie 
plötzlich verschwunden. Und es gab keinen
CIA-Analysten der gesagt hätte: Die werden zusammenbrechen,
die brauchen nur mehr einen letzten Stups

English: 
with Reagan in part was, first of all the
soviet union was falling apart because there's
just so long you can keep a sinking ship afloat.
And something that big can die twenty years
before it falls over. A system like that can
stumble along half-gutted and still manage.
And so, by the time Reagan had come along,
the thing had probably pretty much burned
itself out as a consequence of internal contradictions.
But he ramped up american military spending
to a staggering degree. And part of the idea
behind that, at least that's what the Republicans
would have everyone believe, and that might
be true, is that they're just going to spend
the Russians right into bankruptcy - and they
basically did, and so that was that for the
Soviet Union and it fell over in 1989 which
was like, that was a good day. That was a
really good day, and the weird thing is that
no one saw it coming. And that was shocking.
One day the Soviet Union was there and the
next day, the SU was gone. And there was gone
CIA analysts that said hey yea, they're about
ready to crumble, you just have to blow on

Russian: 
Ну и что случилось с Рейганом было от части, ну во первых Советский Союз разваливался
просто потому что тонущий корабль не может вечно плавать. И что-то столь большое может умирать 20 лет
прежде чем развалится совсем. Система как эта могла быть сильно повреждена, и все же умудряться выживать.
Ну и наверное ко времени прихода Рейгана сама система уже скорее всего сожгла
себя, в связи с внутренними противоречиями, но он повысил траты на вооружение США
очень сильно. И за этим стояла идея,
ну по крайней мере Республиканцы всем так говорили, что они собираются
обанкротить русских своей гонкой вооружений, ну и вообще у них получилось
ведь к 1989 году Советский Союз распался, и это был очень хороший день для нас.
Это действительно был хороший день. И что странно, так это то, что никто не предполагал что так будет. Это было шоком.
Вчера Советский Союз был, на следующий день пропал.
И у нас не было анализа ЦРУ, в котором бы говорилось, что скоро они развалятся, осталось немного

English: 
them and they'll fall over. It was a shock
to everyone.
You know, and then, it was very iffy in the
aftermath whether or not it would hold. Yeltsin,
who was a terrible drunkard, but actually
a pretty courageous, well he was russian,
you know. He was a pretty courageous guy and
he faced down reestablishment by the totalitarians
on a tank. You know, that was good for him
because that was pretty frightening too. Anyways
I'm telling you all this because when I grew
up, most of the people I knew were convinced
that there was no bloody way we were going
to make it to the 20th century. You know,
and I think, I remember discussing this with
all of my friends frequently, and you know
some people kind of use that as an excuse,
you know like what the hell's the point, you
know, we're gonna blow ourselves up anyway
so i might as well drink vodka until i fall
over. And you know, that's not really a particularly
moral way of looking at it, but I'm telling

Russian: 
стоит только подуть на них и все распадется. Это было шоком для всех.
Ну потом было не очень понятно, как долго все это продержится
Ельцин, который был ужасным пьяницей, но в целом довольно смелым, ну он был русским,
знаете. Он был довольно смелым парнем, и он взялся за переделку тоталитаризма
на танке. В общем ему довольно повезло, все это довольно страшно.
Ну ладно, я вам все это рассказываю, потому что когда я рос, большинство людей, которых я знал был уверены
что вообще нет никакого шанса пережить 20 столетие
И знаете, я думаю, да я помню как обсуждал это с друзьями часто
и знаете, для некоторых это было оправданием, вроде как зачем что-то делать, смысла нет
мы знали что скоро взорвем друг друга все равно, так что можно пить водку пока не умрем
И это не очень морально, так смотреть на вещи

German: 
dann bricht alles zusammen. Alle waren überrascht
Und danach war es noch immer sehr zweifelhaft,
wie sich das ganze entwickeln würde. Jeltsin,
ein schwerer Alkoholiker, aber ziemlich 
mutig, er war immerhin Russe,
wisst ihr. Er war ziemlich mutig und er hat sich den 
Bestrebungen die Sowjetunion aufrecht zu erhalten mit
Panzern entgegengestellt. Das war gut für ihn aber auch sehr 
beängstigeng. Auf jeden Fall
erzähle ich euch das alles, weil zu meiner Zeit die meisten
Menschen sicher waren, dass
das 20. Jahrhundert schrecklich zuende gehen würde. 
Wisst ihr
ich denke, ich kann mich erinnnern darüber ständig
mit meinen Freunden gesprochen zu haben. Und
einige Leute haben das als Ausrede verwendet. 
Was für einen Sinn hat das denn, wenn wir
uns ohnehin gegenseitig vernichten. Ich könnte also genausogut
Wodka trinken bis ich umfalle. until i fall
Aber das ist nunmal keine besonders moralische
Art um das zu betrachten. Aber ich sage euch

German: 
viele haben so gedacht und es war so verrückt. Alle
hielten es für sicher, dass es
in einer Katastrophe enden würde.
Und das hat es beinahe auch, es haben sich nicht alle 
geirrt. Wisst ihr, es gab
Zeiten in denen tatsächlicht, unlängst ist eine Geschichte
erschienen über einen Russischen General der
die Order erhalten hatte die Raketen zu starten. Es gab die 
Fehlinformation,
dass Raketen aus den USA über den Nordpol
auf Russland zusteuern und
er erhielt den Befehl für den Gegenschlag. Aber er weigerte sich.
Toll von ihm. Aber das war schon zu nahe dran.
Wirklich. Wisst ihr, es gab jede menge verrückte
Dinge die passiert sind
zu dieser Zeit.
Ich habe zum Beispiel ein Buch eines Ex-KGB-Mitarbeiters
gelesen, der schreibt er habe in einem Labor für
biologische Kriegsführung in der Sowjetunion gearbeitet. 
Sie haben unabsichtlich einige Leute getötet und ein paar ihrer Viren
sind entkommen und so etwa 500 Menschen starben.
Das sind viele Menschen, wenn auch nicht 250.000.
Aber es sind immer noch viele Menschen.
Aber was diese Genies versuchten war, eine Kreuzung

English: 
you that there was no shortage of thinking
that this was so insane that this would certainly
end in absolute catastrophe.
And it damn near did, like it wasn't some
kind of collective delusion. You know, there
were times, in fact, there was a story recently
published, about a russian general who was
given the order to launch the missiles. There
was a mistake in reading on their display,
showing that missiles were coming from north
america across the poles towards russia, and
he was told to launch, but he didn't. Well,
good for him, but, that's a little too close.
Really. And you know, there's all sorts of
other crazy things that had happened during
that period of time.
So for example, I read this book by an ex-KGB
guy who said he worked in a biological warfare
lab in the soviet union. They killed a number
of people by accident when some of their bugs
got out, on the order of 500 people, which
is a lot of people, but it's not like 250,000
people. But it's a lot of people. But what
those geniuses were trying to do was cross

Russian: 
Но я вам это говорю, потому что это было таким безумием, что
скорее всего закончилось бы катастрофой.
И почти случилось. Это не было каким-то коллективным помешательством.
Знаете, были истории, которые недавно опубликовали, о русском генерале
которому сказали запускать ядерные ракеты. Но там была ошибка на дисплее
которая вроде как показывала, что ракеты летят со стороны северной америки через полюс к России
и ему сказали запускать ракеты, но он не стал. Молодец конечно, но это как-то очень близко к концу.
Серьезно. И знаете, вообще было много всяких безумных историй, которые случились
в этот период времени.
Например есть книга, которую я прочитал, ее написал экс-КГБшник, который сказал что работал над биологическим оружием
в лаборатории в СССР. Они убили сколько-то людей случайно, когда один из их жуков
вылетел из лаборатории. Примерно 500 людей. Это конечно много, но не 250.000
человек. Но все равно много. Короче эти гении пытались скрестить

German: 
von Ebola und Pocken zu erzeugen. Pocken sind unglaublich - 
die Kombination aus Pocken und ebola ist
unglaublich anbsteckend und sehr sehr tödlich.
Sie haben also versucht
die beiden zu kreuzen und dann versprühbar zu machen Um sie
mit Kanistern über Städten zu
versprühen. Eine tolle wissenschaftliche Aufgabenstellung. 
Eine absolut gültige wissenschaftliche Fragestellung:
Kann man es schaffen?
Wisst ihr, das war eine ziemlich verrückte Zeit.
Und die gesamte Menschheitsgeschichte - was hat
Dostojewsky über die Menschheitsgeschichte gesagt?
Das einzige was man über die Geschichte sagen kann ist, dass
sie nicht vernünftig ist. Das bleibt einem im Hals stecken.
Sie war immer verrückt und sie ist es auch
jetzt, aber damals war sie wirklich verrückt. Aber 
wir haben es irgendwie geschafft. Gott sei danke und wisst ihr,
wenn ihr mich fragt, heute ist die Welt ein wesentlich
besserer Ort als damals, zumindest als sie es vor
30, 40, 50 Jahren war. Heute ist es viel besser,

Russian: 
эболу и оспу. И оспа, это вообще удивительно, но скрестить оспу и эболу
очень легко и очень очень смертельно. Ну и они пытались
скрестить их и потом запустить в балоны с распылителем
и распылить над городом. Неплохое такое научное исследование. Довольно резонный вопрос в науке
можно ли это сделать?
Хотя довольно спорный с моральной стороны. Так что знаете, это был безумный период времени.И вся человеческая история
Знаете что Достоевский сказал о человеческой истории? Единственное что можно сказать о ней
Так это то, что она не рациональна. Само слово застревает в горле и трудно его произнести, так что было безумно
и сейчас не лучше, но тогда было реально безумно. Ну мы прошли через это и спасибо богу
знаете, лично для меня мир теперь намного лучшее место чем тогда
ну чем 30 лет, 40 лет, 50 лет назад. Сейчас все намного лучше

English: 
ebola with smallpox. So small pox is unbelieveably
- the combination of smallpox and ebola is
extraordinarily easy to transmit and very
very very fatal. And so, they were trying
to cross it and then aerosolize it so you
could distribute it in canisters and blow
it over cities. Nice bit of scientific investigation.
Perfectly reasonable scientific question - can
it be done?
So, you know, it was a pretty crazy period
of time. And all human history - what did
Dostoevsky say about human history? The one
thing you can say about it is that it's not
rational. The very word sticks in your throat,
so it's always been crazy, and it's crazy
now, but it was really crazy then. And so,
we got through that, and thank god, you know,
as far as I'm concerned, the world is a lot
better place now than it was, well it is,
thirty years ago, forty years ago, fifty years
ago. Things are way better now, you know,

English: 
you hear a lot of doom and gloom about how
we're gonna destroy the planet, but we probably
aren't. The population is gonna stabilize
out at around 9 billion. We already have 7,
we can handle another 2.
There's gonna be some extinctions - we're
eating up the ocean like insane piranha - that's
mostly a fault of public policy, but it looks
like we're probably gonna squeak through the
century with a bit of damage and then things
are gonna settle down. It's highly probable
if theres anything vaguely human left in a
hundred years, that the big problem will be
population is rapidly decreasing. And that's
already happening in european countries, it's
happening in japan, it's going to happen in
china. And so you know, by the year 2100,
the most populous country in the world is
going to be nigeria, not china. China is going
to lose people like mad, because they have
a one child policy. And everybody in china
is getting old, so it's not going to be hyper
populated. Anyways, so I was interested in

Russian: 
вы наверное слышали всякие слухи и сплетни о том, что мы разрушим планету
но это врятли. Популяция должна стабилизироваться примерно на 9 мииллиардах, у нас уже 7
еще можно 2 выдержать.
будут конечно вымирания - мы поглащаем океан как безумная пиранья
ну это скорее всего вина общественной политики, но все выглядит так, что мы скорее всего сможем проскочить
одно столетие, с небольшими повреждениями но потом все утрясется.
Единственно что может потянуть на большую проблему
так это то, что популяция будет быстро сокращаться. Это уже происходит в европейских странах
В Японии тоже, и в китае позже произойдет. И знаете, к 2100 году
скорее всего самой многочисленной страной будет Нигерия, а не Китай. Китай
потеряет много людей, потому что там сейчас политика одного ребенка
И в Китае все стареют, так что он уже не будет так заполнен. В любом случае, я был заинтересован

German: 
man hört viel Untergangsgerede wie wir unseren 
Planeten zerstören, aber vielleicht auch
nicht. Die Weltbevölkerung wird sich bei neun Milliarden 
einpendeln. Wir haben ja schon über sieben,
wir schaffen noch zwei weitere.
Spezies werden aussterben - wir fressen die Meere
leer wie verrückte Piranhas - hauptsächlich
aufgrund falscher Verhaltensweisen, aber es sieht so aus
als ob wir uns mit einigem Schaden
über das Jahrhundert retten könnten und dann wird es 
wieder etwas ruhiger. Es ist sehr wahrscheinlich, falls
es in 100 Jahren noch so etwas wie Menschen gibt, 
dass das grosse Problem
das Schrumpfen der Bevölkerung sein wird. Das sehen wir bereits
in den europäischen Ländern. Genauso in
Japan, und bald auch in China. Also wisst ihr, um Jahr 2100
wird Nigeria das bevölkerungsreichste Land 
der Erde sein, nicht China. China wird
stark an Bevölkerung verlieren, wegen der Einkind-Politik. 
Und China überaltert langsam,
also wird es keine Überbevölkerung geben.
Wie auch immer, ich habe mich für all das

German: 
interessiert, weil ich mich fühlte als ob - ich habe mich 
nicht nur so gefühlt - ich
bin unter den Schatten dieser Ereignisse aufgewachsen.
Das war ständig in unseren Hinterköpfen, immer. Und 
darunter gab es eine Frage.
Jede Menge Fragen. Eine davon war: wie war das möglich?
Wie war es möglich, dass sich die Menschheit
in zwei bewaffnete Lager aufspalten konnte - in zwei extrem
bewaffnete Lager - mit zehntausenden
Atomraketen, mehr als genug um jeden Feind beliebig oft zu vernichten. 
Ich weiss nicht mehr
wie viele die Amerikaner zu Bestzeiten hatten, aber ich glaube 
es waren mehr als 50.0000 Atomraketen.
Ich weiss nicht ob es 50.000 Städte in der Sowjetunion gab. 
Vielleicht wollten sie auch Moskau
50 mal bombardieren oder so. Aber nach zwei oder drei Bomben
ist es wahrscheinlich nicht mehr relevant wie oft.
Es war also wirklich, wirklich verrückt. Und ich weiss nicht, ob
ihr das wisst,
aber - und ich glaube das war noch unter Kennedy, ich hoffe das stimmt.

Russian: 
во всех этих вещах, потому что чувствовал, что рос в тени этого, нет я не чувствовал что рос в тени
- я рос в тени этих событий.
Эти мысли были в наших головах постоянно. И всегда оставался вопрос
даже несколько, и один из них - как это вообще стало возможным? Как стало возможным
что мир разделил себя на 2 вооруженных лагеря, гипер-вооруженных лагеря - десятки тысяч
ядерных ракет, более чем достаточных, чтобы стереть противника много раз. И я не помню
какой был пик американского арсенала, но я думаю, что было не менее 50 тысяч ядерных
ракет и бомб. Я не знаю было ли в Советском Союзе 50 тысяч городов, может
они хотели разбомбить Москву 50 раз или что-то вроде этого, но после первых двух или трех
Это скорее всего уже никак не повлияет. Так что это реально было безумием. И не уверен
знаете ли вы, но - и я думаю это было во время правления Кеннеди, надеюсь я прав

English: 
all this because i had felt I'd grown up - I
didn't feel like I'd grown up under its shadow
- I had grown up under its shadow.
It was something in the back of our minds
all the time. And there was a question underneath
that, a couple of them, and one was - how
is this possible? How could it be that the
world could divide itself up into two armed
camps - hyper armed camps - tens of thousands
of nuclear missiles, more than enough to wipe
out the enemy many times over. I don't remember
what the american arsenal peaked out, but
i think it was more than fifty thousand nuclear
weapons. I dont know if theres fifty thousand
towns in the Soviet Union. Maybe they were
gonna bomb Moscow fifty times or something,
but after the first two or three, it's probably
more or less irrelevant. So it was really,
it was really crazy. And I don't know if you
know this, but - and I believe this was during
the Kennedy era, I hope I got this right.

English: 
One of kennedy's genius boys came up with
the - because kennedy's administration was
run by a lot of harvard graduates and a lot
of ivy league graduates so they were supposed
to be pretty intelligent, but intelligence
and wisdom are not the same thing. Anyways,
they established a policy which was called
Mutual Assured Destruction, which means if
you hit me, I kill you, and then you kill
me so it would be better if we didn't bother.
And the acronym was MAD - Mutual Assured Destruction.
It's like, you know just thinking about that,
it's a chilling thought - it's like what horrible
entity thought that up as a joke. You know
you think well is that some politicians idea
as wit? Where'd that come from? So thats a
hell of a thing to make a joke about. MAD.
Well that was right, it was definitely mad.
And you know the odd thing is that we didnt
blow ourselves up and we didnt have a third
world war, and you can't make a solid claim
the invention of nuclear weapons was necessarily

German: 
Einer von Kennedys Genies hatte diese Idee -
Kennedys Team war voller
Harvard- und anderen Eliteuni-Absolventen und von denen wird
angenommen, dass sie besonders
intelligent sind, aber Intelligenz und Weisheit sind nicht das
gleiche. Also
sie haben eine Politik betrieben die man
Gegenseitige Abschreckung nannte, was bedeutet:
Wenn du mich angreifst, töte ich dich und dann tötest du mich. 
Also wäre es besser wenn wir uns in Ruhe lassen.
Die Abkürzung dafür war MAD [VERRÜCKT].
Das ist, denkt mal darüber nach,
es ist ein unguter Gedanke - was für ein furchtbares Wesen muss
man sein um sich so etwas auszudenken.
Jetzt kann man sagen, das war von einem Politiker 
als Witz gemeint. Aber woher ist das gekommen? Es ist
schrecklich über so etwas Witze zu machen. MAD. 
Ja, sie hatten recht, es war definitiv verrückt [mad].
Und das Seltsame ist, dass wir uns nicht in die 
Luft gejagt haben und dass kein 3. Weltkrieg
stattgefunden hat, und es gibt kein Fundament für die 
Aussage, dass die Erfindung der nuklearen Waffen zwangsweise die

Russian: 
Один из "гениев" Кеннеди придумал - ну потому что администрация Кеннеди была
заполнена выходцами из Гарварда и Ивовой лиги
так что они должны были быть достаточно умными, но интелект и мудрость не одно и тоже.
Короче они придумали проект, который назвали Одновременное Уничтожение, что значило
если ты ударяешь меня, я убиваю тебя, потом ты убиваешь меня так что лучше не доставать друг друга.
И абривиатура для этого была MAD (Mutual Assured Destruction, mad - безумие), так что знаете, просто подумать об этом
уже вызывает мурашки - что за ужасный человек придумал такую шутку?
Вы подумаете что это придумал какой-то полудурный политик? Откуда они это взяли?
Это вообще не та вещь, о которой лучше бы шутить. Безумный (MAD). Это уж точно, безусловно безумный.
И вы знаете, странно что мы не умудрились взорвать друг друга
и не начали третью мировую, и вы не сможете с уверенностью утверждать, что изобретение ядерного оружия было

English: 
the worst thing that could've happened because
even the soviets who were completely insane,
and of course the Maoists who were probably
even worse, they weren't insane enough to
start a nuclear war.
Now Stalin, there's evidence - there's debate
about it - but there's evidence that stalin
was basically murdered, partly by Khrushchev,
who was his successor. When Stalin died, Khrushchev
and three other people were in his house and
what happened the night stalin had died is
not clear. But i read a book recently called
Stalin, interestingly enough, that was
written by a guy who had access to the full
Communist party archives, which was a relatively
new thing, and that was his conclusion. He
also believed Stalin was gearing up to do
an invasion of Europe, and that he didn't
give a damn about how many cities would have
to be bombed in order for the soviets to roll
through. And Stalin, he was like that.
Stalin was perfectly capable of taking entire
nations of people out in Eastern Europe by

German: 
schlimmste Sache war, die passieren konnte, weil 
selbst die Sowjets, die komplett verrückt waren,
und natürlich auch die Maoisten, die vielleicht noch
schlimmer waren, nicht einmal die waren verrückt genug
um einen Atomkrieg zu beginnen.
Also Stalin, es gibt Hinweise - darüber wird noch diskutiert - 
aber es gibt Hinweise dass Stalin
Ermordet wurde, vermutlich von Chruschtschow, seinem Nachfolger.
Als Stalin starb, waren Chruschtschow und
drei andere Männer in seinem Haus und es ist unklarand
was in der Nacht in der Stalin starb
passiert ist. Aber ich habe vor kurzem ein Buch 
mit dem Titel "Stalin" gelesen, von einem
Autor der vollen zugriff auf die Archive der 
Kommunistischen Partei hatte, was bisher nicht
oft vorgekommen ist. Und das war seine Schlussfolgerung.
Er geht auch davon aus, dass Stalin sich auf eine
Invasion Europas vorbereitet hat und dass er sich 
einen Dreck darum scherte, wie viele Städte er
auslöschen müsste um es einzunehmen. 
So war Stalin.
Stalin konnte einfach so ganze Nationen in 
Osteuropa in einen Zug setzen und nach

Russian: 
самым ужасным что могло произойти, даже советы, которые были просто безумными
и конечно Китайцы с их Мао, которые скорее всего были еще хуже
даже они не настолько безумны, чтобы начать ядерную войну.
Так вот Сталин, и есть свидетельства и они спорные, но есть свидетельства того
что его убили, скорее всего с рук Хрущева, который перенял дела и должность. Когда Сталин умер
Хрущев и трое других людей были в его доме и что произошло в ночь смерти Сталина
не очень ясно. Но я читал книгу, которая называлась Сталин, что довольно забавно,
которую написал один из имевших доступ к коммунистическим архивам, что кстати открылось недавно
и он пришел к выводу, что Сталин готовился к нападению на европу
и что его вообще не волновало сколько там надо разбомбить городов
чтобы выиграть эту войну. И Сталин, он был способен на такое
Сталин вполне был способен захватить целые нации в восточной европе

German: 
mitten im Winter nach Sibirien verschicken. 
Ohne etwas zu essen und ohne
Werkzeuge, um sie dort leben zu lassen, was sie natürlich
nicht konnten - und das hiess Frauen und Kinder und
Männer die ihrer Habe beraubt und ins 
Nichts geworfen wurden um zu verschwinden -
oder zu leben, wenn sie konnten. Und wenn sie verschwanden:
umso besser, sofern es Stalin betraf.
Er war nicht die Art von Mensch die sich von einem 
drohenden Atomkrieg stoppen lies und es ist sehr gut
möglich, dass er sogar darauf hoffte. Wenn man sich 
nämlich Leute anssieht
Leute wie Stalin oder Hitler, dann nimmt man an sie 
wollten die Weltherrschaft. Auf gewisse Weise wäre das
ja eine positive Motivation - nicht wirklich - aber das 
ist als ob man eine Corvette hat und jemand
stiehlt sie. Man versteht, warum sie sie gestohlen haben: 
sie wollten eine Corvette!
Macht ist eine nachvollziehbare Motivation,
nicht umbedingt bewundernswert
aber manchmal ist Macht ein verfolgenswertes Ziel.
Aber ich verstehe nicht,

English: 
train and shipping them out to Siberia in
the middle of winter with nothing to eat and
no tools and letting them live, which of course
they didnt - and that meant women, and children,
and men shorn of all their belongings and
thrust out into the middle of nowhere to perish
or live as they saw fit. And if they perished,
so much the better, as far as Stalin was concerned.
He wasn't exactly the sort of person the idea
of nuclear war would necessarily stop, and
it's certainly possible that's what he was
hoping for because when we look at people
like Stalin and Hitler, we think they're after
world domination. You think in some sense
that's kind of a positive motivation - not
really - but it's like if you have a Corvette
and someone steals it, you can think well
I know why they stole it, they wanted to have
the Corvette! It's an understandable motivation
to want power, it's not necessarily an admirable
one, but sometimes power is a perfectly reasonable
thing to pursue. But, I don't have any idea

Russian: 
посадить их на поезд и отправить в Сибирь, в середине зимы без еды
и каких либо инструментов, чтобы они там жили, что конечно значит что они бы умерли - и что значит
женщины, дети и мужчины, которых лишили всех их накоплений, были выброшены в никуда чтобы исчезнуть
ну или выжить, если смогут. И если исчезнут - то это только лучше, по мнению Сталина.
Он не был таким человеком, которого остановила бы идея ядерной войны
и это вполне возможно, что он на нее надеялся, ведь когда мы смотрим на таких людей
как Сталин и Гитлер, мы думаем что им нужно захватить мир. И в каком-то смысле
это даже положительная мотивация - на самом деле нет - но это как если бы у тебя был Корвет
и кто-то бы его украл, ты по крайней мере можешь подумать "ну я знаю почему они украли его
они хотели Корвет!" Это понятная мотивация, желать власти, не обязательно уважительная
но иногда власть это вполне хорошая причина для цели. Но я вообще не могу понять, с чего мы решили

German: 
warum wir ständig annehmen, die beiden hätten
den Sieg gesucht.
Man sollte nie annehmen, dass alle gewinnen wollen.
Manche Menschen wollen
verlieren und je mehr Menschen sie mit sich nehmen
umso besser. Als Hitler starb, er hat sich
in einem Bunker unter Berlin erschossen, als Berlin in 
Flammen stand und Europa brannte.
Und so wie ich das sehe, war das von Anfang an sein Ziel. 
Er hatte grosses Interesse an
Feuer als reinigendes Element.
Er ist auf gewisse Art ein Feuer-Verehrer, wenn man sich
zum Beispiel die Nürnberg-Versammlungen der Nazis
ansieht, das waren spektakuläre Feiern - unglaublich
dramatisch und beeindruckend,
und ein regelmässiger Bestandteil war Feuer. Und Feuer ist 
ein Element der Reinigung. Gegen Ende des zweiten Weltkriegs
sprach Hitler ziemlich abschätzig über die Deutschen
weil sie ihm nicht gut gedient hätten.
Ihm ist nicht in den Sinn gekommen, dass
vielleicht die ganze Idee des
Weltkriegs nicht so gut war, er war nämlich
eher auf der narzistischen Seite zuhause.

Russian: 
что эти парни когда либо вообще волновались о победе или захвате мира
Никогда не предполагайте, что все хотят победы, некоторые люди хотят поражения
И чем больше людей они с собой потянут - тем лучше. Когда Гитлер умер, он
совершил самоубийство в бункере глубоко под Берлином, во время того как Берлин был в огне и Европа горела
И насколько я могу сказать, это то, чего добивался Гитлер с самого начала.
Его интересовал только огонь, как очищающее средство.
Он поклонялся огню, в каком-то смысле, если взглянуть на Нерембургские собрания
нацистов, они были поистине впечатлающими, захватывающие празднования - безумно драматичные и эффектные
и во многих использовался огонь. И огонь это очищающее средство, Гитлер к концу
2 мировой войны, он был недоволен немцами, потому что они
не очень хорошо ему послужили. Не в том смысле, что он подумал, что это было плохой идеей
начинать 2 мировую войну, а потому что он был немного нарциссистом

English: 
why we ever assumed that those guys were after
victory.
You should never make the presupposition that
everyone is out to win - some people are out
to lose, and the more people they take with
them, the better. When Hitler died, he committed
suicide in a bunker way down below in Berlin,
when Berlin was on fire and Europe was burning.
And as far as I can tell, that was what Hitler
was after from the very beginning. He was
interested in fire as a purifying agent.
He's a fire worshipper in some sense, because
if you look at the Nuremberg gatherings of
the Nazis, they were spectacular, spectacular
celebrations - unbelievably dramatic and impressive,
and they frequently featured fire. And fire
is a purifying agent, and Hitler, by the end
of WW2, he was pretty contemptuous of the
Germans because they really hadn't served
him well. Now, it wasn't like he thought maybe
it wasn't such a good idea to start a whole
second world war, because he was a little
on the narcissistic side you might say.

German: 
Aber als die Russen einmarschiert sind und 
Deutschland in Trümmern gelegen ist, war er
rundum zufrieden, dass die Aliierten auf der 
Bevölkerung herumtrampeln, weil sie genau das
verdienten. So ein Kerl war er also. Warum sollten 
wir also davon ausgehen, dass er gewinnen
wollte, nur weil er das gesagt hat. Das
habe ich nie verstehen können.
Die Jungs die in Columbine herumgeschossen haben
wollten nicht gewinnen, die wollten so viele
wie möglich töten um ihren Punkt zu unterstreichen 
und sie wollten sich selbst töten, falls man
sie bis dahin nicht verstanden hatte. Und ihr Punkt war:
Je mehr Zerstörung umso besser und
wenn ich dabei untergehe, kein Problem, 
das verleiht mir nur die nötige Ernsthaftigkeit.
So ein Denken ist unangenehm nachzuvollziehen.
Wir haben genug
Berichte über solche Vorkommnisse, speziell 
über Massenmorde. Diese Typen haben
genau beschrieben warum sie es tun. Ich habe ein 
paar ausgezeichnete Bücher über extrem rachsüchtige Serienmörder
und Massenmörder. Ich weiss genau wie sie 
denken. Es gibt darüber ein tolles Buch

Russian: 
Но к тому времени, когда русские прошлись по Германии и оставили ее в руинах
Гитлер был вполне доволен тем, что союзники уничтожили его народ, ведь это то, чего они заслужили
Вот такой он был человек. Так что с чего мы взяли, что он хотел победить
только потому что он это сказал - это то чего я никогда не мог понять.
Детишки, которые устроили перестрелку в школе не хотели победить, они хотели убить
как можно больше людей, чтобы показать чего хотят, и потом они убили себя
Ну просто мало ли, если вдруг кто-то еще не понял. И хотели они еще больше разрушений, чем больше - тем лучше
и если мне тоже придется умереть, эй, не проблема, это делает вещи еще немного серьезнее и круче
чем в любом другом случае. Вот такие мотивации не очень легко осознавать.
У нас есть много материалов о таких случаях, особенно массовых убийствах. Эти парни
написали о том что именно они хотели. У меня есть хорошие книги, о безумно мстительных серийных убийцах
и террористах. Я знаю как они думают. Есть одна интересная книга об этом

English: 
But by the time the Russians came marching
in and Germany was in ruins, Hitler was perfectly
happy to have the allies tromp all over the
citizens, because that's what they deserved
anyways. And so, that's the sort of guy he
was, and so, why we would assume he wanted
to win just because that's what he said is
something I've never been able to understand.
The kids who shot up Columbine didnt want
to win, they wanted to kill as many people
as possible to make a point, and then they
wanted to kill themselves - just in case you
didnt exactly get the point. And the point
was: the more destruction, the better, and
if i have to go along with it, hey no problem,
that just makes me a little more serious than
i'd otherwise been. Those sort of motivations
are not pleasant to understand. We have enough
documentation about events like that, especially
the mass killings. Those guys have written
down exactly why they do it. I have some excellent
books on extraordinarily vengeful serial killers
and mass murderers. I know exactly how they
think.There's a great book on this sort of

English: 
thing, if you're interested in this sort of
thing called Panzram.
And Carl Panzram was a serial killer and rapist
who lived pretty much early in the 20th century.
He was a tough, delinquency sort of kid, from
a large family. When he was 13, 14, they sent
him off to some reform school. It was run
by the same sort of people that had run Canada's
residential schools. So you know, they were
basically predators on children. And of course,
he was raped, and brutalized, and tormented
in all sorts of horrible ways, but he was
a tough guy. When he came out, he decided
the human race wasn't really worth that much
and that he was going to wreak as much mayhem
as he possibly could for the rest of his life.
He raped a thousand men. He killed dozens
of people. He kept track of the dollar value
of the buildings he burned down. Like, this
was a serious guy. He was bent on destruction.
And that's that.

Russian: 
если вам интересно, назывется Панзрам.
И Карл Панзрам был серийным убийцей и насильником, который жил в начале 20 века.
Он был сильным, плотным ребенком из большой семьи. Ему было 13 или 14 когда
они отправили его в частную школу. Ей руководили такие же люди которые
управляют детскими домами. Так что знаете, они были просто маньяками с детьми. И конечно
его изнасиловали, мучали, во всех возможных и ужасных способах
но он был сильным парнем. И когда он вышел оттуда, он решил что людская расса не стоит ни гроша
и он решил устроить как можно больше ужаса и терании до конца своей жизни.
Он изнасиловал тысячи мужчин. Убил сотни людей. Он записывал сколько стоили здания
которые он сжигал. Он реально был серьезным парнем. Повернутым на разрушении.
Как-то так.

German: 
wenn es euch interessiert. 
Es heisst "Panzram".
Carl Panzram war ein Serienmörder und Vergewaltiger, 
er lebte im frühen 10. Jahrhundert.
Er war ein schwieriges, auffälliges Kind, aus 
einer grossen Familie. Mit 13 oder 14 kam er
auf eine Reformschule. Geführt von den selben
Menschen die auch Kanadas Schulen für
die Ureinwohner geführt haben. Also eine Bedrohung
für Kinder. Und natürlich wurde er
vergewaltigt, ebgehärtet und auf alle vorstellbaren
Arten gefoltert. Aber er war ein
harter Bursche. Als er rauskam beschloss er, dass
die Menschliche Spezies nicht besonders viel wert wäre
und dass er für den Rest seines Lebens so viel Unheil 
stiften würde, wie er nur irgendwie könnte.
Er hat etwa 1000 Männer vergewaltigt. Er hat Dutzende umgebracht. 
Er hat den Dollarwert der Gebäude
die er niedergebrannt hat notiert. Er hat es wirklich ernst
gemeint. Zerstörung war sein Ziel.
Soviel dazu.

German: 
Was waren seine letzten Worte? Davor gab es 
ein Komitee, ich glaube von Frauen, die
sich für seine Begnadigung stark machten, weil sie 
gegen die Todesstrafe waren, und er hat ihnen
wenn ich mich richtig erinnere, gesagt, dass er sich 
wünschte, die ganze Spezies hätte einen Hals damit er
seine Hände darumlegen und zudrücken könnte. So hat er 
den Menschen, die in seinem Fall nicht an
die Gerechtigkeit der Todesstrafe glaubten, 
gezeigt, dass sie sich vielleicht irren.
Zum Henker sagte er: Beeil dich du zurückgebliebener Bastard.
Ich könnte noch zehn Menschen töten
während ich darauf warte, dass du fertig wirst. 
So eine Aussage tätigt keiner der
das was er sagt nicht ernst nimmt. 
Auf jeden Fall hat mich der Zustand der Welt
zum Nachdenken gebracht. 
Ein Teil davon war, was zum Teufel
die ganzen Waffen sollten und wie man das für
eine vernünftige Lösung
halten konnte. Wie hatte es dazu kommen können
und was denken wir uns eigentlich dabei.

Russian: 
Какие были его слова перед смертью? Ну во первых был комитет, по-моему женщин
которые представляли его, потому что они были против смертных приговоров и он им сказал
если я помню точно, что он хотел бы, чтобы у людской рассы была одна шея, чтобы он мог схватить ее руками
и сжать как можно сильнее. Так что это был его способ, донести до людей, которые
думали, что смертельный приговор не оправдан, ну просто в случае если они не поняли
Потом палачу он сказал: "Поторапливайся медлительный ублюдок. Я бы убил
10 человек, пока ты возишься со мной". Вы не услышите такое от кого-то
кто полностью не увлечен тем, что он делает. Так что ситуация в мире
самом в себе и находящимся в реальности заставила меня подумать. Отчасти, ну, типо
что вообще происходит, все эти бомбы и оружие, и как вообще кто-то подумал, что это резонное
решение. Как все пришло к тому, что это вообще стало возможным и о чем мы думали.

English: 
What were his dying words? First of all, there
was a committee, I believe of women, that
intervened on behalf of him, cause they were
anti-capital punishment, and he said to them,
if I remember correctly, that he wished the
human race had one neck so he could put his
hands around it and squeeze. So that was his
way of pointing out to the people who didn't
think that capital punishment was justified
in his case, that they maybe weren't thinking
clearly. Then to the hangman, he said hurry
up, you hoosier bastard. I could kill ten
men in the time it takes you to kill me.
You don't get a statement like that from someone
who isn't thoroughly committed to what he's
doing. So, the situation in the world found
itself involved in really had me thinking.
Part of it was well, what the hell's going
on with all these weapons, and how can it
possibly be anyone thinks that's a reasonable
solution. How did it come about that this
could even occur, and what are we thinking.

German: 
Zum einen das und zum anderen, warum die Menschen 
auf beiden Seiten so absolut sicher waren,
dass sie Recht hatten und dafür alles riskieren 
mussten - was eine sehr berechtigte
Frage ist. 
Und dann ist da die Frage der Böswilligkeit.
Wie viel davon war der Wille die eigene Seite
gewinnen zu sehen und wie viel war der Wille
alles zu zerstören. Und dann
gab es noch einen weiteren Punkt, vielleicht 
liegen ja alle falsch? Oder alle richtig?
Das ist ein kulturrelativistischer Ansatz, weil
die Kommunisten das eine glauben und
die verdammten Kapitalisten das andere, aber sie 
sind genauso schlimm. Was man glaubt ist
komplett willkürlich weil Glaubens-Systeme
willkürlich sind und daher könnten beide
richtig oder beide falsch liegen. Ich hielt
jede dieser Schlussfolgerungen für
ziemlich trostlos, wenn nämlich beide recht haben, 
was soll man tun? Es ausdiskutieren?

English: 
There's that, and there was also the why are
people so damn convinced on either side of
this argument that they're right enough to
risk everything for - which is a perfectly
good question.
And then there was the malevolence issue,
with how much of this was wanting to see your
side win and everything to do with wanting
to see everything lose. And then
And then 
there was another issue which was, well are
both sides wrong? Are both sides right? Because
that's more of a cultural relativist approach
because yeah, yeah, the Communists believe
one thing and the bloody capitalists believe
another and they're just as bad. Who believes
what is completely arbitrary because belief
systems are arbitrary, and so maybe they're
both right or they're both wrong. I thought
well, either of those conclusions were pretty
damn dismal because well, if they're both
right, what are you gonna do? Have them talk

Russian: 
Ну вот, потом мне стало интересно почему люди так убеждены в правильности одной из сторон настолько
что готовы рискнуть всем - и это
вполне резонный вопрос. Потом возник вопрос с враждебностью,
как возможно желание увидеть что твоя сторона победила и что другая
сторона все потеряла. Потом
Потом возникла еще одна проблема - может обе стороны неправы? Или обе стороны правы?
потому что этот подход более культурно относителен, потому что, ну да, да, Коммунисты верили
в одну вещь, капиталисты в другую, которая тоже не самая лучшая.
Чьи убеждения произвольны и случайны, потому что системы убеждения произвольны и случайны, и может
они оба правы или оба неправы. Я подумал, что оба вывода не очень привлекательны
потому что, ну, если оба правы, то что ты можешь сделать? Заставить их поговорить?

German: 
Ich denke nicht. Und wenn keiner recht hat, hat man 
auch nicht gewonnen. Und wenn
einer recht hat und der andere nicht - was bedeutet
das dann überhaupt? Ist es möglich für ein
Glaubenssystem richtiger zu sein als ein anderes?
Das ist auf jeden Fall kein
Bestandteil des Moralischen Relativismus, und man könnte
das für die intelektuelle Standard-Herangeehensweise
an Fragen der Moral halten. Zumindest war sie das in den 
letzten 100 Jahren. Ich denke übrigens, dass
das eine Herangehensweise ist, die abzulehnen ist.
Ich werde euch im Lauf des Kurses sagen, warum.
Eine der Sachen die ich herausfinden wollte war
nämlich, sind die Dinge für die wir kämpfen 
- ich gestehe hier dem Westen im Zweifel zu, dass
einige der Dinge für die wir stehen, dass wir wirklich
dafür stehen und uns nicht nur
in Pose werfen und paradieren - in irgendwas verwurzelt? 
Oder sind diese Dinge rein zufällig?
Darüber werden wir also sprechen. 
Wir sprechen darüber warum die Menschen das glauben

Russian: 
Я не думаю. И если они оба правы, то это не лучше. И потом
если кто-то прав, а кто-то не прав, это вообще что-то значит?
Возможно ли вообще чтобы одна система убеждений была правее другой, потому что
это не догма моральной относительности, и можно подумать об этом как о стандартном, интеллектуальном подходе к морали
который мы практикуем уже целый век. Я, кстати, думаю, что
это не самая достойная мораль.
Я объясню вам почему, по мере прохождения курса, потому что одна из вещей
которую я пытался понять, это то, зачем мы сражаемся, ну предположим что мы сомневаемся в Западных
ценностях и предположим что те вещи, за которые мы сражаемся мы на самом деле сражаемся
а не просто позируем, притворяемся, есть ли за этими ценностями что-то? Или это просто произвольное мнение нашего общества?
Вот о чем мы с вами будем говорить. Мы будем говорить о том, почему люди верят

English: 
it out? I don't think so. And if they're both
wrong, that's not much better. And then if
one's right and the other's wrong - well does
that mean anything? Like is it possible for
one belief system to be more right than another
belief system because of course, that's certainly
not a tenet of moral relativism, and you might
think of that as the standard intellectual
approach to morality, and has been for the
past hundred years. I think, by the way, that
that's a reprehensible morality.
I'll tell you why, as we move through the
course because one of the things I tried to
find out was was what we were fighting for
- assuming you give the West a bit of a benefit
of the doubt and assume that some of the things
we stand for, we actually stand for and we
aren't just posturing, parading - grounded
in anything? Or was it just arbitrary opinion?
So, that's what we're going to talk about.
We're going to talk about why people believe

Russian: 
в вещи, в которые они верят. Какие психологические функции вера использует.
Мы будем говорить о враждебности. Насколько я могу судить, враждебность - это желание творить
зло, и я думаю что лучшее определение зла - и я думал об это очень долго
что составляет зло, и это сложно, но я думаю если вы хотите одну строчку определения
это желание сделать больно ради боли. Так что вы можете даже думать об этом, как
о некоторм роде искусства.
Смотрите. Если взять террориста, и вы думаете что он спрятал атомную бомбу на стадионе
и вы думаете, что он не скажет вам где она, и правильно думаете, он вам не скажет
если вы не будете его пытать. Я не думаю что вы должны его пытать, потому что пытка это плохо
но знаете, если вы это сделаете и вы реально думаете что он спрятал атомную бомбу на стадионе
по крайней мере у вас есть оправдание тому, что вы делаете, и это не обязательно
что вы делаете в этот момент зло - это может быть плохо. Можеть быть неправильно. Но кто скажет в такой ситуации
что было правильным. Это конечно должно быть запрещено. Но по крайней мере вы можете сказать

German: 
was sie glauben. Welche psychologische Aufgabe
Glaube erfüllt. Wir reden über
Boshaftigkeit. Soweit ich das sagen kann ist
Boshaftigkeit die Bereitschaft Böses
zu tun. Ich denke das ist die beste
Definition von Bösem - und ich habe viel darüber nachgedacht,
was das Böse ist, und es ist sehr kompliziert - 
aber wenn man eine einzeilige Definition möchte:
Es ist das Bedürfnis Schaden um des Schadens Willen zu verursachen.
Man muss sich das als eine Art
Kunstform vorstellen
Schaut. Ein Terrorist hat eine Atombombe in einem Stadion 
versteckt und ihr denkt euch, na gut,
er wird mir nicht verraten - ihr habt 
Beweise - er wird aber nicht verraten wo,
ausser ihr foltert ihn. Ich sage nicht ihr solltet ihn
foltern, weil Folter falsch ist. Aber ihr wisst,
wenn ihr es tut und wenn ihr überzeugt seit, dass er eine
Atombombe im Stadion versteckt hat, dann
habt ihr zumindest eine Art Rechtfertigung für das
was ihr tut und es ist nicht notwendigerweise
böse - vielleicht falsch oder fehlgeleitet.
Aber wer kann das in so einer Situation schon
sagen? Es sollte auf jeden Fall illegal sein.
Aber zumindest kann man eine nachvollziehbare

English: 
the things they believe. What psychological
function does belief perform. We're going
to talk about malevolence. As far as I can
tell, malevolence is the willingness to do
evil, and I think the best definition of evil
- and I've thought about this for a long time,
like what constitutes evil, and it's complicated
- but I think if you want a one line summary,
it's the desire to do harm for the sake of
the harm. So you have to think about it as
a kind of art form.
Look. If you have a terrorist and you think
he's hidden an atom bomb in the stadium, and
you think well, he's not gonna tell me - you
have good evidence - he's not gonna tell me
unless I torture him. I don't think you should
torture him because torture is wrong. But you
know, if you do that and you really believe
he's hidden an atom bomb in a stadium, at
least you have some justification for what
you're doing and it's not necessarily that
what you're doing is evil - it might be wrong.
It might be misguided. But who's to say in
such a situation as that. It certainly should
be illegal. But at least you can say there's

English: 
a plausible explanation for it, but lots of
situations where there's absolute horror, there's
no plausible explanation for whatsoever.
I can give you an example. One of the things
that used to happen in Auschwitz, if i remember
correctly - Auschwitz, I don't know what you guys envision
when you guys envision concentration camps.
Concentration camp, it's a funny name first
of all because it's not really a camp. You
know what i mean, but a concentration camp
isn't like a prison. Thats easy to envision
them like a prison. Those bloody things were
cities. They had tens of thousands of people
in them. They were massive. At least, they
were large towns. So these were very big places.
Anyways, at the typical concentration camp,
the trains would come rolling in and of course
people had been packed into the damn trains,
well, worse than animals. They'd be packed
standing, and lots of people just died in
the cars, especially if they were old or little
or had some respiratory problems or something
like that because they would overheat if they

Russian: 
что у вас есть объяснение для этой пытки. Но во многих ситуациях, где твориться абсолютный ужас
там нет никаких объяснений вообще. Могу дать вам пример
Одна из вещей, которую делали в Освенциме, если я помню правильно в Освемциме, я не знаю ребята, как вы себе это представляете
когда представляете концентрационный лагерь. Концентрационный лагерь, забавное имя
во-первых потому что это вообще не лагерь. Ну знаете о чем я, но концантреционный лагерь
это как тюрьма. Проще его так представить, как тюрьму. Но это ужасные штуки были городами!
Там были десятки тысяч людей, они были огромны
по крайней мере размера большой деревни. Реально большие сооружения.
Короче, в обычном концентрационном лагере приезжал поезд
и конечно людей в них засовывали как животных. Они там стояли
и многие люди умирали в вагонах. Особенно если были старыми
или молодыми, или имели какие-то проблемы с легкими, потому что могли перегреться

German: 
Rechtfertigung für sein Handeln geben.
Aber es gibt viele Situationen die sind der
reinste Horror ohne jegliche Rechtfertigung.
Ich kann euch ein Beispiel dafür geben.
In Auschwitz, wenn ich mich richtig erinnere - Auschwitz: 
ich weiss nicht was ihr euch unter einem
Konzentrationslager vorstellt. 
Konzentrationslager, das ist schon mal seltsam,
es handelt sich ja nicht um ein Lager. 
Versteht ihr, ein Konzentrationslager
das ist kein Gefängnis. Man kann sich leicht ein
Gefängnis vorstellen. Das ist einfach. Aber das waren
richtige Städte. Mit zehntausenden Einwohnern.
Die waren riesig. Zumindest wie eine
grosse Kleinstadt. Grosse Gebilde.
Auf jeden Fall fuhren in einem typischen KZ
Züge ein und die waren
vollgestopft mit Menschen. Reingepfercht wie Tiere, 
schlimmer als Tiere. Sie mussten stehen
viele Menschen starben schon in den Wägen.
Vor allem die Alten und die Jungen
oder die mit Atemwegsbeschwerden oder ähnlichen, 
in der Mitte überhitzte man eingequetscht

German: 
zwischen den anderen Menschen. Aussen erfrohr man weil
man am Holz anfrohr. Aber das war in Ordnung, das
machte die Arbeit in Auschwitz
nur einfacher. Und wenn sie dann in Auschwitz ankamen,
machten sich die Wachen einen Spass mit ihnen.
Einer der Tricks war es einen armen Hurensohn 
auszuwählen, der ohnehin bereits aus seiner Heimat
gerissen, dessen Familie zerstreut war und 
der wusste was auf ihn zukommen würde,
halbtot auf sechs verschiedene Arten. 
Vielleicht konnte er oder sie nicht einmal sprechen,
das war dort sehr verbreitet, bewacht von absolut
skrupellosen Barbaren die nicht mehr
im Sinn hatten als diesen Menschen das Leben
auf möglichst kreative Weise
zur Hölle zu machen.
Sie haben also ein paar Gefangene genommen 
und ihnen nasse Salzsäcke
gegeben - die wiegen etwa 50 Kilo - und dann 
haben sie sie gezwungen die Säcke an das andere
Ende des Komplexes zu tragen. Das ist schon ganz 
gut, wenn man böse sein möchte.

English: 
were cramped in the middle of people or they
would freeze to death along the outside because
they would freeze against the wood. But that
was okay, it just made the job easier when
they finally landed at Auschwitz. And then,
once they were in Auschwitz, the guards would
play tricks on them. One trick would be to
get some poor son of a bitch, who'd you know,
been torn away from his country, who had his
family destroyed, who knew where he was going,
who was half dead for six different reasons.
Maybe he didn't even speak, or she didn't
even speak that was most common there, guarded
by absolutely ruthless barbarians who wanted
to do nothing else but make people as miserable
as possible in the most creative possible
ways.
And so, what they would do was, some of the
prisoners, they would give them wet sacks
of salt - and so those weighed about a hundred
pounds - and they'd have them carry from one
side of the compound to the other. Well, that's
not so bad, when you're really, really innovative

Russian: 
и задохнуться, если находились в середине толпы или могли замерзнуть на смерть если находились близко к стенам
потому что там не было никакого отопления зимой, а дерево пропускает тепло, ну просто упрощали работу
охранникам, когда прибывали в Освенцим. Ну и когда они приезжали, охранники могли
сыграть с ними разные шутки. Одна шутка была такой, они выводили какого нибудь беднягу из толпы, который, ну знаете
был вырван из своей страны, чья семья полностью разрушена, который знал куда едет
который итак уже почти умер из-за 6 разных причин. Возможно он или она даже не говорил
на языке этой страны, охраняемый абсолютно отбитыми охранниками
которые хотели ничего больше, кроме как сделать людей настолько несчастными, насколько возможно самыми креативными способами.
 
Значит потом они давали некоторым пленникам мокрые мешки
с солью и они весили под сотню пудов, потом заставляли их нести мешок
от одного края тюрьмы до другого. Ну это не так плохо, если ты очень, очень креативный

English: 
in your capacity to perpetrate evil, and the
next thing they made them did was carry them
back. You think about that, you know, and
this is something you have to understand if
you really want to understand evil is that
it's an aesthetic, it's an art form. The reason
that was such a terrible torture was, well
partly because these people were already ruined,
and a hundred pounds is a lot of salt, and
maybe it was winter and they didn't have any
shoes, and - you know, like it was just brutal
labor.
But Solzhenitsyn, when he wrote about the
Gulag Archipelago, he said, you know even
if you were a prisoner and they were having
you build a wall, you could at least take
some damn pride in building the wall. You
could lay some bricks out, and you could say
well this suck and it's really horrible and
everything but you know, I built a straight
wall. That's something. But if you have to
take a sack of wet salt from one side of the
compound and then carry it back, the net consequence
of that is zero. It's zero. And of course,
the famous sign on the outside of the concentration
camps were Work will set you free.

German: 
Danach haben sie sie gezwunden 
die Säcke zurück zu tragen.
Überlegt euch das. Das ist etwas was man 
verstehen muss, wenn man das
Böse verstehen will: es hat eine eigene Ästhetik. 
Es ist Kunst. Der Grund dafür, dass
das so eine furchtbare Folter war, war zum Teil 
dass diese Menschen schon kaputt waren
und 50 Kilo sind viel Salz und vielleicht
war es Winter und sie hatten keine
Schuhe und es war einfach grausame Arbeit.
Aber Solschenizyn sagte, als er "Der Archipel Gulag" schrieb,
dass man sogar als Gefangener
der eine Mauer bauen musste, 
ein wenig Stolz aus der Tatsache ziehen konnte,
dass man eine Mauer baute. Man stapelte einige Ziegel,
und man konnte sich sagen:
Alles ist beschissen und es ist wirklcich furchbar, aber weisst du: 
Ich habe eine gerade
Mauer gebaut. Das ist etwas. Aber wenn man einen Sack
Salz von einem Ende der Anlage an die andere
und dann wieder zurück tragen muss, kommt nichts heraus. 
Null. Und dann natürlich der
berühmte Schriftzug am Lagereingang: 
"Arbeit macht frei".

Russian: 
в том, как ты творишь зло. Потом они заставляли их тащить обратно.
Вот подумайте над этим, и это то что реально надо понять
если ты действительно хочешь понять зло, это даже эстетично, такая форма искусства.
Причина, по которой это было такой пыткой, от части, потому что эти люди уже были разбиты
и сотня пудов это очень тяжело и скорее всего это происходило зимой и на них не было
никакой обуви - это просто бессмысленный, жестокий труд.
Но Солженицын, когда он написал Архипелаг Гулаг, он сказал, что
если ты пленник и они заставляют тебя строить стену, ты по крайней мере
мог хоть как-то гордиться тем, что ты строишь стену. Ты мог класть кирпичи и мог сказать
что это все хреново и ужасно и все такое, но все таки, я строю стену.
Это хоть что-то. Но если тебе надо таскать мешки с солью от одной части
тюрьмы до другой и назад, толку в этом просто ноль. Ноль. И конечно
знаменитая вывеска перед входом в концентрационные лагеря гласила что Труд освободит вас.

Russian: 
Да? Вот это шутка. Это как MAD и Одновременное Уничтожение
такие шутки реально сатанистские. Вообще по другому на них не взглянешь.
Такая шутка может выйти только из самых глубин человеческой враждебности. И работа
которая освободит тебя это даже не работа. Это была пародия на работу. И вся цель этой работы сводилась
к тому, чтобы уничтожить тебя, но не слишком быстро, потому что это не так ужасно как убить тебя медлено.
Вот такие очень, очень ужасные вещи. От части то, что я думал о человеческих верованиях
это то, что они территориальны. Шимпанзе - не знаю в курсе вы или нет - шимпанзе
вообще-то воюют друг с другом. Джейн Гуудал открыла это пару десятков лет назад
и это очень, очень сильно ее расстроило, потому что она была Руссонианкой (Жан-Жак Руссо)

German: 
Das ist ein weiterer Scherz. Richtig? Das ist wie 
gegenseitig zugesicherte Vernichtung. Und die einzige
Art wie man - das ist ein teuflischer Scherz. Es gibt keine
andere Art das zu sehen. So ein Scherz
stammt aus den tiefsten Tiefen der menschlichen 
Böswilligkeit. Die Arbeit die einen frei macht ist
noch nicht einmal Arbeit. Es ist die Parodie von Arbeit.
Und das Ziel der Arbeit ist es
dich zu zerstören, aber nicht zu schnell, weil das ist 
nicht so grausam wie langsam. Das sind wirklich
sehr schreckliche Dinge. Ein Aspekt von dem 
was ich bezüglich Glaubenssystemen überlegt habe
I thought about in relation to people's belief
war, dass Menschen territorial sind. Schimpansen
- ich weiss nicht ob ihr das wisst oder nicht- Schimpansen
ziehen im Prinzip in den Krieg. 
Jane Goodall hat das vor Jahrzehnten entdeckt.
Es hat sie sehr belastet, weil sie 
Rousseau anhing.

English: 
Right? Now that's another joke. It's like
mutual assured Destruction, and the only way
you could - a joke like that is satanic. There's
no other way to think about it. A joke like
that comes out of the deepest depths of human
malevolence. Then the work that sets you free,
it wasn't even work. It was a parody of work.
And the purpose of the work was to destroy
you, but not quickly because that's not as
terrible as destroying you slowly. So these
are very very terrible things. Part of what
I thought about in relation to people's belief
systems was people are territorial. Chimps
- I don't know if you know this or not - chimps
basically go to war.
Jane Goodall discovered that a couple of decades
ago and it really, really was hard on her
because she was kind of a Rousseauian. For

German: 
Für die die es nicht wissen: Jean Jaques Rousseau ist 
ein französischer Philosoph und französische
Philosophen haben verdammt viele Sünden auf ihrem
gewissen und Rousseau ist sicher einer davon
weil er der erste war, der die Idee
vertreten hat, dass Menschen im Grunde
gut wären. Also wir hätten eine - moralisch - gute 
Seele aber durch
die sozialen Einrichtungen wird diese korrumpiert. 
Was Rousseau betrifft war das eine Art
"Edle Wilde" Idee.
In seiner Rohform hat der Mensch also eine reine
Seele und dann übergibt man ihn den Eltern
und den Lehrer und der Politik und den 
Konflikten zwischen Gruppen
und er wird komplett korrumpiert. Und das war's. 
Ich weiss nicht was ich darüber noch sagen soll.
Ausser dass es absolut idiotisch ist. Aber es hat
eine gewisse Anziehungskraft wenn man ein naiver
Optimist ist. Ich meine, zuerst einmal erklärt es 
nicht im geringsten woher Boshaftigkeit kommt, weil
die Menschen ja auch die Institutionen erschaffen haben, 
man verfängt sich also in einer Endlosschleife. Huhn

Russian: 
Для тех кто не знает, Жан-Жак Руссо был французским философом
И на руках французских философов было очень много грехов и Руссо был определнно
один из них, потому что Руссо был первым, кто полностью продвигал идею
что в основе своей люди добрые. Что у нас внутри добрая душа и мораль, но мы
портимся из-за социальных институтов. Так вот у Руссо была такая
идея о благородных дикарях.
Типо у людей в основе чистая душа, потом они попадают к своим родителям
и к учителям и политикам, потом начинают спорить
и становятся злыми. Вот так. Я даже не знаю что добавить
кроме того, что это абсолютная чушь, но это приятное предположение,если ты наивиный
оптимист. То есть во-первых, эта теория вообще не объясняет откуда берется враждебность
потому что люди сами создали эти институты, так что это создает только бесконечный замкнутый круг.

English: 
those of you who don't know, Jean Jacques
Rousseau was a French philosopher and French
philosophers have an awful lot of sins on
their conscience and Rousseau was certainly
one of them because Rousseau was the first
fully articulate promoter of the idea that
human beings were basically good. So we had
a good soul in a moral sense, but we were
corrupted by our social institutions. So,
as far as Rousseau is concerned, it was kind
of a noble savage idea.
Like the human being in their raw form has
a pure soul and then you give them to parents,
and you give them to teachers, and they get
into politics, then there's group disputes
and they get all corrupted. Well that's it.
I don't even know what else to say about that
except that it's absolutely moronic, but it's
an appealing proposition if you're a naive
optimist. I mean, first of all, it doesn't
explain where malevolence comes from because
the people created the institutions, so it
just puts you into an infinite regress. Chicken

Russian: 
Курица или яйцо. Если наши институты прогнили, но это люди их создали
тогда как эти институты вообще прогнили?
Он думал, что это произошло само в результате попытки организовать людей, но знаете
это такая странная теория. Конечно у него был противник, философский оппонент.
Томас Гоббс, и Гоббс сказал противоположное, что люди изначально
злые, жестокие, если только не надеть на  них смирительную рубашку, ну это аналогия, и заставить их подчиниться
а если не надеть, то все полетит в ад.
Вот если взглянуть на то, что произошло в Иране, когда американцы ворвались туда и разрушили
всю ветку власти, то случилось как раз все по Гоббсу, а не по Руссо.
Убили тирана на верхушке и все вдруг не стали мирными и любящими
Настал абсолютный хаос. Конечно это можно понять.
Короче, Руссо, у него было 5 детей от служанки, которая была его няней в детстве

English: 
and egg. If the institutions are reprehensible
but the people who built them aren't, then
where did the reprehensible elements of the
institution come from?
He might think thats its an auto generating
consequence of organizing people, but you
know it's a pretty specious theory. Of course
he had a counterpart, a philosophical counterpart,
Thomas Hobbes and Hobbes said basically exactly
the opposite, that people were vicious and
cruel, and unless you put them in straitjackets
- fundamentally - and made them obey, everything
was going to go immediately to hell.
And when you saw what happened in Iran when
the Americans waltzed in, and then the power
structure disintegrated, it was a hell of
a lot more like Hobbes than Rousseau. You
took out the tyrant at the top and it wasn't
like everyone got all peaceful and loving
all of a sudden. It was like absolute chaos
reigned. Of course, you can rationalize that.
Anyways, Rousseau had five children by a maid
- an illiteral maid - that was his mistress,

German: 
und Ei. Wenn man die Institutionen ablehnen muss, die 
Menschen die sie erschaffen haben aber nicht, dann
muss man beantworten woher die abzulehnenden Bestandteile
der Institutionen gekommen sind?
Man könnte annehmen, dass die automatisch entstehen, 
als Konsequenz der Organisation, aber
das ist eine fadenscheinige Theorie. Natürlich hatte
er auch einen Gegner, einen philosopischen Gegner,
Thomas Hobbes und Hobbes hat im Prinzip das genaue
Gegenteil gesagt. Dass die Menschen böse und
grausam sind und wenn man sie nicht in Zwangsjacken steckt - 
gewissermassen - und zu Gehorsam zwingt,
geht alles sofort zum Teufel.
Und wenn man sich ansieht was im Irak passiert ist, 
nachdem die Amerikaner drübergewalzt sind und
das Machtgefüge zusammengebrochen ist, dann war das mehr 
Hobbes als Rousseau. Sie haben
den Tyrannen oben weg genommen und es war nicht so, dass
plötzlich alle friedlich und glücklich waren.
Das absolute Chaos hat geherrscht. 
Natürlich, man kann das erklären.
Auf jeden fall hatte Rousseau fünf Kinder von einem 
Stubenmädchen das seine geliebte war.

English: 
and he put every single one of them in orphanages,
and of course they perished because orphanages
at Rousseau's time were not exactly a luxury
resort. Even up until the beginning of the
20th century, who were under one years of
age, who were in care institutions die, partly
disease and that sort of thing. But partly
because they weren't touched, cared for physical,
even if they were fed. And 200 years ago,
they weren't even fed. Anyways, nonetheless,
people maintained the optimistic idea that
human beings were basically good and were
corrupted by institution. It's a very common
idea in universities.
University people are always complaining about
the corrupt nature about this institution,
and that institution, while they sit here
in the warmth with the electricity on. It's
surrounded by wealth that characterizes maybe
one tenth of one percent of the entire world's

Russian: 
и он отправил всех пятерых в детские дома, и конечно все они пропали, потому что
детские дома во времена Руссо не были курортами. Вообще до начала 20 века
все дети до одного года, которых отправляли в детские дома, умирали
от части от болезней и всего такого. Но от части потому что их никто не обнимал, не трогал и не заботился о них физически.
только кормили. А 200 лет назад их даже не кормили. Короче, все равно
люди продолжали верить в эту оптимистичную идею, что мы изначально добрые
и нас обозлили человеческие институты. Вообще очень популярная идея в университетах и колледжах.
Студенты постоянно жалуются о том, что эта система прогнила
в то время, как они сидят здесь в тепле, с электричеством.
Окруженные богатством, наверное одной десятой процента всего мира,

German: 
Und er hat jedes seiner Kinder ins Weisenhaus gesteckt.
Und natürlich sind die zugrunde gegangen, weil damals
Weisenhäuser nicht gerade wie ein Luxushotel waren. 
Bis zum Beginn des 20. Jahrhunderts
sind beinahe alle die unter einem Jahr alt waren 
in diesen Institutionen gestorben, zum Teil
wegen Krankheiten und ähnlichem. Aber zum Teil auch 
weil sie nicht berührt wurden, körperlich berührt,
nicht einmal beim Füttern. Und vor 200 Jahren wurden 
sie noch nicht einmal gefüttert. Nichtsdestotrotz
hat sich diese optimistische Idee, dass Menschen 
grundsätzlich gut wären und von den
Institutionen korrumpiert werden gehalten. An den Universitäten
ist das eine sehr verbreitete Idee.
Die Leute an den Unis beschweren sich immer über 
diese korrupte Institution und
diese korrupte Institution, während sie bei elektrischem
Licht im Warmen sitzen. Sie sind
umgeben von einem Reichtum wie ihn vielleicht ein
Zehntelprozent der Erdbevölkerung kennen und

Russian: 
и жалуются как их ущемляют и какие плохие эти институты
Вообще знаете вы еще не видели плохих институтов
потому что они могут быть реально плохими. Большинство институтов в мире очень плохие.
И вот теперь уже не всем так ясно, что люди добрые в своей душе и их портят институты. Хотя я уверен
что и такое происходило. Вот с Панзрамом например.
Короче, вот такая философская спекуляция и я бы сказал
она была негласной фундаментальной философией западных интеллектуалов.
Так вот Джейн Гудал думала так же, во многих смыслах. Она думала что шимпанзе вообще животные,
они хорошие. Они со-существуют в мире друг с другом. Даже Карл Роджерс
о котором я говорю в моем классе по "Личности", он думал что люди в сути своей

English: 
population, and they complained about how
oppressed they are and how nasty the institutions
are. Well, you know you actually haven't been
to a nasty institution because they get pretty
damn bad. Most of the institutions in the
world are like that. So, it isn't exactly
clear that people are pristine in their heart
and corrupted by institutions, although I'm
sure that happened. It happened with Panzram
for example.
Anyways, this has been a line of philosophical
speculation that's - I would say, constituted
one of the unspoken fundamental assumptions
of Western intellectuals in particular. Jane
Goodall thought, in many ways, the same way.
She thought chimps were basically animals,
they're okay. They co-exist relatively peacefully
with one another. Even Carl Rogers - who I
talk about a bit in my Personality class - he
thought that people were basically fundamentally

German: 
sie beschweren sich wie unterdrückt sie sind und 
wie furchtbar die Institutionen sind
Ich denke sie waren noch nie in einer furchtbaren
Institution, denn die sind wirklich verdammt
furchtbar. Die meisten Institutionen der 
Welt sind so. Es ist also nicht ganz klar
ob Menschen wirklich rein im Herzen und die Institutionen 
korrupt sind, obwohl es das mit Sicherheit
auch gibt. Panzram wäre ein Beispiel dafür.
Auf jeden Fall ist diese philosophische Richtung
- ich würde sagen - zu einer
unausgesprochenen Grundannahme der westlichen
Intellektuellen geworden. Jane
Goodall hat wohl auch in diese Richtung gedacht. 
Sie nahm an, dass Schimpansen Tiere wären,
also unverdorben. Sie leben relativ friedfertig 
nebeneinander. Selbst Carl Rogers - über den ich
in meiner Persönlichkeits-Vorlesung spreche - 
dachte dass Menschen im Prinzip

Russian: 
добрые и их портит общество. Но проблема в том, что если посмотреть на шимпанзе
то они почти как мы.
Бабуины тоже, они генетически похожи на нас, так что мы
такая странная смесь этих двух. Но шимпанзе, эти твари, вообще
нет свидетельств, что они могут контролировать свою агрессию. Был ужасный случай
примерно 2 года назад, когда женщина подошла к шимпанзе и тот просто разорвал ее на куски
они на это способны. Они ее лицо просто вырвали, у них силы примерно как у 6 мужчин
Самец шимпанзе может разорвать кабель весом в три сотни пудов. Эти твари реально
сильные и вообще не дружелюбные.
Так вот в Арнхемском зоопарке, например, была стая шимпанзе, которой
занимался отличный приматолог, которого звали Франц Де Вааль, чьи работы я очень
рекомендую. Де Вааль был умным парнем и он пытался найти основы морали

German: 
gut wären und dass die Institutinen sie schlecht machen würden. 
Aber das Problem ist, dass die Schimpansen uns
bei näherer Betrachtung sehr ähnlich sind.
Man kann sich auch Bonobos ansehen, sie sind uns
genetisch sehr ähnlich, wir sind also eine
seltsame Mischung aus den beiden. Aber Schimpansen, 
es gibt keine Anhaltspunkte, dass sie
wirklich interne Kontrolle über ihre
Aggressionen haben. Es gab vor etwa zwei Jahren
den schrecklichen Fall. Schimpansen haben eine 
Frau die mit ihnen gearbeitet hat in Stücke gerissen.
Dazu sind sie fähig. Sie haben ihr das Gesicht
regelrecht abgerissen. Ein Schimpanse ist etwa so stark wie
sechs Männer. Ein erwachsenes Männchen kann ein 
150 Kilo Test-Kabel abreissen. Sie sind wirklich
extrem stark und keineswegs freundlich.
Im Zoo von Arnhem zum beispiel gab es einen Schimpansen-
Trupp, den hat ein extrem brillianter Primatologe
beobachtet - Frans de Waal, seine Arbeiten
würde ich jedem ans Herz legen.
De Waal ist ein ziemlich schlauer Kerl, und er 
hat sich die Ursprünge der Moral bei

English: 
good and that institutions made them bad.
But the problem is, you look at chimps and
they're a fair bit like us.
Bonobos - you can look at them too, they're
genetically quite related to us, so we're
a weird mixture of the two. But chimps, like
those things, there is no evidence that they
really have any internal control over their
aggression at all. There was a horrible case
about two years ago, where a woman was interacting
with a chimp and it tore her to pieces, and
they can do that. It took her face right off,
and they have about the strength of six men.
An adult male chimp can break a three hundred
pound test cable. Those things are really,
really strong, and they're not friendly.
So in Arnhem zoo for example, there has been
a troop of chimps there that have been followed
by an extremely brilliant primatologist named
Frans de Waal, whose work I would very highly
recommend. De Waal is a very smart guy, and
he's looked at the origins of morality in

Russian: 
у шимпанзе, с биологической перспективы. Это была очень, очень хорошая работа - очень ясная и понятная.
Но знаете, он рассказывал ужасные истории о поведении шимпанзе.
Одна из историй была такой, вот у вас, например, есть идея о том, что у шимпанзе
есть иерархия самцов. И это грубо, но правда - но есть и иерархия самок, но самцы
в мире шимпанзе, все равно доминируют.
Вы думаете, что доминирующий примат это такой борец. Он правит из-за
физической силы. И оказывается, что это не совсем так. В одном случае
шимпанзе, который был лидером банды, был таким провокатором, и у него не было друзей
И это не очень хорошая идея, ведь не важно какой ты здоровый сам по себе
два слабых парня, скорее всего, вынесут тебя и это именно то, что случилось во время наблюдений
Франца Де Вааля.
Двое шимпанзе атаковали лидера. У них был альянс, они заботились друг о друге
такие друзья, знаете. И шимпанзе очень долго помнят такие отношения.

English: 
chimpanzees, from you know, a biological perspective.
It's very, very nice work - very, very clear-headed.
But you know, he's recounted absolutely horrific
stories about chimpanzee behavior. One of
the stories he talked about, for example,
was you kind of have this idea that there's
a male chimp hierarchy. It's roughly true
- there's a female hierarchy too, but the
males in the chimp world anyways, tend to
be the dominant ones.
You know, you kind of think of a dominant
primate as a prize fighter. He's ruling because
of his physical prowess. Now that turns out
not to exactly be true. In this particular
case, the guy who was running the chimp troop
was a bit of a bully, and he wasn't making
any friends. That's not such a good idea because
no matter how tough you are by yourself, two
weaker guys can probably take you out, and
that's what happened during Frans de Waal's
observations.
Two chimps attacked the leader. They had a
coalition, they were grooming each other,
they were pals. And chimps are pretty good
at remembering reciprocal relationships, and

German: 
Schimpansen angesehen, aus einer biologischen Perspektive.
Eine wirklich sehr gut Arbeit - von grosser Klarheit.
Aber er hat einige absolut schreckliche
Geschichten über das Verhalten von Schimpansen erzählt.
In einer Geschichte spricht er zum Beispiel darüber, 
man nimmt ja gewöhnlich an, dass es diese
Männliche Schimpansen-Hierarchie gibt. Das stimmt auch - 
er gibt auch eine weibliche Hierarchie - aber die
Männer, zumindest in der Schimpansenwelt - sind 
gewöhnlich die dominierenden.
Mn stellt sich den dominanten Affen als eine Art
Ringkämpfer vor. Er herrscht, weil er der
stärkste von allen ist. Aber das ist so nicht richtig. 
In der Geschichte war
das dominante Männchen, dass den Schimpansen-Trupp
beherrscht hat, ein Tyrann ohne
Freunde. Das ist keine besonders gute Idee, weil
egal wie stark du bist, zwei
schwächere Typen können dich besiegen und das
ist auch während der Beobachtungen von
Frans de Waal geschehen.
Zwei Schimpansen haben den Führer attakiert. Sie
haben sich verbündet, haben Fellpflege betrieben,
sie waren Freunde. Und Schimpansen sind ziemlich gut
darin wechselseitige Beziehungen zu etablieren und

German: 
Freundschaften. Sie haben eine sehr ausgeprägte
Sozialstrukur. Sie haben ihn einfach zerissen.
Ihr wollt gar nicht wissen, was sie mit ihm angestellt
haben. Also Schimpansen haben wirklich
keine Obergrenze für ihre Gewaltbereitschaft. 
Und wenn sie auf die Jagd gehen, weil Schimpansen
gehen auf die Jagd, sie mögen Fleich - oft jagen sie 
etwa 20 Kilo schwere Colobus-Affen.
Ein Colobus-Affe ist ein ziemlich grosses Tier und
sie essen diese Affen bei lebendigem Leib. Und die
brüllen während sie getötet werden. Aber das haltet die
Schimpansen nicht im Geringsten auf.
Es sieht also nicht so aus also ob Schimpansen besonders
viel Mitgefühl empfinden würden - besonders die Männchen.
Die Weibchen sind etwas einfühlsamer, weil sie 
relativ lange für die Kinder sorgen müssen.
Es scheint nichts innerhalb der männlichen Schimpansen
zu geben, was ihre Aggression mindert.
Es sieht so aus als würde ein hyperaggressiver
Schimpanse den ganzen Trupp aufwühlen
und der Trupp beruhigt ihn dann. Das kann man sich 
vielleicht wie in einer Bar vorstellen,
wo irgendein halb-psychopathischer Wirrkopf nach ein 
paar Bier einen Grund sucht um
Streit anzufangen. Er wird sich nicht von selbst 
beruhigen aber vielleicht können es die

Russian: 
У них очень высокая социальная структура. Они просто разорвали его.
То что они с ним сделали, вы даже знать это не хотите, уверяю. Так что шимпанзе
реально не имеют лимитов своей агрессии. И когда они на охоте, а шимпанзе
охотятся, они любят мясо, очень часто охотятся на обезъян Колобуса, и те весят примерно 35 пудов
Обезъяна Колобуса это животное из высшей лиги, а они едят их просто заживо.
И они кричат, пока их убивают, но это не останавливает шимпанзе ни на секунду.
Так что становится ясно, что шимпанзе не животные с большой эмпатией, особенно самцы
Самки немного более эмпатичны, потому что им с детьми нужно водиться и это длится достаточно долго.
И похоже то, что движет агрессией самцов шимпанзе находится не внутри их.
Ведь когда они становятся гипер агрессивными в стае,
стая их успокаивает и затыкает. Можете представить себе, что вы находитесь в таком крутом баре
и какой-то чувак, который вообще на половину психопат и внутри него пара литров алкоголя, начинает
кричать и создавать проблемы. Он сам себя не заткнет, но остальные в баре скорее всего

English: 
having friendships. They have a very highly
social structure. They just tore him apart.
The things they did to him, like you don't
even want to know about. So chimps really
have no upper limit on their capacity for
aggression. And when they hunt, because chimps
hunt, they like meat - they often hunt Colobus
monkeys, and they weight about 35 pounds.
A Colobus monkey is a major league animal,
and they eat those things alive. And they
scream while they're being killed, and that
does not slow the chimps down one bit. So
it's not obvious the chimp is really a creature
of a lot of empathy - especially the males.
The females are likely more empathetic because
they have to deal with infants for long periods
of time. What seems to inhibit the aggression
of male chimps isn't anything they hold internally.
It seems that when they get hyper aggressive
in the troop, the troop gets more and more
agitated and basically shuts them down. So
you can imagine maybe you're in a rough bar,
and some dingbat who's half-psychopathic and
has had two pints of alcohol, is starting
to cause a tremendous amount of trouble. He's
not going to shut himself down, but the rest

Russian: 
заткнут его. И это значит, что контроль над агрессией у них не внутри, а снаружи.
Это не контроль при помощи эго. Мы хотим думать, что мы контролируем свою агрессию
но я не уверен насчет этого. Если почитать про всякие вещи, например - есть
отличная книга, ужасная книга, опубликованная 20 лет назад, которая называется Изнасилование Нанкина
вобщем женщина, которая написала ее потом совершила самоубийство, ну и знаете после этого можно представить
о чем говорится в этой книге. Это история о японцах во Второй Мировой войне, которые
зашли в город, под названием Нанкин, в котором, вроде бы, убили 350.000 человек
Нацисты в этой истории были хорошими парнями, так что можете представить, что там вообще творилось
Но в этой книге отлично задокументированные доказательства того
что японские солдаты соревновались в своей жестокости. Короче, что случилось - японцы
сильно милитаризировались во время второй мировой, и они переняли Прусскую систему обучения

English: 
of the troop might. And that kind of means
the control over the aggression is externalized.
It's not a consequence of superego control.
We like to think that we control our own aggression,
but I'm not so sure about that.
If you read things like - there's a great
book, a horrifying book published about twenty
years ago called the Rape of Nanking,
which is - the woman who wrote it committed
suicide and that suffices to tell you what
the Rape of Nanking was all about. It's a
story about the Japanese in WW2 going into
a Chinese city called Nanking where, I believe,
about 350,000 people were killed.
The Nazis in that story were the good guys,
so you can imagine the kind of brutality that
was going on there. But, there's absolutely,
perfectly well documented evidence that the
Japanese soldiers engaged in competitive brutality.
So really what happened was the Japanese had
been pretty militarized by World War II, and
they adopted a Prussian education system.

German: 
anderen tun. Und das bedeutet, dass die 
Aggressionskontrolle externalisiert wurde.
Es ist kein Ergebnis der Kontrolle des Über-Ich. 
Wir nehmen immer an, dass wir unsere eigene Aggression
kontrollieren, aber ich bin mir da nicht so sicher. 
Wenn man Dinge liest - es gibt ein grossartiges
Buch, ein schreckliches Buch, das vor etwa 20 Jahren 
erschienen ist "Die Vergewaltigung von Nanking"
es ist - die Autorin hat sich umgebracht, das 
reicht vermutlich um zu zeigen wie
schrecklich das Buch ist. Es ist die Geschichte wie 
die Japaner im 2. Weltkrieg die chinesische Stadt
Nanking eingenommen und dabei so um die 
350.000 Menschen getötet haben.
Die Nazis waren die Guten in dieser
Geschichte, also könnt ihr euch die Brutalität
dort in etwa vorstellen. Aber es gibt wasserdichte 
Beweise, das die japanischen
Soldaten untereinenader Wettkämpfe der Brutalität
veranstaltet haben. Die Japaner waren ziemlich
militarisiert, als der Weltrkrieg begann und 
sie haben das Preussische Erziehungswesen kopiert.

German: 
Die Preussen waren eine Keimzelle der Deutschen und 
sie waren daran interessiert wie man
folgsame Soldaten ausbilden könnte, weil es eine 
millitärische Gesellschaft war. Die Japaner haben das
übernommen, weil sie es leid waren von den Europäern
herumgeschupst zu werden - sie waren ziemlich
erfolgreich, weil sie am Anfang des 20. Jahrhunderts
die Russen besiegt haben.
Die Europäer waren ziemlich schockiert
und die Japaner haben gefeiert.
Auf jeden Fall haben sie ihre jungen Männer wie 
verrückt militärisch ausgebildet und ihnen beigebracht
dass die Japaner die Herrenrasse wären und alle
anderen Untermenschen. Übrigens eine für Menschen
typische Art zu Denken. 
Ich würde sogar sagen die Standard-Art wie
Stämme übereinander denken. Ich will damit sagen, dass 
es etwas komplizierter ist als es scheint, weil
die Stämmer ja auch miteinander Handel treiben.
Es gibt also nicht nur die Verteufelung, aber 
ziemlich viel davon. Wenn man sich die weltweite
Anthropologische Literatur ansieht, haben die meisten 
Stämme für sich selbst Namen die so etwas wie
"Menschliches Wesen" bedeuten oder "Das Volk". 
Was nahelegt, dass alle anderen keine

English: 
The Prussians and Germans, pre 20th century
Germans, were basically interested in educating
obedient soldiers because it was a militaristic
culture. The Japanese kind of adopted that
because they were pretty sick of being kicked
around by the Europeans - pretty successfully
because they defeated the Russians in the
early stages of the 20th century.
It was quite a shock to everyone in Europe,
and a cause for great celebration in Japan.
Anyways, they militarized the hell out of
their young men, and taught them basically
that the Japanese were a master race, and
that other people were subhuman. It's a very
common human way of thinking, by the way.
I would say it's really the default way human
tribes think about other tribes. I mean, it's
a little more complicated than that because
human tribes tend to trade with other tribes.
So it's not all demonization, but a lot of
it is. If you look around the world in the
anthropological literature, what you see is
that the names that most tribes have for themselves
is something like The Human Beings, or The
People, indicating that the rest of the people

Russian: 
Пруссы и немцы, немцы перед 20 столетием, хотели вывести способ
обучения послушных солдат, ну это такая милитаризированная культура. Японцы вроде как переняли эту идею
потому что их достало, что их постоянно достают европейцы, и они переняли ее успешно
потому что в начале 20 века они даже русских победили.
Это вообще было шоком для всех в европе, и большим празднеством для японцев.
Короче они милитализировали свою молодежь полностью, и пропагандировали им
что японцы это высшая раса, что остальные не люди.
И это кстати очень распространенный способ мышления. Я бы даже сказал это изначальный способ мышления
племен о других племенах. Ну, конечно это немного сложнее,
потому что людские племена торговали друг с другом.
Так что полностью унижать других было нельзя, но было примерно так. И если взглянуть по всему миру
и почитать антропологическую литературу, то можно заметить, что большинство племен называли
себя примерно как Люди, или Народ, определяя что другие люди

German: 
echten Menschen sind. Sie sind Barbaren oder so 
ähnlich. Sie leben dort, wo die Sonne vom
Drachen der Nacht gefressen wird. Das Wort "Barbar"
stammt aus dem Griechischen und
macht sich darüber lustig, wie die nicht-Griechen
gesprochen haben. So etwa "Bar bar bar bar
bar", oder so ähnlich. Auf jeden fall was Goodall
entdeckt hat, ist dass Schimpansen - vor allem die
Heranwachsenden, und hier wiederrum die Männchen - 
an den Grenzen ihres Territorium
in Gruppen von drei oder vier patrouillieren
oft auch mit ein oder zwei Weibchen. Aber die
scheinen nicht die - sie waren eher Mitläufer
als die Anstifter der Aktion.
Und wenn die Schimpansen einem Affen aus einem 
anderen Trupp begegnen, selbst wenn es ein
Schimpanse war, der erst vor kurzen ihren eigenen Trupp
verlassen und in einen anderen übergewechselt hat,
manchmal verlassen Männchen einen Trupp und wechseln
in andere Trupps. Wenn sie in der Überzahl sind, dann
reissen sie sie in Stücke.
Es hat so ausgesehen, als wäre das der Grund
für die Patrouillie gewesne. Sie suchen

English: 
aren't really people. They're barbarians,
or you know. They live out where the sun is
being eaten by the dragon of the night. The
word barbarian is a word that comes from the
Greeks making fun of how non-Greeks spoke.
They thought they went bar bar bar bar
bar, something like that. So anyways, what
Goodall found was that the chimps - the chimp
adolescents in particular, particularly the
males - would patrol the borders of their
territory in groups of three or four, often
with a female or two. But the females didn't
seem to be really the - they were more part
of the group rather than the initiators. But
what the chimps would do is if they found
a chimp from another troop, even if that was
a chimp that had moved from their troop in
the not too distant past and joined another,
cause sometimes the males leave and they go
to other troops. If they outnumbered them,
they would tear them to pieces.
It looked like that was why they were doing
the border patrol. They're out looking for

Russian: 
на самом деле не очень то и люди. Они варвары, ну знаете. Они живут там, где
солнце поедает дракон ночи. Слово варвар пришло от греков
и так они смеялись над тем, как не греки говорили. Ну типо вар вар вар, или
что-то такое. Короче, что Гуудвал узнала о шимпанзе
то, что взрослые шимпанзе, в частности самцы патрулируют границы
своей территории группами по трое или четверо, часто с самками или двумя. Но самки
но самки чаще были просто частью группы, чем лидерами.
Вобщем шимпанзе, если увидят шимпанзе из другой группы, даже если
это шимпанзе, который был в их стае и потом ушел от них не так давно и присоединился
к другой группе, потому что иногда самцы уходили в другие группы. И если их было больше
они разрывали его на куски.
И это выглядит так, как будто они за этим и патрулируют границы.

English: 
trouble. They're gangs, roughly speaking,
and they were looking for trouble. But the
point of it is that - and they would only
attack if they outnumbered because chimps
can, I wouldn't say they can count, but they
have a rudimentary notion of group size.
i don't think you can count without being able
to verbalize, but you can estimate at a glance.
So when I say tear apart, that's exactly what
I mean. There's no upper limit on the brutality.
So Goodall discovered that first, and she
didn't tell anybody about it. Now she had
a reason. Some of them might think we're ideological
- oh the lovely chimps, and fair enough. But
some of it was also that she thought that
maybe the chimps had been corrupted as a consequence
of their contact with human beings and their
natural behavior had been somehow transformed.
And that's not - it's reasonable to be cautious
as a scientist before you go out and say hey
chimps go to war. Isn't that revolutionary,
because it is. It just ends the idea that

Russian: 
Они просто ищут проблем. Они как бандиты, грубо говоря, хотят потасовки.
Но смысл в этом такой - и они атакуют только если их больше, потому что
шимпанзе могут, ну хотя не скажу что могут считать, но они могут примерно предполагать количество их группы
я не думаю, что можно считать без умения говорить, но примерно представить пропорцию на глаз могут.
Так вот когда я говорю, что они разрывают на части это реально так. У них вообще нет предела жестокости.
Так вот Гуудвал открыла это первой. И никому об этом не сказала. И у нее была
причина. Я бы даже сказал идеологическая - ведь шимпанзе такие милашки, ну конечно.
Ну и от части она думала, что шимпанзе были обозлены в результате
их контакта с людьми и их естественное поведение было изменено.
И это не правда - ну конечно это резонная предосторожность ученых, перед тем как ты пойдешь
и всем расскажешь что шимпанзе ходят на войну. Не правда ли это переворачивающее открытие, ведь так и есть.

German: 
Streit. Wie Gangs, wenn man so will, und sie 
suchen Streit. Aber der springende
Punkt ist, dass - sie greifen nur an, wenn 
sie in der Überzahl sind, weil Schimpansen
können, ich würde es nicht zählen nennen, aber 
sie können Gruppengrössen abschätzen.
Ich glaube nicht, dass man ohne Sprache zählen kann, 
aber man kann mit einem Blick schätzen.
Und wenn ich sage "in Stücke reissen", dann ist das auch
genau so gemeint. Die Brutalität hat keine Grenzen.
Goodall hat das als erste entdeckt und sie hat niemandem
davon erzählt. Sie hatte allen Grund dazu.
Zum einen war es idiologisch - 
oh die süssen Affen, ist ja verständlich. aber
zum anderen war es ja auch so, dass sie dachte dass
die Affen vielleicht aufgrund ihres Kontakts mit
Menschen verdorben worden sind und dass ihr
natürliches Verhalten dadurch verändert wurde.
Und das ist nicht - es ist vernünftig als Wissenschafter
vorsichtig zu sein bevor man behauptet: "Hey!
Schimpansen ziehen in den Krieg!" Das ist eine revolutionäre 
Entdeckung. Es widerlegt die Idee, dass

German: 
unsere kriegerische und bösartige Natur eine 
Ausgeburt der Kultur ist.
Wenn es Schimpansen machen, wie kann die Kultur dafür 
verantwortlich sein? Das kann ich mir nicht vorstellen.
Es gibt aggressivere und weniger aggressive Schimpansen
Kulturen, und es gibt mehr oder weniger gewalttätige
Pavian Kulturen. Es gibt kulturelle Varianz aber seit
Goodalls Entdeckung wurde die Beobachtung
an unzähligen Schimpansen Trupps wiederholt gemacht. 
Das sind also wir, vereinfacht gesagt. Es ist nicht
offensichtlich wenn man einen typischen heranwachsenden Mann, 
der noch keine besonders ausgeprägte Persönlichkeit hat,
und - weil er noch nicht besonders individuell ist
und ncoh nicht viel von der Welt mitbekommen hat.
Der typische Bewerber für die Armee ist eher am Rande der
Gesellschaft zu finden. Vielleicht ist er auch nicht
besonders schlau. ich versuche hier nicht beleidigend
zu sein, aber es ist nicht unbedingt ein
Job der das erfordern würde.
Wenn man sojemanden an einen Ort befördert an dem es keine 
Regeln gibt, wer gibt den Ton an, wenn es keine
Regeln gibt? Nun, die Wahrscheinlichkeit, dass es 
die nettesten und freundlichsten Leute sind, ist

English: 
our war-like, malevolent nature is just a
function of culture.
Like if chimps do it, well what are they perverted
by their own culture? I don't think so.
I mean there are more and less violent chimp
cultures, and there's more and less violent
baboon cultures. There's some culture variance,
but since Goodall's time, this sort of behavior
has been documented on many, many chimp troops.
So that's us, in a nutshell. It's not self
evident if you put the typical adolescent
male, who's not a very well formulated personality,
and you know - because he's not that individual
and he hasn't seen much of the world. The
typical guy who goes into the army is kind
of on the margins of society. Maybe he's not
particularly bright. I'm not trying to be
insulting by that, but it's not exactly a
high end job.
You put someone like that in a place where
there's no rules. It's like who leads where
there are no rules? Well the probability that
it's the friendliest and nicest people is

Russian: 
Ведь это убивает ту идею, что наше враждебное поведение просто часть нашей культуры.
Ведь если шимпанзе это делают, что они извращены их культурой? Не думаю.
Конечно есть менее обозленные культуры у шимпанзе и у
бабуинов. Есть различие в культурах, но со времен Гуудвал такое поведение
было задокументированно у многих, многих групп шимпанзе. И это мы в своей основе. Не совсем
очевидно, если поместить типичного подросткового мужчину, у которого не очень то сформированная личность
потому что знаете, он не такой уж и индивидуальный и особо мир то не видел
Обычный парень, который идет в армию представляет собой такого маргинала.
И скорее всего он не особо умен. Я не пытаюсь никого оскорбить этим, но все таки
это на самая лучшая работа.
Так вот если поместить такого индивида в место, где нет правил. Типо, кто правит там, где нет
правил? Ну, шанс что это будет самый дружелюбный и мирный

German: 
ziemlich gering. Also was in Nanking passiert ist war, 
dass die japanischen Soldaten ihre
Verhaltenshinweise von den Leuten mit den 
brutalsten Phantasien erhalten haben.
Menschen können ziemliche Gewaltphantasien entwickeln, 
besonders wenn sie anfangen sich darin zu messen.
Das hat mich interessiert. Was liegt auf dem 
Grund der Boshaftigkeit? Ich denke es ist etwas
dem Menschen einzigartiges. Die Schimpanesn reissen 
einander zwar auseinander aber im Prinzip
töten sie einander nur. Das ist ihr Ziel und vielleicht 
dauert es etwas aber es wird kaum je vier
Wochen dauern, während Menschen den Tod ihrer
Feinde über einen sehr sehr langen Zeitraum
ausdehnen können. Ein Grund dafür ist das Verlangen 
Leid und Elend zu erzeugen die den
Tod begleiten. Nur Menschen haben die Vorstellungskraft
um das zu tun. Ich denke, dass deshalb im Buch "Genesis"
das Öffnen der Augen und die Entwicklung eines
Bewusstsein vom Selbst mit der Fähigkeit Gutes und
Böses voneinander zu unterscheiden einhergehen. Wenn die
Augen erst einmal offen sind und du dich selbst erkennst,

Russian: 
человек очень, очень низок. Так вот в Нанкине произошло такое, японские солдаты
получали приказы от людей с самой жестокой фантазией
и у людей может быть довольно жестокая фантазия, особенно если они начинают враждовать.
Так вот мне все это было интересно. Что же лежит в основе враждебности.
Я думаю что это уникально только для людей. Шимпанзе могут пойти и разорвать кого-то, но они по сути просто
пытаются убить кого-то. Это их цель, может они и будут убивать долго, но это не займет
четыре недели, ведь если взять людей, то они могут своего противника
пытать очень, очень долго. От части потому что хотят произвести эту муку и унижение которые приходят перед
смертью. Только у людей хватает фантазии творить такое. Поэтому я думаю, что в
библии, когда у людей открылись глаза и у них появилось сознание, она так же
узнали о разнице между добром и злом. Как только ты открываешь свои глаза и узнаешь кто ты такой

English: 
very, very low. So what seemed to happen in
Nanking was the Japanese soldiers took their
cues from the people with the most brutal
imaginations
People can have pretty brutal imaginations,
especially when they start to compete. So,
I was interested in that. What exactly was
at the core of that malevolence. I think it's
uniquely human. The chimps would go and tear
apart, but basically they're just going to
kill them. That's their goal, and maybe it
might take awhile, but it's not going to take
four weeks whereas if you're a human being,
you can draw out your enemy's death for a
very, very long. Part of that is the desire to produce
the misery and suffering that's attended on
the death. Only human beings have the imagination
to do that. That's why I think in the book
of Genesis where people's eyes are open and
they become self conscious, they also learn
the difference between good and evil. Once
your eyes are open and you know what you're

Russian: 
как только ты узнаешь, что ты голый и уязвимый, ты можешь использовать это против других людей.
Только у людей есть такое знание. Так что тот факт, что мы знаем, что нам больно
делает нас опасными, потмоу что, ну если мне может быть больно, то я знаю как сделать больно
другому. Неприятная ситуация. И мне было интересно узнать о такой мотивации.
Если посмотреть на детишек, которые устраивали перестрелки в школах например
то что они сделали, было малой частью того, что они на самом деле планировали. Если бы могли
они бы Детроит вообще разбомбили. Они именно этого и хотели. И был медийный скандал
все говорили что они сделали это, потому что были бедными детишками, которых травили в школе
и это идиотское объяснение. Это вообще не правда. Все мы гребаные аутсайдеры. Я не уверен
что в этой комнате есть человек, у которого на памяти нет момента, когда он был аутсайдером
в каком-то смысле. Ну может кто-то из вас не был, но это очень, очень частое явление.
И подумать, что это достаточная мотивация, чтобы застрелить людей и не пошевелить бровью

English: 
like, once you know you're naked and vulnerable,
you can exploit that in other people.
Only human beings have that kind of knowledge.
So the fact that we know we can be hurt makes
us particularly dangerous because if I know
how I can be hurt, I sure know how you can
be hurt. So it's a nasty situation. I'm kind
of interested in the motivation for that.
You look at the Columbine kids, for example,
and the mayhem they produced was trivial to
the mayhem they were planning. If it was up
to those two guys, they would have bombed
Detroit flat. They had visions of exactly
that. And it was a media spectacular, and
they didnt do it because they were poor kids
in some sense who were bullied. That is an
idiotic explanation. It's not true. Everybody
is a bloody outsider. I'm sure there isn't
a single one of you who doesn't have a memory
from junior high where you were an outcast
in one way or another. Maybe some of you weren't,
but it's very, very common.
To think of that as sufficient motivation
to shoot people cold bloodedly in a high school

German: 
wenn du merkst, dass du nackt und verwundbar bist, 
dann kannst du das Wissen an anderen zur Anwendung bringen.
Das wissen nur Menschen. Die Tatsache,
dass wir von unserer Verletzlichkeit wissen
macht uns besonders gefährlich, weil wenn du 
weisst wie du selbst verletzbar bist, dass weisst du
auch wie du andere verletzen kannst. Das ist eine fiese Situation. 
Mich interessiert gewissermassen die Motivation dafür.
Wenn ihr euch zum Beispiel die Jungs in Columbine anseht, 
das Chaos das sie verursacht haben war tatsächlich
ein Klacks gegen das, das sie geplant hatten. Wenn es nach
ihnen gegangen wäre, hätten sie Detroit
dem Erdboden gleich gemacht. Sie haben sich das so 
ausgemalt. Es war ein Medienspektake, und
sie haben das nicht gemacht, weil sie so arme Jungs waren
die herumgeschupst worden sind. Das ist eine
idiotische Erklärung. Es ist einfach nicht wahr. Jeder ist
ein verdammter Aussenseiter. Ich bin mir sicher, dass es
hier herinnen keinen einzigen gibt, der nicht irgendeine
Erinnerung an die Schule hat, wo er der Aussenseiter war
auf irgendeine Weise. Vielleicht der ein oder andere nicht, 
aber es ist ganz normal.
Das für eine ausreichende Erklärung dafür zu sehen Menschen 
an einer Schule kaltblütig abzuknallen

English: 
- sorry, that's a little on the naive side.
So I'm very, very interested in what makes
up that motivation because malevolence plus
nuclear weapons isn't a very good combination.
It doesn't look to me that we can afford that
unconscious malevolence anymore because we're
just too powerful, and if the wrong person
ends up being like that with the wrong weapons,
it's like game over. I've also become convinced
while I'd been looking through this that the
problem that we're discussing is not a sociological
problem, or a political problem, or an economic
problem because a lot of what you read - and
a lot of political scientists will tell you
this sort of thing because they're basically
closet Marxists - is that they'll tell you
the reason for struggle between nations is
economic.
I think that's absurd, not because it isn't
true, but because it doesn't actually address
a more fundamental issue which is okay, economic
struggle is a struggle about who has access

Russian: 
- извините, немножко наивное предположение. Так вот мне было очень, очень интересно узнать
ту мотивацию к враждебности, плюс ядерное оружие и это очень плохая комбинация.
По мне так мы не можем жить с такой враждебностью ко всем потому что
мы слишком сильны, и если не тот человек получит такое оружие
типо - конец игры. Так же я убедился, пока узнавал все это
что проблема, о которой мы говорим не социальная, не политическая или экономическая
потому что многие пишут и многие ученые в политике скажут вам
что это так, и они практически марксисты, они скажут вам
что вражда между нациями это экономическая вражда.
Я думаю это абсурд, и не потому что это не правда, а потому что это объяснение не затрагивает
более фундаментальные основы, ведь, окей, экономическая вражда возникает

German: 
- entschuldigung aber das ist etwas naiv gedacht. 
Ich bin also stark daran interessiert
woher diese Motivation kommt, weil Bösartigkeit plus
Atomwaffen keine gute Kombination sind.
Es sieht nicht so aus, als könnten wir uns diese 
unbewusste Bösartigkeit noch leiste, weil wir
schlicht und einfach zu mächtig geworden stin, wenn 
die falsche Person mit den falschen Waffen zusammenkommt,
dann heisst es "Game over". Während ich mich damit auseinander-
gesetzt habe, ist meine Überzeugung gewachsen, dass es sich
nicht um ein soziologisches Problem handelt oder ein 
politisches Problem oder ein wirtschaftliches
Problem, weil in vielem was man dazu liest - und 
viele Politwissenschafter behaupten das
weil sie im Prinzip verkappte
Marxisten sind - wird behauptet, dass
die Gründe für Konflikte zwischen Nationen 
wirtschaftlicher Natur sind.
Ich halte das für absurd, nicht weil es nicht
wahr wäre, aber weil es sich nicht mit den
viel grundlegenderen Themen beschäftigt, nämlich: 
Wirtschaftliche Konflikte sind Konflikte um das

English: 
to what's valued. But, there's nothing self
evident about what's value. That's the problem.
It's like you have the idea of natural resource.
Oil is not a natural resource until you have an automobile.
The interplay between cultural value structures
and what constitutes a natural resource is
so tightly put together - except for maybe
air and water - that saying there are natural
resources which means things of intrinsic
value, and that's what people fight over.
Well, you've made the mystery disappear inside
the word natural resource. You haven't solved
anything. Well the question is why would people
fight over things that they value? Well because
there's all sorts of things you can value,
like peace. So, it's not a sufficient explanation
and it's also not clear to me people's primary
motivations are economic.
Well it's not trivial, but I would say the
motivation isn't really economic. It's more

Russian: 
когда есть что-то, чем люди дорожат. Но вещи, которые нам дороги вообще не очевидны. В этом проблема.
Как бы у нас есть идея о природных ресурсах. Нефть не природный ресурс, пока у тебя нет автомобиля
И связь между культурными ценностями и тем, что представляет из себя природный ресурс
настолько прочная, ну может кроме воздуха и воды, что говорить о том,
природные ресурсы ценны сами по себе и люди за них сражаются.
Ну даже если представить что мы решим эту проблему и ресурсы действительно ценны сами по себе
то это все равно не решает проблему. Тогда возникает вопрос, почему люди сражаются за то, что считают важным?
Ведь есть куча вещей, которые мы считаем важными, например мир? Так что я не считаю это достаточным
объяснением и для меня не очевидно, что основная мотивация людей это экономика.
Конечно экономика важна, но это не мотивация. Это больше связанно

German: 
was einen Wert besitzt. Aber es gibt nicht was aus sich selbst
heraus Wert hätte. Das ist das Problem.
Das ist wie die Idee der natürlichen Ressourcen. 
Öl ist keine natürliche Ressource bis man ein Auto besitzt.
Die Beziehung zwischen kulturellen Wertvorstellungen und 
dem was eine natürliche Ressource ausmacht ist
so eng - mit ausnahme von Luft und Wasser vielleicht - 
und zu behaupten es gäbe natürliche Ressourcen
was ihnen einen innewohnenden Wert unterstellt, 
und darum würden die Menschen kämpfen.
Dann hat man das Rätsel einfach nur hinter dem 
Begriff "Natürliche Ressource" versteckt, es aber nicht
gelöst. Die Frage ist, warum kämpfen Menschen um Dinge, 
denen sie Wert beimessen? Es gibt aber
jede Menge Dinge denen man Wert zumessen kann, 
zum Beispiel Frieden. Das ist also keine ausreichende
Erklärung und es ist für mich auch nicht so klar, dass
die primäre Antriebsfeder der Menschen wirtschaftlicher Narur ist.
Es ist nicht einfach, aber ich würde sagen das die Motivation 
nicht wirklich wirtschaftlich ist. Sie ist eher mit

Russian: 
с доминированием в иерархии и это вообще можно сказать сексуальная мотивация
особенно для мужчин, ведь если мужчина на вершине иерархии, женщины более предрасположенны
к ним. Так что говорить о экономике? Я не думаю. Экономика лишь вторичная
причина этого. И я, кстати, не думаю, что это теория
потому что есть хорошо задокументированные случаи подростковой агрессии мужчин, и лучшее доказательство
которое представляет то, что подростковые мужчины становится гипер агрессивными, можно наблюдать, когда вы
наблюдаете их в ситуации, когда они не могут победить. Тогда они становятся гипер агрессивными, и пытаются свформировать свою иерархию
чтобы кто-то из них мог на нее взобраться и быть привлекательным.
Так что можете говорить об экономике, если хотите, но я думаю что вы слишком сильно испытываете удачу
с таким объяснением. Ну вот примерно так. И когда я изучал это

German: 
der Position in der Dominanzhierarchie verbunden und 
das ist im wesentlichen eine sexuelle Motivation vor allem
für Männer, weil je höher Männer in der Dominanzhierarchie stehen, 
umso mehr fühlen Frauen sich von ihnen
angezogen. Man könnte es also wirtschaftlich nennen. 
Aber ich denke nicht, dass es das ist. Wirtschaft ist nur eine
Konsequenz daraus. Ich glaube übrigens nicht, dass das eine
passende Theorie ist, weil es hervorragende
Untersuchungen zu Überaggressivität bei jungen Männern gibt, 
und die Befunde legen nahe, dass
junge Männer überaggressiv werden, wenn man sie
in Situationen steckt in denen sie nicht gewinnen
können. Dann werden sie überaggressiv und versuchen
eine eigene Dominanzhierarchie zu errichten,
so dass einige von ihnen an die Spitze gelangen können und 
dadurch attraktiv werden.
Man kann das also durchaus wirtschaftlich nennen, 
aber ich denke, dass man mit dieser Art von
Erklärung zu weit geht. Das ist also im Wesentlichen 
der Hintergrund. Als ich das untersucht habe,

English: 
related to dominance hierarchy position, and
that's fundamentally a sexual motivation especially
for men because if men are higher up the
dominance hierarchy, women are more attracted
to them. So you could say that's economic.
I don't think it is. Economic is just a secondary
consequence of that. I don't believe, by the
way, that's a theory because there's excellent
documentation on hyper aggression in adolescent
males, and the best evidence suggests that
adolescent males become hyper aggressive when
you put them in situations where they can't
win. Then they become hyper aggressive and
attempt to formulate a dominance hierarchy
so that some of them can rise to the top and
basically be attractive.
So you can call that economic if you want,
but I think you're pushing your luck with
that sort of explanation. Well, so that's
basically the background. So, when I was investigating

German: 
habe ich zuerst mit dem Studium der Politikwissenschaft
begonnen und ich habe das tatsächlich gerne studiert
am Anfang, weil ich hauptsächlich politische
Philosophie gelesen habe. Es ist tatsächlich
ziemlich nützlich gute politsche Philosophen zu lesen, 
weil a) sie konnten denken und b) du denkst wie sie,
selbst wenn du es nicht weisst, weil 
eines der Kennzeichen eines grossartigen
Philosophen ist, dass seine oder ihre Ideen so tief
in die Kultur eindringen, dass hundert Jahre nachdem
sie sie niedergeschrieben haben, alle glauben 
man hätte immer schon so gedacht.
Das ist war mit Freud passiert ist. 
Die Menschen haben verstanden, dass
es das Unbewusste gibt und dass es durch 
den Sexualtrieb beeinflusst wird. Was ist daran
dann bittesehr so genial? Ja, das ist seit dem Zeitpunkt 
offensichtlich seitdem Freud es ausgearbeitet hat. Ich habe

Russian: 
я начал интересоваться политикой и мне даже нравилось это
первые пару лет, потому что мне нравилось читать философов политиков. Это даже полезно
почитать их, ведь А - они могут мыслить, Б - ты думаешь так же как они, даже
если ты не подореваешь этого, ведь лучший показатель великого
философа, то, что его идеи имеют корни в культуре так глубоко
сотни лет спустя, после того как они написаны, все еще актуальны.
Так же случилось с Фрейдом. Одна из вещей, которую люди поняли
что есть подсознание и что оно мотивируется сексом. Типо
что в этом такого интересного? Ну да, это очевидно, когда об этом уже сказал Фрейд. Короче

English: 
this, I first started studying political science
and I actually liked that quite a bit in the
first couple years because I was basically
reading political philosophy. It's actually
worthwhile reading great political philosophers
because A - they could think - and B - you
think like they think even if you don't know
it because one of the hallmarks of a great
philosopher is that his ideas or her ideas
sink into the culture so deeply that a hundred
years after they were written, they think
they've always thought that way.
That's one of the things that's happened to
Freud. One of the things people understand
is that theres an unconscious and that's its
motivated by sexual drive. It's like what's
so brilliant about that? Yeah, well it's obvious
once Freud points it out. So anyways, I started

German: 
damit begonnen - ich habe Politikwissenschaften und Literatur
studiert, was ich auch extrem nützlich gefunden habe, weil
grossartige Autoren auch wichtige Dinge zu sagen haben. 
So wie mich zum Beispiel Dostojewskys Romane absolut
umhauen. Er ist so genial und ich habe niemals jemanden 
gelesen, der moralische Fragen so ernst nimmt.
Wenn man sich zum Beispiel "Schuld und Sühne" ansieht, 
ein Buch das ich sehr empfehlen würde.
Dostojewsky ist das absolute Beispiel für einen wahren
Intellektuellen. Ich sage das weil in "Verbechen und
Strafe" schreibt er zum Beispiel über diesen Typen
Raskolnikow und ihr könnt
euch mit ihm identifizieren weil er ein Student
ist und in eurem Alter.
Er beschreibt wie er eine harte Zeit durchlebt, weil er in 
St. Petersburg wohnt und kein Geld
hat und in diesem kleinen Zimmer wohnt mit 
all seinem Gewand in dem Bett in dem
er schläft und er ist daran zu verhungern.
Er hat nur Brot zu essen und er studiert Jura. 
Er hat also eine harte Zeit. St. Petersburg
am Ende des 19. jahrhundert ist ein harter Ort. 
Einige von euch haben es vielleicht schwer gehabt

English: 
- I took political science and literature
which I also found was extremely useful because
great literary people have great things to
say. Like Dostoevsky's novels absolutely flatten
me. He's so brilliant and I've never read
anyone who takes moral question so seriously.
For example, if you look at Crime and Punishment,
which is a book I would highly recommend,
Dostoevsky is an absolute model of a true
intellectual. I say that because in Crime
and Punishment, for example, Dostoevsky had
this character named Raskolnikov, and you
guys can identify with Raskolnikov because
he's a university student and he's your age.
Now he's having a rough time because he's
in St. Petersburg and he doesn't have any
money and he lives in this tiny little room
which basically has a bunch of clothes on
the bed which he sleeps in, and he's basically
starving to death.
He only has bread to eat, and he's a law student.
So he's having a rough time. St. Petersburg
at the end of the 19th century is kind of
a rough place. Some of you guys probably have

Russian: 
я начал изучать политику и литературу, которую я тоже нашел удивительно полезной
потому что великим писателям есть что сказать. Например рассказы Достоевского
меня очень впечатлили. И он просто великолепен, никогда не читал кого-то, кто ставит моральные вопросы так серьезно
например если взять Преступление и наказание, кстати всем рекомендую к прочтению
Достоевский абсолютная модель настоящего интеллектуала. И я говорю это потому
что в Преступлении и наказании, например, Достоевский рассказывает о герое, которого зовут Раскольников
И вы ребята можете встать на место Раскльникова, потому что он студент, примерно вашего возрата.
Так вот он переживает плохие времена, он живет в Петербурге и у него
нет денег, он живет в такой маленькой комнате, с кучей
одежды на кровати вместо белья и он практически насмерть голоден.
У него только хлеб есть, ну и он учится на юриста. В общем у него тяжелые времена.
И вообще Петербург в 19 веке это такое гиблое место. Наверное кто-то из вас, ребята, тоже переживает трудности

Russian: 
Но Раскольников, у него было ну прямо вообще все плохо. Ну в общем он голодает
у него делириум. Еще его размышления очень испорченные, он был одним из первых
русских, кто считал себя атеистом. Россия была средневековым обществом до поздних 1900-ых.
Примерно как Квебек перед 1960.
 
Я серьезно кстати, потому что Квебек был последней европейской страной
которая избавилась от секуляризации, и это произошло примерно в 1960.
Семьи в Квебеке перешли от размеров 12-13 до 1-2. Низшие показатели рождаемости в мире.
Все Квебекцы были женаты и теперь никто не женится, все были католиками
а теперь вообще их почти нету. Это все буквально за ночь произошло. От части это и подогрело Квебекский
национализм. Было одно исследование Галлупской организацией.
Ну я слышал только об одной части этого, что если ты был бывшим католиком

German: 
aber Raskolnikow hatte es vermutlich schwerer. 
Halb verhungert und halb im Delirium.
Seine Gedanken sind sehr verworren 
weil er einer der ersten Russen ist, die
sich selbst als Atheisten bezeichneten. Russland
war eine mittelalterliche Gesellschaft bis weit ins
19. Jahrhundert. So wie Quebec vor 1960.
[Studenten lachen]
Ich meine das ernst, weil Quebec im prinzip das
letzte europäische Land war, wenn man so will,
das sekularisiert wurde und das ist um 1960 
herum passiert. Die Geburtenrate in Quebec
ist von durchschnittlich 12 bis 13 auf 1,2 gesunken. 
Die niedrigste Geburtenrate der Welt.
Und alle Bewohner waren verheiratet und heute
ist es keiner mehr, und alle waren katholisch
und heute ist es kaum mehr einer. Es war eine Blitz-
Transformation. Das ist es was zum Teil den
Nationalismus befeuert hat. Es wurde tatächlich eine Studie
durchgeführt vom Gallup Institut. Das hat mir nur jemand
bei einem Treffen erzählt: wenn jemand ein ehemaliger
Katolik in Quebec war, dann

English: 
it pretty bad, but Raskolnikov kind of had
it pretty bad. And so, he's half starved and
half delirious. Also, his ideas are very addled
because he's one of the first Russians who
really considered himself an Atheist. Russia
was a medieval society until the late 1900's.
It was sort of like Quebec before 1960.
[Students' laughter]
I'm serious about that, because Quebec was
basically the last European country, so to
speak, that underwent a secularization, and
that happened in about 1960. Quebec families
went from an average size of about 12 to 13
to about 1.2. Lowest birth rate in the world.
And all the Quebecois were married, and none
of them are now, and they were all Catholic,
hardly any of them are now. It was an overnight
transformation. That's partly what fed Quebec
nationalism. There was actually a study that
was released by the Gallup organization. I've
only heard it referred to in one meeting where
they indicated if you were a lapsed Catholic

English: 
in Quebec, you were ten times more likely
to be a separatist. That's really worth thinking
about right, because religion just collapses
and nationalism just rises up to take its
place because you need a bloody belief structure
because, what are you gonna do? Wander around
aimlessly?
That's not fun. It's not useful. So, you just
jump from one structure of belief to another,
or you fall apart. So that's also something
very much worth knowing. Anyways, Raskolnikov,
he thinks he's a pretty educated guy and thinks
he's pretty smart, and he is pretty smart
but he's like smart arrogant, not smart wise
because he's 21. What the hell does he know?
He doesn't know anything, but he's smart.
He's contemptuous about other people because
he's probably smarter than most of them and
he confuses that with knowing what's going
on. He lives in this little horrible apartment,
and he has a really horrible landlady - this
is where Dostoevsky is a genius - like Raskolnikov
hates his landlady, and Dostoevsky tells you

German: 
hatte er eine zehn mal höhere Wahrscheinlichkeit auch
ein Separatist zu sein. Das ist ein lohnender Gedanke.
Weil wenn Religion sinkt, dann steigt Nationalismus auf 
um ihren Platz einzunehmen.
Man braucht nämlich ein verdammtes Glaubenssystem, weil 
was soll man machen?
Ziellos herumspazieren?
Das ist kein Spass. Es ist sinnlos. Also muss man 
von einem Glaubenssystem in ein anderes wechseln,
oder draufgehen. Das ist auch eine sehr wichtige Lektion. 
Auf jeden Fall, Raskolnikow denkt
dass er ein gebildeter Kerl ist und ziemlich 
schlau, er ist auch ziemlich schlau
aber er ist schlau und arrogant und nicht schlau und weise,
weil er 21 ist. Was weiss er denn schon?
Er weiss gar nichts, aber er ist schlau. 
Er verachtet andere Menschen, weil er vermutlich
schlauer als die meisten ist und 
er verwechselt das damit, alles zu durchschauen.
Er lebt in diesem furchbaren Zimmer mit einer
wirklich furchtbaren Vermierterin - und hier
zeigt sich das Genie von Dostojewsky - denn Raskolnikow  
hasst die Vermieterin und Dostojewsky zeig uns warum.

Russian: 
в Квебеке, то ты в 10 раз вероятнее мог быть сепаратистом. Стоит об этом подумать
стоит только религии разрушиться и национализм сразу подскакивает вверх
чтобы занять его место, ведь если ты потерял всю свою гребаную структуру верования, что ты будешь делать?
Просто слоняться вокруг?
Это не интересно. И пользы в этом нет. Так что ты просто перепрыгиваешь от одной веры к другой
или полностью развалишься. Об этом тоже полезно знать. Короче Раскольников
он думает, что он довольно умный парень, начитанный, и он действительно умен
но он скорее умен и упрям, а не умен и мудр, все таки ему 21 год. Что он вообще знает?
Он не знает ничего, но он умен. И он с презрением относится к людям, потому что
он скорее всего умнее чем они и он путает это с тем, что знает как все устроено.
Он живет в этой маленькой, ужасной комнате, с ужасной заемщицей
вот тут Достоевский реально гений,  Раскольников как бы ненавидит эту заемщицу, и Достоевский говорит вам почему

German: 
Danach denkt man sich, ja, ich würde sie ebenso hassen.
Sie ist schrecklich. Sie besitzt jede Menge
Zimmer. Sie verlangt zu viel Miete.
Sie quält ihre Mieter auf jede nur erdenkliche Art.
Ihre Zimmer sind
heruntergekommen, ohne Möbel. Sie hortet
Geld und sie fängt nichts damit an.
Sie lebt also in spartanischen Verhältnissen und Dreck. 
Sie ist eine grausame Person auf verschiedenste Art.
Und sie hat eine Nichte, die etwas unterbelichtet ist, 
die behandelt sie im Prinzip wie eine Sklavin.
Sie tut also niemandem etwas Gutes. Das denkt Raskolnikow. 
Und dann erhaltet er einen Brief
seiner Mutter, die ihm schreibt, dass seine
Schwester einen reichen Typen
heiraten wird, weil sie ihn liebt und dass
das all seine finanziellen Probleme lösen wird
bis er fertig studiert hat.
Aber zwischen den Zeilen liest er, dass dieser 
reiche Kerl eine dreckige Ratte ist

Russian: 
И тогда вы думаете, ну да, я бы тоже ее ненавидел. Она ужасна. Она владеет многими
комнатами по городу. Она завышает цены.
Она пытает людей которым сдает квартиры во всех возможных смыслах. Эти места
очень грязные. Она не предоставляет никакой мебели. Просто сдирает с них деньги
и ничего с ними не делает, сама живет в полной нищите и грязи. Она злая во всех
смыслах. Плюс у нее есть племянница, которая не очень умна, и она относится к ней как к рабыне.
В общем ничего хорошего она не делает. Вот как думает Раскольников. И потом он получает письмо
от своей матери, и его мать говорит что его сестра собирается выйти замуж
за богатого парня, потому что она любит его и все их проблемы с деньгами будут решены
и он сможет дальше учиться.
Но он умеет читать между строк и понимает, что она выходит за богатого парня

English: 
why. Then you think well yeah, I'd hate her
too. So, she's miserable. She owns a bunch
of apartments. She charges too much rent for
them.
She tortures all the people that rent from
her in every possible way she can. The places
are filthy. She doesn't provide any furniture.
She hoards money, and doesn't do anything
with it, so she lives in absolute poverty
and filth. She's a cruel person in every possible
way. Plus she has a niece who isn't very bright,
and she basically treats her like a slave.
So, she's not doing anyone any good. That's
Raskolnikov's idea. And then, he gets a letter
from his mother and his mother basically tells
him that his sister's going to go marry this
rich guy because she's in love with him, and
that'll solve all of his monetary problems
so he could keep going to law school.
But he reads between the lines and he realizes
pretty quickly that this rich guy is a real

German: 
und seine Schwester und seine Mutter
mit Sicherheit schlecht behandeln wird,
und seine Schwester liebt ihn überhaupt nicht, 
sondern heiratet ihn nur, damit
Raskolnikow fertigstudieren kann. Also ist er 
damit überhaupt nicht einverstanden.
Man kann seine Motive also nachvollziehen. Hungernd und 
voller Ideen die auf gewisse Weise an
Nietzsche erinnern. Atheistische Ideen haben in Russland 
eingeschlagen, weil es innerhalb einer Generation
von ernsthaft Orthodox Christlich komplett zu einem 
unglaublichen Skeptizismus umgewechselt ist.
Das hat die Gesellschaft zerrissen.
Das ist mit ein Grund warum der Kommunismus für die 
Russen so attraktiv ausgesehen hat, und Dostojewsy
zeigt das genauso genial in seinem Buch 
"Die Dämonen" auf.
Das ist ein wundervolles Buch. Es ist schwer rein zu 
kommen, man muss etwa 200 Seiten lesen bevor
es losgeht, aber so sind viele russische Bücher. 
Auf jeden Fall denkt Raskolnikow auf diese
Übermenschen-Art, diese rationalen Ideen, und er 
denkt: es gibt absolut keine Hinweise auf

English: 
miserly scum rat, and he's gonna treat his
sister and his mother absolutely miserably,
and his sister doesn't really love him anyways,
and the only reason she was marrying him is
so Raskolnikov can go to school. So he's not
very happy with that, and fair enough. You
can understand his motivation. So he's starving
and he's full of these ideas and they're also
sort of Nietzschean. Like Atheistic ideas
hit Russia really hard because it went from
seriously orthodox Christian in every possible
way to unbelievably skeptical in one generation.
It just fractured the society.
It's partly why Communism became so absolutely
attractive for the Russians, and Dostoevsky
also details that extremely brilliantly in
the book called The Possessed or The Devil's.
It's a wonderful book. It's hard to get into,
you have to read about 200 pages before it
really kicks in, but Russian novels are sort
of like that. So anyways, Raskolnikov is thinking
these sort of super man-ish, rationalistic
ideas, and he thinks, well you know there's

Russian: 
который ужасен, просто мерзкая крыса. И он будет с ней обходится просто ужасно
и его сестра на самом деле не любит его, и единственная причина по которой она выходит за него
это чтобы Раскольников мог продолжать учиться. Короче он не очень счастлив, и не мудрено.
Вы можете понять его мотивацию. Он голодает, и он полон этими идеями
Ницшеанскими. Атеистические идеи ударили по России очень сильно
и от серьезной ортодоксальной христианской страны за одно поколение они превратились в скептиков.
Это разорвало общество.
И от части поэтому коммунизм был так привлекателен для русских
и Достоевский показывает это очень хорошо в книге Бесы.
Отличная книга. Очень сложно заинтересоваться ей, но как только прочитаешь первые 200 страниц
так сразу не можешь остановиться, но все русские рассказы примерно такие. Короче, Расскольников думает
об этих супер рациональных идеях, и он думает что

Russian: 
нет никаких доказательств моральной иерархии. И легко приходит к тому, что
люди не моральны сами по себе, просто они боятся что-то сделать - и это такое Ницшеанское открытие.
Большинство того, что вы называете моралью, на самом деле ей не является. Просто вы боитесь
сделать то, чего хотите. И потому что вы слишком слабы чтобы признать это
вы говорите, что это все из-за морали. Но это не правда.
Вы бы с радостью их сделали,если бы были достаточно смелыми, но вы не смелы. И люди часто думают, что
Ницше говорил что мораль для слабых. Но это не так.
Он думал что слабость и трусость прикрывается моралью. Это вообще разные вещи. В любом случае
Раскольников думает о всех этих вещах. Он думает, ну, я хочу быть адвокатом.
Я могу быть хорошим адвокатом, помогать людям. Я буду помогать бедным людям. И для чего мне
ходить и голодать вот так. Это не резонно. И моя сестра практически
отдает себя в проститутки этому богатому парню, это хреново. Вот есть моя заемщица

German: 
die Existenz einer realen Moralischen Hierarchie. 
Und man kann leicht argumentieren, dass die Menschen
nicht wirklich moralisch sind, sondern einfach 
feige - das tut zum Beispiel Nietzsche.
Fast nichts von dem was man Moral nennt, ist tatsächlich
moral. Es ist nur so, dass man zu ängstlich ist, um
das zu tun was man möchte. Und weil man zu kümmerlich ist 
um das zuzugeben, nennt man diese Dinge einfach
unmoralisch. Aber das stimmt nicht.
Du würdest sie gerne tun, wenn du mutig genug wärst, 
aber das bist du nicht. So missinterpretieren die Leute
das was Nietzsche geschreiben hat als: Alle Moral ist Feigheit. 
Aber das ist nicht das was er gedacht hat.
Er dachte, dass alle Feigheit sich als Moral verkleidet. 
Das ist etwas ganz anderes. Auf jeden fall,
Raskolnikow denkt über diese Dinge nach. 
Er denkt bei sich, ich könnte wohl Anwalt werden.
Ich wäre ein guter Anwalt, ich würde Menschen helfen, den 
armen Menschen. Wieso soll ich also zum Teufel hier
hungernd herumsitzen. Das ist doch nicht vernünftig.
Meine Schwester wird sich an diesen
reichen Kerl verkaufen und das ist schrecklich. 
Aber da ist ja noch meine Vermieterin

English: 
no evidence that there's any real moral hierarchy.
And you can easily make a case that the reason
that people aren't really moral, they're just
cowardly - and this is a Nietzschean observation.
Most of what you'd call your morality isn't
morality at all. It's just you're too afraid
to do what you want, and because you're too
weasly to admit that, you say you don't do
those things because it isn't moral. But it
isn't true.
You'd love to do them if you were brave enough,
but you aren't. So people misread that to
say what Nietzsche thought that all morality
was cowardice. That isn't what he thought.
He thought all cowardice masqueraded as morality.
That's a whole different thing. So anyways,
Raskolnikov is thinking about these things.
He's thinking, well I can be lawyer. I can
be a good one. I'd help people. I'd help the
poor people. What the hell good is it for
me to wander around starving like this. It
doesn't seem reasonable. My sister's basically
going to go prostitute herself for this rich
guy, and that sucks. There's my landlady and

Russian: 
и она абсолютно мерзкое создание и все с этим согласны, она старая
и дряхлая. А еще она держит эту рабыню. Может лучше избавиться от этой старухи.
И что мне нравится в этом, так это - это особенно происходит в университетах часто
я бы сказал. Когда вы слышите как люди, которые думают что они умные, спорят.
Они обычно имеют представление о том, во что верит оппонент
И их представление о том, что думает оппонент такое -
их идея глупая. Так вот они берут эту идею, делают из нее карикатуру и потом
разрушают ее. Потом они думают, ура, я выиграл спор. И это реально жалкое зрелище.
Это подмена понятий. Это признак слабого ума. Чтобы реально
поспорить с кем-то, вы должны желать помочь ему. Скажем вы правый
и спорите с леваком, или вы левак и спорите с правым.

German: 
eine verachtenswerte Kreatur - da kann man nicht 
widersprechen - und sie ist alt und abgezehrt.
Und ihre Nichte behandelt sie wie eine Sklavin.
Vielleicht sollte ich sie ums Eck bringen.
Was ich daran mag ist - das passiert ständig 
an den Universitäten
Jedesmal wenn man Leuten bei einer Diskussion
zuhört, die von sich glauben sie wären schlau.
Normalerweise haben sie eine Idee und dann
haben sie eine Vorstellung der Person die eine
gegenteilige Meinung vertritt. Und die Vorstellung 
der Person mit der gegenteiligen Meinung ist, dass
deren Meinung dumm ist. Also erzeugen sie Zerrbilder
der gegenteiligen Idee und dann
zerlegen sie diese Idee. Und danach denken sie: Wow
ich habe die Debatte gewonnen. Aber das ist lächerlich.
Das ist ein Strohmann-Argument. Es ist ein Zeichen 
für einen schwachen Geist. Wenn man wirklich eine
Diskussion haben möchte, dann muss man ihnen helfen. 
Nehmen wir an du wärst konservativ und du argumentierst
mit einem Progressiven, oder du wärst ein Progressiver 
der mit einem Konservativen debattiert

English: 
she's an absolutely reprehensible creature
and everyone agrees, and she's old and worn
out. And she has this person she keeps as
a slave. Maybe I should just get rid of her.
What I love about that is that - like this
happens almost all the time in universities,
I would say. Whenever you hear people who
think they're smart having a discussion. What
they generally do is that they have an idea,
and then they have an idea about the person
who has a different idea. The idea about the
person who has the different idea is that
their idea is stupid. So what they do is produce
a caricature of that person's idea, and then
they blast it. Then they think, wow I've won
that argument. Which is really - it's pathetic.
It's a strawman argument. It's a sign of a
weak mind. What you do if you really want
to have an argument with someone is you help
them. Let's say you're a right winger and
you're arguing with a left winger, or you're
left winger and you're arguing with a right

German: 
Dann solltest du deren Argument so gut ausführen
wie du nur irgendwie kannst,
und dann solltest du versuchen es zu widerlegen.
Wenn du das tust, dann landest du irgendwo. 
Jeder Trottel kann ein Strohmann-Argument
in Flammen aufgehen lassen. Dostojewsky tut das nie. 
Er macht die Menschen - wenn er zum Beispiel zwei
Ideen gegeneinander antreten lassen möchte, dann 
stattet er beide Ideen mit den besten Charakteren aus, die
er sich vorstellen kann. So auch in "Die Brüder Karamasow"
zum Beispiel, die beiden Leute, die beiden Handelnden
- es gibt einige Handelnde - aber einer der Hauptcharaktere
heisst Ilyusha und der andere heisst
Iwan. und Ilyusha ist ein Unschuldslamm. Prinzipiell
ein netter Kerl, vielleicht
ein bisschen naiv. Religiös, aber nicht auf eine Art
die er verteidigen könnte. Es ist eher
eine natürliche Spiritualität und er ist in einem Kloster
und er ist ein Anhänger eines berühmten
Mönchs. Er ist ein orthodoxer Christ und er
ist sehr wohlwollend und ernsthaft. Aber er ist

English: 
winger. It's like, you want to make their
argument as magnificent as you possibly can,
and then see if you can undermine it.
That's what you do because then you're getting
somewhere. Like any idiot can make a strawman
and light it. Dostoevsky never does that.
He makes the people - like when he sets up
two ideas to go to war, he embodies both sets
of ideas in the most powerful characters he
can imagine. So in The Brothers Karamazov,
for example, the two people, the two protagonists
basically - there's a bunch of them - but
basically one of them is named Ilyusha, and
the other is named Ivan. And Ilyusha is kind
of an innocent guy. A good guy fundamentally,
a little on the naive side. Religious, but
not in the way that he can defend. It's more
like a natural expression spirit, and he's
in a monastery, and he's a follower of this
famous monk. He's kind of into Orthodox Christianity
in his benevolent and sincere way. But he's

Russian: 
В этом случае вы должны сделать их аргумент настолько сильным, насколько это возможно
и потом попробовать разрушить его.
Если так к этому относиться, то можно к чему-то прийти. Любой идиот может подменить понятия
и поспорить с ними. Достоевский такого никогда не делает. Он создает своих персонажей - как бы
создавая две идеи, отправляя их на войну и дает им в руки самые мощные аргументы
В братьях Карамазовых например, два персонажа
ну там их вообще много, но одного из них зовут Алеша
другого Иван. И Алеша такой невинный парень. Добрый парень,
немного наивный. Религиозный, но не в таком смысле, что может защитить ее.
А в таком смысле воплощения природного духа, он живет в монастыре и является учеником
известного монаха. Ему нравится православие своей благожелательностью и открытостью

English: 
not much of an intellect.
And Ivan, his older brother, he's good looking
and tall. I believe he's a soldier. He's an
impressive guy, and he's got a viciously cutting
intellect. He just tears Ilyusha apart every
chance he gets, across the whole book. You
can see two parts of Dostoevsky fighting it
out in the book because part of Dostoevsky
was highly spiritualized, not least because
he was epileptic and that often - for reasons
we'll talk about later - that often exaggerates
spirituality. Also because he was a deeply
spiritual person and also a tremendous intellect.
And so, he was at war inside and he put those
parts of him out into these characters, and
let them just go at it. It's brilliant, you
know. Ivan makes the best argument for Atheism
that's ever been written. It's really powerful.
He talks about all these terrible things that
were being done to children in Russia at the
turn of the century, back in the late 1800's.

German: 
wirklich ein Intellektueller.
Und sein älterer Bruder Iwan, er sieht toll aus, 
gross und schlank. Ich glaube er ist Soldat. Ein
beeindruckender Typ, mit einem gefährlich scharfen Verstand. 
Er zerlegt Ilyusha jedesmal wenn sich die
Gelegenheit bietet, im ganzen Buch. Man kann 
zusehen wie sich die zwei Seelen Dostojewskys in dem
Buch bekämpfen, weil Dostojewsky zum einen sehr 
spirituell war, nicht zuletzt weil er Epileptiker
war und das geht - aus Gründen über die wir noch sprechen 
werden - oft mit Spiritualität einher.
Er war also eine sehr spirituelle Person mit 
einem enormen Intellekt.
Also hat er sich mit sich selbst im Krieg befunden und 
hat diese beiden Teile in die zwei Brüder gepackt und
sie aufeinander gehetzt. Es ist brilliant, wisst ihr. 
Iwan bringt das beste Argument für Atheismus, dass
jemals niedergeschrieben wurde. Es ist sehr mächtig. 
Er spricht über die furchtbaren Dinge die Kindern
in Russland um die  Jahrhundertwende angetan 
worden waren, damals im späten 19. Jahrhundert.

Russian: 
Но он не особо умен
А Иван, его старший брат, он красив, высок. Вроде бы он был солдатом.
Впечатляющий парень, с пытливым умом. И он просто разрывал Алешу
когда они спорили на протяжении всей книги. Можно видеть как две части Достоевского сражались
в этой книге, потому что сам Достоевский был сильно религиозным
еще он был эпилептиком и по причинам, о которых мы поговорим позже, он мог духовно
открываться. Ну и конечно потому что он был сильно духовным человеком с огромным интеллектом.
В общем, внутри у него была война и он взял эти свои черты и вложил их в своих героев
и позволил им сражаться как могут. Это великолепно, знаете. Иван привносит лучший аргумент к Атеизму
который мог быть написан. Очень серьезный. Он говорит о разных ужасных вещах
которые творили с детьми в России в конце века, в поздних 1800-ых

English: 
He talks about this one situation where the
parents of this one girl locked her in a freezing
outhouse overnight. She was crying and screaming,
and telling them that she was sorry. And they
just left her in there and she froze to death.
It was like front page news in Russia at the
time, maybe in Moscow, or maybe in St. Petersburg.
Dostoevsky lifted that argument and he said
to - he had Ivan ask Ilyusha, well this is
the sort of thing God permits? He said the
whole damn world isn't worth that. The suffering
of one child in a situation like that.
How can you possibly see that something like
that can exist and wander around with your
boneheaded belief and a benevolent god? Would
you lock a girl in an outhouse and let her
freeze? If that meant other people would be
happy? And of course Ilyusha says, no I would
never do that. So Ivan tells him that, yeah
you wouldn't do that but this god you imagine
exists would be perfectly pleased to let something
like that occur. And you know Ilyusha has

German: 
Er spricht über eine Situation in der die Eltern 
dieses Mädchen über Nacht in einen eiskalten
Schuppen gesperrt haben. Sie hatte geweint und geschrien, 
und sich bei ihnen entschuldigt. Und sie haben
sie einfach dort draussen zu Tode frieren lassen. 
Es war damals in Russland auf allen Titelseiten
in moskau oder vielleicht auch St. Petersburg. 
Dostojewsky bringt also das Argument und er sagt
- er lässt Iwan Ilyusha fragen: ist das also etwas
das Gott erlaubt? Er sagt, dass die ganze
Welt das alles nicht wert ist. Das Leiden eines
Kindes in so einer Situation.
Wie kann man angesichts solch schrecklicher
Ereignisse herumgehen und stur an einen
gütigen Gott glauben? Würdest du ein Mädchen in einen
Schuppen sperren und sie zu Tode
frieren lassen? Wenn das bedeuten würde, dass andere
Menschen glücklich wären? Und natürlich sagt Ilyusha:
Nein, das würde ich niemals tun. Also erwidert Iwan,
dass er das vielleicht nicht tun würde, aber der Gott
an dessen Existenz er glaub, der findet es in Ordnung
so etwas passieren zu lassen. Und darauf hat Ilyushe

Russian: 
Он говорит об одной ситуации, когда родители девочки заперли ее
в амбаре на ночь. Она плакала и кричала, просила их простить ее.
И они просто оставили ее там умирать на морозе. Этот случай был в заголовках газет в России
в это время, может в Москве, или в Петербурге. Достоевский привел этот аргумент и сказал
ну он сделал так, что Иван спросил Алешу, мол это то, чего хочет Бог?
Он сказал, что весь мир не стоит этого. Страданий одного ребенка в такой ситуации.
Как можно видеть, что такое происходит и продолжать
верить в бесконечно доброго бога? Ты бы тоже запер девочку и оставил
умирать на морозе? Если бы это сделало других людей счастливыми? И конечно Алеша говорит, что
никогда бы не сделал такого. Ну и Иван говорит ему, что ты бы конечно такого не сделал, но этот бог
в которого ты веришь, спокойно мог позволить такому произойти. И вы знаете, у Алеши не было

German: 
einfach keine Antwort. Das ist nur ein Teil von 
Iwans Argument. Er prügelt wie wild auf
ihn ein. Ich denke dass Ilyusha darauf antwortet
ist, mit dem Versuch ein gutes Leben zu führen.
Er kann nicht argumentieren. Das kann Iwan besser
und es gibt diese boshafte Art des kritischen
Nachdenkens über Religion, die aus Westeuropa
herübergeweht ist. ope.
Mit 300 Jahren philosophischer Kraft dahinter und 
Iwan ist ihr Herald. Es ist als ob
Ilyusha und Russland selbst davon weggefegt werden
Sie haben keine Möglichkeit sich zu verteidigen.
Die verdammten Westeuropäer hatten 300 Jahre Zeit
um sich daran zu gewöhnen. Die Russen vielleicht zehn.
Es hat sie einfach zerlegt. Sie haben praktisch
auf den Messias gewartet und sie haben
ihn bekommen. Sowohl Dostojewsky als auch Nietzsche 
haben etwa 40 Jahre im Vorhinein vorhergesagt was
mit Russland geschehen würde. Das ist beeindruckend. 
Dass man so weit in die Zukunft blickt und

Russian: 
что ответить на это. И это только часть аргумента Ивана, он просто ударяет его
аргументами как безумец. И вроде Алеша ответил ему тем, что нужно пытаться жить достойную жизнь.
Он не мог спорить. Иван был лучше него в этом, плюс этот поток критичного мышления
о религии, который прошелся по стране из западной европы.
За этим стоит 300 лет философских трудов и Иван представлял их. Ну вобщем
Алеша и сама Россия была просто разорвана этим. У них не было защиты против этого.
Гребаные западные европейцы имели 300 лет чтобы привыкнуть к такому. Русские за 10 лет
приняли все это. Это их разрушило. Они хотели чтобы пришел новый Мессия
и они конечно получили его. И Достоевский и Ницше предсказывали что такое случится в России
40 лет раньше чем это произошло. Это просто удивительно. Представить, что можно взглянуть так далеко

English: 
no idea what to say about that. That's just
a fragment of Ivan's argument. He's like punching
at him like mad. I think the way Ilyusha basically
responds is by trying to live a good life.
He can't argue. Ivan's better at it than he
is, plus there's this vicious strain of critical
thinking about religion that's being wafted
in from Western Europe.
There's 300 years of philosophical force behind
it, and Ivan is its mouthpiece. It's like
Ilyusha and Russia itself is just blown apart
by that. They have no defense against that.
The bloody Western Europeans had 300 years
to get used to it. The Russians had like ten
years. It just fragmented them. They were
like waiting for the new Messiah, and they
sure got one. Both Dostoevsky and Nietzsche
prophesied about what happened to Russia forty
years before it happened. That's bloody amazing.
To think you could look that far into the

English: 
future and actually get it right. I mean,
things didn't change quite as fast there as
they are now, but you know, it wasn't like
the Victoria times were static. There were
a lot of things going on. To get that right
over four decades - those guys were in touch
with something very deep that was going on
underneath the substrata of Western civilization.
Alright, so I'm thinking about belief structures
and I'm thinking about malevolence and I'm
think about the psychological role that these
sorts of things are playing because it occurred
to me at some point, something like - an idea
something like this. This actually tormented
me for about six months. I would say, when
I had been thinking these things through - I
would say about five years at this point - I
was really obsessed by it. I was thinking
about this literally every minute of the day,
from the time I woke up till the time I went

Russian: 
в будущее и все правильно описать. Представьте, в их времена все не так быстро менялось как
сейчас, но знаете, в Викторианскую эпоху тоже на месте не стояли. Там
очень много всего произошло. И чтобы все правильно предсказать четыре десятка лет спустя - эти парни
затронули что-то реально глубокое, что лежало в основе всей западной цивилизации.
Окей, значит я думал о системе верований, я думал о враждебности
думал о психологичесокой роли, которая играла в таких вещах, потому что мне показалось
в какой-то момент, что у меня появилась идея или что-то вроде. Вообще это мучало
меня в течение 6 месяцев. Вообще когда я думал о таких вещах, а это было
я бы сказал в течение 5 лет, я был реально поглащен всем этим. Я думал
об этом реально каждую минуту в течение дня, с момента пробуждения, до момента

German: 
tatsächlich recht behält. Damals haben sich die Dinge
natürlich noch nicht so schnell geändert wie heute
aber wisst ihr, es war auch nicht so, dass das 
Viktorianische Zeitalter komplett starr gewesen wäre.
Es ist viel passiert. Um eine Vorhersage über vier
Jahrzehnte korrekt hinzubekommen - die hatten
Zugang  zu etwas sehr Tiefen, das sich unter den 
Oberflächen der westlichen Zivilisation abgespielt hat.
Also, ich denke über Glaubensstrukturen nach und 
ich denke über Bösartigkeit nach und ich
denke über die psychologische Rolle die diese Dinge
spielen nach und dann kommt mir irgendwann
so eine Art Idee, oder so ähnlich. 
Es hat mich tatsächlich sehr belasted
über sechs Monate lang. Ich würde sagen, während
ich diese Dinge durchgedacht habe,
das waren damals bereits fünf Jahre - ich war 
wirklich wie besessen. Ich habe buchstäblich
jede Minute des Tages damit verbracht 
vom Aufwachen bis zu dem Moment in dem

English: 
to sleep. It was really manic, probably. At
one point I got to this conclusion. I thought,
okay well here's the situation. It's pretty
obvious that people need belief structures
because first of all a belief structure orients
them to action so you have to believe that
one thing is more valuable than other to just
act.
So, why did the chicken cross the road? Well
because he thought the other side of the road
was better than the side he was on, obviously.
[Students' laughter]
You know, because whenever you're moving,
the implicit hypothesis of your movement is
that the thing you're moving towards is better
than the thing you're leaving, unless you're
self destructive because otherwise, why bother?
So what that means is that you don't move
without a value structure, and you don't get
to not have one. You might say, well I don't
believe in anything. It's like, well, you
say you don't believe in anything, so technically
you can't make an argument for what you believe
or you don't know what you believe. But if

Russian: 
когда я шел спать. Это вообще безумно конечно. В какой-то момент, я пришел к выводу. Я подумал
окей, вот такая есть ситуация. Довольно очевидно, что людям нужны верования
потому что, во-первых верования напрявляют их на движение, они позволяют понять
какая вещь ценнее другой, чтобы просто продолжить движение.
Почему курица перешла дорогу? Ну, потому что думала, что на другой стороне
все было лучше, чем на предыдущей.
 
Ну знаете, ведь когда вы двигаетесь, то в голове держите гипотезу, что
вы двигаетесь куда-то, где лучше чем сейчас, конечно если
вы не занимаетесь саморазрушением, в таком случае вообще все равно. Так вот это значит, что
движения без веры во что-то просто нет, и у вас не может не быть ее. Ну вы можете сказать
что не верите ни во что. Ну знаете, если вы говорите, что ни во что не верите
то технически вы не можете поспорить верите вы во что-то или не знаете во что вы верите.

German: 
ich schlafen ging. Ich war vermutlich manisch. Und
irgendwann bin ich zu einem Schluss gekommen. Ich dachte,
nun gut, so sieht es also aus. Es ist offensichtlich, 
dass Menschen Glaubensstrukturen brauchen,
weil sie sich zum einen daran orientieren können und 
ihre Handlungen daran ausrichten, weil man ja
um zu handeln annehmen muss, dass ein Ding wertvoller ist
als ein anderes.
Warum geht das Huhn über die Strasse? Offenbar
weil es davon ausgeht, dass die andere Seite der
Strasse besser sein würde als die auf der es jetzt ist.
[Studenten lachen]
Versteht ihr, jedesmal wenn ihr euch bewegt, gibt
es diese mitschwingende Annahme in eurer Bewegung,
dass das worauf ihr euch zubewegt besser ist, als
das von dem ihr euch wegbewegt, ausser ihr
seid selbstzerstörerisch, weil warum sollte man sich 
dann kümmern? Das bedeutet also, dass man sich niemals
ohne eine Wertestruktur bewegt und dass man also gar 
nicht keine haben kann. Man könnte einwenden: Ich glaube
an garnichts. Dann würde ich antworten: du sagst, dass 
du an nichts glaubst, also kannst du genaugenommen
keine nicht sagen was du glaubst oder du weisst
nicht an was du glaubst. Aber wenn du nicht

English: 
you're not just sitting there, vegetating,
then you believe something otherwise - you
act it out.
You have to have a belief system or you fall
apart. So you're nihilistic or depressed or
hopeless. That's certainly - like who wants
that? That's not good. It's painful. Depression
is no joke. I know someone who had a very
serious illness. It was an illness that destroyed
part of this person's body. It destroyed their
joints, and they also had clinical depression.
I asked this person at one point - okay, you
get to have a choice. You get to get rid of
the illness that's destroying your joints,
so they had to be replaced, or you could get
rid of the depression. He said, I'd get rid
of the depression first, no problem. So that's
worth thinking about. If you believe nothing,
and you're hopeless and you've got no value
structure, the place you end up is not good.
And I'm sure lots of you have experienced

Russian: 
И если вы не сидите просто на месте, как овощь, тогда вы верите во что-то, в другом случае
вы просто притворяетесь.
Нужно верить во что-то или вы просто распадетесь. И будете нигилистом, будете в депрессии
или потеряете надежду. И кто хочет такого? Это не хорошо. Это больно. Депрессия
это не шутка. Я знаю человека, у которого очень серьезное заболевание. Это заболевание разрушило
тело этого человека. Разрушило его связки и у него была клиническая депрессия.
Я спросил его, хорошо, если бы у тебя был шанс, вылечил бы ты
заболевание, которое разрушило твои связки, так, что тебе пришлось их пересаживать, или
ты мог бы избавиться от депрессии. Он сказал, что избавился бы от депрессии, без вопросов. Так что
подумайте над этим. Если вы ни во что не верите, и вы безнадежны и у вас нет ценностей
вы окажетесь в плохом месте. И я уверен, что многие из вас сталкивались

German: 
nur herumsitzt, vegetierst, dann glaubst du an etwas -
das zeigen deine Handlungen.
Man braucht etwas woran man glaubt oder man bricht
auseinander. Dann ist man nihilistisch oder deprimiert
oder hoffnungslos. Das ist sicher - aber wer möchte das 
schon? Das ist nicht gut. Es schmerzt. Depression
ist kein Spass. Ich kenne jemanden der hatte eine sehr
ernste Erkrankung. Die Krankheit zerstörte einen Teil
seines Körpers. Die Gliedmassen, und zusätzlich kam 
noch eine klinische Depression.
Irgendwann habe ich die Person gefragt - wenn du die 
Wahl hättest. Du könntest die Krankheit die deine
Gliedmassen zerstört loswerden, und die Glieder werden
ersetzt oder du könntest keine Depression mehr haben.
Er sagte, zuerst möchte ich die Depression los werden. 
Auf jeden Fall. Darüber sollte man vielleicht
einmal nachdenken. Wenn du an nichts glaubst, 
wenn du ohne Hoffnung bist und keine Wertestruktur
hast, dann endest du an einem unguten ort. 
Und ich bin mir sicher, dass viele von euch das bereits

German: 
erlebt haben. Die meisten Menschen - vor allem Leute
die eine hohe Wahrscheinlichkeit haben diese Vorlesung
zu besuchen - die meisten Menschen haben in eurem
Alter schon ein oder zwei dunkle Phasen erlebt,
aus den unterschiedlichsten Gründen. Beziehungskriesen, 
oder vielleicht verliert man den Sinn des eigenen Lebens
oder jemand betrügt dich oder jemand wird krank 
oder du selbst wirst krank, wisst ihr, irgendeine
Tragödie erscheint und haut dich um. Du denkst dir, 
was zum Teufel, was ist los? Was soll denn das
Ganze? Und das ist eine gute Frage, aber man 
darf ihr nicht nachgehen, weil das dem Tod
gleichkommt.
Es gibt noch ein anderes Problem, angenommen 
du hast ein Glaubens-System. Aber was ist wenn
ich ein anderes habe? Was sollen wir dann tun?
Du kannst deinen Glauben nicht aufgeben
weil dann ist es vorbei mit dir. Und ich werde meinen
aus dem selben Grund nicht aufgeben. Aber es scheint
nicht offensichtlich, dass wir friedlich am gleichen
Ort leben können, wenn wir nicht an die selben Dinge
glauben. Hier habe ich - als ich mir das überlegt habe - 
gedacht, das war es. Wir sind im Grunde
- das war es. Wir sind erledigt. Wir müssen einen Glauben 
haben und wenn du einen hast, dann kannst du

English: 
that. I mean most people - especially the
people who are more likely to come to this
class - most people, by the time they're your
age, have gone through a dark period or two
for whatever reason. Relationship breaks up
or maybe you lose the meaning in your life
or someone betrays you or someone gets sick
or you get sick or, you know, some tragedy
comes along and knocks you flat. You think,
what the hell, what's going on? Why isn't
any of this worthwhile? And it's a good questions,
but you can't go there because that's like
death.
Then the other problem is, let's say you do
have a belief system. Alright, so what happens
if I have a different one? What are we supposed
to do about that? You can't give up yours
cause then you're done. I'm not gonna give
up mine for the same reason. But it isn't
clear that we can inhabit the same part of
the Earth peacefully if we don't believe the
same things. So I - when I sorted that all
out, I thought well that's it man. We're basically
- that's it. We're done. We can't not have
a belief system, and if you have one, you

Russian: 
с этим. Большинство людей - особенно тех, кто приходит в мой класс
к вашему возрасту уже успели пройти через темную полосу жизни или через парочку
по какой либо причине. Разрушенные отношения или вы потеряли смысл жизни
или кто-то предал вас или кто-то заболел или вы заболели, в общем трагедия
приходит внезапно и сваливает вас с ног. Вы думаете, что такое, что случилось? Почему
мне ничего не интересно и не нужно? Хороший вопрос, но не стоит на него отвечать, потому что там смерть.
 
Потом есть еще одна проблема, допустим вы верите во что-то. Хорошо, тогда что будет
если я верю в другое? Что мы должны с этим сделать? Вы не можете
оставить свою веру, потому что вам тогда конец. Я тоже свою не брошу по той же причине. И выходит
что мы не можем заселить одну и ту же час земли в мире и процветани если мы не верим
в одно и тоже. Так вот когда я понял это, я подумал, что это оно и есть.
Получается, что нам конец. Мы не можем иметь верование, а если можем, то

Russian: 
не можем не драться за него. А теперь мы слишком вооружены, чтобы драться. В нигилизм мы тоже
не ударимся, хотя это часто случается. Так что получается игре конец. Ну в итоге я понял
что это не так, слава богу, но мне пришлось долго думать, чтобы прийти
к тому, что я был не прав, потому что долгое время у меня были только эти варианты.
Еще одна вещь, которую мы попытаемся понять - не только почему у людей есть вера
а что вообще такое система верования и почему они соревнуются, и почему от них нельзя
просто избавиться. Еще мы попытаемся понять что можно сделать
с тем фактом, что вам придется быть в местах
с людьми, у которых другая вера. И в каком-то смысле это проблема социального существа
так ведь? И все существа пытаются решить эту проблему с тех пор, ну мы даже не знаем
с каких пор. Мне нравится использовать лобстеров, как пример, потому что у лобстеров есть иерархия
и у них сложное социальное поведение. У них почти нет мозга.

German: 
nicht nicht kämpfen. Wir sind heute zu hochgerüstet um zu 
kämpfen. Wir werden uns nicht einfach dem Nihilismus
hingeben, obwohl das natürlich vorkommt. Also: 
Game over. Diese Annahme hat sich als falsch
herausgestellt, Gottseidank, aber es hat mich verdammt
viel Zeit gekostet herauszufinden, warum
es möglich war, dass das falsch war, weil soweit ich das 
damals gesehen habe, waren das die Optionen.
Daher werden wir auch versuchen herauszufinden, nicht nur
warum Menschen an etwas glauben, sondern
was ein Glaubens-System genau ist und warum sie
miteinander in Konflikt stehen und warum man sie nicht
einfach loswerden kann. Aber wir werden uns auch ansehen
was man vielleicht tun kann um gemeinsam mit anderen
an einem Ort zu leben, mit Leuten die nicht 
das gleiche Glaubens-System ahben wie
man selbst. Und gewissermassen, ist das ein
Grundproblem menschlichen Zusammenlebens,
richtig? Und das haben Kreaturen schon vor Urzeiten
zu lösen versucht, wir wissen gar nicht
für wie lange. Ich verwende gerne Hummer als Beispiel, 
weil sie sich in Dominanzhierarchien anordnen,
und weil sie ein sehr komplexes Sozialverhalten haben. 
Sie haben kein besonders grosses Gehirn.

English: 
can't not fight. We're too well armed to fight
now. We're not just going to collapse into
nihilism, although that happens quite a bit.
So, game's over. Well, it turned out that
that was wrong, thank god, but it took me
an awful long time to even begin to understand
how that could possibly be wrong because as
far as I could tell, those were the options.
So another thing we're gonna try to figure
out is not only exactly why people have belief
systems, exactly what a belief system is,
and why they compete, and why you can't just
get rid of them. But, we're also gonna figure
out what it is that you might be able to do
about the fact that you're going to inhabit
places with people who don't have exactly
the same belief systems as you. And in some
sense, it's really a problem of social being,
right? And creatures have been trying to solve
this problem ever since, well we don't know
how long. I like to use lobsters as an example
because lobsters arrange themselves into dominance
hierarchies, and they have very complex social
behavior. They don't have much of a brain.

English: 
So you can have pretty damn complex social
behavior without having much of a brain. Lobsters
have been around for around 400 million years.
So us, roughly speaking, since we had a shared
ancestor with the lobster a very long time
ago, we've been trying to figure out how to
coexist with other creatures that don't precisely
share our belief systems for 400 million years.
And we've been sufficiently successful about
it so that we're both social, and here we
are. So obviously, there's ways that it can
be dealt with; although I think we don't necessarily
understand them very well. I didn't want to
just understand what it was about belief systems,
you know, about their necessity and their
function, and the way the become pathologist.
I wanted to figure out if there's also a pattern
to the processes by which belief systems are
modified and negotiated so that belief systems
that have different structures can coexist
in the same place peacefully.
It's a vital question right? Because most
of you are going to get married, successfully

German: 
Man kann also ein extrem komplexes Sozialverhalten haben, 
ohne ein besonders grosses Gehirn. Hummer gibt es
seit etwa 400 Millionen Jahren.
Wir haben, wenn man so will, nachdem wir vor sehr
sehr langer Zeit gemeinsame Vorfahren mit dem Hummer
teilten, wir probieren seit damals wie man mit anderen
zusammenleben kann, die nicht das genau gleiche
Glaubenssystem wie wir selbst haben. Und wir 
waren ausreichend erfolgreich, so dass
wir beide (Hummer und Mensch) erfolgreich waren. 
Es gibt also Wege wie man das lösen kann.
Auch wenn ich denke, dass wir sie nicht besonders 
gut verstehen. Ich wollte nicht nur verstehen
was es mit Glaubens-Systemen auf sich hat, 
mit ihrer Notwendigkeit und ihrer
Funktion, und warum sie krankhaft werden. 
Ich wollte herausfinden, ob es auch ein Muster gibt
mittels dessen Glaubens-Systeme angepasst und 
untereinander verhandelt werden, so dass Systeme mit
unterschiedlichen Strukturen nebeneinander ohne 
Konflikte bestehen können.
Das ist eine überlebenswichtige Frage, oder? Die 
meisten von euch werden heiraten, erfolgreich

Russian: 
Получается, что можно иметь очень сложное социальное поведение, и почти не иметь мозга. Лобстеры
живут уже почти 400 миллионов лет.
Так что мы, грубо говоря, с тех пор как мы были родственны с лобстерами, очень давно
мы пытались понять как сосуществовать с другими существами
у которых другая вера, уже 400 миллионов лет. И мы довольно успешны
в этом, вот мы тут все социальны и при этом находимся здесь. Так что очевидно есть пути
как с этим справиться. Хотя я не думаю, что мы хорошо их понимаем. Я не хотел
просто понять что такое вера и что она важна и ее
функции и как она может стать паталогией. Я хотел так же понять
есть ли возможность модифицировать верование и обговаривать его
чтобы разные верования могли сосуществовать в одном месте мирно.
Это важный вопрос, так ведь? Потому что каждый из вас женится, успешно

German: 
oder nicht erfolgreich. Und auch wenn ihr es nicht tut, 
werdet ihr für eine lange Zeitspanne mit jemandem
zusammenleben, und ihr werdet herausfinden, dass die 
anderen nicht wie ihr sind, und das ist ziemlich
nervig. Aber was soll man tun? Entweder seid ihr
ein Sklave oder ein Tyrann.
Oder ihr verhandelt. Das sind eure Optionen. 
Und zu Verhandeln ist besonders
schwer, weil man herausfinden muss, was man will und 
vermutlich gibt man es nicht einmal zu,
und ausserdem muss man seinem blöden Partner
zuhören wenn sie sagen was sie wollen.
Und dann muss man sich auspaldowern wie
man beides möglich macht. Im Vergleich dazu sind
Sklaverei und Tyrannei einfach, von einem kognitiven
Standpunkt aus, wenn man sie damit vergleicht
wenn man versucht am gleichen Ort die jeweiligen
Bedürfnisse zu befriedigen, aber man kann es schaffen.
Das ist wahr. Es gibt einen Prozess und man kann ihn
identifizieren. Also möchte ich mit euch über
Glaubens-Systeme sprechen und über ihre psychologische
Bedeutung. Wie wir sind. Welche Funktion sie
ausüben können, aber ich möchte mit euch auch darüber
sprechen wie sie sich verändern, weil sie das tun,

Russian: 
или не очень. И даже если нет, вы все равно будете жить с кем-то долгий
период времени и узнаете, что они вас не очень то любят, и это вообще
сильно бесит. И что вы сделаете? Вы будете либо рабом, либо тираном
или вы обсудите это, потому что это все варианты. А обсуждение очень
сложно, потому что вам надо понять что вы хотите, и вы скорее все это даже не признаете
потом вам надо понять что хочет ваш тупой партнер.
Потом попытаться понять как сделать оба варианта возможным. Ну рабство
тирания, это относительно простая форма осознания, если сравнить
с попыткой понять как вы можете оба ужиться в одном месте, но это возможно.
в этом то все и дело. Есть такой процесс и он описуемый. Так что мы поговорим
о верованиях, их психологическом значении. Какие они. Какую функцию
они выполняют, но так же мы поговорим о том, как они изменяются, ведь они

English: 
or unsuccessfully. And even if you don't,
you're going to live with someone for a long
period of time, and you're going to find out
they're not like you, and that's extremely
annoying. But, what are you gonna do? You're
either going to be a slave, or a tyrant, or
you're going to negotiate because those are
your options. And negotiation is extraordinarily
difficult because you have to figure out what
you want, and you probably won't even admit
it, and second of all you have to listen to
your stupid partner about what they want.
Then you have to try to figure out how to
make both of them possible. Well, slavery,
tyranny; that's comparatively easy from a
cognitive perspective, compared to actually
trying to figure how you can be mutually satisfied
in the same space, but you can do it.
That's the thing. There is a process, and
it's identifiable. So I want to talk to you
about belief systems and their psychological
significance. What they're like. What function
they can perform, but I also want to talk
to you about how they transform because they

German: 
richtig? Sie ändern sich, vor allem bei Menschen. 
Sie können wechseln - das heisst sie können sich ändern.
Und das wiederrum bedeutet, zumindest prinzipiell, dass
wir in Dialog darüber treten können. Und Dialoge, die sind
ziemlich hart, aber die Alternative ist Krieg.
Das ist ein Teilgrund, warum man seinem Gegner
zuhören sollte, weil wenn man das nicht tut, 
dann kann man sie nur mehr bekämpfen.
Und das wars.
[Student: Sie haben darüber gesprochen dass Glaubens-
Systeme sich ändern können, damit sie nebeneinander
existieren können. Macht das politische Ansichten aus?]
Du meinst, das wäre der Wunsch, dass das passiert.
Nun, ich würde sagen, dass es zum Teil der Wunsch danach
ist. Aber jedesmal wenn ich mir eine politische
Bewegung ansehe, vor allem eine ideologische
Gruppe, jedesmal denke ich mir: OK, es gibt einige 
Dinge für die ihr seid. Das ist in Ordnung. Aber wogegen
seid ihr? Weil eine Besonderheit der Menschen die eine
ideologische Position verinnerlicht haben ist es anzunehmen

English: 
do right? They change, especially with humans.
So they can change - that means they can modify.
And that means, at least in principle, that
we could have a dialogue. Now dialogues, that's
rough, but the alternative is war. That's
partly why you're supposed to listen to your
enemy because if you don't listen to your
enemy, the only other thing you can do is
fight with them. That's it.
>>[Student asks: You talked about how belief
systems can often modify, so they can be close
together. Isn't that what political perspectives
basically is?]
>> You mean it's the desire for that to happen.
Well, I would say it's partly the desire for
that to happen. Thing is, whenever I look
at a political movement, especially an ideological
group, I think okay, there's a bunch of things
you're for. Fine. What are you against? Because
one of the things about people that have adopted
ideological positions like to presume is that

Russian: 
меняются, так ведь? Они меняются, особенно у людей. Так вот их можно изменить и модифицировать.
И это значит, ну по крайней мере в теории, что может быть диалог. А диалог это
сложно, но это лучше войны. От части поэтому стоит слушать своего
противника, потому что если не будешь слушать его, то остается только
сражаться с ним. И все.
>>[Студент: Вы говорите, что системы верований могут быть модифицированы, и могут быть
вместе. Это по сути политкорректность, так ведь?]
Имеешь в виду это желание, чтобы так произошло? Я бы сказал, что от части
это просто желание. По сути, каждый раз, когда я смотрю на политическое движение, особенно идеологическую
группу, я думаю, окей, там много причин почему все за нее. Хорошо. А какие причины против? Потому что
люди, которые приняли какую-то идеологию хотят думать, что

German: 
dass sie absolut im Recht sind. Das macht sie sehr
unachtsam gegenüber ihrem Schatten, aus der
Jungschen Perspektive gesprochen. Die Nazis hatten alle 
möglichen positiven Gründe für ihre Handlungen.
Aber es gab auch negative Gründe und 
man könnte ziemlich einfach darlegen, dass die
negativen Gründe die tatsächliche Motivation waren.
Wenn ich mir Ideologen ansehe, denke ich jedesmal:
Ja, ja, das ist das wohinter du her bist, aber ich glaube
nicht, dass alle guten Menschen auf deiner Seite sind. 
Und Ausserdem - ich weiss, dass negative Motivationen
stärker sind als positive. Also wenn du sagst dass du 
für etwas bist, aber du bist auch gegen etwas
also starten wir lieber damit. Ich habe über das
nachgedacht, nachdem ich George Orwell
gelesen habe. Ich liebe George Orwell übrigens. 
Wer von euch weiss, wer George Orwell ist?
Oj, wirklich? Beeindruckend. Wie viele kennen ihn nicht?
Ok, na das ist gut. Das ist hervorragend. Wie
zum Teufel habt ihr von ihm erfahren? 
War es "1984"? Oder "Farm der Tiere"?
[Studenten: "Farm der Tiere".]

English: 
all of the right is on their side. That makes
them very unconscious of their shadow, from
the Jungian perspective. The Nazis had all
sorts of positive reasons for what they're
doing, but the negative reasons were there
too, and you could easily make it a case that
the negative reasons were really the reasons.
When I look at ideologues, I always think,
yeah yeah that's what you're for, but I don't
really think all the good people are on your
side. And B - I know that negative motivations
are more powerful than positive ones. So you
say you're for things, but you're against
them too, so let's start with that. I started
thinking about this after I'd read George
Orwell. I love George Orwell, by the way.
How many of you know who George Orwell is?
Wow, really? That's impressive. How many don't?
Okay, well that's good. That's amazing. How
the hell did you learn about George Orwell?
Is it 1984? Animal Farm?
>>[Students answer: Animal Farm.]

Russian: 
они на правой стороне. И они уже не осознают своей тени
с точки зрения Юнга. Нацисты имели тысячи причин, почему были правы
но отрицательные причины были тоже, и сейчас можно с уверенностью сказать
что отрицательные причины и были главными причинами.
Когда я рассматриваю идеологию, я всегда думаю, да, да, за этим ты тут, но я не думаю
что все хорошие люди на твоей стороне. И во-вторых я знаю что негативные мотивации
сильнее положительных. Вы говорите что вы за какие-то вещи
но вы так же против каких-то вещей, так лучше начать с этого. Я начал думать об этом, когда прочитал
Джорджа Оруэлла. Мне нравится Джордж Оруэлл, кстати. Кто из вас знает Джорджа Оруэлла?
Вау, правда? Это впечатляет. Как много не знает? Ну это хорошо. Великолепно.
Как вы вообще узнали об Оруэлле? По 1984 году? По Скотному двору?
По скотному двору.

English: 
>>Okay, okay, well that's good because George
Orwell - I tell you - George Orwell was the
first Western intellectual who figured out
what the hell was going on in the Soviet Union.
And he did that in the mid forties, early.
It was complicated because we sort of knew
what was happening in the twenties and the
thirties. There was Lenin, and that wasn't
so good. There was the Russian civil war.
There was the idea of universal Communism,
that wasn't such a good idea, for as far as
people who didn't want to become Communists
were concerned. And then there was what happened
in the Ukraine in the 1930's. The evidence
was starting to pile up, but unfortunately
what happened was the Spanish Civil War, and
the lefties were pretty much the good guys
in the Spanish Civil War. It was like a microcosm
of the second world war. The lefties were
fighting the fascists, and some of the lefties
were Communists, but some of them, I think,
were people genuinely fighting for freedom.
A lot of North American literary figures went
to Spain to fight on the side of the - against

German: 
OK, Ok, das ist toll, weil George Orwell - ich 
sage es euch - George Orwell war der erste
westliche Intellektuelle der verstanden hat
was in Teufels Namen in der Sowjetunion los ist.
Und das war Mitte der Vierziger Jahre, ziemlich früh. 
Es war kompliziert, weil wir in etwa wussten
was in den Zwanzigern und Dreissigern
lost war. Damals herrschte Lenin und das war nicht
besonders gut. Es gab den Russischen Bürgerkrieg. 
Und es gab die Idee des internationalen Kommunismus,
keine besonders gute Idee, zumindest soweit es 
die Leute die keine Kommunisten werden wollten
betrifft. Und in den Dreissigerjahren ist auch so 
einiges in der Ukraine passiert. Die Anzeichen
haben sich vermehrt, aber dann ist leider der 
Spanische Bürgerkrieg dazwischen gekommen und
die Linken waren mehr oder weniger die Guten 
in diesem Krieg. Es war wie ein Versuchslabor
für den Zweiten Weltkrieg. Die Linken haben die 
Faschisten bekämpft, und einige der Linken waren
Kommunisten, aber einige von ihnen, denke ich, haben 
tatsächlich für die Freiheit gekämpft.
Viele Nordamerikanische Schriftsteller sind damals
nach Spanien gegangen auf Seiten der -

Russian: 
Окей, окей, ну это хорошо, потому что Оруэлл - говорю вам, Джордж Оруэлл
был первым западным интеллектуалом, кто понял что происходит в Советском Союзе.
И он понял это в середине 40-ых. И это было сложно, мы от части
знали что происходит там еще в 20-ых и в 30-ых. Был Ленин и это
не было праздником. Потом гражданская война. Потом идея о международном Коммунизме,
не очень хорошая идея, для тех, кто не хотел быть коммунистом.
Потом кое-что произошло на Украине в 30-ых. Ну и доказательства
начали копиться, но к сожалению случилась гражданская война в Испании.
И леваки там были хорошими парями в этой войне. Это был такой микрокосмос
второй мировой. Леваки сражались с фашистами, и некоторые леваки были коммунистами
но некоторые, я думаю, просто сражались ради свободы.
Многие Северо-Американские писатели отправились в Испанию чтобы сражаться против фашистов

English: 
the fascists. And so fair enough, the fascists
were obviously reprehensible, clearly. So
that kind of muddied the water, right, because
the fascists were bad and that sort of means
the people that are fighting them are good,
and some of them are Communists. There was
pretty good reason for people to be radically
socialist at that point in human history because
the plight of the working man was relatively
unpleasant. George Orwell wrote a book called
The Road to Wigan Pier, and he went
up to this town, that was a coal mining town
and just looked at their life. So here's part
of their life. So, you basically work a seven
and a half hour shift when you're a coal miner,
and you think oh that's not too bad by 1930
standards, and it's like yeah except you have
to go down to the coal mine tunnels and they're

German: 
um gegen die Faschisten zu kämpfen. Und man kann nicht 
sagen, dass die Faschisten nicht abzulehnen waren.
Es war also ziemlich verworren, weil die Faschisten
waren böse und daraus ergibt sich, dass ihre
Gegner gut sein müssen und einige davon sind 
Kommunisten. Es gab ziemlich gute
Gründe um zu diesem Zeitpunkt der Geschichte 
ein radikaler Sozialist zu sein, weil die
Situation der arbeiter ziemlich unangenehm war.
George Orwell hat ein Buch namens
"Die Strasse nach Wigan Pier" geschrieben ud er ist
in diese Stadt gefahren, eine Kohlebergwerksstadt und
er hat sich das Leben dort angesehen. Also das hat in 
etwa so ausgesehen: man musste etwa 7,5 Stunden
Schichten arbeiten, wenn man ein Minenarbeiter war und 
das klingt für 1930 eigentlich nicht so schlimm
aber man vergisst dabei, dass man tief runter in die 
Kohlemine steigen muss und die Tunnel sind nicht

Russian: 
Ну и конечно все сразу поняли,что фашисты не в своем уме.
И все это взболомутило воду, да, потому что фашисты были плохими  и это значило
что те, кто против них сражается - хорошие парни, а некоторые были коммунистами. И была
вполне хорошая причина для радикального социолизма в этот момент истории человечества
ведь рабочий класс был недоволен положением. Джордж Оруэлл написал книгу под названием
Дорога на Уиган-Пирс, он отправился в городок угледобытчиков
и просто наблюдал за их жизнью. Так вот вам часть их жизни. Короче представь что ты работаешь
смену по 7-6.5 часов если ты шахтер и вы подумаете, что это не так плохо для 1930 года
ну да, если не учитывать, что им приходилось спускаться в эти туннели

German: 
3 Meter hoch und mit Teppichen ausgelegt. 
Die sind 1,5 Meter hoch und kantig,
schlecht beleuchtet und die Luft ist furchtbar. 
Also muss man hocken oder kriechen,
bis zu fünf Kilometer, nur um zur Arbeit zu gelangen.
Und das ganze musste man natürlich bei Arbeitsende
wiederholen, ohne Bezahlung. Das ist dein
Arbeitsweg.
Und wenn man dann dort ist, muss man wirklich
hart arbeiten. Es ist wahnsinnig
laut und furchtbar kompliziert. 
Kohlearbeiter hatten keine Zähne, aber ihre
Körper waren gestählt. Sie waren unglaublich 
stark weil sie ständig
unheimlich harte körperliche Arbeit verrichteten. 
Es war extrem hart. Und die meisten Menschen haben
mit fünfzig anderen Familien ein Klo geteilt. 
Das reicht vermutlich nicht, um das zu beschreiben.
Das waren oft Reihenhäuser mit nur einer 
Türe ohne Hinterausgang. Es gab keine Wege zwischen ihnen

English: 
not eight feet high and carpeted. They're
like four and a half feet high and rough,
and poorly lit, and the air is terrible. So
basically, you have to chimp walk or crawl,
up to three miles, just to get to work. And
then you'd have to do that at end of your
shift, and you don't get paid for that. That's
just your commute.
Then of course what you're doing when you
get there is it's absolutely filthy. It's
unbelievably noisy and brutally difficult.
Coal miners, they had no teeth, but their
bodies were absolutely perfect. They were
unbelievably powerful and strong because all
they did was incredibly intense physical labor.
It was bloody rough. And the housing most
people had, it's like fifty families for one
outhouse. That's probably good enough to describe
it. Often they were row houses, and the row
houses had no back doors. They had no paths

Russian: 
и они не 8 футов в высоту и обделаны деревом. Они были 4,5 фута в высоту и необтесаны
не освещены и воздух там ужасный. Так что приходилось как шимпанзе ползти
три мили, чтобы просто начать работу. И потом приходилось делать то же самое в конце смены
а за это не платили вообще. Вот такая работа.
Ну и конечно стоит учесть, что сама работа просто ужасная.
Невыразимо шумная и сложная. У шахтеров выпадали зубы, но тела их
были абсолютно идеальными. Они были удивительно сильными, из-за
изнурительной физической работы. Это гребаный труд. А жили они
ну короче 50 семей на один дом. Достаточное объяснение, как по мне.
Часто это были дома в длинну, а у таких домов нет задней двери. И между ними пройти тоже

Russian: 
нельзя, а туалет был снаружи за зданиями. То есть, если на улице минус 20
и была зима и ты болел, то приходилось идти вокруг
всего блока, чтобы сходить в сортир, а порой он был только один и приходилось
стоять в очереди из 50 человек, так что знаете... Оруэлл не был бедным парнем
и хотел победить свои предрассудки. Он по настоящему
задокументировал эти ужасные рабочие условия этих рабочих.
Так вот он написал эту книгу, под названием Дорога на Уиган-Пирс и сказал
что написал эту историю об этих бедных шахтерах, ага
как насчет некоторых поправок в законах, чтобы эти люди и их дети не были полностью подавлены
Потом она написал последнюю часть книги и писал ее для Клуба Левой
Книги, который был социалистической группой, они выпускали по книге примерно каждый месяц.
Так вот он написал критику социализма - Британского социализма и сказал, что

English: 
between them, and all the outhouses were at
the back. So, that meant if it was twenty
below and it was the winter, and you were
sick then you'd get to go all the way around
your block to get to the damn outhouse and
maybe there was only one there, and you'd
line up with fifty people so that - you know.
Orwell, he was an upper class guy basically,
and he was trying to help himself overcome
his upper class prejudices. He was a real,
documentarian of the terrible working conditions
of working class people.
He wrote this book called Road to Wigan
Pier but one of the things that Orwell
said - he wrote this story about these poor
god damn coal miners, it's like yeah how about
some social legislation so that these people
and their children aren't absolutely brutalized
nonstop. But then he wrote the last half of
the book and he wrote it for the Left Book
Club which was a socialist group that would
publish a book every month or so. What he
did was, he wrote a critique of socialism
- of British socialism, and he said yeah this

German: 
und die Klos waren hinter den Häusern. Das heisst
im Winter bei minus 20 Grad
wenn man krank war und raus musste und 
dann den ganzen Weg um den Block
laufen musste nur um auf das verdammte Klo zu gelangen
und dann gab es vielleicht nur eines, also hast du
dich mit 50 anderen angestellt - man kann es sich 
vorstellen. Orwell, er war im Prinzip aus der Oberschicht,
und er wollte seine Oberschicht-Vorurteile
überwinden. Er war ein echter
Dokumentarist der schrecklichen Arbeitsbedingungen
der Arbeiterklasse.
Er hat dieses Buch mit dem Titel "Strasse nach 
Wigan Pier" geschrieben aber eines der Dinge
die Orwell gesagt hat - er hat diese Geschichte über
die armen Minenarbeiter geschrieben, wie wäre
es also mit ein wenig Sozialgesetzgebung, damit diese 
Leute und ihre Kinder nicht vollständig verkommen.
Aber dann hat er die zweite Hälfte geschrieben
und er hat das für den Linken Buchklub geschrieben
eine sozialistische Gruppe die jeden Monat etwa
ein Buch verlegt hat. Und was er da geschrieben hat
wer eine Kritik des Sozialismus - des britischen
Sozialismus, und er hat gesagt: Ja, das ist

German: 
wirklich beschissen. Wir sollten eigentlich
auf Seiten der Arbeiterklasse sein, aber die
Sozialisten, die ich getroffen haben, sind nicht auf 
Seiten der Arbeiter. Das sind Tweed-tragende
Mittelklasse-Superintellektuelle die sich nie
in die Nähe der Arbeiterklasse begeben, weil sie
voller Vorurteile sind und aus einigen anderen Gründen.
Und sie können die Armen überhaupt nicht ausstehen, sie 
hassen einfach die Reichen. Ich dachte mir - ich war
zu dem Zeitpunkt schon länger ein Mitlied der 
Demokratischen Partei und es gab immer schon
komische Dinge, vor allem an den Radikalen Enden, was
war mit denen los? Das schaut mir nicht nach
Wohlwollen aus, sofern ich das beurteilen kann. 
Alle Heulen und beklagen sich und sind Verbittert.
Was ist da los? Ich habe Orwell gelesen und dachte mir: 
Aha! Tatsächlich. Wenn du die Erfolgreichen hasst, wenn
du die Reichen hasst - reich sind übrigens alle, die 
mehr Geld als du selbst haben, so definiert man reich -
dann ist die beste Möglichkeit um deine Mussgunst
zu verstecken, so zu tun als wärst du auf Seiten
der Armen. Ich habe das gelesen und dachte mir, das 
stimmt absolut. Daher habe ich meine Psychoanalytische

Russian: 
все очень плохо. Мы должны быть на стороне рабочих, а социалисты
которых он встретил не были на стороне рабочих. Они были такими людьми среднего
класса, интеллектуалами в париках, которые к рабочему классу даже близко не подходили
из-за предрассудков и других разных причин.
И бедные им вообще не нравились, они просто богатых ненавидели. Я помню
как состоял в NDP (New Democratic Party, Канада) долгое время и мне всегда казалось
что там что-то не так, особенно с радикальными ребятами, что с вами не так? И это не выглядело
благожелательным, насколько я мог судить. Было много споров, жалоб и обид.
О чем это они вообще? Потом прочитал Оруэлла и понял, ага! Понятно. Если ты ненавидишь успешных
ненавидишь богатых, а богатые это, кстати, те, у кого больше денег чем
у тебя, вот как люди представляют богатых - лучший способ спрятать свою обиду это притвориться
что ты на стороне бедных. Так вот я прочитал ее и подумал, что все так и есть. И она так же сделала меня более

English: 
sucks man. It's like we should be on the side
of the working people, but the socialists
I meet, they're not on the side of the working
people. They're like tweed wearing middle
class hyper intellectuals who never go anywhere
near the working class because of their class
prejudices and for all sorts of other reasons.
And they don't like the poor at all, they
just hate the rich. I thought - I had been
a member of the NDP for a long time at that
point and there's always something a little
off about it, especially the radical end like
what's with you guys? It doesn't look like
benevolence as far as I can tell. There's
a lot of whining and complaining and resentment.
What's that about? I read Orwell, and I thought
aha! Right. If you hate the successful, if
you hate the rich - rich by the way is whoever
has more money than you, but that's how you
define rich - and the best way to mask your
resentment is to pretend you're on the side
of poor. And I read that and thought, that's
exactly right. That's also what made me psychoanalytically

Russian: 
психоаналитически направленным, потому что психоаналитики постоянно занимаются этим, если ты говоришь
вот так я положительно направлен, а психоаналитик скажет, а как ты используешь это, чтобы скрыть
что-то враждебное, что ты делаешь? И это очень хороший вопрос. Не всегда
правильный, но достаточно чаще правильный, чем люди думают.
Это как мать или ведьма в Гензель и Гретель. Вы же слышали
эту историю? Есть парень, у него уже есть пара детей, а его жена не очень-то
любит детей. Во сто раз шансы, что с тобой будет плохо обращаться отчим
а не биологический родитель, выше - ну чтобы вы знали. Так что мачеха не очень любит этих детей.
Она просит мужа бросить этих детей в лесу. Так вот они идут
в лес. Теряют детей. Детям некуда идти, они бродят

English: 
oriented because one thing psychoanalysts
always do, always, is if you say you're - here's
how I'm positively predisposed, the psychoanalyst
says, how are you using that to mask something
easy and malevolent you're doing? And that's
a very very useful question. It's not always
correct, but it's correct a lot more than
people generally like to think.
You know, it's like the mother - or the witch
- in Hansel and Gretel. You know this story
right? This guy gets married. He's got a couple
of kids, and his new wife doesn't really like
the kids. You have a hundred times higher
chance, by the way, of being abused by a stepparent
than by a biological parent - just so you
know. So the stepmother doesn't like the kids.
She tells the guy, well why don't you just
put those kids out in the woods. So out they
go, out in the woods. So they're lost kids,
right, they have nowhere to go. So they're

German: 
Ausrichtung, weil eines der Dinge die Analytiker
immer tun, immer, ist, wenn du sagst dass du etwas
aus irgendwelchen Gründen tust, dann sagt der Analyst, 
welche einfache und bösartige Sache versuchst
du dadurch zu verstecken, dass du das tust? Und das
ist eine extrem nützliche Frage. Es stimmt nicht
immer, aber es stimmt wesentlich öfter als 
Leute gewöhnlich annehmen, dass es so ist.
Das ist wie die Mutter - oder die Hexe - in "Hänsel
und Gretel". Ihr kennt die Geschichte?
Ein Mann heiratet. Er hat bereits Kinder und seine 
neue Frau mag sie nicht besonders.
Übrigens ist die Wahrscheinlichkeit von seinen 
Stiefeltern missbraucht zu werden 100 mal höher
als von den tatsächlichen Eltern - nur zur Information.
Also die Stiefmutter mag die Kinder nicht.
Sie sagt ihrem Mann: Warum setzten wir die 
Kinder nicht einfach im Wald aus. Sie gehen also mit
ihnen in den Wald. Es sind also verirrte Kinder. 
Sie können nirgendwo hin. Also

Russian: 
в лесу. Что происходит? Дети натыкаются на дом из пряника.
Ты думаешь, ого, я голодный ребенок. Дом из пряника, отличная новость. Не только дом
но еще и сделан из сладостей! Что вообще может быть лучше?
Заходят они внутрь. Так вот там такая типичная бабуля, которая начинает их откармливать.
Она садит, вроде Гензеля, в клетку, а Гретель ловит потом и заставляет
работать такой служанкой и детям становится очевидно, что
она откармливает их, чтобы потом засунуть в печку и съесть.
Потом Гретель дает Гензелю какую-то кость
а ведьма почти слепая и каждый раз, когда она щупает его ногу, он
давал ей пощупать кость и она не решалась есть его.
Короче в конце детишки сами засовывают ее в печь, закрывают
и выбираются оттуда. Это вообще хорошая концовка, по меркам сказок. Такая Эдипова

English: 
wandering out there in the forest. What happens?
They come across a gingerbread house. You
think wow, you're a starving kid. Gingerbread
house, that's good news right. Not only is
it a house, but it's made out of candy! How
could anything be possibly any better? So
in they go. Well and then there's this grandmotherly
type there and she starts to fatten them up.
She puts, I think it's Hansel, in a cage.
She gets Gretel, after a while, to basically
work as their scullery maid and it becomes
quite obvious to the children that she's actually
fattening them up so she can put them in the
oven and eat them.
And so, I think what Hansel does is I think
Gretel gives him like this bone from some
animal and the old witch is half blind, and
every time she reaches in to sort of reach
his leg, he gives her the bone and so she's
just not all that interested in eating him.
Anyway, the kids end up pushing her in the
oven and closing it, and getting the hell
out of there. So you know it's a happy ending,
as far as fairy tales go. But it's an Oedipal

German: 
streifen sie durch den Wald und was passiert?
Sie kommen an ein Lebkuchenhaus. Da denkt man:
WOW, als hungriges Kind. Ein Lebkuchenhaus ist da 
wohl eine gute Nachricht. Es ist nicht nur
ein Haus, sondern es besteht auch aus Lebkuchen!
Wie kann es etwas besseres geben? Also
gehen sie rein . Und drinnen ist eine 
grossmütterliche Frau und sie mästet sie.
Sie sperrt Hänsel, wenn ich mich nicht täusche, in
einen Käfig und Gretel muss als ihr
Küchenmädchen arbeiten und es wird den Kindern klar, 
dass siesie nur füttert, damit
sie sie in den Ofen stecken und essen kann.
Und was Hänsel daher tut ist, Gretel gibt  
ihm einen Tierknochen und
die alte Hexe ist halb blind und jedesmal 
wenn sie nachsieht um sein Bein zu fühlen
haltet er ihr diesen Knochen hin und sie 
beschliesst, dass sie ihn diesmal noch nicht isst.
Auf jeden Fall stossen die Kinder sie schlussendlich
in den Ofen und machen zu und verschwinden.
Das ist also - was Märchen betrifft - ein Happy End. 
Aber es ist auch eine Ödipale Geschichte.

English: 
story, right? It's a classic story, but an
Oedipal family. Be bloody wary of people who
do too much for you. Right. It's like if you
have a mother, or any other relative for that
matter who's fattening you up on mercy and
candy, the probability that her basic goal
is to eat you enough so that you never leave
- the probability is extraordinarily high.
And that's no joke. You know, one of the things
that you do learn if you read about the sorts
of people who burst out of their mother's
basement and go shoot up Dawson College is
often that's exactly the situation they've
been in. They're burning with resentment in
their uselessness down in the basement for
five or six year. They don't have to leave.
They don't have to become independent. Everything's
done for them, so they never have to do anything
for themselves. It's not pretty, and so one
of the rules for dealing with people - and

German: 
Es ist eine klassische Geschichte und eine Ödipale 
Familie. Passt auf, wenn jemand zu viel
für euch tut. Das ist als ob man eine Mutter hat, 
oder einen beliebigen anderen Verwandten
der einen mästet. Mit Mitleid und Süssigkeiten, 
die Wahrscheinlichkeit, dass es ihr Ziel ist,
euch zu essen, so dass ihr niemals gehen 
könnt - diese Wahrscheinlichkeit ist verdammt hoch.
Und das ist kein Witz. Wisst ihr, eine der Sachen
die man erfährt, wenn man über Menschen liest
die den mütterlichen Keller verlassen um 
im Dawson College herumzuschiessen ist,
dass das genau die Situation ist, in der die
waren. Die verglühen vor Mussgunst
in ihrer Nutzlosigkeit im Keller, für fünf oder 
sechs Jahre. Sie müssten nicht raus.
Sie müssen nicht unabhängig werden. Alles wird
für sie erledigt, so müssen nie etwas alleine
regeln. Das ist nicht schön anzusehen, und
daher ist eine der Regeln im Umgang mit Menschen

Russian: 
история, правда? Классическая история, но семья прям Эдипова. Будьте очень внимательны
к людям, которые делают для вас слишком много. Да. Если у вас есть мать или еще какой-то родственник
кто пытается вас откормить конфетами, то шанс очень велик, что ее цель
откормить вас так, что вы никогда не уйдете - очень сильная вероятность.
И это не шутка. Знаете, когда читаешь про людей
которые вырвались из под юбки матери и пошли устраивать перестрелку в колледже
очень часто они были именно в такой ситуации. Они горят от обиды
от своей бесполезности в доме родителей 5 или 6 лет. Им не надо уходить
Не надо становиться независимыми. Все для них делают и им вообще ничего не надо делать
для себя. Это не хорошо, так вот одно из правил, когда имеешь работу с людьми

English: 
I know this is actually a rule for dealing
with elderly people in hopes for retired people
- is that do not do anything for anyone they
cannot do for themselves. You're stealing
from them when you do that. And it's a great
rule of thumb for kids. Once they can dress
themselves, they dress themselves. If they
can set the table, even if it takes twenty
minutes, it's like, they're setting the table.
You're not doing a favor by helping them do
anything they can do themselves. It's kind
of harsh, but it beats the hell out of the
witch in Hansel and Gretel
So anyways, one of the things we're going
to look at as well, is the dark side of positive
motivations. Now how are we gonna do this?
One of the things you might ask yourself is
how in the world do you know if something
is true? Now, the first thing I would suggest
is that the attitude you guys should bring
to this class is that nothing that I tell

Russian: 
и я знаю, что такое правило есть, когда работают со стариками в домах престарелых
не делают что-то, что они сами могут сделать. Вы воруете
их действие, когда делаете так. И для детей тоже самое. Как только он
сам может себя одевать, все, одевает себя, если может накрыть на стол, даже если это занимает 20
минут, все равно - накрывают на стол. Ты не оказываешь им одолжение если помогаешь им
сделать что-то, что они сами могут. Это грубо, но выбивает всю дурь
из ведьмы Гензеля и Гретель.
Значит да, мы посмотрим на темную сторону позитивных мотиваций
И как мы это сделаем? Вы можете спросить себя
как вообще можно узнать является ли что-то правдой? Теперь, первое, что я бы хотел
от вас видеть, чтобы вы вели себя так, как будто все что я говорю

German: 
- vor allem im Umgang mit älteren Menschen 
und Menschen im Ruhestand -
- tue niemals etwas für jemanden, was der
auch alleine tun könnte. Du nimmst
ihnen etwas weg, wenn du das tust. Und es eine
tolle Daumenregel bezüglich Kindern. Wenn sie
sich anziehen können, dann sollen sie sich anziehen. 
wenn sie aufdecken können, auch wenn es 20
Minuten dauert, dann sollten sie den Tisch decken. 
Du tust ihnen keinen Gefallen, wenn du ihnen
bei etwas hilfst, das sie alleine können. Es kann 
grob sein, aber es stosst die Hexe
in den Ofen wie Hänsel und Gretel.
Auf jeden Fall wird eine der Sachen die wir uns
ansehen die dunkle Seite von positiven
Beweggründen sein. Wie wir das anstellen werden?
Eine der Fragen die ihr euch stellen könnt ist,
woher weiss ich, dass etwas wahr ist? Ich würde
vorschlagen, dass er prinzipiell
alles in dieser Vorlesung in Zweifel zieht, und 
davon ausgeht, dass nicht, was ich erzähle

English: 
you is true. Okay, now I don't mean you should
be arrogantly skeptical because that's not
appropriate. But, you should bring every critical
faculty you have to bear on what I tell you
to see if you can chip away at it because
what you want to do is you want to build yourself
a body of knowledge that you cannot undermine.
And the way you do that is by trying to undermine
it, by hacking away at the foundation with
everything you've got, and if the ideas can
withstand a total onslaught, then you've got
something. You've got a foundation. You've
got something you can stand on that's gonna
be there when things get rough.
So I'm gonna tell you what I found that's
been useful to me when things got rough, but
I don't expect you to assume that that's gonna
work for you, and I don't want you to - like
I want you to listen and to think, but I want
you to keep your wits about you. Now, I'm
gonna tell you how I go about to determine
whether something is true. Now first of all,

German: 
wahr ist. Ok, ich meine damit nicht, dass ihr 
auf arrogante Art skeptisch sein sollt, weil
das wäre nicht geeignet. Aber ihr solltet euren
kritischen Verstand einschalten und alles überprüfen
um zu sehen, ob es belastbar ist, weil ihr das 
Wissen ja verinnerlichen wollt, damit es nicht
mehr untergraben werden kann. 
Und das schafft man, indem man versucht es zu
untergraben, beginnend bei den Grundlagen des
eigenen Denkens, und wenn die Ideen diesen
Frontalangriff überleben, dann hast du etwas. 
Eine Grundlage. Du hast etwas auf dem
du stehen kannst und das auch bestehen bleibt, 
wenn die Dinge haarig werden.
Ich erzähle euch, was ich als nützlich
befunden habe, als die Dinge haarige wurden, aber
ich erwarte nicht von euch, dass ihr das übernehmt,
das will ich gar nicht - vielmehr
möchte ich, dass ihr zuhört und nachdenkt,
aber ich möchte, dass ihr aufmerksam bleibt.
Jetzt erzähle ich euch wie ihr in Erfahrung 
bringt ob etwas wahr ist oder nicht. Zuersteinmal

Russian: 
это не правда. Хорошо, ну я не имею в виду, что вы должны быть бездумно скептичны, потому что
это не очень правильно. Но вы должны подойти ко всему что я говорю с критикой
чтобы понять, можете ли вы поспорить со мной, ведь вы хотите построить
себе внутри знание, которое нельзя оспорить. И чтобы сделать это
нужно пробовать спорить с ним. Пытаться сломать фундамент всем, чем можете
и если идея может устоять полную бомбежку, тогда у вас что-то есть. У вас есть фундамент.
У вас есть что-то, на чем вы сможете устоять, когда все полетит к черту.
Так вот я расскажу вам, что я нашел полезным, когда все полетело к черту
но я не уверен, что на вас это стработает и я не хочу чтобы вы...
я хочу чтобы вы слушали, думали, но думайте про себя. Так, теперь
расскажу вам как я определяю, является ли что-то правдой. Во-первых

German: 
gibt es unterschiedliche Definitionen von wahr. 
Also müssen wir zwischen zwei hin und her wechseln.
Eine Definition ist die objektive Definition,
aber bei der müssen wir uns nicht lange aufhalten, weil
ihr darüber schon das meiste wisst. Aber es gibt auch 
eine andere Definition von Wahrheit die meiner
meinung nach die beste Art einer Definition ist: 
die Pragmatische Wahrheit. Pragmatismus ist ein Zweig
der Amerikanischen Philosopie, und das ist ein sehr
gut ausgearbeiteter Zweig. Es ist vermuchtlich
der am besten ausgearbeitete Zweig der Philosophie.
Vermutlich weil er am wenigsten behauptet. 
Im Prinzip sagen die Pragmatisten, dass man
nun mal nicht alles weiss. Du hast in keiner
Sache das ultimative Wissen, also bleibt hinter
allem Wissen immer die Ignoranz über. 
Also bleibt die Frage, woher man denn dann
weiss, ob überhaupt irgendetwas wahr ist? Und die
Pragmatisten würden darauf antwortet: man weiss es
gewissermasse nicht, Was man weiss ist immer ein bisschen
zu wenig war für eine weitere Funktion. Also zum Beispiel:
deine Theorie, wie du zur Türe gelangst könnte so aussehen, 
dass du aufstehen und hingehen kannst, und du könntest

Russian: 
есть разные определения правды. И мы будем постоянно от одного определения к другому переходить.
Одно определение объективное, об этом мы особо говорить не будем
потому что вы итак знаете об этом, есть еще одно определение
и лучше всего я бы описал его как прагматичная правда. Прагматизм это ветка
Американской философии, очень сложная ветка философии. Вообще я думаю
что это самая сложная ветка философии.
Она вообще меньше всего что-то утверждает. Так вот прагматисты считают,
что мы вообще ничего не знаем. Нет конечного знания о чем-то,
так что знание всегда лежит в невежестве. Тогда вопрос, а как узнать
правда что-то или нет? И прагматик скажет, что вообще-то как бы нельзя.
Все что мы знаем, это является ли что-то достаточно правдивым для выполнения какой-то функции. Например
твоя теория о том, как дойти до двери, выглядит как - встать, пойти туда

English: 
there's different definitions of truth. So
we're gonna flip back and forth between two.
One definition of truth is an objective definition,
but we don't have to talk much about that
cause you guys already know what that is;
but there's another definition of truth that
I think the best way of defining it is as
pragmatically true. Pragmatism is a branch
of American philosophy, and it's a very sophisticated
branch of philosophy. In fact, I actually
think it's the most sophisticated brand of
philosophy.
Probably because it makes the least claims.
What the pragmatists state, basically, is
well you really don't know anything. You don't
have ultimate knowledge about anything, so
your knowledge always bottoms out in ignorance.
So then the question is well, how do you know
then, if anything is true? And the pragmatists
would say, in a sense you don't. What you
know always is if something is true enough
for a particular function. So for example,
your theory about getting to the door might
be that you can stand up and walk there, and

German: 
- nun, Gott alleine weiss, was alles passieren könnte, 
während du versuchst das zu tun. Vielleicht gibt es
ein Erdbeben oder ein Dachziegel fallt dir drauf. 
Wer weiss? Vielleicht hast du einen
Herzinfarkt. Also weisst du nicht, ob du zur Türe
gelangst, du kannst es aus vergangenen
Erlebnissen ableiten, und wenn du hingelangst, dann
kannst du festhalten, dass deine Aussage über die
Wahrheit ausreichend war, um das Ergebnis mit der
Vorhersage übereinstimmt. Also auf gewisse Art sagen
die Pragmatisten, dass jede Aussage, vor allem wenn 
sie im Zusammenhang mit Handlung steht,  related
eine Theorie der Wahrheit beinhaltet
implizit behauptet sie, dass
sie wahr genug ist, wenn das geschieht, 
was sie vorhersagt.
Das ist eine nette Theorie, nicht?
Man muss nicht allwissend sein, damit
die Dinge wahr genug sind und wir sind 
unwissend wir wissen nicht alles über
jedes und daher arbeiten wir offensichtlich
mit einem Teilwissen über die Welt, und es

Russian: 
но может, да бог только знает что может случиться, пока ты туда идешь. Может
землетрясение будет или потолок обвалится. Кто знает? Может
у тебя сердечный приступ будет. Так что ты не знаешь можешь ты туда дойти или нет. Можешь взглянуть на предыдущий
опыт, но ести ты туда доберешься тогда можно сказать, что твое предположение о правде
было достаточно правильным, ведь оно доказало твою теорию. В каком-то смысле
прагматики говорят,что каждый раз, когда ты утверждаешь что-то, особенно если
это относится к действию, ты одновременно создаешь теорию о правде вместе с утверждением, бездоказательно
чтобы в итоге это было достаточно правдивым, чтобы предугадать что случится.
Неплохая теория, да? Она не заставляет быть вас всеведущим обо всем
чтобы вещи были достаточно правдивыми, а вы и есть вневедении - вы же не знаете ничего
ни о чем, но вы, очевидно, взаимодействуете с миром имея частичку знания

English: 
you might - well god only knows what might
happen on the way there you know. Maybe there'll
be an earthquake, or a ceiling tile might
fall on you. Who knows? Maybe you'll have
a heart attack. So you don't know whether
you can get there; you can infer from past
experience, but if you get there then what
you can say is my statement about truth was
sufficient so that the outcome was what the
theory predicted. So in some sense, what the
pragmatists are saying is that every time
you make a statement, especially if it's related
to action, that you offer a theory of truth
along with that statement, implicitly which
is that this is true enough if what I predict
happens happens.
And so, it's a very nice theory eh? It doesn't
require you to be omniscient about anything
for things to be true enough, and you are
ignorant - you don't know everything about
anything, and so obviously you're working
in the world with partial knowledge, and it

English: 
works - not all the time. You get old, you
get sick, you die. You're not gonna work it
out thoroughly. So we're gonna use the pragmatic
truth framework and we're gonna use the objective
truth framework. And one of the propositions
that I'm going to make to you is that the
stories that are associated with our deepest
moral intuitions are pragmatic truths, and
that you need pragmatic truths and you need
objective truths, and you need pragmatic truths
because you don't just need to know what the
world's made of. You need to know what to
do about the fact that the world's made out
of things. And because human beings are motoric
creatures, we act in the world. We act on
the world, so what we need to know is how
is it that you should act on the world. That
is not a question that could be addressed
by objective methods. Technically right? Because
it's actually a value question. What should

German: 
funktioniert - nicht immer. Man wird alt, man
wird krank, man stirbt. Es funktioniert nicht
bis zum Schluss. Also wir werden diese pragmatischen
Wahrheits-Annahmen anwenden und wir werden die
objektiven Wahrheits-Annahmen verwenden. Und eine der
Annahmen die ich machen werde ist, dass die
Geschichten die mit unseren tiefsten moralischen 
Intuitionen verbunden sind, pragmatische Wahrheiten sind,
und dass man pragmatische Wahrheiten benötigt genauso wie
objektive Wahrheiten, und man braucht sie, weil
man nicht ausschliesslich wissen muss, woraus die
Welt besteht. Man muss auch wissen, was
man mit dem Wissen anfangen soll, dass die Welt aus 
Dingen besteht. Und weil Menschen motorische
Kreaturen sind, agieren wir in der Welt. Wir wirken
auf die Welt ein, daher müssen wir auch wissen,
wie wir auf sie einwirken sollen. Das ist keine
Frage auf die man mit objektiven Methoden eine
Antwort finden kann. Prinzipiell, richtig? Weil es 
sich tatsächlich um eine Werte-Frage handelt. Was soll

Russian: 
и оно работает - но не все время. Вы стареете, заболеваете, умираете. Всю жизнь эта система
работать не будет. Так вот, мы будем использовать эту прагматичную правду и будем использовать
объективную правду. И одно из моих предположений, которое я попытаюсь
донести до вас, что истории связанные с нашими самыми глубокими моральными чувствами являются прагматичными правдами
так что нам нужна и прагматичная правда и объективная правда, а прагматичная правда нужна потому
что вам не обязательно нужно узнать из чего сделан мир. Вам нужно как-то жить
с тем фактом, что мир из чего-то сделан. И потому что люди двигающиеся
существа, мы действуем в этом мире. Мы действуем на мир, поэтому мы должны знать
как нам в этом мире действовать. Это не тот вопрос, на который мы могли бы ответить
используя объективные методы. Ну технически, так ведь? Потому что это вообще-то вопрос о ценностях. Что ты должен

English: 
you do? Science, by its very methodologies,
refuses to answer such questions.
People confuse the fact that science is value
free, sort of, with the idea that existence
is value free. Like that's philosophically
primitive, I would say, because science was
actually set up to get rid of the value of
this objective value in its technique. So
you can't say we set this thing up to get
the values and all the values fall. It's like
there's no value. No, no, you put that domain
out of the range of consideration. That doesn't
mean it doesn't exist. It's just a different
- it requires a different philosophy, a different
outlook, different techniques, different tools,
different methods of proof. All of these things.
So part of what we're gonna do - I'm gonna
use objective truth as much as I possibly
can because I think that a lot of what psychology,
as a science, has been able to offer in the

Russian: 
делать? Наука, самой своей методологией, отрицает этот вопрос
Люди путают тот факт, что наука не имеет систему ценностей, типо, с идеей что существование
не должно иметь ценностей. И это философски вообще примитивно, я бы сказал, потому что наука
была так построена, чтобы избавить ее от ценностей в своей методологии. Так что нельзя
сказать, что мы построили эту штуку чтобы избавиться от ценностей и все ценности пропали. Типо вообще
нет ценностей. Нет, нет, убираем ценности из методологии.
Это не значит что их нет. Это просто по-другому - она требует другой философии, другого
подхода, других методов, инструментов, доказательств. Всего этого.
Так вот, что мы еще будем делать - я буду использовать объективную правду так много, как только смогу
потому что я думаю, что большинство того, что психология как наука смогла предложить

German: 
man tun? Die Wissenschaft beantwortet solche Fragen
schon aufgrund ihrer Methoden nicht.
Die Menschen verwechselnd die Tatsache, dass Wissenschaft
wertfrei ist, damit, dass die Existenz an sich
wertfrei wäre. Das ist philosophisch primitiv, würde 
ich sagen, weil die Wissenschaft ja tatsächlich
erfunden wurde, um die Werturteile aus den 
Methoden herauszubekommen. Also
man kann jetzt nicht sagen, wir hätten sie erfunden
um die Werte zu finden und die verschwinden daraufhin.
Es gibt keine Werte. Nein, Nein, das würde den 
Zuständigkeitsbereich überschreiben. Es bedeutet nicht,
dass Werte nicht existieren. Das ist nur ein anderes - 
man benötigt eine andere Philosophie, eine neue
Perspektive, andere Werkzeuge
andere Beweismethoden. All diese Dinge.
Also zum Teil werden wir - ich werde die
objektive Wahrheit so weit wie irgendwie möglich
verwenden, weil ich denke dass vieles von dem
was Psychologie als Wissenschaft in den letzten 100

Russian: 
за сотни лет стало очень полезным для выяснения тех проблем
о которых мы поговорим. Потому что реально есть прогресс в понимании
психики, особенно на уровне биологии/поведения. У нас есть довольно подтвержденная информация
не идеальная, но полезная.
Так вот, мы будем использовать очень много источников. Мы будем использовать истории.
Литературу. Философию. Религию.
Мифологию. Мы будем использовать биологию и психологию. Есть такая идея, которую
вам лучше знать, а вам вообще должны были про нее сказать, если вы психологи, называется
метод множественных матриц. Он был изобретен в 50-ых. Думаю его изобрели
Мехль и Кронбах. Знаменитая диссертация, которую опубликовали в 50-ых. Все
должны ее знать. Хотя никто не придает ей значение. Так вот им было интересно

German: 
Jahren ausgemacht hat, war ausserordentlich
nützlich um einige der Dinge die wir uns ansehen
werden zu erhellen. Wir haben wirklich grosse
Fortschritte darin gemacht, die Psyche zu verstehen,
vor allem auf der biologisch/behavioralen 
Ebene. psyche, especially at a biological/behavioral
level. Wir haben ein sehr gutes Fundament,
es ist nicht perfekt, aber es ist hilfreich.
Wir werden also unterschiedliche Quellen heranziehen. 
Wir sehen uns Geschichten an. Und wir sehen uns
Literatur an. Wir sehen uns Philosophie an. 
Wir sehen uns Religion an. Wir sehen uns
Mythologie an. Wir sehen uns Biologie und Psychologie 
an. Es gibt diese Theorie die
ihr kennen solltet - als Psychologien solltet ihr man 
sie auf jeden Fall kennen - sie heisst
Multi-Method-Multi-Trait-Matrix. Die wurde in den 1950ern 
entwickelt. Ich glaube es waren Meehl
und Cronbach. In den 50ern war das eine bekannte
Veröffentlichung. Jeder sollte darüber
Bescheid wissen. Niemand beachtet diese Theorie jemals. 
Sie haben sich damals Gedanken gemacht,

English: 
last hundred years has been extraordinarily
useful for elucidating some of the issues
that we're going to discuss. Because we really
have made some progress in understanding the
psyche, especially at a biological/behavioral
level. We got some pretty solid information,
it's not perfect but it's helpful.
So we're gonna draw on a bunch of sources.
We're gonna draw on stories. We're gonna draw
on literature. We're gonna draw on philosophy.
We're gonna draw on religion. We're gonna
draw on mythology. We're gonna draw on biology
and psychology. There's this idea which you
should've learned about - which you should've
learned about if you're a psychologist - called
multi method multi trait matrix. This was
invented back in the 1950's. I think it was
Meehl and Cronbach. It was a famous paper
that was published in the 50's. Everyone's
supposed to know it. No one ever pays attention
to it. But, what they were interested in is

English: 
how do you know if when you say that something
exists, like let's say anger, does anger exist?
Well, the answer seems self evident. It's
tricky because generally no one comes up to
you and says anger. They tell you a little
story where they use words related to anger
in the story and you sort of derive what they
mean by angry from the context.
The context is important in defining the reality,
so you don't know if the central idea, anger,
can be pulled out of the context and you can
say that's a thing like iron is a thing, or
like mercury is a thing. Maybe it's not. Maybe
it's a pattern or maybe it's something that
is a convention or you know, maybe there's
all sorts of things that are associated with
it. So, one of Cronbach and Meehl's fundamental
claims was that in order to determine whether
or not something existed, you had to be able
to detect it using different methods. Now,

German: 
wie man bestimmen kann, ob wenn man sagt, dass etwas
exisitert, zum Beispiel Ärger, Ärger tatsächlich exisitert?
Nun, die Antwort scheint offensichtlich. Aber
es ist kompliziert, weil ja nie jemand daher
kommt und "Ärger" sagt. Sie erzählen dir eine kleine
Geschichte in der sie mit Ärger verbundene Wörter
verwenden und daraus leitet man gewissermassen ab, 
was sie mit Ärger meinen.
Der Kontext ist wichtig, damit man die Realität
definieren kann. Also weiss man nicht, ob die zentrale
Idee, Ärger, ausserhalb des Kontexts existieren kann.
So wie Eisen als Ding exisitert oder
Quecksilber. Vielleicht ist es kein Ding. Vielleicht 
ist es ein Muster oder es ist eine Art
Übereinkunft oder vielleicht gibt es jede Menge
von Dingen, die damit in Verbindunng stehen.
Eine von Craonbachs und Meehls grunsätzlicher
Behauptungen ist, dass man, um die Existenz von etwas
festzustellen, dies auf unterschiedliche Methoden
tun können müsse. Das ist nicht so

Russian: 
как узнать существует ли что-то, например злость, злость существует?
Ну вроде как ответ очевиден. Это не совсем просто, потому что обычно
никто к вам не подходит и не говорит я злой. Они говорят вам небольшую историю, в которой используют слова, связанные со злостью
в этой истории и вы вроде как выводите из того что они сказали этот концепт злости в контексте истории.
Контекст очень важен, если ты определяешь реальность, поэтому ты не уверен, что такая идея, как злость,
может быть вынесена из контекста и ты опишешь ее вещественно как железо
или как ртуть. Может быть она не такая. Может это модель поведения или это что-то
типо условности или ну знаете, может это что угодно что ассоциируется с
этим. Так вот одно из фундаментальных предположений Кронбаха и Мехеля гласит что определяя существует
что-то или нет, нужно проверить это самыми разными методами. И это

Russian: 
сложно, потому что не всегда очевидно что из себя представляет этот другой метод. Так что приходится
предположить, но я бы сказал что используя этот множественный метод
ты используешь все свои чувства. Сколько их? Шесть, потому что
есть еще проприоцепция. Ну хорошо, скажем что их всего пять для упрощения. Почему? Почему не одно?
[Студент: чтобы увеличить вероятность правдивости утверждения. Если ты видишь что-то
но не можешь потрогать это. Это может значить что это мираж. Поэтому есть много причин
использовать эти методы для выявления правды]
Да, это именно так. И вы хотите чтобы идея была хорошей
а она будет хорошей, если вы можете ее почувствовать используя разные чувства. Очевидно, что глаза опираются
на электромагнитное излучение, уши на вибрацию, а осязание

German: 
einfach, weil es nicht offentichtlich ist, was
Methoden zu unterschiedlichen Methoden macht. Man
muss das also festlegen, aber ich würde sagen, 
jeder von uns benützt bereits die Multi-Method-
Multi-Trait-Matrix mit den Sinnen. 
Wie viele Sinne hat man? Sechs, weil man ja auch
Tiefenwahrnehmung hat. Warum? Na gut, sagen wir fünf, damit
 es nicht zu kompliziert wird. Warum? Warum nicht einen?
[Student: Um die Wahrscheinlichkeit zu erhöhen, dass 
die Wahrnehmung korrekt ist. Man könnte etwas sehen
aber nicht fühlen. Das wäre dann eine Fata-Morgana.
Es gibt damit also mehrere Gründe zur Annahme, dass
etwas wahrscheinlich wahr ist.]
Genau, das ist richtig. Und es ist gut so
- die Sinne sind also ziemlich praktisch, weil
die einzelnen Sinne unterscheidliche Wahrnehmungs-
aspekte heranziehen. Die Augen verlassen sich
offenbar auf Elektromagnetische Strahlung und die Ohren
verwenden Vibrationen, und der Tastsinn ist auf gewisse

English: 
it's tricky because it's not obvious what
constitutes a different method. So you kind
of have to make a judgment but I would say
you use a multi method, multi trait means
of determining what's true with your senses.
How many do you have? Six, because you have
proprioception. Why? Well let's say five,
for the sake of simplicity. Why? Why not one?
>>[Student answers: To increase the likelihood
of it being true. You could see something
but not touch it. That might be a mirage maybe.
So there's multiple reasons for it to be pointing
to the probability of it being true.]
>>Yes, well that's exactly it. And you want
it to be - so the sense idea is a really good
one because you can see sense uses different
modalities. It's like obviously the eyes rely
on electromagnetic radiation and the ears
rely on vibrations in the ear, and touch is

English: 
really an atomic phenomena in some sense because
you're feeling the outer surfaces of electrons
with your electron surfaces. There's taste,
which is again a molecular level phenomena. And smell.
So our idea kind of is, is if all five of
those things detect it, it's sufficiently
real so we can use it to guide our actions
and we won't be wrong. So it's five dimensions
- you need a five-dimensional analysis, and
that's evolved. You might say, well let's
call that a good estimate. You need five ways
of detecting something before you can be sure
it's true. Now you know, when you're learning
about experimental psychology, p is less than
0.05 and you use a measurement, and then you
determine whether the probability that that
has manifested itself exceeds a certain level
of chance. If it does, then the thing exists.
But that's actually not right. It's not right
for experimental psychology, and experimental

Russian: 
опираетя на атомный феномен, в каком-то смысле, потому что ты чувствуешь покрытие электронов
своими электронами. Есть вкус, который тоже связан с молекулярным уровнем. Запах.
Так что наша идея такая, если все пять чувств наблюдают что-то
значит это достаточно правдиво чтобы действовать опираясь на это и не ошибиться. Так вот 5 уровней
вам нужен уровень из 5 чувственного анализа, поэтому мы так эволюционировали. Так что можно сказать
что это неплохое предположение. Нужно пять методов определения, перед тем как вы можете сказать
что это правда. Теперь, вы знаете, что в эксперементальной психологии, когда P меньше чем
0,05 и вы используете вычисление, потом определяете вероятность что
вывели что-то, что себя показало как оно есть с определенным шансом.
Но это не правильно. Это не правильно для эксперементальной психологии, а они

German: 
Art ein Phänomen auf Atombasis, weil man die äussere
Beschaffenheit von Elektronen spürt, mit den eigenen
Elektronen. Es gibt Geschmack, der wieder auf Ebene der 
Moleküle stattfindet. Und Geruch.
Die Idee ist also, wenn alle fünf Methoden etwas
feststellen, dann ist es ausreichend
real, so dass wiri unsere Handlungen daran orientieren
können und nicht falsch liegen. Das sind fünf Dimensionen
- man benötigt eine fünfdimensionale Analyse und das hat
sich durch die Evolution entwickelt. Man könnte das als
eine gute Schätzung bezeichnen. Man benötigt fünf Wege  
um etwas zu bestätigen bevor man von seiner
Echtheit ausgehen kann. Was man über Experimentelle
Psychologe lernt, wenn p kleiner 0,05 ist, unter
Verwendung einer speziellen Messtechnik und wenn dann
die Wahrscheinlichkeit ein gewisses
Mass überschreitet. Und wenn dem so ist, dann
exisitert das Phänomen.
Aber das stimmt nicht. Es stimmt nicht und die
Experimentellen Psychologen wissen das

German: 
seit den späten 50er Jahren. 
Man muss das verdammte Ding auf verschiedene
unterschiedliche Arten beobachten. Was eine 
unterschiedliche Art ist, kann man ja diskutieren.
Das ist kompliziert festzulegen, aber man kann 
es wohl irgendwie feststellen, oder?
Vielleicht eine psychologische Metrik und 
Selbstbeschreibung, oder Selbstbeobachtung und
Fremdbeobachtung. Vielleicht braucht man auch nicht 
fünf, sondern nur drei oder
so, abhängig von - ich werde euch jetzt eine
Geschichte erzählen,
mehr oder weniger, und ich werde diese Geschichte
auf fünf oder sechs unterschiedlichen Ebenen
einleuchtend darstellen. Und ich möchte zeigen, dass die 
Geschichte auf jeder dieser Ebenen die gleiche ist.
Die einzige - eine der möglichen Schwachstellen
dieser Methode ist diese. Joseph Campbel, zum
Beispiel, hat über Heldenmythologie geschrieben.
Vielleicht haben ein paar von euch "Der Heros in

English: 
psychologists have known it since the late
fifties. You have to demonstrate the damn
thing exists multiple different ways. Now,
what constitutes a different way can be subject
to debate. It's a complicated thing to sort
out, but you can kinda figure it out right?
Maybe use a physiological measurement and
self report or something like that, or you
self report another report. Maybe you don't
need five, but you probably need three, or
something like that depending on the - so
what I'm going to do is tell you a story,
roughly speaking, and I wanna make the story
evident at five or six different levels of
analysis. And I want to show you how the story
is the same at all these levels of analysis.
Now, the one - one of the potential flaws
of that method is this. Joseph Campbell, for
example, wrote about hero mythology. Some
of you have probably read The Hero of a Thousand

Russian: 
знали это с конца 1950. Вы должны показать гребаную вещь
с разных сторон. Конечно то, что составляет из себя другую сторону может быть субъективным
и можно с этим спорить. Этому сложно дать определение, но вы понимаете о чем я, так ведь?
Может быть нужно использовать психологическое измерение и личный отчет или что-то типо того
или личный отчет и отчет другого участника. Может не нужно пять, может быть нужно три
или примерно столько, чтобы хватило - так вот я вам расскажу одну историю
грубо говоря и я хочу объяснить эту историю используя 5 разных позиций
анализа. И покажу вам, что история остается такой же на разных уровнях анализа.
Так вот, есть в этом методе и потенциальная ошибка. Иосиф Кэмпбэл
например, написал о мифах о героях. Кто-то из вас читал наверное Герой с тысячью

Russian: 
лиц. Так вот критика, которой он подвергся, и такие как он
они читали истории о разных культурах, но у них есть определенная рамка в голове. И из-за
этой рамки они видели только то, что хотели увидеть, чтобы подтвердить свою теорию
 
Они не хотели видеть исключение, это проблема с нахождением связей. Вы можете
найти связи там, где их нет. Так вот мой метод можно критиковать
с такой стороны. Но я попытался найти способ защитить себя о этого собирая
сведения из разных источников так, что шанс, того что я смогу рассказать историю с мной придуманным смыслом
через все эти разные методы становится очень маленькой. Но вам придется решить
так ли это. Я буду примерно говорить вам какие там уровни анализа. Идеи
о которых я вам говорю, я практиковал лично. Для меня они рабочие. Они

English: 
Faces. One of the criticisms about Joseph
Campbell and people like him, is that they
read the stories of multiple cultures, but
they have an a priori framework. Because of
the a priori framework, they only see what
their theory tells them that they're going
to see.
They don't look for the exceptions, so it's
a problem with pattern recognition. You may
be able to recognize patterns where they don't
exist. Now, my method could be criticized
on that grounds. But, the way I've tried to
protect myself against that was to make sure
I drew from enough sources so that the probability
I would be able to tell a coherent story across
all those different types of methods is vanishingly
small. Now you're going to have to decide
if that's true. I'll tell you roughly, the
dimensions of analysis. The ideas that I'm
going to talk to you about, I've put into
practice personally. They work for me. They

German: 
tausend Gestalten" gelesen. Eines was an Joseph 
Campbell und ähnlichen Leuten kritisiert wird, ist
dass sie Geschichten unterschiedlichster Kulturen mit
einer Erwartungshaltung lesen. Und aufgrund dieser
Erwartungshaltung, finden sie in diesen Geschichten 
nur das, was sie in den Geschichten von vornherein
zu finden erwarten.
Sie suchen nicht nach Ausnahmen, das ist ein Problem 
der Mustererkennung. Man kann Muster entdecken,
selbst wenn diese gar nicht existieren. 
Mein Ansatz könnte mit den selben Argumenten
kritisiert werden. Aber ich habe versucht mich dagegen
zu schützen, indem ich aus genug unterschiedlichen
Quellen geschöpft habe, so dass die Wahrscheinlichkeit
dass ich eine widerspruchsfreie Geschichte durch
alle Ebenen hindurch erzählen kann, immer kleiner
wird. Jetzt müsst ihr entscheiden, ob das
stimmt. Ich zähle euch einmal grob die Analyseebenen
auf. Die Ideen über die ich sprechen werde,
wende ich persönlich an. Für mich 
funtkionieren sie. und sie funtkionieren

German: 
für die Menschen, denen ich sie beigebracht habe. 
Das sind meistens Familienmitglieder, aber nicht
nur Familienmitglieder, auch viele andere Kinder,
weil ich ja auch Klinischer Psychologe bin. Also
es scheint ganz gut zu funktionieren. Viele
Menschen schreiben mir und erzählen mir, dass
die Ideen funktionieren. Ich habe also viele 
unterschiedliche Aussagen. Ausserdem denke ich, dass
sich die Ideen biologisch manifestieren und kulturell 
und ich denke, dass sie sich in diesen ur, ur
alten Geschichten zeigen und Anthropologisch und so
weiter. Überlegt selbst, dann werdet ihr es sehen.
Und etwas anderes - ich weiss nicht genau
wie ich das einordnen soll. Manchmal hat man
eine Art Eingebung der Wahrheit. Es ist als ob
man jemandem ein Problem beschreibt und
das Gegenüber nimmt das wirklich ernst. 
Sie sagen dann etwas und plötzlich
geht es "Klick". Ja, dann ergeben die unterschiedlichen
Dinge plötzlich Sinn. Das ist ein Muster-Erkennungs-
Mechanismus. Die Leute haben, wenn so etwas passiert, 
normalerweise das Gefühl, dass sich gewissermassen

English: 
work for the people that I've taught them
to, so those are family members often, but
not only family members, lots of other people
because I'm also a clinician right? So it
seems to work quite nicely. I have a lot of
people write to to me and tell me the ideas
have worked. So, I've got multi rater reliability.
And then, I think it's manifest biologically,
and I think it's manifest culturally, and
I think it's manifested in these very, very
old stories and anthropologically and so forth.
You know, make up your own mind, you can see.
The other thing - I don't really know what
to do, what to make of this. You know sometimes
you have an intuition of truth. It's like
maybe you're describing a problem to someone
and they say this seems to be at the heart
of it. They give you a formulation, and it
kind of goes click. Yeah, that's how all those
things hang together. It's a pattern recognition
mechanism. People generally have the feeling
that when something like that happens, something

Russian: 
работали с людьми, которых я учил, это в основном люди из моей семьи,
но не только, много других людей, потому что я практикую в клинике.
Так вот вроде как она работает. Есть много людей, которые писали мне
что мои идеи работают. Получается мои идеи подкреплены со многих сторон. И я считаю, что
оно выражается в биологии, культуре, этих очень, очень
старых историях, в антропологии и так далее. Но знаете, это ваше дело, решайте сами.
Еще одна вещь и я даже не знаю что с ней делать. Знаете, иногда
у вас есть интуиция правды. Когда вы описываете проблему кому-то
и они говорят "вот это и есть вся суть проблемы". Они описывают вам это
и вроде как все сходится. Да, примерно так все эти вещи связанны. Это механизм
поиска связей. У людей часто возникает чувство, когда такое происходит

Russian: 
и перед ними открывается правда. Один очень частый ответ, который я получаю от студентов в этих
курсах, что я никогда не рассказываю людям чего-то, что они не знают. И причина этого
ну я надеюсь это причина, что я раскрываю архитипные структуры
и знаете, я много почерпнул в своей работе от Юнга и был очень заинтересован
в архитипных структурах. Так вот что случится - и я думаю что так и будет - я расскажу вам историю
и вы подумаете, ага, да вот что это значит и теперь я вижу что все это
мне многое объясняет. Вот такое у вас будет чувство, как например ты говорил про своего друга
у которого было духовное просвещение. Очень часто один из феноменов, который сопутствует духовному
просвещению это соединение и объяснение очень разных феноменов в одну структуру.
И вам кажется, что это такое радикальное упрощение. Что-то вроде этого, уменьшение энтропии
или как-то так. Очень, очень сильное чувство. Конечно есть и другие

English: 
of truth has been revealed. Now, a very common
response from the students I had in these
courses is that I never tell anyone anything
they don't already know. And the reason for
that, what I'm hoping is the reason, is that
what I'm outlining is archetypal structures
and you know, I've drawn a lot of my work
from Jung and was very interested in archetypal
structures. So, what will happen - and I think
it will happen - is I'll tell you a story,
you'll think oh yeah right, that's what that
means, and I see in here all the things that
it explains. So you'll have this sense, and
that's the - we talked about your friend with
the spiritual awakening. Often, one of the
cognitive phenomena that accompanies a spiritual
awakening is the connections of many, many
diverse phenomena into an overarching unity.
And you feel that, like as a radical simplification.
It's something like that, a decrease in entropy,
or something like that. It's a very, very
powerful sensation. I mean, there's other

German: 
die Wahrheit gezeigt hat. Eine ganz normale Reaktion 
der Studenten die diese Vorlesung in der Vergangenheit
besucht haben ist, dass ich niemals jemandem etwas
sage, was der nicht bereits gewusst hat. Und der Grund
dafür, ich hoffe es zumindest, sind was ich die 
Archetypischen Strukturen.
Und wisst ihr, ich habe viele meine Überlegungen 
von Jund und habe mich sehr für die Archetypischen
Strukturen interessiert. Was also geschehen wird - 
und ich denke es wird passieren - ist, dass ich euch eine
Geschichte erzähle. Ihr werdet denken: "Ja, richtig, das
ist die Bedeutung und ich sehe hier warum
das so ist." Ihr werdet dieses Gefühl haben, und das ist
- wir haben über deinen Freund mit dem
Erweckungserlebnis gesprochen. Eines der kognitiven 
Phänomene die ein Erweckungserlebnis begleiten
ist die plötzliche Verbindung vieler unterschiedlicher
Phänomene zu einer verbundenen Einheit.
Das nimmt man als radikale Vereinfachung wahr. 
Das ist so wie eine Verminderung der Entropie,
oder so ähnlich. Ein sehr sehr mächtiges
Gefühl. Es gibt noch andere Möglichkeiten

English: 
sources of what you might call spiritual experiences
as well, but that's certainly one of them.
And so you can see you know, I'll tell you
these stories; you can think oh well - how
does that story manifest itself in your experience?
That's a phenomenological level of truth.
So the phenomenologists - branch of philosophy
- started by Heidegger, not exactly but let's
say extended as well as anyone extended it,
by Heidegger. Heidegger thought that Western
philosophy had gone wrong basically since the
time of Socrates which is quite a long time.
And he said that we became interested in what
the world was made of, and how we knew things,
and what we should've been interested instead
was the nature and quality of being. What
he meant by being isn't the objective world.
What he meant by being was the manner in which

German: 
ein sogenanntes Erweckungserlebnis zu erfahren, 
aber das ist auf jeden Fall eine davon.
Ihr könnt es also jetzt selbst versuchen, ich werde
euch die Geschichten erzählen. Ihr könnt euch überlegen,
wie sich die Geschichte in eurer Erfahrung widerspiegelt?
 Das ist die phänomenologische Ebene der Wahrheit.
Die Phönomenologien - der Zweig der Philosophie - 
hat seinen Ausgang bei Heidegger, nicht wirklich
aber der Zweig wurde von Heidegger wie von keinem 
anderen sonst vorangebracht. Heidegger dachte, dass
sich die westliche Philosophie im Prinzip seit Sokrates 
auf einem Irrweg befindet. Also schon ziemlich lange.
Und er sagte, dass wir daran interessiert seien aus
was die Welt besteht und wie man das feststellen kann,
und dass wir stattdessen daran interessiert sein sollten
was die Natur und die Beschaffenheit des Daseins ist. Was
er mit Dasein meinte, ist nicht die objektive Welt. 
Was er mit Dasein meinte, ist die Art in der man

Russian: 
источники так называемого духовного просвещения, но этот точно из них.
Так вот вы видите, я расскажу вам эти истории и вы подумаете - ну да
а как эта история проявляет себя в жизни? Это феноминологический уровень правды.
Феноменология - ветвь философии, которую начал Хайдеггер, ну не совсем
но скажем что ее продвигал Хайдеггер. Так вот Хайдеггер думал
что западная философия пошла по неправильной дороге со времен Сократа, а это вообще как бы много времени.
Он сказал, что мы заинтересовались тем, из чего мир состоит и как мы узнаем о вещах
а надо было интересоваться лучше о природе и качестве существования.
И под существованием он имел в виду не объективный мир. Под существованием он подразумевал способ

German: 
sich wahrnimmt. Es gibt Elemente des Daseins, 
die keine objektiven Elemente sind.
Ich würde Schmerz als phänomenologische
Realität bezeichnen. Das ist nicht das man - man
kann ihn objektiv messen, aber die Messung ist nicht das
Phänomen. Man könnte Fragen, ist mein Schmerz real?
Das ist eine Frage für Menschen, die behaupten es 
gäbe keinen Sinn. Versuch einmal dir
Schmerz auszureden und schau wie weit du damit kommst. 
Man könnte denken: Das ist aber nicht die Art
von Sinn, an die ich dachte. Aber wisst ihr: 
negativer Sinn ist ein guter Ausgangspunkt,
oder? Wenn nämlich etwas negativ und real ist, 
dann ist das ein Hinweis darauf, dass es etwas
positives gibt, das real ist. Es ist vielleicht 
schwerer zu fassen, aber immerhin ist es nicht Schmerz.
Aber Schmerz - Descarts, und damit lasse ich es 
dann gut sein. Ihr bekommt eine Pause. Descartes
hat die Methode des "Radikalen Zweifelns" entwickelt und 
ist damit auf seine philosophische Reise gegangen.
Descart hat die eine Sache gesucht an der es
ihm nicht möglich wäre zu zweifeln.

English: 
you have experience. So there are elements
of being that aren't objective elements.
So I would say pain is a phenomenological
reality. It's not something you can - you
can index it objectively, but the index is
not the phenomena. And you know, is your pain
real? This is a question for people who think
there's no such thing as meaning. Like you
try to argue yourself out of pain and see
how far you get. You might think, well that's
not the sort of meaning I meant. Well you
know, a negative meaning is a place to start
right? Because if something's negative and
it's real, it does imply that there's something
positive that's real. It might be harder to
get a hold of it, but at least it's not pain.
But, pain - Descartes, and I'll close with
this. You guys can have a break. Descartes
implemented a method called radical doubt
when he went on his philosophical journey.
What Descartes looked for was one thing he
couldn't doubt.

Russian: 
которым вы приобритаете опыт. Так вот значит есть элементы в существовании, которые не объективны.
Я бы сказал, что боль это феноменологическая реальность. Это не то, что вы можете померять - ну
можете конечно, но измерение не будет самим феноменом. Так вот, ваша боль
реальна? Это вопрос для людей, которые думают, что смысла нет.
Попробуйте уговорить себя что боли нет и посмотрите как у вас это получится. Вы скажете ну это
не то что я имел в виду. Ну видите ли, можно начать с отрицательного смысла
так ведь? Потому что если что-то отрицательное реально, значит
позитивное тоже реально. Конечно с этим можно поспорить, но к примеру если боли нет, уже лучше.
Но боль... Декарт, да я уже заканчиваю. Можете на перерыв потом идти. Декарт
придумал метод, который назывался радикальное отрицание, когда отправился в свое философское путешествие.
Декарт пытался найти что-то, в чем он не смог бы сомневаться.

German: 
Vermutlich war er depressiv
und er hat alles bezweifelt, wie kann ich sicher sein,  
dass die Welt nicht nur eine Fata-Morgana ist, die sich
ein böser Dämon ausgedacht hat, um die Wirklichkeit vor 
mir zu verstecken. Seine Schlussfolgerung war, dass das
einzige was er nicht bezweifeln konnte war, dass er existierte 
denken konnte. Ich glaube nicht, dass Descartes mit
"Denken" das gleiche meinte wie wir. Ich nehme an, er meinte
eher was wir als "Wahrnehmen" bezeichnen würden.
Weil Denken ist ein viel enger gefasster Begriff geworden, 
seit den Zeiten von Descartes.
Ich glaube also nicht, dass er meinte "Ich denke also
bin ich", ich glaube er meinte "Ich nehme wahr also bin ich."
Ich habe Erfahrung, also bin ich. Unabhängig davon denken
moderne Menschen es gehe um Gedanken.
Heidegger war anders. Er sagte im Prinzip, dass 
das einzige was man nicht bestreiten kann ist, dass

Russian: 
Потому что скорее всего он был в клинической депрессии.
Он отрицал все, например откуда я знаю, что мир это не мираж
и он не сделан злым демоном, который поместил меня сюда. Так вот его вывод был такой
что он не смог отрицать что может думать. И я не думаю, что Декарт
имел именно это в виду. Я думаю, что он имел в виду что-то, что мы можем считать опытом
потому что мысль стала слишком непонятным термином со времен Декарта.
Так что я не думаю, что он сказал Я думаю, значит я существую, я думаю он имел в виду я получаю опыт.
У меня есть опыт, значит я есть. Не смотря на это современники думают, что это мысль.
Хайдеггер был другой. Хайдеггер сказал что одна вещь, которую

English: 
Cause he was probably clinically depressed
and he was doubting everything, like how do
I know the world isn't just a mirage made
by an evil demon to obfuscate reality from
me. Well his conclusion was that the one thing
that he could not dispute was that he was
and could think. Now I don't think Descartes
really meant what we meant by think. I think
he meant more by what we would mean by experience
because thought has become a much more narrowly
defined term since the time of Descartes.
So I don't think he meant I think therefore
I am, I think he meant something like I experience.
I have experience, therefore I am. Regardless
of that, modern people think about it as thought.
Heidegger was different. Heidegger basically
said, the one thing you can't dispute is that

English: 
experience is your experience. It exists.
It's almost by definition, it's like the definition
of exist.
And then he was interested in what the fundamental
elements of existence were. And they're not
atoms, like the fundamental elements of the
objective world. They're more things like
pain, and for me that was the thing that stopped
me from doubting. It's like, I cannot doubt
the existence of pain. It seems real. I might
say it seems more real than anything else.
Now, you might say you don't believe that,
but I would say I don't care what you think
you believe. I'll watch you when you're in
pain, and every single one of your actions
will indicate that you believe in it. And
not only that, but that you can't not believe
in it. It's there, and it's there so much
that that's a meaning.
And so it's in that way that Heidegger thought
out existence, or as experience as composed
of meaning. So part of the reason this course
is called Maps of Meaning is that because

Russian: 
нельзя оспорить это опыт, он существует. Это как само определение существования.
 
Потом его интересовало что составляют фундаментальные элементы существования. И это
не атомы, как фундаментальные объекты объективного мира. Это такие вещи как
боль и это заставило меня перестать сомневаться. Типо я не могу
отрицать существование боли. Она очень реальна. Я бы даже сказал реальнее всего вообще.
Можете говорить что не верите в это, но мне все равно что вы говорите.
Я посмотрю на вас, когда вам будет больно и все ваши действия
будут показывать, что вы верите в нее. И не только это, вы в нее не можете не верить.
Она есть и ее много и в этом смысл.
Примерно так думал Хайдеггер о существовании или опыте как композиции
смысла. Так вот отчасти причина, по которой этот курс называется Картография значений,

German: 
Erfahrung die eigene Erfahrung ist. Sie existiert. 
Mehr oder weniger definitionsgemäss, es ist wie eine
Definition von "Existieren".
Und dann hat er sich für die grundlegenden Elemente
der Existenz interessiert. Und das sind nicht die
Atome, die grundlegenden Elemente der 
objektiven Welt. Das sind eher Dinge wie
Schmerz, und für mich war das die Ursache mein
Zweifeln zu beenden. Man kann die Existenz
von Schmerz nicht bezweifeln. Es ist real. Ich würde 
sogar so weit gehen und sagen, es ist realer als alles andere.
Jetzt kannst du sagen, dass du das nicht glaubst, 
aber ich würde antworten, dass mir egal ist, was
du glaubst zu glauben. Ich sehe dir zu, wenn du Schmerzen
hast und jede einzelne deiner Handlungen
wird zeigen, dass du daran glaubst. Und nicht nur das, 
sondern auch, dass du gar nicht NICHT daran glauben
kannst. Es gibt ihn und zwar in einer Art, dass
er Sinn hat.
Auf diese Weise hat Heidegger also über die 
Existenz nachgedacht, oder über Erfahrung die sich
aus Sinn zusammensetzt. Das ist ein Grund dafür
dass dieser Kurs "Maps of Meaning" heisst, weil

Russian: 
потому что мы посмотрим на структуры значений и мы
начнем с отрицательных значений, потому что по моему мнению - смотрите, можно сомневаться
существует добро или нет. Но как только я закончу свой рассказ о человеческой истории, в этой
комнате не останется ни одного человека, который не будет верить в зло. И вы подумаете
что это очень жестокая и ужасная вещь, узнать такое, но это не так. Это удивительно
полезно, потому что если вы определите что-то, что вы не сможете отрицать, вы будете двигаться дальше.
Я думаю если вы способны отличить радикальное зло, и я вам еще
расскажу про Юнит 731, можете сами посмотреть, но я не рекомендую вообще.
 
Когда вы точно сможете определять зло и поймете, что это
полное безумие. Этому нет оправдания вообще не важно что и как произошло.
Тогда у вас будет на чем стоять и вы подумаете, хорошо

German: 
weil wir uns die Sturktur von Bedeutung ansehen werden 
und wir werden mit negativem Sinn beginnen
weil das aus meiner Perspektive - man kann
sicherlich anzweifeln ob es das
Gute überhaupt gibt. Aber sobald ich euch erzähle
was ich über die menschliche Geschichte weiss,
wird kein einziger von euch zweifeln, dass
das Böse existiert. Und ihr
denkt vielleicht, dass es furchtbar ist, soetwas
zu erfahren, aber das ist es nciht. Es ist unglaublich
hilfreich, weil wenn man etwas hat, das man nicht 
leugnen kann, kann man das als Ausgangspunkt verwenden.
Ich glaube man kann davon ausgehen, dass man, wenn
man das absolut Böse ausgemacht hat, ich werde euch
über die "Unit 731" erzählen, oder ihr könnt euch das
selbst ansehen - was ich euch übrigens nicht
empfehlen würde.
Wenn man das absolute Böse ausgemacht hat und sich denkt:
das ist - ohne jeden Zweifel das ist
verachtenswert. Es gibt dafür keine wie auch immer
geartete Rechtfertigung, egal wie, egal wo.
Dann hat man etwas auf das man sich verlassen kann und
dann kann man beginnen nachzudenken, was wohl

English: 
one of the things we're going to look at is
the structure of meaning, and we're going
to start with negative meaning because from
my perspective - look you can doubt whether
or not good exists. But once I'm done telling
you the things that I know about human history,
there won't be a single person in this room
who thinks that evil doesn't exist. And you
might think that's a bloody horrible thing
to learn, but it's not. It's unbelievably
useful because once you can establish something
that you cannot deny, you can move from that.
I think you can hypothesize that if you're
capable of detecting radical evil, I'll tell
you about Unit 731, or you can look it up
yourself - I wouldn't recommend it by the
way.
Once you can identify radical evil and you
think, well that's just - beyond a doubt that's
reprehensible. There's no justification for
that whatsoever, no matter what, whenever.
Well then you've got something to stand on,
and you can start thinking, well what's the

English: 
absolute opposite of that thing? It might
be, how is it that you can conduct yourself
so that in your sphere of influence, the probability
that anything like that is reduced to the
absolute maximum? Well, that's a reasonably
moral question. And I don't think it's something
you can dispense with with a casual nihilism.
I don't think a nihilist can dispense with
it, because even nihilists suffer. Thank god
for that. It's their only source of potential
salvation. Sometimes they notice it - oh I'm
suffering from all this nihilism, maybe that
indicates there's something flawed in it.
It's always possible.
Okay, so let's take a break. We will come back at, what time is it?
2:58
2:58? Okay. Come back at 3:15. We will see you then. And then I will talk to you more about the technical elements of the class.

German: 
das absolute Gegenteil davon wäre? Es könnte sein, 
dass man denkt, wie man sich selbst verhalten müsste
damit in der eignen Einflusssphäre, die Wahrscheinlichkeit
das so etwas geschieht auf ein absolutes Minimum
reduziert wird? Das ist eine annehmbare
moralische Frage. Und ich denke nicht, dass man
sich dessen mit einfachem Nihilismus entledigen kann. 
Ich glaube nicht, dass ein Nihilist diese Frage los
wird, weil auch Nihilisten leiden. Gott sei Dank. 
Es ist die einzige Möglichkeit ihrer
Rettung. Manchmal merken sie es selbst: Oh ich leide
an all dem Nihilismus, vielleicht deutet das darauf
hin, dass etwas damit nicht stimmt. 
Das ist immer möglich.
Ok, lasst uns eine Pause machen. Wann fangen wir wieder 
an, wie spät ist es?
14:58
14:59? OK, wir fangen um 15:15 wieder an. Wir sehen uns. 
Und dann spreche ich über Administratives.

Russian: 
значит это абсолютное зло, а что полная противоположность этому?
Тогда вы подумаете как сделать так, чтобы в вашей сфере влияния вероятность того, что такое произойдет
станет абсолютно минимальной? Вполне хороший, моральный вопрос. И я не думаю
что вы можете просто свести все к нигилизму. Я не думаю, что нигилист
может отрицать такое, потому что даже нигилист страдает. И спасибо богу за это. Это единственный потенциальный
способ к его спасению. Иногда они замечают это - ооо, я страдаю от своего нигилизма, может
это значит что я в чем-то не прав. Такое возможно
Хорошо, сейчас мы уйдем на перерыв, сколько сейчас на часах?
2.58
2.58? Хорошо, приходите в 3.15. Увидимся тогда. Мы еще поговорим о технических элементах этого курса.
